Текст книги "Красная мантия (СИ)"

Автор книги: Сергей Ленивый

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 16 страниц)

Я шёл прямо по широкому коридору, мой путь лежал в местный аналог общежития. Но когда я проходил молитвенный зал, мой шаг сбился. Я попытался пройти мимо, но не смог, сердце защемило горечью обиды и желанием хотя бы постоять рядом. В помещении шла служба. Знакомые литании читались и разносились, усиливаясь отражениями от стен. Находящиеся внутри делились на чтецов и всех остальных. Мне очень хотелось присоединиться к первым, но, пересилив себя, я развернулся и двинулся дальше, продолжая читаемую литанию про себя.

В своё первое посещение я по привычке попытался присоединиться к хору, но был оборван и выставлен. Учитель и вовсе ввёл запрет на посещение общих литаний на два месяца за неуважение к обрядам. Уже гораздо позже старик мне поведал, что стать частью хора – это честь и привилегия. Её не так просто заслужить. Каждый раз, когда я считал, что вот-вот пойму этот мир, он давал мне по щам.

Внутренние помещения разительно отличались от тех, что были доступны для трэлов. Металл был ухоженным, часто попадались украшения и расшитые на ткани символы культа. Гораздо реже – рабочие места лекс-механиков и послушников. У наиболее старых когитаторов даже были небольшие молитвенные постаменты с благовониями и свитками с молитвами. Чем более старым и уважаемым был член культа, тем больше выделялось его место. Свечи и масляные светильники были наибольшим шиком, показывая всем вокруг, что хозяин этого места способен тратить немало ресурсов на надлежащее обращение с машинными духами.

Помимо молитвенного зала, здесь было множество других любопытных мест. Общие мастерские, практически полный аналог тех, что были в период моего ученичества. В них не было горы металлолома, но парк станков был больше. Омрачал это только строгий допуск к ним через старшего жреца мастерских. Этот неразговорчивый техновидец выдал мне допуск только к самым общим станкам. Право прикоснуться к остальным нужно было ещё заслужить. Практически везде я сталкивался с теми или иными преградами, связанными с моим низким рангом в культе.

Третьим местом было то, что я назвал общагой. Большой зал был разделён на три яруса с двумя большими колодцами в центре. Моя койка находилась на самом верху, в наименее престижном ярусе. Плотные ряды келий тянулись от одного конца до другого. Внутри каждая из келий была рассчитана на двух послушников или учеников. Помимо двух коек, присутствовал ещё столик, как в поездах, и специальная ниша над ним. Она предназначалась для атрибутов культа, свечей, благовоний и т. д. Самым ценным было наличие двух объёмных шкафов-сейфов. Туда можно было убрать личные и ценные вещи.

Я открыл дверь пластинкой личного ключа. Соседа у меня не было, но это временно и должно было исправиться через пару месяцев. Та же самая пластинка открыла и шкаф. Большая часть полок была пуста. Батареи к лазерному пистолету, немного питательных батончиков и витамины, начатая коробка глетов, они же печеньки. Отдельно лежали завёрнутый в слегка промасленную ткань сервочереп и несколько узлов и механизмов, задействованных в моих проектах. В самом низу была коробочка с Арами. Я высыпал на ладонь содержимое мошны и вернул обратно четыре монеты. Остальное отправилось в коробку. Кинув взгляд на печеньки, ещё раз отметил, что неплохо бы добавить запас воды и непросроченных регенерационных патронов, стоимость которых кусалась.

– Порой каждая мелочь может быть важна, – отметил вслух я и вышел наружу.

Чем ниже был уровень, тем больше было расстояние межу кельями, а соответственно, и выше положение жильца в структуре культа.

В конце коридора на первом ярусе располагались душевые, санузлы и общая столовая. Мне же стоило поторопиться к учителю. Отпущенное самому себе время неумолимо утекало.

Здесь было ещё много залов и помещений, доступ в которые мне был заказан. Генераторный зал, склады, главные системы жизни обеспечения, казармы и арсенал скитариев, посты управления оборонительным периметром. Это была лишь малая часть того, о чём я узнал.

Но было одно место, которое я сознательно не посещал. Хирургено. Аугментации ставить я считал преждевременным и вредным, а расспрашивать генетора, работающего там, опасался. Случай в общей молельне сильно повлиял на меня, и я откровенно дул на воду, обжёгшись на молоке. Мне нужно было больше времени и разговоров со стариком, чтобы глубже вникнуть во внутреннюю кухню культа.

