Текст книги "Портфель точка нет (СИ)"
Автор книги: Сербский Владимир
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 19 страниц)
Глава 2
Эпизод 2.1
С портфелем наперевес
Рабочее утро Александра Краснова, командира отдельной группы черноморского флота, началось скверно. Он вдруг узнал, что бывшая жена променяла гордую должность учителя начальных классов города Севастополь на флигель гувернантки в далекой Португалии. На это можно было наплевать, если бы она за собой не потащила сына. Новости пришли эсэмэской, после чего телефон жены выключился. И не сделаешь ведь ничего! Выбрала момент, гадюка, когда человек занят в командировке…
А потом начались неприятности по службе. Не добавляло радости и то, что об этом следовало сообщить начальству.
– Виктор Петрович, разрешите доложить, – осторожно начал Краснов.
– Слушаю, – буркнуло начальство.
– Нас обстреляли. Я ранен, еще двоих осколками стекла посекло.
– Только этого мне не хватало… – начальство начало просыпаться. – Саня, ранения серьезные?
– Ничего особенного, Виктор Петрович. Ребят заклеили, у меня предплечье, касательное. Кость не задета.
– Хорошее начало дня, бля, – начальство недовольно засопело. – Обмен состоялся?
– Никак нет.
– Почему?
– Курьер убит, портфель пропал.
– Как это пропал? – теперь начальство впало в недоумение. – Куда пропал⁈
– Не могу знать! – Краснов включил «солдафона», – Непонятно. В 9:55 на уровне дома номер 46, что у обувного магазина на проспекте, нас обстреляли из обгонявшего «Ниссана». Мы открыли ответный огонь. «Ниссан» рванул, смотрю – курьер лежит, портфеля нет!
– Портфель пропал… Хм… – начальство гулко забулькало, орошая влагой пересохшее горло. – Однако неожиданный аперитив до завтрака! Курьер, надеюсь, еще лежит?
– Так точно.
– Тогда про труп несколько позже, – решило начальство. – И подробности тоже. Расскажи-ка сначала, родной, как портфель пропал?
На вкрадчивое предложение начальства Краснов отреагировал бодро:
– Будем разбираться, Виктор Петрович.
– Разбираться он собрался! Ишь ты, – воскликнуло начальство, и голос его был полон сарказма. – Ты в ахуе, Краснов? Или где?
Укол болеутоляющего туманил, и грубое слово соответствовало состоянию. Однако докладывал Александр четко:
– Сейчас мы движемся на базу, менять машину и раненых сдать.
А начальство вернулось к главному вопросу:
– Погодь, как портфель мог пропасть?
– Разберемся.
– Да⁈
– Так точно, – казалось, что Краснов щелкнул каблуками. – На месте остался Кравчук. Послушает зевак, посмотрит, что менты будут рыть.
– Если я правильно понял… Не перебивайте! Вы, Краснов, руководитель операции, не заметили слежку, прозевали убийцу курьера, и не знаете, где портфель? – блеснув сталью в голосе, начальство обратилось к вкрадчивому тону. – Верно излагаю?
– Товарищ адмирал, мы работаем по утвержденному плану «Б»! Вторая бригада преследует «Ниссан», а оперативный дежурный уже выслал подкрепление!
– Да-да, конечно. Подкрепление он выслал… – сарказм сочился ядом. – Ага. Я организую вам новое подкрепление, новую должность и новое место службы!
Краснов молчал. А начальство передохнуло и выплюнуло:
– Капитан второго ранга – это для вас слишком высокое звание!
Если адмирал перешел на «вы», ничего хорошего это не предвещало. Краснов отодвинул трубку. Однако слышимость не изменилась, хотя специальная связь искажала голоса.
– Разморило, бля, на солнышке⁈ Я на Северный полюс вас отправлю, по плану «Б» точку охранять! Или на Южный, как вариант!
