Текст книги "Проданная генералу. Второй шанс для дракона (СИ)"

Автор книги: Сима Гольдман

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 15 страниц)

27

Слуги молчаливыми тенями окружили меня, когда Аэрон поднялся из-за стола и кивнул им.

– Следуйте за мной, госпожа, – произнесла одна из женщин, низко поклонившись.

– Можно просьбу? – я бросила осторожный взгляд на Аэрона.

Он замер на секунду, но все же кивнул.

– Что угодно. В рамках разумного.

Я замялась.

Не будет ли это излишней наглостью? А, и к черту. Будь что будет. Хуже все равно некуда.

– Со мной был сын. Матью. Я бы не хотела, чтобы нас разлучали.

Аэрон ничего не ответил, а только бросил хмурый взгляд на служанок. Они тут же тронули меня за плечо.

Что ж, аудиенция была окончена, и я могла быть свободна.

Я молча последовала за ней, старательно запоминая дорогу. Коридоры замка были пустыми и казались бесконечными.

Мы поднимались по темным лестницам, проходили через залы, украшенные фресками и гобеленами. Наконец, мы оказались перед массивной дверью, украшенной витиеватой резьбой.

Дверь открылась.

Комната, в которую меня привели, поражала роскошью. Высокие окна были задрапированы тяжёлыми бархатными шторами, а пол устилали мягкие ковры с высоким ворсом. В центре у стены комнаты стояла огромная кровать с воздушным белоснежным балдахином, на котором лежало роскошное платье с изящной вышивкой.

Служанка, сопровождавшая меня, заметила мой любопытный взгляд.

– Это для вас, госпожа. Позвольте помочь вам переодеться.

Я колебалась. Но недолго. Альтернативного наряда все равно не было никакого, а ходить почти нагишом мне уже изрядно надоело.

– Ваша ванна готова, госпожа, – прошептала одна из женщин, указывая на дверь, ведущую в отдельную комнату.

Я вошла и замерла.

Тут было не просто парко и жарко, а настоящий ад.

Сделав шаг назад, я замялась.

Совершенно точно знала, что такие купания мне воспрещены. Причин не помнила, а только, что беременным стоит избегать парилок.

– Что-то не так? – спросила одна из служанок, что постарше.

– Да, – замялась я. – У меня проблемы со здоровьем, и нельзя горячую ванную.

Женщины переглянулись, но понимающе кивнули.

Я отошла подальше, пока они проветривали помещение и разбавляли кипяточную воду холодной.

Когда второй раз меня пригласили, вода была уже теплой и приятной, что едва погрузившись в нее, я чуть не застонала от удовольствия.

Ванная комната была вся в белом мраморе с красивыми золотыми прожилками. Посередине небольшой бассейн, в котором я и нежилась.

Одна из молодых служанок, чуть покраснев, вошла в бассейн, закатав свою длинную сорочку до колен.

– Позвольте помочь вам, госпожа, – произнесла она тихо, держа в руках мягкую мочалку и флакон с густой субстанцией.

Я кивнула.

Девушка начала осторожно намыливать мочалку ароматным маслом, от которого по ванной разлился запах цветущего сиреневого сада.

Без излишней фамильярности она натерла меня докрасна, а затем смыла все едва теплой водой. Затем повторила и смыла уже ледяной водой.

Только я охнула, как меня снова окатили водой. На этот раз снова теплой.

Такого королевского подхода я не ожидала, но все же немного смущалась и думала, не могла ж я быть такой грязной, что меня пришлось так усиленно натирать.

Служанка закончила мытьё волос, аккуратно ополоснув меня чистой водой из кувшина, а затем она помогла мне выбраться из бассейна и завернула в мягкое пушистое полотенце.

– Теперь позвольте высушить ваши волосы и подготовить вас к отдыху, – произнесла она, жестом приглашая следовать за собой.

