Текст книги "Портфель точка нет (СИ)"

Автор книги: Сербский Владимир

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 19 страниц)

Глава 43

Эпизод 43.1

Рафтинг.

– Молодые люди! – рядом вдруг образовался румяный здоровяк. – Не хотите по реке сплавиться? У нас тут в команде вакансия образовалась, две путевки отдам по цене одной.

– Ой, Степа, рафтинг! По горной реке! Давай, а? Никогда не пробовала, – сразу загорелась Саша. – Пожалуйста!

– Хм… Но это, наверно, опасно? Что говорит твой барометр? – Беседин оглянулся.

Стайка разнокалиберных девушек с веселым галдежом грузилась в потрепанный микроавтобус.

– Опасно, – согласилась она. – Но так интересно. Пожалуйста!

– А прическа?

– Степа, ну какая, к чертям, прическа, если такое дело, рафтинг?

– Обещаю яркие впечатления, – закрепил успех зазывала. – Я инструктор со стажем, так что все четко под контролем. А машину на базу загоняйте, ворота открытые видите?

…Пока «газель» с резиновой лодкой на крыше, натужно сипя, залезала в гору вдоль реки, здоровяк развлекался. Судя по складной речи, он не первый раз излагал мемуары о трудностях сплава по этому маршруту. Как фронтовой истребитель, разукрашенный звездами на капоте, так и здоровяк точно помнил всех потерянных и покалеченных туристов. Хрустя чипсами, Степан смеялся от души, откликаясь на своеобразный юмор рассказчика, одновременно удивляясь при этом суровым лицам девочек.

Сыпавший прибаутками двухметровый инструктор Иван был типичным казаком из учебника, чубатым и усатым. Он постоянно тыкал пальцем в окно, весело описывая коварные пороги и скалы-убийцы. Безбожно врал инструктор, куражился, ясное дело, только женский экипаж совсем приуныл. Саша тоже заскучала, поддавшись общему подавленному настроению. Даже к чипсам из круглой картонной банки потеряла интерес.

На месте заброски юные девы немножко оттаяли, побегав у реки. Затем, как Степан и предполагал, они начали переодеваться прямо на берегу, толкаясь и повизгивая. Совсем не худосочными оказались питерские девчонки!

А погода забыла про утреннюю хмарь. Август, словно сорокалетняя женщина в последней любви, на исходе стремился выложить оставшуюся страсть. Вытеснив облака, небесное лико разгладилось, природа яростно, по-весеннему зазеленела, а совсем не осеннее солнце жарко жалило.

От сияющих девичьих прелестей отвлекла Саша. Перекрыв пейзаж, она подошла спиной вплотную:

– Степа, не достану, лифчик расстегни.

Потом у нее заело молнию на спортивном костюме. Потом спасательный жилет не захотел застегиваться… В результате хитрых маневров внимание Степана было успешно переключено. И пока Саша проверяла его амуницию, девчата сгрудились, чтобы спустить лодку на воду. В одинаковых спортивных костюмах, касках и жилетах, они напоминали диверсионный отряд в тылу врага, оставалось только ветки по головам повязать.

Первые пять минут на воде было даже весело, разучивали команды. «Левый борт вперед, правый назад!», «Левый стоп, правый отдыхает»! – и все в таком духе. Ничего сложного. И первый перекат прошли легко, в брызгах и шутках, не замечая низкий гул впереди.

– А теперь внимание! – закричал Иван. – Впереди порог. Видите камни? Нам надо попасть точно в горловину. Три дня назад группу москвичей размазало по скале, потому что они плохо слушались инструктора!

Степан понимал, что Иван привирает, сгущает краски, запугивая экипаж. Но руки тверже сжали весло, а слух напрягся. Девчонки притихли. Лодка подошла к горловине, зависла над пропастью… и вдруг резко нырнула вниз.

Вода бесновалась везде и, временами, даже над головой. Рафт швыряло, Степан икал. Потоку было здесь тесно, он ревел и бесился в узком проходе. Сияя глазами, Саша вместе с девчонками визжала непрерывно, но грести по команде не забывала. Перекрикивать реку женской бригаде вскоре надоело – работы оказалось выше крыши. Промелькнула угрожающе нависшая скала, от которой дружно оттолкнулись веслами. Поворот, камни, поворот, опять резкий бросок вниз! Гонке не было конца. Время остановилось, а весла, как заведенные, истерично махали в разные стороны, отрабатывая команды – пока рафт не выскочил на чистую воду.

