Текст книги "Королева Подземного мира (ЛП)"

Автор книги: Стасья Блэк

Соавторы: Ли Савино
сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 16 страниц)

"Что ты собираешься делать?" сказала Анна.

      Поколебавшись, Кора не успела ответить, как зазвонил ее телефон. "Шаро?"

      "Что?" Она не могла разобрать глубокий голос Шаро.

      "Мне нужно встретиться с Маркусом".

      "Этого не случится. Происходит дерьмо; он глубоко зарылся".

      "Тогда почему я смотрю на фотографию его и долбаной Люсинды возле "Короны"?"

      Пауза. "Блядь".

      "Да, именно так", разглагольствовала Кора. "Я хочу поговорить с ним, и я имею в виду сейчас".

      Еще одна пауза, на этот раз более длительная, как будто Шаро разговаривала с кем-то рядом.

      "О, о" Кора услышала слова Анны и повернулась, чтобы увидеть, что Оливия вывела на экран еще одну фотографию, на которой Кора стояла между Арманом и Филипом Уотерсом, опять с вечеринки два месяца назад. Ménage a trois? гласила надпись. (Секс втроем?)

      "О, они вырезали меня", проворчала Оливия.

      "Шаро?" позвала Кора, ее взгляд остановился на двух мужчинах, стоящих по бокам от нее на фотографии, один в белом смокинге, другой в черном.

      "Да." Голос зама Маркуса был приглушенным.

      "Вы нашли Армана?" Он практически исчез после оргии. Может быть, это и хорошо, учитывая, что Маркус хотел разорвать его на части, как только они поняли, что так называемое "снотворное", которое он дал Коре, на самом деле было амброзией.

      "В бегах. Мы не успели его забрать, и он не вернулся к себе".

      "Что случилось с Уотерсом, когда истек срок?"

      Шаро не ответил.

      "А Маркус?" спросила она.

      "Он... занят".

      В ее сознании промелькнул образ Маркуса и этой крашенной блондинистой сучки. "К черту это. Скажи ему," ее зрение немного поплыло, когда она покачнулась от гнева, "скажи ему, что после этого ему повезет, если я когда-нибудь захочу его вернуть". И она повесила трубку.

      Две ее подруги стояли у ее стола и смотрели на нее.

      Оливия фыркнула. "У кого-то вырос хребет".

      "Мужчины". Анна покачала головой. "Они все засранцы".

      "Вот дерьмо", сказала Кора, гнев покинул ее. "Значит ли это, что все действительно кончено? Что мне делать?"

      "Напиться", предложила Оливия. "Устроить оргию".

      "Была там, получила футболку", пробормотала Кора и опустилась в кресло за своим столом.

      "Ты хочешь пойти выпить кофе и поговорить об этом?" спросила Анна.

      "Нет, нет, у меня есть дела. До сбора средств для приюта осталось меньше двух недель, и должен появиться мэр. Мне нужно заняться делами".

      "Ты уверена, что не хочешь пойти и напиться?" В голосе Оливии звучала надежда, но Анна уже тянула ее к двери.

      "Ну же, Оливия. Оставь ее в покое. Мы должны закончить запись моего вокала для твоей компьютерной игры".

      "Это не игра, это программа, которую мы разрабатываем, чтобы она была способна к рекурсивному самосовершенствованию, чтобы она могла достичь сингулярности..."

      "Оооо", ворковала Анна. "Поговорите со мной о ботанике..."

      Когда дверь ее кабинета закрылась за шушуканьем подруг, Кора достала статью о ней и Маркусе. Она смотрела на фотографию Маркуса и Люсинды, пока не стало слишком больно смотреть. Две недели? Неужели это все, что ему понадобилось, чтобы заменить ее кем-то другим, кто согреет его постель?

      Она начала кликать, чтобы уйти с сайта, но ее мышка соскользнула, и вместо нее появилась фотография Филипа Уотерса с вечеринки. В белом смокинге его полуночная кожа еще больше бросалась в глаза, а крупное кольцо с ониксом, которое он носил, привлекло ее внимание.

      Секундочку. Она замерла и прищурилась на экран. Она увеличила масштаб.

      Святое дерьмо.