Я молча кивнула, чувствуя себя так, словно всю ночь разгружала вагоны.

Служанка провела меня обратно в спальню, где уже всё было готово для отдыха.

– Позвольте, госпожа, – произнесла она, помогая мне опуститься на мягкий пуфик перед туалетным столиком.

Другая служанка принесла лёгкую ночную сорочку из тончайшего хлопка с кружевом, почти невесомую на ощупь. Пока одна девушка помогала мне облачиться в сорочку, вторая аккуратно расчёсывала мои волосы, распутывая каждую прядь.

И представить было трудно, какой неряхой я казалась им, но сейчас это не имело значения.

Затем мне служанки помогли мне завернуться в пушистый, словно в облако, халат.

– Всё готово, госпожа, – почтительно произнесла старшая из них. – Желаете чего-нибудь ещё?

Я покачала головой.

– Нет, спасибо. Этого более чем достаточно.

Женщины поклонились и тихо вышли из комнаты, оставив рядом со мной колокольчик.

Как только дверь за ними закрылась, я наконец смогла расслабиться.

Медленно подошла к кровати и коснулась её края. Перина оказалась невероятно мягкой.

Я опустилась на постель, чувствуя, как сильно устала за эти дни. Казалось, вот-вот и засну, но в голову лезли мысли одна страшнее другой. И все о Матью.

Одному ему не выжить.

Осторожно потрогав живот, я мысленно пообещала малышу, что всё будет хорошо и с его названным братом тоже. Мы обязательно выберемся из этой ситуации, и я найду Эйнара, чтобы как минимум плюнуть ему в лицо.

В горестных размышлениях, я и не заметила, как задремала.

Не знаю, надолго ли, но проснулась от стука в дверь.

28

Сердце замерло, а потом забилось с бешеной скоростью.

Больше всего на свете я боялась, что это Аэрон пришел потребовать расчет за свое «гостеприимство». С него не убудет.

Пошатываясь, я поднялась с кровати. Ватными ногами я почти доползла до двери. Дрожащими руками повернула ручку и осторожно приоткрыла ее.

Чему суждено случиться, того не избежать. Сейчас я не была готова вступать с ним в споры или борьбу. На это нужны были силы, которые, кажется, иссякли уже.

Уже готовая на всё, я застыла, как статуя.

На пороге стоял мой Матью. Мой маленький герой. Пусть бледный, но глаза искрились радостью.

– Леди… Мама! – прошептал он, спохватившись, что совсем забыл нашу вымышленную.

Он шагнул мне навстречу, и я крепко прижала его к себе.

– Матью, как же я боялась, – выдохнула я.

Прижимала его к себе так крепко, как только могла. Боялась снова потерять.

Не знала даже, кто кому больше нужен: я ему или он мне.

– Не бросайте меня снова, – шепнул он.

Я отстранилась, чтобы посмотреть на него.

– Ни за что. Теперь всё будет хорошо, – сказала я, хотя сама не была до конца уверена в своих словах. – Мы ведь вместе.

Правда, насколько долго, я не знала, но была уверена, что Матью появился тут, чтобы подарить мне чувство безопасности, а затем манипулировать мной через него. Так ведь просто дать желаемое, чтобы потом этим шантажировать.

Служанка, стоявшая чуть позади Матью, чуть выступила вперед и замялась.

– Госпожа, я провожу мальчика в соседнюю комнату. Там приготовлено всё для его отдыха.

Я кивнула, не отрывая взгляда от Матью.

Короткая встреча, чтобы я не расслаблялась.

– Иди, – улыбнулась я. – Скоро мы увидимся, обещаю.

Матью кивнул. Он нехотя отпустил мою руку и поплелся за служанкой.

Я поймала себя на мысли, что все происходящее воспринимаю как будто со стороны. Как будто все это происходит не со мной.

Стояла и просто глядела, как Матью уходит вслед за служанкой. Сердце разрывалось от тоски и тревоги.

