Текст книги "Красная мантия (СИ)"

Автор книги: Сергей Ленивый

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 16 страниц)

Поиски были не долгими и вскоре обнаружилась небольшой шлюз немного утопленный в перегородку. Но возникла седеющая делима никаких запорных механизмом не было. Я лазил и щупал и рассматривал, но не находил способа её открыть. Мои спутники уже начали коситься на меня и вскоре Агнелий решился подойти с советом.

– Прошу меня простить, я так понимаю вы недавно на нашем судне и прибыли с планеты? – Но не дождавшись моего ответа продолжил. – Я видел как жрецы открывали подобные шлюзы тайным наречием!– чуть понизив голос закончил он.

Тайным наречием мог быть только техно лингво, сомнительно, что столь подкованный человек мог спутать его с молитвами и литаниями. А вот правильно названия бинарного языка он может и не знать. Тихо бормоча литания и молитвы я закопался в инфо планшете. Нужно было поправитьпрограмму декодера, что бы она начала выводить технолинву через динамик. Мне катастрофически не хватало времени заниматься всем несущим. Но первая же попытка ознаменовалась результатом.

«Запрос открытия шлюза» – выдал двоичным писком инфопланшет.

«Команда не распознана» – донёсся ответный писк откуда-то с потолка. Понадобилось ещё пол часа попыток, пока не подобрал запрос обеспечивший доступ.

«Открыть доступ к узлу» -

«Доступ открыт» – перегородка сдвинулась в стену и я наконец таки получил требуемое. Эйфория переполняла меня, я разгадал головоломку, а дальше всё обещало быть проще.

Так и оказалось. С небольшого когитатора утопленного прямо в стену я получил доступ не только к данным о давлении в подконтрольный отсеках но и распределяемой мощности и перекачиваемых жидкостях. На закуску получил подробные пикты план-схемы коммуникаций этого узла и состояния аварийных перегородок.

Было три локальных зоны с значительными снижениями давления. В одной из них без скафандра работать было уже не возможно. В остальных давление хоть и падало но медленно, к том уже падение давления в смежных с ними отсеках и туннелях было малым. Это говорило о том, что аварийные системы справляться неплохо. Но как бы мне не хотелось нужно было начинать с самого проблемного места. Там в соседних отсеках давление упало уже до критически низкого.

От дальнейшего изучения меня отвлекли резкие выкрики доносящиеся из туннеля.

Глава 24 Нижние ярусы. часть 2

Нарушителей спокойствия этих туннелей мы застали на перекрёстке. Группа из пяти оборванцев тащила два здоровенных ящика. Было абсолютно не понятно, как они умудряются управляться с ними. Закрадывались мысли о мутантах муравьях способных переносить вес многократно больше своего.

Для них наша встреча оказалась совершенно неожиданной[U1] , несмотря на топающего сервитора заблаговременно избавленного от упряжи. Маркировка на ящиках была затёрта, но бегающие глаза, быстрый обмен взглядами и злость, которая постепенно сменяла растерянность, подводили к не утешительным выводам. Проблемой было то, что мы находились в более узкой части коридоров и тут едва могли разминуться двое, в то время как встреченная группа могла маневрировать более комфортно. Выдвинуть сервитора в первые ряды было тоже затруднительно, этот болван банально раздавит нас по стенкам. Возможно, стоило бы выставить сервочереп как дозорного, но он для меня являлся невосполнимым ресурсом и инструментом, даже в малости рисковать им не хотелось. Я толкнул Агнелия под локоть и он поняв мои действия по своему протиснулся в перёд.

– Кто вы и что в ящиках? – требовательным тоном начал он.

– Я вас спрашиваю, кто такие и что тянете? – его напор и бескомпромиссный тон дали немного времени втянуться в более широкую частьперекрёстка. Если я и мои спутники не особо впечатляли встреченную группу, то вот появившийся сервитор явно заставил их задуматься.

