Текст книги "Королева Подземного мира (ЛП)"

Автор книги: Стасья Блэк

Соавторы: Ли Савино
сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 16 страниц)

      "Итак, позволь мне прояснить ситуацию. Ты покинула поместье по собственной воле. Ты позвонила копу, думая, что он защитит тебя от психопата, который уже забрал двух женщин".

Кора облизала губы, глядя на темный силуэт своего мужа.

      "Это правда?" спросил Маркус.

      "С ним была команда спецназа", слабо предложила она. "Я пыталась принять как можно больше мер предосторожности".

      "Только вот ты ни разу не сказала мне, своему мужу!" Он сильно опустил свой стакан, не настолько сильно, чтобы разбить его, но она подпрыгнула, когда он ударился о шкаф. "Ты ни разу не поделилась".

      "Ты был занят отгрузкой..."

      "Ты не доверяла мне. Моя собственная жена".

      "Мне жаль", плакала она. "Боги, я бы все изменила, если бы могла. Это моя вина, что приехали полицейские. Это моя вина..." Она не могла закончить, вспоминая, как кровь лилась из раны Айрис. Как пустели ее глаза, когда душа покидала ее тело.

      "Вот почему ты убежала. Ты боялась рассказать мне". Она не могла разглядеть выражение лица Маркуса в тени.

      "Да", прошептала она. Она лгала себе об этом – его насилие давало ей оправдание, – но, в конце концов, именно поэтому она убежала.

      "Уже поздно", сказал он. "У меня есть дела. Я найду кого-нибудь, кто отвезет тебя обратно". Он уже достал свой телефон.

      Сердце Коры забилось медленно, болезненно. "Куда?"

      "В твою квартиру".

      "Маркус, мне жаль". Слова горели в ее горле. Все, что она хотела сказать, но не могла заставить себя. "Я не должна была идти к Эй Джею. Я должна была довериться тебе".

      Она хотела пойти к нему, убедить его, умолять поверить ей. Но он стоял у окна с бокалом в руке, а ее ноги были прикованы к месту. "Я скажу Уотерсу, что это моя вина, что там были полицейские. Это был несчастный случай".

      "Держись подальше от Уотерса", прорычал Маркус с такой силой, что у нее подкосились ноги, и, хотя она была в другом конце комнаты, она сделала шаг назад. "Все кончено. Ты сделала достаточно".

      Позади нее открылась дверь, напугав ее, и вошел Тень, скользя взглядом туда-сюда между двумя Убели, прежде чем сосредоточиться на том, кто отдавал ему приказы.

      "Да, босс?"

      "Пожалуйста, проводите мисс Кору обратно в ее квартиру. Или куда она захочет".

      "Да, сэр". Тень придержал дверь открытой, ожидая.

      "Маркус", прошептала Кора.

      "Мэм", позвал Шейд. Он явно уловил напряжение в комнате и счел разумным намекнуть ей.

      Бросив последний взгляд на прямую спину мужа, Кора пошла к выходу.

      Через два дня время истекало. У них не было груза Уотерса. По крайней мере, Маркус наконец-то узнал правду. Этот факт был холодным утешением. Особенно когда в машине на полпути к дому до нее дошло, что Маркус назвал ее мисс Кора.

      А не миссис Убели.

Глава 30

      Остаток дня Кора бродила по своей квартире в оцепенении, анализируя каждый шаг Маркуса.

      Все кончено. Ты сделала достаточно.

      В сумерках она проиграла битву с собой и набрала его личный номер. "Маркус, нам нужно поговорить. Я могу все объяснить". Она остановилась на этом, потому что не знала, сможет ли объяснить. Имело ли значение, что она пыталась поступить правильно, но все обернулось так плохо? «Пожалуйста, позвоните мне», неубедительно закончила она.

      Беспокойно шагая, она проверила холодильник в поисках чего-нибудь аппетитного. Не повезло. Она начала открывать бутылку вина. Когда ее телефон зажужжал, оповещая о текстовом сообщении, она выронила открывалку, чтобы взять ее.

      Mистера Убели нет на этом номере. Он находится под наблюдением. Только в экстренных случаях.