Я прислонилась к стене, пытаясь собраться с мыслями.

Пленница и рабыня. Безвольная кукла, которую перекладывают с полки на полку. Сломают и выкинут.

Возможно, это не самая худшая участь. Может, стоит сдаться и принять участь рабыни? В худшем случае наложницы. Но все же лучше, чем трупа в море.

А мне было ради чего жить. И ради кого.

Вошла в спальню и снова вернулась в кровать. Укрылась мягким одеялом и только закрыла глаза, как дверь снова открылась. Но в этот раз без стука.

Я вздрогнула от неожиданности. На пороге стоял Аэрон. Его появление не было неожиданным, но я так и не смогла сдержать дрожь.

Ничего с собой поделать не могла. Он вызывал во мне весьма противоречивые чувства.

– Я выполнил твое желание, – хищно улыбнулся он. – Теперь твоя очередь. Утром я жду тебя нарядной и готовой выполнять роль, которая тебе отведена.

Я молчала, не зная, что ответить.

Хотелось и поблагодарить, и задать миллион вопросов, но в его присутствии я не могла выдавить и слова из себя. Как минимум потому что не была уверена в чистосердечии его поступков.

Аэрон остановился в нескольких шагах от меня. Глаза блеснули синевой.

– Так, когда, говорите, вас похитили? – произнес он, размышляя вслух. – Мне вдруг стало жутко интересно.

Так вот где я прокололась. Я сжала кулаки, стараясь не выдать своих эмоций. Теперь он мне точно не поверит.

– Он мой названный сын, – ответила я, стараясь избегать его взгляда. – Он спас мне жизнь.

Аэрон медленно кивнул, словно оценивая мои слова.

– Интересно, – произнес он, растягивая слова на слоги. – Теперь мне интересно всё о тебе. Абсолютно всё.

Он сделал шаг ближе, и я невольно вздрогнула. Почему-то в компании этого синеглазого я чувствовала себя странно. Как будто меня подвесили за ниточки и пытаются дергать.

– Боишься? – Аэрон хищно растянул губы в улыбке. – Стоит бояться только в том случае, если тебе есть что скрывать…

Перед глазами живо встала картина, как он насильно влил в рот той девчонке свое зелье. Ее крики и муки никогда не сотрутся из моей памяти.

Нужно быть полной идиоткой, чтобы себя самой сдать с потрохами. Разумеется, все тайное рано или поздно становится явным, но пока я была не готова к

– У всех есть тайны, – я посмотрела прямо ему прямо в глаза.

Аэрон улыбнулся и отступил на шаг назад. Затем на второй.

– Скоро между нами не останется тайн, – ответил он. – А пока… отдыхай. Тебе понадобятся силы.

Он повернулся, чтобы уйти, но на пороге остановился, когда я его окликнула.

– Будете принуждать?

– Возможно, – усмехнулся он, не оборачиваясь. – Я еще не решил.

Дверь тихо закрылась за ним, оставив меня одну с множеством вопросов и ни одним ответом.

29

Сон не принёс облегчения. Напротив, я бродила по бесконечным коридорам сознания. Тени оживали и тянулись ко мне холодными щупальцами, а впереди маячила фигура Эйнара, который всё время ускользал, растворяясь в воздухе.

В другом видении я видела Матью, тонущего в тёмной воде. Его крики разрывали мне сердце, но как я ни старалась до него дотянуться, мои руки проходили сквозь его тело, как будто бы он был призраком.

А потом появился Аэрон.

В моих снах он был не человеком, а хищником, который кружил вокруг, ожидая момента, когда меня можно сожрать. Его глаза светились в темноте, а улыбка становилась всё шире и шире.

Проснулась я в холодном поту.

Сердце колотилось так, будто готово было выскочить из груди. Тело била мелкая дрожь, а в горле пересохло. Лицо было мокрым от беззвучных слез.