Многочисленными синонимами женских частей тела, и вообще, девиц легкого поведения, адмирал владел в совершенстве. Но Краснов эту геометрию и без шефа прекрасно знал, ничего нового не услышал. А адмирал бушевал:
– Вам понятно, Краснов⁈ Чем полюса отличаются, знаете? Один на севере, другой на юге? Логично. Хорошо, я вам расскажу. На Северном полюсе – медведи, а на Южном – пингвины! Не перепутайте, когда будете выбирать!
– Так точно!
– Значит так, – адмирал помолчал, переходя от накачки к конструктивной части.
– Слушаю! – Краснов обратился в слух.
– Где сейчас портфель?
– Виктор Петрович, он пропал!
– Вот дал бог работничков, – разочарование предоставленным сервисом было очевидным. – Саня, очнись! Центр гарантировал устойчивую связь со спутником. Что говорит оператор?
– Оператор так и говорит: объект с экрана исчез! Время – девять ноль одна.
– Место потери связи говорит?
– Так здесь и есть это место!
– То есть некто убил курьера, забрал портфель, и тут же засунул его в экранированный сейф⁈ Вы наблюдаете сей парадокс? Возможно такое⁈ – адмирал снова закипал.
– Вряд ли, Виктор Петрович. А вот вариант, что в этом железобетонном здании сигнал маячка не добивает до спутника – возможен. Спецавтомобиль надо вызывать.
– Ну так вызывайте! – отрезал адмирал. – Особое приглашение требуется⁈ Портфель найти немедленно! Из-под земли достать! Вам ясно?
– Так точно!
– Все, что нароют менты – сразу мне на стол! Выставить машину прослушки! Послать наблюдателей! Полицейские опера опросят прохожих, пройдутся по офисам: все разговоры писать! Их старший брат в курсе?
– Да сейчас весь город будет в курсе…
– Эт точно. Мне тоже пора докладывать наверх, – согласился адмирал. И уже спокойно, но с металлом в голосе, добавил: – Времени на раскачку нет. Действуйте! И без портфеля не возвращайтесь! Я не шучу, Краснов! Работнички…
Справка. У каждого государства есть специальные подразделения, активно работающие с враждебными элементами. Деятельность ведётся в законспирированном режиме, связь с государственными органами отрицается всеми участниками.
Глава 3
Эпизод 3.1
Портфель в разрезе.
Весело насвистывая, Эдуард Викторович Серый вышел из дома.
Мазнул взглядом по новомодным часам с «бесконтактной» кредиткой и метеостанцией – добрый денек начинается, ясный, солнечный! Хотя вечером из телевизора бедой пугали. Вовсю стращали разгулом стихии, переходящем в беспредел. Мобильный телефонный аппарат, уже ближе к ночи, тоже озаботился тревожным сообщением «МЧС предупреждает».
Однако коварный циклон на широко разрекламированную битву не явился. Проигнорировав указания синоптиков, вздорный погодный пахан взамен себя наслал редкие худосочные тучки, шестерки по вызову. А сам, взбрыкивая молниями, всю ночь бранился с кем-то за горизонтом, предпочтя удаленную демонстрацию скандального нрава – с невнятными угрозами и растрепанными ветром занавесками.
Эдуард Викторович пикнул брелком небрежно, и тут же веселым гавканьем отозвалась сигнализация. Парковка у дома сверкала хромом и стеклом. Начало дня, в отличие от переменчивого циклона, явилось на работу точно по расписанию. Выложив золотую монету солнца на крышу соседнего дома, утро обелило тучи до редких перистых облаков. А затем принялось поднимать настроение и столбик термометра.
Будучи южным человеком, Эдуард Серый жару переносил легко. И одежду считал не главным в этой жизни, внутренний комфорт важнее. Легкомысленная футболка открывала многочисленные татуировки, а огромный солидный портфель слабо сочетался с поношенными джинсами и разбитыми кроссовками. Однако на чужое мнение можно наплевать, Серый уверенно размахивал портфелем на ходу.
