Текст книги "Попутный ветер (СИ)"

Автор книги: Снежана Малинина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 13 страниц)

Глава 22 Тонкая игра

Глава 22 Тонкая игра

После того как Лёля публично указала на подлинность старых отчётов, Воронцов изменил тактику.

Он больше не пытался работать с ней наедине. Вместо этого он стал действовать тоньше, незаметнее, как опытный шахматист, который не ставит мат в один ход, но постепенно сжимает кольцо. Он появлялся на всех совещаниях, задавал вопросы, которые казались невинными, но каждый раз оставляли после себя неприятный осадок. Он улыбался, шутил, пил кофе с сотрудниками, и все вокруг начинали считать его своим.

Лёля видела эту игру. Но доказать ничего не могла.

– Ты слишком много на него смотришь, – заметила Ирина, когда они встретились в кафе на Арбате. Лёля рассказывала ей о событиях последних недель, и подруга слушала, нахмурившись.

– Я за ним слежу, – поправила Лёля. – Он что-то задумал. Я чувствую.

– Или ты просто ревнуешь Олега к Наталье? – Ирина подняла бровь. – Они же теперь работают вместе.

– Я не ревную, – отрезала Лёля, хотя где-то глубоко понимала, что это не совсем так. Наталья появлялась в офисе каждый день, и хотя она держалась холодно и профессионально, Лёля видела, как её взгляд задерживается на Олеге. Как она ищет поводы подойти к нему. Как она улыбается, когда он вынужден с ней разговаривать.

– Ты бледная, – сказала Ирина, накрывая её руку своей. – Ты высыпаешься?

– Не очень, – призналась Лёля. – Я всё время думаю о том, что они замышляют. И о том, что я не могу это остановить.

– Ты не одна, – напомнила Ирина. – У тебя есть Олег. И Денис, кстати, говорит, что Воронцов что-то ищет в документах. Что-то конкретное. Он не просто так копается.

– Что именно?

– Денис не знает. Но он сказал, что Воронцов каждый день заказывает всё новые и новые папки. Особенно те, что касаются финансов за последние три года.

Лёля задумалась. Три года. Именно столько Наталья была финансовым директором, прежде чем её повысили. Три года, в течение которых она имела доступ ко всему.

– Он ищет что-то, что она ему подсказала, – сказала Лёля. – Что-то, что она знала. Что-то, что может разрушить компанию.

– Или кого-то, – добавила Ирина.

Они посмотрели друг на друга, и обе поняли: Наталья не просто хочет вернуться. Она хочет уничтожить.

–

На следующий день Лёля пришла в офис раньше обычного. Она хотела просмотреть документы, которые Воронцов запрашивал в последние дни, прежде чем он появится. Но когда она вошла в архив, дверь была уже открыта.

Воронцов стоял у стеллажа, перебирая папки.

– Вы рано, – сказал он, не оборачиваясь.

– Я тоже так думаю, – ответила Лёля, стараясь, чтобы голос звучал спокойно. – Вы здесь с шести утра?

– С пяти, – он повернулся к ней, и на его губах играла лёгкая улыбка. – В отчётах много цифр. Я люблю работать в тишине.

– И что вы нашли?

Воронцов посмотрел на неё, и в его глазах мелькнуло что-то, что она не смогла прочитать.

– Много интересного, – сказал он. – Например, то, что вы очень талантливая переводчица.

– Это не входит в вашу компетенцию, – ответила она.

– Входит, – он шагнул ближе, и Лёля почувствовала запах его парфюма – дорогого, но холодного, как его улыбка. – Французы довольны вашей работой. Они упоминали вас в нескольких письмах. Говорят, что вы – лучший переводчик, с которым они работали.

– Я просто делаю свою работу, – повторила она свою мантру.

– Вы постоянно это говорите, – заметил Воронцов. – «Я просто делаю свою работу». Но мы оба знаем, что это не так.

– И что же мы оба знаем?

– Что вы – ключ, – сказал он, и его голос стал тише. – Французы доверяют вам. Олег доверяет вам. А я... я пытаюсь понять, почему.

– Потому что я не вру, – ответила Лёля, глядя ему в глаза. – В отличие от некоторых.

Он замер на секунду, а потом рассмеялся – тихо, беззлобно.

