Текст книги "Камень. Книга четырнадцатая (СИ)"

Автор книги: Станислав Минин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 16 страниц)

Батюшки уселись, и Ванюша приступил к разъяснению этих самых некоторых моментов.

– Спасибо, Ляксандр Николаич! Буду краток, – хитро улыбался он. – Заниматься вам, святые отцы, на Лазурном берегу предстоит примерно тем же самым, чем вы с успехом занимались и на богоспасаемой родине. То есть банальным вымогаловом, разводкой лохов на бабки и мокрухами, замаскированными под несчастные случаи, суицид и сердечные приступы. – Батюшки стали морщиться, а Ванюша, явно получающий удовольствие от происходящего, ухмыльнулся и продолжил: – Поверили? А теперь серьезно. Как сказал ранее уважаемый Ляксандр Николаич, ваша главная задача – обеспечение деятельности холдинга. Что под этим подразумевается? Первое: присутствие на важных встречах с клиентами. Надеюсь, мне не надо вдаваться в подробности?

Владимир с Василием отрицательно помотали головами.

– Второе: получение в случае необходимости инсайдерской информации, и не только у клиентов холдинга, но и у третьих лиц. Следующее: ведение на постоянной основе самостоятельной разведывательной деятельности как по направлениям, указанным сотрудниками СБ-холдинга, так и в сферах, обозначенных Москвой. Четвертое: участие в операциях ПГУ и ГРУ на всей территории Европы. И пятое: осуществление на постоянной основе контрразведывательного и антикоррупционного контроля за сотрудниками холдинга, а также за офицерами ПГУ и ГРУ наших резидентур на территории Европы. Надеюсь, последний пункт не вызывает у вас отторжения?

Батюшки переглянулись, и Владимир ответил:

– Мы все понимаем, Иван Олегович, и готовы работать. Формы и методы этого контроля, а также способы передачи отчетов, видимо, мы обговорим отдельно?

– Все верно, – кивнул колдун. – Что же касается мокрухи, вымогалова и разводок на бабки, то, боюсь, этим вам заниматься придется тоже – наши европейские партнеры в конкурентной борьбе в средствах особо не стесняются, не будем стесняться и мы. Учтите, масштаб обозначенных специальных операций – назовем их так – будет на порядки выше, нежели ваши московские невинные шалости. Моральные терзания по этому поводу присутствуют, святые отцы?

– Никаких, – пожал плечами Владимир, а Василий согласно кивнул. – Мы уже успели здесь несколько освоиться, осмотреться, да и последние события, – Владимир глянул в мою сторону, – никаких иллюзий не оставляют. Так что не сомневайтесь, сделаем все для блага Родины!

– Отлично, – покивал Кузьмин. – И не вздумайте уже свой маленький левый бизнес в Монако организовать, падры! Не разочаровывайте нас! А если ручонки все-таки зачешутся, просто свяжитесь с нами, будем вместе посмотреть. Вы меня услышали?

– Услышали…

* * *

Родовитая и не очень молодежь на яхту прибыла организованно и не с пустыми руками – столы на носу «Звезды» теперь ломились от фруктов, бутылок легкого вина и коробок с конфетами. Девушки отдельно вручили мне целых три роскошных букета цветов, и по суетливому поведению Стефании Бурбон и сестер Гримальди я понял, что инициаторами всего этого фруктово-букетного перформанса являлись именно они. Отличилась и Соня: норвежка, с тревогой вглядываясь в мои глаза, отдельно подарила кубик Рубика и электронную книгу в роскошной кожаной обложке, пожелав при этом скорейшего и спокойного выздоровления. Пока морячки уносили фрукты на мойку и сервировку, поблагодарил друзей за заботу и добрые слова, пообещав, что уже совсем скоро опять буду готов к подвигам и свершениям. А потом начались вопросы по поводу прошлой ночи…

