Текст книги "Змей из 70х V (СИ)"

Автор книги: Сим Симович

сообщить о нарушении

Текущая страница: 21 (всего у книги 22 страниц)

Малик де Сад сидел в кресле из темной материи, закинув ногу на ногу. Он был облачен в безупречный смокинг цвета запекшейся крови, а в руке изящно держал чашку дымящегося кофе. Взгляд его бездонных глаз-провалов сочился искренним, лукавым весельем.

Дьявол сделал глоток, отставил чашку на невидимый столик и медленно поаплодировал.

– Виктор, дорогой мой друг! – голос Владыки Инферно, бархатный и вибрирующий, легко перекрыл гул генератора. – Я всегда восхищался твоим умением эффектно заходить в чат. Взломать пространственный барьер Пятого Круга с помощью армейского тапика и чьих-то черепов? Браво. Итальянский дизайн и советская инженерия – воистину смертоносный коктейль.

Крид перестал крутить ручку индуктора. Он вынул изо рта недокуренную сигару и мрачно уставился на Дьявола сквозь пространственное окно.

– Оставь свои демонические комплименты при себе, Малик, – рокочущий бас викинга не выражал ни капли пиетета перед хозяином Бездны. – У меня сегодня был отвратительный вечер. Сначала какой-то малолетний Архидемон Пустоты разрушил мой парижский офис и испортил казенное пальто. Потом мне пришлось гоняться за венецианскими пенсионерами, чтобы воспользоваться их телефоном.

Бессмертный выразительно ткнул сигарой в сторону экрана.

– И всё это потому, что кто-то решил заняться агрессивным хантингом и увел у меня из-под носа лучшего кризис-менеджера. Мы так не договаривались, де Сад.

Владыка Инферно театрально прижал руку к груди, изображая глубочайшее оскорбление.

– Я уязвлен до глубины своей отсутствующей души! Виктор, я не крал твоего сотрудника. Я спас твои инвестиции! Альфонсо был мертв. Физически, клинически и метафизически мертв. Местная гильдия пенсионеров, которых ты сейчас так невежливо прервал, загнала его в угол. Я лишь предложил гению альтернативу окончательному небытию.

– Предложил он, – фыркнул глава отдела. – Ты подсунул ему новый контракт, обновил Систему и забросил в другую песочницу, даже не прислав мне уведомление по форме! Я тут, между прочим, должен акты инвентаризации подписывать.

Малик рассмеялся. Его смех эхом отдался в артефакторной, заставив несколько заспиртованных мутантов на стеллажах лопнуть от переизбытка темной энергии.

– Признай, старый вояка, тебе просто скучно сидеть в этом пресном мире и перекладывать бумажки, – Дьявол подался вперед, опираясь локтями о колени. – Ты дал мальчику первую версию Системы. Ты вырастил из него монстра. Но здесь, в Европе, ему негде было развернуться. Я дал ему холст подходящего размера. И поверь мне, Виктор… то, что наш общий протеже сейчас творит в новом мире, превосходит самые смелые ожидания нас обоих.

Крид сузил ледяные глаза. Внешне он оставался непреклонен, но в груди древнего берсерка шевельнулось любопытство.

– Альфонсо всегда был склонен к театральщине, – неохотно признал блондин. – Надеюсь, он хотя бы не потерял хватку?

– Потерял? – Малик де Сад широко, хищно улыбнулся. – Мой дорогой Виктор. Твой бывший хирург не просто не потерял хватку. Он перекроил под себя криминальную и политическую карту целой Империи. Он поглощает души тысячами. Он заставил дальневосточные синдикаты целовать ему ботинки.

Дьявол щелкнул длинными пальцами.

– Знаешь что? Лучше один раз увидеть. Раз уж ты пробил канал связи за счет бюджета Черной Ложи, позволь мне устроить для тебя небольшую прямую трансляцию. Я покажу тебе, во что эволюционировал твой мальчик.

Окно в Инферно мигнуло. Кабинет Малика исчез, сменившись совершенно иной картиной. И то, что предстало перед взором бессмертного аудитора, заставило даже его, видевшего падение Вальхаллы и гибель цивилизаций, уважительно приподнять бровь.

