Текст книги "Проданная генералу. Второй шанс для дракона (СИ)"

Автор книги: Сима Гольдман

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 15 страниц)

21

Не в силах больше сдерживать эмоции, я развернулась и выбежала из комнаты.

Ноги сами несли меня.

Слёзы застилали глаза, но я бежала, не останавливаясь.

Наконец я оказалась перед дверью в комнату, которую тут «милостиво» нам предоставили.

Дрожащими руками распахнула её и буквально залетела внутрь.

Матью сидел на полу, играя с деревянными фигурками. От шума он вздрогнул и попытался спрятаться, но поняв, что это я, расслабился.

– Что-то случилось? – прошептал он.

Не говоря ни слова, я рухнула перед ним на колени и крепко-крепко прижала к себе. Мальчик растерялся на миг, но тут же обвил мою шею руками.

– Всё хорошо, мой хороший, – шептала я, целуя его в макушку. – Просто я сильно устала.

Его тёплая ладошка гладила меня по щеке, стирая слёзы. В этом ребёнке было столько нежности и понимания, что сердце разрывалось от любви. А уж какой он был храбрый, когда, рискуя собой, помог мне на корабле. Я была ему обязана жизнью и не могла раскиснуть сейчас.

– Ты плачешь, – он заглянул мне в глаза.

– Девчонки всех возрастов жуткие плаксы, – призналась я.

Я отстранилась, чтобы посмотреть на него. Его большие, полные беспокойства глаза были так похожи на Эйнара…

Прижав его к себе ещё крепче, я пообещала себе, что сделаю всё возможное, чтобы защитить его от этого жестокого мира. И пусть Эйнар и Аэрон разбираются между собой. У меня были более важные заботы.

Внезапный грохот за спиной заставил уже меня вздрогнуть.

Дверь с треском распахнулась, и в комнату влетела разъярённая экономка.

– Потаскуха! – прорычала она сквозь стиснутые зубы. – Да я тебя со свету сживу!

Матью испуганно прижался ко мне. Я инстинктивно закрыла его собой.

Если эта гарпия и хотела разборок, то уж явно не при ребенке.

Я ободряюще улыбнулась Матью и попыталась встать.

– Я не…

– Молчать! – рыкнула она. – Немедленно поднимайся. С сегодняшней ночи ты работаешь на кухне, и чтобы духу твоего не было рядом с хозяином!

Я крепче обняла Матью, чувствуя, как он дрожит.

– Я вас услышала, – процедила я сквозь зубы.

Экономка побагровела ещё сильнее.

– Я доложу господину о вашем неподобающем поведении! А пока марш работать! До рассвета.

Она попыталась схватить меня за руку, но я отпрянула.

– Только попробуйте, – предупредила я, наконец выпрямившись. – И вы пожалеете.

Мне было непонятно, откуда такая волна гнева у матрисс Бригитты. Мы с ней мало пересекались, и уж тем более я ни разу не сделала ничего такого, чтобы заслужить подобного отношения.

Рабство рабством, но относиться к людям как к скоту она не имела права. Как и никто другой.

– Вольф, Логан, – бросила она, и в дверном проёме показалось два гиганта безобразной наружности. – Тогда познакомься с моими сыновьями.

Двое громил мгновенно оказались рядом.

Огромные ручищи схватили меня за локти и подняли как куклу.

Я отчаянно пыталась вырваться, но их хватка была железной.

– Нет! – закричала я, когда они оторвали меня от Матью.

Они громко заржали.

Матью, не раздумывая, бросился на одного из них, пытаясь защитить меня. Но здоровяк лишь небрежно отмахнулся, как от назойливой мухи.

Мальчик отлетел к стене. Послышался глухой удар. Хрупкое тельце безвольно сползло по стене.

– Матью! – закричала я.

Я рванулась к нему, но громилы лишь сильнее сжали свои клещи.

Матрисс Бригитта наблюдала за происходящим с садистской улыбкой.

– Не переживай, – прошипела она. – С твоим щенком всё будет в порядке. А вот ты у меня попляшешь.

В глазах потемнело от ярости и страха. Спазм скрутил живот, но я не могла думать о себе. Только о Матью.

– Если вы тронете его хоть пальцем… – начала я, но слова застряли в горле.

– Не тронем, – оскалилась экономка. – Пока что. А теперь марш на кухню, пока я не передумала!