Несколько минут я лежала неподвижно, пытаясь отдышаться и прийти в себя. Кошмар закончился, но липкий страх остался.

Осторожно села на кровати, обхватив колени руками. В темноте комнаты тени казались такими же зловещими, как и во сне. Я всматривалась в них, боясь, что они оживут.

Привидится же всякая чертовщина.

Чтобы хоть как-то прийти в себя, я осторожно поднялась с кровати и подошла к окну. За ним царила ночь, такая же темная, как мои мысли. Где-то вдалеке слышался шум прибоя и крики ночных птиц.

Небо прострелила синяя молния. Совсем как когда-то, когда я узнала о существовании драконов.

Огромный ящер мог унести на спине только одного седока – свою истинную пару. Я не знала, чего такого волшебного на всю голову во мне учуял Аэрон, но однозначно не большое и светлое чувство. Оно уже скрепило мою жизнь с другим.

Сон не шел.

Оставалось только ждать рассвета и новых расспросов от синеглазого.

Медленно вернулась к кровати и села, обхватив себя руками, и принялась ждать.

Когда первые лучи рассвета робко прокрались в комнату, я уже не могла больше лежать.

Осторожно, стараясь не шуметь, поднялась с постели. Надела приготовленный служанками мягкий халат и тапочки. То шикарное, но очень откровенное платье так и не решилась брать.

Колокольчик на столике так и остался нетронутым. Я не хотела никого беспокоить.

Шла медленно, прислушиваясь к каждому шороху. Не хотелось ни на кого наткнуться тут. Особенно на мрачного хозяина замка.

Коридоры, залы и галереи сменяли друг друга бесконечной чередой. Огромные гобелены с изображением древних битв и празднеств смотрели на меня со стен. Пыльные канделябры хранили память о давно минувших днях, а может и столетиях.

Насколько мне было известно, годы жизни драконов разительно отличались от срока, отведенного на человеческую жизнь. Только истинная пара дракона перенимает его долголетие, а потом всё как в страшной сказке. Жили они долго и счастливо и умерли в один день…

В одном из переходов я наткнулась на винтовую лестницу. Она уводила вниз, в недра замка. Любопытство пересилило страх, и я начала спускаться.

Внизу было заметно прохладнее. Так, что я порадовалась надетому теплому халату.

Внезапно я услышала голос.

Прислушалась.

Говорил один. Это был Аэрон. Но казалось, что обращается к кому-то.

Голос доносился с конца темного тоннеля.

Сердце забилось чаще.

Я сделала шаг вперед и застыла всего на миг.

Любопытство оказалось сильнее. Осторожно, стараясь не шуметь, я подкралась ближе.

За дверью раздавались шаги. Кто-то ходил взад-вперед. Я прижалась ухом к прохладному камню, пытаясь разобрать слова, но голос звучал очень тихо.

– Я отомщу за всех вас, – прокричал Аэрон.

Раздался грохот, и с потолка посыпалось.

Что ж, любопытство не порок, а большое свинство. Поэтому пришла пора делать ноги. Решив, что на сегодня достаточно, я развернулась, чтобы уйти. Но в этот момент за спиной послышались тяжелые шаги.

Я замерла, прижавшись к стене. Сердце колотилось как сумасшедшее. Шаги становились всё ближе.

Бежать было уже некуда. Я не успею проскользнуть к лестнице.

– Вот и попалась, – низкий бархатный голос раздался совсем близко.

Каждая клеточка моего тела застыла от страха. Я замерла, не в силах пошевелиться.

Аэрон медленно обошёл меня, как хищник, играющий с жертвой.

Его глаза сверкали в полумраке коридора, а на губах играла знакомая улыбка, от которой пробежал мороз по коже.

– Что же ты здесь делаешь? – не стоило обманываться, его голос больше напоминал сталь.

Я сглотнула ком в горле, пытаясь собраться с мыслями.

