Текст книги "Королева Подземного мира (ЛП)"

Автор книги: Стасья Блэк

Соавторы: Ли Савино
сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 16 страниц)

      Она повернулась, чтобы улыбнуться Филипу, когда он вошел. Она сделала небольшую паузу, чтобы дать ему возможность поприветствовать капо и пожать несколько рук. Он занял место в конце одной скамьи, его огромный рост возвышался над остальными.

"С Уотерсом на нашей стороне и неограниченным доступом к зарубежному импорту, прибыль будет поступать. Представьте себе улицы, оживленные людьми, пришедшими на праздник. Новый Олимп – это место, где они делают бизнес. Метрополис – это место, куда они приходят, чтобы повеселиться".

      "Мне это нравится", сказал старший капо. "Особенно часть о прибыли и союзе со старым Уотерсом. Я знал твоего отца", сказал он Уотерсу.

      "А как насчет копов?" спросил другой капо.

      Кора бросила свою следующую бомбу. "Завтра мэр Нового Олимпа внесет предложение сделать амброзию легальной. Контролируемым веществом. Это будет новая виагра, но рекреационная, и для мужчин и женщин. Мы можем ожидать, что мэр Метрополиса последует этому примеру".

      Да, мэр тоже был на ее стороне, и она видела, какое влияние новость оказала на толпу. Не потребовалось больших усилий, чтобы убедить Штурма и Уотерса поддержать ее, когда она объяснила, что установление контроля над бандой "Титан" – это самый быстрый способ установить прочный мир на улицах. "За несколько взяток мы купим все права на распространение. Легально".

      "Это правда?" потребовал от Уотерса один из капо.

      "Каждое слово", подтвердил он, и ропот стал громче.

      "Черт. Никогда не думал, что на старости лет стану натуралом", пробормотал седовласый капо. "Но если в этом есть выгода, то какая разница?"

      "Это бред". Один капо вскочил на ноги. "Ты лживая шлюха". Его крик эхом разнесся по стропилам. Как и звук сотни нацеленных на него пистолетов.

      Кора подняла руку. "Отставитесь", процедила она. "Мне нравятся строгие дебаты среди моих лидеров. До тех пор, пока они помнят свое место".

      Толстяк и Слим схватили мужчину и с проклятиями привели его к ней, заставив встать на колени. "Но здесь нет места для людей, которые не видят моего видения".

      Блеск металла, и она приставила нож к горлу мужчины. "Клянешься ли ты в своей верности Титанам?"

      "Ты не Титан", прошипел мужчина, а затем умер с бульканьем, когда она перерезала ему яремную вену.

      Ее желудок взбунтовался при виде этого зрелища. Но один акт насилия сейчас мог остановить бесконечное насилие в будущем. Она должна была доказать, что она сильная и безжалостная, иначе эти люди никогда не будут уважать ее правление. Теперь она понимала, на какие жертвы Маркусу приходится идти каждый день, чтобы держать город под контролем. Теперь она должна была делать то же самое.

      Уотерс подошел к ней и протянул белый носовой платок. Кора вытерла кровь с лица и рук, но не стала вытирать белое платье. Она ожидала, что крещение состоится сегодня. Вернув платок, она окинула капо холодным взглядом, которому научилась у своего мужа. "Кто-нибудь еще?"

      Мертвая тишина ответила ей, пока старший капо не захихикал. "Она точно Титан. Чертова провидица, как и ее родители. Прям копия".

      "Есть еще вопросы?"

      "Что насчет Убели? При всем уважении", добавил капо. "Мы просто провалимся и позволим ему победить?"

      Кора улыбнулась. "Вовсе нет. Отныне считайте, что война между нами окончена. Ты веди дела как обычно. А я займусь своим мужем".

      Еще один смешок от самого старого капо. Он подтолкнул локтем своего соседа, в то время как остальные обменялись знающими взглядами.

      "Я знаю, что некоторые из вас не будут довольны новыми договоренностями", продолжала Кора. "Я ожидаю, что вы придете обсудить все со мной. С уважением. Иначе вы почувствуете на себе всю силу Теней и людей Уотерса, не говоря уже о неприятностях с законом. О да, у полицейских есть приказ прикрывать меня. Мэр Нового Олимпа представил меня начальнику полиции Метрополиса, и мы быстро подружились". Она облегченно рассмеялась.

