Текст книги "Вип персона (СИ)"
Автор книги: Соня Рыжая
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 18 страниц)
– Ты? Что все это значит? Где Лена? – Раздается за моей спиной вопрос. Резко поворачиваюсь к нему, вижу сдвинутые к переносице брови.
– Лена приболела, а узнав, кто ее клиент не смогла себе позволить доверить тебя еще кому-то. Ты наверно не знал, что я хозяйка агентства «Шикарный дом». – Распахивает глаза, хлопая коровьими ресницами. – Эдичка, я заждалась нашей встречи. Брат все обещает организовать встречу, а ты словно прячешься от меня, думаю, это судьба нас свела.
– Если бы знал, то обратился в другое. Ника, я ясно дал понять, что мне не интересно. Будь любезна, сейчас нам показать этот дом, как профессионал своего дела, а мы решим, стоит ли покупать. Разреши представить будущую хозяйку этого дома – Евгению Алексеевну. – Берет меня за плечи, указывая особе, которая пытается своим красным платьем, еле прикрывающим белье, и той же цветовой палитре губы, соблазнить Шмелева.
– Очень приятно! – Протягивает руку мне в рукопожатие, не спешу ответить. – Но мне сказали, что ты себе этот дом присмотрел?
– Конечно себе, а Женя будет тут хозяйничать.
– Но… , Эдичка, как же так? Брат говорил, что ты свободен, и у нас могут получиться отношения. – Она почти готова зарыдать.
– Уже довольно давно не свободен, и Женя не заслуживает при ней таких разговоров. – Сжимает крепче мои плечи, в подбадривающем жесте. Как у него это получилось? Угадал или догадался о моем состоянии? Готова выпихнуть из дома эту клушу.
– Евгения, разреши, представит тебе мою давнюю знакомую – Вероника Николаевна Воронцова, как оказалось хозяйка агентства недвижимости и сестра моего будущего компаньона.
Вздрагиваю, будто меня бьёт током в 220В. У моего мужа есть сестра? Но он говорил, что у него нет семьи, что они погибли, даже журналы показывал трагический гибели его родителей. Господи, что теперь мне делать?
Как сигнал свыше – мужская ладонь сжимает мою руку и тянет за собой, вверх по лестнице, говоря на ходу:
– Пожалуй, начнем со спален. Женька, ты не представляешь, какие тут детские.
16 глава Эдуард
!Эдуард!
– Ника, твои услуги нам больше не нужны. Можешь оставить нас одних? Я дам знать о покупке. Если Евгения одобрит, будем заключать договор. – Довольно серьезно говорю, чтоб раз и навсегда отбить желание у этой особы строить планы на мой счет.
Сжимаю ладонь, подавая знак на спасение, от дальнейшего неприятного общения, тяну за собой вверх, перескакивая через одну широкие ступени лестницы.
Прежде чем ехать сюда, изучил все комнаты этого особняка, и понял, чем он мне понравился. Детские. Их тут три, и не передать словами, на сколько, радуют глаз. Если Женька полюбила меня, не разочаруется в том, что у нас не будет общих детей, но я готов усыновить с ней вместе. Но первым делом признаю Надю своей дочкой.
Не сомневался в реакции Максимки. Эта девушка настоящее сокровище. У нее отвисла челюсть, заглянув за приоткрытую первую дверь, а что с ней будет от остальных. Представляю, и губы невольно тянутся в улыбку. Не подвела мою интуицию, слезы в ее прекрасных глазах о многом говорят.
– Ты планируешь так много детей? – Незаметно смахивает слезинку, не подозревая, что я все вижу.
Обнимаю, целую щеку, по которой только что сбежала ее радость счастья просто видеть интерьер комнат будущих принца и принцесс.
– С тобой готов обзавестись детским садиком, но ты же знаешь, что не могу иметь собственных, так что принимай меня ущербного. А если не устраиваю, разобьешь мне сердце как в той сказке про Чудовище.
– Эдик, ну, что ты такое говоришь? Пройди обследование, может сейчас все изменилось, врачи часто ошибаются. Я не верю, что ты настолько безнадежен. Наверняка изобрели много новых пилюль, которые помогают бесплодным мужчинам.
