Текст книги "Змей из 70х V (СИ)"

Автор книги: Сим Симович

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 22 страниц)

Змей из 70х V

Глава 1

Вкус пепла, жженой меди и легкого миндального послевкусия на языке. Прекрасное начало новой жизни.

Альфонсо медленно приоткрыл глаза, фокусируя взгляд на потрескавшейся потолочной лепнине. Тело отзывалось тупой, тягучей болью, словно каждую мышцу методично отбивали серебряными молоточками. Яд. Причем дорогой, элегантный, с явной претензией на аристократическую утонченность. Местная публика явно знала толк в изящных убийствах.

Разум, напротив, оставался кристально ясным. Острый аналитический ум, оттачиваемый в интригах парижского дна, мгновенно просканировал состояние нового вместилища. Юное, нетренированное тело, слабая моторика, увядающая магическая аура. Зато жив. Малик де Сад, Владыка Инферно, оказался весьма щепетильным бизнесменом и выполнил условия сделки безукоризненно.

Бывший криминальный гений позволил себе легкую, саркастичную усмешку, от которой потрескавшиеся губы отозвались острой болью. Ради этого стоило позволить Адельхарду предать себя. Стоило спалить дотла выстроенную теневую монополию и шагнуть за грань. Лишь бы получить настоящую силу. Лишь бы однажды добраться до глотки Виктора Крида – бессмертного блондина с ледяными голубыми глазами, с которым связывал старый пакт двух джентльменов и давняя совместная работа в двадцать восьмом отделе. Когда-то парижский интриган был просто гениальным хирургом, спасающим жизни, но те времена давно канули в Лету. Одержимость требовала жертв.

Впрочем, месть подождет. Для начала нужно встать с кровати.

Стоило об этом подумать, как пространство перед глазами подернулось легкой рябью. В воздухе развернулся полупрозрачный, отливающий перламутром интерфейс. Изящные золотистые буквы складывались в слова приветствия.

«Демонический Рынок Мультивселенной. Авторизация подтверждена. Добро пожаловать, Аларик».

Новый владелец тела мысленно пробежался по вкладкам. Оружие, запретная магия, высокие технологии, древние артефакты. Ассортимент впечатлял: от портативных плазменных аннигиляторов из миров далекого будущего до свитков призыва архидемонов высшего круга. Взгляд скользнул в правый верхний угол.

Баланс: 0 душ.

Ожидаемо. Никто не обещал стартового капитала. Местной валютой служили души – поверженных врагов, наивных глупцов и неосторожных должников. Что ж, значит, придется открыть сезон охоты. И первые кандидаты уже есть – те самые эстеты, что подмешали отраву в бокал юного наследника некогда великого рода.

Тяжелые дубовые двери с тихим скрипом отворились, прерывая изучение каталога. В роскошную, но явно запущенную спальню, пропахшую целебными зельями и пылью веков, вошли двое.

Первым семенил сухой, сгорбленный старик в строгом, хотя и изрядно потертом сюртуке – типичный преданный слуга, готовый лечь костьми за хозяина. Следом шествовал весьма колоритный персонаж. Седобородый дедушка «божий одуванчик» в безразмерном халате лекаря. На носу криво сидели очки с толстыми стеклами, а в морщинистых руках субъект сжимал пузатый медицинский саквояж.

– Господи милосердный… – выдохнул слуга, роняя на паркет серебряный поднос с какими-то склянками. Звон разбитого стекла эхом разнесся по огромной комнате. – Ваше сиятельство! Вы открыли глаза!

– И даже планирую ими смотреть, Архип, – хрипло, но с фирменной ироничной интонацией произнес Аларик, безошибочно выудив имя из обрывков памяти прошлого владельца тела. – Прекрати голосить, у меня от этого звука мигрень.

Лекарь суетливо подбежал к кровати, бесцеремонно отталкивая верного камердинера.

– Невероятно! Феноменально! – забормотал дедок, хватая юношу за запястье, чтобы проверить пульс.

Трикстер скосил глаза на руку эскулапа. Пальцы «божьего одуванчика» оказались ледяными, словно тот только что достал их из сугроба. Слишком холодными даже для глубокого старца. Более того, пока дед сосредоточенно смотрел в потолок, якобы считая удары сердца, фаланга его указательного пальца вдруг издала сухой, деревянный щелчок и неестественно выгнулась в обратную сторону.

