Текст книги "Прием Чаплина (СИ)"

Автор книги: Сергей Вишневский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 15 страниц)

Глава 14

Федор Горт

Карл Спирит

Константин Кузнецов

Светлана Кузнецов

Сьюзи Кравиц

Здание университета, где проходил экзамен и ритуал принятия в ученики, было большим и вытянутым. За ним начиналась внутренняя территория университета.

Несмотря на то, что здание было серым, выполнено оно было монолитно, из мрамора, словно какой-то безумный гений выточил его из цельного куска. По бокам здания, слева и справа от площади перед ним, были две большие башни.

Сейчас перед зданием была куча народа.

Как тех, кто поступал на техномагов, и ждал вступительных списков, так и тех, кто пришел поддержать претендентов на ученичество магов первого ранга.

– И все поступать? – спросил Федор, что стоял рядом с Карлом. Парень с волнением поглядывал на окружающих.

– Нет конечно. Многие просто с родней пришли, – пожал плечами Карл.

Несмотря на то, что он старался выглядеть спокойным и позитивным, было видно, что он тоже волнуется.

– А чего ждут? Маринуют специально? – спросил Горт, шмыгнув носом и утерев его кулаком.

– Не, императора ждали, – Спирит указал на десяток магомобилей и фельдъегерей, что расположились чуть в стороне. – Если бы приехал, не топтались бы тут.

Федор молча кивнул.

Из дверей тем временем появилось несколько человек в форме учеников старшего курса. Один из них поднял над головой руки и хлопнул в ладоши.

ХЛОП!

Звук вышел оглушительным и пронесся по площади так, что каждый обратил внимание на студента.

– Оглашаем список поступивших на обучение магов второго ранга! – громко произнес один из студентов и принялся зачитывать фамилии и имена.

– Ну… сейчас и нас позовут, – произнес Карл и вытер вспотевшие ладони о штаны.

– Федя! – раздался голос сзади.

Горт повернулся и с удивлением обнаружил Василия, что спешил к нему.

– Как знал, что ты тут!

– Вася? – удивленно глянул он на брата. – Что ты тут делаешь?

– За тобой пришел, – брат подошел и, пытаясь отдышаться, слегка прошелся вокруг. – Отец в столице… Мы тут на постой встали недалеко.

– Я его видел, – буркнул Федор и спросил: – Я-то тут причем?

Василий выдохнул, взял под локоть брата и отвел в сторону.

– Слушай, я все понимаю… ты ведь не серьезно на техномага собрался?

– Серьезно и не на техномага, – буркнул Федор, глянув на Карла, что внимательно наблюдал за ним. – Я на первый ранг пойду.

Василий пару секунд осмысливал сказанное, после чего растерянно хлопнул глазами.

– Федя, ты в своем уме? Ты сгоришь!

– Не сгорю, – буркнул парень и выдернул свою руку из захвата старшего брата. – Не каркай.

– Федя, отец тут, будет буквально в двух кварталах обедать после встречи, – указал он. – Пока он сытый, довольный, подойдем к нему. Извинишься, признаешь, что неправ был. Он отойдет, слово даю. Вернешься домой, все как прежде будет…

Федор посмотрел брату в глаза, затем кинул взгляд на Карла и спросил:

– А как прежде, Вась? – парень горько усмехнулся. – Чтобы по полгода со мной не говорить? Или в сапожники идти, как он скажет?

– А по-твоему, сгореть – лучше? – нахмурился брат. – Ты сейчас туда зайдешь, а через полчаса тебя на мусорку в ведерке вынесут. Ну! Чего смотришь? Не будь ослом, Федь! Пошли к отцу!

Василий попытался схватить за локоть младшего брата, но тот вырвал свою руку и отступил на шаг назад.

– Не помню, чтобы я по-ослиному блеял, – произнес он, набычившись. – И по мне, так лучше на помойку в ведерке, чем так жить.

Старший брат тяжело вздохнул и опустил руки.

– Сгоришь ведь, дурень…

– Сгорю и сгорю. Это мой выбор, кем быть… Пеплом, магом или сапожником, – парень сделал пару шагов назад, кивнул Карлу и бросил на ходу: – Пойдем!

Оставив за спиной брата, Федор прошел с другом сквозь толпу и остановился у самого крыльца.