– Прошли! – заорала Саша с характерным победным жестом. – Ес!

Обессилено прихлебывая прямо из реки, Степан огляделся. С гребцов ручьем текло. С носовых – по груди, с кормовых загребающих – по спине. Остальным бойцам по бокам досталось. Да, не только Сашина прическа осталась в прошлом. Крепкая питерская спортсменка Зина сидела напротив совершенно потерянная, с глазами дикой кошки. Она явно испытывала одно желание – спрятаться куда-нибудь немедленно. А потом был резкий поворот, где лодка, налетев на коварный валун, чудом не опрокинулась.

– Ей, если лодка перевернется, без паники! Не за людей хвататься, а за веревки на борту, – проорал Иван. – Или за меня!

Рафт внезапно развернуло, волна ударила сзади, накрыла с головой, заставив ягодицы судорожно сжаться в попытке вскочить. Но бежать было некуда, всюду бушевала ледяная злость. Кроссовки радостно ее впитывали. Так вот почему девчонки босые!

А река уже отгуляла недолгий свой бабий век. Внешне манящая и игривая, на ощупь она оказалась мертвецки холодна. Рафт бросало из стороны в сторону, зубы щелкали на ухабах. При очередном ударе Саша мячиком вылетела из лодки, даже пикнуть не успела. Беседин дернулся в желании прыгнуть следом, но инструктор опередил – перебросив весло в другую руку, он хладнокровно поймал девчонку за жилет, и без всякого напряжения закинул обратно в лодку, не прекращая при этом орать команды.

Так и не взлетевшей птицей, насквозь мокрая, Саша вцепилась в Степана с видом человека, впервые познавшего короткий миг женского счастья. Струйка слюны застыла в уголке рта, а в глазах плескался ужас вперемешку с восторгом. Беседин обнял ободряюще, ткнулся губами в горящую щеку…

Саша вздрогнула, отвернулась, и принялась вдруг грести, совершенно невпопад. Отряд не заметил потери бойца, только Иван проорал:

– Ноги из петель не вынимать, растяпы!

Команда молотила веслами, словно единый организм компьютерной сети, связанный невидимыми импульсами – вглядываясь вперед и предугадывая команды. Из общего ритма Степан не выпадал. Под конец маршрута река дала отдохнуть, перекаты присмирели, спокойная вода встречалась все чаще. Девчонки оживились, защебетали, салютуя зевакам и рыбакам.

«Газель» уже ждала в точке финиша, а фотограф бежал вдоль берега и требовал сыра. Саша улыбалась во весь рот, глаза были шальные и счастливые.

– Спасибо, Степан, это было здорово! – прошептала она. – Как же мне нравится в вашем мире…

Справка. Рафтинг – экстремальный, но очень позитивный вид спорта, который гарантирует незабываемые впечатления для рисковых людей при сплаве по порожистым рекам.

Paфт – надувное судно без каркаса. Гребец с веслом сидит на борту, зафиксировав ступню в специальной петле на дне лодки.

Глава 44

Эпизод 44.1

Кто о чем, а кто-то о бане.

В парной обитают разные запахи. И видов парилок полно. За свою жизнь Степану довелось посетить множество бань, однако в тесном девичьем коллективе он парился впервые, где с удивлением вдыхал необычный аромат. До него постепенно дошло: это не привычная мужская вонь, а запах, возбуждающий к жизни. Здесь витает не эротика, а предвкушение, не пребывание в ней, а ожидание. Да, черт возьми, это запах ожидания чуда! Беседин поймал себя на мысли, что даже думать вдруг стал рифмами. Оказывается, правильная парилка – это исключительно женская.

Баня входила в стоимость путевки. И по этой причине пропускать процедуру Саша не собиралась.

– Пошли, Степа, раз зовут, – горела она глазами. – Мы недолго, отогреемся только. Давай, а? Замерзла как собака!

Беседин возражать не стал. После ледяной реки погреть косточки следовало непременно.

– А почему нет, – сказал он. – Зачем потом сипеть простуженным носом?