– Да ничего там особенного и не было… – отмахнулся я. – Идиот какой-то добыл мой телефон, позвонил и стал угрожать, что если я не приеду в аэропорт, причем один, то он там всех взорвет. Дело еще усугублялось тем, что как раз приземлялся рейс из Москвы, а вы знаете, как я дорожу жизнями соотечественников. Вот я и рванул без раздумий… Добрался до порта, долго удостоверялся в том, что злодей действует в одиночку, ну и убил его. При этом чутка не рассчитал силы и перенапрягся… Очнулся уже в реанимации, куда меня на скорой привезли сотрудники французской контрразведки. – Я обозначил поклон в сторону Стефании Бурбон. – Отдельное спасибо господину Бланзаку! Из госпиталя меня вскоре отпустили, но прописали покой хотя бы на протяжении пары суток. И скорую дежурить на пирсе поставили. – Я широко улыбнулся. – А еще мне ставят общеукрепляющие капельницы, так что, друзья, я не пью. – Максим Леонидович не соврал: капельница с секретными ингредиентами действительно меня «вштырила», и чувствовал я себя гораздо лучше, чем час назад.

Мой рассказ, понятно, общее любопытство удовлетворил лишь отчасти, но все понимали, что большего от меня не добиться, и дружно переключили свое внимание на Стефанию, которая тоже решила отделаться общими фразами и в конце заявила, что расследование ведется, все злодеи обязательно понесут заслуженное наказание, а о новостях мы узнаем первыми. Я на это только мысленно усмехнулся: уж кому-кому, а французам до ватиканских колдунов уж точно никогда не добраться! Так, по вершкам пройдутся, если повезет, а если не повезет – устанут трупы своих агентов считать.

Тут очень удачно морячки принесли красиво нарезанные фрукты и изящные бокалы, открыли вино, и я без всякого ложного смущения провозгласил подходящий месту и времени тост:

– За мое здоровье!

С Соней, из взгляда которой тревога все это время так и не уходила, переговорить наедине удалось только спустя минут сорок после появления молодежи на яхте.

– Ты вообще как? – смотрела она на меня глазами раненого олененка.

– Нормально, – отмахнулся я. – Жить буду.

– Алексей, а ты знаешь, что у тебя доспех серьезно поврежден?

– Сонечка, ты бы видела мой доспех ночью! – улыбнулся я. – Если верить словам Ивана Олеговича, там живого места не было! Но, как видишь, сейчас все более или менее в порядке.

– И это ты называешь «в порядке»? – всхлипнула девушка. – Что в аэропорту могло такого случиться, если даже у тебя, – последние слова она выделила интонацией, – образовались подобные повреждения?

И только я собрался в очередной раз отшутиться, как норвежка топнула ножкой и произнесла с обидой, чуть повысив голос:

– Только не ври мне! После нашей помолвки я имею право знать!

Я вздохнул и подумал: «Ох уж эти принцессы, у которых властность в крови! Да и принцы, в том числе и я, недалеко ушли…»

– Хорошо, Сонечка, – кивнул я. – Хотела правду – получай! Ответишь мне на один вопрос?

Невеста, судя по всему, отслеживала мои эмоции, поэтому снова проявлять норов не стала и настороженно кивнула в ответ:

– Отвечу.

– Хорошо. Вопрос такой: ты можешь лечить людей по фотографии? Или, например, по той же фотографии в реальном времени отслеживать текущее психологическое состояние или состояние здоровья кого-либо?

Настороженность девушки усилилась:

– Не могу, конечно! Это же сказки!

Я не смог сдержать улыбки:

– А ты пробовала?

– В детстве, – протянула она. – После прочтения этих самых сказок и просмотра фантастики. И у меня ничего не получилось, Алексей! И мама говорила, что раньше так действительно умели, а потом сильных колдунов и ведьм всех повывели, и это уменье было безвозвратно утрачено.

«Милая Сонечка! – подумал я после услышанного. – Наивная девочка! Сколько открытий чудных тебе готовит просвещенья дух! Просвещенья дух – это мы с Иваном Олеговичем и его супругой. Но только после свадьбы – когда ты станешь Романовой». А вслух заявил:

– Насчет «безвозвратно» я бы с тобой поспорил! Ты что-нибудь слышала про круг колдунов? Представляешь, что это такое?