На него как раз вышел студент с листком и оглядел толпу рядом.

– Семен Иванович Шилов тут?

Из толпы тут же выступил парнишка.

– В главный зал, вас там ждут, – кивнул он и тут же зачитал следующее имя. – Спирит Карл Альбертович?

Друг хлопнул Федора по плечу и направился внутрь.

– Кузнецов Константин Семенович… Кузнецова Светлана Семеновна…

Парень перечислял фамилии, а Федор все сильнее напрягался. Он лично положил бумажку в артефакт и та не вспыхнула, однако волнение все равно нарастало.

– Кравиц Сьюзи Альфредовна…

Имя резануло по ушам и Федор с удивлением уставился на Сьюзи, что поднималась по крыльцу в здание. Он хотел было рвануть за ней, но тут дернулся.

– Горт! Горт Федор Никодимович! – повторил студент.

– Я, – тут же вышел вперед парень.

Студент молча указал на вход, продолжив зачитывать список. Федор же прибавил шагу и почти бегом нагнал Сьюзи у самых дверей.

– Ты что тут делаешь? – схватил он ее за локоть.

Девушка испуганно оглянулась, но поняв, что это Федор, нахмурилась.

– И тебе добрый день!

– Сьюзи, ты… как ты… что вообще… – растерянно пробормотал парень.

– Сделала справку, – пожала плечами девушка. – Подала заявку на первый ранг.

– Ты? У тебя ведь…

– Выше среднего, – ответила девушка, глядя на Федора.

– Ты ведь сгореть можешь, – растерянно произнес тот. – Тетушка вообще в курсе?

– Нет. И Дима нет. Только Кэт, но она сказала, что у меня получится, – девушка потянула за руку Федора, увлекая в зал, и сместилась немного от входа. – Это мое решение. Я не могу все время оставаться дома и надеятся, что жизнь сама по себе устроится. Я как золушка весь дом держу, и если я не начну что-то делать – ничего не поменяется.

Федор открыл было рот, затем закрыл и указал на профессора в шляпе, что стоял рядом с претендентами.

– Но не так же!

– А как еще? – грустно улыбнулась девушка и закусила губу. – Мне может тоже… Лучше в ведерке на помойку, чем так, как велят.

Федор взглянул в глаза двоюродной сестре и спросил:

– Слышала?

– Я с самого утра тут, недалеко от тебя была. Видела Ваську и все слышала.

Федор молча взглянул на профессора, взял за руку Сюзи и произнес:

– Пошли…

Парочка подошла к группе и встала с краю.

– Ритуал будет проходить в две стадии, – тем временем произнес Аристарх Платонович. – Мы делим его на две части, чтобы не смущать гостей излишней жестокостью.

– Чувствуешь? – раздался до боли знакомый голос рядом. – Навозом пахнет…

Федор покосился в сторону и обнаружил рядом Константина с сестрой.

– А… – глянул он на Федора наигранным удивлением. – Это ты.

Федор молча отвернулся и сделал вид, что Кузнецова рядом нет.

– Понимаю, – кивнул тем временем Константин, полушепотом продолжив: – Если не можешь по праву ничего сказать – надо хотя бы встать рядом. Ну или не портить воздух своим присутствием. А ты хитер… Пепел ведь не пахнет.

Федор молча сжал кулаки, но отвечать не стал.

– Знаешь, а ведь я всегда относился к евгенике и радикалам крайне настороженно, – Кузнецов слегка наклонился к Федору и продолжил шептать. – Ну, знаешь, все эти «Убить убогого младенца, дабы не был обузой обществу» или «Идиотов и глупцов жечь нещадно». А вот сейчас думаю, что в чем-то они были правы…

Федор и так напряженный от предстоящего испытания резко повернул голову и дернулся, но тут его за локоть схватила Сьюзи.

Светлана тоже взяла Константина и отвела слегка в сторону.

– Кость, не перегибай.

– Что? – хмыкнул он. – Мне нельзя поразвлечься?

– Не здесь и не сейчас, – строго посмотрела на него сестра.

Заметив, что уже все собрались, и профессор повел всех в отдельный зал, она зашептала брату:

– Пройдет испытание – делай, что хочешь.