В них начало замечаться отчаянье. И когда я уже думал, что они сбегут шедший самым первым и без поклажи вытащил заострённую железяку.

– Мы идти… жизнь… забывать…– его готик был ужасен, но общий посыл мне был понятен. Агнелий еще перекидывался с ним фразами на той же смеси готика, но чем дольше шёл диалог, тем бродяги становились смелее. Начали появляться дубинки, цепи и другое эрзац оружии. Складывалось впечатление, что договориться не получиться. Сам факт переговоров был принят за слабость, и встреченная группа хотела ею воспользоваться по полной.

Диалог уже давно перешёл на мало разборчивое шипение и угрозы. И последней точкой стал взмах ножа главаря распоровший предплечье Агнелия. Главарь еще стоял с самодовольной улыбкой как хозяин положения, когда глухой хлопок отразившись от коридоров ударил по ушам. Спустя секунду его ноги подогнулись, и он завалился лицом в низ, кровь из разорванного бока мерно забарабанила по трубам коммуникаций, стекая сквозь решётку пола.

Стояла полная тишина, разбавляемая гулом в моих ушах. Я был развёрнут в пол оборота а монструозный револьвер, называемый в этом мире стаббером прижимал к боку, левой рукой схватив его сверху за ствол. Любой другой, классический хват обеспечил бы мне как минимум выбитое запястье. Руки гудели от отдачи, а ствол дымился лёгким дымком. Собрав силы, я взвёл курок, и он отозвался смачным щелчком, оповестив окружающих о своей готовности нести милость Императора.

Вот только, что передо мной была свора собак, грозно скалящая зубы, а теперь только шавки удирающие поджав хвост.

– Прошу меня простить, но вам стоило только показать оружие и всего этого можно было избежать. – Заговорил Агнелий. Второй матрос стоял, молча сжимая в побелевшем кулаке дубинку.

– У тебя была возможность договориться, но ты обосрался. У меня есть задание и его нужно исполнять.Что там? – Махнул я рукой в сторону ящиков. Второй матрос направился к ним и справившись с запорами откинул крышку.

– Жижа для нижних палуб! – А вот у второго ящика он завис на долго. -Уважаемый вам лучше самому взглянуть! -

Дойдя до первого ящика, я увидел, что он наполнен серой жижей, с неприятными прослойками. Если этим питаются на нижних палубах, то мы еще неплохо жили на своих сублиматах и порошках. Но стоило ли обострять из-за ящика дрянной похлёбки? Но все вопросы отпали, когда я заглянул в второй ящик.

Там лежало оружие. Тако же дрянное, как и похлёбка, напоминающие больше пистоли и самопалы. Но когда большая часть матросов вооружена холодным оружием даже такое дерьмо может наделать бед.

– Император милостивый! «Это же бунт!» —произнёс Агнелий. Его предплечье уже красовалось повязкой, с понемногу набухающим алым пятном. – Нужно срочно доложить об этом! – он был крайне взволнован и обеспокоен. Да, неподконтрольный огнестрел – это полное дерьмо, и меня угораздило в него вляпаться!

Но текущую задачу мне никто не отменял. Ремонт броневого пояса продолжается, а соответственно и утечки атмосферы в следствии перегрева и деформации будут только расти.

– Нужно срочно доложить старшему лейтенанту! Это имеет крайне важный приоритет! У вас же есть связь? – Агнелий всё не унимался. – Жрец ты меня слышишь? На мостике об этом должны узнать немедленно! –

– Заткнись уже! – я перевёл дух и убрал стаббер под мантию. Адреналин запоздало выброшенный в кровь отзывался лёгкой дрожью в теле. А осознание, что нас могли банально расстрелять, будь у них это оружие на готове, добавляло мандража.

Нужно было всё обдумать. Оружие оставлять нельзя. Его заберём с собой. Труп тоже может быть полезен, его могут опознать и выйти на след бунтовщиков, если такие вообще существуют. Смущала только бурда…

– Проверьте это дерьмо! – указал я на ящик с пастой. Второй матрос окунул палец, поднёс его к лицу понюхал и слизнул.

