Текст книги "Искатель, 2012 № 12"

Автор книги: Сергей Корогодин

Соавторы: Людмила Лапина,Василий Ворон,Татьяна Косова,Журнал «Искатель»

Жанры:

Газеты и журналы

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 15 страниц)

Назад к карточке книги

– Мой мальчик, передаю твою избранницу в твои крепкие руки, пусть они будут мягкими для сеньориты Самины.

– Благодарю тебя, Лопес!

Рука Саманты очутилась в руке Ричи, он поцеловал её пальчики.

– Что теперь надо делать у вас, католиков? – прошептала Саманта.

– Сейчас пойдём к статуе Пресвятой Девы и помолимся о нашем счастье.

Они подошли к статуе и опустились на колени. Саманта и впрямь стала молиться, просить счастья и благополучия их молодой семье. А Ричи думал о том, что все страхи остались позади и Саманта приняла его таким, каким его сделала жестокая жизнь, не испугалась его взрывного темперамента, а еще больше полюбила и пожалела.

– Пора, детка, возвращаемся к священнику, – нежно прошептал Ричи и поднялся с колен одновременно с Самантой. Он даже не успел ей помочь. Эта самостоятельность и легкость Саманты опять восхитили Ричи. Они подошли к святому отцу, и началась церемония бракосочетания. Священник напутствовал молодых словами Священного Писания. Ричи и Саманта произнесли клятвы...

– Объявляю вас мужем и женой! – священник перекрестил их в последний раз. Начались поздравления родни и гостей – всей съемочной группы. Сеньора Хулия Лопес проливала слезы, целуя Саманту и Ричи.

– Букет, букет! – закричали костюмерша и гримерша Саманты.

– Вот вам букет, – изящно обернувшись, Саманта бросила через голову букет, который ей принесла утром сеньора Лопес. «Жаль, конечно, но традиция. Как хорошо, что в саду ранчо много цветов», – подумала невеста. А в толпе произошла суета. Все руки потянулись к букету, но он целенаправленно угодил в колонну и упал на пол. По инерции близстоящая женщина подняла его и замерла в растерянности. Вокруг раздавался злорадный шепоток:

– Ох, нельзя с пола поднимать букет...

– Не будет счастья...

– Кому?

– А я не верю в приметы. Я вообще замужем!

Но Ричи и Саманта не оглянулись, они под руку выходили из церкви, где их встречала толпа коллег по фильму. Оператор лихорадочно снимал последние кадры. Шутки, смех, цветы под ногами, радостные лица влюбленных. У этого фильма будет счастливый конец.

Чета Лопесов ждала Сарандонов в белом лимузине.

– Наконец мы одни, и балаган окончен, – выдохнул Ричи, помогая Саманте забраться в машину.

– О, Ричи, я так счастлива, – всхлипнула она.

– Не плачь, глупышка, я люблю тебя, – нежно сказал он.

Саманте казалось, что она умирает, голос Ричи проник в ее душу. Позднее она не могла вспомнить ни свадебный завтрак в лучшем отеле Финикса, ни дорогу на ранчо. Она улыбалась гостям, что-то говорила, но видела себя как бы со стороны.

Очнулась она только в спальне для новобрачных, которую сеньора Лопес показывала ей сутки назад. Саманта с удивлением осознала, что сидит на кровати в шелковой рубашке и пеньюаре, а полуобнаженный Ричи стоит перед ней на коленях. Их взгляды встретились, жар пробежал по телу Саманты, и она привлекла мужа к себе властным движением собственницы...

Саманта нехотя открыла глаза. Ее тело было странно легким и расслабленным, а душа витала в облаках. Еще слишком новым был для нее восторг, который она узнала в объятиях Ричи, ей хотелось плакать от наслаждения, когда он любил ее. А в эту их первую брачную ночь он любил ее нежно, сдерживая свою страсть. Телом он поклонялся ей, прижимал к себе с отчаянием утопающего и бесконечной благодарностью за согласие стать его супругой. Саманта могла бы ответить, что мечтала об этом всю свою сознательную жизнь и очень рада занять в его жизни одно из главных мест. Пробудившееся в эту ночь женское чутье подсказало, что ей придется делить любовь мужа с его фамильным ранчо. Ричи пошевелился во сне, и сердце Саманты ускорило бег. Он лежал на спине в полосе лунного света, льющегося в окно. Красота его обнаженного, гибкого, мускулистого тела лишила ее дыхания. Она судорожно вздохнула и потянулась, чтобы сделать то, о чем мечтала с пятнадцати лет – поцеловать его выпуклую грудь, покрытую золотистыми колечками волос. Он мурлыкнул во сне, радуясь прикосновению ее теплых губ. Она лизнула влажным язычком солоноватую кожу мужа, и он простонал, не открывая золотых глаз:

– Ах, Самина, сага mia, еще, пожалуйста, еще.