      Она бросила телефон с большей силой, чем нужно. Ее муж исчез, скрылся за безликой Тенью, которую он использовал как армию. Когда она бежала, ей пришлось бороться за свое пространство, но он сменил номер и, бум, она оказалась отрезанной от него.

      Это было несправедливо.

      "Что я могу сделать?" разглагольствовала она, наблюдая за Брутом. "Все карты в отношениях на руках у него".

      Ее пес наклонил голову и потерся о нее, пытаясь утешить. Она почесала его за ушами. "Все в порядке, мальчик, я на тебя не сержусь. Ты сидишь и стоишь, когда тебе говорят".

      Она рассмеялась, закончив открывать вино.

      Через несколько часов в ее дверь постучали.

      "Кто там?" Кора сделала паузу в исполнении песни, играющей на радио в ее телефоне.

      Снова раздался тяжелый стук, и Кора застонала, не желая двигаться с места. Она только что устроилась поудобнее.

      Маркус. Что, если это был Маркус? Ее бокал забулькал, когда она поставила его на пол.

      Находясь в винном тумане, она едва вспомнила, что нужно заглянуть в глазок.

      Мужчина снаружи был так высок, что она могла видеть только его шею.

      "Нет", сказала Кора. Упс. Она сказала это вслух. Черт. Может, она могла бы спрятаться в спальне, пока Шаро не уйдет.

      "Открой дверь", приказал Шаро голосом, который ясно давал понять, что его не нужно просить дважды. Неужели Маркус послал свою правую руку убить ее за то, что она разрушила его бизнес? Она хихикнула – вино сделало эту мысль скорее увлекательной, чем пугающей.

      Она открыла дверь и посмотрела вверх, а потом еще вверх. Шаро был высоким, очень высоким. «Привет», икнула она. «Что тебе нужно?»

      "Пришел проведать тебя".

      "Тебя прислал Маркус?" Она прищурилась, вглядываясь в черное полуночное лицо.

      "Он не знает, что я здесь".

      Это заставило ее задуматься. Шаро был очень предан, и, насколько она знала, ничто не могло заставить его действовать за спиной Маркуса.

      Маркуса. Который не послал его проведать ее. Который отправил ее прочь, даже не оглянувшись назад.

      "Ну, я жива. Спасибо, что проверил". Она начала закрывать дверь, но нога Шаро остановила ее.

      "Шаро, я хочу побыть одна". Он не сдвинулся с места, и это только разозлило ее еще больше. "Я не могу тебе поверить. Двигайся, ты, большая гора".

      Но Шаро просто загнал ее обратно в квартиру, пока не закрыл дверь.

      Брут подошел и обнюхал руку большого человека.

      "Ты просто замечательный сторожевой пес". Кора бросила взгляд на дога, который заскулил и улегся на очаг.

      Тем временем Шаро пробирался по квартире, сначала добрался до звуковой колонки и отключил музыку.

      "Эй!" крикнула она, но он проигнорировал ее, прошел на балкон и выглянул наружу. Он плотно задернул шторы, вернулся к входной двери и обошел ее, чтобы приглушить верхний свет. Переключатель был волшебным образом установлен после ее переезда, как часть "модернизации", которую супервайзер ввел по команде нового владельца здания – он же Маркус.

      "Какого черта...", пробормотала она.

      Шаро наклонился и уставился ей в лицо.

      "Люди могут видеть, что здесь происходит, когда у тебя включен свет", прорычал он, глядя на нее сверху вниз.

      Кора уставилась на него расширенными глазами. Потеряв всякий смысл, она толкнула его в грудь обеими руками. "У меня была хорошая, тихая," ворчала она, толкаясь, не заботясь о том, что не добилась ничего особенного, "ночь. В одиночестве!"

      "Не так уж и тихо. Я слышал, как ты пела в коридоре".

      С последним ворчанием Кора перестала толкаться и пошла прочь. "Ну и что мне теперь делать, раз Маркус решил, что у нас перерыв? Сидеть в углу и вязать?" Она плюхнулась на диван и стала искать на полу свой бокал с вином, едва не опрокинув его и себя, когда Шаро сел рядом с ней. Когда он устроился на своей подушке, она заметила, что он занял почти половину дивана.