Громилы потащили меня к выходу. Я извивалась в их руках, пытаясь вырваться, но это было бесполезно.

22

Громилы тащили меня по коридору под руки.

Я продолжала вырываться, но их хватка была железной.

– Отпустите! – кричала я. – Пожалуйста, отпустите!

Мы миновали один коридор. Слуги, попадавшиеся нам навстречу, испуганно прижимались к стенам, отводя взгляды. Никто не осмеливался вмешаться, чтобы помочь.

Наконец они выволокли меня через чёрный ход на улицу.

Холодный ночной воздух обжёг разгорячённую кожу.

– Сюда, – прохрипел один из громил, поворачивая к хозяйственной пристройке.

Они протащили меня через двор, мимо хозяйственных построек, к столбу.

– Пустите! – снова закричала я.

Громилы толкнули меня. Я рухнула на колени, но даже не почувствовала боли.

– Заткнись, – прорычал один из них.

– Чтобы эта девка работала как положено, ее нужно бить, – оскалился второй.

– Десять ударов, – вынесла вердикт Бригитта. – За каждый писк плюс один.

Один из громил схватил меня за руку. Его пальцы впивались в кожу, оставляя, наверное, синяки. Он потащил меня к столбу, как куклу, не обращая внимания на мои попытки сопротивляться.

– Не надо… пожалуйста… – шептала я, но мои мольбы ему были безразличны.

Он толкнул меня к столбу. От боли перехватило дыхание. Второй громила уже держал в руках веревки. На лице не было ни капли сочувствия.

– И ни звука, – прорычал он, обматывая путы вокруг моих запястий. – Будешь дергаться – получишь больше.

Веревки впивались в плоть. Кровь начала пульсировать в запястьях.

Матрисса Бригитта подошла ближе, наслаждаясь моментом с каким-то извращенным удовольствием.

– Смотри-ка, – прошипела она. – Даже не плачешь. Думаешь, ты такая сильная? Посмотрим, как запоёшь, когда плётка разрежет твоей кожи.

Я пыталась сохранить самообладание, но страх сковывал всё тело.

– Пожалуйста… – снова прошептала я, но мой голос дрожал. – У меня ребёнок…

Я вовремя прикусила язык. Кто его знает, какие пытки у них тут предусмотрены для таких, как я.

– Тем лучше, – оскалилась Бригитта. – Вырастет послушным мальчиком. Позовите его. Пусть посмотрит на мать в ее звездный час.

Громила закончил привязывать меня, проверяя узлы. Они были настолько тугими, что я не могла пошевелиться.

Второй двинулся за Матью.

Матрисса Бригитта медленно приблизилась ко мне. В её руках блеснул нож. Губы кривились в довольной ухмылке.

– Вот так у нас наказывают распутных баб, которые пудрят мозги уважаемым господам, – прошипела она.

Бригитта встала за моей спиной.

Холодное лезвие ножа коснулось ткани платья. Она начала медленно разрезать его, от ворота и вниз, вдоль спины.

Второй громила вернулся, волоча за собой Мэттью. Мальчик вырывался и кричал, но здоровяк держал его железной хваткой.

– Нет! – закричала я, пытаясь вырваться из пут. – Не трогайте его!

– Смотри, Мэттью, – пропела экономка, обнажая мою спину. – Вот что бывает с теми, кто перечит старшим.

Мэттью продолжал вырываться, его крики разрывали моё сердце.

Когда платье было разорвано до талии, Бригитта рывком стянула верхнюю часть, полностью обнажив спину.

– Десять ударов, – произнесла она, наслаждаясь моментом.

– Пожалуйста, не надо! – взмолилась я, глядя на мальчика. – Не заставляйте его смотреть на это!

Но Бригитте было плевать. Она уже доставала кнут из ящика рядом со столбом.

Я закрыла глаза, пытаясь найти в себе силы выдержать предстоящее испытание. Но страх за Матью был сильнее любой физической боли.

Бригитта подняла кнут. На ее лице играла торжествующая ухмылка. Она сделала шаг назад, замахнулась…

Я стиснула зубы так сильно, что, казалось, они вот-вот раскрошатся. Всё тело напряглось в ожидании удара.

Небо разразилось оглушительным громом.

Земля задрожала под ногами, а воздух наполнился запахом озона. Так бывает перед грозой.