– Не могла уснуть, – ответила тихо, стараясь, чтобы голос не дрожал. – Решила прогуляться.

Он приблизился почти вплотную, и я почувствовала его дыхание на своей коже. Он повел носом по моим волосам и шумно вдохнул.

– Прогуливаться в такое время опасно, – прошептал он, наклоняясь к моему уху. – Особенно когда подслушиваешь чужие разговоры.

Я напряглась, но постаралась сохранить спокойствие.

– Я не подслушивала.

Его рука медленно скользнула по моей талии, заставляя замереть от ужаса.

– Не лги мне, – произнес он тихо. – Терпеть не могу ложь.

В его глазах вспыхнул опасный огонёк.

Одно неверное слово, и всё может закончиться очень плохо.

– Я… – всё же растерялась. – Мне жаль, но я просто…

Аэрон медленно растянул губы в улыбке, затем отступил на шаг.

– Похоже, у тебя отсутствует инстинкт самосохранения.

Это точно.

– Простите.

– Хочешь узнать, кого я собираюсь уничтожить и отомстить?

30

Я молчала, понимая, что любое слово он может использовать против меня.

Аэрон продолжал изучать меня своим пристальным взглядом, как будто бы пытался прочитать мысли.

– Молчишь? – его голос звучал почти ласково. – Правильно делаешь. Иногда молчание – золото.

Тут он был прав.

Я с трудом сглотнула, стараясь не выдать своего страха.

Он наклонился еще ближе. Его дыхание обжигало даже душу.

– Знаешь, – прошептал он, – свидетели долго не живут. Но ты… ты другая.

Его пальцы скользнули по моей руке, вызывая волну мурашек.

– Я не хочу знать никаких тайн, – тихо произнесла я.

Аэрон выпрямился, его взгляд стал еще более заинтересованным.

– Ложь, – произнёс он. – Все хотят знать тайны. Особенно такие любопытные птички, как ты.

Он сделал шаг назад, разрывая контакт, и я смогла наконец выдохнуть.

– Я жестокий убийца, на руках которого, вероятнее всего, тысячи смертей, и это не предел, – сказал он, глядя куда-то в стену. – Я убивал, убиваю и буду убивать. Уничтожать целые кланы. Забирать их женщин и детей в плен или продавать в рабство.

Он выдержал паузу, наслаждаясь моим ужасом.

– Страшно?

– Страшно! – не выдержала я.

– Я не мечтал стать маньяком, который получает удовольствие, лишая других жизни или наслаждаясь мучениями женщин и детей, – его губы изогнулись в опасной улыбке. – Меня заставила жизнь.

Я молчала, понимая, что лучше промолчать. Да и так выше вероятность показаться умнее.

Аэрон долго смотрел на меня, словно решая, стоит ли продолжать эту минутку кровавых откровений.

Мороз пробежал по коже, а внутри всё сжалось от ужаса. Живот скрутило болезненным спазмом, но я стояла неподвижно, как окаменевшая.

Его слова эхом отдавались в моей фантазии, рисуя картины невообразимых страданий. Тысячи смертей… Рабство…

Я чувствовала, как кровь отступает от лица, как холодеют пальцы. Но продолжала молчать, боясь сказать что-то не то.

Аэрон продолжал наблюдать за мной, как хищник, изучающий реакцию своей добычи. В его глазах читалось странное удовлетворение от того эффекта, который произвели его слова.

– Ты боишься меня, – не спросил, а констатировал он. – И правильно делаешь.

Я с трудом сглотнула, пытаясь унять дрожь. В горле пересохло, а язык будто прилип к нёбу.

– Но знаешь что? – внезапно его голос изменился, стал почти мягким. – Ты всё ещё здесь. Стоишь передо мной. Не пытаешься убежать. Почему ты не бежишь от меня?

Он сделал шаг ближе, и я почувствовала, как стало трудно дышать.