– Спасибо, милая! Не представляешь, как радуешь и вдохновляешь меня своими словами! Мне много пришлось с врачами спорить, но все в один голос твердили одно. Столько лекарств перепил, что мне порой кажется во мне вся таблица Менделеева.
Спешащее всегда куда-то время, не дало шанса обновить спальню, а мне так хотелось показать моей девочки все свои чувства к ней. Ну, ничего, я заставлю дни и ночи работать на меня.
Слишком много планов на сегодня. Зря решил все сделать в один день, но так не дам ей надежды на побег, который заметил в виде собранной сумке на полу ее спальни.
– Сейчас мы едим за Надюшей, потом отвезу знакомить с мамой, а вечером у меня встреча с компаньоном и мне придется оставить тебя одну, но это ненадолго. – Целую в сладкие губы.
Мы очень быстро осмотрелись, и по шокированному лицу Женьки понял, что именно этот дом я и куплю. Но все же предложил завтра еще три посмотреть, на что она ответила сомнением:
– Мне кажется, лучше этого дома не может быть. Последней каплей восхищения стала кухня. Тут она не просто красива, это произведение искусства для лучшего шеф-повара в стране.
Добравшись до поселка не так быстро, как в прошлый раз, въезжаем на тихую улицу, к пятому часу вечернего заката, небольшой деревушки на окраине. Сказать, что дом старушки удивил, это не сказать и малости. Старинный теремок из сказки, местами кое-где разрушенный, а где-то и заваленный, но такой завораживающий, что взгляд невозможно оторвать.
Баба Аня встретила нас так тепло и с любовью, что мне не захотелось уезжать. Накормила, шутками рассмешила, почти заставила остаться с ночевкой, но, как оказалось у нас обоих вечерние дела. Ну, ничего скоро у меня будет законное право запретить работать в этом доме разврата.
Дочка Жени это отдельная история, длинною в жизнь. Такого умного и счастливого ребенка не встречал. Надя полчаса тараторила своим детским непоседством, показывала и убеждала своим серьезным увлечением стать художником – дизайнером, а увидев ее проекты сказочных городком, мелькнула мысль – растет будущий великий архитектор. В груди сделав кувырок, отстукивало, выламывая ребра, сердце. Моя мечта с самого детства стать градостроителем и прославиться на весь мир. Теперь я точно знаю, кто осуществит мои надежды, и я постараюсь для Надюши, воплотить в реальность все ее задумки.
Уговорив всех женщин дома поехать в город познакомиться с моей семьей в лице одной мамы, даже бабуля была рада принять приглашение. Заметил, ее привязанность к девочке, и, если их разлучить они долго будут страдать, и боюсь для старушки ничем хорошим не закончиться. Да, и подумав, Женьке помощь не помешает. Уверен, от работы не откажется, а после операции одной ей будет тяжело, и этот божий одуванчик в лице бабули Ани как раз кстати. Ее преданность дорогого стоит.
Родовое поместье Шмелевых встретило нас печально, осиротело. Обычно, когда я приезжал, отец обнимал, выйдя ко мне на встречу. Сейчас, эту роль примерила на себя мама, но лишь Василий, наш управляющий, впустил в прихожую, а дальше в огромный холл. Видимо родительница вся была в заботах и приготовлениях ужина, что не смогла открыть нам дверь, или просто не ждала так рано, ведь я ей обещал быть к восьми.
Когда мы добрались до столовой маман нас наконец заметила, и каков был мой шок от удивления, когда она, встав на колени обняла мою принцессу с причитаниями:
– Боже мой! Эдичка, как ты мог так долго скрывать от меня внучку? Боже, как она на тебя похожа! Вылитая ты в детстве! – Целует маленькие ручки. – Будешь наказан, лишу сладкого и еще подумаю, чего. – Грозит мне пальцем.
Замечаю, как Женя пытается опровергнуть слова мамы, но я сжимаю ее ладонь, притягивая ближе к себе, давая понять, чтоб не портила момент.
– Потом ей все расскажем, а сейчас пусть будет так, видишь, как она счастлива, у нее были трудные времена. – Шепчу на ушко, а сам готов укусить за мочку. Эта девчонка сводит меня с ума не только взглядом, но и запахом.
– Привет, мое солнышко! Как тебя зовут? – Светиться счастьем, только что испёкшаяся бабушка.