Эскулап ничуть не смутился. Не отрывая задумчивого взгляда от лепнины, он свободно свисающей рукой небрежно нажал на сустав. Раздался тихий хруст встающей на место кости. Из-под рукава застиранного халата отчетливо потянуло запахом сырой земли, старой пыли и крепкого формалина, который крайне неудачно пытались замаскировать дешевым цветочным одеколоном.

«Хронический артрит вперемешку с отвратительной циркуляцией крови и патологической любовью к анатомическому театру», – мысленно констатировал бывший хирург, брезгливо поморщившись от аромата. – «Прекрасно. Лечить меня прислали живой музейный экспонат».

– Пульс нитевидный, но стабилизируется, – авторитетно заявил доктор, поправляя сползающие очки. За толстыми линзами на долю секунды мелькнул странный, зеленоватый отблеск, который вполне мог показаться причудливой игрой света от тусклого техномагического светильника.

– Доктор, – Аларик слабо улыбнулся, включая свое знаменитое обаяние, способное растопить лед даже в сердце столичного инквизитора. – Ваша забота трогает до глубины души. Особенно то невероятное изящество, с которым вы вправляете собственные суставы. Не поделитесь секретом столь радикальной хрупкости костей? Профессиональная травма при частых вскрытиях?

Лекарь нервно поперхнулся воздухом, а очки окончательно съехали на кончик носа. Он поспешно спрятал бледные кисти в глубокие карманы халата.

– Г-годы берут свое, ваше сиятельство! – засуетился старик, отводя глаза в сторону. – Отложение солей, ревматизм… А запах… так это настойки целебные! Травы, знаете ли, специфика профессии!

– Конечно. Исключительно травы, – примирительно кивнул молодой аристократ, с трудом приподнимаясь на подушках. Боль прошила позвоночник раскаленной спицей, но на лице не дрогнул ни один мускул. – Успокойтесь, уважаемый. Я сегодня исключительно лоялен к причудам провинциальной медицины. В конце концов, мне главное, чтобы ваши рецепты работали лучше, чем ваш одеколон.

Верный Архип уставился на господина в немом ужасе, лихорадочно теребя пуговицу на сюртуке.

– Ваше сиятельство… Вы точно в себе? – робко спросил слуга. – Вы же только что были одной ногой за гранью! Императорская Тайная Канцелярия уже дело закрыла, сказав, что случай абсолютно безнадежный! Ждали только, когда священник отпоет!

– Тайная Канцелярия может идти строевым шагом прямиком в Бездну, Архип. У меня с ней свои договоренности, – Аларик вальяжно откинулся на спинку кровати, окидывая цепким взглядом покои.

Облезлая позолота на стеновых панелях, тускло мерцающие лампы, требующие замены накопителей, общая атмосфера упадка некогда могущественного боярского рода. Идеальный чистый холст для нового шедевра. Всю жизнь хитроумный манипулятор строил империи из грязи и чужих секретов. Этот мир ничем не отличался от предыдущего.

Он перевел холодный, пронзительный взгляд на суетливого дедка. Вся ирония испарилась, уступив место стальной, пугающей расчетливости.

– А теперь, господа, давайте перейдем к делу. В моем организме плещется коктейль из редких токсинов, мой банковский счет, судя по убранству комнаты, вызывает искреннюю жалость, а в коридорах особняка, держу пари, уже радостно потирают руки местные стервятники.

Трикстер чуть подался вперед, сверля взглядом доктора, отчего тот как-то неестественно сжался, словно готовясь рассыпаться в прах от одного лишь зрительного контакта.

– Уважаемый эскулап, мне нужно полное очищение крови. Прямо сейчас. Можете использовать свои вонючие микстуры, техномагию, алхимию – мне абсолютно плевать на ваши методы. Ставьте меня на ноги. Быстро и без лишних вопросов. За работу.

Лекарь сглотнул, издав звук, поразительно похожий на треск сухой ветки, и судорожно закивал, бросаясь к своему саквояжу. Молодой князь, всегда считавшийся слабым, избалованным юнцом, сейчас смотрел на него глазами древнего, опасного хищника.

Живые, озорные искорки предвкушения заплясали во взгляде воскресшего аристократа. Местные высокомерные кланы еще не понимали, какую тварь они случайно впустили в свою уютную песочницу. Игра только начиналась, и правила в ней теперь будет диктовать только один человек.