– Примерно.

– Так вот, открою тебе огромную тайну: при наличии большого количества сильных колдунов можно организовать упомянутый круг, лидер которого по уникальному энергетическому профилю, или – проще – фантому, может найти в реальном времени кого угодно, где угодно и сделать с этим человеком буквально все!

Глаза девушки расширились, ротик она прикрыла ладошкой. А я продолжил:

– Вот в Ниццу и послали этого злодея, чтобы он меня спровоцировал. Когда же я напал на эту тварь, в дело дистанционно вступил упомянутый круг сильных колдунов, который и попытался меня убить. Теперь тебе технология покушения на меня понятна?

– Ужас какой! – прошептала Соня. – И ты так спокойно об этом говоришь?

– А что мне прикажешь делать, в истерике биться? – не удержался я от кривой улыбки. – Что это изменит? Вот и остается относиться к этому всему философски и выживать назло всем врагам.

– А кто они? – Девушка начала приходить в себя. – Ну, твои враги?

– Сонечка, – я посерьезнел, – мне и так пришлось рассказать много из того, что ты знать не должна. Хочешь, чтобы я обиделся?

– Нет конечно! – Она погладила меня ладошкой по плечу и робко улыбнулась. – Прости меня, Лешенька! Я никому ничего не расскажу!

– Очень на это надеюсь!

– И еще, Лешенька… А можешь мне еще что-нибудь рассказать из того, что не особо секретное?

Вот оно, это извечное женское любопытство! Которое пересилило даже недавний страх!

– Хорошо, – милостиво согласился я. – Процитирую тебе слова Ивана Олеговича, которые он мне сказал перед одной из наших первых тренировок: «Алексей, никаких преград нет! Все барьеры и ограничения у тебя в голове! Просто работай со своим воображением!» Поняла, что господин Кузьмин имел в виду?

Соня несколько мгновений простояла в задумчивости, а потом кивнула:

– Кажется, да.

– Можешь этой цитатой поделиться с мамой, – улыбался я. – Уверен, ее высочество эти слова тоже оценит по достоинству.

– Безусловно! – кивнула девушка. – А теперь, Алексей, скажи мне другое: я могу тебе чем-то помочь? – Она безошибочно указала пальчиком на мои «энергетические шрамы».

– Спасибо за заботу, Сонечка! – Мне действительно было приятно. – А можно ты завтра до обеда одна ко мне придешь… без этих… – Я мотнул головой в сторону носа яхты. – И попробуешь что-нибудь сделать в спокойной обстановке?

– Договорились!

Моим ответом девушка была явно довольна, и поэтому я удостоился целомудренного поцелуя в щеку. А про себя подумал: «Пусть попробует – хуже точно не будет. Не говорить же ей, что даже Ванюша в одного ничего не смог сделать. Да и вообще, Соне, даже при ее природной силе, до нормальной знахарки еще учиться и учиться. А учитывая полное отсутствие у девушки практики – и того больше! Но ничего! Несколько лекций от профессора колдунских наук господина Кузьмина, моя помощь – и выйдет из моей будущей супруги матушка Соня Романова!»

Когда мы с девушкой вернулись к остальной молодежи, в мой адрес со стороны Вилли Гогенцоллерна поступило неожиданное предложение:

– Алекс, а не мог бы господин Кузьмин с нами всеми завтра провести еще одно занятие по ментальной защите?

Судя по взглядам остальных молодых людей и девушек, направленным на меня, немецкий принц просто озвучил общую просьбу. Что ж, раз общество желает, будем удовлетворять его потребности…

Приглашенный господин Кузьмин в общем и целом к инициативе отнесся положительно, но выдвинул встречное условие:

– Никакого крепкого алкоголя сегодня вечером, молодые люди! – с важным видом потребовал он. – И хорошо выспаться! Все меня поняли?

– Jawohl, mein Herr!