Обсидиановое зеркало в подвалах Черной Ложи пошло кровавой рябью, сменив панораму уютного кабинета Малика на панораму абсолютной, первобытной бойни. Качество картинки, передаваемой через инфернальный канал, поражало воображение: бессмертный викинг мог рассмотреть каждую каплю крови на искореженном асфальте.

Это был внутренний двор завода «Красная киноварь». Ночь Тысячи Клинков близилась к своему триумфальному финалу.

Древний берсерк скрестил мощные руки на обнаженной груди, внимательно вглядываясь в экран. В центре двора, окруженный сотнями коленопреклоненных восточных ассасинов, стоял Аларик гада Рус. Бывший парижский хирург, а ныне Теневой Владыка, изящно опирался на Трость Мефистофеля.

Картинка транслировала тот самый момент, когда старый Грандмастер Аридан обезглавил мутировавшего узурпатора Лонгвея. Пепел демона медленно оседал на сапоги Змея, а Система в его ауре вспыхивала ослепительным светом, поглощая колоссальный объем высвобожденной энергии.

– Каков масштаб, а? – донесся из динамика советского телефонного аппарата довольный голос Малика де Сада. Дьявол явно хрустел каким-то адским попкорном. – Смотри, как он держит осанку. Ни грамма страха. Чистое доминирование. Я выдал ему интерфейс и парочку чит-кодов, но эту харизму не купишь ни за какие души!

Виктор Крид задумчиво пожевал кончик сигары. Ледяные глаза профессионального аудитора сканировали происходящее на экране, подмечая каждую деталь.

– Масштаб приемлемый. Оптимизация процессов налицо, – сухо констатировал глава Двадцать восьмого отдела. – Вижу, он наконец-то научился использовать некромантию в промышленных масштабах. Вон та трехметровая химера из корабельной стали – весьма практичное решение для утилизации биомусора. Одобряю.

Блондин подался чуть ближе к зеркалу, прищурившись.

– Но что у него с гардеробом? – в голосе ветерана проскользнули нотки искреннего возмущения. – Военный френч? Серьезно? Я учил его одеваться на Сэвил-роу! Хирург экстра-класса должен выглядеть как джентльмен, а не как косплеер из дешевого исторического фильма. И откуда эта дурацкая трость? У него артрит? Альфонсо еще и тридцати нет!

Владыка Инферно расхохотался.

– Ты невыносим, Виктор. Твой бывший подчиненный только что поставил на колени крупнейший криминальный синдикат Азии, аннексировал их экономику и пожрал демоническую сущность, а тебя волнует фасон его пиджака?

– Дисциплина начинается с внешнего вида, Малик, – непререкаемо отрезал древний викинг. – В мое время за такой неуставной вид отправляли на губу. Хотя… – Крид понаблюдал, как Аларик небрежно забирает из рук Аридана Печать Пяти Семей, и уголки его губ едва заметно дрогнули. – Движения стали увереннее. Меньше суеты. Видимо, смерть и смена реальности пошли мальцу на пользу.

– Он больше не просто малец, – вкрадчиво заметил Архитектор Бездны. Картинка в зеркале начала медленно отдаляться, показывая панораму всего завода, накрытого угасающим куполом Инквизиции. – Он – Международный Криминальный Император в том мире. Моя лучшая инвестиция за последние пять веков. И он только начал.

Аудитор выдохнул густое облако дыма, разгоняя смрад ладана в артефакторной. Гордость за своего протеже боролась в нем с въедливой натурой старого чиновника.

– Признаю. Работа выполнена чисто. Уровень поглощения душ впечатляет, – кивнул бессмертный. – Но у него по-прежнему проблемы с делегированием полномочий. Зачем он сам стоит в эпицентре бойни? Для таких мероприятий существуют младшие научные сотрудники и расходный спецназ.

– Зануда, – фыркнул Дьявол из динамика. – Искусство требует личного присутствия.

Трансляция в зеркале оборвалась быстрыми помехами, когда Аларик развернулся навстречу правительственному броневику. Картинка начала мигать, а затем и вовсе пропала, сменившись искаженным, рябящим лицом Малика.