Улыбаясь, Эдуард Викторович полюбовался собственным балконом в цветах, перевел взгляд на стоянку машин… и замер. Сердце остановилось, кольнуло в левый висок, а затем поскакало по всему телу. Хорошее настроение, съеживаясь, шмыгнуло обратно в подъезд. Затылок вдруг вспотел, а глаза залило первобытным гневом, выползающим из мрачных закоулков подсознанья. В опустевшей голове пульсировала одна мысль: вернуться домой за топором и догнать. Неважно кого, но догнать. Немедленно!
Судорожно скользя пальцем, Эдуард Викторович не сразу справился с кнопочкой на портсигаре. Однако выловленная папироса, истерически брызнув табаком, предательски лопнула в руке. В недоумевающей голове пухло возмущение, но слов для его выражения не находилось. Расфокусированный взгляд, получив полную свободу, хаотично перемещался с портсигара на стоянку, следом на балкон, потом обратно. Руки не слушались, прикурить удалось только со второй попытки. После нескольких судорожных затяжек, уговаривая взять себя в руки, Эдуард Серый подошел ближе. Его «Порше Макан», самое близкое существо, его ухоженный мальчик, стоял на четырех чурках, зияя пустыми глазницами колесных арок.
Разули мальчика, гады! Не спасла хваленая сигнализация. Не помог мощный прожектор с балкона, так раздражающий безлошадных соседей. Новенькая широкая резина «Йокогама», заказные диски и хитрые гайки – все досталось ночным грабителям.
А ведь сделал в точности то, что советовал умелец по сигнализации! Мастак, конечно, ответит за свои рекламные слоганы… Но, отдавая должное профессионализму ночных воров, Эдуард Серый не мог в одно врубиться – кто посмел? Кто, вообще, мог додуматься близко подойти к его джипу⁈ Больные какие-то, отмороженные недоумки… Да если они даже на Луне ворованные колеса продадут, их и там достанут! Неужели не понятно, что это будет дело принципа? Менты, само собой, тоже землю рыть будут. И пожалеют, если не найдут. Сильно пожалеют об упущенной выгоде.
Руководитель процветающей фирмы, «индивидуальный предприниматель» Эдуард Викторович Серый когда-то числился жителем города Тбилиси. И в далеком прошлом определенная часть общества знала его по прозвищу «Эдик Гагра». Однако время идет, мир меняется, и люди в нем тоже. Это только по философским меркам в бездне времен ничего не происходит, но что там теория? Теория все-таки познается на практике, это закон.
Афоризмы классиков Эдик запоминал легко, постепенно вырос в смысле кругозора и имиджа. Став обладателем юридического диплома, заматерел. Однако, тем не менее, старые рефлексы никуда не делись. Он представил, как ставит отморозков к стенке, зачитывая короткий приговор: «Пидоры»! И передергивает затвор. Очередь веером, от бедра! Нет, не так. Пулемет ДШК на треноге. И много патронов. Много ящиков патронов. Эдуард Викторович стреляет, а недоумки тянут к нему окровавленные руки. Из искривленных в плаче ртов брызгами вылетает черная кровь, а он стреляет! Два часа подряд. Или вот, финал не хуже предыдущего: принудительная выброска десанта с крыши девятиэтажки. Без парашютов. А потом можно неспешно спуститься вниз, подойти к расплющенным телам фармазонов и, прикуривая папиросу, спросить ласково:
– Ну что, козлики, понравилось вам колеса откручивать у нормальных пацанов?
Все эти мысли промелькнули в голове за одно мгновенье. Местные хулиганы прекрасно знали Серого «по жизни». И только поэтому дворовая шпана не могла совершить такой самоубийственный поступок, как кража у авторитетного человека. А залетных искать сложнее.
– Ничего, найдем, – подумал он. – Всех обязательно найдем, но позже. Ведь сейчас главное дело – обмен портфелями. Процедура неоднократно обговоренная и простая. Так что вскоре появится время для справедливой мести.
