Текст книги "Те самые Сейморы (ЛП)"
Автор книги: Саванна Роуз
сообщить о нарушении
Текущая страница: 14 (всего у книги 17 страниц)
Я лишь вполглаза искала Руди. Мне не хотелось видеть его, пока я не смогу поговорить с ним открыто. Я была уверена, что он будет в ярости на меня. Даже если бы он не думал, что это я намазала кремом маффины, он мог бы предположить, что Джулианна отомстила за то, что его братья сделали со мной. И, возможно, он мог бы подумать, что я это одобрила. Что было не так. Как бы я ни злилась, я уже перестала пытаться мстить им. Однако правда была в том, что его братья не могли же думать, что могут сделать что-то подобное, не получив ответа, верно?
Мне просто жаль, что это был Гэри. Он мог отвечать так же яростно, как и Крис, но никогда, казалось, ничего не начинал первым. Он всегда выглядел немного потерянным и обретал себя, только когда делал что-то с братьями. Правда, обычно это было за счет моей компании, но только в школе. Он, как и остальные, казался совсем другим человеком дома. Ну, не совсем другим. Гэри все равно делал то же, что и его братья, просто они также делали и другие вещи, в которых он не участвовал.
Ничто не могло вывести меня из задумчивого ступора, пока я не потянулась за своей спортивной формой и не коснулась лишь холодного металла. Нахмурившись, я встала на цыпочки и заглянула внутрь. Весь мой спортзальный шкафчик был пуст. Мои кроссовки, шорты, майка, спортивный бюстгальтер, нижнее белье и даже тампоны исчезли.
Я пошла искать мисс Роуч, но прежде чем я добралась до ее кабинета, шум снаружи привлек мое внимание. Звучало так, будто там был комедийный клуб, и каждый раз, когда дверь раздевалки открывалась, к громкому хохоту присоединялся новый голос.
Тошнотворное чувство скрутило меня в животе. Я убеждала себя, что это просто совпадение, но не могла заставить себя поверить в это. С тревогой я нехотя и осторожно побрела к выходу.
Едва я оказалась на улице, как мое раздражение взлетело до небес.
– Черт побери, – прорычала я сквозь зубы. – Надо отдать им должное за креативность, полагаю.
Моя спортивная форма развевалась на флагштоке вместе с моим нижним бельем и огромным плакатом с моим лицом, залитым красной краской. Или, по крайней мере, я надеялась, что это просто краска. Кто-то развернул все мои тампоны, тоже обмакнул их в краску и привязал, как бахрому, по краям плаката. Порыв ветра заставил мои потертые спортивные трусы развеваться на ветру, и, да, их тоже выкрасили.
Я отступила в раздевалку, прежде чем кто-либо заметил меня. Сделав три шага, я столкнулась с Джулианной и Мэйси, одетыми с иголочки в свои теннисные наряды, с заново причесанными волосами.
– Кеннеди! Почему ты не переодета? Ты опоздаешь! Давай, я уверена, ты можешь бегать и в этом. За опоздание снимают больше баллов, чем за неподходящую форму, поверь мне, я знаю.
Не дав мне возразить, они взяли меня под руки и повели обратно к выходу.
– Что это тут у нас? – громко спросила Джулианна.
Часть толпы обернулась на звук ее голоса, увидела меня и начала вопить. Щеки пылали, а глаза горели.
Я не хотела вырываться из хватки Джулианны и Мэйси, зная, что любая реакция лишь вызовет больше насмешек. Так что вместо этого я уставилась на свою майку, которая демонстрировала теперь уже постоянные пятна пота, гордо развеваясь на ветру.
– Боже мой, Кеннеди! – пронзительный визг Мэйси привлек оставшееся внимание к нам.