– Он сгорит, к гадалке не ходи, – недовольно буркнул парень. – Надо успеть отвести душу. Зола в совке, знаешь ли, не очень любит отвечать на колкости.

– Зато профессора все видят, и если вы тут устроите драку, а он может и с кулаками полезть, тебе репутации это не добавит, – с усмешкой произнесла Светлана. – Он-то может и обратиться в пепел, а ты останешься. Ему все равно, а ты с синяком под глазом. Кулачный боец из тебя так себе.

Константин недовольно вздохнул, но затем все же нехотя согласился.

– Возможно ты и права… Прости, нервы.

Федор, шедший немного впереди, тоже успокоился. Сьюзи, шедшая рядом, держала его за руку и, приблизившись, погладила его по плечу второй рукой. Этого хватило, чтобы Горт окончательно успокоился.

Группа прошла в большой зал, посреди которого стояла огромная, в два человеческих роста, урна, покрытая древними письменам. Ребята расположились плотной группой перед ректором и профессорами.

– Господа и дамы претенденты, – громко произнес Ректор. – Как вы поняли, отбор будет проходить не публично, а здесь. Нам ни к чему публичная смерть, хотя наблюдатели, что собрались на площади, и жаждут зрелищ, мы решили отказаться от подобного рода развлечений.

Ректор сдвинулся, демонстрируя столик со шкатулкой и указал на вазу.

– Это прах последнего великого дракона и его «Достоинство». Сейчас я открою шкатулку. После этого вас окутает истинное пламя и уже оно решит, кто из вас достоин, а кто осыплется пеплом. Для начала я бы хотел представить…

Федор слушал в пол-уха, постоянно контролируя, где находится Константин. Да и волнение не располагало к внимательности. Поэтому он вздрогнул и растерялся, когда сзади прозвучал голос Светланы.

– Возьми, тебе пригодиться, – прошептала она, вложив в его руку что-то небольшое.

Федор растерянно глянул и обнаружил фиолетовую жидкость в маленьком флаконе из-под духов.

– Так точно не сгоришь, – прошептала Светлана и добавила: – Ты теперь мне должен, Горт.

– Сам справлюсь, – буркнул Федор и хотел было вернуть флакон, но Светлана сместилась, оставив Федора одного.

Г-Г-ГР-РБУМ!

Удар грома при том, что небо было ясным был для всех неожиданностью. Ректор оборвал речь на полуслове, растерянно огляделся и метнулся к окнам. Профессора последовали за ним, да и большенство претендентов.

Федор же остался на месте, уставившись на женщину, что возникла чуть в стороне. Молодая, красивая, с легкой улыбкой. Она стояла и смотрела на него, держа в руках небольшое зеркальце в форме пера.

– Мама… – едва слышно прошептал Федор.

Бок начал припекать и Горт сунул руку за пазуху, обнаружив там зеркальце, хотя точно помнил – оставил с вещами у Абаковых.

– Мама… – сделал он шаг к ней, но та тут же исчезла.

* * *

В большой комнате стоял круглый стол.

Большой, массивный, из красного дерева, с отполированной до состояния зеркала поверхностью. Вокруг стояли стулья с резными спинками.

В остальном комната была пуста.

У входа в коридоре стоял такой же стул, на котором спокойно, сложив руки на груди в замок, сидел император.

Мимо него молча проходили люди, заходя в зал и вставая у стульев. Среди них были Никодим, Кузнецов и другие одетые достаточно дорого люди. Они не здоровались ни с правителем, ни с друг другом.

После того, как все вошли в зал, они встали у стульев.

Первым начал рыжая женщина лет сорока. Она вытащила сухарь из складки дорого платья, положила на стол и произнесла:

– Я – пекарь. Мое дело – хлеб.

Усевшись за стол, она молча уставилась перед собой.

– Я пахарь, – произнес Никодим, положив на стол колосок и уселся за стол. – Мое дело – земля.

– Я кузнец, – произнес широкоплечий мужчина с окладистой бородой. – Мое дело – сталь.

Он молча положил подкову на стол и уселся.

– Я чтец, – отозвался молодой парень лет двадцати на вид. – Мое дело – знания.

Он положил книгу без названия на стол и так же уселся.

Один за одним люди усаживались за стол. В конце стоять остался только Кузнецов.

