Текст книги "Портфель точка нет (СИ)"

Автор книги: Сербский Владимир

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 19 страниц)

Глава 30

Эпизод 30.1

Хлопоты приходят ко всем, не только к Беседину.

Совещание началось вовремя, в 11:00. Кабинет начальника Управления по противодействию экстремизму был полон.

– Ну что, все пришли, Жорж? – хозяин кабинета, полковник Подопригора, на ходу окинул взглядом собравшихся.

– Да, – не повернув головы, коротко ответил морщинистый человек в темной футболке.

Смяв в руке обычную летнюю кепку, этот человек сидел на особом месте – за дальним торцом. Радости это не доставляло, он хмуро глядел в пространство перед собой.

– Очень хорошо, – сказал полковник так же нерадостно.

По причине печали, видимо, он забыл поздороваться. Полковник сел на место во главе, положив на стол крупные кулаки. Не хилые такие кулаки, размером с пивную кружку каждый.

– Я хочу задать один вопрос. Один, очень простой вопрос. Что происходит в моем городе?

Присутствующие молчали.

– Я жду ответа, – полковник провел рукой по седому ежику. – Надо понять, когда, блять, ваши отморозки перестанут стрелять на улице⁈

– Сан Саныч, наши не при делах, – ровно ответил человек в темной футболке. – Залетные бакланили. Найдем – за косяк ответят.

– Да ну? А я слышал, что вы перевели стрелки на бригаду Серого! – прищурился полковник.

– Гнилая предъява! – возмущенно, сквозь зубы, процедил «генеральный директор».

– Не кипешуйся, Эдик, – человек в футболке взмахом руки осадил готового вскочить Серого. – Никто тебе дело не лепит.

Эдуард Серый, побледневший от одного взгляда человека в футболке, моментально потерял интерес к диспуту. Помолчав, морщинистый человек в футболке хрустнул шеей:

– Антоша!

Антон Богун раскрыл шикарный ежедневник.

– У нас к братве претензий нет. Версия с Серым отрабатывалась, но подтверждения не получила.

– А у меня есть претензии! – прерывая Антона, вскипел полковник. – И к вам, и к Серому! Устроили разборку посреди города… Здесь вам не Чикаго! Гангстеры, бля, с автоматами.

По рядам прошел тихий ропот.

– Сколько раз я предупреждал ваши диаспоры? – полковник махнул рукой, вставая в полный, более чем двухметровый рост, – Сколько раз, а, Вахтанг? Кто мне обещал порядок в городе? Вчера двести человек задержали без прописки, без разрешения на работу. Двести! И это поверхностно, по рынкам, за один день… И ведь придется глубже копать. Сколько раз говорил вам по-хорошему: хотите жить в этом городе – ведите себя прилично!

Седой толстяк, к которому обращался полковник, набычившись, смотрел в побелевшие кулаки.

А Подопригора бушевал:

– Все, мое терпение кончилось, я закрою это охранное предприятие! И Эдика Серого закрою. До выяснения.

Совещание возмущенно загудело.

– Все свободны… пока! – слово «пока» прозвучало двусмысленно. – Богун, задержись на минутку.

Полковник помолчал, прохаживаясь по опустевшему кабинету. Несмотря на медвежью фигуру, двигался он мягко, крадучись. Потом легко присел на край стола:

– Рассказывай.

– Чего рассказывать? – Антон явно «включил дурочку».

– Парень, ты не представляешь, насколько серьезно влип, – вздохнул полковник. – Что в портфеле?

– Не знаю, Сан Саныч!

– Да? В твоем положении, Богун, не до тайн мадридского двора. Утром погранцы задержали группу туристов. Ага. Крепкие такие ребята, грузины с украинскими паспортами, – полковник хмыкнул. – А Серого сейчас принимают по полной. Он даст показания и, скорее всего, откажется от двойного гражданства. А потом будет депортирован на родину, вместе со своими земляками. Подумай об этом. Что в портфеле?

Богун молчал, и полковник повторил вопрос:

– Что в портфеле, Антон?

– Не знаю! Да в самом деле, Сан Саныч, не знаю я! Мои ребята и не пробовали вскрывать этот ящик Пандоры. Заказчик предупредил – там система самоуничтожения.

– А Серый в своем портфеле нес, конечно, деньги?

– Да, аванс.

– Откуда курьер?