Все замерли. Даже Матью перестал кричать.

В следующее мгновение посреди внутреннего двора приземлился огромный синий дракон.

Громилы попятились назад, выпустив Матью. Мальчик тут же бросился ко мне, пытаясь дотянуться до верёвок.

Бригитта побледнела так сильно, что её лицо стало почти серым. Она выронила кнут и медленно опустилась на землю.

Дракон поднял голову и издал низкий, вибрирующий рык. Его глаза, светящиеся синим огнём, были устремлены прямо на меня.

– Эйнар… – прошептала я, не веря своим глазам.

Существо сделало шаг вперед. Его облик начал меняться. Чешуя таяла, крылья растворялись в воздухе, а на их месте появлялась человеческая фигура.

– Назад!

23

Эйнар в два шага преодолел расстояние до Бригитты.

Одним движением он вырвал кнут из ослабевших рук экономки. Та даже не сопротивлялась. Она была в полном шоке.

В руках вспыхнуло пламя, и кнут быстро истлел, оставив после себя лишь горстку пепла.

– За что наказываем? – его голос звучал тихо, но в нём слышалась такая угроза, что у меня по спине пробежал холодок.

Он бросил взгляд на Матью, но тут же повернулся вновь ко мне.

– Развязать, – приказал Эйнар одному из громил.

Тот, не смея ослушаться, бросился распутывать верёвки. Я чувствовала, как кровь приливает к запястьям, пока узлы постепенно ослабевали.

Когда путы наконец упали, Матью тут же бросился ко мне, обхватив руками талию. Я обняла его в ответ, стараясь унять дрожь.

Эйнар медленно повернулся к Бригитте, которая всё ещё хватала ртом воздух, пытаясь выдать какой-нибудь ответ.

– Не слышу, – прорычал снова муж.

А я смотрела на него и больше не узнавала своего Эйнара.

Это был совершенно другой мужчина в его обличье. Не было тех «лапок» смеха в уголках глаз, не было больше улыбок… Это все еще был мой муж, но таким я его точно никогда не видела. Сейчас больше он напоминал разъярённого медведя, чем того, кто шептал о любви мне ночами.

– Господин Коллум, я действовала из лучших…

– Ты уволена, – произнёс он ледяным тоном. – И чтобы к рассвету тебя и твоих выродков здесь не было.

Его взгляд скользнул по сыновьям экономки, которые стояли, понурив головы.

Эйнар шагнул ко мне, его глаза всё ещё горели синим огнём, в котором не было ничего родного.

– Ты в порядке? – спросил он тихо.

Я кивнула, поправив остатки платья на груди. Опустилась на колени и ещё крепче прижала к себе Матью.

Слёзы сами текли по щекам беззвучно.

Я не хотела, чтобы их кто-то видел. И уж тем более Эйнар.

Между нами была отныне стена изо льда, которую невозможно преодолеть. И пусть он защитил меня, но мне не были понятны ни мотивы, ни цена.

За спиной Бригитты словно из ниоткуда возник Аэрон. Его синие глаза горели тем же неистовым пламенем, что и у Эйнара.

Экономка, заметив его появление, начала отступать, но было поздно.

– Я ведь предупреждал, – он с сожалением покачал головой.

Она испуганно взвизгнула, когда его рука сомкнулась на её горле. Глаза расширились от ужаса, когда она встретилась с ним взглядом.

Я инстинктивно схватила Матью и отвернула его лицо от происходящего, прижав к своему плечу.

Тело окуталось голубоватым сиянием, а затем… рассыпалось прахом прямо в руках Аэрона. Ветер подхватил пепел, развеяв его по двору. На всё ушло не больше пяти секунд, но никогда не сотрётся из моей памяти.

Громилы попятились назад. На их лицах отразился первобытный ужас. Они рухнули на колени, умоляя о пощаде.

– Помилуйте, господин!

Эйнар шагнул вперёд.

– Убирайтесь. Оба. И чтобы я больше никогда не видел ваши лица.

Аэрон повернулся ко мне.

Секунда. Вторая.

Он молчал, но в его взгляде было нечто такое, от чего мороз пробежал по коже.

Эйнар сжал мое плечо, привлекая внимание.

– Тебе нужно отдохнуть.

Он протянул мне руку, и я, всё ещё дрожа, приняла её. Уже через секунду муж нёс меня на руках в особняк.

