Текст книги "Системный рыбак 7 (СИ)"

Автор книги: Сергей Шиленко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 15 страниц)

Глава 20

Ноги сами понесли меня по мосткам, пока площадь за спиной гудела, как улей переваривая демонстрацию и позор Карлона. У распахнутых ворот бывшего склада Хардмидов застыли стражники. Один, бледный до синевы под губами, сжимал копьё обеими руками и смотрел внутрь так, что продолжать держать копьё у него получалось через раз.

– Расступитесь.

Они расступились, не дожидаясь уточнений.

Внутри пахло рыбой. Последние бочки лежали на боку, обручи валялись отдельно, а посреди разгрома, у дальней стены, стоял Рид.

Шерсть на нём поднялась дыбом, два хвоста хлестали по опрокинутой бочке, и металлический отблеск шёл по ним волнами, что резало глаза. Кот замер в низкой стойке над чем-то за своей спиной, прижав уши к черепу. Стоило ближайшему стражнику качнуться вперёд, как он утробно зарычал, и мужик отскочил, едва не роняя шлем.

За спиной кота, в углу, лежала Дина.

Розовая тушка свернулась так плотно, что снаружи остался только панцирь. Купол с перламутровым отливом мерно, еле заметно дышал. Ни морды, ни лап наружу не выглядывало – впервые на моей памяти она забилась туда целиком.

Внутри у меня что-то ухнуло вниз.

– Рид, – позвал я.

Кот повернул голову, и его жёлтые глаза встретились с моими. По связи прилетела серия картинок: Дина заглатывает последнюю вяленую рыбину, оседает на пятую точку и медленно клонится набок, а после прячется в панцирь. Один из стражников сунулся проверить, жива ли она, и получил в ответ утробный рык.

– Молодец, что охранял. Пропусти.

Рид шевельнул хвостом и отошел на полметра в сторону, не спуская глаз с охраны.

Я присел рядом и положил ладонь на панцирь малышки. Под пальцами он отозвался теплом и медленной уверенной пульсацией, так что никаких признаков отравления или травмы в нем не ощущалось.

И тут, в уголке зрения мигнуло синее окно.

ВНИМАНИЕ!!!

Обнаружено прохождение эволюционного цикла вашим питомцем Дина!

Рекомендуется помещение в слот питомцев для безопасного и ускоренного завершения процесса.

Желаете поместить в слот питомца?

Эволюция.

Я медленно провёл пальцами по панцирю и не удержал улыбки. Оказалось, что моя малышка доросла до следующей ступени, а я-то уже прикидывал в голове, каким маршрутом тащить розового тираннозавра к алхимикам среди ночи.

– Рид. Она эволюционирует.

Кот замер, осознал сказанное, и потом оба его хвоста синхронно стукнули по полу. Через ментальную связь пришёл образ Дины, растущей на глазах, и радужный восклицательный знак. И за этим чувствовалось стоящее тепло.

– Желаю.

Панцирь растаял на ладони золотистым маревом. Интерфейс Системы моргнул, и в звёздном море души привычный силуэт Дины из серого стал красочным, а затем сменился на аккуратное яйцо.

Время до завершения эволюции: 35 часов 59 минут 55 секунд

Только начавший восполняться после применения техники резерв духовной энергии снова разом просел до дна. Будто из бочки выдернули затычку. Я качнулся, ухватился за край ближайшей полки и присвистнул.

Я уже и забыл, насколько прожорлива эта девочка. Даже в спящем состоянии. Ладно, мой резерв всё-равно накопится в будущем. Главное сейчас, что она в безопасности.

У ворот зашуршали шаги. Арад, Хельмут и Герхард появились в проёме, и лица их выглядели слегка обеспокоенными.

– Ив. Что со зверем? С ней всё в порядке? – старейшина осторожно заглянул внутрь и нашёл взглядом Рида.

– Ничего страшного. Проходит эволюцию. Убрал к себе в море души.

