Текст книги "Морской охотник"

Автор книги: Сергей Зверев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 18 страниц)

Глава 32

Джейк Меллинг отключил двигатель. Старый катер по инерции, постепенно теряя скорость, вошел в бухту, укрывшись от посторонних глаз за скалами. Теперь заметить его со стороны моря было невозможно.

– Сергей! Просыпайся! – Меллинг тронул Полундру за плечо. Спецназовец тут же открыл глаза и, ни секунды не медля, поднялся на ноги. Поспать ему удалось совсем недолго. Полундра действовал согласно старому солдатскому правилу – спать надо при первой же возможности и пока не разбудят, поскольку неизвестно, сколько потом времени придется провести на ногах. А сон ему сейчас был ох как необходим.

За прошедшую ночь он отдыхал всего час, а потом их с Меллингом разбудил пожар. Да и за свое плавание к японскому судну энергии Полундра потратил очень много. Именно поэтому, вернувшись из подводного рейда и рассказав Меллингу обо всем, что с ним случилось, Полундра сразу лег на дно катера и заснул, попросив американца разбудить его, когда они подойдут к берегу.

– Как у нас дела? – спросил Полундра, оглядевшись. – Ничего нового?

– Ничего. Только топливо почти кончилось.

– Витька говорил, что у них тут с отцом запас довольно большой, заправимся. Кстати, Витька-то где? – Полундра, прикрыв ладонью глаза от солнца, посмотрел на берег.

– Он уже должен быть здесь?

– Конечно. Посуди сам – сколько времени нас не было и сколько ему нужно, чтобы до поселка добежать и обратно.

– Может, он в будке?

– Может, и так… Эй, Витька! – крикнул Полундра, приставив ко рту ладони, сложенные рупором.

– Я здесь! – донеслось из будки, и тут же показалась встрепанная голова мальчишки. – Я здесь, дядя Сережа!

«Спал, наверное, – подумал спецназовец. – Ну да, ему ведь за ночь отдохнуть удалось не больше, чем нам с Джейком. А побегать еще – порядком».

Витька вышел на берег как раз в тот момент, когда старый катер заскрежетал носом по каменистому дну. На лице мальчишки была искренняя радость.

– Здравствуйте, дядя Сережа! Извините, что я сразу не вышел, я спал.

– Ничего, Витька, – усмехнулся спецназовец. – Это со всеми бывает.

Глядя на мальчугана, Полундра никак не мог решиться задать ему главный вопрос – что слышно в поселке насчет Селезнева-старшего. Но Витька сам заговорил об этом:

– Дядя Сережа, вы моего папу нашли?

– Нет, Витя, – чуть помедлив, ответил Полундра. – А разве он не вернулся на остров?

– Нет, – помотал головой мальчик. Лицо его стало озабоченным. – А японцев вы нашли?

– Японцев нашли, – кивнул Полундра.

На лице паренька появилась тревога.

– Но ведь он шел за ними следить! Как же так – вы их нашли, а его нет?!

– Не знаю, Витя, – серьезно ответил Полундра. – Может, он сам их не нашел?

– Этого не может быть! Папа очень хорошо знает эти места! И он вышел из порта всего минут через двадцать после них. Он бы обязательно их догнал.

Про себя Полундра отметил, что парнишка прав и что его худшие опасения начинают подтверждаться.

– Подожди паниковать, Витя, – вслух сказал он. – Всякое в жизни бывает. Я сам однажды заблудился в городском парке, в котором тысячу раз гулял, – хочешь верь, хочешь не верь.

– Нет! С ним, наверное, что-то случилось!

– Давай-ка вот что сделаем, – Полундра протянул руку к стоявшему на баке мощному радиоприемнику. – Послушаем эфир. Если с ним что-нибудь произошло, то мы об этом хотя бы узнаем.

Несколько минут Полундра возился с приемником, меняя частоту. Он поймал несколько обрывков разговоров по рациям, но ни о Селезневе, ни о его катере не было сказано ни слова.

– Видишь, – сказал он мальчишке. – Про них ничего не говорят. А если бы случилось что, то весь эфир был бы уже переполнен, поверь моему опыту.