– Связь барахлит? – нахмурился Виктор, постучав по бакелитовому корпусу телефона тяжелым кулаком.

– Это не у меня, старый друг. Это у тебя, – голос Владыки Инферно зазвучал с легким предвкушением. – Кажется, местным провайдерам не нравится, что ты используешь их оборудование для бесплатных межпространственных звонков.

Воздух в цокольном этаже Палаццо делла Ноте внезапно стал плотным, как кисель. Запищали датчики пространственных искажений на стеллажах.

Скрипнула железная дверь. На пороге артефакторной появились трое. Это были не перепуганные старики из Совета, а фигуры совершенно иного толка. Закованные в глухую, матово-черную броню без единой щели, они не производили шума при ходьбе. В их руках тускло светились длинные копья из антиматерии.

Паладины Пустоты. Элитные цепные псы Венецианской Ложи, фанатики, чьи души были выжжены ради абсолютной невосприимчивости к боли и страху. Их единственной задачей было убивать тех, с кем не могла справиться традиционная магия.

– Нарушитель, – синтезированный, безжизненный голос донесся из-под шлема центрального паладина. – Процесс несанкционированной связи прерван. Ложа приговаривает вас к абсолютному стиранию.

Виктор Крид смерил троицу скучающим, презрительным взглядом. Он зажал телефонную трубку между ухом и плечом.

– Малик, виси на линии. Тут ко мне зашла местная служба безопасности. Буквально минутку, – спокойно произнес глава Двадцать восьмого отдела.

Паладины не стали тратить время на разговоры. Они атаковали слаженно, как единый механизм. Три копья из антиматерии ударили одновременно, перекрывая все пути к отступлению. Их острия были способны уничтожить любую физическую преграду, просто аннигилировав ее атомы.

Бессмертный блондин даже не сдвинулся с места.

Он просто перехватил два летящих в него копья голыми руками. Антиматерия вгрызлась в плоть, с шипением испаряя кожу, мышцы и кости на ладонях викинга. Но древнее проклятие Одина, подпитываемое гневом, взревело. Кровь брызнула расплавленным золотом, мгновенно нейтрализуя чужеродную энергию. Ткани регенерировали быстрее, чем копья успевали их разрушать.

Паладины замерли, их механизмы не могли обработать ошибку логики: живое существо не могло удерживать антиматерию.

– Нарушение техники безопасности на рабочем месте, – пророкотал Виктор.

Резким, чудовищным рывком он дернул копья на себя. Двое закованных в броню фанатиков полетели вперед, прямо навстречу стальным кулакам берсерка. Удары проломили непробиваемую броню так, словно она была сделана из фольги. Головы обоих паладинов разлетелись вдребезги с влажным хрустом, запачкав кровью гептаграмму на полу.

Третий попытался отскочить, наводя свое оружие, но Крид неуловимо сместился. Охотник схватил тяжелый советский телефонный аппарат за шнур и с размаху обрушил бакелитовый корпус прямо на шлем последнего паладина. Аппарат, усиленный волей бессмертного, выдержал. Шлем – нет.

Стряхнув осколки визора с телефона, Виктор вернул трубку на место, к уху. Раны на его руках уже затянулись, не оставив ни следа.

– Извини, отвлекся, – ровно произнес аудитор. – В офисе Черной Ложи отвратительная корпоративная культура. Они совершенно не умеют работать с рекламациями. Придется оформить им полную ликвидацию предприятия.

Из динамика донесся восхищенный смешок Владыки Инферно.

– Звучит как отличный план на вечер, Виктор. Сжигай мосты. А когда закончишь аудит в Европе… я оставлю для тебя открытой боковую калитку в Пятый Круг. Раз уж Альфонсо так тебя разочаровал своим гардеробом, думаю, тебе стоит навестить его и сделать выговор лично.

– Приготовь бланки заявлений на отпуск, Малик, – голубые глаза древнего берсерка вспыхнули предвкушением. – Как только я закончу с местными бюрократами, я выезжаю.