      Очередной хор гудков заставил капо снова проверить свои телефоны.

      Слим протянул экран, чтобы показать Коре мрачное изображение.

      "Похоже, мой муж получил мое маленькое мирное подношение. Знак доброй воли. От Александра Титана все-таки была какая-то польза. Он был вашим главным лидером, верно?"

      Несколько капо позеленели.

      "Мне не нужно предупреждать вас, что случится, если вы перейдете мне дорогу", сказала Кора. "Я думаю, мы все прекрасно поладим, особенно когда начнут поступать доходы. На этой неделе я буду посещать каждое из ваших предприятий. Ожидайте меня. А я буду ждать от вас хорошего поведения. Ведите себя хорошо, и вы не попадете под мой удар".

      Тишину нарушил лай. Брут вырвался из рук своего дрессировщика и помчался к Коре. Она опустилась на колени и погладила его по голове, прежде чем подняться. Слим подошел к ней с красным плащом. С его помощью она накинула его поверх платья.

      "Мы с Филипом собираемся на ужин. Вы все приглашены выразить свое почтение". Она бы знала, кто предан, если бы они пришли поцеловать ее кольцо. "Если нет, увидимся позже на этой неделе".

      Подав сигнал Бруту, она пошла по проходу, ее охранники были у нее за спиной, а собака – рядом. Уотерс сделал небольшую паузу, прежде чем последовать за ней.

      "Король мертв", прорычал он. "Да здравствует королева".

Глава 40

      Неделю спустя Слим подъехал на лимузине к докам.

      "С тобой все будет в порядке?" спросил Уотерс. Они провели неделю в Метрополисе, закрепляя власть Коры над бизнесом Титана.

      Кора подняла подбородок. "Не беспокойся обо мне". Капо не все были рады ее переезду, но они убрали тех, кто, скорее всего, предаст ее, а остальных успокоили, предоставив им большую долю прибыли.

      "Вот это дух". Он потрепал ее по подбородку. "Дай мне знать, если кто-то доставит тебе неприятности".

      "Обязательно. Спасибо тебе за все".

      "Не благодари меня пока", объявил он, выходя из машины и обходя ее, чтобы открыть дверь. "Через минуту ты захочешь на меня накричать".

      "Что? Почему?"

      "Это мой лимузин. Твоя машина вон там". Он отошел, и она посмотрела вниз по пирсу на черный автомобиль, стоящий у обочины. Знакомая фигура ждала, руки в карманах, темная голова наклонена.

      Маркус.

      Кора резко вдохнула.

      "Он звонит мне как сумасшедший", ворчал Уотерс. "Требовал доказательств, что с тобой все в порядке. Я, Слим и Толстяк – все должны были докладывать ежечасно".

      Кора приложила руку к шее, устремив взгляд на темную фигуру мужа. "Я не... мы оставили все не в лучшем состоянии. Я знаю, что он пришел в театр, но я не знаю..."

      "Он здесь, не так ли?" Уотерс протянул руку, и Кора автоматически взяла ее. Когда она вышла из машины, он слегка подтолкнул ее. "Иди за ним, малыш".

      Она пошла по черному асфальту. Маркус выглядел таким трезвым, прислонившись к машине. За последнюю неделю она разговаривала с ним по телефону, но только о прогрессе Шаро после многочисленных операций. Всякий раз, когда он пытался перевести разговор на более глубокие темы, она оправдывалась и бросала трубку.

      Между ними было так много всего. Так много лжи. Столько шрамов. Сможет ли он простить ее? Если он действительно был с Люсиндой, сможет ли она простить его? Прошел ли он дальше? Нужна ли она ему вообще?

      Она покачнулась на пятках и остановилась.

      "Кора". Он позвал ее по имени, и она подняла голову. Его руки раскрылись.

      Сбросив туфли на высоких каблуках, она побежала.

Маркус обнял ее, как только она бросилась в его объятия, но она отвернула голову, когда он приблизил свой рот для поцелуя.