– Я князь, – произнес он и оглядел собравшихся. Сняв с пальца перстень с ярким красным камнем, он положил его на стол и произнес: – Мое дело – власть.

Усевшись со всеми за стол, он еще раз оглядел собравшихся и покосился на открытую дверь, в которой виднелся спокойно сидевший император.

Словно почувствовав его немой вопрос, к двери подошли парочка фельдъегерей и закрыли кабинет, оставив правителя империи за пределами собрания.

– Всемилостивейший государь, – подошел к нему мужчина в простом пиджаке и брюках. – Прикажете подать чаю?

– Нет, – мотнул головой тот, продолжая сидеть в той же позе и смотря на дверь.

Мужчина кивнул, убрал руки за спину и встал рядом.

– Вас что-то гнетет, – произнес он, так же смотря на дверь, за которым проходило собрание.

– Каждый раз они… каждый раз происходит то, чего не ждешь, – произнес он, подбирая слова. – Словно они мысли читают.

– Это их суть и естество, – кивнул доверенный. – По другому и быть не может, но ведь дело не в этом?

– Знамение явлено… Изменить уже ничего нельзя… – правитель тяжело вздохнул и добавил: – Лишь бы они сдержали слово и не нарушили договор.

Г-Г-ГР-РБУМ!

Император с доверенным дернулись и переглянулись. Фельдъегеря тоже дрогнули, но с места не двинулись.

– Это ведь не… – начал было доверенный.

– Оно, – кивнул император. – Второе знамение.

* * *

– Зачем оно тебе? – растерянно глянула Сьюзи на Федора.

Парень стоял за спинами учеников, что внимали ректору. Тот, словно нашел благодарную публику, распинался о истории, о значении великого дракона и его роль в становлении магического искусства, империи и всего мира.

– Это… – растерянно произнес Горт и наклонил зеркало так, чтобы увидеть Сьюзи. В зеркале она не отражалась. – Ты видишь в нем что-нибудь?

– Нет, оно ведь мутное, – прошептала девушка.

Федор сглотнул, пытаясь понять, что до него хотел донести артефакт, а затем слегка довернул зеркало, чтобы увидеть ноги Сьюзи. Вместо них на полу в отражении была зола.

– Слушай… – начал было Федор. – Тебе не обязательно… проходить ритуал. Ты можешь отказаться и…

– Я все решила, – отрезала девушка. – Даже не начинай. Будь, что будет.

Федор с отчаянием поглядел по сторонам, затем закусив губу глянул на девушку.

– Возьми, – вложил он ей в руку флакон, полученный от Кузнецовой. – Возьми и выпей, только прямо сейчас, пока никто не видит.

– Что это? – прошептала Сьюзи.

– Не важно. Возьми и выпей. Это зелье, чтобы не сгореть.

– Я… – начала было девушка.

– Просто сделай, как говорю, – буркнул Федор. – Быстро!

Он слегка сместился, потянув за собой Сюзи и встал рядом с Карлом.

– Прикрой, – шепнул он ему.

Парень растерянно огляделся, но затем встал так, чтобы закрыть девушку.

– К порядку, молодые люди! К порядку! – захлопал ректор, когда заметил, что поступающие начали галдеть. – Ритуал… Ритуал никто не останавливал! И погодные явления не повод оскорблять память великого дракона!

Федор мельком глянул на побледневшую после зелья девушку, а затем на профессоров.

Ректор уже занял свое место, непонятный мужчина в синем поглядывал на главу университета со смесью раздражения и презрения. Профессор в шляпе выглядел безразличным, а вот бледный мужчина в сером балахона смотрел прямо на него.

– Ты как? – потянул Сьюзи Федор.

– Мутит немного, – произнесла она, вцепившись в руку Горта.

Федор мельком глянул на Кузнецова. Тот тоже выглядел бледно.

– Это пройдет. Главное – не сгоришь.

– Итак, – когда претенденты успокоились, продолжил ректор. – Сейчас мы откроем шкатулку. Все вы окунаетесь истинным пламенем. Возможно кто-то из вас сгорит. Поэтому я последний раз говорю – это ваш последний шанс остановиться и отказаться. После того, как мы откроем шкатулку – обратной дороги не будет.