– Вы смелая, – сказал он. – Это редкость. Обычно люди, которые оказываются в вашем положении, либо боятся, либо льстят. Вы не делаете ни того, ни другого.

– Чего вы хотите, Воронцов? – спросила Лёля, устав от игры.

– Правды, – ответил он, и в его глазах вдруг исчезла насмешка. – Я хочу понять, что здесь происходит на самом деле. Отчёты, которые мне передали, не совпадают с теми, что я вижу. Кто-то пытается меня обмануть. И я хочу знать, кто.

– Может быть, тот, кто эти отчёты передал? – предположила Лёля.

Воронцов посмотрел на неё долгим взглядом.

– Может быть, – сказал он. – Но я ещё не решил.

Он взял папку с документами и вышел из архива, оставив Лёлю одну. Она стояла, чувствуя, как бешено колотится сердце. Она не знала, верить ему или нет. Но одно она поняла точно: Воронцов не просто аудитор. У него были свои счёты, свои цели, своя игра. И Наталья была лишь частью этой игры.

–

В полдень Лёля поймала момент, чтобы зайти к Олегу в кабинет. Денис был там, они обсуждали что-то вполголоса, но при её появлении замолчали.

– Что случилось? – спросила она.

– Садись, – сказал Олег, и его лицо было напряжённым.

Она села напротив, чувствуя, как тревога сжимает грудь.

– Воронцов запросил полную выписку по всем международным переводам за последние три года, – сказал Денис. – Это не стандартная процедура для предварительного аудита.

– Он что-то ищет, – добавил Олег. – Что-то конкретное.

– Наталья, – сказала Лёля. – Она знает, где копать.

– Возможно, – кивнул Олег. – Но мы не знаем, что именно она ему сказала.

– Может быть, я смогу узнать? – предложила Лёля.

Олег посмотрел на неё, и в его глазах мелькнул страх.

– Нет, – сказал он. – Ты не будешь с ним играть.

– Я не собираюсь играть, – ответила Лёля. – Я хочу поговорить с Натальей.

– Лёля...

– Олег, – она перебила его, и её голос был твёрже, чем она ожидала. – Я не хрустальная. Я могу за себя постоять. И я хочу понять, что она задумала. Если я поговорю с ней не как соперница, а как... как человек, который пытается понять, почему она это делает, может быть, она скажет что-то важное.

Олег смотрел на неё, и она видела, как он борется с желанием защитить её, спрятать, оградить от всего.

– Она тебя ненавидит, – сказал он.

– Она ненавидит тебя, – поправила Лёля. – Я для неё – только символ того, что она потеряла. Если я покажу, что не боюсь, что я не враг, может быть, она раскроется.

– Это опасно, – сказал Денис.

– Всё, что мы сейчас делаем, опасно, – ответила Лёля. – Но сидеть и ждать, пока они нанесут удар, ещё опаснее.

Олег молчал несколько секунд, а потом кивнул.

– Хорошо, – сказал он. – Поговори с ней. Но я буду рядом.

– Это не поможет, – возразила Лёля.

– Я буду рядом, – повторил он, и в его голосе не было вопроса.

–

Она нашла Наталью в коридоре, когда та выходила из кабинета Воронцова. Женщина была бледна, её губы были плотно сжаты, а в глазах горел тот самый огонь, который Лёля помнила по лайнеру.

– Наталья, – окликнула её Лёля. – Можно поговорить?

Наталья остановилась, посмотрела на неё, и в её взгляде было столько ненависти, что Лёля на мгновение пожалела о своём решении.

– О чём? – спросила Наталья, и её голос был холодным.

– О том, что вы делаете.

– Я работаю, – ответила Наталья. – В отличие от некоторых, я умею работать.

– Вы работаете на того, кто хочет разрушить компанию, – сказала Лёля. – Вы это знаете.

Наталья усмехнулась, и в этой усмешке было столько горечи, что Лёля невольно поёжилась.

– Разрушить? – переспросила она. – Я её строила. Восемь лет. Я вкладывала в неё всё – время, силы, нервы. А он... – её голос дрогнул, – он вышвырнул меня, как ненужную вещь. Ради тебя.