      Подняв бутылку, чтобы осмотреть ее, он бросил на нее забавный взгляд. В ней не хватало всего полтора бокала.

      Она подняла подбородок. "Что? Значит, я легкая".

      Покачав головой, он наклонился и, не успела она опомниться, как он освободил ее от бокала.

      "Эй, я пила это". Она боролась, но не могла с ним сравниться. Он удержал ее, положив одну большую руку ей на грудь, и одним глотком выпил остатки красной жидкости.

      "Я не могу в это поверить", проворчала она. "Что ты вообще здесь делаешь?"

      "Получил твое сообщение".

      Она тяжело сглотнула. "Я думала, это была линия Маркуса".

      "Так и есть, но он снова ушел на дно".

      "Что-то... Что-то еще произошло?"

      "Больше угроз. Уотерс в движении. На нескольких наших людей напали, но он, похоже, предпочитает похищение, а не убийство. Пока никаких требований".

      В висках Коры запульсировала очередная головная боль, от которой ее в последнее время тошнило, и она почувствовала, что ее сейчас вырвет. Она потерла лоб и попыталась сосредоточиться на том, что говорил ей Шаро.

      "Уотерс где-то спрятался, но он в городе. Должен быть. Есть ордер на его арест в связи с отравлением мэра". Шаро схватил бутылку вина и налил себе бокал. Она никогда раньше не видела, чтобы он пил. "Мы думаем, что он работает с Титанами".

      "Титаны хотят вернуться, не так ли?" прошептала она. "Она не остановится, не так ли? Моя мать?"

      Он посмотрел ей в глаза и покачал головой. "Титаны хотят вернуться, и они вернутся, если только мы не уговорим Уотерса присоединиться к нам. Но с учетом того, что он забрал Теней, все выглядит не очень хорошо".

      "Что я могу сделать, чтобы помочь?"

      "Ничего. Если только ты не сможешь магически произвести Уотерса".

      Она прикусила губу.

      Держись подальше от Уотерса. Все кончено. Ты сделала достаточно.

      Все кончено.

      "Почему ты мне это говоришь?" Кора старалась не показаться грустной, но у нее ничего не вышло. Ее мать, как всегда, замышляла недоброе, пытаясь навредить мужу. Она вздрогнула, боль пронзила до глубины души. Был ли Маркус еще ее мужем? Хотел ли он им быть? "Он не хочет, чтобы я в этом участвовала".

      "Ты так просто сдашься?"

      Она уставилась на Шаро, но он не смотрел на нее.

      "Что ты имеешь в виду? Я причинила ему боль, я знаю это. Я знаю, что он чувствует себя преданным. Но он даже не хочет со мной разговаривать".

      Шаро невесело усмехнулся. "Не очень-то весело быть закрытым, не так ли?"

      "Нет", ответила она, опустив подбородок на грудь. Она так же обращалась с Маркусом в течение нескольких месяцев после того, как оставила его.

      "Прошло два месяца, и у тебя вырос хребет. Но ты все еще не повзрослела".

      Сломает ли она руку, если ударит его? Скорее всего, она сломает руку. "Может быть, когда вы все перестанете относиться ко мне как к ребенку".

      Шаро только покачал головой, делая длинный глоток. "Ты хочешь знать, о чем он думает? Ты хочешь знать все?"

      Кора нахмурилась, но кивнула, подогнув ноги под себя на диване, превратившись в самый маленький шарик из возможных. Брут сидел рядом и выглядел несчастным, пока она не протянула руку и не погладила его мягкую седую голову.

      "Ты уверена?" Шаро наконец посмотрел на нее, и предупреждение в его темных глазах было серьезным.

      "Да".

      "Ты уверена, что хочешь проснуться? После этого ты можешь больше никогда не заснуть".

      Почему-то она знала, что он говорит не о буквальном сне. Она кивнула.

      "Хорошо". Он возился со своим пустым стаканом, делая паузы так долго, что она подумала, не забыл ли он о ее присутствии. Но она не осмелилась нарушить молчание. "Ты знаешь сестру Маркуса?"

      "Кьяру".