Мальчишка чуть успокоился, но глаза у него все равно были испуганные.

– Передаем прогноз метеорологов, – неожиданно раздалось из динамика приемника. – В ближайшие сутки в районе островов Беринга и Медного ожидается солнечная погода. Ветер западный, пять-шесть метров в секунду. Температура воздуха плюс четырнадцать-шестнадцать. Вниманию рыбаков – возможно усиление подводной вулканической активности, вплоть до извержений.

– Может быть, папа в извержение попал? – сказал Витька, услышав прогноз.

– Вряд ли. Он же опытный моряк, – ответил Полундра, подумав про себя, что такие вещи и с опытными случаются. Хотя чего на вулканы грешить, когда более реальная причина исчезновения пограничников вполне вероятна. И эта причина – японцы. Правда, говорить об этом, мальчишке пока, наверное, не стоит. Может, еще все обойдется.

– В общем, Витька, если новостей нет, то это хорошая новость, – подытожил Полундра. – Кстати, ты в поселке давно был?

– Часа три назад.

– Вот! И что ты тогда переживаешь? Может, твой отец уже там.

Лицо мальчика немного просветлело.

– Ладно, ты лучше расскажи, что на заставе творится, – резко меняя тему разговора, спросил Полундра.

– Они уже разобрали остатки того домика, где вы сидели. И знают, что вы живы. Теперь ищут не только дезертиров, но и вас.

– Понятно, – протянул Полундра. – Слышишь, Джейк, – он перешел на английский, – нас с тобой уже ищут.

Меллинг хмуро кивнул – новость была ожидаемой, но слышать ее все равно было неприятно. За всю свою жизнь Меллинг первый раз оказался в бегах, вне закона. Это сильно давило на психику.

– Витька, – Полундра снова повернулся к мальчишке. – Мы сегодня узнали массу интересного о японцах. На всякий случай запомни – с ними дело нечисто. Они ищут затопленный корабль, чтобы снять с него старое химическое оружие. Если с нами что-нибудь случится, сообщи об этом командиру пограничников и в милицию.

– Хорошо, – серьезно кивнул мальчишка. – А зачем им это оружие?

– Не знаю. Но вряд ли для чего-нибудь хорошего.

Скорее всего, они хотят использовать его или против Америки, или против нас. Но мы с Джейком постараемся этого не допустить. А если нам не повезет, то ты подстрахуешь. А сейчас иди в поселок. Узнавай новости и еще…

– Что?

– Принеси нам чего-нибудь поесть. И сигарет Джейку.

– Принесу. Ну так я пойду?

– Погоди, – остановил его Полундра, которому в этот момент пришла в голову интересная мысль. – Витька, помнишь, ты мне говорил, что где-то здесь на дне лежит старая баржа с неразорвавшимися глубинными бомбами?

– Да.

– Где именно, показать можешь?

– Легче легкого. Вон под тем камнем, – паренек показал рукой на тот самый валун, который служил ему ориентиром на пути к бухте.

– Ты, кажется, говорил еще, что саперы эти бомбы доставать не стали из-за того, что была опасность подводного взрыва, который мог вызвать извержения вулканов?

– Ага, – кивнул мальчишка. – Они, правда, говорили, что если их поднимать аккуратно, то бомбы не взорвутся, но вулканологи все равно им это запретили. А зачем вам это?

– Так, есть одна мысль, – уклончиво ответил спецназовец. – Ладно, Витя, беги. И смотри, чтобы вернулся с хорошими новостями!

Мальчишка улыбнулся и пошел к единственной тропинке, которая вела из этого места.

– Что мы из катера-то не вылезем? – спросил американец Полундру, когда мальчик отошел.

– Потому что нам рано вылезать, – ответил тот. – Придется еще поработать.

И он вкратце пересказал Меллингу то, что узнал от мальчика насчет глубинных бомб.

– Ну и что? – спросил Меллинг, дослушав.

– Нам надо поднять несколько штук, – сказал Полундра. – Лебедка на катере есть, а теперь мы еще и японским подводным мотоциклом разжились. Справимся.