Я не отводила глаз от майки, делая все возможное, чтобы заглушить звуки смеха. Это было за гранью унижения. Я утешала себя мыслями о том, как сожму тощую шею Криса. Это мог быть любой из врагов, которых я невольно нажила за последние несколько дней, но в моем уме не было сомнений, что это его рук дело. Что-то в этом просто кричало «Крис».
Учителя пришли разогнать вечеринку, уводя неохотных спортсменов на их занятия. Джулианна и Мэйси издали несколько сочувствующих звуков в мой адрес, прежде чем исчезнуть вместе с другими теннисистками в белом.
Мисс Роуч все еще не было видно, но бегуны все равно выходили на дорожку поодиночке. В конце концов, остались только я, Руди и это ужасное зрелище на вершине флагштока.
Это было слишком публично. Мне было все равно.
– С Гэри все в порядке? – спросила я.
– Да. Просто брезгует. У парня вообще нет контроля над рвотным рефлексом. А ты в порядке? – он оказал мне услугу, глядя на меня, а не на флагшток, и в тот момент я подумала, что могу полюбить его уже за одно это.
– Да. Просто брезгую, – сказала я с самоуничижительной улыбкой. – Похоже, война снова в силе, да?
– А она когда-нибудь прекращалась?
– Полагаю, нет. – Я обняла себя и смотрела, как уборщик, который был в режиме полного ворчуна, не то чтобы я винила его, снимает вещи с флагштока. Тот, кто их туда повесил, проделал чертовски хорошую работу. Настолько, что он не мог снять их одной лишь мышечной силой. Ему пришлось, блин, срезать их.
– Интересно, где мои кроссовки, – сказала я, вдруг осознав, что их нет с остальными вещами. – Есть идеи?
– Наверное, в мусорном баке, – извиняющимся тоном сказал Руди. – Если это работа Криса, во всяком случае. – Не знаю. То, как он выделил «если», прежде чем упомянуть Криса, заставило меня поверить, что он не совсем уверен, что его брат был виновником.
– Ты не думаешь, что он мог это сделать?
Руди пожал плечами.
– Не думаю, что он мог до этого додуматься. Или, если и додумался, не думаю, что у него хватило бы креативности это провернуть. Даже если бы хватило, тампоны все еще вызывают у него отвращение. Может, Гэри… но он обычно не придумывает, что делать.
– Он больше ведомый, – согласилась я. – Брэдли?
Руди фыркнул.
– Единственное, на что Брэдли сейчас реагирует, – это когда кто-то из нас расстроен или ранен. На Джулианну ему уже давно плевать. Она давно переиграла с ним. Никакого эффекта. Разве что если она пойдет против нас. – Он бросил на меня обеспокоенный взгляд. – Но он реально в ярости из-за кекса. Гэри был в плохом состоянии какое-то время.
Ледяная дрожь пробежала по моему позвоночнику.
– Что… что обычно делает Брэдли, когда расстроен?
Руди пожал плечами.
– Я никогда не видел его таким. Не знаю, что он сделает. Просто… это была не ты, верно? – он выглядел так, будто не хотел ни задавать вопрос, ни слушать ответ.
– Нет, – твердо сказала я. – Я провожу черту на том, чтобы заставлять людей есть гадости. Ладно, это не совсем правда, я провожу черту гораздо раньше, но у меня есть свои собственные «проблемы по Гэри», и Джулианна очень хороша в том, чтобы втягивать меня в дела, но я не имела к этому никакого отношения. Вообще. Обещаю. Джулианна была со мной, когда я открыла шкафчик, так что она сама видела, что сделали твои братья.
У Руди стало забавное выражение лица.
– Они сказали, что не делали этого, – сказал он. – Они даже слегка разозлились, что я их в этом обвинил.
Я нахмурилась и открыла рот, чтобы спросить, верит ли он им, но меня прервал свисток мисс Роуч.
– Шоу окончено, все сюда! Где мои лидеры?