      Возможно, она и завершила свой переворот в Метрополисе, но между ними оставалось незаконченное дело.

      "Спасибо, что подвез", сказала Кора со своей стороны лимузина. Она не сделала никакого движения, чтобы преодолеть неловкое пространство между ними.

      Спокойно. Мягко. Дай ей время, Маркус практически слышал, как Шаро наставляет его. Он скучал по своему другу больше, чем мог сказать. Шаро ввели в медикаментозную кому, но врач сказал, что все указывает на то, что он полностью восстановится. Но они не будут знать наверняка, пока он не очнется. Прошло уже несколько дней, а он все еще не открыл глаза.

      Тебе лучше не умирать, брат. Я не хочу, чтобы ты преследовал меня. Маркус почти слышал хихиканье Шаро, наполнявшее машину.

      Они часами разговаривали в те недели, когда Маркус был разлучен с Корой, и сейчас Маркус пытался собрать все эти советы.

      Хорошо, брат. Попробуем по-твоему.

      "Ты была великолепна". Маркус смотрел на стройную фигуру своей жены, с трудом веря, что она реальна. Она выглядела по-другому. Старше. Не черствой или измученной, просто как-то мудрее. "Уотерс и Тени рассказали мне все. Я заставил их сделать кадры".

      Она пожала плечами, затем с тревогой посмотрела на него. "Как Шаро?"

      "Без изменений. Пока."

      Она закусила губу, и ему пришлось сжать руку в кулак, чтобы не провести по ней большим пальцем, пока она не расслабилась. Затем она спросила, "Ты действительно так думаешь? Ты действительно думаешь, что я смогу это сделать? Возглавить Титанов?"

      "Не верь мне. Проверь это". Он схватил лежащую на сиденье бумагу и показал ей. "Королева подземного мира. Тебе придется привыкнуть к тому, что тебя будет преследовать пресса".

      "Я уже привыкла к этому. Я вышла за тебя замуж, не забывай".

      "Ммм..." Он всегда ненавидел, когда его называли Королем подземного мира, но он принял бы этот термин, пока она была рядом с ним как его Королева.

      Однако его Королева выглядела измученной, когда смотрела в его сторону. И она сидела слишком далеко, почти прижавшись к противоположной двери.

      "Иди сюда". Он протянул руку.

      Она вздохнула. "Маркус, просто потому, что все закончилось..." Она покачала головой и посмотрела в окно, выражение ее лица было отрешенным. "Это не значит..." Она прервалась, поднеся руки к лицу.

      Она была могущественна, как любой генерал, требуя своего, как глава Империи Титанов, но здесь, с ним, она была уязвима, как всегда.

      И ему надоело позволять ей отделять их друг от друга. Он подвинулся к ней и заключил ее в свои объятия. "Я чуть не потерял тебя, и будь я проклят, если проведу еще хоть минуту в разлуке с тобой".

      Но она сопротивлялась, и когда она оттолкнулась от него, ее глаза вспыхнули огнем. "Тебе было достаточно легко уйти от меня три недели назад. И я видела твою фотографию с той женщиной. Твоей любовницей".

      Она должна была иметь в виду Люсинду. Маркус рассвирепел, когда впервые увидел фотографию, но теперь он ухмылялся. "Ревнуешь, котенок?" Он мог вынести все, кроме ее безразличия.

      Если раньше он думал, что ее глаза пылают, то это было ничто по сравнению с той яростью, которая вспыхнула при его словах.

      "Отстань от меня, ты, осел". Она неумело пихнула его, но он лишь крепче обхватил ее руками.

      "Я не трогал ее. Я столкнулся с ней возле "Короны", и она наткнулась на меня. Наверное, специально. Если подумать, возможно, это она вызвала папарацци. Она всегда была шлюхой, привлекающей внимание. Я поддержал ее, а затем продолжил свой путь. На этом наше общение закончилось".

      Отличная работа, сказал Шаро. Теперь скажи ей правду.

      Выйди из моей головы, почти пробормотал вслух Маркус, прежде чем последовать его совету. Наклонив голову к своей прекрасной жене, он сказал: «Тебя никто не заменит, любимая. И никогда не сможет».