Серый постоял еще немного, и двинулся к полуподвальному минимаркету. Виски ему теперь не повредит, а даже наоборот. Очень даже. И плевать на продавщицу, шокированную дегустацией эксклюзивного напитка прямо возле полки.
– Эй, зайка, ну-ка дергай сюда! – Эдуард Викторович при желании мог работать и удавом. – Короч, сеструха, тащи сюда правильную кока-колу. Ноль два, Германия, чисто в стекле, понял? Тока из холодильника и быстро! Я здесь обожду. За стеклотару рассчитаюсь на выходе. Тащи, не парься.
Кидать магазин и в мыслях не было, не тот повод. И не о том речь. Да и лавка практически своя, немеряно бабла здесь оставлено. Девчонка вон сразу родное лицо узнала, упаковку «колы» пулей притаранила. «Администратор торгового зала Алла»… Ха-ха! Я люблю тебя, Алла! Умница, вместе с колой орешки заодно. Я балдею – пластиковую тарелочку поставила! А впрочем, куда администратор Алла денется с подводной лодки? Затраты за эти годы посчитать, (если кто захочет) – цифр на калькуляторе не хватит. Вип-персона, как ни крути. Подумаешь, забухал с утра посреди пустого магазина. Первый раз, что ли? И с кем не бывает? Все решим, всем заплатим. Деньги вода. Это не проблема. Проблема – воры беспредельные. Вот где собака порылась! И пока пацаны подъедут, можно погрустить об утерянных колесах. По каталогу ведь летнюю резину выбирал, с людьми советовался! Обидно, да?
Справка. Крупнокалиберный пулемет ДШК отличается высокой эффективностью стрельбы.
Он превосходит все существующие системы пулеметов своего времени, в том числе и Браунинг М2. На дальности 500 м пуля пробивает броню толщиной 20 мм. Темп стрельбы 600 выстрелов в минуту. Калибр 12,7. Использовался как пехотный, и как танковый на специальных установках. Состоит на вооружении свыше 40 армий мира, производится в Китае, Пакистане и других странах.
Позже его вытеснил пулемет НСВ «Утес». В настоящее время «Утес» заменен пулеметом «КОРД», оружием более совершенным и современным.
На встречу с курьером Эдуард Серый прибыл вовремя, но все-таки опоздал. Всего на пару минут, как оказалось, но опоздал навсегда – курьер не ждал в условленном месте, а лежал на тротуаре, окруженный зеваками, и совершенно мертвый.
Портфеля при нем не наблюдалось.
Глава 4
Эпизод 4.1
Пляски вокруг портфеля
Визит лысого майора выбил Беседина из колеи. Вместо минералки хотелось принять чего-нибудь покрепче, и в морозилке оно было. Неважно, что люди скажут, и черт с ним, с распорядком дня! Но не успел. Даже с мыслями собраться не успел, как дверь кабинета уверенно распахнул незнакомец. Упакован он был блестяще, и речь не только о костюме с рубашкой в светло-бежевых тонах. Безупречному шелковому галстуку мог позавидовать и сам Мишико, бывший президент известной южной республики. А завершали классную картину белые штиблеты в мелкую дырочку, явный эксклюзив.
В руках визитер держал редкую по нынешним временам вещь, светлую летнюю шляпу. Естественно, тоже дырчатую. Одного взгляда в сторону незнакомца было достаточно, чтобы понять значение слова «красавчик». Для совсем непонятливых русая прическа была уложена волос к волоску, волевой подбородок выбрит до синевы. И, конечно же, уверенный взгляд мачо блистал сталью.
Подобную выставку достижений моды Степан частенько наблюдал на переговорах в московских офисах. Там «правильный» костюм и часы «Роллекс» демонстрировали общий уровень фирмы, то есть представлялись много важнее деловых качеств партнера.
– Степан Беседин, если не ошибаюсь?