– Пливет! Надя. А вас? – Удивленно смотрит в глаза еще одной бабули.
???????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????
– А меня Галина Ивановна! Но для тебя я просто Галя! Надеюсь, мы подружимся?
– Увелина, подружимся. Мне нравиться имя Галя, мою куклу так зовут. – Улыбается принцесса, а я не могу накайфоваться этим моментом. Поворачивается к нам и пристально на Женю.
– Говолила тебе, папа нашел нас, а ты не велила. Теперь у меня будет целых две бабушки, еще бы дедушку и полноценная семья.
Женя наклоняется к дочери, говорит:
– Малышка, я рада, что ты счастлива. Мы потом с тобой обсудим бабушек и дедушек, а сейчас давай не будем заставлять мерзнуть на холодном полу женщину. – Протягивает руку помогая подняться моей маме. Родительница, не сдерживая порыва обнимает мою красотку.
– Рада, что вы нашлись. Надеюсь, будем жить все вместе? – С надеждой спрашивает.
– Мне тоже очень приятно с вами познакомиться, но давайте не спешить. Узнаем друг друга лучше. Может, я вам не понравлюсь?
– Давай на «Ты»? Такая милая не может не понравиться. Если столько времени скрывала дочь от моего сына, значит, чем-то обидел, но ни чего, перевоспитаем. Правда? – Задает вопрос принцессе.
– Плавда, но только Эд холоший мушчина, он мне нлавиться. – За эти слова готов расцеловать, что тут же совершаю, поднимая на руки. И душа ликует от ощущений дочка – отец. Эти чувства на долго останутся в моей памяти.
Дальнейшее знакомство проходит в семейной идиллии за столом пиршества. Две бабули спелись замечательно, и теперь подбивают мою Женьку остаться с ночёвкой для дальнейшего знакомства. Мама умеет надавить на жалость, а высказывание – была столько лет лишена возможности нянчить самую желанную внучку на свете, убедили Евгению сдаться и остаться до завтра. Тем более что ей надо было на работу, а в компании таких наблюдателей и мышь не прошмыгнет.
Договорившись вернуться, как только освободимся, повез мою Максимку к ее временному трудовому месту пребывания. Злость скрежетала на зубах от вида здания «Эгоиста»
– Если тебя хоть кто-то пальцем тронет, позвони, я быстро разберусь. Грозил Филу закрыть заведение, точно прикрою из-за тебя.
– Что за не понятный синдром ревности? Я что повод давала? Вроде нет? Ты хочешь моих подруг оставить без средств существования. Так я не позволю. Угомонись Отелло, мне никто не нужен. – Улыбается коварно.
– Как сне? А как же Я? – Давлю на жалость.
– Ты очень нужен. Боюсь, дочку не вернешь. – Еле сдерживает хохот. Ах ты маленькая проказница, вот доберёмся до постели покажу ей как необходим, и дышать без меня не сможет.
– Мне пора. Увидимся позже. Я позвоню, как закончу. – Пытается открыть дверь, возвращаю обратно, впиваясь, поцелуем в губы.
– Смотри у меня. Накажу. – Шепчу в рот. – Поехал к Матвею, надо пару дел решить, а потом сюда в ресторан на встречу. Уже скучаю.
Переговоры проходят успешно. Воронцов соглашается с моими исправлениями в договоре, опять заставив сомневаться в истинных намерениях. Расстроенно сообщает о моем отказе породниться и что его сестра страдает, но мне плевать. Предупреждал, не строить планы, а сейчас так подавно, даже нет желания идти в зал и смотреть на танцы полуголых девиц. Мечтаю видеть другую в моей постели, абсолютно голую, только для меня.
Мужики намерены закрепить договоренности необходимым посещение стриптиза, на что я с неохотой соглашаюсь, жутко тянет найти Максимку и зажать в темном уголке. Ну и что, если я посмотрю, это же не измена. Может Женька и не узнает. Заключения, повестки дня, итоги как эксперта психотерапии – Я до конца жизни потерян для всего женского пола.
Фил опять лебезит перед нами, размещает в нашем VIP пространстве, заказывает выпивку. Нику предлагает приват, и он, делая вид, неохотно соглашается, хотя глаза горят как у мартовского котяры.