      "Ты знаешь, как она умерла?" Он поднял вино, наполняя свой бокал и держа руку на горлышке бутылки.

      Кора посмотрела на свои руки. "Моя мама убила ее".

      Шаро пригубил второй бокал. "Это было только потом. Сначала братья Титаны изнасиловали ее. Все трое. Ее ударили ножом, несколько раз... Думаю, когда твоя мама пришла и обнаружила, что они натворили. Может, она злилась на Карла за то, что он ей изменил. Может, она так ненавидела старика Убели. А может быть, это было ради власти. Но Кьяра истекла кровью на матрасе, к которому ее приковали".

      Кора застыла на месте, ее рука все еще лежала на голове Брута. Она никогда не задумывалась о подробностях той давней ночи. Да она и не хотела, как теперь поняла. Ей должно было стать плохо.

      Но Шаро не собирался ее миловать. Он собирался все рассказать, как бы больно ни было им обоим. А ему было больно, это было ясно по его глазам и заминке в голосе.

      "Кьяра была в безопасности в поместье, но у нее встали дыбом волосы, и она убежала. Тогда-то они ее и схватили. Мы знали, что она пропала, и дергали за все ниточки, чтобы найти ее. В конце концов, стукач нашел ее. Слишком поздно. Она была мертва уже сутки. Ублюдки оставили ее умирать одну, зарезанную, покрытую их грязью".

Рука Шаро слегка дрожала на бутылке, золотое кольцо, которое он носил на безымянном пальце правой руки, звенело о стекло, пока он не сжал его с такой силой, что костяшки пальцев побледнели.

      "Маркус увидел ее и потерял. Он был еще ребенком". Шаро смотрел на нее через диван, его глаза были наполнены черными воспоминаниями. "Но это был день, когда он вырос. Не в тот день, когда они забрали его родителей, не через год после этого. Это был день, когда мы нашли Киару, и тогда он ушел. Даже не дождался, пока ее упокоят. Заплакал, в последний раз, когда я видел его плачущим, и исчез".

      Кора обхватила руками свои ноги, чтобы не дрожать. Ее глаза были сухими; у нее не было слез для этого. Шаро продолжал говорить, его глубокий голос отдавался эхом в яме этой бездонной ночи.

      "Мне понадобился год, чтобы найти его. Он несколько месяцев был бездомным, пока не нашел свой путь. Обучился как боец и вернулся на Новый Олимп. К тому времени Титаны были у власти уже два года, и большая часть империи старика Убели исчезла. Маркус отстроил ее заново и не останавливался, пока не изгнал последнего из них".

      Молчание.

      Так вот почему он оставил ее. "Я предала его и дала Титанам вход".

      "Женщина." Шаро покачал головой, словно она была глупой. "Он отослал тебя, потому что не может с этим справиться. Все, что он делал, было для того, чтобы защитить тебя. А ты покидаешь свой безопасный дом – как Киара – и бежишь к плохим парням. Неважно, почему ты это сделала. Он уже однажды потерял свою семью. Он не может потерять и тебя".

      Кора не знала, что на это ответить. Но он был не прав. Он не видел выражения лица Маркуса. Он не слышал, каким холодным был голос Маркуса, когда он сказал ей, что все кончено. Маркус был человеком, который ценил верность превыше всего. А она предала его. Что оставалось без доверия?

      "Ты напоминаешь мне о ней, знаешь?" сказал Шаро, нарушая молчание. "Кьяра. Она была милой, но внутри был огонь". Его голос понизился, и она напрягла слух. "Мы готовы на все, чтобы защитить это".

      Нежность в его глубоком голосе заставила ее повернуться и посмотреть на него. Мускулистая фигура Шаро была сбалансированной, жесткой, но он позволил маске сползти с его лица настолько, что она смогла увидеть человека под ней, годы боли и мучений.

      Кора оперлась о край дивана, внезапно увидев так много.

      "Ты любил ее", прошептала она. В животе у нее забурлило от тошноты. "Как ты вообще можешь смотреть на меня, Шаро?"

      "Отдохни немного, Кора", пробормотал он. И это было все. Он вышел за дверь.