– Это не из-за меня, – тихо сказала Лёля. – Вы сами знаете.

– Не из-за тебя? – Наталья шагнула ближе, и её глаза сверкнули. – Он был со мной два года. Два года, Лёля. Я ждала, надеялась, верила, что когда-нибудь он посмотрит на меня так, как смотрел на тебя. А ты появилась – и всё рухнуло.

– Он не любил вас, – сказала Лёля, и слова вырвались прежде, чем она успела их остановить. – Простите, но это правда. Он не мог дать вам то, что вы хотели. И вы это знали.

Наталья смотрела на неё, и Лёля видела, как в её глазах борются ненависть и боль.

– Думаешь, он полюбит тебя? – спросила Наталья, и её голос был тихим, почти беззвучным. – Думаешь, ты особенная? Он такой же, как все. Когда ты надоешь, он найдёт другую. Моложе, красивее. И ты будешь стоять на моём месте и проклинать тот день, когда поверила ему.

– Может быть, – ответила Лёля, и её голос не дрогнул. – Но сейчас я здесь. И я не позволю вам разрушить то, что он построил. Не из-за того, что он меня выбрал. А потому, что это неправильно.

Наталья смотрела на неё долго, очень долго. А потом её лицо изменилось – ненависть ушла, уступив место чему-то, похожему на усталость.

– Ты наивная, – сказала она. – Думаешь, я одна? Воронцов – это не я. Я для него – инструмент. Он ищет не то, что знаю я. Он ищет то, что знает он.

– Что вы имеете в виду?

– Узнаешь, – ответила Наталья, и на её губах появилась горькая усмешка. – Скоро узнаешь.

Она развернулась и ушла, оставив Лёлю стоять в пустом коридоре.

–

Вечером Лёля рассказала Олегу о разговоре.

– Она сказала, что Воронцов ищет не то, что знает она, – пересказывала Лёля, сидя на диване в его квартире. – А то, что знает он.

– Что это значит? – Олег нахмурился.

– Я не знаю. Но она не врала. Я видела её лицо. Она боится его.

Олег прошёлся по комнате, и Лёля видела, как он напряжён.

– У меня есть одна идея, – сказал он. – Но тебе она не понравится.

– Какая?

– Воронцов работает по контракту с французами. Если я попрошу Жан-Поля отозвать его...

– Ты не можешь этого сделать, – перебила Лёля. – Он сразу поймёт, что ты что-то скрываешь. И тогда он добьётся своего.

– А если он уже добился? – спросил Олег, и в его голосе прозвучала горечь. – Если то, что он ищет, уже у него в руках?

– Что ты имеешь в виду?

– Денис сегодня проверил, какие папки Воронцов заказывал за последнюю неделю. Это всё старые отчёты Натальи. Те самые, которые ты опознала. Он знает, что они поддельные. Но он продолжает их изучать.

– Зачем?

– Затем, что он ищет не ошибки, – сказал Олег, и его лицо стало жёстким. – Он ищет возможность. Способ надавить. И он его найдёт.

Лёля смотрела на него, чувствуя, как страх сжимает сердце.

– Что мы будем делать? – спросила она.

Олег подошёл к ней, сел рядом, взял за руки.

– Мы будем играть, – сказал он. – По его правилам. Пока не поймём, какая у него цель.

– А если мы не успеем?

– Успеем, – он притянул её к себе, и она чувствовала, как бьётся его сердце. – Мы должны успеть.

Они сидели в темноте, прижавшись друг к другу, и оба знали: игра только начинается. И ставки в этой игре – их жизнь. Их любовь. Их будущее.

Глава 22 Неожиданный союзник

Глава 22 Неожиданный союзник

Утро началось с дождя.

Лёля стояла у окна в квартире Олега, глядя, как капли стекают по стеклу, и чувствовала, что этот день будет особенным. Не потому, что она знала что-то – а потому, что её тело гудело от напряжения последних недель, и где-то глубоко внутри зрело предчувствие.

Олег уже уехал в офис – у него было совещание с Воронцовым, на которое Лёлю не пригласили. «Ты нужна мне здесь, в тылу», – сказал он, целуя её на прощание. Она не спорила, но внутри закипала злость. Он снова пытался её защитить, спрятать, оставить в стороне от опасности. А она чувствовала, что именно сейчас должна быть рядом.