Парную раскочегарили прилично, и Степан млел, облепленный зелеными листочками и розовыми цветами девичьих тел. Чисто садовник в цветнике, ей богу. Сидячих мест всем не хватило, несколько рельефных фигур дымились стоя. Стыдливо накинутые простынки спортивный коллектив давно сбросил – раскаленная ткань жгла тело.

Любая одежда в парной недопустима, сия аксиома секретом не являлась. Поэтому с собой Степан прихватил всего лишь войлочную шляпу. Однако прикрыл этой самой шляпой почему-то не голову, а другое место. Саша сидела рядом. Обжигая бедром, она блестела довольными глазами и капельками влаги.

Ни на бедре, ни под грудью следов побоев не наблюдалось. Степан даже хмыкнул про себя: удивительное дело, ровная, гладкая кожа. А ведь совсем недавно там багровели серьезные кровоподтеки. А на лице что творилось? Губы в кашу, лицо – сплошной синяк. Нет, что ни говори, а доктора у Карена Осипова хорошие. Врачи от бога, не зря он такие деньги за работу взял…

Беседин плохо чего различал в тумане. Но все недостатки зрения компенсировала рослая питерская спортсменка. Она переступала ножками у самого носа, потираясь и постанывая.

– Скажите, Зина, а подтяжка ягодиц дорогостоящая операция? – поинтересовался Беседин, изучая причудливую игру объекта своего любопытства.

Розовая попа отвернулась, и перед глазами возникла блестящая сережка в пупке.

– Глупости это, – донеслось из-под потолка. – Только спорт и физкультура! Все эти операции, липоксации, силикон и ботекс – крайняя мера для безнадежных.

Степан скосил взгляд на Сашину руку, протирающую влажную, в мурашках, грудь. Растерянно проморгался, закатил глаза. Его вдруг накрыла волна нестерпимого желания окунуться в бассейн. Пробурчав для приличия какую-то нейтральную фразу, он вскочил и, прикрываясь шляпой, резво рванул на выход. Затем, не сбавляя темпа, ухнул с разбега в прозрачную воду. Девчонка, визжащая от предвкушения контраста эмоций, бомбой обрушилась следом. Прохладная вода умиротворяла, это ясно читалось на довольной физиономии, вынырнувшей рядом.

– Саша, у тебя совсем нет родинок, – Беседин отфыркивался, старательно глядя в сторону.

– Чего? – улыбнулась она.

– Нигде нет.

– И что?

– Так не бывает, – буркнул Степан.

– Это плохо?

– Не плохо, скорее удивительно.

– У тебя была возможность заметить, что я не совсем обычная, – она хитро усмехнулась. – Мне так казалось. А, Степа?

– Необычная – мало сказано, – согласился он. – Рядовые девчонки из стены не падают. Непростая ты, Саша, согласен. Но не ведьма.

– Да?

– Ага. У ведьмы сзади обязательно родимое пятно. Примета такая. А у тебя не то, что пятен – прыщиков не видать. Даже комариных отметок нет.

– Прыщиков он не заметил… Подумаешь, – хмыкнула Саша. – Большое дело.

А Беседин продолжил свою мысль:

– Говорят, гладкое тело – признак царской невесты.

– Ха-ха! Возьмешь меня в свой гарем? – махнув рукой, девчонка окатила Степана брызгами.

– Уф, – отфыркнулся он. – Гарем мне вроде не по чину. Должен признаться, я пока не падишах.

– Да? Вот и славно! – воскликнула Саша. – Я тоже себя невестой не считаю. Слушай, а может, ты в штат меня возьмешь?

– Хм…

– Серьезно, начальник, возьми на постоянную работу, – выдохнула она. – Не пожалеешь. Буду пахать круглые сутки!

– Зачем? В смысле, кем?

– Я и программистом умею, и бухгалтером. Телохранителем, в конце концов, если скажешь.

Беседин долго не раздумывал.

– А почему нет? Не вижу проблем, – плавно нарезая встречные круги, флегматично ответил он. – Только не сейчас, с портфелем сначала расплююсь.

– Правда? Не врешь? – взвизгнула она, и тут же потухла. – Спасибо, Степа, на добром слове. Правда, спасибо, что не отказал. Только глупость я сморозила! Там же у меня бабушка. Там мой дом. А здесь все чужое…

– И что? – удивился Степан. – Какие наши годы? Заработаешь себе дом!

– Да ладно, проехали, – она поплыла в сторону. – Извини. Еще заход в парилку сделаем?