Мельком оглянувшись, посетитель садиться не стал – вежливо предложил покурить на свежем воздухе. Небрежное приглашение к перекуру выглядело так безапелляционно, что Степан все бросил и встал. Гость не носил цепей с перстнями, и речь была литературно правильна, однако сразу стало понятно: это деловой человек. Приходилось изредка сталкиваться… Красавчик излучал опасность. Да, «впаривать» такому собеседнику чревато, дороже выйдет.
Спускаясь вслед за визитером в шлейфе неземного одеколона, Степан приказал себе собраться, ведь разговаривать следовало предельно аккуратно. Он не сомневался, что речь пойдет об утрешнем убийстве. Собственно, так оно и оказалось. Битый час незнакомец невозмутимо расспрашивал о том, что полицейскому майору было рассказано за две минуты. И так переспрашивал, и этак.
Гость не давил, не наседал, и не сверлил взглядом бледно-голубых холодных глаз. Он постоянно и невозмутимо возвращался к нюансам, ловя реакцию. Подобным образом, впитывая интонации, женщина слушает комплименты. Степан ясно осознавал – собеседнику важно понять, не что говорят, а как. Реакция на вопрос здесь важнее продуманного ответа. Во вроде бы непринужденной обстановке шел профессиональный допрос, и у незваного гостя угадывался большой опыт в этой области.
Но ведь трудно врать, когда придумывать нечего. Ну не видел Беседин, в самом деле, ничего особенного! Ни убитого, ни убийцу. И портфель, черт бы его побрал, тоже не видел!
Разговор закончился неожиданно.
– На ваших глазах, Беседин, убили прохожего. Обычного прохожего, неинтересного вам человека. Вам так представляется. Да, желание остаться в стороне понятно… но не мне и не в этот раз! – взгляд бледно-голубых глаз стрельнул таки стальной стрелой. – Я не разделяю эту точку зрения. Убитый человек не заслуживает равнодушия. Советую хорошенько подумать.
Степан курил, глядя в сторону. Он тоже неплохо разбирался в людях, чтобы понять простую вещь: во лжи его никто не обвиняет. Вот и слава богу. А наезд сделан для проформы, прием обычный.
– Ладно, дело ваше. Возьмите телефон, – после паузы незнакомец протянул картонный прямоугольник, на котором действительно был только номер телефона, больше ничего.
Беседин молча принял визитку, а серьезно упакованный мужчина взглянул на свой «Роллекс»:
– Звоните в любое время, когда вспомните детали. Скажите только, по какому вопросу, вас немедленно соединят. Меня зовут Антон. За любые уточнения интересующей нас проблемы назначено вознаграждение. Вы поняли? Вознаграждение за любую полезную информацию!
Степан дежурно кивнул.
– Не хватало только полиграфа и специальных уколов, – устало подумал он, отменяя очередной вызов. Бегло пролистав список пропущенных звонков, перевернул шероховатую визитку. На обороте, с краю, мелким шрифтом было выведено: «Международный факторинг, ф орфейтинг и консалтинг. Управляющий коллектор Антон Богун».
– Эффектно! – оценил Степан визитку, и вместе с ней удаляющуюся спину коллектора.
Справка. Форфейтинг, так же как и факторинг – операция по продаже дебиторской задолженности. Консалтинг – это помощь, оказываемая специальными консультантами, в решении той или иной проблемы заказчика. Иначе говоря, всё это замечательные, благообразные способы отмыва грязных денег.
Активно жить и работать Беседин начал еще при Горбачеве.
Будучи школьником, перестройку воспринял буквально – забросил секцию самбо, где подавал большие надежды. И сразу начал перестраиваться, ускоряясь, то есть кинулся помогать деду в кооперативе.
На окраинах империи, закипая, играла кровь, вот-вот брызнет. В Москве на съездах говорили немыслимые вещи, (и это показывали по телевизору!), а жрать и одевать было нечего. Всё надо было «доставать». И «пьянка была везде, и на производстве, и на кафедрах», – вещал Михаил Сергеевич, и «весь мир сейчас идёт наоборот» – поддакивал ему Виктор Черномырдин. А все решения, естественно, «принимались в рамках механизма принятия решений».