      Она помнила это кольцо. Она помнила его с тех давних пор, как ее похитили, но она видела его снова, не так ли? У Олимпии, во вторую самую незабываемую ночь в ее жизни.

      Той, которая началась с оргии.

Глава 33

      Постояв минуту на пороге Олимпии, Кора наконец позвонила в дверь. Когда звук все еще раздавался по всему большому многоэтажному дому, она для убедительности постучала в дверь.

      Тяжелая дверь открылась, и на пороге появилась сама хозяйка дома. Олимпия была одета в обтягивающий красный кожаный топ и черную юбку. Босая, она была достаточно высокой, чтобы смотреть на Кору сверху вниз.

      "Миссис Убели. Вам что-нибудь нужно? Я готовлюсь и должна быть на пути в суд".

      "Мне нужно поговорить с вашим гостем. Андреа Дориа". Кора держала спину прямо. В данный момент у нее было все и ей нечего было терять.

      "Какое у тебя к ней дело?" Тон Олимпии был граничаще грубым.

      "Личное дело. Я не желаю ей зла. Я просто хочу поговорить". Затем Кора наклонила голову. "Хотя мне интересно, что будет с адвокатом, если они найдут беглеца, скрывающегося в ее доме..."

      Ноздри Олимпии раздулись от этой угрозы, но она открыла дверь.

      Кора прошла мимо нее в дом, прямо по коридору в большую гостиную/столовую, где в последний раз, когда она была здесь, происходила оргия.

      "Дорогая, у тебя есть что-нибудь, кроме сухого молока?" раздался голос из кухни. Приятный теноровый голос, который можно было изменить как в большую, так и в меньшую сторону.

      Голос Филипа Уотерса.

      У человека, появившегося в дверях, была лысая голова, но полный макияж. Андреа Дориа, на полпути к своей полной персоне.

      Драг-квин остановилась, увидев приближающуюся Кору.

      "Здравствуйте, мисс Дориа. Или вы предпочитаете мистер Уотерс?"

      Олимпия последовала за Корой в комнату. "Я же говорила тебе не сорить там, где ешь", сказала Олимпия высокому трансвеститу, затем снова посмотрела на Кору. "Мне нужно в суд. Льняное молоко в холодильнике". Она зашагала прочь.

      "Я здесь не для того, чтобы причинить вам вред", сказала Кора Филипу Уотерсу/Андрее Дориа. "Вы оказали мне такую же любезность".

      Филипп/Андреа спросил: "Как вы могли узнать, кто я?"

      "Ваше кольцо. С большим камнем оникса. Вы надели его в ночь вечеринки. Там было много всего, но я никогда не забываю о броском аксессуаре".

      Филипп/Андреа поднял одну идеально нарисованную бровь. "Вы издеваетесь надо мной?"

      "Вовсе нет. Я не высмеиваю людей, особенно если собираюсь спросить у них совета по макияжу". Кора улыбнулась.

      Маленькая улыбка появилась на сказочно очерченном лице. "Так почему вы здесь?"

      "Вы сами сказали это, когда похитили меня. Со мной легко разговаривать. Я здесь, чтобы выложить все на чистоту и посмотреть, сможем ли мы прийти к соглашению".

      Улыбка исчезла. "Вас прислал ваш муж".

      "Нет, не он. Мы очень сильно разошлись, и я очень сильно одинока". Она взяла в руки распечатку фотографии Маркуса и Люсинды и протянула ее. "Это было сделано вчера. Я не видела своего мужа уже несколько недель".

      Королева изучила фотографию и бросила на Кору жалостливый взгляд. "Очень хорошо. Давайте поговорим. Кофе?"

      "Пожалуйста". Кора последовала за переодетым мужчиной на кухню Олимпии и оперлась на красивую кварцевую столешницу большого острова, пока ее бывший похититель подходил к шкафу и доставал две кружки.

      "На данный момент я буду признателен, если мы будем придерживаться моей маскировки. Я никогда не думала, что мои развлечения могут послужить серьезной цели, но потом я обнаружила, что за мной охотятся мои союзники и разыскивают за двойное убийство". Филипп/Андреа налил кофе и подмигнул Коре. "Так что зовите меня Андреа".