Глава 8

Король Франции и князь Монако с наследниками прибыли на яхту в шестом часу вечера. Пока их свитские складывали на носу очередные ящики с фруктами и вином, мы с Бурбонами, Гримальди и моим отцом успели обсудить состояние моего здоровья, после чего плавно перешли к подробностям расследования. Тут слово взял приглашенный Бланзак, бодро доложивший об успехах французских спецслужб:

– Ваши величества, ваши высочества, террористом оказался подданный Болгарии Теодор Живков, вполне легально въехавший на территорию Франции по своему паспорту. Связи Живкова сейчас устанавливаются, но болгарские коллеги клятвенно нас заверяют, что к их специальным подразделениям он и его родичи никогда не имели никакого отношения. Болгары вообще заявляют, что род Живковых по мужской линии уже много поколений традиционно посвящает себя священнослужительству, причем католицизму, а не православию, характерному для Болгарии. – Бланзак сделал паузу. – В остальном же будем работать. Доклад закончил.

Бурбоны и Гримальди молча уставились на моего отца, и это было вполне понятно: Болгария всегда находилась в сфере стратегических интересов именно Российской империи, а значит, и возможностей в этом регионе имела гораздо больше.

– Спасибо, господин Бланзак! – кивнул родитель. – У меня к вам будет только один вопрос: не подскажите, папа римский еще не помер? Как там у него дела?

Контрразведчик уже набрал в грудь воздуха, но Людовик остановил его властным жестом:

– Пьер, голубчик, это был риторический вопрос. Отвечать на него не надо.

– Конечно, государь, – кивнул тот.

А король продолжил, обращаясь уже к моему отцу:

– Алекс, ты сам все слышал. Мы, понятно, проследим весь путь Живкова из Болгарии на Лазурный берег и все его контакты, но… – Он развел руками. – Ты сам все понимаешь…

– Конечно, ваше величество, – вздохнул родитель. – Мы будем работать параллельно. Но все равно большое вам спасибо!

Еще пару минут старшие рассыпались во взаимных любезностях, а потом и я решил вставить свои пять копеек:

– Ваше величество! – обратился я к королю Франции. – Позвольте мне выразить еще раз благодарность господину Бланзаку за заботу, проявленную им в отношении меня сегодня ночью! А также нижайше попросить предоставить мне возможность еще раз лично поблагодарить реанимационную бригаду с бригадой скорой помощи за мое спасение и вручить им по небольшой денежной премии.

Даже без своих обостренных чувств я наблюдал, как мои слова, что называется, бальзамом льются в уши обоих Людовиков. Реакция последовала незамедлительно:

– Хорошо, Алексей! – покивал улыбающийся король. – Но с суммами премий не увлекайся: все медики, участвовавшие в твоем спасении, уже получили значительные суммы и от твоих старших родичей, и от нас. Не стоит людей так баловать.

– Ваше величество, – улыбался я в ответ, – эти люди каждый день жизни спасают! Можно иногда их и побаловать.

Людовик кивнул:

– Не могу не согласиться! Но если бы не твои самоотверженные действия сегодня ночью, то… Одним словом, не увлекайся, Алексей. А всех причастных мы тебе привезем, господин Бланзак проследит.

– Спасибо, ваше величество!..

* * *

Молодежь покинула яхту в восьмом часу вечера, на прощание еще раз пообещав господину Кузьмину не пить крепкое спиртное и вовремя лечь спать. А уже в девятом часу, как раз после ужина, на «Звезде» произошла «смена караула» – в сопровождении моих дядьев Александра Александровича и Виктора Петровича, а также подполковника Михеева явилась вся верхушка СБ-холдинга с бывшим главой европейской резидентуры генералом Нарышкиным и главой нынешним – полковником Разумовским. И если великие князья с начальником моей охраны явно были посланы царственным дедом для дополнительного контроля моего душевного состояния, то вот офицеры ПГУ и ГРУ явились по приглашению цесаревича на очередное неотложное совещание.