– Это мы, – сказал Руди, сверкнув маленькой ухмылкой. Он побежал, а я последовала за ним в нескольких шагах, жалея, что надела в тот день симпатичные сандалии.
Я испытывала боль еще до начала бега. К тому времени, как я завершила последний круг, я пришла к финишу последней, хромая, с волдырями на пятках и раздражением на бедрах. Фантастика.
ГЛАВА 32
Мне хотелось только одного: добраться до дома, забраться в ванну и не вылезать оттуда до конца своих дней.
Я побрела через парковку, превозмогая боль от волдырей и игнорируя взгляды и усмешки, все мое существо было сосредоточено на одной-единственной цели – моей машине. Я направилась к ней по прямой, не обращая внимания на тротуары, пешеходные переходы и толпу, пока мой путь не преградила широкая грудь в синей футболке.
– Это был низкий поступок, Кеннеди, – голос Гэри дрожал. – До чего же больно. И теперь мне придется таскать на себе эту дурацкую вещь, пока я не доберусь до дома. – Он дернул за футболку, которая на нем сидела вполне ничего. Я подумала, что, наверное, она была с символикой не той команды.
– Мне жаль, что тебе было больно, – сказала я. – Но это сделала не я.
Он напрягся так резко, что его затрясло. Я подумала, что он сейчас ударит меня, и от страха ноги приросли к асфальту. Никаких резких движений.
– Хватит мне врать, – прорычал он. – Крис слышал, как те две блондинки трещали, что это ты все устроила.
– Оставь ее в покое! – Легко сказать. Джулианна мчится на выручку. – Пошли, Кеннеди, – сказала она, продевая руку под мою. – Давай оставим сироту предаваться истерике в одиночестве.
Я позволила ей утащить меня к своей машине, хотя, честно говоря, возможно не стоило. Джулианна вела свою игру, и даже если это не она вывесила мои трусы на флагшток, черт побери, именно она была одной из причин, по которой они там в итоге оказались. Но я была вымотана и не могла противостоять Гэри, так что я сдалась, хотя моя внутренняя защита и пыталась оставаться на максимуме.
Пока мы уходили, Руди направился к Гэри, его шаги были тяжелыми и быстрыми. Не прошло и двух секунд, как они начали спорить, но я была слишком далеко, чтобы разобрать слова.
– У меня кое-что для тебя есть, – весело сообщила Джулианна. – Подарок для твоего садового проекта.
Она открыла багажник и достала четыре больших вертушки, в центре каждой из которых была милая харизматичная букашка: божья коровка, бабочка, кузнечик и пчелка.
– В тон нашим костюмам, – сказала она, вручая их мне. – И, конечно, чтобы увековечить нашу дружбу в твоем саду.
– Спасибо, – выдохнула я. После всего, что случилось сегодня, этот подарок и мысль, стоящая за ним, тронули меня до глубины души. Я даже на секунду усомнилась, действительно ли она заслуживает места в моем личном списке врагов. Смущенная, я покрутила одну из вертушек. – Они будут здорово смотреться в саду.
– Отлично! – она захлопала в ладоши, а затем окинула взглядом парковку. Гэри и Руди отошли от моей машины, но все еще были в поле моего зрения. – Берег чист, – объявила она. Я решила, что даже если чистота эта не кристальная, то для побега ее хватит.
– Спасибо. Увидимся завтра.
Я доплелась до своей машины, как старушка, сунула вертушки на заднее сиденье и забралась внутрь.
Машина Джулианны с ревом завелась, и в мгновение ока ее не стало – некому было меня спасать или стать свидетельницей, если Сейморы решат ринуться в мою сторону. Но по крайней мере, рядом был Руди, и я была чертовски уверена, что, как бы он и его братья ни спорили о том, заслуживаю ли я наказания, он не позволит, чтобы это случилось у него на глазах.