      Ее лицо сразу же изменилось. Вместо того чтобы оттолкнуть его, она схватилась за лацканы его пиджака. "Мне было так страшно. Когда ты упал, мне было так страшно". Ее глаза наполнились слезами. "А потом Шаро".

      "Сейчас мы направляемся в Нью-Олимп Дженерал. Я знал, что ты захочешь увидеть его, первым делом".

      "Хорошо." Кора прижалась к нему, положив голову ему на грудь. "Неужели все закончилось?"

      Он прижал ее к себе и вдохнул сладкий аромат ее волос. "Да, богиня. Все кончено. Но остальная часть нашей жизни только начинается".

      Он почувствовал, как она кивнула, прижавшись к его груди. Но в следующую секунду она отстранилась. "Шаро пытался объяснить. Мне жаль. Мне жаль, что я покинула поместье вот так и направилась прямо в опасность. Я понятия не имела о Кьяре".

Слезы потекли по ее щекам, и она закрыл их, качая головой. "Ты не могла знать. Я просто... я просто не мог..." Он опустил глаза и разочарованно вздохнул.

      Но затем он заставил себя снова встретиться с ней взглядом. "Я поклялся защищать тебя. Несмотря ни на что. Даже если это означало, что самое безопасное место для тебя – вдали от меня. Это убило меня, быть вдали от тебя. Хуже, чем в первый раз. Намного хуже, потому что я боялся, что это навсегда".

      Он не хотел думать о том, какими были последние три недели. Он с головой ушел в работу, но даже это не могло отвлечь его от тоски по ней. Или гадать каждый час, каждый день, каждую минуту, все ли у нее в порядке, что она делает, ненавидит ли она его. Живет ли она дальше. Его сон мучили кошмары о том, как она счастлива в объятиях другого мужчины, с чужим кольцом.

      Десять раз в день ему приходилось бороться с собой, чтобы не сказать: "К черту все", сесть в машину и нарушить все известные человеку правила дорожного движения, чтобы вернуться к ней. Вся его дисциплина, весь его контроль, все это не имело значения, когда дело касалось ее.

      Может быть, она увидела что-то из его мучений на его лице, потому что она поднесла руку к его щеке и прошептала: "Никогда больше. С этого момента ты и я вместе. Всегда. Больше никаких секретов. Никакой лжи. Неважно, думаешь ли ты, что это для моего блага или нет. Теперь мы партнеры во всем. Клянешься?"

      Он торжественно встретил ее взгляд. "Я клянусь тебе, Кора Убели, никогда больше не лгать тебе".

      "Даже если ты думаешь, что это для моего же блага? Мне нужно, чтобы ты сказал это, Маркус".

      Он улыбнулся ее упорству. "Я никогда не оставлю тебя и не покину тебя. Я никогда больше не буду лгать тебе или хранить секреты, даже если я думаю, что это для твоего же блага. Теперь твоя очередь".

      Она сжала его руки, и на ее лице не было улыбки. Она отнеслась к этому со всей серьезностью.

      "Я, Кора Убели, клянусь никогда не покидать и не оставлять тебя, и я никогда больше не буду лгать тебе или хранить от тебя секреты, даже если я думаю, что это для твоего же блага".

      "Осталось только скрепить это поцелуем", сказал Маркус, медленно придвигая свою голову к ее.

      Она прильнула к нему, и когда их губы встретились, Маркус подумал, что может умереть от ангельски мягкого прикосновения ее губ.

      В самые тяжелые моменты он думал, что никогда больше не испытает этого. Даже воспоминания об этом ощущении сводили его с ума. Он не мог быть нежным, не сейчас. Не после всего, через что они прошли, не после их разлуки.

      Он прижал ее к себе, и она обвила руками его шею, видимо, так же отчаянно желая его в ответ. Их рты встретились в голодном сплетении. Губы, языки, зубы. Он не мог насытиться ею. Ему нужна была она вся. Сейчас.

      Но как только он переложил ее на спину, внедорожник остановился, и из динамика раздался голос водителя. "Мы здесь".