– Заказ пришел из Крыма. Курьер, ясное дело, оттуда. Меня просто попросили помочь – принять от Эдика бабки. И все!

Полковник недоверчиво нахмурился:

– Почему так сложно? Могли бы в Грузию портфель морем переправить. Любым корытом, всего-то делов.

– Ага! Если бы покупатель и продавец доверяли друг другу. Я бы горя не знал! А так… – Богун вытащил пачку сигарет, повертел, и засунул в карман обратно. – Назначили встречу на нейтральной территории. В этой операции я всего лишь выступаю гарантом сделки. Серый должен был проверить товар, и только потом окончательно рассчитаться.

– Эдик знает код… Хорошая новость, – полковник задумался. – Так, с этим понятно. Кто стрелял?

– Не наши однозначно, Сан Саныч. Боевики приезжие. Тех, на белом «Ниссане», за городом сразу взяли. Не менты, и не фейсы. Мы бы знали.

– А кто?

– Спецназ, скорее всего, армейский. Взяли тихо. Догнали, подрезали, тачка слетела в кювет, опрокинулась, стрелков повязали. Армейцы тут же свалили. «Ниссана» боевого тоже забрали. Одного свидетеля, кто это видел, мы еле нашли, информация скудная.

– Разведка у тебя поставлена, – полковник снова хмыкнул. – Не знал я этого, не знал!

– Руки у меня коротки, – процедил Богун. – Только не всю жизнь эти козлы будут в изоляторе париться, когда-то и на зону попадут. А уж там…

– Это мне неинтересно! – отмахнулся Подопригора. – Значит, в машине их трое было? А стрелок, что мочканул курьера… Думаешь, одна команда?

– Ясное дело! Только куда он вместе с портфелем пропал – ума не приложу. Бесследно, гад, исчез. Как сквозь землю провалился! Ничего, найдем.

– Найдете вперед меня – отдадите, – жестко произнес полковник. Таким тоном отдают приказы. – И портфель, и убийцу.

– Сан Саныч! – вскочил Богун. – Портфель надо вернуть людям. Иначе меня не поймут!

– Ошибаешься, Антон, ошибаешься. У портфеля только что объявился новый хозяин, – Полковник показал глазами на потолок. – Объявился, не запылился. В соседнем кабинете сидит, тебя дожидается. Так что придется следствию помочь, если ситуацию сечешь. У тебя налаженная жизнь, бизнес, вспомни об этом. И вообще, с госбезопасностью не шутят. Осознал? Ну все, свободен. Двигай на собеседование.

Справка. Анну Чапман лишил гражданства министр внутренних дел Великобритании – за подозрение в «шпионской деятельности». Оказывается, у них это происходит просто, без суда и следствия. Подозрения достаточно.

А вот гражданин Российской Федерации не может быть лишен своего гражданства. Процедура лишения гражданства законом не предусмотрена, никакой государственный орган сделать это не вправе. Ну, если гражданин сам этого не пожелает.

Глава 31

Эпизод 31.1

Еще раз о хлопотах.

Карен Осипов обедал на рабочем месте. Заседал демократично – в кругу своих белокурых секретарш.

– О, Степа! – обрадовался главный доктор. – Давно я тебя поджидал!

Переглянувшись, блондинки молча встали. И удалилась в приемную – допивать кофе. Проплыли мимо в шлейфе неземного сказочного запаха, сотканного из парфюма и шоколада. Беседину показалось, будто рядом пролетела шаровая молния. Вроде бы мимо, но током ударила. Хотя не смертельно, даже наоборот. М-да…

– Поджидал, и стол накрыл? – пробормотал Степан, присаживаясь. – Это удачно я зашел!

Карен все видел.

– Ты, главное, глаза не вывихни, – он поджал губы. – Понял, дружок? Не девочек моих кушай, а угощенье.

– По какому празднику пироги?

– Благодарная пациентка принесла. Сама пекла, настоящий уалибах, – доктор передал Степану чистую тарелку. – Таких деликатесов ты в жизни не пробовал! Вот это сырный, а этот с картошкой. Ну как?

Уплетая за обе щеки, Степан ответил вопросом:

– А можно один с собой?

– Анорексичную подружку лечить?

– Ага.

– Можно, – кивнул доктор. – Кстати, солитера у нее нет, мы проверили.