Сейморы все еще спорили – судя по всему, уже все четверо – они стояли у «Мустанга» Руди. Я поймала несколько злобных взглядов, направленных в мою сторону. Останься у меня хоть капля сил, я бы начала волноваться, что они там задумали на завтра.
Как выяснилось, у меня были проблемы и поважнее. Я повернула ключ в замке зажигания, и... ничего. Нахмурившись, я попробовала снова. Раздались беспомощные щелчки, заиграло радио, но двигатель даже не попытался завестись.
Со вздохом я откинула голову на раскаленный руль и потянула за рычаг открытия капота.
Проклятый день.
Проклятая тачка.
Да чтоб все это провалилось.
Моя машина была не похожа на тот «Форд», с которым мы все возились. В старом «Форде» все внутренности были на виду, а у моей они были аккуратно упрятаны под металлические кожухи, прикрученные намертво. У меня уйдет уйма времени, чтобы найти проблему, при условии, что я вообще пойму, что это она, когда увижу.
Я услышала, как рядом притормозил «Мустанг». Парни, видимо, утрясли свои разногласия.
– Проблемы с машиной? – спросил Руди, поставив свою на ручник.
Я кивнула, когда он вышел.
– Не заводится, – сказала я. – А инструментов, чтобы понять, в чем дело, у меня нет. Придется звонить в сервис или типа того... Утром еще все работало, и она никогда так себя не вела. Я думаю... – я прикусила язык, не выпустив подозрение наружу.
Братья Руди были достаточно близко, чтобы услышать меня, и, обвини я их в том, чего они не делали – или даже в том, что сделали, – они, скорее всего, взбесятся. Напряжение в их машине было ощутимым, даже оттуда, где я стояла.
– Вот черт, – сказал он, взглянув на безоблачное горячее небо. – Подбросить тебя до дома?
Едва он успел это сказать, как с другой стороны, напротив синего «Мустанга», с визгом тормозов остановилась ярко-розовая машина. Я почувствовала, как напряжение возросло, мне даже не нужно было это видеть.
– Кажется, я говорила вам, чтобы вы отстали от нее, придурки! – отрезала Джулианна, смотря поверх меня и испепеляя парней взглядом.
Руди невозмутимо посмотрел на нее.
– У нее машина не заводится, – сказал он.
– Почему? Что вы с ней сделали? – потребовала она ответа.
Выражение лица Руди не изменилось, но я почувствовала, как он напрягся до предела.
– Я не...
– Нет, не ты. Эти сопляки, которые ходят в автосекцию. Кто из них саботировал машину?
Из машины тут же раздался хор возмущенных опровержений, медленно перерастающих в угрозы, но Руди поднял руку.
– Вряд ли это саботаж, – сказал он. – Скорее всего, просто совпадение. Так или иначе, ей нужна помощь доехать до дома.
Крис и Гэри снова начали что-то орать, и Джулианна нажала на клаксон, заставив их заткнуться.
– Ну, и чего вы тут торчите? Я ее подвезу. Забирай свои вещи, Кеннеди. А вы, Сейморы, проваливайте.
Я бросила Руди виноватый взгляд и, стараясь вообще не смотреть на его братьев, достала из своей машины сумку и вертушки. Руди с визгом шин рванул с парковки и исчез на дороге быстрее молнии.
– Ты можешь такое представить? – раздраженно спросила Джулианна. – Весь день тебя достают, а потом у них хватает наглости заявлять, что поломка машины – это совпадение. Фу. Руди правда предложил тебя подвезти?
– Ага, – устало сказала я.
– Какая наглость! Ты же понимаешь, что ты бы до дома не доехала, да? Они бы тебя сплавили так же, как и всех остальных девушек.
Я взглянула на нее искоса.
– Всех остальных девушек?
Она отмахнулась от моего скептицизма.
– Ну, ты знаешь, ходят же слухи, и все они крутятся вокруг Сейморов. Этот городок как раз достаточно большой, чтобы им это сходило с рук, но ты же в курсе, что они вечно куда-то уезжают, и чаще всего возвращаются с каким-то дополнительным человеком.