Яростный вопль разорвал ночную тишину. Кричало большое животное кошачьей породы. Саманта подскочила как ужаленная и соскользнула с постели, чтобы выглянуть в патио – ей показалось, что зверь вопит прямо у бассейна.

– Кто его выпустил? Надо загнать его обратно в клетку, – растерянно и гневно сказала она.

– Не ходи туда, Саманта, – строго произнес Ричи. Она обернулась к нему и вздрогнула от еле сдерживаемой ярости в его голосе. Казалось, в нем прозвучали те же ноты, что и в голосе огромной кошки там, внизу, у бассейна.

Яростный вопль повторился. Саманта дернулась к окну, виновато оглянулась на мужа и ахнула. Показалось ей или нет, что волосы на его груди стали гуще? Ричи приподнялся на кровати, чтобы привлечь к себе новобрачную, но она с визгом отпрянула. Может быть, виной тому был неверный лунный свет, но она ясно увидела, что лицо ее мужа начало удлиняться и клыки блеснули из-под растянувшихся в зверином оскале губ.

– Саманта, останься со мной, – раздался его мурлычущий голос, перешедший в кошачий рык.

Несчастная отшатнулась и завизжала, срывая голосовые связки. На мгновение Ричи замер, потрясенный ее ужасом, а она подпрыгнула, проскользнула в дверь и помчалась по галерее, окружающей патио. Ее босые ноги звонко шлепали по мраморным плиткам, она кричала и выла от переполняющего ее смертельного страха. Но даже сквозь бешеный шум крови, стучащей в голове, она слышала за спиной шлепанье других ног. Ричи, или то, что недавно было Ричардом, догоняло ее. Шлепанье босых ног сменилось мягким звуком прыжков четырех лап, длинные когти зацокали по мрамору. Из широко разинутого рта девушки вырвался вопль ужаса, и ноги ее, слабеющие в коленях, задвигались быстрее. Но оборотень неумолимо настигал свою добычу. Ближе, еще ближе... Несчастная похолодела, уже чувствуя, как острые когти безжалостно вонзаются в ее спину, а острые клыки впиваются в ее хрупкую шею. Ее горячая кровь станет мимолетной забавой чудовищу, в которое превратился ее любимый муж. Конечно, она мечтала слиться с ним воедино, войти в его мысли и сны, принадлежать ему, но не таким страшным способом. Впереди слабо засветился спуск в патио, но мягкие прыжки оборотня настигают ее! С губ Саманты срывались воющие звуки, слезы катились по перекошенному ужасом лицу – смерть ее приближалась. И вот она уже совсем близко! Мощный прыжок и... тяжелая лапа опустится на дрожащую загнанную добычу. Она погибнет, как бедные Дайяна и Лайза-Энн. Когти заскребли по мраморному полу, мощная лапа опустилась на плечо заплаканной девушки. Дыхание ее прервалось, она рухнула на пол, отброшенная назад пронесшимся мимо зверем. Хватая воздух пересохшим ртом, Саманта попыталась подняться на дрожащих ногах, помогая себе трясущимися руками, но не смогла. Со двора доносились яростное рычание и вопли сцепившихся в смертельной схватке зверей.

Миссис Сарандон на четвереньках подобралась к выходу в патио. Вцепившись в мраморную колонну, она с трудом выпрямилась на подгибающихся ногах. Глаза ее не отрывались от ужасного зрелища, происходившего в мраморном дворике у бассейна. И даже ради спасения своей души она не смогла бы заставить себя отвернуться и не смотреть. Два зверя, две огромные кошки сошлись в смертельном поединке, рвали друг друга когтями. С яростно оскаленных клыков текли пена и слюна, гибкие хвосты, судорожно дергаясь, хлестали мраморные плиты и раздувающиеся бока сцепившихся порождений ночного ужаса. В свете полной луны цвет их вздыбившейся шерсти казался песочным, хриплое мяуканье и стонущие, почти человеческие вопли разрезали ночной воздух.

На ранчо проснулись все. На первом этаже флигеля, примыкающего к главному зданию ранчо, уже сорок лет располагалась спальня супругов Лопес. Они покинули постель. Донна Хулия торопливо накинула мантилью, упала на колени перед фарфоровой статуей Мадонны и, заломив руки, просила срывающимся голосом:

– Пресвятая Дева, Господь мой, пощадите моего Рикардо.

