Текст книги "Волчий пастырь. Том 2 (СИ)"

Автор книги: Сергей Извольский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 19 страниц)

Заполняемая рисунком карта постепенно превращалась в яркую, живую: лес, стиснутый отрогами Варгрийского хребта, зазеленел, заалел неподалеку шрам разлома. На пергаменте выделенный участок территорий выглядел сейчас так, словно я смотрел на него живым взглядом, с огромной высоты. Изображение между тем видоизменялось: из Разлома, одно за другим, начали появляться потоки как будто раскаленной лавы.

Одно за другим щупальца адского пламени пытались проникнуть на зеленую территорию леса, то останавливаясь сразу, то проникая глубоко за границу. Уходя по итогу из леса, но оставляя за собой черный выжженный след. Догадаться что это, труда не составило – моему взору представала хронология атак демонов, произошедших за последнее время. Четыре крупных прорыва, не считая десятка небольших. Немыслимое раньше количество.

Несмотря на простоту инфографики, я наблюдал за оживающий схематичной картинкой затаив дыхание. Каждое алое щупальце – это атака демонов, это потерянные жизни защитников. Которые словно с цепи сорвались, пытаясь уничтожить старый лес.

Думаю, если бы не поддержка богини, Фегервар бы такого натиска не выдержал. Подтверждая мои догадки, масштаб изображения увеличился, и я увидел карту Запада целиком. Во многих местах загорались зеленые точки, которые словно светлячки потянулись в сторону Фегервара.

Вера отзывает своих жриц на защиту леса – понял я эту демонстрацию. Отчаянный шаг. На коротком отрезке мера действенная, усиливающая защиту, но в перспективе… Сила богини по большей части – это сила веры людей. Поэтому уменьшение числа лечебниц Живы на Западе непременно скажется на мощи богини. Не сейчас, так в скором времени.

Свиток в моих руках вдруг засиял зеленым отсветом. Пергамент, как будто съедаемый жаром, скрутился. Сгорев в холодном зеленом пламени, свиток превратился в пепел, разлетевшийся вдруг по сторонам изумрудными бабочками, исчезающими одна за другой. И во время того, как вокруг меня порхали истончающиеся отблески Сияния, зазвучал знакомый голос:

«Я ошиблась. Времени гораздо меньше, чем я думала. Мне отказали в помощи варгрийский кесарь и император, пришли только новогородцы. Помоги, или мы не выстоим».

Множественный шепот Веры, заключенный в выплеск силы уничтожившей свиток, зазвучал эхом, раздаваясь словно со всех сторон. Я бросил короткий взгляд на спутников – они тоже это слышали. И смотрели на меня сейчас во все глаза. Не решаясь, впрочем, задавать вопросы.

– Располагаемся. Из номеров ни шагу, – произнес я, глядя сквозь пространство вглубь своих мыслей. – Мне надо подумать, дайте мне пожалуйста немного времени.

– Рейнар… – попробовал было обратиться ко мне Кавендиш. Не глядя на него, я только головой покачал, показывая, что мне нужно сейчас побыть наедине с самим собой.

– Выходим, – коротко скомандовала Ливия и по ее команде все, чуть потолкавшись в дверях, покинули номер и перешли в апартаменты напротив. Я же, невидящим взглядом глядя в пол, запустил руки в волосы и пытался понять, что вообще сейчас я могу сделать.

«Помоги, или мы не выстоим».

Очень интересная постановка вопроса. Вера обращалась за помощью к варгрийскому кесарю, к новогородскому князю и к императору. Кесарь и император отказали. Новогородцы помогли.

Это все прекрасно. Но без ложной скромности, пусть и осознавая что далеко не так прост, как кажусь на первый взгляд, ставить меня на одну доску возможностей с кесарем, князем и императором… несколько удивительно, прямо скажем. В то же время Вера не из тех, кто может делать глупости, это очевидно. Значит, если она обращается ко мне в таком ключе, я действительно могу, в свете наших прошлых договоренностей, решить судьбу леса?