Хельмут стиснул челюсть, посмотрел на опустошённый склад и промолчал.

– Претензий к поселению у меня нет, – добавил я, поднимаясь. – Спасибо за гостеприимство.

Герхард коротко кивнул, и в его единственном глазу мелькнуло облегчение. Рид поднялся, потянулся всей металлической тушей, да так резво, что ближайший стражник втянул голову в плечи, и неспешно пошёл следом за мной к выходу.

До хибары Герхарда мы добрались в тишине. Ночь легла на мостки холодной плёнкой, и я завалился на лежанку, не снимая одежды. Рид улёгся рядом и сунул тяжёлую голову мне под локоть.

Тихое урчание этого живого двигателя убаюкало меня за пару минут.

…

Утро встретило нас прохладным ветром и привычным ароматом мокрого дерева.

Мы с Ридом вышли на мостки, когда солнце ещё цеплялось за крыши восточных хибар. До открытия «У Реки» оставалось часа четыре, и Марен уже ждала у крыльца с корзиной.

У самых ступенек переминался с ноги на ногу здоровый детина. Высокий, плечистый, в чистом жилете, с охотничьим ножом на поясе. Он то поднимал руку к дверному косяку, то одёргивал её, а на лице у него то появлялась решимость, то тут же сменялась смущением.

– Тобиас.

Парень вздрогнул и обернулся.

– Ив! Я тут… это…

– Ты это что?

Я скосил глаза на Марен. Она опустила взгляд в корзину с заготовками, и её щеки покрылись румянцем. Тростниковый браслет пошёл по запястью быстрее.

Ага. Картина складывается.

– Хотел помочь с открытием, – выпалил Тобиас. – Если нужна пара рук…

– А что умеешь?

– Ну… я это… – Тобиас шумно выдохнул и, воспрянув духом, принялся перечислять, загибая пальцы. – Рыбалка на любой глубине, охота на водных монстров до девятого уровня, разделка туш, хребтов и чешуи отдельно, починка сетей за полчаса…

Я слушал его вполуха и одновременно оглядывал фасад. Пристройка получилась опрятной: свежие доски, резная вывеска с котелком и рыбой над дверью. Вот только не хватало одной важной детали, чего-то такого, что зацепит взгляд прохожего с соседних мостков.

А именно, нормальной вывески и красочного меню с картинками блюд.

– … а ещё могу рубить древесину и ставить дом на сваях за трое суток…

– Рисовать умеешь?

Он осёкся на полуслове.

– Рисовать?

– Да. Углём, чернилами, чем угодно, главное чтобы получались понятные зарисовки и контуры.

– Эм… – он почесал затылок. – Думаю смогу. Монстров зарисовывал, мели для карт. А зачем?

Я кивнул на пустой кусок стены у входа.

– Нужен большой плакат меню. Красочный, с картинками каждого блюда. Объявление прочитают пять грамотных рыбаков из пятнадцати, а картинку увидят все.

Глаза у Тобиаса загорелись.

– Справлюсь. Дайте мне кисть и бумагу.

– Марен, найдутся у тебя склянки с красками и бумага?

Марен кивнула и повела Тобиаса внутрь, всё ещё сосредоточенно изучая содержимое корзины. Рид скользнул за ними и вскарабкался на верхнюю полку у окна, откуда открывался лучший обзор на улицу.

Я зашёл следом.

Зал в нашем бистро был небольшим: пять столов, дощатый пол, побелёные стены. У задней стены стоял каменный очаг, сложенный местными. Марен присела перед ним, сунула щепу в поддувало и высекла искру.

Дым повалил жирным клубом и пополз по потолку.

– Стоп.

– Что-то не так? – обернулась Марен.

Я принюхался и поморщился. На таком очаге через месяц работы весь зал пропитается сажей так, что даже лучший соус в мире не перебьёт вонь. А духовная рыба на открытом пламени теряет половину энергии уходящей в пар и дым, и я уже видел это в «Серебряном Котле».

– Такая печь для нашего ресторана не годится.