Он внимательно осмотрел ребят, но никто желания сдаться или уйти не выразил.

– Хорошо, – кивнул он и глянул на исчезающего.

Тот с улыбкой подошел к шкатулке, что-то прошелестел и открыл древний артефакт.

Воздух в зале тут же загудел.

Профессор принял артефакт в форме двух спаянных яиц из красного камня и поднял над головой.

– Яви свой взор, великий дракон!

В этот же момент всех претендентов объяло пламя. Кого-то красным цветом, а кого-то синим. Карл умудрился вспыхнуть зеленым.

Федор окутавшийся пламенем открыл рот и начал сильно дышать. В груди поднимался жар и становился все сильнее. Секунда, вторая, и он понял, что не выдержит его, но тут в районе живота образовалось ледяное пятно. Словно лед, кто-то приложил. Горт тут же схватился за него, как за спасительную соломинку и почувствовал, как руки начинают мерзнуть, а жар отступает.

Секунда, вторая и жар сошел на нет, как и само пламя.

Федор, все еще тяжело дыша, огляделся. Карл стоял рядом с выпученными глазами. Сьюзи тоже была рядом и уже не пылала, но щеки ее были красными, а на лбу выступили капельки пота. заметив на них простые черные мантии, Горт оглядел себя. Он был в такой же.

Быстро ощупав пояс, парень понял, что рубаха и штаны остались на нем. Как и зеркальце, что приятно холодило у бока.

– А-а-а-а! – раздался вскрик.

Федор резко оглянулся и заметил как один из ребят выгнулся, а затем посыпался на пол кучкой пепла.

– Аргх! – возглас с другой стороны.

Горт снова оглянулся и увидел девушку, что сначала согнулась, словно под тяжелым грузом, а затем рванула в сторону, но не сделала и пары шагов, как рухнула на пол кучей пепла.

Парень оглядел все еще борющихся с пламенем претендентов и сглотнул. Тут пламя отступило от Кузнецовой Светланы. Девушка была красной, покрыта потом, но тем не менее живой.

Через несколько секунд еще несколько ребят справились.

За минуту управились почти все. Последним боролся с пламенем Константин. Парень тихо хрипел, но продолжал бороться за жизнь.

Федор заметил, как Хофт с волнением поглядывает то на Константина, то на исчезающего. Тут его взгляд зацепился за Светлану, что прикусив губу смотрела на брата. Девушка схватила края платья и тоже затравленно поглядывала на ректора.

– Гр-р-ры-ы… – выдал Константин.

– Руки убрал! – раздался недовольный мужской рык.

В зал со стороны входа ворвался Кузнецов. Он оглядел зал, с облегчением на лице заметил Светлану, а затем начал растерянно переводить взгляд с одной пылающей фигуры на другую. Тут он наконец нашел взглядом Константина.

– Сгорит… – тихо прошептала Сьюзи, заметив отца.

Тот дернулся было, но его путь преградила легкая магическая пелена.

Его заметил Хофт, что внимательно наблюдал за Константином, кинул взгляд на главу рода и все поняв по его выражению лица кивнул.

Это заняло буквально несколько секунд, но в это время…

Федор положил руку на все еще ледяное зеркальце, затем глянул на Светлану и молча сделал шаг к Константину.

Схватив того за плечо, он тоже вспыхнул.

Снова жар, снова раскаленные угли в груди, но теперь еще и руку жгло так, словно он ее в кипяток сунул.

Зеркальце не подвело и второй раз. Прохлада полилась по телу, уняла угли, потекла по руке и отпустила жгучую боль от соприкосновения с чужим даром. Потекла дальше и пламя медленно, но верно начало спадать.

Горт не мог оценить, сколько времени прошло. Из-за жгучей боли казалось, что время тянулось крайне медленно. Он и не заметил ректора, что направился к ним.

– Не лезь, идиот! – раздался недовольный голос Дербенева.

В момент, когда пламя почти спало, профессор коснулся Константина и в этот же миг…

БУДУМ!

Федор улетел к одной стене, Константин к другой, а Хофт упал на пятую точку.

– Александр Григорьевич, коллекция это, конечно, хорошо, но вы труды мои почитайте, – произнес Дербенев, подойдя к ректору. Он протянул ему руку и продолжил: – Умнее навряд ли станете, но хотя бы соваться в работающий конструкт не будете.