Утро в родовом гнезде гада Рус не пело весенними соловьями. Оно надсадно стонало ржавыми трубами техномагического отопления и сквозняками, гуляющими по анфиладам пустых залов. Аларик сидел в глубоком кресле, выцветшая гобеленовая обивка которого помнила куда лучшие времена, и с нескрываемым эстетическим отвращением созерцал стопку бумаг. Угрожающая гора макулатуры возвышалась на резном антикварном бюро красного дерева.

– Итак, Архип, – молодой князь изящным жестом фокусника подхватил верхний лист, испещренный гербовыми печатями. – Если верить этой каллиграфической эпитафии моему бюджету, наш древний род не просто сел на мель. Мы торжественно покоимся на дне Марианской впадины, а сверху нас для надежности придавили бетонной плитой ростовщических процентов.

Верный слуга замер у массивных двустворчатых дверей. В руках старик сжимал серебряный поднос, на котором сиротливо остывал пустой ячменный отвар. Камердинер скорбно вздохнул, опуская глаза.

– Ваше сиятельство, покойный батюшка ваш, князь Всеволод, отличался широтой души и невероятной верой в прогресс. Очень уж увлекся проектом «Эфирного экспресса». Вложился по-крупному: заложил и восточное крыло усадьбы, и доменные печи на Урале, и даже семейную мануфактуру по производству магических накопителей. А потом… Конкуренты из «Ростехно-магии» подсуетились, в нужные кабинеты занесли, проект заморозили. Акции в одночасье превратились в труху, а кредиторы обернулись голодными волками.

Бывший парижский интриган откинул голову на спинку кресла, прикрывая веки. В памяти услужливо всплыли исторические хроники нового мира. Династия гада Рус. Древняя, кристально чистая латгальская кровь. Первые и самые верные вассалы, добровольно склонившие головы и обнажившие мечи за царя Руса еще в седой древности, веке эдак в четвертом нашей эры. Когда предки нынешних кичливых столичных бояр еще в шкурах по лесам бегали, род гада Рус уже вершил политику и держал границы Империи. Истинная, непоколебимая знать.

И вот закономерный финал тысячелетнего величия: неоплаченные счета за электричество.

– Прелестно, – Трикстер открыл глаза и пробежался взглядом по списку взысканий. – Семь миллионов имперских рублей банку «Золотой Гриф». Задолженность по налогам в Императорскую Тайную Канцелярию – они так изящно шутят или проверяют мою стрессоустойчивость? И, вишенка на этом торте финансового апокалипсиса, неоплаченный счет за доставку элитного французского шампанского двухгодичной давности. Отец определенно знал толк в красивом уходе со сцены.

Стоило наследнику мысленно усмехнуться, как перед внутренним взором развернулся полупрозрачный перламутровый интерфейс Системы.

«Текущий статус: Глава угасающего рода. Активы: Родовое поместье (степень износа 84%), 500 гектаров зачумленного леса, верный слуга (1 шт.), лекарь-некромант (статус скрыт от Инквизиции). Пассивы: Долговые обязательства, превышающие стоимость ваших внутренних органов в тридцать четыре раза. Рекомендация: Начните жатву душ немедленно или воспользуйтесь категорией „Почетное рабство и органы на вынос“ в каталоге Мультивселенной».

«Сарказм встроен в базовую комплектацию? Владыка Инферно определенно обладает весьма специфическим чувством юмора», – безмолвно парировал Аларик.

Система смотрела на нулевой баланс нового пользователя с холодным цифровым презрением, предлагая в магазине лишь самые мусорные лоты. Вроде «Набора для заточки ржавых кинжалов» за половину души низшего беса или «Иллюстрированной инструкции по быстрому уходу в мир иной».

Снаружи раздался нарастающий шум мощного техномагического двигателя. Тяжелый, сытый рокот, характерный для бронированных экипажей высшей аристократии, заставил хрустальные подвески на пыльной люстре жалобно задребезжать.

– А вот и первые стервятники пожаловали на запах крови, – воскресший юноша плавно поднялся, небрежно поправляя помятый шелковый халат. – Кто там у нас решил нанести утренний визит вежливости, Архип?

– Барон Корф, ваше сиятельство, – прошептал старик, моментально бледнея. – Гавриил Степанович. Сосед наш… добрейшей души человек, да уберегут нас от него Светлые Силы. Обещал вчера прислать шикарную заупокойную корзину с черными розами. Но раз уж вы изволили выжить, боюсь, вместо цветов корзина будет доверху наполнена исполнительными листами.