Приняв для конспирации томный и противоречивый вид, я с «вымученной» улыбкой ответил на все вопросы, касающиеся моего здоровья, и поблагодарил за заботу и участие, отметив для себя, что сегодня, в отличие от вчера, господа офицеры поглядывают в мою сторону с определенной долей опаски. Правда, это не касалось генерала Нарышкина и полковника Разумовского: они уже имели честь наблюдать перформансы молодого великого князя в Берлине, а генерал так и еще раньше – на вилле швейцарского банкира.

Чуть позже состоялось представление господам офицерам наших батюшек. Причем мой отец сразу обозначил особый статус святых отцов, «забыв» при этом упомянуть про их контрразведывательные и антикоррупционные функции на Лазурном берегу.

А потом началось совещание, и я откровенно поплыл – смутно знакомые европейские рода, финансовые и промышленные группы, пересечение их интересов, вопросы энергетической инфраструктуры и безопасности, стратегические интересы Франции, Германии, Италии, Англии, Польши, стран Северной и Восточной Европы, их пересечение! И цифры, цифры, цифры! Без всяких бумажек! Жуть! Мои братья – Николай и Александр – тоже находились в перманентном интеллектуальном шоке и слушали выступающих с приоткрытыми ртами.

Немного понятнее стало, только когда мой отец предложил от стратегических задач перейти к первоочередным тактическим, но и тут господа офицеры сумели удивить нас с братьями, выдав подробный план мероприятий на первый месяц своего пребывания в Монако уже с учетом текущей оперативной обстановки.

– Теперь я очень хочу на жандармский факультет! – зашептал мне на ухо Александр. – А служить после окончания училища пойду, как ты и советовал, в экономическую безопасность! Жесть, господа офицеры умные и грамотные!

– Вы с Коляшкой сначала анонсированные царственным дедом курсы финансовой грамотности закончите! – хмыкнул я. – Вдруг все желание к экономике пропадет?

– Не-е-е… – нахмурился Саша. – После увиденного и услышанного мне будет стыдно курсы на отлично не закончить!

Порадовал меня и свежеобретенный родственник генерал Панцулай – было отчетливо видно, что он «в материале» и свои задачи прекрасно понимает. Судя по всему, в Москве Виктора Викторовича успели хорошенько так натаскать на выполнение ответственного и почетного задания Родины.

Уже в конце совещания, когда отец анонсировал рубрику «Вопросы и предложения», в очередной раз «отжег» Ванюша Кузьмин:

– Разрешите, Ляксандр Николаич? – возбудился колдун.

– Конечно, Иван Олегович.

– Благодарю! У меня вопрос: а где конкретно уважаемые господа офицеры собираются проводить свои… интимные встречи с потенциальными источниками информации? Ну и с перспективными клиентами тоже?

Разведчики переглянулись, чувствуя в вопросе подвох, и стали осторожно перечислять очевидное:

– В будущем офисе.

– В ресторанах Монако.

– Особняк или апартаменты снимем.

– В ресторанах, апартаментах и особняках Ниццы.

Ванюша на это только покивал.

– Это все понятно, господа. А не проще ли сразу купить в Монако ресторан, быстренько переделать его под русскую кухню и устроить в нем все сразу: и легальную явку с защитой от прослушки, и место для культурного отдыха после трудного рабочего дня? – Колдун хмыкнул. – Кабак, понятно, должен быть крайне пафосным и отпугивающе дорогим, чтобы в него было не стыдно пригласить потенциальных клиентов нашего холдинга для их последующей обработки. Я уже даже и название придумал для харчевни – «Икра». Саму черную и красную икру для ресторанных блюд будем гнать контрабандой в Монако под видом дипломатических грузов и можем на этом даже заработать. Владельцем предлагаю сделать великого князя Ляксея Ляксандрыча, – Ванюша обозначил легкий поклон в мою сторону, – а управляющим принудительно назначить батюшку Владимира Смирнова.

Теперь взгляды всех присутствующих были направлены на оторопевшего от такой сомнительной чести церковника.