Когда сообщают о следующем номере и несравненной Макси, что-то дергается в груди, и орган позволяющий жить дальше разгоняет кровь по венам с неистовой скоростью. Появление девушки феерично. Сегодня она в смокинге, цилиндре и на неизменных пуантах. Хороша, но не тянет на приключения.
Движения балерины слаженные, эротичные, возбуждающие, и не скрою, мой приятель дергается на нее. Усмехаюсь, уже не вызывает прошлого азарта. Я знаю, что меня ждет дома, это и бесценно.
Когда танец перевалил за середину толпа продолжает свист, высказывает пошлости, швыряет деньги прямо на сцену, а мой взгляд встречается со взглядом Макси. Начинаю задыхаться, перестаю дышать совсем. Дикий ужас, шок, неверие, все те же эмоции, что были прошлым днем на лице Женьки, сейчас испытывает совсем другая девушка или все-таки она два в одном. Просто отлично из меня в очередной раз сделали идиота. Не спешим с выводами, ждем объяснений от Евгении – шепчу своим тараканам.
Хмурясь, наблюдаю, как она соскальзывает с высоты пилона, падает боком на поверхность сцены, больно стукаясь бедром. Это видно по ее гримасе на лице. Наверняка будет синяк, если не хуже. В этот момент становиться жаль девчонку. Женьку я успел подхватить, а тут не знаю, что такое было. Почему такую реакцию вызывает Воронцов не только у моей девочки? А то, что в нем проблема, теперь точно уверен.
Подскакиваю в порыве помощи, не успеваю, на сцене несколько танцовщиц пытаются отвлечь внимание, а одна под руку подхватывает балерину и быстро уводит за кулисы.
Развернувшись к компании собравшихся мужиков, слежу за реакцией Ника, и мне она очень не нравиться. Похотливо пожирает обнаженное тело, ярость мелькает в глазах, тут же гаснет в сомнении. Он прищуривается, внимательно следит за хромающей девушкой, которой помогает подруга удалиться со сцены.
Во мне нарастает гнев от непонимания происходящего. Не могу сообразить – что у Воронцова может быть общего с этой девчонкой? Слишком молода, бедна, не по статусу. Я что ревную? Быть того не может. Меня дома ждет моя Женька и принцесса, а я тут пытаюсь ночную бабочку защитить. Вспомнив тату на спине, содрогаюсь от всплывшего в сознании факта – Евгения и Макси одно лицо. Шрамы на лопатках, таким образом, скрыла.
Каштановые кудри, глаза, губы. Улыбаюсь нашей сцене при Матвее – обозвал уборщицей. Представляю ее мнение обо мне. Начинаю понимать, почему тогда в лифте не узнал – слишком много макияжа, дерзкая, своевольная. Дикая лошадка любит волю, если спугнуть исчезнет. В ней уживаются две личности: одна с шипами роза, другая нежная орхидея, и твою загадку я разгадаю обязательно.
Твою мать!!!... Девочка моя, что же ты натворила? Кто тебе сделал больно? Как родители допустили вляпаться в такое? Почему чужим людям, а не родне, доверяешь своего ребенка? Надо бы злиться и наказать за вранье, но не могу. Миллион вопросов, которые с каждой секундой выворачивают нутро. Все потом. На душе радость, ликование. Не верю своему счастью. Стольких мужиков могла соблазнить, а досталась мне. Вот уж точно никому не отдам.
Из состояния шока в боевую готовность, как в компьютерной игре переводит меня этот «добропорядочный семьянин».
– Кто она? – Пренебрежительно, задает вопрос Филу. – Я хочу приват с этой девицей на едине. Только не говори, что она не продается. Если мои подозрения подтвердиться, сильно удивлю вас.
Сканирую партнера, которого совсем не узнаю, вальяжно рассевшись на диване, закинув ногу на колено в позу – хозяин положения. Показываю на сколько я тут дома. Слежу за Назарычем, жду, чем сможет удивить. Шакал жаден до денег. Интересно – рискнет пойти против меня, ради еще большего бабла. Не рискнул, и это радует.
– Она моя, и не продается.