      "Приятно познакомиться, Андреа".

      "Вы очень смело пришли сюда после прошлого раза". Андреа поставила кружку с паром на остров, достаточно близко, чтобы Кора могла дотянуться до нее.

      Кора изучала Андреа. "Я не думаю, что вы хотели причинить мне вред. Хотя, к вашему сведению, похищение меня не дало вам никаких очков с Маркусом. Он убил последнего парня, который это сделал".

      "Я буду иметь это в виду".

      "Итак, вас разыскивает полиция". Кора взяла свою кружку и добавила в нее льняное молоко и мед.

      "Вы собираетесь меня сдать?"

      Кора покачала головой, попробовала свой импровизированный латте с льняным молоком, а затем добавила еще меда. "Сдать вас, мисс Дориа? За что? Им нужен Филип Уотерс".

      "Так это игра". Андреа вышагивала вдоль длинного острова, держа его между ними.

      "Чем больше я об этом думала... я не думаю, что это сделали вы. Отравление мэра, угрозы Маркусу – все это. Я думаю, кто-то вас подставил". Кора снова отпила свое творение и улыбнулась. "Отлично".

      Андреа пристально посмотрела на нее. "Кто, по-вашему, это сделал?"

      "Кто-то, кто выиграет от того, что Маркус и мэр будут бороться с вами".

      "Это может быть любое количество игроков".

      "Кто больше всего выиграет от того, что Маркус и Зик порвут с вами отношения?"

      "А как вы думаете?" Андреа не притронулась к своему напитку, но сложила свои длинные руки на груди.

      "Моя мать".

      Андреа сделала двойной взгляд. "К черту судьбы, как я этого не заметила? Кроме светлых волос..." Она покачала головой. "Я полагала, что она умерла вместе с Карлом. Они всегда посылают Ивана в качестве своего связного, когда пытаются договориться со мной".

      "Она не умерла. Она забрала меня в укрытие. Когда я вышла, Маркус нашел меня".

Скульптурные брови Андреа почти достигли линии ее волос, когда она отпила из своей кружки. "И вы в итоге вышли за него замуж? Держу пари, это та еще история".

      "На другой день", сказала Кора. "Сейчас важно то, что моя мама вернулась. Она – мозг Титанов, она ненавидит Маркуса и хочет вернуть себе контроль над рэкетом Нового Олимпа".

      "Ну, юная леди, вы все поняли. Вы теперь бандит?"

      "Нет, просто замужем за одним из них". Кора пожала плечами. "И дочь другого. Но я нейтральная сторона. Никто ничего от меня не ждет. В этом моя слабость и моя сила". Она смотрела, как Андреа размышляет над этим. "Почему вы не сказали нам, что нашли остальную часть груза?"

      "Я нашла его в четверг вечером, на вечеринке у Олимпии. Она нашла его для меня. К утру я была в розыске".

      Андреа вздохнула. "И теперь Убели давит на меня со всех сторон, не говоря уже о юридической руке мэра. Наша единственная надежда удержать Новый Олимп от Титанов – это согласовать наши интересы. И все же я застряла здесь. Я не могу вернуться на свои корабли".

      Ее глаза сверкнули, и Кора вспомнила, насколько опасен этот человек. Андреа/Филипп владели морями, и владели десятилетиями. "Прошло уже слишком много времени. Если ситуация не изменится, я отдам своим людям приказ извлечь меня с помощью любой степени насилия. Жизни будут потеряны с обеих сторон, и твой муж и Штурм возложат ответственность на меня. Тогда я буду вынужден иметь дело с Титанами".

      "Это именно то, чего хочет моя мать".

      Андреа кивнула. "В то же время я не могу протянуть оливковую ветвь Убели, потому что тогда Титаны узнают, что я выбрала сторону".

      Кора задумалась над этим. "Так вот почему ты выхватываешь Теней и занимаешься военными действиями? Чтобы выглядеть так, будто сражаешься с Маркусом, хотя на самом деле ты никому не причиняешь вреда, просто держишь его людей где-то в плену?"

      Лицо Андреа было пугающе пустым. "Откуда ты знаешь, что я их не убивала?"