Интерлюдия (Р)

Интерлюдия

Флагман вольного торговца Талуса Мерканта «Коготь»

Талус сидел в своём кресле, закинув сабатоны на массивный стол из дорогих пород натурального дерева. Он смотрел на изящный бокал тонкого стекла в его руке, наполненный изысканным и элитным амасеком. Благодаря особому стеклу свет играл приливами в бокале. Левая рука теребила кончик косы, покоящейся на его груди. Его узкие, аристократические черты лица, выражали глубокую задумчивость.

Совсем недавно он получил ответ от тех, тесные контакты с кем он искал долгие десятки лет. Неожиданно они сами вышли на него. Ему нужно было принять судьбоносное решение. Поставить всё на одну ставку или нет? Промежуточное решение и дробление активов было невозможно. Этот шанс мог вернуть былое величие его роду или же окончательно вычеркнуть его из истории.

Увы, род Маркентов был тенью былого. От прежних флотилий осталась лишь его потрёпанная эскадра. Талусу с головой хватало привычных ксеносов, но им в помощь пришли новые, пожирающие целые миры. Столетие за столетием его род терял корабли в схватках с пиратами и ксеносами, активы – на планетах в борьбе с губернаторами и знатью. Но самое главное: редели и ряды его рода. Меркантов становилось всё меньше и меньше. Прибыли и связей хватало лишь на поддержание текущего, откровенно говоря, жалкого состояния. Талус скрипнул зубами. Его небольшая эскадра потрёпана временем и боями. Ресурсов и денег для ремонта на корабельных верфях нет. Судовая команда и наёмные отряды Механикус только и могут удерживать суда от того, чтобы они не развалились после очередного прыжка.

В один взмах он опрокинул оставшийся амасек в глотку и бережно уложил бокал в футляр. Три фигурных выреза с подушечками занимал всего один бокал. Когда-то его прапрапрадед привёз их из паломничества к самой святой Терре. Но до него дошёл лишь один, последний.

Талус встал, спустился с возвышения, на котором стоял стол, и начал мерить помещение шагами. Тяжёлые шаги его сабатонов глушились мягким ковром. По сути, выбора у него не было и нужно было идти на плотное сотрудничество с локум-фабрикатором.

Нужно было разорвать все поставки руд и металлов. Выкупить или обменять несколько новых шахт. Отказаться от малоликвидных предприятий. Перенаправить все ресурсные потоки на Жао-Аркад. Да он потеряет постоянную финансовую подпитку и часть репутации из-за разрыва сделок. Но запаса товаров и средств должно хватить на десять, а то и двенадцать лет. В обмен на это и некоторые редкие металлы он попросит у шестерёнок оружие, как можно больше оружия.

Сектор страдает от насилия ксеносов, слухи подталкивают ещё безопасные миры вооружаться. В этой ситуации дефицитное оружие станет лучшим товаром. Аристо и губернаторы выстроятся в очередь к нему. Он уже видел, как величаво будет дозволять аудиенции с собой и отказывать тем, кто посмел его оскорбить. Когда Талус смог оторваться от грёз и его мечтательная улыбка слегка подувяла, он вспомнил про суда.

Да, несмотря на орбитальную инфраструктуру, своих полноценных верфей Жао-Аркад не имел. Там строили небольшие добывающие суда и системные транспортники, скорее даже челноки. Но у них определённо были специалисты, способные подлатать его баржу и суда сопровождения.

Нужно посетить систему и обговорить детали предметно. Но сначала следует подготовиться. В его роду считалось неприличным посещать друзей без подарков, тем более будущих друзей.

Решительным шагом вольный торговец покинул свои покои, чтобы отдать новые распоряжения. С сегодняшнего дня его род открывает новую страницу своей истории.

Талус стоял на мостике своего гранд-крейсера типа «Экзорцист» и ждал, пока его группа соберётся вместе. Последний эсминец потерялся два прыжка назад, но торговец питал надежду, что он объявиться позже. Увы, варп в последние годы всё менее предсказуем, но, если судно и экипаж уцелели, они обязательно свяжутся с ним. Сейчас же он остался в сопровождении трёх фрегатов класса «Меч».