–Жижа, как жижа. – пожал он плечами. М-да, нечёткие приказы это проблема самого командира.

– В нутри. Есть ли там, что в нутри? – вызверился я. Агнелий сообразил первым. Недолго думая он перевернул ящик. Жижа расплескалась и начала стекать в низ. На полу осталось три свёртка, запаянные в обёртку от пищевых брикетов.

Разодрав упаковку одного из них, я едва сдержал возглас «Моя прелесть!». Стандартный лаз пистол, с имперским орлом на корпусе. Но 0от литаний, вбитых уже в подкорку, сдержаться не смог. Оружие было исправно и даже с следами консервационного масла. Недолго думая, убрал его в один из карманов под мантией. Это могло мне добавить проблем в будущем, но наличие фабричного оружия на нижних палубах – это угроза куда более высокого уровня! План сформировался быстро.

– Грузите тело в ящик и выдвигаемся к распределительному узлу. – у меня были идеи как от туда связаться с высшим командованием корабля.

До узла добрались споро, но модуль вокс связи не отвечал. Работали лишь технические протоколы связи. Оставалось составить промежуточный отчёт, указать в нём обстоятельства и запросить дальнейшие действия. Ожидание ответа затянулось на добрый час, и он меня не порадовал.

« Директива к действиям:

Оставить захваченный груз и приданный персонал на месте связи. Группа с офицером направленна для расследования.Немедленно преступить к выполнению прерванной задачи.После проведения ритуалов осмотра и ремонта отправить отчёт с ближайшего технического узла»

Во мне росла гулкая злость. При наличии угрозы бунта меня отправляют ещё глубже на нижние палубы, лишая даже символического сопровождения. Возможности ослушаться прямой директивы у меня не было. Сам факт её доставки и ознакомления уже ушёл обратно отправителю.

– Остаётесь здесь и ждёте прибытия офицера. – сообщил я матросам накидывая упряжь на сервитора.

– А как же вы? –

– Мою директиву никто не отменял. –

– Но там же они… -

– Омниссия хранит своих детей – как же мне не хотелось идти в одиночку, но выбора не было на нас «новичков» смотрят очень пристально и используют любой прокол как признак некомпетентности. Внутренняя борьба накалялась день ото дня.

– Храни вас Император. – донеслось мне в спину.

Чем ближе я подходил к броневому поясу, тем меньше становилась гравитация. Уже сейчас используя магнитные ботинки, можно было перемещаться по стенам и потолку. Но это вызывало лёгкие приступы головокружения и потери ориентации. Воздух был разряжен и продвигаться становилось всё труднее. После следующей герметической переборки придётся облачаться в скафандр и оставить сервитора. Он не укомплектован для работ в отсутствии атмосферы.

По мере продвижения сервочереп сканировал состояние внутреннего сегмента корпуса, но признаков прямых утечек не фиксировал. Первая проблема обнаружилась как только мы достигли герметичной переборки. Она представляла из себя вертикальный лист метала при опускании который герметично разделял пространства отсеков. Сей час же он был опущен, но через нижнею часть сифонил воздух. Причиной этому был раздавленный металлический ящик оказавшийся прямо на пути опустившейся створки. Силы удара гермо створки хватило что бы сплюснуть, превратив его в блин, но вот рассечь и запечатать отсек она уже не смогла.

Теперь пришло время облачаться. Низкая гравитация играла на руки, облачиться в скафандр было проще, а расходников можно было утащить больше. Регенерационные патроны, инструменты, сварочник, и батареи к нему. В условиях низкой гравитации пользоваться стаббером мне казалось не разумным. Поэтому вооружился обновкой, несмотря на её не опробованность. Провести бы полные ритуалы разборки и литании умиротворения духа оружия… но времени нет.