– Мне некуда бежать, – сглотнула я ком в горле.

Это, по крайней мере, было честно.

Домой самостоятельно не добраться. Денег расплатиться не было. Но даже если представить, что каким-то чудесным образом я доберусь до континента, там тоже некуда идти. Свекровь не даст мне жизни. Уверена, что ее стараниями Эйнар решил сослать меня.

Что ж, поделом. В будущем меньше буду доверять людям.

– Ты говоришь правду, – прошептал он. – Но знаешь, в твоей честности есть что-то… притягательное.

Я замерла, не зная, как реагировать на его слова.

Притягательное?

Да он чертов маньяк, который упивается людскими страхами.

Я молчала.

Аэрон приблизился вновь.

Я стояла не шевелясь, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле. От него можно было ожидать чего угодно. И единственное, что мне оставалось – это сохранять хладнокровие и ждать. Ждать, когда он сам решит, что делать дальше.

Его взгляд скользнул по моему лицу, и на мгновение мне показалось, что в его глазах промелькнуло что-то человеческое.

Его лицо оказалось непозволительно близко.

Аэрон не дал мне времени на реакцию. В одно мгновение его губы прижались к моим в жестком, почти жестоком поцелуе. Его руки обхватили мою талию, прижимая к твердому телу.

Я застыла, окаменев. Все мышцы будто парализовало.

Стиснув зубы, я пыталась не выдать своего отвращения. Его губы были настойчивыми, грубыми, а язык пытался проникнуть глубже.

В голове проносились панические мысли, но тело отказывалось подчиняться. Я чувствовала, как его дыхание становится тяжелее, как усилилось давление его рук.

Пальцы Аэрона впились в мою кожу сквозь ткань халата. Я могла только стоять, стиснув губы и молясь, чтобы это поскорее закончилось.

О том, чтобы вырываться или уж тем более ударить его, речи даже не шло. Убьет ведь непременно.

В какой-то момент он отстранился, тяжело дыша. Его глаза горели синим огнем, а на губах играла довольная улыбка.

– Видишь, – прошептал он, – все не так страшно, как казалось.

Я стояла, не в силах пошевелиться, чувствуя, как дрожат колени. Его дыхание всё ещё обжигало моё лицо, а вкус его губ вызывал только одно желание – поскорее их вытереть.

Аэрон медленно отпустил меня, отступая на шаг.

– Ты принадлежишь мне. Полностью, – произнёс он тихо. – А теперь беги. Быстро. Или я не ограничусь таким скромным поцелуем. Даю минуту форы, или…

И я побежала, подхватив полы халата. Внутри всё кричало от отвращения, но я не могла позволить себе никаких эмоций. Сейчас нужно было только бежать.

31

К завтраку меня готовили с особой тщательностью.

Служанки суетились вокруг, как будто это я стану главным блюдом для сумасшедшего синеглазого дракона. Они помогли мне облачиться в то самое платье, которое я видела накануне.

Легкая ткань глубокого изумрудного цвета струилась по телу, холодя кожу. Декольте было настолько низким, что граничило с непристойностью, а спина оставалась почти полностью открытой. Кружево едва ли что-то прикрывало.

Юбка состояла из нескольких слоев полупрозрачной ткани, которая при движении шелестела.

Да уж, в таком далеко не убежишь, если мне предстоит очередной забег от хозяина замка и его безумных глаз.

Украшения, подобранные к наряду, были не менее впечатляющими: ожерелье из крупных изумрудов, серьги с подвесками и браслет, обвивающий запястье. Всё это сверкало и переливалось при каждом движении.

Когда я увидела себя в зеркале, то едва узнала. Из отражения на меня смотрела не та испуганная девушка, что бродила по коридорам ночью, а настоящая леди – величественная, красивая, но отчего-то несчастная.

Самое страшное, что у всего была своя цена. И Аэрон уже дал понять, какова цена за всё это. Ничего хорошего в перспективе не светило.