Марен озадаченно моргнула.

– Но у всех такие. И в «Серебряном Котле», и у сушильщиков.

– Вот поэтому у них рыба по вкусу так себе. У нас должен быть ресторан не как у всех, а лучше.

Она открыла рот, закрыла и задумчиво посмотрела на очаг.

– Работайте над заготовками и меню, – я запахнул куртку. – Я на рынок, найду, на чём будем готовить.

Рид лениво приоткрыл один глаз с полки, проводил меня взглядом и снова прикрыл.

Толкнул дверь и вышел обратно на мостки. Прохладный ветер с озера ударил в лицо, и я зашагал в сторону северных причалов, где с утра уже гудел торговый ряд. Посетителей и торговцев сегодня было заметно больше, чем в прошлый мой приход.

Я прошёлся между рядами, спрашивая у каждого второго торговца про артефактные печи и всё, что работает на духовной энергии. Местные пожимали плечами, мяли бороды и отправляли меня к заезжим, потому что «у них такое бывает, а у нас тут простота».

На середине ряда взгляд зацепился за прилавок тканей, где на деревянной планке висела широкая алая лента. Я остановился, взвесил её в пальцах, и невольно представил ленту перед воротами ресторана. Хм, а это отличная идея.

– Сколько просите?

– Тридцать медных.

Я отсчитал монеты и убрал покупку в перстень.

Лавка «Трёх Течений» стояла там же, под синим тентом. Торговец узнал меня, заулыбался и развернул передо мной три образца походных печей.

Две первые оказались обычными чашами на треногах, с открытым пламенем и решёткой сверху, и разница между ними сводилась к двухъярусной заслонке у одной из них. Ни та, ни другая мне не подходили.

А вот третья меня зацепила. На низкой подставке лежал плоский каменный круг, испещрённый рунами по всей поверхности, и при этом ни углей, ни пламени, только нагревающийся под ладонью камень.

– «Печь пяти духовных огней красной цапли», – торговец понизил голос почти до шёпота. – Работает на чистой духовной энергии. Пять режимов нагрева, от томления до сильного жара. Никакой копоти.

– В чём подвох?

– Да сам камень, правда он боится резких перепадов температуры. Ронять нельзя, обливать холодной водой на раскалённой поверхности тоже. Обращаться нужно бережно.

Я провёл ладонью по рунам и почувствовал тёпло и энергетический отклик.

– Беру.

Расплатился кристаллами и окинул взглядом прилавок ещё раз. Глаз сам зацепился за деревянный лоток с Артефактами Конденсации, точно такими же, как оставил Марен.

– И два таких. Плюс один артефакт связи дальнего действия, усиленный.

У торговца дрогнул уголок рта. От предвкушения крупной выручкой.

– Сделаем.

Пока он упаковывал покупки, я укладывал план в голове.

Убрав покупки, я поблагодарил торговца кивком и двинулся дальше. Вывеска с птицей и конвертом в клюве показалась через два пролёта, и я свернул к двери «Скоропочты».

Внутри меня встретил сухой мужичок в форменной куртке.

– Нужна отправка посылки. В поместье Винтерскай, Южный холм, деревня у реки. Двенадцать часов ходу от Города Персиковой Ветви.

Мужичок сдвинул очки на лоб и присвистнул.

– За водопад, значит.

– За водопадом.

– А, Мёртвые земли, – он снисходительно хмыкнул. – Закалочный край. Там у вас фон энергии, как у нас в луже после дождя.

– Почему мёртвые?

– Для практиков второй ступени и выше они считай пустыня. Местные практики почти все на Закалке живут. Наши старейшины туда не суются, потому что закалкам через водопад к нам спуститься не судьба, а нам там делать нечего. Что закалкам знать о большом мире. Даже не знают о соседнем королевстве своей же империи.

В груди у меня что-то щёлкнуло.