Дон Рамон схватил винчестер, стоящий у изголовья кровати, передернул затвор, распахнул дверь спальни и выскочил во двор. Воздух звенел от злобного шипения и горловых воплей борющихся существ, их яростный визг оглушал. Старый дон решил сегодня же покончить с родовым проклятием семьи Сарандон и не растерялся – поднял винчестер к плечу, прицелился в тесно сплетенный клубок кошачьих тел. Выстрелив два раза обычными пулями поверх кошачьих голов, он привлек к себе внимание дерущихся. Два зверя разомкнули смертельное объятье и повернулись к старику. Их глаза горели кроваво-красным огнем, злобный вой вырывался из разинутых пастей, с клыков падала пена. Рамон секунды не промедлил, не дрогнул и выстрелил серебряной пулей в прыгнувшего ему навстречу зверя. Отчаянный рев вырвался из пасти подстреленного, перешел почти в человеческий крик тоски, и чудовище, уже бездыханное, упало на мраморные плиты двора, поливая их своей кровью. Серебряная пуля, собственноручно отлитая Рамоном Лопесом, не подвела и упокоила порождение тьмы. Дальним предком дона Рамона был жрец ацтек, поклонявшийся грозному богу-леопарду. Умение общаться с потусторонним миром перешло через несколько веков по наследству к мексиканцу Лопесу. Второй зверь присел на задние лапы, задрал голову к полной луне, равнодушно взиравшей с ясного неба на порожденную ее светом трагедию, разинул пасть и завыл так, как будто его кошачье сердце рвалось на части. Это прозвучало так невыразимо печально, что Саманта на минуту пожалела зверя, ее собственное сердце перевернулось в груди, и она со стоном осела на ступени лестницы, ведущей в патио.

Она очнулась от удара о мрамор голых коленей и быстро посмотрела во двор, вопреки своему разуму надеясь, что жуткая трагедия, невольной свидетельницей которой она только что была, развернулась лишь в ее воспаленном воображении. Но нет! Убитый зверь лежал темной грудой в луже собственной крови. Дон Рамон прислонил к стене верный винчестер, пересек двор и заключил в объятия своего молодого хозяина. Ричи, принявший человеческий облик и немного растерянный от всего пережитого, позволил себя обнять. Грудь, спина и руки молодого человека были покрыты кровавыми царапинами, плечи покусаны, но лицо его вновь стало человеческим, в глазах погас яростный огонь. Охваченная невероятной надеждой, Саманта воздела себя на дрожащие ноги и крикнула:

– Ричи!

Из ее сорванного неистовым криком горла вырвался только жалкий хрип, но Сарандон услышал почти беззвучный призыв молодой жены и попытался вырваться из объятий своего спасителя.

– Пойду сожгу эту дьяволицу, – буркнул Рамон. Его супруга быстро подала ему покрывало. Мексиканец завернул бездыханное тело чудовища и потащил к выходу с ранчо.

Донья Хулита подбежала с радостным воплем, перекрестила и обняла своего воспитанника, возвращенного из ужасного мира ночных кошмаров и запретных страстей. Он ответил ей ласковым объятием, но, прижимая к груди голову почтенной женщины, обвел двор недоумевающим взглядом, как будто искал еще кого-то из близких людей. Саманта медленно спускалась по ступенькам, ноги ее дрожали и заплетались, лицо было мокро от слез, но глаза светились любовью и надеждой. Сердце Ричи неистово заколотилось в порыве гордости за возлюбленную супругу – она все видела, но не боится его! На глаза молодого человека навернулись слезы счастья, и руки Хулиты разжались, отпуская его. Саманта спустилась с лестницы и бессильно прислонилась к столбику, поддерживающему крышу галереи. Затуманенными от слез глазами она молча смотрела, как Ричи, израненный, окровавленный после страшной схватки, медленно приближается к ней. Ее сердце больно сжималось и трудно билось, но не от страха, а от великой любви, которую не могло вместить. И когда ее избранник подошел к ней, юная женщина молча распахнула ему объятия.

INFO

(407)

2012

Главный редактор

Евгений КУЗЬМИН

Художники

Андрей СИМАНЧУК,

Валерия ПОПОВА

Адрес редакции

127015, Москва, ул. Новодмитровская, 5а, офис 607

Телефон редакции (495) 685-47-06

E-mail real@iskatel.net