Добраться до механизма привода и запустить его особого труда не составило. Поток воздуха резко толкнул меня в спину и только за счёт магнитных ботов я смог устоять. Уже через пару секунд давление в отсеках выровнялось и я смог приступить к работе. Очистив паз от мусора и повторно запечатав переборку, убедился в её герметичности. Перепад давления и снижение уровня кислорода не сказалось на сервиторе. Он так и продолжал стоять истуканом.

– Применить протоколы охраны. Ожидать возращения. – скомандовал сервитору.

– Принято. Приступаю. – Коротко отозвался тот. Помимо тележки с запасами расходников сам сервитор был ценным оборудование и нуждался в защите, благо мог сам себе её обеспечить. Для этого только и следовало что отдать соответствующие команды.

За переборкой оказались мостки с ограждением и техническими выходами на внутреннюю часть корпуса. Площадка тянулась в право и влево насколько хватало зрения. До самого корпуса было метров десять и соединялся он с площадкой мостками примерно каждые триста метров. Подойдя к краю луч фонаря блуждающий то и дело выхватывал монструозные балки которые соединяли корпус с внутренними конструкциями. В верх и вниз пустота уходила метров на восемьдесят.

Открывшийся масштаб поражал. Карта не давала того понимая масштабов с которыми я столкнулся. И как искать места утечек без спец средств я не представлял. Это явно была задача не для обычного ученика.

Слегка изменив директивы серво черепу, отправил его на сканирование. Он был заточен под совершенно другой тип работ, но вот провести поверхностное сканирование и выявить аномалии он мог. И именно с этим и были связаны мои основные надежды. Мы двигались направо от переборки. Я шёл по мосткам и рассматривал корпус из нутри. Он пестрел швами сварки и заплат, сколами и следами усталости метала. Атмосфера почти отсутствовала. Идеальным вариантом казалась дымовая шашка с цветным дымом, но подготовить нечто подобное заранее я не додумался.

Серво череп постоянно сообщал о замеченных отклонениях геометрии, но пока не одно из них не оказалось причиной утечек. Постепенно формировалась библиотека сканов и количество запросов от него снижалось. Первая сквозная трещина была обнаружена спустя час. Небольшая трещина сипела утекающий через неё воздухом. За плавить её заняло не более пятнадцати минут. Но ещё по пути сюда десятки таких же ещё держались, но это только вопрос времени и случая, когда через них начнёт утекать атмосфера. Дойдя до конца этого сегмента, упёрся в ещё одну переборку. На этот раз она была не глухой, а снабжена небольшим иллюминатором. Сифонила небольшая трещина в этом иллюминаторе. Решение было простой, но далось мне не легко. Небольшой кусок клейкой ленты из ремонтного набора скафандра надёжно запечатал трещину.

В руках осталась упаковка от неё, больше по наитию и опыту из прошлой жизни попробовал её нагреть сварочным аппаратом. Атмосфера почти отсутствовала, поэтому упаковка слегка по тлела, выпустив струйку дыма и сразу затухла. Дымок сразу утянуло в сторону от куда я пришёл.

– Слава Омниссии! – Вот оно временное решение проблемы!

Еще три часа я ползал по обшивке заваривая места утечек и наиболее подозрительные места. Успокоился, когда дымок стал мерно расплываться на месте явно не утягиваемый в сторону. Два из четырёх ремонтных пластырей были истрачены. Остался лишь небольшой кусок упаковки. Сожжённый более чем на две трети. Сил почти не осталось. Нужно было сделать перерыв.