      Но все, что Кора могла видеть, была та молодая девушка, которую снова и снова насиловали дяди Коры... ее отец. А мама закончила работу тем, что...

      Кора едва успела добежать до туалета, прежде чем опорожнила содержимое своего желудка.

Глава 31

      Зик Штурм разглядывал медбрата с густыми вьющимися волосами и достаточным количеством мышц на руках, чтобы предположить, что под его халатом скрывается прекрасное тело. Он должен был похвалить свою консьержную службу медицинского обслуживания – они наняли молодого человека, который был именно в его вкусе. Наблюдая за передвижением кудрявого парня по палате, он подумал о том, чтобы отодвинуть переносной стол, который скрывал его эрекцию, чтобы медсестра – его звали Пол – не могла ее пропустить. С этими молодыми парнями иногда только этого и требовалось.

      "Сэр, уже почти полночь. Вам нужно отдохнуть". Медсестра наклонилась, чтобы поднять упавшую на пол одежду, и Зик увидел ярко-красные стринги, выглядывающие из-под бирюзовой униформы. Бинго.

      "Я отдыхал весь день", сказал Штурм, и это было правдой. Врачи выписали его из отделения интенсивной терапии, и он сделал фотосессию, чтобы заверить общественность, что их мэр на пути к выздоровлению, но на этом все и закончилось. Он настоял на том, чтобы вернуться домой и спать в своей постели под присмотром личного врача. "У меня так много дел... мне трудно расслабиться".

      Медсестра – Пол – медленно выпрямилась и усмехнулась.

      Голоса за пределами палаты прервались.

      Зик нахмурился и дернул головой. "Пойди узнай, в чем дело".

      Медсестра успела только открыть дверь, как в палату ворвался помощник. "Сэр, к вам пришел Арман Мерше".

      Зик поднял бровь. Что здесь делал молодой Мерше? "Отправьте его сюда. И возьми выходной, Джонс. Я здесь в надежных руках".

      "Да". Помощник исчез, и на его место выскочил Арман, его густые волосы дико развевались на фоне более строгого костюма.

      "Я вам не помешал?" На лице Армана была его обычная озорная ухмылка.

      Зик вздохнул. "Нет, нет, проходите". Он смотрел, как молодая медсестра уходит вместе со своим помощником, и не пытался скрыть своего разочарования.

      Как обычно, Арман уловил это. "Рад видеть, что вы чувствуете себя лучше. Есть успехи в поимке ублюдка, который сделал это с вами?"

      "У нас есть ордер на арест Уотерса. Мы отследили все достаточно, чтобы предъявить ему обвинение, но я ума не приложу, зачем ему нужна моя смерть".

      "А я могу." Арман проворно подошел к кровати, снял пиджак и бросил его на стул. Под ним была лавандовая рубашка, тонкий покрой которой подчеркивал его стройный, привлекательный торс. Он протянул пакет с белыми таблетками, чем сразу же привлек к себе внимание Зика.

      "Это то, о чем я думаю?" Штурм протянул руку, и Арман послушно отдал ему пакетик.

      "Амброзия. Brew, или Bro, как они теперь называют это на улицах".

      "Ты пробовал их?"

      "Вообще-то пробовал. Я думал, это снотворное. Принял одну и..." Арман жеманно улыбнулся. "Ну, на самом деле это превратилось в неплохую ночь, но это ни туда, ни сюда".

      "Понятно." Зик был не в настроении. То, что у Армана была эта контрабанда, было проблемой. "И откуда они у тебя?"

      Бросив стул, Арман уселся прямо на кровать Зика, лицом к нему. "В вашем собственном полицейском офисе. У вас брешь".

      Проклятье. Зик нахмурился. "Кто?"

      "Твоя очаровательная бывшая жена".

      "Олимпия?" Зик попытался приподняться с кровати, но потом застонал и лег обратно. "Думаю, мне не стоит удивляться. Она использовала комнату для хранения улик как свой личный шкафчик".

      Он бросил таблетки на кровать, и Арман снова поднял их. "Почему она рискнула?" спросил Зик. "Кража улик – не лучший карьерный ход для бывшего окружного прокурора, особенно если она собирается баллотироваться в мой офис".