– Эта девка похожа на очень близкого мне человека. Дай мне возможность выяснить, что я не обманулся. Ее ищу уже очень давно. – Рычит, это чудовище, по праву названное, потому что, вспомнив ужас в глазах Женьки, понимаю, допустить этого никак нельзя. Не зря у меня рука не поднималась подписывать контракт. Николая надо держать от себя подальше, и как можно ближе для контроля.
Кулаки сжимаю до хруста и не из-за этого придурка, а хочу знать прошлое моей Максимки. Как же я не смог раньше догадаться? Где были мои глаза? Мозги – ау, в каком угаре потерялись?
Верчу айфон в руках, строчу смс другу, работающему в ФСБ: «Нужна вся инфа на Максимову Евгению, что работает у меня в концерне». Ответ приходит спустя минуту: «Два дня, и ты будешь знать о ней все».
– Ты видел, как она упала, думаю, сейчас не уместно будет тревожить. Пусть Макси осмотрит врач. Если честно – не хочу, чтобы ты трогал мою жену. Неудивляйся. У нас такие игры, – спокойно отвечаю на немой вопрос Воронцова, – а так как я ВИП Персона, мне все дозволено. Развлекаемся, как хотим. – Перевожу взгляд на Филиппа.
– Правда, Фил? – Подмигиваю опешившему мужику, впервые вижу таким потерянным, обычно ему рот не закроешь.
– Жена? И как давно? Почему голову морочил моей сестре? – Почти кидается хищником. Матвей рывком усаживает его на место, понимая, чем это все закончиться, так как я уже переключился на последнюю передачу терпения.
– На новоселье познакомлю, чтоб убедился в своей ошибке. Сколько можно про сестру? Ее проблемы, пусть проверит слух. И не смей мою женщину пугать! – Продолжаю держать угрозу в голосе, а так как он один из приглашенных на мою днюху, говорю снисходительно: – Если тебя не будет тут в субботу, не расстроюсь от слова абсолютно.
Ухожу не прощаясь. Быстрым шагом пересекаю зал, курс держу на гримерку, куда Фил запрещает заходить. Распахиваю дверь, пропуская мимо ушей стоны восхищения моей личностью. В комнате несколько девиц, гоню прочь, узнав, что Женька знакомит унитаз с содержимым желудка.
Бесшумно захожу, чтоб не напугать. Присев на корточки, смотрю на спину в тонкой белой майке, где из-под рисунка видны шрамы. Такой порыв нежности накрывает. Пытаюсь обнять, поцеловать в макушку шелковых волос, но тут же получаю затылком в подбородок, да так сильно, что теряюсь в ориентире. Успеваю схватить за руку, тяну на себя, и мы вдвоем летим на кафельный пол санузела, благо стерильно чистого. Женька в истерики пытается отбиться и сбежать, я сжимаю еще сильней.
– Тебя никто больше не обидит. Я этого не допущу. Слышишь меня? Со мной рядом ты в безопасности. – Успокаивая шепчу на ушко. – Девочка, моя любимая, почему сразу не призналась кто ты? Я бы все понял. Последнее предупреждение – больше тут работать не будешь.
– Как….? Как ты узнал обо мне? – Заикаясь, всхлипывает. Чувствую, как горячие слезы омывают мою шею.
– Я умный мальчик. Твои глаза трудно не заметить. Что у тебя с Воронцовым? – От названной фамилии она вздрагивает, и потоком новых слез обрушиваясь на меня. Решаю отложить на потом все вопросы. – Поехали домой? Мне дико захотелось тебя и твоего ангелочка расцеловать.
Поцелуй получился жадным и соленым от слез, но таким вкусным, что еще пару раз пришлось заткнуть ей рот тем же способом.
17 глава Евгения
! Евгения!
Не узнаю себя. Не понимаю, в чьих объятиях нахожусь. Плещется ядовитая смесь в горле и хочется очистить организм, как от отравления. Мое тело на ватных ногах перемещается в уборную, жутко тошнит, но желудок пуст – он давно забыт и не кормлен, с каких времен трудно вспомнить, а сейчас нервное напряжение выворачивает все внутренности наизнанку, заставляя меня в обнимку шептать белому другу молитву спасения.
С каких пор я стала такой размазней? Столько времени убеждала себя в храбрости и силах дать отпор любому, но стоило только появиться этому монстру – все сгорело в адском пламене страха, как шакалу, затаившемуся в глубине души.