Зеркало потухло, связь оборвалась. Виктор Крид аккуратно свернул провода полевого телефона, сунул аппарат в карман брюк и размял плечи. Венецианская Ложа подписала себе окончательный, не подлежащий обжалованию приговор. Процедура ликвидации началась.

Тяжелая железная дверь, ведущая из цокольного этажа обратно в главные залы Палаццо делла Ноте, с оглушительным лязгом вылетела в коридор вместе с куском каменной кладки. Виктор Крид не стал утруждать себя поиском ключей у убитых паладинов. Древний берсерк просто вышиб преграду плечом, попутно стряхивая бетонную крошку со своих безупречных классических брюк.

Бессмертный аудитор поднимался по винтовой лестнице, насвистывая какой-то бодрый советский марш. На его обнаженном торсе, испещренном бледными шрамами, не осталось и следа от ожогов антиматерии, а темный галстук, чудом переживший все катаклизмы, всё еще болтался на шее, придавая главе Двадцать восьмого отдела вид слегка экстравагантного клерка после очень бурного корпоратива.

Главный зал встретил его запахом страха и паленой магии.

Верховный Магистр Корнелиус, сгорбившись над уцелевшим краем дубового стола, судорожно выводил последние строчки на плотном пергаменте. Руки старика тряслись так сильно, что чернила разбрызгивались во все стороны. Вокруг валялись изувеченные тела его коллег – наглядное пособие по нарушению техники безопасности при попытке остановить бессмертного викинга.

Услышав тяжелые шаги, Корнелиус вздрогнул и выронил перо.

– Я… я всё подписал! – пискнул глава Черной Ложи, пододвигая пергамент на край стола. – Все банковские счета в Цюрихе, недвижимость в Венеции и Лондоне, тайные арсеналы. Всё переведено на предъявителя с печатью вашего отдела!

Виктор неспешно подошел к столу. Блондин взял документ, пробежался по нему цепким взглядом профессионального бюрократа и удовлетворенно кивнул.

– Юридически грамотно. Можете же, когда захотите, – похвалил аудитор, аккуратно складывая бесценную бумагу вчетверо и убирая в карман брюк. – Что ж, процедура передачи активов прошла успешно. Переходим к следующему этапу.

– К какому… этапу? – побледнел старец, вжимаясь в кресло. – Вы же сказали, что если я подпишу, вы оставите меня в живых!

– Я сказал, что не буду использовать вас вместо пепельницы, – педантично поправил его Крид, доставая из портсигара свежую сигару. – И я держу свое слово. Окурки я тушу исключительно о мебель. А что касается вашей организации… Видите ли, Корнелиус, активы я забрал, но юридическое лицо «Венецианская Черная Ложа» всё еще числится в реестре. А мне конкуренты на европейском рынке не нужны. Придется оформить процедуру полного банкротства с ликвидацией основных фондов.

Старик понял, что терять ему больше нечего. Глаза Верховного Магистра налились чернильной тьмой.

Он ударил кулаком по скрытой руне под столешницей.

– Ты не уйдешь отсюда живым, северный варвар! – взвизгнул маг. – Протокол «Абсолютная Зачистка»! Стражи Глубин, ко мне!

Палаццо делла Ноте содрогнулся до самого основания. Каменные плиты пола вздыбились, из глубоких трещин хлынула черная, маслянистая вода венецианских каналов, смешанная с концентрированным некротическим эфиром. Из этого водоворота начали подниматься гротескные фигуры.

Это были не люди. Элитные охранные големы Ложи, созданные из утопленников, костей древних морских чудовищ и кровавой магии. Трехметровые исполины с клешнями вместо рук и пастями, усеянными рядами акульих зубов. Вода вокруг них шипела, превращаясь в кислотный пар.

Их было не меньше двух десятков. Они отрезали все пути к отступлению, окружая одинокую фигуру аудитора.

Виктор Крид разочарованно вздохнул.

– Сырость на рабочем месте, отсутствие вентиляции, использование нелицензированных биологических материалов, – монотонно перечислял бессмертный, разминая кулаки. – Вы не Черная Ложа, вы какое-то пособие по нарушениям санитарных норм.

Первый водный голем с ревом бросился вперед, обрушивая свою чудовищную клешню, способную перекусить стальной рельс, прямо на голову блондина.