      Арман пожал плечами, с тоской разглядывая сумку. "Думаю, ты ей все еще небезразличен. Она знала, что они принадлежат Уотерсу, и вернула их ему".

      "Уотерс вернул таблетки? Он их распространяет?" Новости становились все хуже и хуже.

      "Насколько я слышал, он ведет переговоры с Титанами о распространении".

      Зик закрыл глаза, чувствуя, как начинает болеть голова. Большая часть действия яда уже прошла, но он чувствовал себя таким же измотанным, как если бы пробежал марафон или два. И вот теперь все это подходило к концу, пока его сбивали с пути. "Обход Убели будет означать войну".

      Зик на секунду отвлекся, думая о том, что Титаны снова движутся на Новый Олимп. Что это будет означать для него и его офиса?

      Лицо Армана оставалось безучастным. "Вы знаете, что я лично заинтересован в успехе Темного Лорда. Кстати говоря, как прошла встреча с Убели?".

      "О, прекрасно". Зик слегка отодвинул свой стол. "Он отправил свою хорошенькую женушку одну. Я не смог достать наркотики, и она заставила меня согласиться на какой-то дурацкий сбор средств, который и послужил предлогом для встречи. Что напоминает мне о том, что я должен выкрутиться из этого". Он наклонился вперед, чтобы сделать пометку.

      "Даже не думай об этом". Арман наклонился вперед и поймал руку Зика с ручкой. "Ты будешь участвовать в показе мод. Я также помогаю в этом".

      "Она и тебя обвела вокруг пальца?" Зик мог устать, но это не означало, что он был не в своей тарелке. Он поднял бровь на Армана. "Жаль, что Убели вцепился в нее когтями. Конечно," размышлял он, "она сказала, что они расстались, и я уверен, что в свете недавней угрозы смерти Убели отправился "на матрасы" (готовится к битве, принял воинственную стойку). Мы должны пригласить ее сюда, чтобы ей не было одиноко. Поставить ее на четвереньки, наше собственное частное собачье шоу. Помнишь, как мы раньше..."

      "Я помню", оборвал его Арман, сделав серьезный вид, и Зик усмехнулся про себя. Значит, Арман неравнодушен к миссис Убели. Зик отложил эту информацию на потом.

      "Что ты собираешься делать с Уотерсом?"

      Зик сменил тему без комментариев. "Мяч в его руках. Он вернул свой груз. Когда, вы сказали, Олимпия вернула его?"

      "В четверг утром, я полагаю".

      "Но..." быстро подумал Зик. "Кто заказал убийство меня и двойника Убели в четверг вечером? Если Уотерс к тому времени уже вернул свой товар?"

      Арман пожал плечами. "Твои догадки так же хороши, как и мои".

      "Что ты знаешь?" Зик сузил глаза.

      Арман рассмеялся. "Только то, что говорит мне Олимпия. Она хотела, чтобы я дал тебе эти таблетки и сообщил, что вернула Уотерсу остальное. За вычетом нескольких, которые она забрала себе".

      Зик изучал Армана, но не находил никаких подсказок на его приветливом лице. Он пришел сюда не для того, чтобы пообщаться или даже проверить его здоровье. Арман хотел, чтобы он знал, что заказчиком убийства был не Уотерс. Интересно. Что именно его интересовало во всем этом? "Не забудь поблагодарить Олимпию. Как она, кстати?"

      "Она скучает по тебе, но чаще всего не признается в этом. Прямо как ты".

      Зик хмыкнул, а Арман усмехнулся. "Такой раздражительный. Но в тебе все еще есть часть честности, не так ли?"

      Арман убрал переносной стол, стараясь, чтобы бумаги не рассыпались. Эрекция Зика четко вырисовывалась под тонким листом, и он не пытался ее скрыть.

      "Ах, вот оно что. Хотя он тоже выглядит раздраженным".

      "Он скучает по тебе". Зик посмотрел Арману прямо в глаза. Арман пришел сюда не за этим, или, по крайней мере, не только за этим, но с их историей все обычно всегда заканчивалось именно этим. Арман был прекрасным мальчиком, который вырос в прекрасного мужчину.