Закрываю глаза, которые тонут в океане слез и страданиях. Ледяным айсбергом царапает кожу от воспоминаний. Сканирование толпы со сцены, извергающим вулканом лавы из преисподней, окатывает ужасом тело от макушки до пят жгучими мурашками, чувствую дрожь в коленях от вида хитрого взгляда мужа на меня. Предполагала падение, ожидала боли в ушибленном бедре, но больше болело в груди, сердце разрывалось от момента узнавания. «Я уничтожу тебя!» – рычал его взгляд.
Мелькнула надежда, когда мой взгляд коснулся желанных глаз. Нуждаюсь в сильном плече, хочу ощущать надежную защиту за спиной, жажду для дочери любовь отца хоть и не родного. Устала бороться с этим жестоким миром в одиночку. Реальность окутывает в мрачный туман. Когда Эдуард узнает – кто я и о моем прошлом, пошлет на все четыре стороны, и это будет самым болезненным ударом за всю мою никчемную жизнь. Сегодня меня ждет две дороги – признаться и надеяться на его понимание и защиту, либо же опять бежать так далеко в дремучие леса, чтоб больше никогда не бояться быть найденной.
Прежде чем понять, кто меня обнял, резким ударом головой сбиваю противника, сильные руки впиваются мертвой хваткой. Сопротивляюсь изо всех сил. Тепло и уже родной запах мужчины успокаивает, но истерика набирает обороты из-за слабости во всем теле. Эд целует жадно, отвечаю взаимностью, но всхлипы прерывают нашу страсть. Не верю своим глазам. Как он узнал, где я? Кто сказал, кто я? Все мысли озвучиваю вслух, но все становиться не важным от касания его губ моих.
Боюсь выходить из здания, уверена, Воронцов будет ждать снаружи, ему явно нужны доказательства моей личности. Шмелев понимает без слов. Мы выходим через запасный выход, и стремительно движемся по переулку к машине, припарковавшейся неподалеку. За рулем Матвей Владимирович без вопросов везет нас в неизвестном мне направлении, плевать, лишь бы подальше от этого места. Как теперь на работу выходить? Если не приду, Фил накажет Степана увольнением, а также пострадают мои девчонки.
– Женька! Милая, что происходит? Чем и кто тебя так напугал? – Шепчет на ушко Эд, целуя скулу, прижав к себе настолько сильно, что трудно дышать, а мне невероятно приятна его забота, одинокая слеза скатывается по щеке в доказательство моей переполненной счастьем душе.
– Уже… все хорошо. Не здесь…, и не сейчас. Я расскажу тебе потом. Одно могу сказать, очень рада встречи с тобой, и что не оттолкнул, узнав, где работаю.
– Ты больше не вернешься в этот клуб. Я не позволю моей девушке раздеваться перед толпой, – хмуриться, обводит рукой по контуру моей фигуры, продолжает, – это все для меня и никого больше.
– Ты не понимаешь, как я завишу от Фила. Он спас меня от нищеты и голодной смерти нас с малышкой.
– Я дам вам все. Вы не будете нуждаться, а с Абрамовым сам разберусь.
– Нет, ты не слышишь меня. Я должна сама решить этот вопрос. Что будет, когда ты наиграешься в заботливого мужа? В этой жизни кроме себя мне не на кого рассчитывать. – Горько вздохнув, уставилась в окно, следя за мелькающими зданиями ночного города.
– Теперь у тебя есть я и у моей принцессы. Услышала, насколько я серьезен? У меня нет дара предвидения. Мое всевластие не распространяется на будущее, но в чем точно уверен – Мы, будем жить все вместе, а если тебя не устроит мой скверный характер…. Нет, тебя все устроит, я приложу максимум усилий.
Пробуждение от возни и жужжания кофе-машины гудит ветром по пустому ведру в моей голове. Вытянувшись на роскошно мягком матрасе, ощущаю супернежные простыни, окутывающие мою обнаженную кожу. Единственное, что могло сейчас сделать ситуацию лучше – лежащий рядом Эд.
Улыбаюсь в эйфории, вспомнив, наши нежности и акт любови. Этот парень превратил меня в развратницу. Согласна на любые безумства ради него, он заставил забыть кошмары прошлого нахлынувшие на меня.