Беседин перестал жевать:

– О чем ты говоришь? Какой солитер?

Карен развел руками:

– Грешным делом я подумал, что таким экзотическим способом она поддерживала худобу.

– Серьезно? – Степан замер. – Есть такой безумный способ⁈

– Способов много, – печально улыбнулся доктор, – а дурочек еще больше.

Беседин повел головой:

– Сомневаюсь насчет дурости, тут скорее кретинизм!

– Один мой знакомый, профессор Казимиров, как-то обнаружил простую вещь.Он выяснил, что отличным средством от гельминтов является чеснок. Глисты выходят, если съесть с топленым молоком сразу десять зубчиков чеснока. «Мало того что выйдут глисты, написал он в своей статье, – вы заиграете на скрипке и станете самым натуральным евреем».

– Боже упаси! – заржал Беседин.

– От евреев?

– От глистов!

– Будет время – проверь. Думаю, насчет скрипки допущено некоторое преувеличение, – Карен затрясся в ответ.

– Чеснок? Да без проблем.

– А если серьезно… – вопросил Осипов, – скажи мне, друг мой, почему люди считают эталоном красоты гладильные доски с парижского подиума? А?

– Насчет женской красоты у меня есть собственное мнение, – отмахнулся Беседин. – Но ты же меня не за этим позвал?

Доктор согласился:

– Да, мы немного отвлеклись. Так вот, по существу: твоя девочка молодец, кушает хорошо. Я бы сказал, очень хорошо! Пирог пробуй вот этот, фыдджин.

Беседин послушался и не пожалел. Карен поддержал его восторг:

– Пицца отдыхает по сравнению с осетинским мясным пирогом. А ведь некоторые разогревают полуфабрикаты в микроволновке, и думают, что это еда!

– Так зачем вызывал, начальник? – Степан с сожалением отодвинул пустую тарелку.

– Сегодня я осмотрел Александру, – Осипов взялся за кофейник. – И очень удивился. Очень.

– Проблемы? – напрягся Степан.

– В том-то и дело, что никаких проблем! Понимаешь?

Степан не понимал.

Осипов пояснил:

– Девочка здорова.

– Хм…

– Такое впечатление, что прошло две недели. Если бы я лично не принимал ее пару дней назад! Уникальный случай, уж поверь моему опыту. Да, имеются незначительные остаточные явления… Но это обычное дело, можно не обращать внимания. Пойми, Степан, я не понимаю! Нашей заслуги вроде нет, ведь ничего особенного врачи не делали. Лекарства, процедуры. Питание. Стандартная схема. А результат поразительный!

– И все? – облегченно вздохнул Беседин. – Любите вы, медицина, туману нагнать! Короче говоря, девочка выздоровела. Можно забирать? Так и скажи!

– Нет, я не гоню. Ради бога, пусть лежит…

– А смысл?

– Так память, опять же, не восстановилась!

– Женская память должна быть короткой. А долгие проводы, как говорят, лишние слезы, – Степан достал бумажник. – И потом, дома все-таки лежать дешевле. К вечеру выписывайте. Не маленькая, сама доберется, такси закажу.

* * *

Легко сказать: «смени машину, телефон, и оборви хвосты»!

Степан и без комментариев Груздева понимал тупиковость задачи. Какой шпион из хромого предпринимателя? Хотя первоначальные пункты не представляли труда – Светка сразу согласилась отдать свою старенькую Хонду. Взамен Степиного «лесника» Субару, естественно.

Мобильник он оставил секретарше, для работы с клиентами. А себе со склада взял парочку простеньких аппаратов, снарядив их левыми симками из подземного перехода. Внешность должна была сама собой измениться перед отъездом, путем переодевания в летний рыбацкий камуфляж и кепку.

Однако насчет «обрубить хвосты» наступил ступор. Просто так хвосты обрываться не хотели – не шли в голову светлые идеи. Но тогда вся суета теряла смысл. Зачем городить огород при наличии слежки⁈

Проблему решила Саша, легко и изящно.

– У тебя есть гараж? – невнятно вопросила она, уплетая осетинский пирог. – Да? Ну-ка представь его себе. Да не меня голую, а гараж вспоминай! Представь, как из дома в гараж идешь. Бокс номер пять? Все, запомнила.

– И что?