Берсерк не стал уклоняться. Он выбросил левую руку навстречу удару. Кулак викинга столкнулся с хитиновым панцирем чудовища. Раздался оглушительный треск, словно разорвался артиллерийский снаряд. Клешня голема разлетелась на тысячи мокрых осколков. Монстр пошатнулся, но Крид уже шагнул вперед, нанося правый апперкот такой разрушительной силы, что голова чудовища оторвалась от туловища и пробила расписной потолок зала.

– Один списан, – констатировал глава отдела.

Монстры навалились скопом. Их кислотная кровь брызгала во все стороны, разъедая мрамор и остатки роскошной мебели. Они рвали плоть бессмертного, ломали ему кости, оставляли глубокие борозды на его широкой спине.

Обычный человек, даже сильный маг, превратился бы в кровавое месиво за пару секунд. Но проклятие Одина питалось яростью боя. Чем больше урона получал Виктор, тем быстрее и чудовищнее становилась его регенерация. Золотое сияние крови затапливало раны, мышечные волокна стягивались, становясь плотнее корабельных канатов.

Крид превратился в золотисто-багровый вихрь первобытного насилия. Он отрывал монстрам конечности голыми руками и избивал их же оторванными лапами. Он пробивал хитиновые панцири насквозь, вырывая пульсирующие эфирные ядра, и давил их ботинками, как дешевые елочные игрушки.

– Никакого уважения к чужому труду! – прорычал ветеран, хватая очередного трехметрового голема за глотку и с размаху впечатывая его в несущую колонну зала. Мраморная опора пошла глубокими трещинами. – Я только что зачистил отдел от документов, а вы тут развели слякоть!

Вода под ногами уже была по щиколотку, но она кипела от жара, исходящего от регенерирующего тела викинга.

Корнелиус, вжавшись в стену, с немым ужасом наблюдал, как его непобедимая армия Стражей Глубин перемалывается в фарш одним-единственным разъяренным мужчиной в строгих брюках. Магия не работала. Кислота не работала. Физическая сила монстров разбивалась об абсолютную, концептуальную неуязвимость этого чудовища.

Спустя пять минут всё было кончено.

Последний голем захрипел, когда Виктор двумя руками свернул ему шею на сто восемьдесят градусов и брезгливо отшвырнул тушу в затопленный камин.

Глава Двадцать восьмого отдела тяжело дышал. Его торс был сплошь покрыт золотистой сеткой затягивающихся шрамов, а от разгоряченной кожи валил густой пар. Брюки промокли до колен, что раздражало аудитора больше всего остального.

– Так, с мобильными активами закончили, – Крид хрустнул шеей и обернулся к Корнелиусу.

Верховный Магистр попятился, его губы дрожали.

– Пощади… забери всё, но оставь мне жизнь! Я уеду… я исчезну!

– Я уже говорил, Корнелиус. Предприятие ликвидируется. Полностью. Вместе с советом директоров, – холодно отозвался бессмертный.

Он не стал убивать старика своими руками. Вместо этого Виктор подошел к треснувшей несущей колонне, испещренной древними защитными рунами Ложи, которые держали своды Палаццо и скрывали его в карманном измерении от глаз простых венецианцев.

Берсерк отвел руку назад. Мышцы на его спине бугрились, перекатываясь под кожей.

Удар.

Кулак Крида вонзился в мрамор, пробивая защитные чары, как стекло. По всему зданию прокатился глухой, утробный стон ломающегося камня.

Второй удар.

Руны вспыхнули и погасли навсегда. Потолок угрожающе заскрежетал, сверху посыпались огромные куски штукатурки и каменные блоки. Карманное измерение начало схлопываться, выталкивая Палаццо в реальный мир.

– Здание признано аварийным и подлежит сносу. Комиссия в моем лице подписала акт, – резюмировал аудитор.

Виктор развернулся и спокойным, размеренным шагом направился к выходу из рушащегося зала. Корнелиус истошно закричал, когда огромный кусок потолочного перекрытия рухнул прямо на то место, где он стоял. Крид даже не обернулся.