В глазах Матью было восхищение, когда мне его привели.

– Ты такая красивая.

Я лишь улыбнулась в ответ.

– Нам пора.

Аэрон уже ждал нас за столом. Он удовлетворенно кивнул, когда мы появились.

Мы расселись по местам, куда нам указали. Эдакая марионеточная семейка.

Слуги бесшумно расставляли блюда, молча и даже не поднимая глаз.

На столе красовались изысканные блюда: запечённые перепела, украшенные свежими травами, паштет из дичи с трюфелями, свежие фрукты, залитые янтарным мёдом. В высоких бокалах искрилось белое вино, играющее в лучах солнца.

Всё такое шикарное и ничего подходящего для завтрака.

Дело спасла ветчина и масло с булками.

Матью молча ел. Он всеми силами старался слиться с мебелью, чтобы его не заметили.

Совсем еще ребенок, а уже отлично понимал, что к чему.

Аэрон же просто молча поедал меня глазами. Он методично разрезал мясо, отправляя в рот маленькие кусочки, и не сводил с меня пристального взгляда. Его синие глаза прожигали насквозь, чаще всего останавливаясь на груди.

Я чувствовала себя экспонатом в музее, которого рассматривают через увеличительное стекло. Каждый раз, когда наши взгляды встречались, по спине пробегал холодок. Он словно играл со мной в какую-то извращённую игру, наслаждаясь моим дискомфортом и явным смущением.

Случайно встретившись с ним глазами, я заметила, как в их глубине промелькнуло что-то хищное, предвкушающее. Он медленно поднял бокал, предлагая тост, но не произнёс ни слова. Его губы изогнулись в едва заметной улыбке.

Матью ничего не замечал. И хорошо. Ему ни к чему такие эмоциональные качели взрослых.

Когда завтрак подошёл к концу, Аэрон поднялся первым, небрежно бросив на стол салфетку.

– У меня дела. Развлекайтесь.

Его взгляд задержался на мне дольше, чем следовало, и я почувствовала, как по спине пробежал неприятный холодок.

Когда он ушёл, Матью наконец выдохнул.

– Он что-то задумал.

Я лишь покачала головой, не в силах объяснить то, что творилось внутри.

– Всё в порядке. Он не придумает ничего нового, с чем бы мы не справились.

После завтрака мы с Матью вышли в сад. Слуги следовали за нами на почтительном расстоянии. Хотя в действительности они были конвоирами.

Сад оказался настоящим произведением мрачного искусства. Извилистые дорожки петляли между клумб с цветами, а в центре бил небольшой фонтан, украшенный статуей обнаженной девушки. В воздухе витал сладкий аромат роз и пьянящих лилий, смешиваясь с запахом свежей зелени.

Матью оживился, его глаза заблестели от любопытства. Он то и дело останавливался, чтобы что-то рассмотреть.

Я же просто старалась наслаждаться моментом, когда можно было хоть немного расслабиться.

– Смотри, – Матью потянул меня к небольшой беседке, увитой плющом. – Здесь так красиво!

Я опустилась на резную скамью, наблюдая, как солнечные лучи пробиваются сквозь листву. Ноги гудели, и мне хотелось просто отдохнуть.

Скрывать беременность скоро будет невозможно. Я уже постоянно хотела спать. Хорошо хоть токсикоз прошел. Видать, от стресса.

– А знаешь, – Матью присел рядом, – мне кажется, что здесь не так уж и плохо. По крайней мере, кормят хорошо.

Я улыбнулась, потрепав его по голове.

– Это точно.

Мы помолчали, слушая пение птиц и журчание фонтана. За нами наблюдают и контролировали каждый наш шаг.

Вскоре один из слуг приблизился и негромко сообщил, что время прогулки подошло к концу. Мы вернулись в замок.

Марионетки в руках Аэрона.