Думал я долго. Очень долго. От напряжения мыслей у меня даже заболела голова – я сейчас один за другим прокручивал сотни возможных вариантов своих и наших общих действий. И, на удивление, я понял что действительно могу значительно повлиять на события.

– Эврика! – щелкнув пальцами, повторил я фразу одного из мудрецов Терры. Прокрутив еще раз в уме показавшийся удивительно подходящим вариант, я порывисто поднялся и стремительно покинул номер. Переходя в апартаменты напротив, где меня все ожидали.

Кавендиш и Гаррет сидели за столом, лениво кидая картонки карт. Несса пила кофе, прислонившись к стене, Дженнифер расположилась на диване с книжкой. Ливия, качая ногой, сидела на подоконнике, вглядываясь в раскинувшуюся панораму за окном. Но все вздрогнули, когда в комнате появился я.

Да, что-то я слишком стремительно и громко двигался. Даже петли жалобно хрустнули, так резко и широко я дверь распахнул. Закрыв ее за собой, я обернулся, осмотрев всех.

– Я ухожу, – заявил я с порога и без лишних вступлений.

– Это ты… неплохо начал, – хмыкнул Кавендиш.

– Ты, – показал я на него пальцем.

– Я? – удивленно ответил он.

– Если у меня не получится вернуться, на балу ты будешь главным. Действуй по плану.

– По какому плану? – моментально насторожилась Ливия.

– По нашему плану, – кристально ясным взором посмотрел я на нее. – Улыбаемся и машем, глотаем оскорбления и утешаем себя тем, что хорошо смеется тот, кто смеется последним.

Ливия, по-прежнему напряженная, посмотрела на меня, после на Кавендиша. Который, как и я, ответил ей взглядом невинного младенца.

– Вы знаете, что на кону. И я надеюсь, что у вас хватит ума… – начала было она, но осеклась.

– Мы будем улыбаться и махать герою Финнегану, – в один голос произнесли мы с Кавендишем. И практически одновременно подняли руки, заставив перстни Спарты сверкнуть силой.

Ливия, судя по виду, нам не очень поверила. Все же ума и сообразительности ей не занимать, поняла что-то. Но мы с Кавендишем, пусть и придумав в одну из недавних ночей вариант развития событий с Финнеганом, о своих намерениях не врали. Поэтому Ливия ожидающе кивнула, призывая меня продолжать.

– Кавендиш, если я не вернусь, ты главный, – еще раз повторил я. – И тебе принимать решения.

Последнюю фразу я произнес, внимательно глядя на Ливию. Она в ответ только вопросительно подняла брови.

– А ты можешь не вернуться? – уже переспросил Кавендиш.

– Мне могут не дать этого сделать, – поворачиваясь к нему, отвел я взгляд от целительницы.

До сих пор не знал, стоит ли доверять ей на сто процентов. Богиню что ли спросить? Но ведь Ливия действует с поддержкой Морриган. По всем внешним признакам. С другой стороны, ее татуировка Асклепия… Пусть и выцветшая, но все же, все же.

– А куда ты уходишь? – спросил Кавендиш.

Спросив, он нахмурился – видел, что я вопрос услышал, но не отреагировал. Я же сейчас думал о том, как именно стоит посвящать Ливию в свои планы. Каким образом нужно это сделать, и как получить от нее ответ о ее мотивах.

Ладно, времени немного, так что попробуем без лишних маневров. Напролом. Действуя по принципу полученной мною в Фегерваре штурмовой винтовки: «Враг за укрытием? Не беда, бей через стену, пробивает два метра кирпича».

Усевшись на подлокотник кресла, я как раз и заставил материализоваться в руках штурмовую винтовку – чей ствол смотрел теперь прямо в сидящую на подоконнике целительницу.

– Ливия, – совершенно спокойным тоном обратился я к ней.

– Да? – вопросительно приподняла она бровь, совершенно игнорируя направленное в нее смертельное оружие.

– Какой богине ты служишь?

Вопросу Ливия удивилась. И в ответ очень внимательно на меня посмотрела.

– Это некорректный вопрос, Рейнар.

– И все же.