Её телефон завибрировал. Незнакомый номер.

– Лёля Волошина? – голос в трубке был мягким, с лёгким французским акцентом, но она узнала его не сразу. – Это Александр Воронцов. Мне нужно с вами встретиться.

Она замерла.

– Зачем?

– Поговорить. Без свидетелей. Есть вещи, которые я могу сказать только вам.

– Я не приду, – ответила она, хотя сердце колотилось где-то в горле.

– Придёте, – сказал он, и в его голосе не было угрозы – только спокойная уверенность. – Потому что если не придёте, завтра компания Олега Викторовича перестанет существовать в том виде, в котором вы её знаете. Я жду вас в «Кофейне на набережной» в час. Одну.

Он положил трубку.

Лёля смотрела на экран телефона, и в голове проносились мысли: сказать Олегу? не сказать? пойти? не идти? Она знала, что Воронцов – враг. Но она также знала, что если она не пойдёт, они никогда не узнают, что он задумал.

Она пошла.

–

«Кофейня на набережной» была почти пуста в этот час. Лёля заказала чёрный чай, села у окна и стала ждать. Воронцов появился ровно в час – безупречный, как всегда, в дорогом пальто и с кожаной папкой под мышкой.

– Вы пришли, – сказал он, садясь напротив. – Я не сомневался.

– Что вы хотите? – спросила Лёля, стараясь, чтобы голос звучал спокойно.

– Хочу заключить с вами сделку, – ответил он, и его губы тронула лёгкая улыбка.

– Я не заключаю сделок с теми, кто пытается уничтожить компанию моего...

– Мужчины? – закончил он, и в его голосе прозвучала насмешка. – Вашего мужчины, Лёля. Я знаю, кто он для вас. И я знаю, что вы для него. Именно поэтому я говорю с вами.

Он раскрыл папку, и Лёля увидела документы – те самые, старые отчёты, которые она опознала неделю назад. Воронцов подвинул их к ней.

– Это копии, – сказал он. – Оригиналы у меня. Завтра я передам их французам. И тогда контракт будет расторгнут.

– Почему вы мне это говорите? – спросила Лёля. – Вы хотите, чтобы я предупредила Олега?

– Я хочу, чтобы вы поняли, – он наклонился ближе, и его голос стал тише. – У меня нет выбора. Я не хочу уничтожать его компанию. Но меня вынуждают.

– Кто?

– Человек, который стоит за мной, – сказал Воронцов, и в его глазах мелькнуло что-то, похожее на усталость. – Кто-то, кто знает обо мне то, что может разрушить мою жизнь. Я работаю на него. Но я не хочу больше.

Лёля смотрела на него, и впервые за всё время она увидела в нём не врага, а человека. Загнанного в угол.

– Кто он? – спросила она.

– Я не могу назвать имя, – ответил Воронцов. – Но я могу помочь вам остановить его. В обмен на то, что вы убедите Олега Викторовича не преследовать меня. Я уйду. Тихо. Навсегда.

– И вы просто так отдадите нам документы?

– Я отдам вам ключ к тому, как их опровергнуть, – сказал он. – Есть отчёт независимого аудитора, который доказывает, что мои бумаги – фальшивка. Я спрятал его в надёжном месте. Если мы договоримся, вы его получите.

Лёля молчала, переваривая информацию.

– Я должна подумать, – сказала она.

– Не долго, – ответил Воронцов, вставая. – Время идёт. Завтра в полдень я передаю документы французам. Если до этого часа мы не договоримся – сделка будет закрыта, но не в вашу пользу.

Он взял папку и вышел из кофейни, оставив Лёлю одну с остывшим чаем и бешено колотящимся сердцем.

–

Она не поехала в офис. Вместо этого она набрала номер, который ей дал Леон перед отъездом, на всякий случай. Трубку сняли после второго гудка.

– Lolia? – голос Леона был удивлённым, но тёплым. – Что случилось?

– Леон, мне нужна ваша помощь, – сказала она, чувствуя, как к горлу подступает комок. – Воронцов – не главный. За ним кто-то стоит. И завтра он передаёт вашей стороне поддельные отчёты. Контракт под угрозой.