Справка. Летящей походкой

Ты вышла из бани,

И скрылась из глаз

В пелене января.

В уютном предбаннике команду усталых рафтингистов ждал самовар, и Саша не отказалась от чая с пряниками. После доброго бутерброда, конечно. Взлохмаченная, с горящими щеками, она была чертовски хороша в промокшей простыне.

Беседин продолжил треп с Зиной за медицину, Саша с интересом прислушивалась.

– Вы понимаете, Степан, мастопексия, лифтинг, липофиллинг и прочие силиконовые вставки – это ж не только дорого, но и опасно, – Зиночка звучно отхлебывала из блюдца. – Непредсказуемые последствия бывают. А физкультура недорого стоит, всего-то каждый день немного терпения.

Саша согласно кивнула головой, а Зина распахнула простыню:

– Вот посмотри, Саша, разве такой плоский живот способен сделать хирург? А такие крепкие мышцы? А эту грудь?

И хотя зрелище предназначалось не ему, Степан не преминул им насладиться по всему фронту картины, а также снизу вверх. И еще по диагонали.

– Впечатляет! Хирурги отдыхают, – Саша подняла взгляд на Беседина, и неожиданно, другим тоном, закончила: – Однако нам пора. Поехали, Степа, а?

– И то правда, – с искренним сожалением согласился он. – Пойду машиной позанимаюсь немного, а ты собирайся не спеша.

* * *

Размахивая пакетами, Саша вприпрыжку соскочила с крыльца бани. Собралась обойти черную, напрочь затонированную «Ладу Приору», но ее остановили двое джигитов, облаченные в полицейскую парадную форму. Облокотившись на распахнутые двери, они улыбались, покуривая неспешно.

– Ай, красивая, хочешь экскурсия?

Золоченые погоны красовались на белых, штучной работы рубашках, черные штиблеты блистали. Внутри украшенного коврами салона пассажиров не наблюдалось. Однако вид у автомобиля был какой-то придавленный, брюхо лежало практически на земле.

– Какая экскурсия? – девчонка улыбалась во весь рот.

Ответ последовал незамедлительно:

– Хочешь, речка-шашлык. Хочешь, кафе-шашлык. Что хочешь?

Джигиты переглянулись – в предвкушении шашлыка, конечно.

– Вот на этом? Так оно еще ездит? Забавное точило, – Саша обошла вокруг, заглянула в распахнутые двери, и заинтересованно уставилась на «ксеноновые» малюсенькие фары. Противотуманки, наоборот, были огромными.

– Ни фига себе глазики!

– Тюнинг, – гордо сообщил нарядный страж порядка, кладя руку на крышу пришибленного авто. – Поехали?

В ярком коротеньком сарафане, с горящими щеками, Саша выглядела весьма презентабельно. Однако призыв «поехали, красивая, кататься» безжалостно отвергла:

– Да у меня уже есть экскурсовод, – пакетом девчонка показала на Степана, заливающего воду в бачок омывателя «Хонды». – Щас коня напоит, и мы помчимся на экскурсию.

– Куда хочешь?

– Сорри, мальчики, но у нас есть свой план. Пока-пока!

С неподдельным сожалением джигиты посмотрели вслед:

– Жалко, что есть. Ай, как жалко…

И тут же переключили внимание на дверь бани – там находилось еще много объектов, потенциально способных клюнуть на рекламу «экскурсия-кафе-шашлык».

Справка. Потение в русской бане является важным лечебным действием, и предписывается в качестве медицинской процедуры. В парилке происходит таинство гармоничного воссоединения Души и Тела. Банная процедура сливает воедино две наиболее сильные природные стихии – огонь и воду.

Древние славяне были язычниками по своим верованиям, поклоняясь самым различным богам. Наиболее почитаемыми были Бог Солнца и Огня, и Богиня Дождя и Воды. Соединяя две эти силы во время банной процедуры в русской бане, древние славяне как бы привлекали их на свою сторону, и таким образом перенимали часть их могущества.

Глава 45

Эпизод 45.1

Портфель из шкуры неубитого медведя.

Дорога монотонно бежала под капот. Странное дело, но тысячи раз виденная лента не утомляла. Бессмертный «Пинк Флойд» мягко обволакивал, который раз поднимая настроение. В свое время Степан потратил немало сил и времени, добиваясь от двух десятков динамиков чистоты объемного звука. А сколько денег скушала звукоизоляция, вспоминать не хотелось. В конце концов, не дяде же делал, на совесть. Качество – товар дорогостоящий. Однако для себя, любимого, деньги жалеть глупо.