Аларик неспешно подошел к высокому стрельчатому окну. Внизу, прямо на неухоженном, заросшем сорняками газоне, нагло запарковался массивный «Руссо-Балт» последней модификации. Из сверкающего хромом чрева машины, тяжело опираясь на трость с набалдашником в виде оскаленной волчьей головы, выкатился грузный мужчина. Безупречный крой визитки не мог скрыть солидного брюшка. Лицо гостя сияло той самой приторной, фальшивой доброжелательностью, которая на парижском дне обычно предшествовала коварному удару отравленной заточкой под ребра.

– Пойдем, Архип. Посмотрим, как именно выглядит «добрососедство» в этой удивительной Империи, – губы Трикстера тронула хищная, предвкушающая улыбка. – И постарайся не выглядеть так, будто мы собираемся просить милостыню на паперти. Сегодня мы будем ее раздавать… в особо циничной форме.

Когда наследник рода гада Рус вошел в Малую гостиную, барон Корф уже по-хозяйски распоряжался ситуацией. Сосед активно понукал своего щуплого секретаря, заставляя парня раскладывать увесистые папки с документами прямо на облезлой поверхности антикварного ломберного столика. Увидев живого и – что явно противоречило всем медицинским прогнозам – иронично улыбающегося хозяина усадьбы, Гавриил Степанович на мгновение замер. Глазки-щелочки выдали короткую, но яркую вспышку неподдельного разочарования.

– Аларик Всеволодович! Друг мой юный! – громогласно возопил барон, раскрывая объятия так широко, словно намеревался задушить визитера в порыве искренней страсти. – Чудо! Истинное светлое чудо! А мне вчера донесли, что вы уже… того… ведете неспешные философские беседы с архангелами. Я уж и панихиду роскошную заказал в столичном соборе, и место на элитном кладбище рядом с вашим батюшкой выхлопотал!

– Ваша трогательная забота о моем посмертном комфорте вызывает искренние слезы умиления, Гавриил Степанович, – парировал аристократ, вальяжно опускаясь в кресло напротив, совершенно не дожидаясь приглашения в собственном доме. – Но, как видите, архангелы оказались на редкость занудными собеседниками. Пришлось вернуться к вам. На грешной земле всяко веселее.

Взгляд бывалого интригана вскользь мазнул по секретарю барона. Парень нервно перебирал бумажки, суетливо отводя бегающие глаза. Система мгновенно отреагировала, выведя аккуратную справку прямо поверх лица помощника:

«Объект: Мелкий растратчик, шпион-дилетант. Оценочная стоимость души: 0.2 стандартных единицы. Краткий анализ: Регулярно ворует из сейфа Корфа и каждую среду спит с его младшей дочерью в оранжерее».

Крайне своевременная и полезная информация. Трикстер едва заметно, по-кошачьи облизнул губы. Оружие к бою готово.

– Я здесь по делу, мой дорогой мальчик, по очень деликатному и грустному делу, – Корф мгновенно сменил регистр, перейдя на отечески-сострадательный тон. – Финансовые обязательства вашего усопшего батюшки… увы, они тянут наше общее региональное хозяйство на дно. Векселя банка «Золотой Гриф» были выкуплены моей корпорацией «Корф-Текнолоджис» исключительно из глубочайшего уважения к светлой памяти Всеволода. Но акционеры, знаете ли, народ приземленный и жесткий. Требуют немедленного отчуждения земель в счет погашения долга.

Грузный сосед с тяжелым вздохом выложил на стол плотный лист гербовой бумаги, от которого за версту разило юридическим капканом.

– Подпишите вот здесь, Аларик. Мы забираем старый сосновый бор и заброшенные рудники у восточной границы. Взамен я великодушно аннулирую все личные долги вашей семьи. Оставите за собой усадьбу… ну, а на косметический ремонт я вам из личных средств подкину. Исключительно по-соседски.

– Сосновый бор? – молодой князь взял документ двумя пальцами, демонстрируя крайнюю степень брезгливости, словно держал протухшую рыбу. – Тот самый неприметный лес, через который Министерство Путей Сообщения планирует прокладку новой стратегической магистрали техномагического эфира? Прямой канал, связывающий столицу с закрытыми восточными портами?

Корф поперхнулся воздухом и на секунду перестал дышать. Щуплый секретарь с громким стуком выронил перьевую ручку на паркет.

– Откуда… – начал было барон, но титаническим усилием воли заставил лицо принять прежнее снисходительное выражение. – Пустое, мой дорогой! Это всего лишь нелепые слухи. Смелые фантазии столичных инженеров, не имеющие ничего общего с реальностью!