В трубке повисла тишина.

– Я в Москве, – сказал Леон. – Прилетел сегодня утром. Где вы?

Лёля назвала адрес кофейни, и Леон пообещал быть через двадцать минут.

Она сидела у окна, глядя на дождь, и думала о том, что сказала бы Ирина: «Ты с ума сошла. Ты зовёшь на помощь мужчину, который в тебя влюблён, за спиной у Олега». Но Лёля знала, что поступает правильно. Леон был единственным, кто имел доступ к французской стороне, кто мог помочь быстро и без бюрократии. И она ему доверяла.

Леон появился через пятнадцать минут – запыхавшийся, без зонта, с мокрыми волосами. Он сел напротив, и Лёля рассказала ему всё: о документах, о предложении Воронцова, о загадочном «человеке за спиной».

– Он блефует, – сказал Леон, выслушав. – Или нет. Я знаю Воронцова по Европе. У него были проблемы. Его уволили из крупной аудиторской компании за подлог. Но он никогда не работал один. За ним всегда стоял кто-то, кто давал задания.

– Кто?

– Я не знаю, – Леон покачал головой. – Но я могу помочь. Мой отец доверяет вам, Лёля. И я доверяю вам. Если вы скажете, что Воронцов врёт – мы расторгнем контракт с ним, а не с вами.

– У нас нет доказательств, – сказала Лёля. – Только его слово.

– Тогда мы найдём доказательства, – твёрдо ответил Леон. – До завтрашнего дня есть время.

Он посмотрел на неё, и в его зелёных глазах было столько решимости, что Лёля почувствовала, как напряжение отпускает.

– Спасибо, – сказала она.

– Не благодарите, – он улыбнулся, и в его улыбке не было прежней игривости – только тепло. – Я делаю это не только ради контракта.

Она отвела взгляд, чувствуя, как краснеет.

–

Она вернулась в офис Олега только к вечеру. Он ждал её в кабинете, и его лицо было напряжённым.

– Где ты была? – спросил он, и в его голосе не было злости – только тревога.

– Встречалась с Воронцовым, – честно ответила она, и Олег побледнел.

– Что? Одна? Зачем?

Она рассказала ему всё. О предложении Воронцова, о таинственном заказчике, о Леоне, который уже в Москве и готов помочь. Олег слушал, сжав кулаки, и когда она закончила, медленно выдохнул.

– Ты не должна была идти одна, – сказал он.

– Если бы я не пошла, мы бы ничего не узнали, – ответила она.

– Ты рисковала.

– Я знала, что делаю, – она подошла к нему, взяла его руки в свои. – Олег, я не хрустальная. Я не сломаюсь. И я не позволю ему выиграть.

Он смотрел на неё, и в его чёрных глазах боролись гнев и гордость.

– Леон, – сказал он, и в его голосе прозвучала ревность. – Ты ему доверяешь?

– Доверяю, – ответила она. – Не так, как тебе. Но в этом вопросе – доверяю.

Он притянул её к себе, обнял, и она чувствовала, как бьётся его сердце.

– Завтра решится всё, – сказал он.

– Я знаю.

– Что бы ни случилось, я люблю тебя.

Она подняла голову, посмотрела на него, и в её глазах блестели слёзы.

– Я тебя тоже.

Они стояли в темнеющем кабинете, обнявшись, пока дождь за окном не стих.

–

А за окнами офиса, в припаркованном на другой стороне улицы чёрном автомобиле, Воронцов набирал номер.

– Она встретилась с французом, – сказал он в трубку. – Всё идёт по плану.

В ответ раздался спокойный женский голос:

– Хорошо. Завтра мы их дожмём.

Наталья отключила телефон и улыбнулась в темноту.

Она не была пешкой. Она была королевой. И эта партия ещё не закончена.

Глава 23 Расстановка сил

Глава 23 Расстановка сил

Лёля не спала всю ночь. Она лежала в темноте, слушая ровное дыхание Олега, и прокручивала в голове сценарий сегодняшнего дня. Воронцов назначил совещание на полдень. Леон обещал быть. Жан-Поль подключился по видеосвязи из Парижа. Наталья – та, кого никто не ждал, – должна была присутствовать как «внешний консультант».