Чего-то они в кооперативе производили, что-то продавали. Но чаще просто перепродавали, и в основном воздух. Это жульничество почему-то называлось «посреднические услуги». Технология была элементарно простая, и сейчас уже можно её раскрыть: у государственного предприятия товар брался по государственной цене, а перепродавался по спекулятивной, то есть «рыночной». Сам кооператив при этом ничего не делал. Получив деньги от покупателя, такого же посредника, он организовывал доставку товара за счет госпредприятия. Вот и вся работа. На самом деле ходов в подобных операциях больше, но идея понятна.
Причем расплачиваться с поставщиком дед не спешил, в учебнике эта тягомотина называлась мудрено – «формировать собственный оборотный капитал». Госпредприятие особенно не возмущалось, поскольку заинтересованные люди получали от кооператива премию. Грубые слова «откат» или «взятка» дед не любил. В том же учебнике были научные термины: «оплата труда», «коэффициент трудового участия» и «вознаграждение».
Случалось так, что нас кидали. Бывало, и мы в ответку партнеров подставляли. Мутные и странные были времена становления рыночной экономики! (Слово «были» можно смело поставить в кавычки).
Когда перестройка, так и не придя в сознание, начала громко и гласно агонизировать, попукивая «реформами», кооператив благополучно помер в долгих конвульсиях. Скончался вместе с дружественным госпредприятием. Как-то так получилось, что они оказались должны друг другу, партнерам, государству, и собственным трудящимся. А тут еще налоговая инспекция подсуетилась: с гиканьем налетела со штрафами да пеней, в результате чего произвела умирающему эвтаназию. В общем, прекратила это безобразие. Как говорится, первыми начали – первыми и скончались.
Кое-какие деньги заработали. Но инфляция очень быстро этот недостаток устранила – скушала, не подавившись. Из разоренного кооператива удалось спасти «желтый» компьютер «IBM PC XT», пару японских калькуляторов, да ящик разной женской косметики, заготовленной на подарки в налоговую инспекцию.
Потом начались совсем непонятные времена. Расстрел Белого дома, кавказские войны, Паша-Мерседес. Яркая иллюзия разнузданной демократии, либерал Хакамада («возрождение надежды на возрождение России – это очень важно»), программа «Взгляд». Ранящий словом Григорий Явлинский, набор в партию Жириновского прямо на центральной улице города, и никакой работы. Никакой, только случайные заработки.
Во время первой чеченской кампании выпускника института нашел военкомат, хотя Степан тщательно маскировался. И поехал взрослый парень на занятную экскурсию в Северокавказский туристический район. В горах Кавказа «пиджак» быстро вписался в коллектив, спортивная подготовка помогла. Не халявил, честно служил. В результате приобрел боевых друзей, ранение, контузию и бесплатный билет домой, в связи с окончанием срока службы. А дома ничего не работало, кроме торговли. Страна превратилась в огромный базар, оптовый и розничный…
Августовский кризис 1998 года махом обесценил те крохи, что удалось скопить, окончательно затоптал в грязь всякую надежду на что-то заработать, и Беседин сам отправился в военкомат. Петька Груздев подсуетился, конечно, помог вернуться в родную часть. Служба вспомнилась легко, хотя сначала им дырки затыкали – наряды без счета, дежурства вне очереди…
И на блокпостах пришлось постоять, и в зачистках поучаствовать. Потом на него легла техническая часть отряда. Груздев незаметно, постепенно, разжился барахлом – рациями, ноутбуками, видеокамерами и остронаправленными микрофонами. Трофейными, конечно, неучтенными. В работе техника здорово помогала. И кому-то надо было это добро обслуживать и учить людей пользоваться. Беседин справился, руки из правильного места росли.