– Мистер Сеймор – приемный родитель, – напомнила я ей. – В этом-то все и дело. Он, наверное, ездит за детьми.
Она фыркнула.
– Крадет приемных детей, ты хотела сказать. Пойми меня правильно, если бы я собралась заняться торговлей людьми, чего я никогда не сделаю, конечно, я бы тоже брала приемных. Кто пойдет их искать?
– Я почти уверена, что за детьми присматривают соцработники и все такое. – Я сказала это не как вызов, но напряжение в скулах Джулианны подсказало мне, что именно так она это и восприняла. Или же она решила, что я защищаю братьев Сеймор. С ее точки зрения, последнее было еще хуже.
– Ага, конечно, но все, что нужно мистеру Сеймору, – это убедить соцработника, что он хороший парень, ровно настолько, чтобы они потеряли интерес или переключились на более важные дела, а потом он может заняться тем, чтобы сплавить их навсегда. Ты не заметила, что он берет только угрюмых парней? Никогда – девочек или добродушных мальчиков. На то есть причина. Девочек на черном рынке продают куда дороже, а мальчишки с криминальными наклонностями – прирожденные подручные. – Она многозначительно на меня посмотрела.
Я приподняла бровь.
– Это... очень серьезные обвинения, Джулианна. Откуда ты знаешь, что это правда?
Она с нетерпением выдохнула.
– Это же все улики, конечно. Но давай будем честными, если бы кто-то покопался в этой семье дольше пяти минут, они бы сложили пазл так же, как и я. Помни, Кеннеди, я наблюдаю за этой семьей годами. Годами! Я знаю, о чем говорю.
Может, и знала. А может, это я была дурой, доверяя Руди больше, чем Джулианне, но ее история казалась такой надуманной, особенно теперь, когда я знала правду о Китти Мэй. Ни за что на свете штат не продолжал бы отдавать детей мистеру Сеймору, если бы они продолжали пропадать, и я могла придумать массу законных причин, по которым вдовец брал бы на воспитание только угрюмых мальчишек.
– Я не сомневаюсь, что ты за ними наблюдала, – сказала я осторожно. – Но не думаешь ли ты, что твои выводы слегка... комиксные?
– Я никогда не читала комиксов, так что не знаю, – бойко ответила она, заезжая на мою подъездную дорожку. – Но я знаю, что видела и что слышала, и я знаю, что ни одна девушка не будет в безопасности, если согласится на подвезти с любым из Сейморов. О! Давай я помогу тебе с ними. Мы вместе решим, куда их лучше поставить. У меня врожденный талант к аксессуарам, знаешь ли. – Она достала две вертушки с заднего сиденья и откинула волосы, открыв серьги точно такого же цвета, как ее глаза.
Несмотря на изнеможение, я не стала отказывать ей, и она вошла в дом, хотя мы там надолго не задержались. Джулианна, движимая миссией, пронеслась через него быстрым шагом. Мы перепробовали четыре разных места в саду, втыкали вертушки в землю и снова выдергивали. Три места нравились мне, Джулианне – ни одно. Оно должно быть идеальным, настаивала она, чтобы увековечить нашу вечную дружбу, по иронии судьбы, основательно истончая мое терпение к этой самой дружбе. Она уже во второй раз устанавливала их перед молодым апельсиновым деревцем, когда у меня завибрировал телефон.
Это был Руди. Я не сохранила его номер под его именем на случай, если он позвонит или напишет, когда мой телефон будет у всех на виду. Вместо этого он был записан как ряд решеток, как иногда отображается неизвестный частный номер.
«Надо поговорить. Заехать за тобой?»
– Что думаешь насчет вот этого места? – спросила Джулианна.
Я едва взглянула.
– Смотрится хорошо.
«Сейчас не лучшее время. Но поговорить очень надо. Дам знать».