Ауспеки его корабля уже успели просканировать систему. Мир-кузня хорошо выделялся, помимо орбитальной инфраструктуры, это была единственная кислородная планета. Вокруг неё вращались три луны. Ещё пять безжизненных планет и крупные астероидные пояса составляли систему. К его удивлению, добыча велась только на астероидах, хотя подобный тип планет обычно имел объёмные залежи ценных руд. Лишь на одной из них была небольшая добывающая колония.

По мере приближения к Жао-Аркад ауспеки выдавали всё более подробную информацию, которую вольный торговец пожирал с жадностью дикого зверя. Орбитальная инфраструктура носила следы боёв и увядания. Тем не менее два орбитальных лифта эксплуатировались весьма активно. Добывающие корабли были странной конструкции и весьма примитивны. Но грузовые швертботы и челноки были вполне имперских стандартов, что вселяло скромный оптимизм.

В общем, у него сложилось впечатление, что мир нуждается в нём не меньше, чем он в нём. Осталось только, чтобы высокомерие высоких договаривающихся сторон не помешало взаимовыгодной работе. А Талусу было что предложить. Трюмы его судна были забиты рудой и металлом, были тут и редкие руды, и всего понемногу. А ещё он рискнул и выкупил часть техники для ремонта. Осталось только заключить выгодную сделку, и он не упустит этот момент.

Исторические зарисовки (к прочтению не обязательна) (Р)

В которой автор занимается копипастом и нагло ломает пятую стену.

«Прибитые к смертельным берегам

Казалось, сама судьба или длань слепой удачи завела экспедицию ковчега основания в систему Жао и заставила колонизировать её. Согласно сохранившимся данным Жао-Аркада, экспедиции, окружённой и увлекаемой вперёд варп-бурями, которые разрушили и вывели из строя двигатели корабля, пришлось аварийно перейти в реальный космос среди неизвестных звёзд глубоко на галактическом юге. Единственная, на первый взгляд, пригодная для жизни планета в пределах досягаемости повреждённого ковчега находилась во внутренней системе белой звезды, которую колонисты прозвали Жао, в системе, наполненной по большей части многочисленными небольшими вулканически активными мирами, газовыми гигантами и протяжёнными паутинами астероидных поясов. То, что неподалёку нашёлся хотя бы один мир, который, казалось, мог стать убежищем, было настоящим чудом и, по всей вероятности, колонисты-магосы посчитали ярко-зелёную поверхность Жао-Аркада своим единственным шансом на выживание, в частности, после того как на трёх его лунах обнаружились крупные залежи минералов, а также возможности для потенциальной экспансии. Однако хоть всё это и было правдой, само убежище оказалось отравленным, поскольку колонисты столкнулись с необходимостью завоевания ниспосланного им судьбой тропического мира смерти.

Из-за того что уровень кислорода в атмосфере Жао-Аркада был намного выше, чем на Терре, естественная среда оказалась крайне токсичной для обычных людей. Преобладающей климатической зоной на планете были тропические леса со значительно колеблющимися температурами и высокой влажностью вследствие непрекращающихся дождей, что не оставило колонистам иного выбора, кроме как изначально расселяться лишь в зоне вынужденной посадки ковчега и отделившихся грузовых секций, которые можно было задраить, дабы укрыться от тяжёлых погодных условий. Вскоре стало ясно, что на Жао-Аркаде существовала жизнь: огромные, росшие с невиданной скоростью членистоногие и змеи, агрессивность которых представляла для экспедиции постоянную угрозу с самых первых дней на планете. Полное истребление колонистов до того, как они успели бы закрепиться, удалось предотвратить лишь благодаря горстке титанов, уцелевших в трюмах ковчега. В этом неустанном «железном дозоре» родился Легио Ксестобиакс, который ещё долгое время будет главным защитником мира-кузницы.

Под разваливающимся остовом ковчега были прорыты глубокие шахты, позволившие, наконец, колонистам покинуть разобранные обломки и построить себе более надёжный дом под поверхностью планеты, подальше от макрохищников, там, где в тщательно регулируемой среде было легче фильтровать воздух. Так была заложена основа первого храма-кузницы. Вскоре за ним последовали другие, когда экспедиция начала с боями распространяться по планете, строя новые биомы и храмы-кузницы по (или скорее под) всей поверхности. После введения в строй первых храмов-кузниц и передачи рабочим-крепостным новых технологий, с помощью которых они могли делать работу эффективнее, с каждым годом стало появляться всё больше храмов-кузниц, благодаря чему всего за одно столетие Жао-Аркад превратился в автономный мир-кузницу. Чтобы отметить настолько важное событие, недавно основанный кабинет верховной домини Жао-Аркада провозгласил начало Первой Конъюнкции, периода, на протяжении которого мир-кузница будет направлять все силы для выхода на полную производственную мощность, а также основания постоянных добывающих и обитаемых баз для крепостных на трёх лунах Жао-Аркада.