– Справиться-то мы, может, и справимся, – хмыкнул Меллинг. – Но зачем нам глубинные бомбы?

– А ты подумай.

Меллинг нахмурился, несколько секунд молчал, а потом вдруг широко распахнул глаза и с уважением посмотрел на Полундру:

– Понял! Слушай, ну ты и придумал!

– Так-то вот. Ладно, давай делом займемся.

С квалификацией Полундры подъем глубинных бомб с затонувшей баржи оказался делом довольно несложным, хотя и очень долгим. Полундра специально работал не торопясь, помня о том, что сапер ошибается только раз. Он, нырнув в бухту с аквалангом, доставал бомбы из трюма баржи, с помощью мотоцикла буксировал их к катеру, прикреплял к спущенному в воду тросу, а потом давал сигнал Меллингу, который управлял лебедкой. Одну бомбу удавалось поднять за полчаса. Можно было работать быстрее, но тогда увеличился бы риск, а на это Полундра идти не хотел. По его глубокому убеждению, без серьезной причины рисковать могут только полные идиоты.

До наступления темноты напарники подняли восемь бомб.

– Все исправные, – сказал Меллинг, осмотрев их.

Старый американец разбирался в боеприпасах времен Второй мировой войны куда лучше своего русского товарища.

– Ну, тогда хватит, – решил Полундра. – Для наших целей должно хватить.

Меллинг кивнул. Они поставили катер на якорь и отправились в будку. Оба товарища были совершенно измотаны работой и заснули, едва коснувшись земли.

Глава 33

– Холодно… – это было первое слово, которое произнес капитан-лейтенант Вячеслав Селезнев, придя в себя.

– Товарищ капитан! – на плечо ему тут же легла чья-то рука. По голосу Селезнев определил, что, скорее всего, это Стае Кожевников, один из его матросов. Селезнев попытался приоткрыть глаза, но даже не сразу понял, удалось ли ему это. Судя по ощущениям – удалось. Но, с другой стороны, он по-прежнему ничего не видел.

– Где мы? – спросил он.

– Японцы, сукины дети, в какую-то камеру заперли, – на этот раз говорил, похоже, не Кожевников, а Леха Калинин, мичман.

Услышав про японцев, Селезнев тут же все вспомнил – и слова Полундры, и свой морской поход вслед за судном Савады Яманиси, и то, что случилось в каюте с монитором. Выходит, глаза у него в порядке, просто в камере темно.

– По-моему, это холодильник, – негромко проговорил Кожевников. – Я стенки пощупал – на них изморозь. И температура, кажется, под минус пять. Эти гады, похоже, нас заморозить хотят.

Кожевников был прав. Помещение, в которое Яманиси велел поместить русских пограничников, и в самом деле было бортовой холодильной камерой. Поскольку судно строилось для научных целей, эта камера была необходима для хранения биологических образцов. Цинично говоря, именно так она сейчас и использовалась.

– Как вы себя чувствуете, товарищ капитан? – спросил Калинин.

– Хреново… – отозвался каплей. Это была чистая правда – у него здорово болел живот и бок, сильно кружилась голова. Кроме того, спина занемела от холода.

– Мы уж думали, что вы не очнетесь.

– Не так просто меня убить, – хмыкнул Селезнев.

– Чем это вы его так разозлили? – спросил Кожевников, . – Вообще, что происходит, товарищ капитан? Откуда у них автоматы, почему они на нас напали?

Только сейчас каплей понял, что его не владеющие английским языком подчиненные из говорившегося в каюте не поняли ровным счетом ничего. Значит, нужно им все быстро объяснить.

– Короче, отвечаю по порядку, – сказал он. – Разозлил я эту макаку тем, что поиздевался над ним как следует. Там, под водой, какой-то аквалангист появился, причем, по-моему, я знаю, кто он. Так вот, он их батискаф испортил и двух подводников убил – вот я над этим и посмеялся.

– Ни хрена себе! – удивленно проговорил Калинин. – Ас какой стати этот аквалангист на них напал?

Он же про нас не мог знать. И кто он такой?