– У тебя должны быть веские причины для того, чтобы разговаривать со мной в таком тоне, – медленно и спокойно произнесла Ливия. – И прежде чем ответить на твой вопрос, я хотела бы их услышать. И направленная на меня винтовка, из которой ты легко можешь меня убить, если захочешь, это не та причина, которая может заставить меня ответить на твой вопрос, сохранив взаимное уважение.

– Блайд погиб.

После моих слов Ливия вздрогнула. Она побледнела, ее лицо изменилось. Я видел, что девушка потрясена. И видел, что она хочет подтверждения моих слов. Но у индигетов не принято переспрашивать – это воспринимается как урон чести.

– Я видел его смерть в храме Двуликого бога, – произнес я, заставив перстень сверкнуть силой, подтверждая искренность моих слов.

– Остальные? – шепотом спросила Ливия.

– Не знаю. Я видел только его смерть. В Скаргейле, в гостинице где он должен был нас ждать. Блайда убили инквизиторы, без шанса и без права на поединок, поэтому полагаю, что и остальные солдаты отряда не ушли. И я надеюсь, что они мертвы, а не в плену.

Долгое время в комнате стояла тишина.

– Поэтому, – нарушил я молчание, – у меня есть все основания уверенно подозревать, что всех нас в Скаргейле ждет или смерть, или застенки Инквизиции, которая будет судить нас за измену Империи. И я сейчас очень бы хотел, чтобы ты назвала свое истинное имя, имя фамилии, а также бога или богиню, кому служишь, – спросил я, посмотрев целительнице в глаза.

– В семнадцать лет я приняла посвящение как жрица Асклепия. Веру я поменяла, потому что Асклепий и его жрецы меня предали и обрекли на смерть, а Морриган спасла мою жизнь и душу. Я служу ей, и именно по повелению нашей с тобой богини охраняю твою жизнь, – подняла руку Ливия, и ее кисть объяло густое зеленое Сияние. Сквозь которое проглянул непроглядный мрак, широко раскрывшись крыльями ворона.

Морриган ответила, показав свою волю и подтверждая слова целительницы.

– Свое истинное имя я тебе сказать не могу. Также, впрочем, как и ты мне не скажешь свое истинное имя, – едва заметно улыбнулась Ливия.

– Спасибо за откровенность, я это ценю. В свою очередь я сам готов ответить на любой твой вопрос. Если ты, конечно, хочешь обо мне что-то знать.

– На любой?

– Да.

– Даже с истинным именем? – снова как-то загадочно улыбнулась Ливия.

Улыбнулась так, как будто зная что-то, чего не знаю я.

– Даже с истинным именем, – кивнул я.

– Я придержу это право, – серьезно кивнула целительница.

– Хорошо, – кивнул я. И только после этого обернулся к Кавендишу.

– Я сейчас же ухожу во Врангард по неотлагательному семейному делу. И я не уверен, что смогу вернуться до начала бала. Поэтому…

– У тебя топографический кретинизм? – усмехнувшись, поинтересовался вдруг Кавендиш. – Из Врангарда ты не сможешь добраться до Лонгфьорда? Или на пути будут стоять заслоны врагов?

– Я не уверен, что портальная станция будет работать на моем пути обратно. Союзу и Зерна и Стали, если они сейчас играют против нас, невыгодно, чтобы я возвращался в Семиградье на Бал. Портал могут просто закрыть к перемещению, объяснив возмущением Сияния.

– Почему тебя не пустят обратно? – не совсем поняла Несса. Не только она не поняла, судя по взглядам Гаррета и Дженнифер.

– Потому что я отбываю для решения неотложного семейного дела, – выражением выделил я последние слова. – А приказ и мой долг офицера велит мне присутствовать на награждении на Балу Героев. Если меня там не будет, меня можно будет объявить дезертиром. Не говоря уже о том, чтобы пустить информацию о саботировании мною воли императора, с применением санкций к фамилии.

– Но ведь Ливия согласует твое отсутствие.