      Кора вырвалась изо рта Маркуса, широко раскрыв глаза. "Шаро".

      Она едва успела переодеться, прежде чем открыть дверь. Маркусу пришлось бежать за ней; она была уже на полпути ко входу в больницу, когда он вышел из собственной двери.

Два дня они просидели у постели Шаро, прежде чем он наконец открыл глаза.

      На закате солнца его большие брови наконец наморщились, и он моргнул, открывая глаза.

      "Шаро!" воскликнула Кора, вскакивая и хватая его огромную руку в свою крошечную. "Ты проснулся. Маркус, он проснулся!"

      Маркус стоял позади Коры и улыбался своему лучшему другу, своему брату. "Слава судьбе", выдохнул он. Шаро был постоянным учеником в его жизни. Он не мог представить, как жить без него. Он был его семьей.

      Шаро огляделся вокруг, явно смущенный.

      "Вот." Кора отпустила его руку только для того, чтобы взять с прикроватной тумбочки чашку воды с соломинкой и поднести ее ко рту Шаро.

      Он сделал несколько глотков и откинулся на подушки. "Что... случилось?"

      Кора снова взяла его за руку. "Ты спас день. Ты спас мою жизнь". Она сжала его руку.

      "И за это тебе моя вечная благодарность, брат", сказал Маркус.

      Шаро встретил его взгляд поверх головы Коры, и они молча переглянулись. Шаро кивнул, и Маркус знал, что он все понял. Маркус был обязан ему всем. Это был долг, который Маркус никогда не сможет вернуть, но он все равно потратит остаток своей жизни на попытки.

      "Моей матери все это сошло бы с рук, если бы ты не появился тогда, когда появился", продолжала Кора. "А потом в тебя стреляли. Так много раз", ее голос сломался. "Я думала, ты умер. Доктор сказал, что нам повезло, что ты жив. Если бы одна из пуль была хотя бы на полдюйма ближе к левой стороне". Она прервалась, качая головой, по ее щекам текли слезы.

      "Я в порядке", прохрипел Шаро, и Кора тут же поднесла воду к его губам.

      Затем Кора повернулась и посмотрела на Маркуса. "Он очнулся. Нужно позвать врача. Они сказали позвать его, когда он очнется".

      Маркус кивнул и нажал кнопку, чтобы вошла медсестра.

      Медсестра, а затем и врач прибыли через несколько минут. Маркуса и Кору вывели из комнаты, пока врач занимался Шаро.

      Как только они вышли из комнаты, плечи Коры опустились. Она была измучена. Как Маркус ни уговаривал ее поехать домой, чтобы отдохнуть, она отказывалась уезжать. Ей удалось поспать несколько часов на раскладушке, которую они поставили в комнате, но не более того.

      Но теперь, когда Шаро проснулся, он настаивал. Она должна пойти домой и отдохнуть всю ночь.

      Ее рука скользнула в его, пальцы переплелись.

      "Я люблю тебя, Маркус". Она остановилась посреди больничного коридора и посмотрела на него. "Спасибо, что подарил мне эту жизнь. Спасибо тебе за все. Ты знаешь, как сильно я тебя люблю? Ты можешь себе это представить?"

      Маркус улыбнулся ей, женщине, которую он любил больше жизни.

      Он уже собирался наклониться, чтобы поцеловать ее, когда ее глаза внезапно закатились, и она упала. Он едва успел подхватить ее, прежде чем она упала на землю.

Глава 41

      Все было темно, звезд не было.

      "Привет?" позвала Кора в темноту.

      Никто не откликнулся.

      Кора вытянула руки и ощупала все вокруг. Ничего. Ничего не было.

      "Маркус? Маркус?" Ее голос был высоким, почти безумным. Где она была? Почему она ничего не видит? Она вертелась вокруг, но вокруг было только еще больше пустоты, пока, вытянув руки, она не наткнулась на кирпичную стену.

      В воздухе запахло кислым и затхлым, и тогда Кора все поняла.

      Мама снова заперла ее в подвале.

      Все это было сном. Маркус. Новый Олимп. Ничего из этого не было реальностью.