– Вот пусть Света туда «Хонду» и поставит, – девчонка с сожалением облизнула палец. – А домой потом на таксомоторе едет.

– И что? – опять не понял Степан.

– А то! Эй, кто здесь? Пока сыщики твой джип «Субару» сторожить будут у офиса, мы спокойненько из гаража ноги сделаем на «Хонде». Понял? Как стемнеет, будем брать. В смысле, линять.

Степан кивнул, а потом нахмурился:

– Так ты это… меня в гараж из дома через стенку закинешь? Я в черную дыру не хочу!

– Да ладно тебе, это не страшно. И вообще, других вариантов нет. Все, все, давай уже готовиться к путешествию. Главное, продуктов в дорогу не забудь купить!

Справка. Осетинские пироги имеют вековые традиции и правила приготовления. Пироги готовят с сыром – «Уалибах», с мясом – «Фыдджин», с капустой – «Къабушкаджын», с картошкой – «Картофджин», с вишней – «Балджин»… Для осетина пирог больше чем просто выпечка, это частица жизни. Ни одно событие в жизни, радостное или печальное, не обходится без пирога. Подаются на стол пироги по три штуки, поскольку символизируют триединство неба, солнца и земли.

Глава 32

Эпизод 32.1

Не все так просто.

Вчера Саша предсказала критическую опасность. Однако никаких подробностей при этом не сообщила. Поэтому Степан нацепил под курточку кобуру скрытого ношения. Пистолет, хоть и не боевой, а уверенности добавлял.

Когда-то Степан послужил, повоевал на благо родины. Казалось, недавно это было, а времени прошло прилично. С тех пор осталось пристрастие к спортзалу, даже если нога ныла протестующее. Это любителю вкусно покушать сложно сохранить атлетическую фигуру. И многие приятели легко променяли стройные джинсы на пивной животик.

Однако Степан не позволял себе расплываться. Игнорируя искалеченную ногу, он хоть раз неделю выходил на ковер. Неважно против кого, однополчан в зале хватало. В компании с Петькой Груздевым он категорически возражал против инвалидности, грушу колотя безжалостно, или до изнеможения качая пресс.

– Не дождетесь! – кричал он в адрес медиков, яростно работая веником по распаренной спине друга, – вторую группу пусть сачкам выписывают!

Еще одно пристрастие – это оружие. Степан хранил кучу иллюстрированных справочников и буклетов, зачитанных до дыр. А в свободное время самозабвенно спорил или просто обменивался мнениями в интернете. На стрельбище к «вованам» регулярно ездил. И, конечно же, в коллекции постоянно менялись газовые и травматические пистолеты. Какое-никакое, а оружие. В конце концов, кило металла с разрешением на ношение – кастет сразу отдыхает.

Однажды в бане речь зашла за газ. Милиционеры, ясное дело, были в теме.

– Есть два аспекта: психологически и поражающий, – авторитетно докладывал лысый опер, гроза местных хулиганов. – Ты не задумывался, Степа, зачем производители газовых пистолетов копируют боевое оружие? Можно же было просто мощный баллончик разработать, и ручку к нему присобачить – стреляй! Так нет!

– Баллончик не айс, – согласился Беседин. – Пистолет круче.

– Вот именно. Предполагалось, что нападавшего может отпугнуть вид как бы настоящего пистолета. Понимаешь? На тебя набросились хулиганы, ты только достал пистоль, помахал немного, и всё, – он направил на Степана палец. – Пиф-паф! Враг в ужасе разбегается. Да?

– Конечно!

– Ага. Разбежались они, как бы ни так. У противника может оказаться настоящий пистолет, и он его применит, пока ты размахиваешь своим газовым! В конце концов, шпана с ножиками бросится, это ж отморозки.

– Так бывает, – кивнул Беседин.

– С другой стороны, тебе нравится иметь полную копию боевого оружия. «Беретта», «Вальтер», «Магнум», «Макаров»… это поэзия для мужчин!

– Согласен. Копия полная.

– Ага. А поражающее действие – минимальное! Тренироваться надо в извлечении оружия и приемах его употребления, а применять без сомнения! Иначе это кусок железа.

– Самое смешное, знаете что? – разрывая воблу, усмехнулся его коллега, такой же лысый и поджарый. – Наиболее эффективно газовое оружие применяют грабители против мирных обывателей.