      "Я не знаю. Кроме того, что тело Слима нигде не нашли. А если бы я была на твоем месте и хотела угрожать Маркусу, я бы оставила тело. Так что..." Кора встретила пристальный взгляд Андреа и встретила свой собственный. "Где он?"

      Андреа рассмеялась. "Ты определенно придаешь новый смысл фразе "Из уст младенца"". Она наклонилась вперед на острове напротив Коры. "Я подозреваю, что ты только выглядишь как младенец".

      "Моя аура невинности помогает. И это будет работать в твою пользу. Я могу стать мостом между вами и Маркусом, и я здесь, чтобы сказать вам, что именно это я и готова сделать".

      "Ваш муж порвал с вами отношения".

      "Я все еще его слушаю. И я знаю наверняка, что он предпочитает союз с вами тотальной войне. Он прислушается к голосу разума". По крайней мере, она надеялась, что прислушается. В данный момент Кора больше думала о том, как разобраться с Шаро, чем с лживым двуликим Маркусом.

      "Очень хорошо". Андреа побарабанила пальцами по кварцевой столешнице. "Если бы ты была на моем месте, как бы ты собиралась преодолеть пропасть между тобой и Убели, а также мэром, когда мы едва ли можем находиться в одной комнате, не убив друг друга или не узнав об этом от наших врагов?"

      Кора отставила кружку и улыбнулась. "Я думала, ты никогда не спросишь".

Глава 34

      Кора и Андреа только закончили разговор, как вошел Арман.

      Сукин сын... Так вот где он прятался все это время? Его волосы были очаровательно взъерошены, добавляя ему сонной растрепанности. Босой, он остановился, когда увидел Кору, стоящую на кухне с Андреа.

      "Кора, что ты здесь делаешь?"

      Она не стала думать, а просто швырнула свою пустую кофейную кружку прямо в него. К счастью для него, ее прицел был ужасен.

      Арман отпрыгнул в сторону, когда кружка ударилась о ковер возле его ноги и отскочила. Открыв рот, он уставился на нее.

      Улыбаясь, Андреа направилась в столовую. "Я вижу, вам двоим есть о чем поговорить".

      Кора стояла и смотрела на Армана.

      "Ты только что швырнула в меня кружкой? Кто ты такая и что ты сделала с Корой?" Арман двинулся вперед, но она вскинула руку.

      "Снотворное, Арман?"

      Он остановился на месте и побелел. "О, боги, я забыл, что дала тебе немного. Я не знал, что это не снотворное, клянусь".

      "Ну, я поверила тебе и принял их. Один раз, даже когда я еще был у Оливии". Она чувствовала, как румянец проступает на ее лице, но не теряла хватку. "И у меня были... сны. Безумные, безумные сны. Я думала, что схожу с ума. В другую ночь я даже ходила во сне!". Прямо в квартиру ее отчужденного мужа.

      "Так... ничего не случилось? С Анной или даже с Оливией?" оживился он, и Кора увидела, как в его сознании зародилась лесбийская фантазия. Чтобы остановить его, она огляделась в поисках другой кружки.

      Он набросился на нее, и она попыталась увернуться от него, потом боролась с ним, пока он боролся с ней. Даже при его худощавом телосложении у него было достаточно сил, чтобы поймать ее ищущие руки и заставить их опуститься.

      "Ты действительно очень злишься на меня?" Он посмотрел на нее обиженными, щенячьими глазами.

      Она попыталась топнуть ногой и промахнулась, когда он отпрыгнул в сторону. "Да!"

      "Кора, я не знал. Я клянусь. Они были у Олимпии, и я налетел на них, думая, что это ее снотворное. Они выглядели одинаково. Мне жаль."

      "Тебе повезло, что ничего не случилось, когда я взяла их".

      "Ничего? Даже с Маркусом?" Он выглядел обнадеженным.

      Она отстранилась, и он позволил ей, но наблюдал за ней на случай, если она снова потянется за кружкой. Он не заслуживал ответа. Особенно того, который был слишком болезненным, чтобы давать его прямо сейчас. "Разве ты не видел новости? Он бросил меня ради своей старой подруги. Этой сучки Люсинды".