Спустя тысячу лет кабинет верховной домини, наконец, объявил окончание Первой Конъюнкции: теперь каждый храм-кузница считался полностью рабочим, население лунных колоний увеличилось до сотен тысяч, и рабочие-крепостные занимались исключительно добычей ресурсов для своих повелителей внизу. После этого настало время Второй Конъюнкции».

А теперь, мой дорогой читатель, дополнение и авторский произвол.

Стоит понимать, что из-за высокого уровня кислорода это вот прямо ужасный мир смерти. Биологическая среда крайне сильно агрессивна не только к чужакам, но и сама к себе. Что говорить, если на первых порах отбиться и выжить получилось только за счёт титанов. Даже знаменитые катачанцы выразили бы своё уважение этому миру. Да, на текущий момент на поверхности есть отдельные фермы, но они представляют из себя крепости. Многослойные оборонительные рубежи, отделённые километровыми вырубленными участками. Их обновление – крайне тяжёлое и затратное дело. На машины и их охрану постоянно нападают из зарослей. Планета не терпит пустоты и пытается покрыть периметр безопасности растительностью. На полях выращивается лишь один-единственный корнеплод. Больше питательных и пригодных в пищу растений нет. Выжигание как мера сдерживания не применяется ввиду своей запретности. Но часть регулярно вырубаемой растительности применяется для создания витаминных комплексов разной степени насыщенности и токсичности.

По сути, если бы не мир смерти, то систему можно было бы назвать золотой жилой, вулканические планеты хоть и трудны в разработке, но богаты на минералы. В том числе и на редкие, которых так не хватает на поверхности планеты и лун.

«Эволюция

После обретения устойчивого притока сырья и победы над окружающей средой Жао-Аркад вступил в новую эпоху неуклонной экспансии и развития, однако и этого оказалось недостаточно, чтобы магосы достигли поставленных целей. Ресурсы, добываемые в лунных колониях, хотя и были полезными, всё же не обладали свойствами, нужными для развития более продвинутых технологий, столь необходимых храмам-кузницам, и поэтому их взгляды обратились к вулканической поверхности соседней планеты Нитос. Зонды-разведчики обнаружили, что в её глубинах таились не только большие залежи полезных ископаемых, но и сырьё, в котором нуждались храмы-кузницы. Более того, население лунных колоний росло по экспоненте, и ресурс их вместимости достиг своего предела, поэтому для предотвращения перенаселения, расточительных зачисток и снижения эффективности начали задумываться о создании поселений рабочих-крепостных в иных местах. Однако первая экспедиция закончится катастрофой и посеет семена будущей вражды.

Верховная домини заявила, что в крепостных колониях не должны узнать о постигшей экспедицию неудаче, остерегаясь, что это повлияет на настроения среди сильно увеличившегося населения, которое отличалось глубокой набожностью и могло счесть гибель судна дурным предзнаменованием либо, того хуже, осуждением Омниссией их повелителей. Мир-кузница сосредоточится на разработке близлежащего Илотарского астероидного поля, которое хоть и было куда менее богатой целью, нежели Нитос, но всё-таки более доступной.

Однако жестокая рука судьбы не оставила Жао-Аркад в покое. Спустя короткое время после Нитосской катастрофы звёздная система пережила мощнейший скачок турбулентности эмпиреев, в окружавшей её пустоте разверзлись варп-шторма вроде тех, что забросили сюда первых колонистов. В колониях начали происходить необъяснимые события: от безвредной авроры, что появлялась в коридорах и пещерах глубинных храмов до случаев одержимости сущностями варпа или внезапных приступов безумия, в частности, среди крепостных, у которых проявлялся дар псайкера. Больше того, одновременно с ростом напряжённости и внутренних беспорядков, словно подпитываемых штормами, на лунные и астероидные колонии начались набеги ксеносов-корсаров. В ответ на это верховная домини провозгласила, что с этих пор приоритетом мира-кузницы станет оборона крепостных колоний и иномировых аванпостов. Это привело к новым раздорам среди храмов-кузниц из-за возросших требований ресурсов от центральной власти, а также слухам о том, не отвернул ли Омниссия свой лик от верховной домини за её неудачи».