Несмотря на оживленное движение, Беседин гнал. Спешил, выжимая педаль на свободных участках. Очень хотелось закончить это затянувшееся путешествие, которого оставалось совсем ничего. В гаишную засаду попался лишь пару раз, быстренько «договорился», и погнал дальше.

Антирадар обнадеживающе молчал, а навигатор, наконец, высветил конечную точку маршрута. Саша затихла, расслабленно откинувшись в кресле. Беседин скосил взгляд – девчонка спала. Ничего странного, нахваталась болезная впечатлений, вот и разморило после бани.

Степан заерзал – встречный поток не позволял обогнать грузовик, идущий впереди. Грязный зад прицепа болтался перед глазами, раздражая своей вальяжностью. Стрелка спидометра упала до отметки «90».

– Надо его обойти, – не открывая глаз, внезапно пробормотала девчонка. – Обходи этот трейлер!

Степан вылез за двойную осевую.

– Не могу, – чертыхнулся он, и тут же вильнул обратно. – Встречка забита.

– Тогда сбрось скорость, – выдохнула Саша. Как прежде, она сидела с закрытыми глазами. Только пальцы, вцепившиеся в ручку, побелели. – Прими вправо!

Степан автоматически выполнил команду, заодно музыку приглушил.

– Опасность, – спокойно ответила девчонка на его молчаливый взгляд. – Давай еще правее.

– Куда еще правее? – возмутился Степан. – И так по обочине пылим.

Не успел он закончить мысль, как у удаляющейся фуры вдруг задымила правая пара задних колес. Под громкий хлопок крайнее колесо отвалилось, и с языками пламени запрыгало по дороге. Если бы Степан шел следом, удар был неминуемым.

– Остановись! – девчонка распахнула глаза.

На траве за краем дороги Степан тормознул и выскочил из машины. Дымящееся колесо, отставая от родителя навсегда, ровно катилось, заставляя встречные автомобили испуганно шарахаться. А фура неутомимо перла вперед. Словно ящерица, отстрелившая хвост, она не сразу заметила потерю бойца.

– Как ты это делаешь? – Степан закурил. – То мысли читаешь, то будущее предсказываешь. Черти что, господи прости.

– Мысли я не читаю, Степа. Так, догадываюсь немного, на людей глядя. Да и насчет предсказаний будущего – тоже громко сказано. Ты же был на войне, знаешь, что такое интуиция. Да? Сила и ловкость солдата важна. Но пуля – дура, и ой как частенько бойца от беды спасает предчувствие.

– Твое сердце всегда чует беду?

– Так получилось, извините. Я чувствую опасность заранее. Вижу!

– Хм…

– Есть такое ёмкое слово: «везунчик». Так вот, везунчик – это я. Интуиция дает высокий потенциал выживания,– Саша помолчала, и тихо добавила: – Хотя у вас тут покойно, как на кладбище. Заповедник тихушников каких-то, ей богу! Ничего не взрывается, никто вдогонку не стреляет… Полицейские в белых рубашечках, не отягощенные оружием. Девочек они снимают, планы у них на вечер, видите ли. Нет, ты представляешь, они еще улыбаются, пижоны!

– Да чего тут странного?

– Фигня полная. У нас на улице вообще никто не смеется, кроме пьяных и обдолбанных! А полиция ходит исключительно группами и в бронежилетах! Наши «ухажеры» ждать возле такой бани не станут, сразу ломанутся внутрь цыпочек топтать. Поэтому женщины общественную баню стороной обходят. Неудобно, знаете ли, в парилке с Макаровым сидеть – раскалится же, руки обожжет.

Раскрыв рот, Степан забыл про сигарету.

– Чего уставился? Ты вот, например, безопасен. У меня нет сомнений. Но погуляй все-таки минутку, я переоденусь.

Ей не терпелось перемерять все одежки. Но обновки никак не кончались – заднее сиденье доверху было завалено пакетами. Теперь девчонка красовалась в черной майке с открытыми плечами и белых, все в карманах, бриджах.

– А ничего, что бретельки лифчика на виду? – ехидно заметил Степан, вылезая из кустов.