Он вышел на узкую венецианскую улочку ровно в тот момент, когда иллюзии спали. Для редких ночных прохожих это выглядело так, словно огромное, мрачное здание материализовалось из тумана только для того, чтобы в ту же секунду с оглушительным грохотом обрушиться внутрь себя, поднимая в небо столб вековой пыли.

Сирены карабинеров еще даже не успели взвыть, а бессмертный блондин уже неспешно удалялся прочь от руин, направляясь в сторону Гранд-канала. Достав из портсигара последнюю кубинскую сигару, он щелкнул зажигалкой.

Дела в Европе были официально закрыты. Черная Ложа перестала существовать. Теперь можно было с чистой совестью брать отпуск и отправляться в гости к старому другу, чтобы посмотреть, какой именно френч нацепил на себя его бывший подчиненный. Охота завершилась. Начиналась инспекция.

Сырой венецианский туман неохотно расступался перед широкими плечами идущего викинга. Позади, с глухим рокотом, оседали в вековые каналы остатки гордости европейской магии. Вода вокруг руин недовольно бурлила, переваривая каменную крошку и разорванные амбиции Черной Ложи.

Виктор Крид остановился на горбатом мостике, оперевшись о влажные перила. Древний берсерк бросил критичный взгляд на свое отражение в темной воде.

Картина вырисовывалась, прямо скажем, нереспектабельная. Строгие костюмные брюки безнадежно испорчены кислотой големов и болотной жижей. Торс голый, если не считать издевательски болтающегося на шее шелкового галстука. Волосы, обычно уложенные волосок к волоску, растрепались, придавая бессмертному главе Двадцать восьмого отдела сходство с очень злым солистом рок-группы, который только что разнес гостиничный номер.

– В таком виде нельзя заявляться с инспекцией к подчиненному, – проворчал аудитор, поправляя узел галстука. – Решит еще, что отдел без него обнищал.

Воздух в переулке внезапно стал сухим и горячим. Запахло озоном, корицей и дорогим алкоголем. Тень от старинного фонарного столба неестественно вытянулась, оторвалась от брусчатки и закрутилась спиралью, формируя изящную кованую дверь, сотканную из чистого инфернального пламени.

Створка бесшумно распахнулась. На пороге, небрежно прислонившись к косяку, стоял Малик де Сад.

Владыка Инферно был воплощением порочной элегантности. Безупречный смокинг, расслабленная поза, а в руках – два тяжелых хрустальных рокса, в которых плескалась янтарная жидкость. Лед в стаканах мелодично позвякивал, словно приглашая забыть о мирской суете.

– Знаешь, Виктор, – дьявол лукаво прищурил бездонные глаза, оглядывая викинга с ног до головы. – Я всё понимаю: тысячелетний кризис среднего возраста, тяжелая работа, стресс… Но заявляться ко мне в виде потрепанного стриптизера – это даже для тебя перебор. Я-то думал, ты в процессе геноцида Ложи хотя бы пиджак с кого-нибудь снимешь.

– Захлопнись, пернатый, – беззлобно огрызнулся блондин, тяжело ступая прямо в пламя портала. Огонь даже не опалил его кожу, лишь приветливо лизнул старые шрамы. – Местная фауна оказалась слишком субтильной. Ни один пиджак в плечах не сошелся. Сплошные задохлики на диетах.

Крид бесцеремонно выхватил один стакан из рук хозяина Бездны и залпом ополовинил содержимое. Сингл молт столетней выдержки прокатился по горлу приятным, обжигающим пожаром.

Они оказались в транзитной зоне. Это был не кабинет Малика, а небольшая терраса, парящая в пустоте между измерениями. Вместо перил – застывшие потоки звездного света. Вместо пола – гладкий обсидиан.

– Это был уникальный купаж с погибшей планеты, варвар, – Малик с притворным возмущением посмотрел на свой второй стакан, затем на викинга. – Его нужно смаковать, а не глушить, как спирт из фляжки перед атакой.

– Спишем на представительские расходы, – отмахнулся аудитор, падая в возникшее из воздуха глубокое кожаное кресло и с наслаждением вытягивая длинные ноги. – Как там графики? Небось, брокеры в твоем Инферно уже шампанское открывают?