– Опять по порядку. Напал он на японцев потому, что догадался о том, зачем они на самом деле к нам явились. А кто он… На сто процентов не уверен, но, по-моему, это Сергей Павлов.

– Полундра, что ли?! – про легендарного спецназовца знали все североморцы.

– Он самый.

– А откуда он здесь взялся?

– Прислали следить за японцами. И он выяснил, что на самом деле никакие они не ученые, и нужна им тут не стеллерова корова.

– А что?

– А вот теперь слушайте внимательно, – сказал Селезнев. – Дела, парни, хреновые. Эти японцы нашли здесь старую подводную лодку. Их главный там, в каюте, сказал мне, что собирается поднять с нее бомбы с каким-то мощным ядом. А потом он хочет заминировать этими бомбами Курильские острова и Сахалин. И если наши не согласятся отдать их Японии, то он их взорвет.

– Ничего себе… – потрясение выговорил Кожевников. – Яд смертельный?

– На сто процентов.

– Но тогда ведь тысячи людей погибнут!

– Ему по барабану. Говорит, что это будет нам месть за Вторую мировую войну. Кстати, этот яд, по его словам, заражает и море, и землю. Если он взорвет бомбы, то на Курилах лет двести жить нельзя будет. Это станет мертвая земля.

На несколько секунд все замолчали.

– Пододвиньтесь поближе, – вдруг сказал Селезнев. – Нам нужно тепло сохранять, а то мы скоро замерзнем.

Пограничники придвинулись друг к другу и обнялись – все трое. Так в самом деле было немного теплее.

– Значит, острова отравить хочет, – процедил сквозь зубы Кожевников. – Вот сука! Эх, жалко, что я раньше не знал! Не посмотрел бы на этих гадов с автоматами, врезал бы ему хоть разок по морде.

– Ладно, что теперь говорить. Поздно уже.

– Может, и не поздно… – сказал Калинин. – Мы ведь пока живы, а ты говоришь, что их батискаф Полундра сломал. Значит, они потратят какое-то время на починку. А ведь нас уже, скорее всего, хватились.

– Кстати, мы ведь уже не на якоре стоим, – заметил Кожевников. – Чувствуете качку? Японцы, похоже, куда-то поплыли.

– Знать бы еще, куда… – сказал Селезнев, обхватывая руками плечи. Холодно было уже невыносимо, казалось, что руки и ноги того и гляди превратятся в ледышки.

– А что тут думать. На Медный, ясное дело. Поднять свои бомбы они вряд ли успели, значит, двинули на базу, – рассудительно сказал Калинин. – Скорее всего, им помощь наших нужна, чтобы свой батискаф починить.

– Может, и так… – Селезнев почувствовал, что по его телу пробегает непроизвольная дрожь. Температура, похоже, упала уже градусов до десяти ниже нуля.

– Нужно ждать, пока приплывем, – сказал Калинин. – Японцы тогда наверняка сюда придут. Нужно будет попытаться отнять у них оружие и подать нашим сигнал.

– И как ты собираешься это сделать? – спросил Селезнев, которому уже было так холодно, что он с трудом говорил, а голова почти совсем перестала соображать.

– Подкараулить их у двери. А как только откроют, наброситься на них. Эти желтопузики все щуплые, дашь такому щелбан, он и свалится. Сшибить одного, второго, их телами прикрыться и готово дело.

– У них трещотки, не забывай, – заметил Селезнев.

– Я и не говорю, что нет риска. Но лучше так, чем просто ждать, когда они нас в расход пустят. Правда, Стае?

– Угу, – промычал матрос. Он, как и Селезнев, был более сухощавого сложения, чем Калинин, и поэтому холод действовал на него сильнее.

– Леха, ты правильно все придумал, – с огромным трудом разлепляя губы, сказал Селезнев. – Но, похоже, нападать на желтых ты будешь один. Я уже ни рук, ни ног не чувствую, все занемело.

– Товарищ капитан! – со смесью тревоги и возмущения в голосе воскликнул Калинин. – Как же так!