– Эт точно! Но потерпевших, то есть мирных жителей пока оставим. В этом деле есть несколько простых секретов, иначе говоря, правил, – принялся разливать докладчик, первый лысый оперативник. – Запоминай, Степа. Первое, это тренировка. Часто. Оборонительная стрельба является ответом на нападение, поэтому ты сразу находишься в заведомо трудном положении. Для отражения нападения у тебя есть доли секунды, не более. Надо заранее это понимать, чтобы выработать скорость, ловкость, меткость. И решительность. Надо учиться! Второе. Не свети оружием, спрячь куда-нибудь. Кобура, карман, сумка – неважно. Третье. Стреляй неожиданно. Не маши, не угрожай. Какой там «стой, стрелять буду»! Стреляй молча, без лирики! Если достал – применяй. Патрон сразу в патроннике, чтобы ни говорили инструкции. Враг не должен понять, что произошло. Просто достань – и пали. Даже если не попал, всё равно противник растеряется. Хотя бы на мгновенье, но растеряется – от вспышки и звука выстрела. Ногой бить умеешь? Добавишь. И последнее. Применил газовое оружие – беги. Почему? Потому что враг вдруг очухается, или милиция примчится. И напоследок: забудь, нафиг, инструкцию! Стреляй в упор! Бей наверняка! Речь идет о твоей жизни, а на врага нам начхать… Это же он к тебе первый полез, верно?

* * *

Саша оделась и сложила разноцветные пакеты в угол палаты. Поговорка «нищему собраться, только подпоясаться» актуальной не казалась, пакетов вышла целая гора. Прощальным взором она окинула палату. И подумала вдруг, что некоторых вещей в лесной избушке ей будет не хватать. Сущая ерунда, но важная. Определенно в изгнании потребуется привычная шампунь, любимая зубная паста, влажные салфетки, прокладки…

Еще шестое чувство подсказывало запастись элементарными медикаментами. В Степином джипе дорожная аптечка, конечно, найдется. Но пара бинтов и упаковка бактерицидного лейкопластыря лишними не станут. Нет, можно это все потом купить, по дороге… но зачем, если время есть? Беседин денег на такси с запасом оставил, а аптечный киоск вон он в вестибюле, по лестнице только спустится.

Спустилась. Все киоски оказались закрыты, как и входные двери, впрочем.

– Куда? – над стойкой рецепции выросла фигура в черной форме.

Таким грозным голосом обычно советуют «всем на пол» и «руки за голову». Голос, правда, слегка подкачал – он шамкал. Всем известно, что единственным и главным признаком охранника любого приличного заведения является не форма, а бутерброд. И этому образу страж врат больнички полностью соответствовал. Он энергично жевал, поэтому сомнений в своих полномочиях вызвать не мог.

Парень в черной форме уставился на больничные тапочки и повел взгляд выше.

– Ой, да я на минутку. Шампунь только купить! – пальцем Саша показала в окно, где в конце двора светилась аптека. Рекламные цифры «36.6» горели здесь круглые сутки.

– Не положено! – рыкнул охранник. Железобетонная фраза отвергала возражения сразу.

– Пожалуйста! Меня уже выписали, – Саша махнула «выпиской», зажатой в руке. – А такси только через час приедет. Можно в аптеку сбегать, а? Голову помою, и сразу с вещами на выход. Пожалуйста!

– Степан Беседин? – вглядевшись в текст, сразу подобрел охранник. – Так вот оно что…

Сплетни в коллективе распространяются быстрее звука, любая больница тому подтверждение. И, судя по выражению лица парня, о конфликте между Бесединым и юной любовницей было широко известно в узких больничных кругах. Одно ему было непонятно – как эта тощая пигалица умудрилась так отделать здорового мужика? Каратистка, что ли? Быть не может, подумал он. Хотя… Чего в наше время не бывает? Изучив замечательные ноги в не менее замечательных шортах, охранник задержал взор на уровне груди. Хорошо сложена каратистка! Подкормить только – цены не будет.

Саша тихо вздохнула. Особых талантов не требовалось для того, чтобы прочесть на лице парня ход мыслей. Хлопающая глазами простушка как-то переменилась, зыркнула недобро, и встречу с потемневшим до черноты взглядом девчонки охранник не выдержал. Что-то ему подсказало – хватит разговоров, надо просто открыть дверь.