Основными ксеносами, с которыми сталкивалась и продолжает сталкиваться Жао-Аркад, стали пиратские флотилии эльдар. Хотя вообще в секторе целая куча ксеносов: орки, тау, демиурги (союзные тау), даже тираниды заглядывают с востока. Стычки с эльдар были крайне серьёзными и масштабными, потому что мир не только смог «выплыть» на переработке их техники, но ещё и, поковырявшись в остатках рыцарей и титанах, пришаманить их элементы к имперской технике. Забегая вперёд, скажу, что это было настолько эффективно, что Легио Ксестобиакс ( из Жао-Аркад) сумел неслабо навалять и отбиться от Легио Мортис (хаоситские титаны) во времена Ереси Хоруса. Хотя информацию об этом стёрли из-за неоднозначной репутации как мира, так и самого легиона титанов.

«Малифика

В эти годы вооружения среди фракций Жао-Аркада особенно возвысился храм-кузница Эминарии. Пока немногочисленным храмам-кузницам, поддерживавшим верховную домини, приходилось довольствоваться трофейными материалами и оружием чужаков, что донимали крепостные колонии, Эминарии прибегла к более радикальным мерам для усиления защиты мира-кузницы. Верховная домини дала кузничному домини храма-кузницы Эминарии, магосу Тациту Проктору, разрешение на отбор и эксперименты над растущим псайкерским населением колоний с целью изучения феномена и попытки его воссоздания. Естественно, полностью воспроизвести его было невозможно, тем не менее Проктору удалось достичь некоторых успехов в улучшении коры автоматонов с помощью «синтетически» прочерченных нервных сеток и собранного мозгового вещества, что позитивно сказалось на отклике и, по всей видимости, сократило предсказуемое время ответной реакции на источник угрозы. То, что технотаинства подобного толка находились под полным запретом Механикум ещё со времён Старой Ночи, явственно говорило о крайних отклонениях в доктрине, произошедших в изолированном мире-кузнице.

Помимо оборонительных укреплений, возводимых другими храмами-кузницами, что участвовали в предприятии верховной домини, каждой колонии начали поставлять гибридных автоматонов Эминарии в придачу к базовым боевым моделям, которые производила храм-кузница Киарии. Следующие рейды причинили уже куда меньше разрушений и потерь среди крепостных, что для всех сопричастных храмов-кузниц стало свидетельством успеха оборонительного проекта Жао-Аркада. При этом несоизмеримо большее внимание досталось храмам-кузницам Киарии и Эминарии, которые, по всей видимости, были не прочь воспользоваться особым расположением верховной домини за значительный вклад в общее дело. Это привело к росту напряжённости между «фаворитами» и другими храмами-кузницами, и Жао-Аркад, вскоре начавший подвергаться практически непрерывным рейдам и опустошительным вторжениям чужаков, стал рвать себя изнутри.

После Киарийских войн верховная домини восстановила контроль над колониями, включая разросшуюся колонию на Нитосе, основанную беженцами во времена конфликта и медленно наращивавшую силу после десятилетий остановившегося развития и развала. Налёты ксеносов сдерживались и отражались, а беспорядки стремительно подавлялись везде, где бы они ни разгорались. Для своего плана верховная домини требовала от храмов-кузниц десятину на оборонительные нужды и реконструкцию, но её подданным, как техножрецам, так и крепостным, по большей части позволялось вести свои дела так, как они считали нужным, если только это не выходило за границы дозволенного».

Я опять с тобой, мой дорогой читатель. Автамотоны получились реально офигенными и даже читерскими. Благодаря псионике они смогли предугадывать атаки и поведение противника. Да это были секунды, возможно, доли секунды, но этого было достаточно для решительного преимущества. Стандартные автоматоны перестали выпускать. Теперь их выпускали только на одной кузне, а остальные поставляли ресурсы и комплектующие. Это подорвало отношение между кузнями и сформировало партию ретроградов, пуритан. Но жёсткая воля единоначалья заткнула всем булки, и новые автоматоны обеспечили безопасность.