Значит, не дикие земли в каком-то диком краю, а соседнее королевство той же Империи, отрезанное водопадом, который физически не пропускает слабых. И здешние поселения давно живут своей жизнью, глядя на бедных соседей сверху вниз.

А главное, между регионами работает пересылка и добивают усиленные артефакты связи.

И тут у меня вспыхнул ещё один вопрос.

Как Виктор, сидя в деревне на Закалке, управлял филиалами бизнеса по всей Империи? И почему дворецкий не дал мне ни одного такого артефакта перед отплытием?

Забавно, очень забавно. Похоже, по возвращении домой мне предстоит куда более интересный разговор с дворецким, чем я думал.

– Довезёте медальон связи и конденсатор энергии? Ценный груз, в руки адресату.

– До регионального центра наш канал, оттуда курьером. Пятьдесят золотых.

– Согласен.

Я выложил монеты, упаковал артефакты в казённый тубус и вывел на бирке: «Деревня Речная заводь – Ресторан „У реки“. Для Густо Патучини лично в руки».

Мужичок сверил печать, кивнул и убрал тубус в ящик с тремя замками.

На улице ароматно пахло горячим хлебом из соседней пекарни. Я поправил одежду и двинулся обратно к ресторану, на ходу прикидывая, успеют ли ребята к моему возвращению справиться с заготовками. Пора открываться…

Крыльцо «У Реки» встретило меня постукиванием двух хвостов по доскам. Рид приподнял голову, увидел поклажу в моих руках. Судя по связи, «поесть» волновало его сейчас больше, чем «открыться».

– Потерпи, обжора.

Я поднялся на крыльцо, достал из перстня алую ленту, растянул её поперёк крыльца и закрепил узлы на резных столбах. Серебряная нить по кромке поймала утренний свет и блеснула на весь пролёт мостков. Тётка с корзиной невольно повернула голову.

Вот теперь похоже на торжественное открытие ресторана.

Толкнул дверь. Марен раскатывала тесто у стола, Тобиас прилаживал у окна плакат с дымящимся хинкали и подписью «1 единица энергии за три штуки». Хм… а неплохо, такой талант в парне пропадал. Может нафиг ему вся эта подводная охота на монстров?

– Подойдите-ка.

Оба обернулись, и я выложил на стол каменный круг с рунными насечками.

– Печь пяти духовных огней. Работает на духовной энергии, пять режимов – от томления до сильного жара. И главное, ни копоти, ни чада.

Тобиас присвистнул и сдвинул шапку на затылок.

– У дядьки Эрвина такая же, и он её в Кривое ущелье с собой таскает, когда за монстрами уходит. Такие штуки себе только лучшие отряды могут позволить.

Марен провела пальцами по рунам. Те отозвались тёплым молочным светом.

– Только учтите, – я аккуратно придержал её запястье. – Камень очень боится перепадов температуры. Ронять его нельзя. С ним нужно обращаться очень бережно.

Марен серьёзно кивнула, а Тобиас повторил «бережно» одними губами и вернулся к плакату.

Я прислонился плечом к косяку и наблюдал, как Марен скручивает хинкали тремя движениями, в которых меньше недели назад путались её пальцы.

– Марен, кипяти воду для паровой. Первая партия должна быть готова к открытию.

– Поняла.

Она влила каплю энергии в руны, круг засиял, и Марен поставила на него кастрюлю. Подхватила ведро и пошла к бочке у задней стены.

Полное ведро, обратный путь, свежая половица на стыке.

СКРИИИИИИИИИИ!

Нога Марен вдруг ушла в сторону, доска пружинисто подалась вниз, а вода… Чёрт, она выплескивалась через край прямо на раскалённый камень.

Я рванулся перехватить, но было уже поздно.

Хлопок врезал по ушам.

Вспышка лизнула потолочные балки, пар зашипел, и в ноздри бросило горелым минералом. Когда марево осело, от Печи пяти духовных огней осталось три чёрных осколка и трещина через весь круг.

Твою ж…

Следующий том читать ТУТ: /reader/581607/5525070