Держитесь! Давайте тогда что-нибудь делать – хоть приседания какие-нибудь! Может, согреетесь. Давайте, товарищ капитан! Вы можете. Вы должны!

Он все-таки встал. Потом все трое пограничников стали попеременно делать приседания и отжиматься от пола. Сначала это помогло. Но температура продолжала снижаться, и было неясно, сумеют ли они сохранить хоть немного сил до того момента, когда за ними придут японцы.

Глава 34

У посадочной площадки Джона Дональдсона встретил всего один человек. Впрочем, это и неудивительно. Рядовой сотрудник консульства – невеликая птица. А ведь именно такова была легенда цэрэушника.

Когда Дональдсон вышел из вертолета, русский шагнул ему навстречу и протянул руку:

– Здравствуйте. Меня зовут Александр Сенин, я помощник главы администрации Прибрежного, господина Берегова. А вы, видимо, Джон Дональдсон? – по-английски русский чиновник говорил довольно хорошо.

– Да. Добрый день, – ответил Дональдсон, пожимая протянутую руку.

Пару минут они обменивались дежурными любезностями, разговаривали о том, как американец добрался до Медного, о климате острова и о погоде. Потом, посчитав, что вступительная часть окончена, русский сказал:

– Господин Берегов просил меня проводить вас в администрацию поселка. Он ждет вас через полчаса.

– Хорошо, – кивнул цэрэушник, – ведите меня к нему, господин Сенин. Я надеюсь, что наша встреча окажется конструктивной и нам удастся разрешить проблему Джейка Меллинга.

Русский не ответил, но от опытного глаза Дональдсона не укрылось, что по его лицу словно тень пробежала. «Что такое? – подумал он. – Неужели с Меллингом какие-то проблемы?» Однако спрашивать об этом у своего спутника американец не стал – ясно же, что обсуждать эти вопросы он не уполномочен.

В отличие от Морингстона, Берегов принял визитера сразу, как только тот явился, не заставляя скучать в приемной. По-английски он говорил не хуже своего помощника, и переводчик не потребовался.

– Я хотел бы увидеться с мистером Меллингом, – сказал Дональдсон сразу после того, как обменялся приветствиями с русским начальником. – Это возможно?

– Э… Видите ли… – русский замялся.

– С ним что-то не в порядке? – спросил цэрэушник. – Я слышал, что он лежит в больнице. Ему что, стало хуже?

– Нет, – покачал головой Берегов. И, словно бросаясь с обрыва в холодную воду, сказал:

– Видите ли, я просто не знаю, где он сейчас.

– Как это так? – удивление американца было непритворным.

– А вот так, – памятуя о том, что лучшая защита – это нападение, Берегов перешел в наступление. – Ваш соотечественник совершил побег!

– Откуда? Из больницы? Так он уже выздоровел?

– Да, он выздоровел, – кивнул Берегов. – После того как врач выписал его, мы передали его нашим пограничникам, они поместили его под стражу.

– А на каком основании вы обошлись подобным образом с гражданином США? – возмущенно спросил Дональдсон.

– Как это на каком?! – с неменьшим возмущением воскликнул Берегов. – Он незаконно пересек нашу границу.

– Это была случайность.

– А вот это нужно еще доказать. От вашего острова до нашего – расстояние немаленькое. Если бы он сам не двигался в сторону Медного, шторм бы его так далеко не забросил.

– Вы что, подозреваете его в шпионаже?! Но это же бред! Он совсем старик и давным-давно в отставке. Если не верите, можете проверить его документы, они у меня с собой.

– Я ни в чем его не подозреваю и ничего не собираюсь проверять, – заявил Берегов. – Это не мое дело. Я просто хотел объяснить вам, что, передавая Меллинга пограничникам, я всего лишь действовал согласно правилам. Кстати, уверен, что, если бы кто-то из наших рыбаков оказался у вас на острове, вы бы сделали то же самое.

Про себя Дональдсон отметил, что русский совершенно прав.

– Хорошо, пусть так, – сказал он. – В конце концов, это не так важно. Но вы говорите, что он совершил побег. Каким образом?! Меллингу восемьдесят лет, в его возрасте люди не очень подвижны. Каковы были обстоятельства побега?