– Спасибо, – шепнула я, выглянув из-за плеча Эйнара, когда мы уже входили внутрь.

Моей благодарности было не разобрать, но Аэрон всё понял и подмигнул мне.

Кольцо на пальце нагрелось и я наконец смогла выдохнуть.

24

Эйнар молча пронёс меня через коридоры особняка, не обращая внимания на прислугу, которая испуганно жалась к стенам. Никто не осмеливался даже поднять глаза на разъярённого господина.

В спальне бережно уложил меня на кровать, но глаза всё ещё пылали яростью. Он молча оттянул край одеяла и прикрыл меня.

– А теперь давай поговорим, – его голос сорвался на хрип. – Что ты здесь делаешь?

Его пальцы сжались в кулаки, а вены на руках вздулись.

Он всегда так хорошо контролировал свои эмоции, что сейчас я с опасением наблюдала за ним.

– Я рабыня в этом особняке, – прошептала я, кутаясь в одеяло. – Со мной всё в порядке. Ты ведь именно этого хотел.

Он резко обернулся, его глаза сверкнули ещё ярче.

– Эта тварь собиралась тебя высечь!

Его голос сорвался на рык, и я впервые увидела его в подобном состоянии. Он опустился рядом и потянулся ко мне, но я отпрянула.

Всё внутри меня сопротивлялось этому контакту.

Я безумно хотела, чтобы он прижал меня к себе, поцеловал, но не могла. Снова в эту ловушку я не попадусь.

– Не самое страшное, что было со мной за последнее время.

Я старалась держаться и не показывать всего ужаса, который испытывала в действительности. Ему не к чему было обо всём этом знать.

– Ты хоть понимаешь, как опасно на островах? – прорычал он, сжимая зубы. – Ты рисковала жизнью.

Я могла только диву даваться.

Как раз на собственной шкуре убедилась в том, насколько опасно тут. Вот только маловероятно, что Эйнар способен оценить истинный масштаб всего этого.

– Ну конечно. Ты же не думаешь, что я решила просто немного попутешествовать, пока ты при исполнении⁈

Мой голос сорвался, но слёзы я всё же смогла сдержать. Правда, надолго меня так не хватит.

– Элен, – прорычал Эйнар.

– Пять лет я как дура ждала тебя. Каждый раз месяцами не знала, вернёшься ли ты вообще. Жив ли!

Я видела, как дёрнулся у него глаз. Но это была малая плата за всё, что я пережила за последнюю неделю.

– Элен…– начал он, но я перебила его.

– Нет, дай мне закончить. Я устала жить в постоянном ожидании. Устала! Ты оставил меня одну. Без объяснений. Просто однажды утром растворился, оставив записку.

Он попытался приблизиться, но я снова отстранилась.

– Не надо. Не надо сейчас делать вид, что ты заботишься обо мне. Где была твоя забота, когда меня продали в рабство? Где она была, когда ты распорядился избавиться от меня?

Его кулаки сжались ещё сильнее, костяшки побелели.

– Я…

– Ах да. Ты ведь вот-вот должен был вернуться с новой возлюбленной! – мой голос дрожал, но я старалась держаться. – А я так – мусор под ногами!

Эйнар опустил голову. Молчание было хуже любого признания.

– Так вперёд и с песней, – прошептала я, чувствуя, как боль пронзает сердце. – Я отпускаю тебя. Катись на все четыре стороны!

Он поднял глаза, и в них я увидела такую боль, что на мгновение почти простила его.

– Бред.

Терпеть это я больше не могла. Уж лучше тут рабыней, чем ещё хоть одну минуту слышать его оправдания.

– Твои миссии всегда были выше нашей любви. Надеюсь, следующей жене ты будешь уделять внимание и своё драгоценное время.

Он молчал, и этот ответ был красноречивее любых слов.

– Уходи, – прошептала я, отворачиваясь к стене. – Просто уходи. Я больше не хочу ничего слышать.

Эйнар замер на мгновение, а затем медленно поднялся. Не оборачиваясь, он направился к двери.

– Отдохни, – бросил он перед тем, как выйти.

Мне нужно было время, чтобы разобраться в себе, в своих чувствах, в том, что произошло. Время, чтобы решить, смогу ли я когда-нибудь стать нормальной.

Я обняла подушку и свернулась калачиком. Только сейчас я смогла дать волю слезам.