– Конечно-конечно, исключительно беспочвенные фантазии, – Трикстер плавно поднялся и начал медленно прохаживаться по гостиной, заложив руки за спину. – Именно поэтому третьего дня в вашей усадьбе инкогнито ужинали два высокопоставленных чиновника из Департамента. И именно поэтому вы так невероятно спешили навестить «умирающего» соседа, прихватив с собой готовые дарственные.

Бывший хирург резко остановился прямо перед тучным бароном, слегка нависая над гостем. Взгляд латгальского наследника, еще минуту назад казавшийся сонным и утомленным болезнью, внезапно стал холодным и острым, как хирургическая сталь.

– Послушайте меня внимательно, Гавриил Степанович. Я искренне ценю ваш провинциальный артистизм. В театрах Монмартра вы бы имели оглушительный успех. Возможно, даже избежали бы гнилых помидоров. Но отныне мы будем играть исключительно по моим правилам. Вы прямо сейчас забираете свои жалкие бумажки, выплачиваете мне солидную неустойку за незаконное паркование вашего безвкусного рыдвана на моем историческом газоне и…

Аларик сделал мастерскую, леденящую душу паузу.

– … и можете даже не утруждать себя словами благодарности за то, что я не отправлю вашей уважаемой супруге анонимное письмо. Уверен, графине будет крайне любопытно узнать, чем именно занимается этот дрожащий молодой человек с вашей ненаглядной доченькой Лизонькой среди редких орхидей каждую среду.

В гостиной воцарилась абсолютная, звенящая тишина. Стало отчетливо слышно, как в подвальных помещениях методично капает едкий конденсат с магических труб. Барон Корф медленно, словно перезрелый томат, начал наливаться багровым цветом. Секретарь отчаянно вжался в стул, пытаясь мимикрировать под облезлые обои.

– Ты… ты… наглый щенок… – прохрипел сосед, судорожно сжимая набалдашник трости до побеления костяшек. – Ты хоть понимаешь, с кем решил тягаться? За мной стоят люди из Канцелярии! За мной – поддержка рода Долгоруких! А ты – нищий сирота в разваливающемся клоповнике!

– Я – гада Рус, Гавриил Степанович, – Аларик улыбнулся своей самой обворожительной, хищной улыбкой. – Мои предки пили вино с царями, когда ваши еще хвосты свиньям крутили. А лично я – Трикстер. И я только что открыл счет в этой занимательной игре.

Перед глазами вспыхнуло долгожданное системное уведомление:

«Внимание! Зафиксирован мощный всплеск негативной энергии. Концентрация страха и унижения от объекта „Секретарь“. Получено: 0.1 души. Желаете выставить на аукцион контракт на удачу барона Корфа? Цена: 10 душ авансом».

«Всему свое время», – мысленно осадил Систему расчетливый интриган. – «Сначала этот боров вернет всё, что украл у моей семьи. А затем его душа послужит прекрасным первым взносом за приличный артефактный клинок».

– Вон отсюда, – тихо, но с такой давящей властностью произнес хозяин усадьбы, что Корф невольно отшатнулся, едва не опрокинув столик. – Даю вам ровно две минуты, чтобы ваш экипаж исчез с моей земли. И передайте остальным «добрым соседям», что траурные мероприятия официально отменяются. Начинается праздник. И на этом балу я – единственный, кто будет заказывать музыку.

Когда за тяжело дышащим, разъяренным бароном захлопнулась входная дверь, Архип робко выступил из спасительной тени портьер.

– Ваше сиятельство… они же теперь вас со свету сживут. Корф не прощает публичных унижений. У него огромные связи, вооруженные наемники, личные боевые маги…

– Архип, друг мой, – Аларик подошел к бюро и одним легким, изящным движением смахнул стопку неоплаченных векселей на пыльный паркет. – У них есть полезные связи и грязные деньги. А у меня есть долги, которые я совершенно не планирую отдавать, и весь Демонический Рынок Мультивселенной за левым плечом. Поверь мне на слово, это гораздо более весомые аргументы в любом светском споре.

Трикстер снова перевел взгляд на мерцающий перламутровый интерфейс.

«Баланс: 0.1 души. Стал доступен базовый раздел: „Мелкие пакости и бытовые проклятия первого круга“. Желаете ознакомиться с ассортиментом?»

– С огромным удовольствием, – прошептал Аларик, и в его глазах вспыхнул опасный, озорной огонек. – Покажи-ка мне, что у нас припасено для любимых соседей.