      "Не может быть", вздохнул Арманд.

      Она подтолкнула к нему фотографию Маркуса и женщины.

      "Это должно быть фотошоп. Не может быть... черт. На нем галстук, который ты подарила ему на Рождество". Арман провел рукой по своим непокорным волосам, отчего они еще больше встали дыбом.

      "Маркус ищет тебя", тихо сказала она ему. "После того, что произошло той ночью на вечеринке у Олимпии, Маркус собрал все воедино... Помнишь, я говорила тебе, что ходила во сне? Я подошла прямо к двери Маркуса и... вела себя не как обычно".

      Кора почувствовала, что ее щеки пылают. "В любом случае, Маркус установил связь после того, как я сказала ему, что получила таблетки от тебя. Он связал тебя с поставкой".

      "Я знаю. Я слышал, что он искал меня. Вот почему я прячусь здесь с Андреа. Олимпия хорошо помогает со всем этим".

      "Чего Маркус не знает, так это того, что Уотерс уже вернул свой пропавший груз. Я собираюсь сказать Шаро сегодня. Так что ты будешь вне подозрений".

      "Мэр тоже знает", сказал Арман. "Уотерс разрешил мне рассказать ему".

      "Хорошо. Значит, ты поможешь мне со следующей фазой плана".

      "Операция "Вернуть Маркуса"?" сказал Арман и сделал выпад, чтобы снова схватить Кору за запястья, когда она начала доставать свое керамическое оружие. На этот раз он крутанул ее так, что ее руки оказались скрещенными перед ней. Какое-то мгновение она боролась, но он лишь крепче сжал ее своими жилистыми бицепсами по обе стороны от ее рук.

      Она прогнулась вперед.

      "Я хочу помочь тебе". Его голос был приглушен ее волосами. "Это, и я поспорил с Оливией на штуку баксов, что вы двое снова будете вместе в течение месяца после вечеринки".

      Кора не удержалась и рассмеялась. Он отпустил ее и перешел на другую сторону острова, оставаясь между ними. Его волосы были дикими, торчащими во все стороны, а карие глаза были настороженными.

      "Ты простишь меня?"

      "Ни за что", сказала она. "Ты приглашаешь меня на вечеринку, я напиваюсь и просыпаюсь от оргии!"

      Он поморщился.

      "А до этого ты случайно накачал меня наркотиками! И помог моему мужу загнать меня в угол на вечеринке, которую я помогла вам устроить". Чем больше она говорила, тем больше настраивалась на то, чтобы обогнуть остров и схватить его. "И ты подсказал моему мужу мой новый адрес, и он в итоге купил все здание..."

      "А вот это уже моя заслуга. Также, всегда пожалуйста".

      "Просто заткнись", сказала она. "Я не знаю, обнять тебя или наложить на тебя взыскание".

      "Определенно, здесь все за объятия".

      "На данный момент ты слишком ценене, чтобы тебя убивать".

      "Приятно слышать". Он прислонился к острову напротив нее, вернувшись к своей ухмылке пожирателя дерьма. "Серьезно, мне жаль. Скажи мне, что я могу сделать, чтобы загладить свою вину".

      "Ну, кроме того, чтобы никогда больше не оказывать мне медицинскую помощь, есть еще кое-что".

"Назови это".

      Она протрезвела. "Мне нужно провернуть этот сбор средств".

      "Сделано. Моя команда дизайнеров работает над этим, пока мы говорим".

      "Это не все, в чем мне нужна помощь". Она прикусила губу, размышляя, как далеко завести Армана.

      "У этого сбора средств есть две стороны", сказала Андреа Дориа от двери. Она направилась к кофейнику, чтобы согреться. "Одна – для собак. Другая," она указала на кофейник, "для города". Она пристально посмотрела на Кору, которая вздохнула и объяснила другу.

      "Ты согласна с планом?" спросил Арман у Андреа, когда Кора закончила.

      Андреа кивнула. "Это рискованно. И у нас всего две недели, чтобы собрать все вместе и убедиться, что все не развалится. Это нелегко".

      "Да," сказала Кора, "но все должно получиться". Должно получиться.

      "Ради всех нас", сказала Андреа. "Надеюсь, ты права".