– Мужик темный, – просветила его Саша. – Во-первых, это не лифчик, а бра. Во-вторых, так и должно быть. Мода диктует свои законы!

С модой не споришь, Беседин и не стал. А девчонка внезапно сменила тему:

– Слушай, давай перекусим чего-нибудь, а? От этих бананов оскомина уже.

– А почему нет? Запасы мы успешно добили, – согласился Степан, выруливая на трассу. Слово «мы» он педалировать не стал. – Здесь где-то, прямо на трассе, придорожный базарчик должен стоять. Кафешки, помнится, там тоже были. Овощей прикупим заодно, и вырезку на шашлык. Мясо, жареное с баклажанами на углях, называется хоровац. Это по-армянски. Будешь?

– Спрашиваешь⁈ Ой, я сейчас слюной захлебнусь… Поехали скорей!

Парковка у рынка была заставлена в два ряда. Поэтому пришлось проехать дальше, за самый край толкучки. Еле приткнулись. Пикнув брелком сигнализации, Беседин неторопливо осмотрелся. После кондиционированной прохлады спешить в жаркий шум рынка не тянуло. От толпы шустро метнулась цыганка со свертком на руках:

– Ай, чернобровый, яхонтовый, подай копейку ребенку на пропитание!

Степан молча выгреб мелочь из кармана и отвернулся, считая аудиенцию законченной. Но цыганка вцепилась в локоть:

– Ой, спасибо, красивый. Дай бог тебе счастья и невесту пригожую! Давай погадаю? Бесплатно. За доброту твою всю правду расскажу, что было, что будет – ничего не утаю!

С краю людского водоворота таилась стайка ее товарок. В пестрых цветастых юбках и платках, они переговаривались о своем. А молодуханаседала:

– Только вот копеечку заверни в бумажную денежку, и в кошелек к деньгам положи!

Заглядывая в лицо, гадалка не замечала Сашу, молча вставшую позади Беседина. Бумажной сторублевки было не жалко. Однако Степан не стал заворачивать в нее монетку, а просто протянул цыганке. Та не взяла, лишь ухватила дающую руку:

– Это твои деньги, только твои. И они от тебя не уйдут, а приумножатся и вернутся к тебе стократно, – молодуха смотрела прямо в глаза, обволакивая волю сладкой речью: – Заверни копеечку, поклади в кошелек, жить будешь долго и счастливо…

– А давай, чернобровая, я тебе погадаю? – скользнув из-за Степиной спины, Саша выдернула его локоть. – Все, что будет, расскажу!

Несколько долгих секунд продолжалась дуэль черных глаз. Возникшее напряжение ощутил не только Беседин. Стайка пестрых юбок, надвигающаяся незаметно, откатилась назад. Следом метнулась и гадалка с младенцем. Недобро зыркнув, она пробормотала что-то невнятное. Впрочем, и без переводчика стало понятно, что ругательства.

– Денег-то много в бумажнике? – с усмешкой Саша провожала взглядом цыганский табор, растворяющийся в толпе.

Степан задумался, прикидывая дорожный запас в переводе на рубли. Но девчонка его опередила.

– Знают же, чертовки, к кому цепляться! – хмыкнула, и бодро поскакала заказывать «перекус». Кафешку, ясное дело, она высмотрела сразу.

– Верной дорогой идете, товарищи, – пробормотал Беседин.

Еще раз неспешно оглядевшись, он двинулся по рядам. Цыганки исчезли, как ветром сдуло. Кильватерным следом вальяжно потянулись трое крепких парней, «отдел физической защиты артисток». Но базар-то остался! Сделав несколько заходов, Степан загрузил багажник помидорами и баклажанами. А также арбузами и прочими фруктами, недоступными в лесу. Парным мясом два пакета набил. Едва не надорвался, пока дотащил. Упаковку чешского пива тоже не забыл, егерь уважал этот напиток с похмелья.

Передохнул, и отправился искать Сашу.

Справка. В мире не так уж много ведьм. Колдовскими способностями обладает около трех процентов женского населения, и на протяжении веков эта цифра не менялась.

Общаясь с ведьмой, держите руки в карманах, не позволяйте ей прикасаться, смотрите прямо меж бровей, а не в глаза, избегая прямого энергетического контакта. Дабы обезопасить ведьму, скрутите ей дулю в кармане. А лучше две.