Олег проснулся рано, молча собрался, и когда Лёля попыталась заговорить, приложил палец к её губам.

– Потом, – сказал он. – Сегодня только бизнес. Ты – переводчик. Я – глава компании. Никаких эмоций. Договорились?

– Договорились, – ответила она, хотя знала, что это обещание она не сможет сдержать.

Они приехали в офис по отдельности. Так было правильнее. Лёля поднялась на лифте в конференц-зал, где уже собирались участники совещания.

В конференц-зал вошёл Воронцов. За ним – Наталья. Она выглядела иначе – спокойная, уверенная, почти счастливая. В её глазах не было ненависти, которую Лёля видела раньше. Только холодный расчёт.

– Доброе утро, – сказал Воронцов, садясь во главе стола. – Начнём?

Олег кивнул. Лёля приготовила блокнот.

–

Первый час совещания прошёл в обсуждении технических деталей контракта. Воронцов задавал вопросы, Лёля переводила, Олег отвечал. Всё было чинно, спокойно, почти скучно.

Лёля знала, что это затишье перед бурей.

И буря грянула ровно в час дня.

– У меня есть серьёзные опасения, – сказал Воронцов, доставая из папки знакомые Лёле документы. – Финансовая отчётность компании за последние три года содержит несоответствия, которые ставят под сомнение возможность дальнейшего сотрудничества с французской стороной.

Он подвинул бумаги к центру стола, и Лёля почувствовала, как Олег рядом с ней напрягся.

– Это старые отчёты, – сказала Лёля, прежде чем кто-либо успел открыть рот. – Они были исправлены полгода назад. У нас есть подтверждающие документы.

– Подтверждающие документы? – Воронцов поднял бровь. – Покажите.

Лёля посмотрела на Олега. Он кивнул. Она достала из своей папки бумаги, которые они подготовили с Леоном накануне вечером – копии исправленных отчётов и письмо от независимого аудитора, подтверждающее их подлинность.

– Вот, – сказала она, передавая документы Воронцову. – Оригиналы у французской стороны. Жан-Поль Дюваль лично подписал их полгода назад.

Воронцов взял бумаги, просмотрел их, и Лёля увидела, как его лицо на мгновение потеряло невозмутимость.

– Это... – начал он.

– Это доказательство того, что вы пытаетесь ввести в заблуждение совет директоров, – закончила за него Лёля. – Вопрос в том, зачем вы это делаете. И кто вам помогает.

Она посмотрела на Наталью. Та сидела с каменным лицом, но её пальцы сжимали ручку так, что побелели костяшки.

– Я действую в рамках своих полномочий, – сказал Воронцов, и его голос стал жёстче. – Моя задача – проверить компанию перед подписанием финальной версии контракта. Если вы предоставили мне неполные данные...

– Вы получили все данные, – перебила Лёля, и её голос звучал твёрже, чем она ожидала. – Вопрос не в данных. Вопрос в том, на чьей вы стороне.

В этот момент дверь конференц-зала открылась, и вошёл Леон. Следом за ним – Жан-Поль Дюваль, который, как все думали, должен был быть на связи из Парижа.

– Простите за опоздание, – сказал Жан-Поль на безупречном русском, и Лёля почувствовала, как у неё отпала челюсть. – Я решил, что такие вопросы нужно решать лично.

Он говорил по-русски. Всё это время он понимал всё, что происходило вокруг. И молчал.

Воронцов побледнел.

– Месье Дюваль, – начал он, но Жан-Поль поднял руку, останавливая его.

– Мы всё знаем, – сказал Жан-Поль. – О ваших «проблемах» в Европе. О том, кто вас нанял. О том, зачем вы здесь.

Он повернулся к Наталье, и Лёля увидела, как женщина побледнела.

– И о вас тоже, мадам, – добавил он. – Мы знаем всё.

Наталья вскочила.

– Это ложь! – выкрикнула она. – Он меня шантажировал! Я не хотела...

– Вы хотели, – спокойно сказал Жан-Поль. – Вы хотели разрушить компанию, которую строили. Потому что вам было больно. Мы понимаем. Но это не оправдание.

Он вынул из портфеля ещё один документ и положил его на стол.