Глава 35

      Кора прохаживалась по квартире, ожидая, пока Шаро ответит на звонок, затем сказала: "Уотерс обнаружил пропавший груз две недели назад. Зик Штурм может подтвердить. Кроме того, Уотерс поддерживает жизнь Теней. Он не может общаться с тобой, потому что затягивает с Титанами, пока вы не встретитесь. Вам нужно вести себя так, будто вы воюете с Уотерсом, чтобы одурачить Титанов, но не доводить дело до эскалации". Она сделала глубокий вдох, чтобы закончить. "Не спрашивайте меня, откуда я все это знаю".

      Пауза, затем: "Почему Штурм не сообщил нам об этом раньше?"

      "А ты как думаешь?" ответила Кора. Уотерс и Арман подробно обсудили с ней мэра. Очевидно, Зик Штурм был непревзойденным политиком и ждал, в какую сторону подует ветер, прежде чем что-то предпринять или выбрать сторону.

      Вздох Шаро сказал ей, что он все понял.

      "Дайте мне две недели", сказала она. "Тогда у меня будет для тебя еще кое-что".

      "Женщина, что ты планируешь?"

      "Две недели", повторила она и повесила трубку.

      Телефон зазвонил снова, и она оставила его на голосовой почте, суетясь по квартире. Когда в дверь позвонили, она покачала головой и пробормотала Брутусу: "Вот видишь, не могу сидеть и делать, что велят, а они ждут от меня...".

      Она посмотрела в глазок и замерла, узнав остроносую белокурую голову.

      "Я знаю, что ты там", вздохнул телохранитель Уотерса.

      "Тебя послала Андреа?" позвала она через дверь.

      "Бедная Кора. Муж оставил ее совсем одну". Шиповолосый наклонил голову, и она увидела его налитые кровью глаза. Проверив замки, она прислонилась к двери, сердце колотилось. Она подпрыгнула, когда он постучал в дверь. "Открой, девочка. Я составлю тебе компанию".

      "Пожалуйста, пожалуйста, уходи", прошептала она про себя. Ее мобильный телефон лежал на столешнице, но она не могла заставить себя сдвинуться с места и взять его.

      Почувствовав ее напряжение, Брут подошел к ней. Она прижалась к нему, но он стоял наготове, вибрируя от тревоги. Когда Шиполволосый снова заговорил, пес залаял, три раза. Предупреждение.

      Вздрогнув, Кора прижалась к собаке. Неужели Уотерс прислал своего головореза, чтобы угрожать ей? Можно ли ему верить, что он выполнит план, или он играет с ней? Если так, то зачем было посылать Шиповолосого, чтобы угрожать ей таким образом?

      Пока она ждала, пока он уйдет, она прокрутила в памяти все свои воспоминания об Уотерсе. Во всех случаях он вел себя как джентльмен, человек слова. Но он сам говорил, что, когда Титаны приблизятся, он будет вынужден выступить против Маркуса. Это касалось и ее? Проклятье, она не должна была давать добровольно информацию о том, кто ее мать. Что, если бы он связался с Деми и заключил сделку, включающую передачу Коры ей?

      "Ты не можешь прятаться вечно", наконец сказал бандит за дверью, и когда Брут расслабился, Кора поняла, что угроза миновала. Она зажмурила глаза. Может быть, Уотерс не отказывался от сделки, а его человек действовал самостоятельно? Или она просто обманывала себя, как наивная идиотка, которой всегда была? Тем не менее, прошла целая вечность, прежде чем она почувствовала себя в достаточной безопасности, чтобы открыть дверь.

      "Две недели". Она обняла Брута и понадеялась, что продержится так долго без защиты мужа.

Глава 36

      "Ты готова, красавица?" позвал Арман, и Кора выпрямилась с передней части арендованной сцены, где она прикалывала банты.

      "Выглядит хорошо", сказал Арман. "И уже почти три. Как раз достаточно времени, чтобы пойти домой, вздремнуть и подготовиться к вечеру".

      Отступая назад, Кора рассматривала результат месячного планирования. Большой шатер занимал половину нового собачьего парка. Триста стульев стояли перед длинной Т-образной сценой – настоящая кошачья прогулка. Или, лучше сказать, собачий выгул.