На обратном пути из аптеки, мельком глянув в сторону, Саша вдруг замедлила шаг. Колебалась она всего мгновенье. А затем остановилась, продолжая косить взглядом. В сумрачной глубине подворотни столбом застыла длинноногая блондинка. Широкий мордатый парень копался в дамской сумочке, а рядом с ним прыщавый очкарик сладострастно разглядывал беленький айфон. Из жалко поникших наушников фальцетом сипело что-то ритмичное.

Бледная, как собственный телефон, блондинка перепугано оглянулась.

– Молчи, овца, и все будет пучком, – не отвлекаясь от сумки, спокойным, даже доброжелательным тоном посоветовал ей мордатый. – Мы тебя пальцем не тронули, сечешь? То-то. А ежели орать станешь, или потом стуканешь в ментовку, мы тебя, кукла, найдем… и уж тогда трахнем всей кодлой.

Очкарик глумливо хихикнул, согласно кивая головой. К этой важной задаче он готов был приступить немедленно, не выпуская из рук телефонного аппарата.

Саша шагнула в сумрак. Здесь пахло застарелой мочой, блевотиной, и еще чем-то мерзким. Позади слышались неспешные шаги третьего гопника, поигрывающего цепочкой. Именно последнего, третьего налетчика, закрывающего тыл. Сомнений в этом не было никаких, ведь зашла Саша в длинную кишку подворотни из-за него. Надо было снять с шухера этого подельника грабителей, убрать от глаз сторожа больничного входа. Обычный охранник может оказаться тем еще паникером, вызовет вдруг полицию, а шум в Сашином положении совершенно не нужен.

– Стесняюсь спросить. Который час, не подскажете? – вежливый мордатый поднял взгляд.

Не без юмора он оценивал очередную жертву, самостоятельно вставшую в очередь на обыск. Обычная девчонка в спортивной майке и шортах. Тощая, но ноги классные. У блондинки ходули тоже ничего, гладкие, ровные. А у этой еще и крепкие такие… накачанные, что ли? Впрочем, ничего удивительного, женские спортзалы на каждом углу напиханы.

Часов при ней не наблюдалось, ни брелком на шее, ни стандартно на руке, но телефон-то должен быть! По богатому личному опыту налетчик знал, что людей без телефона в природе не существует. У него лично, например, их было два. И это в нынешние плохие времена!

Вместо ответа Саша плавно вышла из тапочек и уронила аптечный пакет, небрежно встряхнув кистями. Она слышала шаги сзади и, не оглянувшись, успела. Пятка точно нашла грудь гопника, азартно рванувшего сзади. Он всхлипнул как конь, остановленный на ходу. Откинутая в замахе рука парня выронила цепочку, обреченно звякнувшую об асфальт. Соприкосновение толкнуло девчонку вперед, к любознательному мордатому.

С начала внезапной встречи прошло всего ничего. Поэтому заторможенные мозги налетчика не совсем переварили текущие события. Видимо, обычные разговоры со случайными прохожими девушками проходили в иной атмосфере. Или увлекательные женские штучки в сумке «куклы» стали тому виной? Впрочем, это уже не важно.

Мордатый только начал догадываться, зачем стройная нога залетевшей на погибель бабочки устремилась к нему, когда волнение в паху закончилось взрывом там же. Гопник был этому несказанно удивлен, падая кулём на землю – точность попадания он подтвердил утробным выдохом. В ближайшей перспективе у грабителя для секса одним местом стало меньше. Возможно, в свете толерантности, ему понравится, кто знает? Мордатый еще падал, когда очкарик щелкнул выкидным ножом. Недооценила его Саша, недооценила. Худющий, костлявый парень, «тормоз» на первый взгляд, а успел.

Они успели оба. Сашин кулак с хрустом вминал прыщавый нос, в брызгах крови и соплей, а хищный клинок неуклонно, мягко и неотвратимо стремился ей в бок. Казалось бы, ничего уже она не сможет поделать. Оставалось только наблюдать, как фонтанирующий носом парень бесконечно долго будет падать назад, с вдруг почерневшим лезвием в откинутой руке. И он падал, падал, – пока, наконец, затылок его не стукнулся о землю.