Видеть искрящие счастьем и желанием глаза, понимать, что именно я заставляю его чувствовать такие эмоции – высшая награда. Слышать беспокойство в голосе, когда звонил своей маме и интересовался как Надюша, и за бабулю не забыл – окончательно выгоняют из меня сомнения. Готова рискнуть и доверить наши жизни именно ему.
Чувствую себя Надеждой в новогоднее утро. Эд не отверг меня из-за клуба и стриптиза. Больше – он предложил жить вместе, не это ли доказательство. Но в душе остается комочек неуверенности в правильном решении, как недостающий пазл не дает завершить картинку.
Натягиваю на себя его футболку. В животе ощущаю странный трепет, похожий на волнение. Я не привыкла чувствовать себя так; не привыкла нервничать и волноваться о мужчине. У меня всегда мысли заняты малышкой и ее здоровьем, а сейчас даже страшно – как я могу думать о себе и Эдуарде, когда должна обеспечить безопасность дочке. Напоминание о том, что она в поместье сводит волнение к минимуму.
Не привыкла чувствовать вообще что-либо к противоположному полу. Любовь к мужчинам давно похоронила глубоко в родном поселке.
Прохожу огромную гостиную по направлению к кухне, улыбаюсь нашим дурачествам во время уборки. Замираю у входа. Картинка из глянцевого журнала. Красавец суетится, раскладывая на столешнице стойки заказанный завтрак. Эд поднимает на меня свои ясные глаза и тут же расплывается в улыбке, а я не могу оторваться от него – шикарный, сексуальный мужчина в спортивных черных штанах и белой майке фирмы Nike, заставляет меня сглотнуть слюну. Подмигивает, заметив мою реакцию.
???????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????
– Доброе утро, солнышко, – произносит он. Его глаза исследуют мое тело, особенно долго задерживаясь взглядом на ногах, чувствую вспышку огня на коже, поднимая каждый мой волосок. Я, что всегда так буду на него реагировать?
– Будешь. Уж поверь, я постараюсь. – Хмыкает, чуть тронув губы улыбкой, а я краснею от своей оплошности. Он заставляет меня думать вслух.
– Доброе утро, – отвечаю, хитро хмыкнув, исправляя ситуацию. – И не мечтай. Вы мужчины – охотники, как только добыча попалась, стремитесь за другой. Имей ввиду – я дикая, и укротить меня ох как нужно постараться. – Наливаю себе бумажный стаканчик персикового сока из пакета, предоставляя ему вид на мою задницу. Смеюсь про себя – вот так тебе. Да что со мной такое происходит, заигрываю, словно после первого секса.
– Ты хорошо спала? – Спрашивает, пряча хрипотцу в голосе за кашель, но я-то знаю, на что он так реагирует.
– Хорошо, спасибо. – Сажусь на высокий табурет, только он в этой квартире остался целым и невредимым. Смотрю, как мой идеал мастерски раскладывает на хромированном кривом подносе фрукты, туда же отправляет блинчики, а я облизываю губы. Мой желудок вопит, исполняя зов голодного кабана в лесу, а Эд хмуриться, но продолжает делать все с легкой точностью. Не могу дождаться, хочу почувствовать его руки на себе.
– Когда ты ела последний раз? – Хмурит брови.
– Не помню, но это точно было два дня назад. Я не успеваю жить, не то что есть. – Скорчив извиняющийся смайл, пожимаю плечами.
– Наверно мне придется наказать тебя за это или приставить диетолога, чтоб правильно кормил тебя. Прошу не заставляй меня еще и об этом беспокоиться.
– Договорились. Обещаю самостоятельно кушать вовремя. – Отдав честь, рапортую.
– Не паясничай, я серьезно. Не хватало еще и тебе заболеть. Какие планы после завтрака?
– Хочу весь день пробыть с дочуркой, но работу никто не отменял, так что вначале к тебе, а потом за Надей. Можно они еще немного погостят у твоей мамы?
– Конечно, что за вопросы. У нас много дел, так что работа отменяется на сегодня. Надо мебель заказать в дом, и как только ее доставят, переберемся туда все вместе. Ты не хочешь рассказать, что было вчера в клубе?