– А что, – продолжил Ванюша, – Владимир у нас мужчина представительный, ответственный, проверенный в боях, да еще и в обществе себя вести умеет. А при таких входящих данных и соответствующей должности его регулярное присутствие на вышеупомянутых важных встречах не вызовет ни у кого лишних вопросов. Что же касается наших французских коллег по разведывательному бизнесу, то нехай рестиком тоже пользуются, если хотят, нам не жалко, да и под присмотром будут. Со всех сторон профит, господа! – Колдун опять хмыкнул. – Что же касается чисто технических моментов, то местный владетельный князь Ляксею Ляксандрычу кабак в хорошем месте точно продаст! Ну, или сдаст в длительную аренду, что тоже неплохо. Господа, как вам мое предложение, подкупающее своей новизной?

Предложение господам офицерам, что называется, зашло, потому что наличие своего ресторана действительно сразу решало кучу проблем, особенно на начальном этапе становления деятельности СБ холдинга. А вот предполагаемый управляющий был далек от оптимизма и сразу задал Кузьмину вопрос, ставящий под угрозу его высокое назначение:

– Иван Олегович, а что мне, по-твоему, делать со своим легальным прикрытием? Одновременно управлять рестораном и контролировать казино у меня точно не получится.

Ванюша задумчиво кивнул:

– Проблема, однако… – И спустя несколько секунд так же задумчиво продолжил: – Только вот великий принц Ляксей Ляксандрыч абы где кабак отрывать не захочет… Капризному и избалованному великому принцу подавай только лучшие места, в число которых, безусловно, входит и Золотая площадь, которая на самом деле официально называется площадь Казино «Монте-Карло». И, если я не ошибаюсь, на этой площади есть небольшие ресторанчики с симпатичными такими летними верандами, которые подойдут для наших коварных целей как нельзя лучше.

Ванюша хмыкнул и посмотрел на меня:

– Ляксей Ляксандрыч, мне почему-то кажется, что, если ты при князе Альбере тыкнешь пальцем в любую из этих кафешек, да еще и потребуешь взять в долю обеих княжеских внучек, а еще пообещаешь помочь Кристине и Еве открыть свой рестик в Москве, Альбер тебе еще и приплатит за очень своевременную инициативу. – Колдун повернулся к батюшкам. – А вам даже в казино не надо будет ходить – сидите в своем ресторане, спокойно гоняете чаи, а служба идет. Классно я придумал?

В этот раз господа офицеры от комментариев предпочли воздержаться и дружно повернулись к цесаревичу. Тот оглядел присутствующих и остановил взгляд на мне.

– Алексей, что скажешь?

Я пожал плечами:

– Мне фактически добавить нечего, отец. Иван Олегович действительно придумал решение, избавляющее нас от кучи проблем. Но у меня есть пара маленьких дополнений, а именно: в совладельцы заведения необходимо взять не только Еву с Кристиной, но и Изабеллу с Соней; в Москве ресторан они тоже пусть открывают вчетвером; и последнее: я бы сначала обработал девушек на предмет открытия ресторанов в Монако и Москве, а уже потом вместе с ними шел с этой идеей к старшим Гримальди. Доклад закончил.

– Принято, – кивнул родитель. – Племяши, что у вас?

Братья переглянулись, и первым решил высказаться Николай:

– Ивана Олеговича поддерживаем, Алексея тоже. Но у нас тоже есть одно дополнение: Ева с Кристиной очень дружны со Стефанией Бурбон, и мы уверены, что все три девушки обидятся на нас, если Стешу не привлекут к организации ресторанного бизнеса. В том числе и московского.

– Принято. Прохор Петрович, что скажешь?

Воспитатель кашлянул и хитро улыбнулся:

– Все хорошо, но меня очень смущает неконтролируемое увеличение количества особ женского пола среди высокородных участников концессии. Не полезут ли девки в управление рестораном? Не переругаются ли между собой? На московский ресторан мне, понятно, наплевать – пусть хоть передерутся, – а вот местный… Может, не усложнять и тупо оформить заведение исключительно на Алексея?