Вот об обстоятельствах побега американца Берегову хотелось говорить меньше всего. Но, с другой стороны, отмалчиваться было глупо – дотошный янки все равно про пожар разнюхает, слишком много народу о нем знают. Так пусть уж лучше он сам ему скажет.

– Дело в том, что на территории пограничной заставы начался пожар, – нехотя выдавил Берегов. – Одним из загоревшихся строений была гауптвахта.

Меллинг находился там.

– Так он… – начал американец, но Берегов перебил его, прежде чем он успел закончить фразу.

– Мы уже разобрали завалы, оставшиеся после пожара. Его тела там нет – это совершенно точно. Он каким-то образом выбрался наружу, то ли во время пожара, то ли до него.

– Это не может считаться побегом! – решительно заявил Дональдсон. – Меллинг спасал свою жизнь!

– Мы не знаем точно, возможно, он убежал до начала пожара, – повторил Берегов. – К тому же он до сих пор не вернулся.

– Возможно, он ранен. Или обгорел. Может быть, ему нужна помощь. Вы хоть начали его искать?!

– Разумеется. Нигде поблизости его нет. А собака сбилась со следа. Теперь вы понимаете, почему мы осторожничаем? Что бы, интересно, вы подумали на нашем месте?

– На вашем месте я бы не оказался. У нас тюрьмы, где находятся беспомощные старики, к тому же иностранные подданные, не горят!

– Кому другому расскажите, – огрызнулся Берегов.

Дональдсон поморщился, но отвечать резкостью не стал. Ему было совершенно незачем окончательно портить отношения с российскими властями.

– Так значит, – официальным тоном сказал американец после продолжительной паузы, – в настоящее время подданный США Джейк Меллинг находится в розыске?

– Именно так.

– Когда будут достигнуты какие-либо результаты, я прошу сообщить об этом мне. Как официальный представитель США, я буду защищать интересы мистера Меллинга. Со своей же стороны я также предприму некоторые усилия, чтобы разыскать его.

– Погодите-ка! Вы – частное лицо, да еще иностранец! Вы не имеете права вести свое расследование на нашей территории!

– Я и буду действовать как частное лицо, – холодно ответил Дональдсон. – Ни о каком расследовании я не говорил. Просто я буду искать своего соотечественника. Совершенно законными способами. А если найду, немедленно сообщу в вашу полицию. Я уверен, что Джейк Меллинг ни в чем не виновен. Тому, что он до сих пор не вернулся, наверняка есть какое-то логическое объяснение.

Возразить Берегову было нечего.

– Что ж, желаю удачи, – сказал он, откидываясь на спинку своего кресла. Затем Берегов опустил глаза на какие-то бумаги, давая американцу понять, что аудиенция окончена.

Выйдя из здания администрации, Дональдсон остановился на ступеньках и задумался. То, что он услышал, оказалось для него полнейшей неожиданностью. Цэрэушник надеялся быстро отыскать Меллинга и получить от него всю известную старику информацию о японцах. Но теперь выясняется, что Меллинга еще надо отыскать.

"Что ж, будем рассуждать логически, – подумал американец. – Вряд ли этот русский мне лгал – слишком просто все проверить. Значит, Меллинг спрятался где-то на этом острове. Интересно, почему он не возвращается? Может, правда ранен или не может дорогу найти? Все-таки Медный – не такой уж маленький остров, заблудиться здесь вполне реально. Ладно, в любом случае пора начинать поиски.

Сначала нужно опросить тех, кто хоть что-нибудь про старика знал".

Джон Дональдсон был в своем деле профессионалом. За следующие два часа он успел поговорить с очень многими людьми и составить для себя практически полную картину происшедшего. Главным из того, что он узнал, было то, что Джейк Меллинг исчез не один, а вместе с другим сидевшим на гауптвахте арестантом – каким-то русским океанологом, подозреваемым в убийстве. Впрочем, опросив еще несколько человек, цэрэушник понял, что этот Сергей Павлов никаким океанологом не был – весь опыт разведчика говорил ему о том, что этот человек имеет отношение к русским спецслужбам. Иначе зачем бы его послали следить за японцами?