Внезапный скрежет заставил меня резко поднять голову. Звук доносился со стороны балконной двери.

Сердце пропустило удар.

Медленно, как во сне, я поднялась с кровати. Одеяло соскользнуло с плеч, но я не обратила на это внимания. Приблизившись к балкону, я осторожно выглянула наружу.

В первое мгновение я не увидела ничего подозрительного.

Но не успела я и глазом моргнуть, как мощные когтистые лапы схватили меня за талию и подняли вверх. Подо мной было два этажа особняка.

От неожиданности я вскрикнула, но было поздно.

25

Когти впивались в плечи через тонкую ткань остатков рубашки, но я не смела даже вскрикнуть.

Страх парализовал меня, лишив даже способности дышать.

Дракон крыльями рассекал воздух с оглушительным свистом. Мы поднимались всё выше и выше над особняком.

Внизу стремительно уменьшались огни особняка, а впереди простиралась лишь непроглядная тьма. Холодный ветер хлестал по обнаженным рукам и ногам, пробирая до костей.

Я зажмурилась, боясь посмотреть вниз.

Отчего-то вопросов, какое чудовище меня похитило, не возникало. Я и так всем своим существом чувствовала, кто это был. Непонятно только зачем.

Он точно знал, куда направлялся.

Чудовище.

А ведь еще тогда, пять лет назад, свекровь предупреждала, что дракон, учуяв добычу, всегда возьмет свое. Нахрапом. Не заботясь ни о чем и ни о ком.

Он опустил вниз голову и посмотрел на меня своими бездонными синими глазами. Его дыхание обжигало мою кожу. От тела исходило странное тепло и пахло озоном.

Я пыталась вспомнить все молитвы, которые когда-то знала, но разум отказывался работать. Паника накатывала волнами, заставляя сердце биться всё чаще.

Мы пролетели над лесом, над рекой, над скалистыми утёсами соседних островов.

Наконец впереди показались огни какого-то строения. Дракон начал снижаться.

Внутри всё сжималось от страха, но я держалась как могла. Мне было ради кого и ради чего жить.

Он аккуратно опустил меня вниз. Под ногами я наконец смогла почувствовать твёрдую поверхность. Это были каменные плиты внутреннего дворика.

Коленки дрожали, отказываясь держать меня. Я пошатнулась, но устояла.

Дракон медленно опустил крылья. Синее облако окутало его, и уже через миг передо мной стоял мужчина. Его лицо было частично покрыто чешуёй, а глаза горели синим огнём. Губы Аэрона искривились в усмешке.

Я отступила на несколько шагов назад. Сердце колотилось так сильно, что, казалось, готово было выпрыгнуть из груди. Вдруг стало трудно дышать.

Так вот она какая, запоздалая реакция.

– Не бойся, – бархатный голос с лёгкой хрипотцой обволакивал меня со всех сторон. – Я не причиню тебе вреда.

Неубедительно.

Я продолжала пятиться, пока не наткнулась на холодную каменную стену.

– Убьёте?

А какие были ещё варианты?

Он сделал шаг ко мне, и я инстинктивно подняла руки в защитном жесте. В его глазах промелькнуло удивление, но оно быстро исчезло, сменившись льдом.

– Нет, – произнёс он, не сводя с меня взгляда.

– Насиловать?

Других вариантов я даже придумать не могла.

Он улыбнулся. Нехорошей такой улыбкой, от которой мороз пробежал по коже.

Оглядевшись по сторонам, я поняла, что бежать некуда.

Собрав остатки мужества, я выпрямилась и посмотрела ему в глаза.

– Зачем я здесь? – голос все же дрожал, но я старалась не подать виду, что мне до чёртиков страшно.

Его губы снова искривились в усмешке.

– Предлагаю обсудить подробности, но за столом. Я ужасно голоден. Во всех смыслах этого слова.

Аэрон прошёл мимо меня. Спина прямая. Чешуйки уже полностью растворились под кожей. От них не осталось и следа…

Я замерла на несколько мгновений, прислушиваясь к удаляющимся шагам.

Сердце всё ещё колотилось как сумасшедшее, но паника сменилась замешательством.

Не то чтобы я рассчитывала, что он набросится на меня прямо тут на пороге замка, но все же от такого типа, как Аэрон, следовало ожидать чего угодно.

Собравшись с духом, я сделала первый шаг.