Саша оглянулась. Зевак, слава богу, не наблюдалось. И время отмерло, вернулось в свое обычное течение. Стремный страж, согнувшись в три погибели, предсмертно мычал на пороге подворотни. Короткий удар локтем в спину, сверху вниз, пригвоздил его к земле, выключая звук. Широкий мордатый гопник хрипло пускал пузыри, упорно удерживая женскую сумку в руках. Очкарик звуков не издавал, он просто лежал под ногами у обалдевшей блондинки.

Та тоже не стремилась к диалогу, даже рот рукой прикрыла. Разнообразные дамские штучки, выпавшие на асфальт, блестели в полумраке. Саша вырвала сумочку, отложила, и провела короткий обыск тел.

– Забери, – сказала она, протягивая часы и колечко с сережками. – Как тебя зовут?

– Элеонора… – бессильно осевшая на корточки девушка содрогнулась. Из последних сил блондинка сдерживала рвотные позывы. – Они умрут⁈

– Хотелось бы, – ровно ответила Саша. – Хотя это вряд ли. Человек живучее существо. А шпана – так уж подавно. Одна надежда, что менты добавят. Ну, в смысле, если ты их сейчас вызовешь.

Элеонора в ужасе снова прикрыла рот рукой.

– Не хочешь звать полицию?

Бледная до синевы, та энергично закивала.

– Так я и знала, – констатировала Саша. – Боишься их дружков?

– Боюсь, – блондинка закивала. Она в самом деле дрожала. – Мне проблемы ни к чему.

– Дело твое, – вздохнув, Саша поднялась.

Элеонора хотела последовать ее примеру, но сил встать не было. Тем временем Саша, сделав круг по подворотне, вернулась с ножом в руках.

– Украденное барахло возвращается местному населению, – сообщила она. – А оружие, добытое в бою, считается трофеем. Хочешь колючку для самообороны?

– Нет! – блондинку пугал и нож, и спокойствие, с которым Саша обтерла клинок о футболку бывшего хозяина.

Девчонка пожала плечами:

– Была бы честь предложена, а от убытку бог избавил.

Отказом Саша не расстроилась. С детским любопытством она снова нажала на круглую кнопочку с краю черного корпуса. Затем чарджером затянула клинок обратно в корпус.

– «Майкротек Хало три», забавная штучка!

– У тебя рана… течет… – пробормотала Элеонора, задыхаясь. От щелчков мягко выскакивающего лезвия она каждый раз вздрагивала.

– Да, майку испортили, – согласилась Саша, разглядывая порез на футболке, набухающий кровью. – Вот козлы! Придется выкинуть. А шорты можно отстирать.

– Пойдем в аптеку, помогу, – блондинка пошатнулась, закатывая глаза.

– Эй, подруга, носом дыши! – прикрикнула Саша. – Как бы тебя саму в аптеку тащить не пришлось.

Элеонора послушно задышала, энергично втягивая воздух. Упражнение помогло настолько, что она напомнила:

– У тебя рана течет…

– Ерунда, до свадьбы заживет, – отмахнулась Саша. – Сейчас заклею.

– Ты специальный спецназ? – блондинка округлила и без того немалые глаза. – Как ты с тремя бугаями разделалась!

– Я не могу разглашать название нашей организации «Белая стрела», – серьезно ответила Саша, приглаживая пластырь. – Это военная тайна.

Она закинула в аптечный пакет трофейный ножик и вышла из подворотни. Редкие прохожие спешили мимо. Воротя взоры, они ускоряли шаг.

– Ты меня не видела, понятно излагаю? Для твоего же блага. И в этом районе больше не гуляй.

– Никогда⁈ – Элеонора захлопала кукольными ресницами.

– Никогда, – твердо кивнула Саша. – А для начала попробуй хотя бы месяц.

– Дворами ходить ближе, – выдавила блондинка, – но я постараюсь.

– Умница! Теперь в темпе собирай вещички. И дергай по-английски, пока не вскипело.

Элеонора бросилась выполнять команду.

– Телефон не забыла? Сумочку застегнула? – прикрыв бок пакетом, Саша смотрела по сторонам. – Вот и хорошо, мне тоже пора. Еще в душ надо успеть.

Справка. Министерство внутренних дел России подготовило приказ «О порядке принесении извинения гражданину, права и свободы которого были нарушены сотрудником полиции». Документ предусматривает, что граждане вправе желать, чтобы полицейские приносили свои извинения там, где заблагорассудится потерпевшим – например, по месту жительства, работы или учебы.