«Зачем же Меллинг пошел с этим русским?» – думал Дональдсон, сидя на скамейке напротив самого крупного в поселке магазина, где он только что купил бутылку пива и чипсы. Он уже опросил всех, кого сумел найти, теперь настало время отдохнуть и переварить добытую информацию.

"Может быть, этот Павлов старика силой с собой потащил? – размышлял янки. – Но зачем? А вот, например, затем, чтобы получить от него информацию, из-за которой я сейчас за ним гоняюсь. Уж если Павлова сюда специально прислали за японцами следить, то он не мог не заинтересоваться Меллингом.

Но куда он мог повести старика? Здесь не Сибирь – остров. Лесов тут нет, спрятаться особенно негде, а русские их ищут всерьез. К тому же им что-то есть надо, где-то спать…"

Дональдсон отхлебнул пива и хотел было продолжить свою мысленную логическую цепочку, но в этот момент его взгляд задержался на мальчишке с большой сумкой в руках, который вертелся у входа в магазин. Этот паренек недавно вышел из него и сейчас о чем-то разговаривал с невысоким коренастым мужчиной средних лет в старой рыбацкой робе. Этот рыбак был уже третьим, с кем мальчишка заговаривал в последние несколько минут. Выглядело это странно – одет мальчик был прилично и на попрошайку нисколько не походил.

Тем временем разговор мужчины и мальчишки подошел к концу. Рыбак отрицательно покачал головой и пошел дальше. Лицо мальчишки было обескураженным, но он не уходил. Теперь Дональдсон, подчиняясь какому-то шестому чувству, стал наблюдать за мальчишкой специально. Вот тот подошел еще к одному мужчине, сказал ему несколько слов – тот что-то ответил и пошел дальше. Мальчишка остался на прежнем месте, оглядываясь по сторонам.

Дональдсон встал с места и двинулся к магазину.

Он решил, что нужно самому выяснить, в чем дело.

Так велел ему охотничий инстинкт, к которому цэрэушник привык прислушиваться. Да и логика, пожалуй, тоже. Вероятность того, что одно странное событие – исчезновение двух арестантов – связано с другой замеченной странностью, довольно велика. И уж, во всяком случае, пренебрегать ею профессионал не имеет права.

Дональдсон сейчас боялся только одного – что его подведет акцент. Он неплохо говорил по-русски – этот язык входил в обязательную программу подготовки агентов, которые должны были работать на Севере. Но мальчишка, хотя бы в первые секунды, не должен заподозрить в нем иностранца, а говорить совсем без акцента он не сможет.

Но эта проблема решилась проще, чем Дональдсон думал. Когда он подошел к дверям магазина, мальчишка обратился к нему сам:

– Дяденька, купите мне, пожалуйста, блок сигарет! Я вам деньги дам!

– Не рано тебе курить? – эту короткую фразу американец сумел произнести почти совсем без акцента. Мальчишка ничего не заметил, а если бы и заметил, мало ли какие у людей дефекты произношения бывают? Догадаться, что это акцент, можно было только обменявшись с Дональдсоном хотя бы парой предложений.

– Я не себе! Я папе покупаю! Ну почему мне никто не верит?! – в голосе мальчика звучала искренняя обида.

«Папе, говоришь? – подумал Дональдсон. – Интересно…»

– Хорошо, я куплю, – он снова сумел скрыть акцент.

Мальчишка радостно протянул американцу деньги. Дональдсон вошел в магазин, протянул купюру толстой женщине, стоявшей за прилавком.

– Блок каких-нибудь сигарет.

– И не стыдно тебе? – с неприязнью в голосе спросила продавщица, которой происходящее на улице было прекрасно видно через окно. – Ас виду – приличный мужчина! Ты думаешь, я не знаю, кому ты сигареты покупаешь?! Совести у тебя нет! Разве можно такому пацаненку курить?

– Он сказал, что для отца, – ответил Дональдсон.

– У него отец не курит, все знают.

– Я не знал. Я не местный, – на этот раз Дональдсон специально постарался, чтобы акцент звучал поотчетливее.