«Появление Империума

Контакт с представителями Империума первым установил небольшой аркадский добывающий флот, принявший неизвестный и неопознанный сигнал на древнем терранском языке. Он обещал мир и передавал череду опознавательных кодов, которые соответствовали прибывшим вскоре суднам. Кроме того, в передаче запрашивалось разрешение приземлиться на главную планету системы. Когда добывающий флот передал послание в кабинет верховной домини, ему приказали оставаться на месте и просканировать ауспиками корабли, как только те окажутся в поле зрения, чтобы проверить, человеческие ли они. Пару часов спустя в визуальном радиусе появился первый корабль флота, и горняки смогли подтвердить, что его пилот, поприветствовавший их по гололитической связи, был человеком, а само судно ничем не напоминало обтекаемых убийц-ксеносов, которые так долго досаждали системе.

Корабли принадлежали Экспедиционному флоту легиона Тысячи Сынов, а самой эскадрой командовал капитан Итзаль Апофис из Пятого братства. Приземлившуюся Тысячу Сынов встретила лично верховная домини вместе с сопровождавшим её кузничным домини Тацитом Проктором, которому оказали подобную честь за вклад в выживание Жао-Аркада и соседних колоний. Жао-Аркад был приведён к Согласию без единой капли крови, властители планеты с радостью вступили в расширяющуюся империю и восстановили единство с хоть и далёким, но священным Марсом. Может, это было к лучшему для аркадских Механикум, что их разделяло большое расстояние, откуда Жао-Аркад совсем не походил на сверкающую драгоценность, и его сильные отклонения в доктринальных канонах не были столь очевидны для повелителей Красной Планеты, иначе после контакта с остальным Империумом к ним из центра власти Механикум прибыл бы не обычный посланник-учётчик, а флот военных ковчегов.

Жао-Аркад, который теперь стал удалённым аванпостом неуклонно расширяющегося приграничья Империума, развивался и процветал. Ксеносы, что веками не давали ему покоя, были отогнаны либо уничтожены Армадой Империалис и Экспедиционными флотами, появились новые технологии и шаблоны, в звёздную систему потекли ресурсы, а её покидали уже готовые товары. Взамен на это Жао-Аркаду пришлось отправить в Великий крестовый поход часть Легио Ксестобиакс и десятинных полков, набранных из крепостных. Но, невзирая ни на что, связь с Тысячей Сынов сохранилась. Жао-Аркад стал не просто меньшим миром-кузницей, который попал в сферу влияния XV легиона, но, в отличие от Шензена или Боракароса Люкс, между Тысячей Сынов и аркадскими храмами-кузницами образовался прочный союз. После событий на Просперо несложно понять причины заинтересованности Тысячи Сынов в Эминарии и их автоматонах-гибридах, основанных на псайкерских оттисках. Подобные разработки находились под строгим запретом Механикум, однако Тысяча Сынов всерьёз задумалась над возможностью использования их ради собственных нужд.

Для закрепления новых отношений кузничный домини Тацит Проктор переберётся на Просперо, чтобы продолжать свои изыскания без стороннего вмешательства под присмотром Тысячи Сынов, в то время как на Жао-Аркаде расквартируется небольшой гарнизон Тысячи Сынов. Для верховной домини уход кузничного домини храма Эминарии поможет не только рассеять остававшееся напряжение между изолированными храмами-кузницами своего мира, но также закрепить союз с одним из великих легионов космического десанта. Вскоре сделку заключили, и таким образом Жао-Аркад связал свою судьбу с предателями».

Если вам не надоело читать, то я снова с вами. Ответить на вопрос: считать ли связь с Тысячей Сынов благом или нет, крайне трудно. Я смог бы разглагольствовать на бездну страниц, но не буду. Хочу лишь отметить, что этот период стал золотым для нашего мира. Регулярные поставки ресурсов, в том числе и редких, вскружили голову всем. Да, взамен требовали оружие и полки, но это считалось малой ценой. Именно тогда и началось активное строительство орбитальной инфраструктуры. В принципе, всё произошло как в перестройку. Размах и планы громадные, но потом Империуму стало не до них и всё посыпалось в тарарам. Стоит отметить, что имперский флот настолько тщательно подчистил местное пространство от ксеносов, что на пару тысяч лет про них вообще забыли. Именно с этим связана слабость защиты орбитальных сооружений (помимо того, что все расслабили булки и, по сути, болт забили, пока не клюнул петух).

«Осколки войны

Субхрам Жао-Аркада на Просперо и небольшой оборонительный гарнизон титанов из Легио Ксестобиакс были уничтожены в ходе Сожжения Просперо, но при этом оказали неожиданно мощное сопротивление. Жао-Аркад приговорили к официальному порицанию и изоляции в ожидании флота Механикум для проведения расследования и аудита, который, впрочем, так никогда и не прибудет. В события вмешалась сама война Ереси Хоруса.