      Улыбка заиграла на губах Армана, его ноздри раздувались. "Я тоже по нему скучал, поэтому и решил нанести небольшой визит. Конечно, веселее, когда есть третий, поэтому я пригласил друга поиграть. Пол?" Арман повысил голос, чтобы назвать имя медсестры.

      Кудрявая медсестра снова вошла, на этот раз в одних красных стрингах. Когда Зик уставился на него, Пол закрыл дверь, а Арман попятился назад с озорным видом.

      "Господин мэр", Пол на мгновение встал в позу, прежде чем подняться со дна кровати. "Давайте посмотрим, сможем ли мы начать с вами сегодняшнюю физиотерапию".

Глава 32

      Наступило утро понедельника, и Кора проснулась, услышав призрачное эхо телефонного звонка. Но когда она проверила его: ничего.

      Она вышла из спальни, чтобы встретить Брута. Ни Тень не стоял на страже в ее квартире, ни телохранитель не блокировал ее дверь.

      Она снова проверила телефон: никаких сообщений.

      Анна скоро выйдет из больницы, а Оливия вернется из поездки. Был понедельник, крайний срок, который Уотерс установил для Маркуса, чтобы вернуть ему груз. Что происходило? Сделает ли Уотерс еще один шаг против Маркуса, когда тот не сможет доставить груз? Или он просто немедленно отправится к Титанам, чтобы заключить с ними сделку? От волнения она начала вышагивать, оставляя следы на деревянных полах.

      Через час раздался стук в дверь. Кора проверила глазок и открыла ее. В дверь ввалилась вереница Теней, несущих коробки за коробками.

      "Что за...?"

      "Из пентхауса, мисс. Мистер Убели хотел, чтобы вы их получили".

      Найдя коробку со свободной лентой, она заглянула внутрь и узнала свою одежду. Ошеломленная, она увернулась от роящихся вокруг нее Теней и закрылась в ванной.

      Она позвонила по номеру, который был у нее для Шаро, и по экстренной линии, которая, как она думала, принадлежала Маркусу и Шаро, она звонила и звонила, пока она не повесила трубку, а экстренная линия дала ей гудок.

      Все ее надежды улетучились с этим пустым звуком. Она снова набрала номер, чтобы убедиться, что не ошиблась. Нет. Никого нет. Она шлепнула телефон на раковину.

      Вот и все. Все было так просто.

      Маркус вычеркнул ее из своей жизни. Перекрыл ей доступ к нему.

      Ты не доверяла мне. Моя собственная жена.

      Все это время она бежала, но не знала, от чего бежит. Не от Маркуса, а от этого. Это был ее худший страх, воплощенный в реальность. Но когда он узнал, он никогда не смог бы простить ее. Она разорвала связь между ними и никогда не сможет вернуться назад.

      Все кончено.

      Ее осенило, когда она вышла из ванной и пробиралась через море коричневых коробок в своей квартире. Наконец-то она осталась одна.

      "Ты получила то, что хотела", прошептала она себе.

      Закрыв за Тенями дверь, она опустилась на пол, слезы лились быстрее, чем Брут успевал их слизывать.

"Кора!"

      Кора вскинула голову, когда Оливия ворвалась в ее кабинет. "Все в порядке?"

      "В порядке, двигайся". Оливия наклонилась над Корой и схватила ее мышь. Она вернулась из поездки и была такой же вулканической силы, как и раньше.

      "Что происходит?" Кора откинулась назад и смотрела, как Оливия молниеносно просматривает веб-страницы, набирая популярный новостной блог.

      "Макс Марс не появился сегодня на съемках". Анна вошла в комнату, выглядя прекрасной и отдохнувшей. Прошло две недели с тех пор, как ее выписали из больницы, и ее синяки зажили. Сияющая и гламурная, она выглядела как начинающая кинозвезда.

      "Вот оно", Оливия перешла к боковой панели новостей и прочитала заголовок: "Макс Марс избит в драке в баре. Неизвестный нападавший, мужчина в черном".

      "О боги", Анна придвинулась ближе к экрану компьютера и взяла в руки мышку, чтобы щелкнуть по статье. "Его полностью избили".