– Из-за того, как именно Блайд погиб, я полагаю, что предатели, или наши противники, действительно есть в самой верхушке Корпуса. Так что приказ Ливии могут объявить нелегитимным. И отменить не только приказ, но и Ливию тоже. Отменить вместе со мной. И вместе с вами.

– А Никлас? – спросила Ливия.

– Я не уверен, что он в курсе смерти Блайда и действий Инквизиции. Но рисковать и ставить его в известность я не стал. Не маленький, выберется. Так что сегодня, из Врангарда, когда решу вопросы фамилии, я попробую добраться сюда, обратно до Семиградья. Если меня не будет, если я не смогу добраться из Врангарда в Семиградье, значит против нас начали играть в открытую. Значит, вы все сразу после бала просите политическое убежище в посольстве Новогорода. Я вас там найду, у меня есть аргументы для новогородского князя, которые помогут нам получить его протекторат. Но даже если мне закроют путь обратно через портальную станцию Лонгфьорда, я попробую во Врангарде найти того, кто сможет открыть мне портал…

– Рейнар, – прервал меня Кавендиш.

– Да.

– Ты себя в зеркало давно видел?

– Недавно. А что?

– У тебя белые волосы, белые как снег. Ты в курсе?

– В курсе. И что?

– У тебя, еще раз, белые как снег волосы. Это намек на что?

– Это намек на что? – с раздражением переспросил я.

– Это значит, что ты кровь-от-крови Альба.

– И что?

– А если подумать?

– Кавендиш, не тяни кота за яйца, у меня и так мало времени!

– У тебя не только времени, у тебя и сообразительности мало, – протянул Кавендиш, глядя на меня с чувством нескрываемого превосходства. – Хотя, ты ведь и не из Великого дома…

Он не договорил, увидев, что я все понял. Точно. Я действительно не из Великого Дома и совсем забыл один момент: Великие Дома имеют привилегию владеть собственными порталами. Через которые могут проходить только индигеты Великого Дома. А в девяти часах езды от Врангарда есть резиденция Альба, откуда я, теоретически, могу добраться до Рима и Семиградья через порталы Дома Альба.

Надо только сейчас… или лучше из Врангарда, официальный запрос Алисии Альба отправить, чтобы разрешила мне воспользоваться порталом в своей резиденции. Да, сделать это лучше из Врангарда, а не отсюда, чтобы лишняя информация на сторону не ушла.

Проинструктировав остающихся в Семиградье, оставив их на попечении Ливии, я не теряя времени отправился в портальную станцию. И уже через четверть часа после того как покинул гостиницу, после трех переходов оказался на Севере, на другой стороне планеты, выйдя из-под сводов портальной станции Лонгфьорда. Мое появление особой суеты здесь не вызвало, хотя один из хранителей проводил меня долгим взглядом.

Выйдя на улицу, собрался было искать такси, но этого не потребовалось. Более того, я приятно удивился: Десмонд, как я ему и советовал во время нашей последней встречи, вернул адских всадников во Врангард. И сейчас в Лонгфьорде, на главной площади, в торговом представительстве располагалась постоянная миссия стражей границ Западной Варгрии, как теперь наша земля официально называется. Совершенно показательная миссия, всего из нескольких сотрудников, зато охранялись они усиленным контингентом адских всадников. Так что проблем с машиной у меня никаких не возникло, и через два часа гонки на рейдовом внедорожнике я уже выпрыгнул на брусчатку площади перед фамильным замком.

Десмонда нашел в Восточной башне. Он сидел в своем (в моем) кабинете, обложившись бумагами. Мое появление не стало для него сюрпризом – Сияние в небе сегодня слабое, связь работает хорошо, так что о моем появлении в Лонгфьорде ему уже доложили.

– Здравствуй, брат, – приветствовал я его с широкой улыбкой.

– Здравствуй, – обратил на меня все внимание Десмонд, взглядом показывая на гостевое кресло.

– Ты же знаешь, что я собираюсь тебя убить, как только разберусь с делами? – не откладывая темы прибытия в долгий ящик, поинтересовался я.

– Отличное начало, – усмехнулся Десмонд. – Вот прямо так: убить?