Хофт недовольно глянул на почетного профессора, поджал губы и поднялся.

– Первый этап закончен, – недовольно буркнул он, оглядел две кучи пепла и махнул рукой студентам. – Приберите тут!

* * *

Федор с Карлом и Сьюзи вышли из главного корпуса магического университета на площадь.

Там уже был подготовлен ритуал.

Группа студентов на площади уже нарисовала огромную звезду с десятком лучей. В центре был круг, написанный рунами, что слегка светились. Всех зрителей оттеснили за пределы магического рисунка.

– Федя, ты понимаешь, что сейчас произошло? – глянул на него Карл, что чуть ли не светился от удовольствия.

– Двое сгорели, – буркнул Федор, шмыгнув носом и утерев его кулаком. – А могло и больше…

Тут он покосился на Сьюзи.

– Причем тут это⁈ – возмутился Карл. – Мы прошли, Федя! Прошли! А значит, мы и учиться будем вместе!

– Николай Ефимыч будет ругаться, – снова не разделил оптимизма Федор. – Считай, два работника и оба уйдут.

В этот момент к нему прижалась Сьюзи, поцеловала в щеку и прошептала:

– Спасибо!

Карл, наблюдавший за этим, расплылся в улыбке.

– Жених и невеста, тили-тили…

– Она моя сестра, – буркнул Федор и глянул на Сьюзи. – Ты… ты сама справилась. Поняла?

Девушка молча кивнула, а Горт оглядел свою черную мантию и вздохнул.

– Вот бы отец увидел… – пробормотал он.

В этот момент его в плечо толкнула Сьюзи и указала в сторону въезда на площадь.

Там стояла тройка автомобилей, у одного из которых стоял Никодим с недовольной миной и Василий, который что-то рассказывал и указывал в его сторону.

Федор двинулся в его сторону, но голос Карла заставил его остановиться.

– Я бы на твоем месте не стал, – произнес он, поглядывая на Никодима.

Федор слегка замешкался, глянул на ребят и мотнул головой.

– Так надо, – буркнул он и двинулся.

Парень шел к отцу, не отрывая от него взгляда. В груди нарастало волнение, но он старался держаться ровно, с достоинством: расправленные плечи, ровная спина, прямой уверенный взгляд.

Шаг за шагом по каменной площади. Вроде бы не далеко, но каждый шаг с трудом. Через страх, через волнение, с поднятой головой и прямой спиной.

Оставалось всего с десяток шагов, когда в ногах появилась дрожь, но Федор с шага не сбился.

Остановившись возле отца, что полностью игнорировал его присутствие, Горт младший взглянул на Василия, что засовывал сумки и чемоданы в багажник.

Вернув взгляд на отца, Федор произнес:

– Я прошел, – уверенно заявил он. – Я буду магом…

Василий, до этого собиравшийся захлопнуть багажник, замер. Он внимательно смотрел на младшего брата, ожидая, что ответит отец.

– Буду уважаемым человеком, а не сапожником, – спокойно продолжил Федор, не отводя взгляда.

Отец так же молча продолжал смотреть на толпу. У Федора начали сдавать нервы и слегка потряхивать руки. Понимая это, он убрал их за спину и ухватился одной за запястье другой.

– Я могу больше, чем ученик сапожника, – произнес он, шмыгнул носом и добавил: – Я достоин большего.

Никодим спокойно протянул руку, открыл дверь магомобиля, а затем забрался внутрь. Захлопнув дверцу, он приоткрыл окно и уставился вперед.

– Посмотри на меня! – не выдержал Федор и сорвался на крик. – Я буду магом! Слышишь⁈ Я здесь! Я существую!

Никодим взглянул на сына. Осмотрел его с ног до головы и спросил:

– Про калитку помнишь?

Федор сглотнул, но не ответил.

– Хорошо, – ответил отец и закрыл оконце, скомандовав: – Поехали!

Василий захлопнул багажник, растерянно подошел к двери на заднее сиденье и глянул на Федора, на котором не было лица. Прикусив губу, он тяжело вздохнул и юркнул в магомобиль, который тут же двинулся прочь.

Федор так и остался стоять на площади, провожая взглядом удаляющийся автомобиль.