      Маркус никогда не был настоящим. Он никогда не любил ее. И никогда бы не полюбил. Потому что он не существовал. Ничего из этого не было. Оливия. Анна. Шаро. Арман. Она выдумала их всех в своей голове.

      Сколько дней она провела здесь? Как давно у нее не было ни еды, ни воды? Сколько времени она не спала?

      Она уже испытывала это раньше, бред, возникающий при длительном пребывании в одиночном пространстве.

      Она опустилась на колени.

      Она была одна.

      Нелюбимая.

      Ее мать окончательно свела ее с ума.

      "Неееет!" кричала она, стуча кулаками по земляному полу. "Пожалуйста!" Она не знала, о чем умоляла. Может быть, чтобы земля разверзлась и поглотила ее целиком.

      Но потом она замерла. Потому что она что-то услышала.

      Она села и навострила уши.

      "Кора. Кора!"

      Звук доносился так далеко, что Кора едва могла его расслышать. Но он был. Либо это была слуховая галлюцинация.

      Но она была в таком отчаянии, что ей было все равно.

      "Эй?" Она, спотыкаясь, направилась на звук. "Эй?"

      "Кора", раздался голос, на этот раз громче. "Кора, детка, вернись ко мне".

      Маркус. Это был голос Маркуса.

      Кора побежала к нему. Она должна была наткнуться на заднюю стену подвала, но не наткнулась. Темнота просто продолжалась и продолжалась, и пока она бежала, она начала светлеть. Сначала до темно-серого, а потом... потом... потом...

      Кора открыла глаза и поморщилась от болезненно яркого света.

      "Кора!" Над ней нависло расплывчатое лицо Маркуса. Он улыбался и плакал одновременно. Она никогда не видела Маркуса плачущим за все то время, что знала его.

      Подождите. Было ли это на самом деле? Или это была очередная галлюцинация?

      Но когда Маркус прильнул губами к ее губам, она решила, что ей все равно. Она оставалась.

Глава 42

      Кора отняла у Маркуса около десяти лет жизни, когда упала в обморок в коридоре больницы.

      Но уже через десять минут она смотрела на него, придя в себя. И если бы ей нужно было потерять сознание, лучшего места для этого она бы не выбрала.

      Медсестры и врачи тут же бросились на помощь и перевезли ее на каталке в палату.

      Она была обезвожена, чего Маркус никогда себе не простит – ему следовало следить за тем, чтобы она пила больше жидкости, пока они присматривали за Шаро, особенно после травмирующих событий предыдущих дней.

      Врачи взяли кровь и ждали результатов. Маркус никогда не был молящимся человеком, но сейчас он молился всем богам, которых знал и даже тем, которых не знал, чтобы результаты анализа крови оказались в норме и с ней все было в порядке.

      Они ждали, казалось, несколько часов, хотя он с самым грозным видом пригрозил врачу, что анализ крови Коры будет приоритетным. На самом деле прошло чуть больше 45 минут, прежде чем врач вошел в дверь.

      Маркус вскочил на ноги. В руках у доктора была папка, и он улыбался. Улыбка должна была означать хорошие новости, верно? Если бы это было не так, Маркус сделал бы больше, чем просто разбил бы этому парню лицо.

      "Что это?" потребовал Маркус. "Скажите нам."

      "Маркус." Кора мягко сжала его руку. "Дай человеку возможность перевести дух".

      Маркус посмотрел вниз на свою жену на больничной койке. Она была слишком бледной, чтобы ему понравиться. И с тех пор, как она очнулась, она все время спрашивала его, существует ли он, и сжимала его руку так, словно он исчезнет, если она отпустит его хоть на секунду.

      "Если не считать легкого обезвоживания, вы прекрасно себя чувствуете", сказал врач Коре, избегая взгляда Маркуса и переходя на другую сторону ее кровати.

      "И у меня хорошие новости". Кора нахмурилась, но затем он продолжил: "Вы беременны!".

      "Что?" одновременно сказали Кора и Маркус.

      Кора задохнулась и в шоке уставилась на доктора. Затем она посмотрела на Маркуса с трепетной улыбкой на лице. Она еще крепче сжала его руку, быстро моргая. "Я думаю, я имею в виду... Я забыла обновить противозачаточный укол, потому что..."