Сервитор встретил стандартным рапортом об отсутствии нарушителей, процентом заряда батарей и расхода питательной смеси. Последнее было актуально и для меня. Плоть слаба и её нужно регулярно подпитывать, а в желудке уже изрядно подсасывало и горло давно пересохло. Нужно бы установить поилку в костюм, что-то наподобие гидросистем моего мира. Но где найти время и материалы на все мои хотелки …

Серво череп едва слышно гудел, заряжаясь от портативного аккумулятора. Я же, допивая остатки витаминизированного коктейля размышлял о будущем. Новый дом оказался не таким гостеприимным ка мне казалось раньше. Раскол между адептами произошёл почти сразу. Хозяева не понимали и не принимали наши подходы и методы и даже самый глубокий наш пуританин кажется им радикалом. Из всех учеников, пришедших с экспедицией только двое смогли пока сохранить свой статус. Остальные были низвергнуты на более низкие ступени. Но всё более нарастающее давление, только сплачивает наши ряды. Рано или поздно установиться статус кво. Так как с каждым днём мы восстанавливаем всё больше систем и механизмов, которые столетиями не работали. И главный наш заказчик всё чаще это отмечает, перераспределяя поток поступаемых ресурсов в нашу пользу.

Тело ныло, но нужно было закончить ещё один сегмент с значительными утечками…

Без подлянки не обошлось, стоило мне доложить об окончании выполнении директивы и практически полном исчерпании материалов, как мне поступило распоряжение выдвинуться и заняться ещё одним сегментом корпуса. К моей радости атмосфера в сегменте присутствовала, а из утечек было всего две небольшие трещины. Причиной оказался окислившийся контакт датчика и как следствие сигнал об разгерметизации.

Мчаться и докладывать я не стал. Пусть это будет воля Деус Механикус, и я собирался потратить время на отдых и учёбу. Ведь свободного времени у меня почти не было. В этот раз я уделил время структуре и компоновке корабля. Из интересного выделил, что судно похоже на броненосцы первой мировой. Есть герметичный корпус, который постоянно сифонит и его нужно латать. Есть броневой подбой, который в первые несколько тысяч лет способен обеспечивать герметичность и смягчать удары пришедшиеся на броню. Но требующий периодической замены, так как дубеет и теряет свои свойства. Ну и, собственно, сама броня, принимающая на себя удар.

Замена брони не представляет из себя особой проблемы, это штатная операция для многих верфей и даже частично осуществимая силами экипажа. Замена броневого подбоя это уже более дорогая и трудозатратная операция, чаще всего она проводиться лишь частично, на наиболее старых участках. К тому же новые и особенно лёгкие суда, в последние тысячелетия вообще лишены его. А вот основной корпус целиком не меняется. Это сродни с полной реконструкцией судна и чаще всего это не цели сообразно. Особенно для таких старых судов как проект «экзорцист» Вот и приходиться регулярно восстанавливать его целостность.

Итоговый доклад я отправлял с того же узла, на котором оставил ребят. Не их, не ящиков на месте конечно не было. Но и отсутствие следов драки навивало мысли, что с ними всё хорошо. Мой доклад был принят, а отсутствие новых директив означало, что работа окончена. Ещё часа четыре пути и можно будет отдохнуть на койке.

Стоило нам покинуть нижние ярусы, как градус моей паранои упал. Я позволил себе расслабится и устроиться на изрядно полегчавшей тележке. Сервитор тащил тележку, на которой восседал я уставившийся в инфопланшет и лишь изредка отвлекаясь что бы скорректировать его маршрут. И регулярно кидаемые на нашу процессию взгляды совершенно не смущали.

Спальные места у нас были казарменного типа по дюжине коек в помещении. Скорее всего это была очередная попытка нас ущемить. Но взамен каждому выделили по небольшому закутку на складских ярусах. Размер разнился в зависимости от положения и достижений. Мне достался старый контейнер размером чуть больше гаража. Там то я и оставил тележку. Остатки материалов сложил на полки, а батареи поставил на зарядку. Лаз пистол пришлось убрать в небольшой тайник, совершенно пустой до этого момента. За материалы я совершенно не переживал это считалось нормальной практикой оставить себе до 5% сэкономленного. Тем более списание мне подтверждал один из наших. Но с этим можно было и повременить. А вот вернуть сервитора следовало как можно скорее. Погонщики очень не любили, когда их подопечных задерживают почём зря. Стойло встретило меня не привычно. На одном из стендов по обслуживанию был «местный» сервитор. Мы захватили с собой почти сотню, как и стенды для их обслуживания и хвала Омниссии за прозорливость магоса Миртара, главы нашей экспедиции. Местные сервиторы были больше похожи на героев фильмов ужасов, и делались из преступников или просто неудачно подвернувшихся бедняг. Ведь статью всегда можно найти, а неуважение или оскорбление культа подходит для этого как нельзя лучше.