Отступила дрожь, пропал страх, напряжение спало, но вместе с ним в груди и голове парня образовалась пустота.

– Федь… – раздался неуверенный голос Сьюзи за спиной. – Федя…

Рядом с ней стоял Карл, придерживая девушку за локоть.

– Не стоит… не сейчас, – шептал он ей.

– Федор! – надавила голосом Сьюзи.

Парень дернулся, глянул на двоюродную сестру, на друга и растерянно хлопнул глазами.

В этот момент в него и влетел Константин, чуть не сбив с ног.

– Выродок! Кто тебя просил⁈ – с рыком произнес он и неумело ударил его в грудь. – Кто дал тебе право вмешиваться⁈

Совершенно потерянный Федор даже рук не поднял, хотя в деревенских драках участвовал.

– Ублюдок! Это было мое испытание! Мое! – рыкнул Кузнецов младший, замахнулся и попытался ударить Горта по лицу, но только едва задел. – Кто дал тебе право вмешиваться?

Не останавливаясь, он еще два раза ударил парня в грудь, отчего тот пошатнулся и растерянно упал на спину.

– Что ты себе позволяешь⁈ – рыкнул Кузнецов старший, подскочивший к сыну.

– То, что считаю нужным! – огрызнулся тот, рванул было к Федору, но тут Семен Гаврилович перехватил его за рукав. – Это бой за честь! Он не имел права вмешиваться и…

Кузнецов старший рыкнул ему в лицо:

– Так честь не отстаивают! Не так и не здесь! – указал он на толпу, среди которой люди уже поглядывали в их сторону.

Константин злобно глянул на них, потом на Горта, что привстал и глянул на Карла. Тот одними губами произнес ему: «Не вставай!».

– Ненавижу, – процедил он, развернулся и пошел к месту, где ученики уже вставали в положенных местах.

Кузнецов старший проводил его взглядом, затем повернулся к Федору и кивнул.

– Спасибо, – тихо произнес он и направился за сыном.

К Горту подошел Спирит. Карл протянул ему руку и помог подняться.

– Надо было ему в морду дать в ответ, – прошипела Сьюзи рядом.

– Нельзя. Иначе это считалось бы поединком, а так как условий не было оглашено, то это вообще можно было считать дуэлью, – проворчал Карл, осматривая разбитую губу Федора. – Ты все сделал правильно.

Парень ощупал губу, шмыгнул носом и утер его кулаком. Вид у него был потерянный и никакой враждебности или обиды на его лице не прослеживалось.

– А тебе чего? – глянула на Светлану Сьюзи.

Девушка подошла к их компании и взглянула на Федора. Внимательно его осмотрев, она спокойно произнесла:

– В расчете, Горт.

Девушка не стала дожидаться ответа. Она молча развернулась и направилась к брату.

– О чем она? – глянула на двоюродного брата Сьюзи.

* * *

Федор молча стоял на кончике одного из лучей, что нарисовали студенты. Справа от него была Сьюзи, слева Карл.

Вокруг ритуала собрались люди, и сейчас, когда преподаватели столпились вокруг столика с ларем, притихли, следя за ритуалом.

Вот, расталкивая людей, к ритуалу выдвинулась процессия из фельдъегерей. Они создали коридор, давая проход императору.

Правитель прошел к магам в центре, коротко переговорил и встал у ларя, положив на него руки.

Толпа тут же притихла и повисла тишина.

– Именем моим и волей моей! Силой великого дракона и властью его! – громко произнес император и открыл шкатулку.

Воздух тут же загудел от силы. Притихшие зрители вытянув шеи пытались рассмотреть древний артефакт в виде яйца, размером с гусиное.

Император вытащил реликвию и передал ее ректору.

Хофт принял артефакт, поклонился и с гордым видом пошел по кругу, всматриваясь в лица претендентов. Один, второй, третий…

Вот он остановился у Константина и молча протянул ему артефакт.

– Узри силу и прими дар! – громко и торжественно произнес ректор.

Константин поклонился и протянул руки. Как только в них оказалось украшенное золотом и драгоценными камнями яйцо, он вспыхнул, но всего на секунду. Его мантия тут же сменила цвет с черной на серую, покрытую знаками. Эти знаки обозначали год обучения и учителя, которому принадлежит ученик.