      Потому что они были разлучены.

      Кора покачала головой и слегка рассмеялась. "А потом я даже не подумала об этом, но у меня должны были начаться месячные три недели назад. Просто все было настолько сумасшедшим, подготовка к сбору средств и все остальное". Она прервала смех.

      Но Маркусу было не до смеха. Он посмотрел на доктора. "Так на каком сроке она находится?"

      "Когда у вас была последняя менструация?" спросил врач у Коры.

      Она все еще удивленно качала головой, а потом ее глаза поднялись к потолку, когда она подсчитывала. "Около шести недель назад? Может быть, семь? Вторая неделя прошлого месяца, я думаю".

      Маркус посчитал в уме. Он не слишком хорошо разбирался в женском репродуктивном здоровье, но однажды женщина пыталась ложно заявить, что он был отцом ее ребенка, и он немного узнал об этом. Если последние месячные были семь недель назад, это означало, что ребенок был зачат пять недель назад... примерно в то время, когда они впервые встретились и впервые занялись сексом.

      Но если она ошибалась, хоть на чуть-чуть... Они были в разлуке несколько месяцев. Она ушла от него, и он никогда не спрашивал, есть ли у нее кто-то еще за это время.

      Честно говоря, он и не хотел этого знать. Ладно, это была ложь. Он хотел знать, с жаждой мести, но он также слишком хорошо знал себя. Если бы любой другой мужчина прикоснулся к Коре, независимо от того, хотела она этого или нет, этот мужчина недолго оставался бы бездыханным после того, как Маркус узнал бы его имя.

      Но теперь был ребенок...

      Его челюсть сомкнулась, и он услышал, как бешено колотится его сердце. Это был ребенок. Несмотря ни на что, ребенок наполовину принадлежал Коре. А все, что было ее половиной, он будет любить до последнего вздоха.

      Он потянулся и взял ее руку. "Я буду любить этого ребенка как своего собственного, несмотря ни на что".

      Кора растерянно посмотрела на него. "Что ты имеешь в виду? Это твой ребенок". Затем, казалось, ее осенило понимание. И она отбросила его руку. "Я не спала ни с кем другим, пока мы были в разлуке. Ты…?" Ее глаза вспыхнули огнем, и цвет вернулся в ее прежде бледные щеки. «Так помогите мне, если ты...»

      Маркус расхохотался и сел на кровать, притянув ее в свои объятия. "Нет. Никогда. Никогда и никто, кроме тебя".

      Он крепко поцеловал ее. Сначала она не реагировала, но потом ее губы смягчились, и она поддалась ему. Его милая Кора. Его могущественная, вздымающая шары Королева.

      Он отстранился от нее и прижался лбом к ее лбу. "У нас будет ребенок", прошептал он.

      Ее большие голубые глаза смотрели на него, расширившись от удивления. Ее рука скользнула между ними к животу. "Ребенок", сказала она с благоговением. "Твой ребенок".

      "Ты сделала меня самым счастливым человеком на свете. Я люблю тебя. Навсегда". Эти слова были преуменьшением. Они всегда будут такими.

      Но он потратит остаток своей жизни на то, чтобы доказать их своей жене. Своей возлюбленной. Его королеве.

Эпилог

      Три года спустя…

      Кора поняла это в тот момент, когда ее муж вошел в бальный зал. Ее позвоночник затрещал. Позади нее, ближе к двери, ропот толпы затих.

      "Прибытие, двенадцать часов", Арман подмигнул ей бровями. Кора повернулась в своем золотом платье и сразу же выделила Маркуса. В смокинге он был обходителен и до дрожи в коленях красив.

      "Без костюма?" надулся Арман, прикладывая к глазу фальшивый монокль. Кора шлепнула его по руке.

      "Он не стал бы его надевать. Но нужен ли он ему вообще?"

      Маркус заметил ее. Его заросшая щетиной челюсть скривилась в улыбке. Ммм, пятичасовая тень, ее любимая. В последнее время он много работал, и у него не было времени побриться перед балом. Он загладит свою вину перед ней позже, ощутив жжение своей бороды на ее бедрах...