      За сценой, как знала Кора, готовились модели, как человеческие, так и собачьи. Мэв была где-то там, вместе с Брутом и примерно пятьюдесятью добровольцами.

      "Хорошо", сказала Кора. "Секундочку".

      Две недели пролетели незаметно. После инцидента в ее квартире Оливия необъяснимым образом вызвалась забирать ее и отвозить в офис и обратно. Это означало, что Кора работала по восемнадцать часов в день, но Мэв охотно проверяла Брута, иногда даже брала его с собой, чтобы навестить приют и всех его старых друзей-собак.

      Арман тоже был необычайно мил, то появляясь в ее жизни, то исчезая из нее, появляясь в ее квартире с китайской едой, прислоняясь к камину и рассказывая анекдоты о Тенях, внимательно наблюдая за ней, чтобы убедиться, что она поела.

      Она никому не рассказывала о Шиповолосом и его угрозах. Перемирие между Уотерсом и остальными лидерами города было слишком важным, чтобы она или телохранитель темная лошадка могли его нарушить. Она не высовывалась, работала не покладая рук, чтобы продумать все детали сбора средств, и никуда не выходила без хотя бы одного друга рядом с ней.

      Теперь работа и ожидание окупились. По крайней мере, она на это надеялась. Все зависело от успеха сегодняшнего вечера.

      "Что ты все еще здесь делаешь?" Мэв вышла из-за занавеса сцены, держа на руках очаровательную крошечную дворняжку. "Тебе нужно пойти переодеться. Ты не можешь быть красавицей бала, пахнущей псиной".

      "Сегодня все будет пахнуть псиной. В этом весь смысл", пошутил Арман. "Кроме того, она не красавица бала. Это была бы Куини".

      Маленькая собачка залаяла, услышав свое имя, наполовину чихуахуа, наполовину терьер: дело в отношении.

      Мэв рассмеялась, и Кора попыталась улыбнуться, но улыбка быстро смялась под тяжестью всего, что было у нее на душе.

      "Иди домой, Кора", заговорил Арман. "У нас все под контролем, по крайней мере, пока все не начнется в семь часов".

      "Хорошо". Она окончательно нахмурилась и выпрямилась. "Ты меня подвезешь?"

      "У меня здесь мои вещи, чтобы переодеться. Я собиралась осмотреть старый театр".

      Кора рассеянно кивнула. Театр представлял собой кирпичное здание в конце парка. Слишком маленькое для показа мод, оно играло важную роль во второй половине вечера – событиях, которые должны были разрушить союз между тремя могущественными игроками и решить судьбу Нового Олимпа.

      "Кора", позвала Мэв, и Кора поняла, что подруга назвала ее имя дважды. "Здесь есть кто-то, кто может тебя забрать". Арман пригласил ее выйти из палатки.

      "Хорошо." Кора вышла из палатки, не обращая внимания на обеспокоенные взгляды друзей. Она знала, что сама на себя не похожа, и все, кто ее знал, заметили это, но ничего не могла с собой поделать.

      Уже месяц она ничего не видела и не слышала о мужчине, чью фамилию она до сих пор носила. Документы о разводе так и не пришли, но он был занят имитацией войны с Уотерсом.

      По крайней мере, в газетах больше не появлялись фотографии Маркуса, обнимающего других женщин.

      Кроме сообщений об эскалации насилия между бандами Нового Олимпа и Метрополиса – уличных столкновениях, перестрелках на дорогах и вандализме в зданиях, принадлежащих холдинговым компаниям Маркуса, – от мужа не было ни слуху ни духу, даже от Шаро.

      Именно поэтому, увидев крупного чернокожего мужчину, сидящего за рулем машины, она замерла. Шаро вышел из машины и открыл дверь. Привычка подтолкнула ее вперед на заднее сиденье, пока она не уселась за пуленепробиваемым стеклом. Ее сердце сжалось от боли, когда она оказалась так близко к своей прошлой жизни.

      "Как дела?" Темные солнцезащитные очки Шаро обхватили его голову, и она не могла видеть его лица.

      "Хорошо".