– Это решение совета директоров «Duval Marine». Контракт с компанией Олега Викторовича подписан и вступает в силу немедленно. Господин Воронцов, вы отстранены от аудита. Ваши полномочия аннулированы.

– Вы не можете... – начал Воронцов.

– Можем, – перебил Жан-Поль. – И уже сделали.

Он повернулся к Олегу и протянул руку.

– Поздравляю, месье. Мы начинаем сотрудничество.

Олег пожал его руку, и Лёля почувствовала, как напряжение в комнате достигло своего пика.

Воронцов встал, молча собрал свои бумаги и направился к выходу. На пороге он обернулся и посмотрел на Лёлю.

– Вы не представляете, во что ввязались, – сказал он. – Это не конец. Всё ещё впереди.

Он вышел, и дверь за ним закрылась.

Наталья осталась сидеть на месте, глядя в одну точку.

– Теперь ваша очередь, – сказал Жан-Поль, глядя на неё.

– Что вы со мной сделаете? – спросила она, и её голос был пустым.

– Ничего, – ответил Олег. – Мы не будем преследовать вас по закону. Уходите. И чтобы я больше никогда вас не видел.

Наталья поднялась, взяла свою сумку и направилась к выходу. У двери она остановилась, посмотрела на Лёлю, и в её глазах не было ненависти – только усталость.

– Олег, ты говорил, что я сильная, – сказала она тихо. – Но я просто хотела быть любимой.

Она вышла.

Лёля стояла, чувствуя, как дрожат колени. Всё закончилось? Неужели всё наконец закончилось?

Но в этот момент телефон Олега завибрировал. Он посмотрел на экран, и его лицо застыло.

– Что? – спросила Лёля.

– Это Воронцов, – сказал Олег, поднимая на неё глаза. – Он пишет: «Вы думаете, это победа? Посмотрите, что происходит внизу».

Лёля подошла к окну. Внизу, у здания, стояли две чёрные машины. Из них выходили люди в форме – полиция? нет, что-то другое.

– Это отдел по борьбе с экономическими преступлениями, – сказал Денис, подходя к окну. – С обыском.

Олег повернулся к Жан-Полю.

– Как они могли? – спросил он. – Мы только что подписали контракт.

– Хмм, – тихо сказал Леон, глядя в окно. – Это не связано с контрактом. Это связано с чем-то другим.

Он посмотрел на Лёлю, и в его глазах был страх.

– Воронцов сказал, что это не конец, – произнёсла Лёля, чувствуя, как холодок пробегает по спине. – Что он имел в виду?

В этот момент дверь конференц-зала открылась, и на пороге появился мужчина в форме.

– Олег Викторович? – спросил он. – У нас есть предписание на обыск. Пройдёмте.

Олег шагнул вперёд, и Лёля схватила его за руку.

– Малыш,не надо, – сказал он тихо. – Всё будет хорошо.

Он вышел.

Лёля осталась стоять в пустом конференц-зале, глядя на дверь, за которой исчез человек, которого она любила. И в голове крутились слова Воронцова: «Это не конец».

–

На улице, в чёрной машине, Наталья смотрела на здание офиса и улыбалась.

– Ты была права, – сказал Воронцов, сидя за рулём. – Они поверили, что мы сдались.

– Пусть поверят, – ответила Наталья. – У нас есть главное. Документы, которые они не нашли.

– И что теперь?

– Теперь, – она повернулась к нему, и в её глазах горел холодный огонь, – мы начинаем настоящую игру.

Машина отъехала от тротуара, и Лёля, стоявшая у окна, увидела её. Она узнала этот чёрный автомобиль. Тот самый, который стоял напротив офиса вчера вечером.

Она попыталась разглядеть лица, но стекла были тонированными.

А внутри машины Наталья набирала новый номер.

– Алло? – сказала она в трубку. – Это Наталья. Я готова принять ваше предложение.

– О каком предложении идёт речь? – спросил незнакомый голос.

– О том, которое вы сделали мне год назад, – ответила она. – О переходе в другую компанию. С активами, которые я могу предоставить.

В трубке повисла пауза.

– Ждём вас завтра в десять, – сказал голос. – С документами.

Наталья отключила телефон и улыбнулась.

Она не проиграла. Королева пошла в бой. И она выиграет.