Брошенные сами по себе храмы-кузницы опять оказались в той же самой изоляции, в которой провели последние тысячелетия, поэтому Жао-Аркад не примет участия в Ереси Хоруса в качестве сколь либо крупной стороны конфликта. Напротив, следом за низложением и смертью верховной домини после заявления о выходе мира-кузницы из состава Империума, правительство зашло в анархичный тупик. Несколько храмов-кузниц объявили независимость и, чтобы подкрепить свои слова, захватили судна с навигаторами. Отдельные храмы-кузницы покинули Жао-Аркад и стали кем-то вроде наёмников, предлагающих свои услуги всем, кто разделял их идеи, в обмен на деньги либо дары в виде нужных им ресурсов.

С течением войны некоторые из этих храмов-кузниц объединились с предательскими бандами Воителя Хоруса, в частности, легионом Гвардии Смерти с Барбаруса. Гарнизон Тысячи Сынов отбыл задолго до того, как его хватились, забрав вместе с собой всех союзных магосов и рабов. Среди магосов, которые остались в мире своего рождения либо уповая на порядок, обещанный им Империумом, либо просто желая, чтобы их оставили в покое, начала усиливаться и без того значительная паранойя, что привело к зачисткам кузничными домини своих рабов и послушников, которые могли выдать их планы, несмотря на биометрический контроль устройств связи и полную невозможность покинуть храм-кузницу без присутствия её повелителя. Пока война подходила всё ближе к Жао-Аркаду и колониям, многочисленные храмы-кузницы планеты станут последовательными, пусть и небольшими, фракциями обеих сторон конфликта. Мир-кузница вернётся в лоно Империума только во время Великого Очищения, после того как его окончательно обескровят непрестанные распри и карательные атаки».

Итак, ваш аФтор снова с вами. Мир-кузня лежит в руинах, анклавы обособлены, среди них ещё есть еретики. И тут такой красивый прилетает экплораторский флот мира-кузни Металлика, вырезает оставшихся еретиков и остальным тоже раздаёт на орехи. Они проводят зачистку от еритехаи переосвящают кузни. Из всего еритеха остались только часть титанов. И то их опоры уже тысячелетия как недвижимо стоят на одном месте, по сути, они стали статуями, которым поклоняться. На текущий момент мир считается полностью лояльным, но десятину платит не полками, а оружием, техникой, боеприпасами.

Флот он имеет лишь системный. И, по сути дела, заперт в системе. Это связано с тем, что в золотое время усилия были брошены на орбитальную инфраструктуру и верфи. Считалось, что, имея развитые верфи, флот они сами наклепают. По той же причине колонизация и разработка планет системы не проводились. К слову, верфи так и недостроили. А тот флот, что остался после междоусобных драк, добили металлисты.

Помимо лунных колоний, которые почти полностью выработали. есть ещё колония на Нитосе. Это ближайшая планета к Жао-Аркад. Но колония сильно пострадала и малочисленна.

А вот дальше пойдут СПОЙЛЕРЫ. Доктор предупреждает! Если вас устраивает ход повествования в главах до этого, то НЕ ЧИТАЙТЕ зарисовки дальше!

Мир-кузня находится на голодном подсосе по ресурсам. Их едва хватает на десятину и ремонт. Для колонизации нужны крупные пустотные корабли. То есть нужно перевести много ресурсов и людей. А ещё крупное оборудование. Да и неплохо оказать поддержку на первое время, пока не взведутся основные постройки. А таких кораблей нет. Всё, что есть, способно только поддерживать существующее. Да и ресурсов на постройку большого количества новых механизмов как бы нет. Храмы-кузни изолированы и раздроблены, они забыли, как это: работать сообща. Общего совета хватает только на переговоры, связанные с десятиной. В остальных вопросах консенсуса нет.

И тут появляется перспективный магос, который смог наладить взаимодействие трёх расположенных рядом кузнец. Совет кричит: «Нам такое надо!» и двигает его в локум-фабрикаторы всея Жао-Аркад. Но власти у него нет, ни политической, ни физической. И вот, получив доступ к основным данным по храмам-кузням, он видит всю глубину рудного тоннеля и начинает принимать кое-какие шаги, пока не очень большие.