Медленно, стараясь не шуметь, я последовала за Аэроном. Все равно бежать с этого острова было некуда. Одинокий замок на утёсе был отрезан от всего мира.

Сделав глубокий вдох, я переступила порог.

– Не стесняйся, – раздалось отовсюду сразу. – Пока еще рано. Мы даже не разделись.

Шутит или издевается?

26

Зал оказался больше, чем я ожидала. Массивный стол из темного дерева занимал центр столовой. На нем уже стояли блюда, источающие аппетитные ароматы, но сейчас еда волновала меня меньше всего.

Я замерла, чувствуя, как краска заливает лицо.

Аэрон занял место во главе стола, небрежно откинувшись на спинку резного стула. Его взгляд скользил по мне с неприкрытым интересом, от которого хотелось спрятаться.

– Присаживайся, – кивнул он на стул напротив. – Негоже гостье стоять.

Я медлила, окидывая взглядом своё рваное платье. Ткань едва прикрывала колени, а в некоторых местах были видны прорехи. Чувствовала себя голой под его изучающим взглядом.

Собрав остатки достоинства, я подошла к столу и опустилась на стул, стараясь не показывать, как мне неловко. Скрестила руки на груди, словно это могло скрыть мою наготу.

– Не стоит так нервничать, – произнёс он, наблюдая за моими попытками укрыться. – Твоё тело прекрасно, но сейчас меня больше интересует твой ум.

Я сжала кулаки под столом, стараясь не выдать своих эмоций.

Слуги бесшумно появились в зале, наполняя наши кубки вином и раскладывая приборы. Их присутствие немного успокаивало. Так, при свидетелях можно не переживать.

Аэрон поднял кубок, рассматривая рубиновую жидкость на свет.

– За знакомство, – произнёс он, не сводя с меня глаз.

Я не двинулась с места.

– Пей, – в его голосе появились стальные нотки. – Или боишься, что отравлю?

Медленно я подняла кубок и слегка смочила губы. Вино оказалось терпким, с нотками вишни и специй.

– Итак, – Аэрон откинулся на спинку стула. – Давай начнём наш разговор. Расскажи мне, Элен, что привело тебя на эти острова?

Доверять я ему не спешила, но у меня не было ничего кроме правды.

– Меня продали в рабство, – наконец произнесла я, опустив глаза.

Аэрон приподнял бровь, но ничего не сказал, ожидая продолжения.

– Свекровь. Мой муж просил ее сделать это от его лица. Меня схватили и отправили в плавание. – Мои щёки вспыхнули, но я заставила себя продолжить. – Несколько раз меня пытались изнасиловать, но каким-то чудом все же оставалась невредимой…

Слова давались с трудом, возвращая меня на неделю назад. Пережитое никогда не сотрётся из памяти, как ни крути.

Слуги бесшумно расставляли вторую смену блюд на столе, но я едва замечала их присутствие. Всё моё внимание было приковано к Аэрону.

– И насильники все еще живы? – его голос звучал почти равнодушно.

– Он был один, – я сглотнула ком в горле. – Но я не знаю, жив ли он. Надеюсь, что сгинул в море.

Аэрон медленно кивнул, словно складывая в уме какую-то мозаику.

– И ты хотела бы увидеть его смерть? – спросил он, наклоняясь вперёд.

Я замерла.

То, что он сейчас спрашивал, было… Я поймала себя на странной мысли, что и заманчиво и страшно.

– Не знаю, – честно призналась я. – Вы не подумайте, я не жестокая.

Это, наверное, гормоны во мне говорили. Хотя очень многое можно этим оправдывать.

Аэрон молчал несколько мгновений, затем неожиданно встал.

– Я решу этот вопрос, – произнёс он. – Я помогу тебе. Но при одном условии.

Я напряглась, ожидая подвоха.

– Ты останешься здесь, со мной. Пока не решится вопрос с Эйнаром.

В его глазах мелькнул огонёк, который мне совсем не понравился. Но выбора у меня не было.

– Не нужно, – произнесла я, поднимая голову. – Я не хочу, чтобы на моих руках была чья-то кровь.

Аэрон улыбнулся, и эта улыбка не предвещала ничего хорошего.

– Договорились, – произнёс он, протягивая руку через стол. – Кровь будет на моих руках… И добро пожаловать в мой дом, Элен.