– О, не то слово! – Архитектор Бездны рассмеялся, откинув голову. – Судя по тому, что кривая поступлений душ из Европы только что пробила потолок, ты там даже уборщиц не оставил. Полная зачистка?

– Ликвидация предприятия в связи с некомпетентностью руководства, – Крид достал из кармана сложенный пергамент и выразительно похлопал им по ладони. – Зато все активы теперь на балансе отдела. Учись, рогатый, как надо проводить слияния и поглощения. Надо будет прислать сюда парочку моих замов, пусть с недвижимостью разберутся. Не пропадать же квартирам в Лондоне.

– Обожаю твою бюрократическую кровожадность, – дьявол салютовал ему роксом. – Никто в Мультивселенной не умеет так изящно совмещать тотальную резню с заполнением инвентаризационных ведомостей.

– Это называется ответственность, Малик. То, чего так не хватает современной молодежи, – проворчал ветеран, допивая виски. – Ладно, лирику в сторону. Где сейчас мой беглый кризис-менеджер?

Малик щелкнул пальцами. В воздухе между ними развернулась искрящаяся голографическая карта Империи – огромного государства в совершенно ином мире, испещренного эфирными узлами и линиями магических поездов.

– Столица. Промышленный район, – дьявол ткнул холеным пальцем в мерцающую красную точку. – Завод «Красная киноварь». Альфонсо… вернее, Аларик… превратил эту промзону в свою личную цитадель. Сейчас сидит там, переваривает Дальний Восток и готовится бодаться с местной аристократией.

Виктор скептически хмыкнул, разглядывая голограмму.

– Интриги, монополии, заводы… Значит, мальчик всё-таки нашел себе песочницу по размеру, – в рокочущем голосе берсерка скользнула почти отеческая теплота, которую он безуспешно попытался скрыть за напускным ворчанием. – Ну и как он там? Местные его хоть уважают? Или всё еще принимает их извинения борзыми щенками?

– Уважают? Виктор, они от него воют! – Владыка Инферно радостно потер руки. – Он подсадил жен министров на омолаживающие зелья из демонической крови! Он призывает призрачные легионы и скупает преступные синдикаты оптом. Местная Инквизиция предпочитает делать вид, что всё под контролем, потому что иначе им придется признать, что они в заложниках у сумасшедшего столичного денди!

– О, узнаю школу Двадцать восьмого отдела, – Крид довольно потер подбородок, его ледяные глаза потеплели. – Агрессивный маркетинг и жесткое доминирование на рынке. Моя школа! Но Малик… объясни мне одну вещь.

– Какую?

– Что у него с гардеробом⁈ – искренне возмутился викинг. – Военный френч? Серьезно? Я учил его одеваться на Сэвил-роу! Хирург экстра-класса должен выглядеть как джентльмен, а не как косплеер из дешевого исторического фильма про диктаторов. Зачем ты позволил ему так одеваться?

– Я дал ему новую Систему, Виктор, а не чувство вкуса! – рассмеялся дьявол. – За эстетику у нас отвечаешь ты, мистер «Неснимаемое советское пальто». В конце концов, в том мире сейчас в моде милитари и техномагия. Парень просто адаптировался к рынку.

– Дисциплина начинается с внешнего вида, – непререкаемо отрезал аудитор. – Ладно. Давай портал. Мне не терпится взглянуть в его бесстыжие глаза и спросить, почему он не сдал обходной лист перед увольнением.

Дьявол допил виски, и стакан растворился в его ладони. Лицо Малика на мгновение стало серьезным.

– Виктор, только учти одну деталь. Тот мир работает по другим правилам. Там правит эфир и родовая магия. Твоя концептуальная неуязвимость и сила Одина останутся при тебе, они фундаментальны. Но если ты начнешь ломать физику так же, как в Венеции, местная система может просто треснуть по швам. У них там очень хрупкая экология. Будь нежнее.

– Я похож на вандала? – викинг оскорбленно приложил руку к обнаженной, исполосованной шрамами груди. – Я – сама деликатность! Главбух во плоти!