      "Вот тебе и фильм", пробормотала Оливия.

      "Не обязательно", продолжала читать Анна. "Здесь говорится, что они были осторожны и не трогали его лицо".

      Кора подумала о своем разговоре с Маркусом в больничном холле и позволила себе улыбнуться.

      Две недели, а она не видела ни Шаро, ни ее мужа, ни даже признаков того, что за ней следит телохранитель.

      Ее гнев утих и превратился в тупую боль, пока она наблюдала и ждала, когда нарушится тишина. Читать о действиях Маркуса и знать, что они принадлежат ему, было похоже на секретное сообщение, внутреннюю шутку между любовниками. Это причиняло боль и в то же время давало ей надежду.

      "Слава богам, мы уже сняли его сцены топлес. Ему будет больно, но он сможет справиться с этим", сказала Анна.

      Оливия фыркнула. "Весь фильм "Бог войны" он выглядел так, будто ему было больно. Или это, или у него был запор".

      "Нет, это его актерское лицо", сказала Анна. "О, смотри, Кора, здесь твоя фотография".

      "Правда?" Кора наклонилась вперед, но внезапно Оливия и Анна преградили ей путь.

      "Неважно, я ошиблась", поспешно сказала Анна, повернувшись лицом к Коре, в то время как Оливия яростно щелкала мышкой, ориентируясь по сторонам.

      "Да, это совсем не так лестно", пробормотала Оливия.

      "Прекратите, ребята, дайте мне посмотреть". Кора локтем оттолкнула Оливию с дороги.

      Анна и Оливия обменялись обеспокоенными взглядами.

      "Вы не можете скрыть это от меня; я просто посмотрю на это в своем телефоне". Кора закатила на них глаза.

      Неохотно, обе отошли, и Кора щелкнула мышкой, пока не увидела то, что заставило их вздрогнуть.

      Это была откровенная фотография ее и Маркуса, с линией посередине. "Известный криминальный босс и его жена расстались".

      Еще одна фотография, на которой она выглядела подавленной и одинокой, выгуливая Брута на усаженном деревьями тротуаре возле своей квартиры. Она продолжала прокручивать страницу вниз, не в силах остановиться.

      "Кто кому изменил?" прочитала она красным шрифтом и, щелкнув по миниатюрам, увидела фотографию, на которой она была запечатлена с Филипом Уотерсом на вечеринке Армана. Они стояли достаточно близко, чтобы разговаривать, и их поза в пышной обстановке выглядела довольно интимной, особенно когда его рука защищала ее руку.

      Она перешла к следующей фотографии и увидела Маркуса, идущего с высокой пышногрудой блондинкой. Его рука была у ее локтя, он помогал ей спуститься по ступенькам красной линии у отеля "Корона".

      "Какого черта?" шипела Кора.

      "Черт", сказала Оливия. "Я никогда раньше не слышала, чтобы ты ругалась".

      "Ты на нее наезжаешь", сказала Анна. "Кора, дорогая, ты в порядке?"

      "Маркус Убели и Люсинда Чарльз, которую видели вчера вечером выходящей из отеля "Краун". Кора прочла последние слова с вскриком.

      "О нет, он этого не делал". Оливия пригнулась ближе, чтобы прочитать статью.

      "Может, будет лучше, если мы не будем делать поспешных выводов". Анна склонилась над противоположным плечом Коры.

      "Я не могу в это поверить", кричала Кора. "Я собираюсь убить эту суку! А мешок с яйцами Маркуса пропущу через шредер!"

      "Вот так, вот это настрой", подбодрила Оливия.

      "Прекрати", Анна обошла Кору, чтобы ткнуть Оливию. "Может быть, это недоразумение. Старая фотография, как та, где вы с Филипом Уотерсом".

      Но Кора уже качала головой, все ее тело дрожало, когда она доставала телефон из сумочки. "На нем галстук, который я подарила ему на Рождество. Эта фотография недавняя".

      Кора была в такой ярости, что едва могла набрать номер, который, как она знала, должен был связаться с Шаро. Она вскочила на ноги и, пока подруги наблюдали за ней, с проклятием закончила разговор. "О нет, он не может так со мной поступать".