Ректор принял артефакт, кивнул и подошел к Светлане.

Федор не смотрел на девушку. Он смотрел в глаза Константина. Тот смотрел на него со смесью презрения, превосходства и искренней ненависти.

Ректор прошел по кругу, осмотрел учеников и вернулся к императору, вернув артефакт.

Следующим был Аристарх Платонович Крот.

Он начал с другого края ритуала, прошелся по претендентам и остановился у Карла.

– Узри силу и прими дар, – произнес он, протянув ему артефакт.

Секунда, и Спирит стоял с улыбкой до ушей, поглаживая красную мантию, покрытую знаками.

Профессор двинулся дальше и остановился напротив Федора. Тот было протянул руку, но он двинулся дальше, остановившись у Сьюзи.

– Узри силу и прими дар! – произнес он.

Федор немного растерянно глянул на двоюродную сестру, мантия которой стала красной. Та вернула артефакт и глянула на него с тревогой.

Один преподаватель шел за другим. Каждый выбирал себе учеников, пока в черной мантии не остался только Федор.

Все преподаватели, стоявшие у ларца для артефакта, прошли по кругу. Единственным, кто не выходил с артефактом, остался мужчина в сером балахоне.

Он весь ритуал простоял рядом с императором, хмуро сдвинув серые брови и внимательно следя за Гортом.

Парень решил было, что он выберет его, но правитель не передал ему артефакта, а положил его обратно в ларь.

– Учитесь прилежно, копите силы! – произнес ректор, кивнул ученикам и в сопровождении преподавателей направился в главный корпус университета.

– Студенты в серых мантиях! – громко произнес студент и поднял руку. – За мной пожалуйста!

– Красные мантии – за мной! – послышалось чуть в стороне.

– Зеленые…

– Фиолетовые…

– А я? – растерянно оглянулся Федор и опустил взгляд на свою черную мантию без каких-либо знаков. – А как же…

Парень рванул за преподавателями, но его остановил старшекурсник в серой мантии с знаком третьего года обучения.

– Куда?

– Там… меня… Я ведь прошел, а меня никто не… – начал было Горт, указывая на ритуал, но студент его перебил.

– Ректор и профессора выбрали достойнейших, – произнес он, глядя на Федора. – Достойнейших из претендентов.

– А как же я? Я ведь тоже прошел, – указал на ритуал Федор. – Я выдержал пламя и…

– Значит, ты недостоин, – глядя в глаза парнишки, произнес студент.

– Я ведь прошел… – со страхом произнес Горт. – Я ведь горел…

Русый парнишка осмотрел его с головы до ног, хмыкнул и произнес:

– Черным мантиям вход в университет закрыт… Навсегда.

Студент молча развернулся и направился в университет, оставив Федора на площади.

Без шансов вернуться домой.

Без крыши над головой.

Без малейшего понятия, что делать дальше.

– Это ведь… шутка… Так ведь не бывает… – растерянно произнес Федор, оглядываясь по сторонам. Карл и Сьюзи исчезли в толпе. Зрители расходились или кучковались вокруг своих героев – выбранных профессорами учеников. – Так не может быть…

Обида и злость поднималась в груди и вставала комом в горле.

Подросток совершенно не понимал, что теперь делать, и почему с ним поступили именно так. Из сельского мальчишки выдернули стержень. Смысл движения вперед.

Опустились плечи, потускнел растерянный взгляд и в уголках глаз появилась слезы.

Федор сел прямо на вымощенную камнем мостовую, шмыгнул носом и уставился прямо перед собой, не понимая, что делать дальше. В глазах защипало, парень еще раз шмыгнул носом, но в этот момент рядом раздался незнакомый мужского голос:

– Как тебя зовут?

Федор втянул носом воздух и не оборачиваясь буркнул:

– Горт Федор…

– Федор Грот, значит…

Парень обернулся и хмуро глянул на мужчину в синем щегольском костюме.

– Меня зовут Кузьма Александрович. Фамилия моя Дербенев. Знаешь, кто я?

– Нет…

– Хорошо. Так даже лучше, – кивнул мужчина, надел на голову синюю шляпу с пером и произнес: – Федор Грот, у меня к тебе есть одно предложение.