      Шаро повернул машину в пробку и через минуту выехал из нее, чтобы свернуть в подворотню. "Ты ешь?"

      "Да. Ты получил мое последнее сообщение?" Она оставила голосовое сообщение вчера вечером. "Мы на связи?"

      "Все в порядке". Он молчал все несколько миль, пока машина ползла сквозь плотный поток машин. "У него все хорошо".

      Она выдохнула. Теперь на глаза навернулись слезы, скапливаясь в уголках глаз и вызывая жжение. Черт. Сегодня она не могла позволить себе опухшие глаза. Но Шаро, сидящий здесь, сделал потерю слишком свежей, слишком грубой. Однако она сделала несколько глубоких вдохов и смогла взять себя в руки.

      Припарковавшись, Шаро последовал за ней в квартиру. Брут уже был в павильоне, участвуя в показе собачьей моды.

      Размышляя о Маркусе, Кора оставила Шаро в гостиной, пока сама принимала душ. Ее платье нежно-голубого цвета лежало на кровати.

      Она быстро высушила волосы, затем убрала их в старинную серебряную заколку и завила концы. Она наложила достаточно косметики, чтобы придать себе росистое сияние. Она выглядела как подросток, готовый к выпускному балу, за исключением отстраненного взгляда в ее глазах.

Платье сидело на ней как вторая кожа, вырез был настолько глубоким, что она не могла надеть бюстгальтер. Как она ни старалась, наклоняясь и смещаясь, последние несколько сантиметров молнии платья не поддались. В последний раз она надевала его, она была под руку с Маркусом. Он помог ей с этим. Она почувствовала боль при воспоминании.

      Выйдя из спальни на каблуках, она подождала, пока Шаро отвернется от балконных дверей.

      "Застегнешь мне молнию? Я не могу до нее дотянуться". Она подошла к нему и повернулась, склонив голову. Пауза, затем лиф платья затянулся, и он согласился. Для такого крупного мужчины его руки были проворны: он застегнул молнию и зацепил маленький крючок, даже не дотронувшись до нее.

      Как только она почувствовала, что крючок зацепился, она отстранилась и поклонилась, чтобы надеть туфли на каблуках, похожие на небоскребы. Сегодня вечером она будет среди влиятельных мужчин, и ей нужна была высота, авторитет.

      Голубой цвет платья придавал ей невинность, дополненную розовым цветом щек. Привлекательная миловидность, пока кто-нибудь не подходил поближе и не понимал, что платье обтягивает ноги так плотно, что при желании можно было различить мурашки на ногах, а одно движение в сторону – и обнажались соски. Тем сексуальнее, потому что это было неожиданно.

      Шаро, должно быть, почувствовала эффект, потому что, когда она выпрямилась, большие руки погладили ее по спине, подняли локоны и поправили их, чтобы они струились по спине. Это было приятно.

      "Ты была права", неожиданно сказала Шаро. "Я любил Кьяру. Мы были помолвлены".

      Голос Шаро был таким глубоким, а он обычно был таким тихим, что она почти подумала, что ей это показалось.

      Она склонила голову, надеясь, что он поймет намек и продолжит говорить и возиться с ее волосами.

      "Мы держали это в секрете. Людям не нужно было знать. Мы знали. С первого раза, когда мы увидели друг друга, мы знали, что будем вместе".

      Его руки на ее плечах мягко повернули ее лицом к нему. Даже на ее каблуках он был карликом. "Она была в опасности, просто потому что родилась. У ее отца было так много врагов. И она была такой маленькой, застенчивой, пока вы не узнавали ее получше. Потом она становилась вздорной".

      Он выглядел так, будто вот-вот рассмеется, и потрепал один из локонов Коры. Затем его лицо потемнело. "Я был молод. Самоуверен. Я думал, что достаточно силен, чтобы обеспечить ее безопасность".

      Он сделал такую паузу, что Кора обхватила его запястья руками, словно ее прикосновение могло вернуть его к ней.

"Ты ненавидишь, когда мы держим тебя в неведении или на пьедестале. Но я говорю тебе, если бы я мог вернуть Кьяру, я бы увез ее далеко-далеко и запер в башне, если бы это было необходимо для ее безопасности."