– Ты час назад забил трехметрового голема мраморной колонной, – напомнил Архитектор Бездны, скептически изогнув бровь.

– Исключительно в целях самообороны! Он первый порвал мне брюки!

Малик обреченно вздохнул, понимая, что спорить с древним берсерком – занятие абсолютно бесполезное. Он взмахнул рукой, изящно разрывая пространство на террасе. Перед ними образовалась светящаяся воронка, из которой пахнуло машинным маслом, крепким морозом и свежей выпечкой.

– Портал выведет тебя прямо в центр столицы Империи, недалеко от его базы. Постарайся хотя бы не разрушить город в первые полчаса, – напутствовал дьявол. – И ради всего инфернального, купи себе нормальный костюм. Альфонсо эстет, у него случится истерический припадок, если он увидит своего бывшего босса в виде полуголого бомжа с галстуком.

– Я сам решу, в чем мне проводить аудит, – Крид поднялся и тяжелым шагом направился к порталу.

На границе измерений бессмертный остановился и обернулся. Ледяные голубые глаза смотрели на хозяина Инферно с давней, проверенной тысячелетиями признательностью.

– Малик.

– Да, старый друг?

– Спасибо за содействие. И за то, что присмотрел за мальцом, пока я возился с бумажками, – негромко произнес глава Двадцать восьмого отдела. – С меня ящик коллекционного коньяка. Из моих личных запасов.

– Ловлю на слове. Удачной инспекции, аудитор! Передавай Аларику привет! – Владыка Инферно салютовал ему невидимым бокалом.

Виктор шагнул в воронку. Пространство схлопнулось, оставив Малика де Сада в одиночестве. Дьявол хищно улыбнулся, предвкушая грандиозное шоу.

Переход оказался жестким, словно поездка в товарном вагоне, набитом металлоломом.

Крид вывалился из портала, тяжело приземлившись на подмерзшую брусчатку. В нос ударил резкий, непривычный коктейль запахов: конский навоз, паровые выхлопы, эфирный озон и аромат кофе.

Берсерк неторопливо поднялся, отряхивая колени своих многострадальных брюк. Огляделся.

Он оказался в глухом, узком переулке, зажатом между высокими кирпичными зданиями, украшенными коваными решетками. Небо было затянуто низкими, свинцовыми тучами, с которых срывался мелкий, колючий снег.

– Прямо как в Питере, – с легкой ностальгией пробормотал Виктор.

Из переулка был виден кусочек широкого проспекта, по которому с легким шипением проносились вытянутые, обтекаемые автомобили. По тротуарам спешили люди: господа в строгих пальто и цилиндрах, дамы в элегантных платьях с меховыми муфтами.

Виктор вышел из тени переулка на свет фонаря.

Проходящая мимо пожилая дама с крошечной собачкой под мышкой резко затормозила. Ее челюсть отвисла. Она смотрела на гигантского, пугающе широкоплечего блондина, который стоял посреди морозной столичной улицы с голым торсом, в мокрых брюках и с болтающимся на шее строгим галстуком. От тела викинга исходил легкий пар, мгновенно растапливая падающие на него снежинки.

– Мадам, – Крид галантно кивнул, изобразив свою самую очаровательную светскую улыбку. – Не подскажете, где в этом чудесном городе можно найти приличное ателье? Боюсь, мой багаж затерялся при транзите.

Дама пискнула, выронила собачку в сугроб и, резво перебирая ногами, бросилась бежать прочь, в панике придерживая шляпку.

Глава Двадцать восьмого отдела философски пожал плечами, глядя ей вслед.

– Дикий народ. Никакой культуры общения, – резюмировал бессмертный.

Он поглубже вдохнул морозный воздух Империи. Чутье безошибочно подсказывало ему направление. Там, на окраине города, пульсировала знакомая, холодная энергия.

Аудитор хрустнул костяшками пальцев. Операция «Корпоративная Инспекция» официально началась. Осталось только раздобыть пальто. Желательно с каракулевым воротником.

Зимняя столица Империи жила своей суетливой, аристократической жизнью, совершенно не обращая внимания на то, что по ее улицам вышагивает хтонический монстр в испорченных брюках.