      Прижав два пальца к губам, Маркус поцеловал ее.

      "Черт. Он входит". Арман опустил монокль.

      "Я знаю", пробормотала Кора.

      "Я говорил об Уотерсе".

      "О." Крупный судоходный магнат только что вошел с группой хихикающих женщин в скупых костюмах цвета морской пены.

      "Водяные нимфы. Очень, очень умно", восхитился Арман их костюмами. "Пойдем поприветствуем твоего мужа?"

      "Думаю, нет", сказала Кора. "Пусть он успокоит своих просителей". Как обычно, Маркус был окружен людьми, желающими пожать ему руку и пошептаться на ухо.

      "Ты говоришь так, будто он император", критически поднял бровь Арман. "А кем это делает тебя?"

      "Богиней". Кора улыбнулась своему напитку. "Оставь Маркуса в покое. Он придет ко мне".

      "Конечно, придет. Вы двое приклеены к бедру. Или... другим частям". Он бросил взгляд на ее округлившийся живот.

      "Арман!" Она приложила руку к своему бугорку.

      "Ааа, ты покраснела. Я все понимаю".

      "Ты хуже Оливии". Кора притворилась, что выглядит чопорной.

      "Спасибо. Какой это номер?" Арман провел рукой по ее животу. "Два из десяти? Одиннадцати?"

      "Два из двух, большое спасибо. Мы хотели мальчика и девочку".

      "У вас уже есть маленький Вито, значит, этот..."

      "Девочка". Покрасневшая кожа Коры, казалось, светилась. "Мы узнали об этом на прошлой неделе".

      "Миссис Убели!"

      И Кора, и Арман повернулись, чтобы поприветствовать седовласого мужчину в белом халате.

      "Доктор Лорел", напомнил им мужчина, подняв кустистые брови, которым позавидовал бы Эйнштейн. "Мы познакомились на последнем гала-вечере. Я не могу передать, как мы благодарны вам за вашу благотворительность. Мы на пороге прорыва".

      "Доктор Лорел", пробормотала Кора, позволяя ему взять ее за руку. "Конечно, я помню".

      Изящная молодая женщина в белой тоге и повязке из зеленых листьев держалась за локоть доктора, пока он не потянул ее вперед. "Позвольте представить вам мою дочь, Дафну".

      "Здравствуйте." Дафна застенчиво помахала рукой и рассмеялась, когда Арман отвесил поклон.

      "Рада познакомиться с вами, дорогая", сказала Кора. Девушка была красавицей с оливковой кожей и миндалевидными зелеными глазами. Она выглядела едва окончившей среднюю школу. "Вы учитесь в колледже?"

      Дафна покраснела, когда ее отец захихикал. "В колледже? Моя девочка уже закончила колледж. Готовится к защите докторской диссертации. Берет пример со своей матери".

      "И вы тоже, доктор Лорел, я уверена". Кора мягко улыбнулась молодой женщине. "Не могли бы вы покрутиться и показать нам свой костюм? Позвольте мне угадать, кто вы".

      Изящно кивнув, Дафна крутанулась на пятке,

      "Ее специальность – биохимия", говорил Арману доктор Лорел. "Ее исследования уже набирают обороты. Самый молодой получатель гранта Авиценниуса".

      "Очень впечатляет", сказал Арман.

"Она не хотела ехать", объявил ее отец. "Но она слишком много времени провела за микроскопом. А ты еще молода". Он ткнул пальцем в сторону своей дочери.

      "Ты прекрасно выглядишь", сказала Кора Дафне. "Я все еще пытаюсь угадать, кто ты. В белых одеждах и с венком на голове?"

      "Я древняя олимпийская спортсменка", объяснила Дафна. "Победительница. Это мои лавры".

      "Умно", сказал Арман, и Дафна покраснела еще больше.

      "Ты не можешь быть олимпийским атлетом", прервал ее глубокий голос. Высокий темноволосый мужчина встал между Дафной и остальными. "Олимпийские спортсмены выступают обнаженными".

      "О боже", Арман поднял свой фальшивый монокль к глазу и посмотрел на новоприбывшего. "Привет."