– Ну, если будет возможность и мне будет скучно, мы с тобой все же проведем честный поединок, как ты и соврал отцу.

Десмонд после этих слов поморщился – хотя это именно он убивал меня исподтишка, как и врал после нашему отцу, слышать подобное ему было явно неприятно.

– …если же у меня будет немного времени, или плохое настроение, то да, я тебя просто убью. Как только появится возможность и как только твоя жизнь перестанет быть полезной нашей фамилии. Думаю, иллюзий ты не испытываешь и прекрасно помнишь, что я терпеть ненавижу неоплаченные долги.

Да, брат никогда не был умелым бойцом прямых ударов, но в искусстве политических поединков я ему уступаю, и на этом поле меня он переиграет. Так что о том, что я его убью при первой возможности – я совсем не шутил. И он это понимал.

– Но… – внимательно глядя мне в глаза, произнес Десмонд.

– Но у меня для тебя есть предложение, подкупающее своей новизной и перспективами. Даже несколько предложений.

– Говори.

– Во-первых, тебе все же стоило бы попробовать на вкус адское пламя…

Я не договорил, потому что Десмонд качнул головой.

– Уже? – удивился я.

Десмонд, не отвечая, расстегнул китель и оголил плечо, показывая след варгрийского когтя.

– Воу-оу-оу, – удивленно проговорил я.

Десмонд… хотя нет, не удивил. Он всегда был мастером в политике, и если уж зафиксировал издержки, бросив карьеру на Европе, то здесь, вернувшись во Врангард, действовал на полную. Сделав то, без чего уважение от адских всадников заслужить непросто. И все же нанес себе след адского пламени варгрийским когтем.

– От боли не плакал? – не сдержался я от шпильки.

Десмонд не ответил. С каменным лицом он застегнул китель и внимательно посмотрел на меня.

– Переходи к делу, – только и сказал он в ожидании.

– Раз уж ты ты попробовал на вкус адское пламя, то этот пункт отпадает. Следующее: я настоятельно советую тебе сегодня же подать в Ассамблею прошение об исключении меня из фамилии.

Десмонд только брови взметнул. Но я комментировать просьбу не стал, а он не стал спрашивать. Я же сейчас говорил вполне осознанно: ведь если мы и не дезертируем после бала, все равно наш рейд в Дракенсберг с большой долей вероятности может закончиться не очень хорошо. А даже если все получится идеально, это обязательно отразится на нашей фамилии. И лучше от такого исхода подстраховаться. Вернуть прошение из Ассамблеи Десмонд сможет всегда, пусть и с пересудами в обществе. Но это все ерунда – отмыться в случае моего официального дезертирства или неудачи в Скаргейле фамилии будет гораздо сложнее.

– Сделаю. В-третьих? – только и поинтересовался Десмонд.

– В-третьих, и это самое главное, тебе нужно покинуть Врангард.

– Ты же знаешь, что началась война с демонами?

– Оставь здесь Первую бригаду всадников, объяви всеобщую мобилизацию и эвакуацию от границы. Отводи посты на старую линию второго эшелона. За ней Врангард, с помощью Морриган, практически неуязвим.

– За сто лет пока тебя не было, между линиями обороны живет уже больше двухсот тысяч человек, Доминик. Ты предлагаешь оставить их на произвол судьбы?

– Нет. Эвакуируй всех сюда, в Арль и окрестности, отправь часть на левый берег. Обустрой временные лагеря, отдай под заселение наши пустующие усадьбы и казармы всадников, которые уйдут с тобой. Есть решение, нужна только воля к выполнению.

– Двести тысяч человек? Это будет непросто и это будет дорого стоить. Не только нам, но и нашим подданным, которые потеряют все, что нажили на считавшейся безопасной земле…

– Когда война закончится, если мы победим, выплатим всем компенсацию.

– А если проиграем?

– Дес, это война с демонами. Если мы проиграем, то всем уже будет совершенно все равно, компенсации уже не будут иметь никакого значения. Вопрос закроется вместе с концом нашей цивилизации.