– Серьезно? Слушай, я и смотрю, что-то я тебя раньше не видела. А откуда же ты?

Вступать в долгий разговор с этой женщиной Дональдсон не был расположен.

– Издалека, – коротко ответил он. – Тогда сигарет не надо, – он забрал деньги и пошел к выходу из магазина.

"Интересно, – думал он. – Отец мальчишки не курит, а сигареты он покупает. Причем, если я еще хоть что-нибудь в людях понимаю, не себе. Так кому же?

Уж не Меллингу ли с Павловым?"

– Зачем ты мне солгал? – строго спросил американец, подходя к мальчику. – Твой отец не курит! На, возьми свои деньги!

Мальчишка чуть не заплакал от досады, но все же сдержался. Когда он забирал деньги, цэрэушник сумел кинуть взгляд в его сумку. Увиденное подтвердило его подозрения – сумка была набита продуктами: хлеб, колбаса, сыр, какие-то консервы, пакет макарон.

«Точно, его послали Павлов и Меллинг, – подумал американец. – Не бывает таких совпадений».

– Домой еду купил? – спросил Дональдсон, кивая на сумку.

– Да, – сверкнув исподлобья глазами, ответил тот. – А что?

– А точно домой? Может, для двух человек, которых я ищу?

Говоря это, американец внимательно всматривался в глаза паренька. И заметил его секундную растерянность. Теперь янки был полностью уверен в том, что не ошибается.

– Каких еще двух человек? – справившись с собой, спросил мальчишка.

– Сергея Павлова и Джейка Меллинга.

– Не знаю я никаких Павловых и Джеков. А вы что, нерусский? – Витька наконец заметил акцент своего собеседника.

– Я американец, – Дональдсон решил, что сейчас честность будет полезна. – Послушай, я не собираюсь выдавать их вашей полиции. Мне нужно просто поговорить с ними. От этого и мне, и им будет только польза. Отведешь меня к ним?

– Я никаких Павловых не знаю, – упрямо повторил мальчишка.

Дональдсон хотел было предложить ему денег, но, внимательно всмотревшись в упрямый прищур серых глаз, отказался от этой мысли. Такого не подкупишь.

– Хорошо, – сказал он. – Не знаешь, так не знаешь. Но ответь мне тогда на такой вопрос – есть у вас тут где-нибудь рядом с поселком безлюдное место, где никого не бывает?

– Целая куча, – настороженно ответил мальчишка. – А что?

– Назови мне любое из этих мест. Ну, смелее, – подбодрил мальчика американец, видя его колебания, – я уже ни о ком тебя не спрашиваю. Просто прошу назвать какое-нибудь безлюдное тихое место в окрестностях. Ты знаешь остров, а я нет, вот и прошу помочь.

– Например, у Горбатой скалы, за поселком, всегда пусто, – сказал Витька. – Туда дойти просто – все время вдоль берега, а где-то через полчаса саму скалу увидите, ее ни с чем не перепутаешь. А зачем вам это?

– А вот зачем. Передай, пожалуйста, Джейку Меллингу, что сегодня я буду ждать его там весь вечер.

Пусть приходит – нам с ним есть о чем поговорить.

Заметь, я не прошу тебя сказать, где он. Только передать мои слова.

– Я же сказал – не знаю я никакого Меллинга! – выкрикнул мальчишка.

– Тогда Павлову то же самое скажи.

– И Павлова тоже не знаю!

– Ну, если не знаешь – то не передашь. Но все-таки запомни – у Горбатой скалы, весь вечер. И скажи – я обещаю, что чем бы ни закончилась эта встреча, о ней никто не узнает.

На этот раз Витька ничего отвечать не стал Он просто развернулся и побежал прочь.

Дональдсон с улыбкой смотрел ему вслед. Мальчишка обязательно передаст беглым арестантам его слова. А там уж как сложится. Скорее всего, Меллинг все же захочет поговорить с соотечественником. Вот и отлично, это ему и надо. Даже данное пареньку слово можно будет сдержать – в этом случае ему самому так поступить выгодно.