– Давай этот вопрос оставим до вечера. Не хочу портить день тебе. – Сглатываю ком. Не могу пока ему, признаться. Боюсь потерять.
Меня спасает настойчивый звонок в дверь. Эд смотрит удивленно на меня.
– Ждешь кого-то в гости? – Задает мне вопрос.
– Вообще-то, это твоя квартира. – Поднимаю в удивлении брови, а с его губ срывается смешок. Мы как молодожены и мне это нравиться.
Наше идеальное утро портит визитер, которому ни я, ни Эд не рады. Удивление на лице мерзавца, накачавший меня наркотиком, меняется в ехидно-злорадную ухмылку. Он чувствует себя победителем как тогда пять лет назад.
Первый вопрос, слетевший с поганых губ урода, превращает в желудке вкуснейшую еду в яд, отравляя все внутри.
– Шмель, ты хоть понимаешь, кого в постель затащил? Эта та девица, которая в клубе, на твою днюху продала мне девственность свою, а твой отец заставил обыграть все по-другому, чтоб ты чувствовал вину.
Наблюдаю, как шок на лице Шмелева превращается в ярость. Он страшен в гневе. Вот настоящий мужчина – защитник.
Одним ударом сбивает с ног морального урода. Хватает за ворот рубашки и тащит на выход. Выкинув за дверь, как мерзость, возвращается ко мне, а я не знаю, что сказать, у меня пропал дар речи. Слезы ручьями обжигают щеки, скорее всего, останутся ожоги, руками обхватываю плечи, пытаясь сдержать дрожь, а меня трясет еще сильнее.
Пытаюсь осознать услышанное. Не могу поверить, что Эд и есть насильник. Не может быть, только не он. Господи, за что ты так со мной опять. Молюсь, чувствуя, как подкашиваются колени, но сильные руки не позволяют коснуться кафельного пола.
Очнулась я на том же матрасе, и пытаюсь понять – приснилось мне все или нет. Мужчина пытается обнять, успокоить, но дикая пантера во мне требует правды. Вырываюсь, бешено дыша. От гнева разрывает грудную клетку.
– Так это правда? Там в клубе…был ты? Ты меня…ты... первый изнасил…? – Не могу договорить, задыхаюсь.
– Нет, это не правда. Я не насильник, – опускает в пол глаза, – поверь, я не знал, что с тобой происходит. Но я хочу искупить вину за всех кто тебя обидел. Прошу, умоляю, поверь. Вспомни о дочери, ей нужна помощь. Я буду помогать во всем и всегда. – Скулит мерзавец побитым щенком, усевшись на ложе, которое только недавно служило алтарем любви.
18 глава Эдуард
! Эдуард!
Она божественно танцует. У нее талан, который по моей вине похоронен.
Ее худенькое, изящное тело движется в такт эротичной песни, водка должна обжечь горло, опрокидываю в себя рюмку, другую, третью этой жидкости, так как хочу напиться до забытья. Коньяк мне в этом не поможет и Матвей тоже. Но жжение не приходит, когда жидкое огниво достигает моего желудка. Я крепко сжимаю стекло, потому что не могу прикоснуться к тому, чего хочу.
К соблазнительному изгибу ее талии, переходящему в плавную линию бедер. Плечи, ее нежная кожа и тату на спине до скрежета зубов сводит с ума, напрягая каждую мышцу моего тела, а напарник за замком брюк готов рвать железные оковы. Затаив дыхание, я слежу, как моя девочка зазывает, манит толпу похотливых самцов, которых хочу расстрелять. Женька вытворяет на сцене такие трюки, что в пору отправлять на олимпиаду по художественной гимнастике. Она ловко и с легкостью бабочки управляет своим телом, подобно мастеру гипноза – не могу отвести от нее взгляд.
Музыка оглушительна, но если бы она просто прошептала мое имя, я бы оказался у ее ног, умоляя прикоснуться к недозволенному, попробовать то, что не принадлежит мне и провести ладонями по сладкой невинности, хотя она давно не невинна, но которая мне дороже всего на свете. Невинности, которую я не должен хотеть, но жажду. Чего-то такого чистого и нетронутого, как то, с чем мне не приходилось сталкиваться в жизни.