Активную фазу контртеррористической операции Степан прошел без единой царапины. Но в начале 2001 года, что называется, прилетело – в горах их разведывательно-диверсионный отряд попал под минометный обстрел. Много ребят полегло. А он легко отделался, всего-то горстью осколков и тремя месяцами госпиталей. Петр Груздев валялся на соседней койке и после лечения продолжил службу, только разведроту сменил на спецназ. Для Степана же вторая чеченская закончилась знакомо, как и в первый раз – ранение, контузия, и бесплатный билет домой.
Какое-то время он заливал водкой боль в покалеченной ноге, но потом взялся за ум. И реставратором у антиквара покалымил, и челноком покатался в «туристических» автобусах. Никаких красот Европы особенно не запомнил, только грязь базарную и вонь дешевых гостиниц. Венец туристических воспоминаний – непрерывная автобусная пьянка…
С тех пор утекло много воды. Степан женился, похоронил деда и заработал на комнату в коммуналке. Затем развелся и открыл собственный бизнес. Теперь у него была любимая дочка, крутая тачка, краткосрочный банковский кредит и долги «частным инвесторам». Все как у людей.
Только наладилось, – и на тебе, бабушка, надвое сказала! – танком в его хрупкий мир въехал злополучный портфель.
Справка. Горбачев Михаил Сергеевич был первым и последним президентом СССР. За измену Родине награжден Нобелевской премией. Вредительством Горбачев занимался не один. По его же словам, рядом с ним всегда заседали многочисленные предатели, прежде всего Борис Ельцин. Соглашение в Беловежской пуще подписали явные заговорщики, а вскоре Горбачева коварно предали друзья-враги – путчисты. Не выпали из общей картины и демократы, обещавшие рай при рыночной экономике, но оказавшиеся государственными преступниками.
Факты очевидные, непонятно только одно – как Россия все это выдержала?
* * *
Подполковник ФСБ Илья Зимин считал себя воспитанным человеком. Поэтому молчал, пока телефон бушевал филиппиками. Да и возражать начальству было бы себе дороже. Зачем спорить, когда день сразу не заладился? Настолько банально не заладился, что Зимин даже отвлекся от повторяющихся, приевшихся телефонных криков, переваривая свое, личное – с утра жена устроила скандал на ровном месте, далеко не первый за последнее время.
Был бы повод, а причина найдется. Догадывается супруга, что ходит муженек налево. Хотя, скорее всего, знает. Любая женщина без всякого обучения умеет разведданные собирать, а его жена здесь кому хочешь фору даст. Всё про всех знает! А про мужа особенно. Знает и бесится от знания, что не всегда он занят исключительно работой, вот и пилит с утра за то, что приключилось бурным вечером. Впрочем, по разным поводам пилит, в режиме монолога, но причина понятна. Скандал пострашнее начальственного, но тут тоже возражать себе дороже.
А потом у подполковника Зимина начались неприятности по службе. Как только Эдуард Серый по прозвищу «Эдик Гагра» привел наружку к месту встречи, так неприятности и проявились. Серый с портфелем в руках потоптался на углу, и вдруг резво рванул «перетереть» к кучке зевак, образовавшейся на тротуаре неподалеку. Тут же выяснилось, что меняться портфелями ему оказалось не с кем. Полиция занялась трупом на тротуаре, и стало понятно – портфель курьера пропал.
После нагоняя от начальства, пока телефонного, Илья Зимин получил приказ незамедлительно найти портфель потерпевшего, а самого убитого оставить полиции.
– Пусть работают, – сказало начальство. – Нам светиться не с руки. Процессы контролируй, посматривай, но сначала портфель! Кстати, личность убитого установили?
Зимину информация пока не поступила, что подвигло начальство на еще одну выволочку.
– Ладно, – выпустив пар, сказало начальство. – Перезвонишь потом. Ты проверь еще, не работа ли это Серого? Может, он решил не меняться портфелями, а попросту срубить чужой?
Машинально кивнув, Зимин отключился. Пора раздавать указания подчиненным и готовиться к порке на ковре. Неважно, что его люди всего лишь «вели» бригаду Серого от грузинской границы: операция сорвана, и виновных начальство назначит быстро… И он даже знал, кого.