Отец хмыкнул и посмотрел в нашу с братьями сторону:

– Молодые люди, кто объяснит Прохору Петровичу особенности межличностных и межполовых отношений в вашей большой высокородной компании?

– Будет скандал, дядька Прохор! – вызвался пояснять Александр. – Ева с Кристинкой точно обидятся! Да и князь с наследником хоть и продадут ресторан, но по итогу будут недовольны таким способом ведения дел Романовыми. Так что сестер Гримальди в долю надо брать по-любому, а с ними прицепом и Изабелку со Стешей и Соней.

– С этим разобрались, молодые люди! – продолжавший так же хитро улыбаться воспитатель хлопнул себя по коленям. – И даже вслух проговорили. Тогда дайте мне четкий ответ на следующий логичный вопрос, касающийся в первую очередь Алексея: вы сможете обеспечить такое поведение всех пятерых девушек, которое гарантирует нормальное функционирование ресторана в свете поставленных перед нами задач?

Вот же хитрый жук этот Прохор Петрович! И не менее хитрый цесаревич, который ситуацию явно просчитал влет и подыграл воспитателю! И теперь они оба заставляют нас с братьями при господах офицерах давать очень сомнительные обещания по поводу малопрогнозируемого поведения пяти урожденных принцесс! Которые к обозначенному рестику могут легко отнестись как к собственной игрушке! И как быть? Может, действительно девок бортануть от греха?

Пока я судорожно соображал, слово взял Николай:

– Вот смотри, дядька Прохор, какая у нас складывается ситуация. С Соней Алексей точно договорится, чтоб она активность не проявляла; Изабелка сама не полезет – чужая страна, да и Алексея она боится; Кристинке не до местного ресторана – она с нами в Москву улетит, а там учеба, обещанный московский ресторан и подготовка к свадьбе с Шуркой Петровым; Стефания улетит в Париж, ей тоже будет не до Монако; остается моя Ева, и ее участие в открытии нового ресторана на первых порах пойдет только на пользу, придав заведению необходимый высочайший статус, избранность и гламурность. Кроме того, у нас с Евой скоро свадьба, и она тоже в конце концов переедет в Москву, где займется совершенно другими делами. Как-то так…

После выступления Николая ситуация уже не казалась такой безнадежной, и, когда Прохор выжидательно на меня посмотрел, я только хмыкнул и развел руками:

– Николай все правильно расписал. Мне добавить нечего.

Александр просто кивнул, и воспитатель повернулся к моему отцу, как бы отдавая тому инициативу, чем родитель не преминул воспользоваться:

– А теперь, молодые люди, слушайте внимательно, как конкретно вы будете действовать, – посерьезнел он. – Завтра вечером вы должны поговорить с сестрами Гримальди и, естественно, с Шуркой Петровым о необходимости покупки в Монако собственного ресторана под предлогом заботы о вновь пребывающих русских сотрудниках холдинга, мол, помимо привычной русской кухни, им требуется свое отдельное место для вечернего досуга и культурного общения. Когда Гримальди согласятся с вами, что такой ресторан русским действительно необходим – ведь Ева с Кристиной вскоре тоже станут русскими, – ты, Алексей, напомнишь Еве о ее просьбе насчет колдуна, которую мы выполнили. Дальше ты, сынок, прозрачно так намекнешь сестрам, что работать господину Смирнову будет удобно именно с территории Золотой площади, а чтобы там не было скучно и одиноко, ты принял решение именно его назначить управляющим ресторана, а само заведение разместить рядом с казино. Другие варианты местонахождения рестика ты, что характерно, не рассматриваешь: успел, мол, полюбить Золотую площадь, и только эта локация, по твоему мнению, полностью соответствует высокому статусу будущей харчевни. Теперь по концепции ресторана…

Отец отпил из бокала вина и продолжил:

– По интерьеру никакого китча в виде самоваров, гирлянд из сушек и валенок с шапками-ушанками! Минимальный ремонт, но в идеале должна получиться чистая классика с дорогой обстановкой. По кухне проконсультируетесь с московскими рестораторами, но идея с икрой мне лично очень нравится. – Родитель посмотрел в сторону Кузьмина. – Иван Олегович, инициатива у нас наказуема, так что тебе звонить Пафнутьеву и ориентировать Виталия Борисовича на поиск в столице адекватного ресторатора, знакомого с ситуацией на европейском рынке ресторанных услуг, а также на подбор высококлассных шефа и су-шефа нашего заведения. Лучше бы вообще найти готовую команду.