Человеческая составляющая таких сервиторов так и норовила взбрыкнуть, затупить или даже не дай Омниссия ослушаться. Грубые аугментации и отсутствие должного обслуживания сокращали срок их эксплуатации до двух трёх лет.

– Брат Кнуцио, я хотел бы вернуть этого сервитора в стойло. – Кнуцио отвлёкся от работы.

– Тиампер, проходи. Ты же знаешь нужные обряды и летания. -он указал на пустующий стенд.

Хотелось спать, но доверие и отношения нужно поддерживать. Поэтому кивнув я занялся сервитором. Литании проверки, омовения, кормления и масса других затянулись минут на сорок.

Наконец таки закончив и отведя сервитора в место ожидания я направился к Кнуцио.

– Что это делает здесь? – задал я вопрос. Биологическая часть лица погонщика скривилась. Спустя минуту он всё же ответил.

– Их теперь будут нам поставлять. Спаси Омниссия оказаться на столе у этого биолоджикс. Как их культ ещё не вымер с такими специалистами… – Да, даже мне была видна та грубость и топорность к которой были проведены хирургические операции.

– Как он вообще функционирует? –

– Похуже наших, но обряды сервитизации настолько отточены, что сильно исказить или ошибиться в них сложно. Импланты дрянь, уже сменили не меньше сотни биологических компонент, но сам биологический материал вполне неплох, несмотря на небрежность проведения самой процедуры… я с ним поработаю, хорошее обслуживание и если не подведёт биологическая компонента протянет лет пять. Ступай. – махнул он кистью.

Бараки были полупусты. Прошли те славные деньки с режимом дня. Теперь ты работаешь, когда говорят и спишь, когда не работаешь. Формально наш труд оплачивается из казны торговца и мне тоже должны поступать выплаты, но сей час все средства идут на общие нужды. Поддержка от местного культа оказалась настолько мала, что будь её хоть немного меньше, то вражда приняла бы вид открытого противостояния.

Сняв боты и засуну в них портянки намазал травмированные пальцы мазью. Пояс лёг на спинку кровати и стаббер под подушку. Последние время меня начали мучать кошмары, а наличие оружия под рукой неплохо с этим помогало.Сон пришёл сразу, как только голова коснулась подушки.

[U1]

Глава 25 Бунт

Разбудил меня входящий писк инфопланшета. Его частый и высокий сигнал извещал о высоком приоритете самого сообщения. Сон сняло как рукой, но вот натруженная плоть требовала продолжить отдых. Находясь постоянно в среде культа, начинаю постепенно пересматривать своё отношение к плоти. Стоит ли повышенная продуктивность и срок жизни отказа от биологического тела и частички своего я? Жить долго и хорошо хотелось, но то, что сей час культ мог мне предоставить меня не устраивало. А на то, что бы создать, что-то более качественное нужны знания и время. Ни тем, ни другим я не располагал.

Откинув задумчивость, вчитался в призывно мигающее сообщение. Оно пестрело директивами, распоряжениями, ссылками и прочим. Но самое важно было то, что заверялось оно как Магосом Миртрамом , так и старпомом Юцианом Силвалеттэ. Можно сказать, что это был вездеход на уровне бумаги кардинала Решелье. А если опустить всё многословие, то мой доклад о проведённых работах был крайне высоко оценён на самом верху, особенна та часть с пиктами и анализом состояния корпуса. Ещё раз прочитал присланный документ, проверил цифровые печати и ключи, убедился, что об найденном нами оружии там не упоминается ни слова. Объём поставленной задачи поражал. Указывался весь левый борт, а в качестве первоочередных участков назначались зоны с макробатареями, торпедами, антеннами корабельных ауспиков.