Джулианна снова переставила вертушки, на этот раз к пруду, в котором все еще не было карпов. В понедельник, – решила я, – я это исправлю. Мой телефон начал бешено вибрировать – Руди и я раньше не вели полноценных текстовых переписок. Оказалось, он тот еще любитель потрепаться.
«Они не трогали твою машину».
«Не дай ей залезть тебе в голову».
«Я не знаю, что с машиной, но мой папа может глянуть».
«Серьезно, это не мы».
«Я бы никогда так с тобой не поступил».
«Ты же знаешь, что я к тебе чувствую, да?»
«Скажи, во сколько».
– Кто там у тебя такой интересный? – прозвучало у меня над ухом, и я подпрыгнула. Я даже не услышала, как она подошла сзади. Она выхватила телефон у меня из рук и удивленно подняла брови, глядя на сообщения. Она видела только три последних, не прокручивая вверх.
– Так значит, у тебя все-таки есть парень по секрету! Это как, Кеннеди? Кто он? Ты возьмешь его на вечеринку у бассейна? Он учится в нашей школе? О боже, он что, старше тебя? – пока она забрасывала меня вопросами, я выхватила телефон обратно.
– Думаю, это ошиблись номером, – сказала я. – Номер скрыт, я даже не вижу кода города.
Она слегка сдулась и надула губки.
– Правда?
– Правда, – сказала я. Ложь встала комом в горле, но я сглотнула. Подумай только, какое начнется безумие, если она узнает, кто мой парень на самом деле. Телефон снова зазвонил, и я в панике быстренько ответила.
– Алло?
– Кеннеди? Это мистер Фостер. Я заметил, что твоя машина все еще здесь, ты хотела сегодня отработать занятие? Я уже собрался уходить, но если ты здесь, то могу задержаться. – Он говорил громко, словно еще не понял, что можно говорить обычным тоном, и человек на том конце все прекрасно услышит.
Я с досадой хлопнула себя по лбу. Я совсем забыла про отработку.
– Эй, мистер Фостер, я, вообще-то, уже не в школе, – сказала я. – Моя машина не завелась после уроков, а родителей нет дома, так что я пока думаю, что с этим делать.
– Так слушай, почему бы тебе не принести ключи завтра утром в школу, и я в нее загляну? У меня есть доступ в мастерскую на выходных. Я проверю, что с ней, и если это что-то, что ты сможешь починить сама, ты поможешь мне ее собрать. И дополнительныйзачет, и работающая машина – два в одном!
Джулианна улыбнулась, давая понять, что слышала каждое слово с того конца провода, а также поняла, кто говорит.
Я улыбнулась, чувствуя облегчение от того, что эта грёбаная проблема, с которой я столкнулась на пустом месте, наконец-то нашла решение.
– Спасибо, это здорово. Я принесу ключи первым делом с утра. Часов в девять, может быть?
– Буду там. До завтра. – Он повесил трубку.
– Похоже, тебе улыбнулась удача, – самодовольно заметила Джулианна. – И смотри! Я нашла идеальное место для вертушек. – Преувеличенным жестом она показала, как расставила вертушки в цветочных горшках вокруг двух каменных скамеек.
– Теперь у нас у всех как бы есть свои места, – сказала она. – Здорово же?
– Здорово, – сказала я, радуясь скорее тому, что она наконец-то осталась довольна. Она хлопнула в ладоши, затем достала телефон проверить время.
– Мне пора, – сказала она. – Дела горой, а времени в обрез. Увидимся, подружка!
Джулианна не стала дожидаться моего ответа. Развернувшись на каблуках, она побежала прочь и вышла сама. Я подождала, пока звук мотора ее машины не затих вдали, и тогда ответила Руди.
«Сейчас можно. Заезжай».
«Уже в пути».
Ответ пришел меньше чем через минуту, и я улыбнулась.