– У нас не настолько серьезный бюджет.

– Дес, одни только шахты желтого лириума, которые ты отжал у Альба, окупят все сторицей.

– Мы с них получаем совсем небольшой процент.

– Да? Ты же тут недавно мне как соловей распевал, что увеличил благосостояние фамилии?

Отвечать Десмонд не стал, только глаза опустил.

– Прелестно, – зло выдохнул я. – А кто основной тогда бенефициар?

– Конгрегация.

– Серьезно?

– Ты сейчас меня обвиняешь во лжи?

– Не обращай внимание, это было удивленное междометие, чтобы не ругаться, – покачал я головой.

Вообще, на самом деле, разумно. Инквизиторы не только обезглавили Альба, но и раздербанили их имущество, получив с этого доход. Победитель получает все, это естественный процесс. Но чтобы не гневить Запад, чтобы не вызывать вопросов у индигетов Ассамблеи, инквизиция сделала Десмонда прокладкой. Отдав ему малый процент с шахт желтого лириума, подарив за это должность в Сенате. Иезуитское решение, я вот прямо не удивлен, но впечатлен.

И понятно теперь, почему нашей фамилии, не пользующейся особой любовью в Риме, так легко отдали шахты со стратегическим сырьем – просто потому, что их нам по факту и не отдали. Только на красивой картинке передачу зафиксировали.

Интересно, интересно.

– Покинуть Врангард… – задумчиво между тем протянул Десмонд. – И куда я отправлюсь?

– Твоя отставка с должности канцлера Палаты лордов принята?

– Да.

– Почетный префект Темной стороны Европы?

– Еще нет, но дело времени.

– Лорд-протектор Западной Варгрии? Не сняли еще?

– Не рискнут.

– Знаешь до какой поры не рискнут?

– До какой?

– Пока у тебя есть здесь адские всадники.

– Я думал ты что-то сейчас оригинальное скажешь, – хмыкнул Десмонд.

– Я еще не договорил, – поднял я палец вверх, акцентируя важность своих слов. – Не рискнут, пока у тебя здесь есть адские всадники. Но это только пока. До того момента, как во второй эшелон обороны границ не нагонят легионов, которые не очень хорошо умеют воевать с демонами, зато прекрасно усмиряют внутренние мятежи. Подгонят пару фрегатов с Римским огнем, и вот ты уже вполне договороспособен, и вместо почетной смерти выбираешь почетную, но ничего не решающую должность. И уже после этого, посадив здесь своего губернатора из Рима, наших всадников начнут кидать по границе, регулируя их численность посредством самоубийственных приказов. Пока есть адские всадники, есть и Врангард. Как только из останется совсем немного, исчезнут и эти стены.

– Ты сейчас озвучиваешь очевидные вещи. Думаешь, я этого не понимаю?

– Только почему-то ты этого не понимал, когда превращал Врангард в Западную Варгрию.

– Доминик.

– Да?

– Я еще недавно был канцлером Палаты лордов Сената. Наша фамилия еще полгода назад насчитывала двенадцать полноправных индигетов первого сословия, и нашими было больше пяти должностей высшего круга власти у самой опоры трона. Все рухнуло в один момент – ты вернулся из Посмертия уже не развалины былого величия. Мы были не просто сильны, мы были могущественны, но все разрушила глупая случайность со вторжением демонов в форт Марии-Терезы. Если тебе будет приятно слышать, то и я ошибся, переоценил свои силы. Крушений нашей мощи – моя вина.

– Удивительно, как ты это признаешь.

– Хватит издеваться надо мной, прошу тебя. Погибли мои сыновья и внуки. Прояви хоть немного уважения.

– Я всегда с уважением к фамилии, Десмонд. И я искренне скорблю обо всех ушедших вместе с тобой. Мне отвратен только ты, можешь спросить сам себя почему. Так что смирись и перестань жевать сопли.

– Я не жую сопли! – хлопнул Десмонд по столу.

– И не нервничай так, слюнками меня забрызгаешь. Ты же умеешь в политику, возьми себя в руки.

– Так что ты предлагаешь?