Срок был три недели, и как я догадывался именно через это время мы покинем систему и перейдём в варп. Между строк мне читалось «раз такой умный сделай всё, чтобы успеть как можно больше».

Столовая была пуста. Только ёмкости с питательной кашей и витаминизированный напиток, стояли на отдельном столе. Ешь сколько влезет, но загвоздка была в том, что эту гадость приходилось заталкивать в желудок через силу. Параллельно обдумывал, что и где я смогу получить. В стойле я видел сервиторов в сварочном обвесе, они бы мне сильно пригодились. Дымовые шашки или материал, из которого их можно сделать. Регенерационные патроны для системы костюма, ремонтные пластыри, сухой паёк. Может удастся выцепить, что-то специализированное…

Меня прервало поглаживание по бедру, это было настолько неожиданно, что я дёрнулся в сторону. Рядом сидела Панна с протянутой в мою сторону рукой. Одна из немногих женщин в нашей экспедиции, а еще одна из тех кого откатили с ученика до послушника. Она шла по пути биолоджикс, и не смотря на свой возраст двадцати трёх лет и текущий статус послушника щеголяла аугментированным протезом кисти, с необходимыми инструментами.

– Ну я же вижу, реакцию твоей плоти, мне как раз не помешает выброс правильных гормонов, для стабилизации своего эмоционального состояния. Мне кажется и тебе тоже. –

– Плоть слаба. – буркнул я, уже опостылившую истину. Она не была особо привлекательна, но секса хотелось аж до дрожи в конечностях. Пубертат подходил к своему пику, и тело реагировало выбросом гормонов вопреки взрослому разуму. Нравы были свободные, но бояться половых инфекций не стоило, тем более от механикус идущего по пути биалоджикалс. Оставались еще внутренние игры и возможность подставы…

Мои размышления прервали прикосновения к плечам, и массаж шеи. Вот тут я уже не смог сдержать трепет, блаженно сощурившись. Напряжение последних месяцев требовало выхода, и я сдался… Единственным укромным местом была моя мастерская, туда то я и потащил Панну.

Первый секс был быстрым и закончился распитием фляжки паршивого амасека. Его вытащила Панна из поистине бездонных одежд механикус. Её тощее тело, измученное детским недоедание не особо манило, груди почти не было, а вот кое какой опыт чувствовался. Она массировала спину и плачеи давая время на отдых, а я получал от этого удовольствия, наверно не меньше, чем от оргазма.

– почему ты слил жидкость на пол, а не в меня? – неожиданно задала она вопрос. Я что совсем дурак хотелось мне ответить. Но моё молчание было истолковано иначе.

– Ещё в самом начале мой бывший учитель провёл операцию и удалил органы ответственные за размножение. – её тон казался слегка грустным. Но жалость в этом мире – это роскошь для поистине богатых. Поэтому жалеть я её не собирался.

– Бережёного, Омниссии бережёт – недовольно буркнул я, когда массаж прекратился.

– Ты мне не доверяешь? – скорее констатировала, чем спросила она.

– А разве стоит? Каковы твои цели? Чего ты добиваешься? –

– Я думала путь у нас один, служить воле Омниссии, разве нет? –

– Путь может и один, а вот дороги на нём разные. – Молчание затянулось.

– Ты знаешь, материал для сервиторов мы выращивали сами. Это были пустые болванки… здесь всё иначе. Они кричат и хотят жить. Когда я помогаю в вскрытии черепа и удалении лишних участков… их взгляд, полный боли, тоски и мольбы… он, что-то делает со мной. Я не знаю сколько ещё выдержу. Порой мне хочется также удалиться все эмоции из себя. – она опрокинула фляжку с амосеком себе в горло. Допить я ей не дал, вырвал фляжку и опустошил последние глотки. Отойдя, достал из ящика пару галет. Это были перво классные галеты, доработанные мной. Кристаллы натрий хлора достать было не трудно, но вот галеты, присыпанные солью были гораздо вкуснее.