– Уже делается, Ляксандр Николаич, – с довольным видом кивнул колдун.

– Молодые люди, концепция понятна?

– Понятна.

– Озвучите ее сестрам Гримальди и отследите их реакцию. А еще лучше спросить у них совета: может, они сами найдут местных поваров, знакомых с русской кухней, а нам останется лишь пригласить из России спеца, который проведет с местными мастер-класс и элементарно повысит их квалификацию. По интерьеру аналогичная история, но помните, что ресторан под новой вывеской должен открыться уже чуть ли не завтра, тем более что с персоналом в Монако проблем нет: чуть ли не сто процентов простого населения княжества заняты в сфере обслуживания. И только после этого всего, когда любопытство Евы и Кристины будет распалено в достаточной степени, вы предложите девушкам партнерство, а также намекнете на возможность открытия в Москве ресторана уже со средиземноморской кухней, специалистами по которой являются Гримальди, и где они будут полновластными хозяйками. А уж дальше как-нибудь вырулите на Изабеллу, Стефанию и Соню. Концепция ясна, молодые люди?

– Ясна…

* * *

Когда совещание закончилось, а сотрудники СБ-холдинга покинули яхту, оставшиеся как-то незаметно разошлись по отдельным компаниям – великие князья Александр Александрович и Виктор Петрович вместе с Сашей и Колей уселись отдельно и принялись звонить младшим родичам, находящимся сейчас на родине; этим же занимались и батюшки Владимир с Василием, стоявшие у фальшборта с телефонами в руках; мой отец давал какие-то отдельные поручения генералу Нарышкину и полковнику Разумовскому; Прохор, Ванюша, Владимир Иванович Михеев и присоединившийся к ним адмирал Варушкин тоже что-то вяло обсуждали; а я в сопровождении давно маячившего в районе носа яхты корабельного доктора Максима Леонидовича спустился к нему в медблок для прохождения очередного техосмотра. Признав мое состояние вполне удовлетворительным и еще раз тщательно опросив на предмет последствий принятия «волшебной» капельницы, доктор напомнил о нежелательности употребления алкоголя и отправил «больного» дышать вечерним морским воздухом.

Не успел я покинуть медблок, как в кармане завибрировал телефон – своего больного и морально сломленного внука желал слышать император Российской империи.

– Слушаю, ваше императорское величество! – бодрым голосом ответил я, обоснованно подозревая, что дядья и подполковник Михеев уже успели доложиться «вышестоящему командованию» о вполне удовлетворительном моральном состоянии молодого великого князя.

Пару секунд в трубке стояла тишина, пока царственный дед настороженным голосом не поинтересовался:

– Ты как, Алексей?

– Нормально, деда, все хорошо, – так же бодро отрапортовал я.

– Точно нормально?

– Точно. Только что у доктора Максима Леонидовича был, он вполне доволен моим состоянием. Психологическим в том числе.

– Секунду, Лешка, сейчас на громкую связь поставлю… Просто тут и бабушка, и деда Миша, и все остальные за тебя переживают.

Шуршание в динамике – и задний фон разговора поменялся.

– Всем пламенный привет! – поприветствовал я переживающих родичей. – Со мной все хорошо, только что был у доктора, жить буду.

– Если шутит, – раздался насмешливый голос вредной бабули, – то с внучком действительно все в порядке. Лешенька, а что это вы там с рестораном совместными усилиями придумали? А не проще ли твоему деду с князем Альбером напрямую по этому поводу переговорить?