Десмонд, надо отдать должное, действительно взял себя в руки.

– Как ты относишься к тому, чтобы стать царем?

– Царем над кем?

– Лес Фегервар. У меня там знакомая царица, и ей ужас как срочно нужен царь. А если он приведет с собой целый легион адских всадников, который поможет отстоять ей лес от нашествия демонических тварей, это будет прекрасно.

Десмонд задумался. О произошедшем в Фегерваре, о перемене власти, он наверняка уже знал и лишних вопросов не задавал.

– Императору это не понравится, – произнес наконец Десмонд.

– Он сдержит свое недовольство. Ты ведь, в случае санкций ко Врангарду, можешь присягнуть на верность варгрийскому кесарю.

– Рейнары никогда не присягнут на верность варгрийскому кесарю.

– Императору об этом знать не обязательно. Тем более что…

– Что?

– Волки вернулись.

Десмонд не сразу понял и осознал услышанное.

– Что, прости? – переспросил он.

– Что слышал. Варги снова с нашей фамилией. И варги ждут тебя в Фегерваре. Скажешь им, что от меня, и тебя не будут обижать, больно кусая за разные места. Даже будут делать вид, что именно ты старший в фамилии, – позволил я себе еще одну шпильку.

Сложно без эмоций разговаривать с человеком, который когда-то убил тебя ударом в спину. Десмонд, впрочем, на этот мой укол даже внимания не обратил – смотрел расширенными глазами, не в силах поверить в услышанное.

– Десмонд.

– Да…

– Варги. Они вернулись. И они ждут нас в Фегерваре, – произнес я, и поднял руку, заставив блеснуть перстень сиянием силы.

Десмонд мне и без этого поверил, но он был настолько ошарашен, что еще не в силах был обработать услышанную информацию.

– Да, кстати… – вспомнил вдруг я один момент, который постоянно крутился у меня в памяти, и который я постоянно забывал.

– Да?

– Ты же знаешь, какими частями усиливают второй эшелон на границе?

Покопавшись в бумагах, Десмонд передал мне карту, с условными обозначениями всех передислоцируемых частей. Бегло осмотрев щиты с гербами и римскими цифрами легионов, я обратил внимания на девятку у Скаргейла.

Девятый «Ледяной» легион покидает Скаргейл, которому не угрожают твари Разлома. В результате Северный круг остается практически без имперских войск – только личная гвардия маркграфа Дракенсберга и отдельные отряды боевиков Конгрегации. А вот это очень, надо сказать, интересно.

– Дес… – протянул я задумчиво.

– Да?

– Знаешь, что… а выдели-ка своим высоким повелением в мое полное распоряжение три длинных копья адских всадников, отдав их под командование капитана Вальдера. И пришли Вальдера ко мне на инструктаж, а я пойду пока с девочками пообщаюсь.

– С какими девочками?

– Мои сестры, Дес. Дочери Доминика Десмонда, которого ты лишил прав и привилегий, вышвырнув за порог нашего Дома. Девочки, которых ты принял в фамилию. Они вообще здесь?

– Да.

– А как их зовут?

– Ты уже полгода как вернулся из Посмертия и не удосужился узнать, как зовут твоих сестер?

– На мою братскую любовь к ним это не влияет. Так как их зовут?

– Мария и Марина.

– Где они живут?

– Спроси у кого-нибудь из слуг.

– Ты уже полгода как принял в фамилию двух своих внучек, и не удосужился узнать, где они живут в нашем замке?

Десмонд отвечать не стал.

– Я надеюсь у тебя хватит ума взять их с собой? – поинтересовался я.

– Оттого, что я к ним без симпатии, не означает того, что я не признаю в них членов нашей фамилии. И при нужде я могу отдать за них…

– Ой все, заткнись уже, а? Слушать тошно… жизнь он за них готов отдать, – фыркнул я.

– Я всегда делал все ради…

– Слышал, слышал, все ради фамилии. У меня все в порядке с памятью. В общем, собирай пожитки, тебя ждут великие дела, твое будущее величество. Дашь потом корону примерить.