Она сидела на полу обхватив колени и смотрела в одну точку. Я сунул в рот ей галету, приобнял и начал поглаживать по голове. Жалость – это роскошь, твердил я себе, но так хотелось эмоций и человеческого тепла, что я решил позволить себе немного этой роскоши.

– Всё проходит и это пройдёт. С молитвой Богу Машине ты обретёшь твёрдость. Ты привыкнешь. – продолжал успокаивать я её. В тот момент, я не знал к кому были больше обращены мои слова к ней или же к самому себе.

– Еще разок? – спросил я. Ответом мне стал кивок, а на ладонь упала капля.

Мою мастерскую покидала уже уверенная в себе женщина, равнодушное лицо истинного адепта Бога Машины. Но в глубине её глаз, что-то изменилось. Суть этих изменений мне только предстояло понять.

– Ты выглядишь ребенком, но в тебе есть рассудительность и …. Омниссии благоволит тебе. – это были её последние слова перед тем, как она покинула мастерскую.

Потерянного времени было не жаль. Не помню, что бы я ощущал себя на таком эмоциональном подъёме. Но мне предстояло обойти еще не мало мест и подготовиться к работам.

За расходниками проблем не стало, мне выделили всё, что запросил и даже подобрали, кое что из отходов дающее чёрный густой дым. Но вот оборудования просто не было. Всё, что было привезено уже давно роздано более привилегированным членам культа. Кое как смог обзавестись запасной батареей к лаз пистолу и обрезками труб. На них были свои планы. С сервиторами повезло больше. Они были общей собственностью культа и выдавались под конкретные задачи. Поэтому мне обломились целых две единицы заточенные под сварку конструкций и оснащённые дыхательной системой под регенерационные патроны. В открытом космосе они работать не смогут, а вот в разряженной среде вполне себе. На этот раз расходников, сух пая, воды и прочего мы тащили куда больше. Суммарно я рассчитывал провести в рейде не менее недели. Больно уж долгим был путь туда и обратно. Грузоподъёмность возросла в основном за счёт рамочного ранца сваренного под спину сервитора. Хотелось бы, конечно, собрать вторую тележку, но времени для этого уже не было, как и материалов для сбруи.

Текущей моей целью были матросские кубрики у перехода на нижние палубы. С печатью старпома я рассчитывал получить не менее десятка вооружённых матросов в сопровождение, а заодно захватить старого знакомого.

Младший лейтенант, ознакомившись с моим предписанием выделил десяток матросов без особых препирательств. И даже выдача провианта не потребовала усилий. А вот выдавать стабберы он долго не хотел, ограничившись в конце концов четырьмя единицами, лично распределив их. Настоящий бой мне пришлось выдержать ради Агнелия. Тот находился на гауп вахте, и был под следствием. Второго матроса уже успели расстрелять, найдя при обыске запрещённые наркотики.

Лейтенант постоянно связывался с кем-то, уточнял и отказывал мне. Я же апеллировал к печати и распоряжению старпома, взывал к духам машин и выказывал готовность пойти хоть к самому вольному торговцу, если не добьюсь своего.

Спустя битый час, Агнелий таки предстал передо мной. Прошло немногим более суток, а он был измождён, избит и осунулся. Трудно было понять рад ли он видеть меня или проклинает тот день, когда мы повстречались. Матросы получили ножи и стабберы, рюкзаки с провиантом и последние наставления от офицера. Поклажу Агнелия пришлось разместить на сервиторе. Агнелий сопротивлялся, но было видно, что свой груз до места он не донесёт.

На удивление до выбранной зоны провидения работ мы добрались без происшествий. Я уже гораздо лучше понимал логику тунэлей и переходов, расположение технических узлов. Матроссы разговаривали не охотно и старались отделаться общими фразами. А вот Агнелия мне удалось разговорить, правда только после того как мы слегка под отстали от общей группы.