Текст книги "Тьма времени (ЛП)"
Автор книги: Сара Сэмюэлс
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 25 страниц)
ОЛИВИЯ
Глава 16
Пока мы с Серым Пером, Романом и Марселиусом сидели в типи, мои мысли метались во все стороны, пытаясь осмыслить наше отчаянное положение. Бальтазар охотился на нас – Рождённых временем. А у меня не было ни единого реального способа сразиться с ним. Чтобы победить Бальтазара, нам каким-то образом предстояло найти загадочные Кинжал Солнца и Кинжал Луны. По словам вождя, только они могли его уничтожить.
Но где их искать? Насколько мне было известно, они вполне могли лежать где-нибудь на дне океана.
Как обычно, ответов оказалось гораздо меньше, чем вопросов.
Роман и Марселиус молчали. Возможно, каждый из них уже строил в голове планы, как отыскать эти странные кинжалы. Но правда заключалась в том, что все мы двигались вслепую.
За стенами типи слышались голоса женщин, мужчин и детей, их смех и разговоры – племя постепенно оживало. Неумолкаемое пение птиц наконец стихло, и я поняла, что солнце уже поднялось над горизонтом и начало свой путь по небу.
Свет в типи проникал через отверстие в крыше и исходил от небольшого костра, горевшего посреди жилища.
Марселиус продолжал ворошить огонь палкой, поддерживая пламя, а может, просто пытаясь не уснуть от усталости.
– Охотящийся Волк, ты выглядишь измученным. Твои раны сильно тебя ослабили, – сказал Серое Перо с отцовской заботой в голосе. Он положил свою узловатую старческую руку Марселиусу на ногу и слегка похлопал её.
Марселиус посмотрел на него с неожиданной мягкостью и искренней признательностью.
Это был редкий миг, когда за привычной язвительностью и холодной маской, которую он показывал всему миру, проступило что-то настоящее.
– Спасибо, – просто ответил он. – Мне действительно не помешает ещё немного отдохнуть.
– Моя жена сейчас готовит завтрак. Попроси её позвать целителя к тебе в жилище. – Серое Перо снова похлопал Марселиуса по ноге, словно одним этим прикосновением мог облегчить его боль.
– Спасибо, – повторил Марселиус.
Тяжело поднявшись на ноги, он с тихим стоном вышел из типи.
Когда он ушёл, Серое Перо перевёл взгляд на нас с Романом.
– Есть кое-что о Бальтазаре, что вы должны понять. Давным-давно Бальтазаром всё ещё владело человеческое чувство – любовь. У него была возлюбленная, которую он боготворил. И это была не просто женщина. Она была Рождённой временем. Их любовь была невозможной: Рождённая временем и сама Тьма. Пока она была рядом с ним, она не знала, что он и есть Тьма, что он способен уничтожить её. Но когда она узнала, что он убийца, её охватило отвращение. Она захотела уничтожить его. К несчастью, ей это оказалось не под силу.
– Почему она не смогла? – спросила я. Смогла бы я сама убить Тристана за убийство моего отца? Когда-то я считала Тристана любовью всей своей жизни. Но теперь мне казалось совершенно очевидным, что ради мести за смерть папы я была бы готова на всё. Даже на убийство.
Эта мысль удивила меня. Живя в двадцать первом веке, я всегда считала себя достаточно цивилизованным человеком и предпочла бы доверить восстановление справедливости закону. Но жизнь в Древнем Риме, а затем и в девятнадцатом веке изменила мои моральные принципы и взгляды.
Серое Перо сказал:
– По словам тех, от кого я узнал эту историю, ей удалось найти только один из кинжалов. Чтобы противостоять Бальтазару, необходимы оба. Кинжал Солнца и Кинжал Луны – единое целое. Только вместе они способны уничтожить зло. А ещё… она по-прежнему безумно любила Бальтазара.
– Как Рождённая временем вообще могла полюбить Тьму? Это кажется невозможным. Тьма – воплощение чистого зла.
– Ох, Маленькая Луна, ты не понимаешь. Любовь Тьмы подобна яду. – Взгляд Серого Пера стал задумчивым. – Однажды испытав любовь и страсть, которые дарит Тьма, уже невозможно забыть их или отказаться от них. В этом и заключалась её беда. Она не могла отпустить его, сколько бы боли и страданий это ей ни приносило.
– Тогда как нам найти оба кинжала? – Я вытянула ноги, пытаясь унять ноющую боль в мышцах, затем снова подогнула их под себя.
Взгляд Серого Пера задумчиво блуждал.
– Та женщина – мы называли её Свирепый Ветер – вела подробный дневник. Чтобы найти ответы, вы должны найти этот дневник. В нём записаны все её тайны. Всё…
– Есть хоть какие-нибудь предположения, где его искать? – спросил Роман.
– И откуда мы вообще знаем, что дневник находится именно в этом времени? – добавила я. – Честно говоря, мне совсем не хочется снова путешествовать во времени. По крайней мере, до тех пор, пока я не уничтожу свою Тьму, а Роман – свою.
– Могу заверить вас, дневник находится именно в этой эпохе, – сказал вождь. – Свирепый Ветер была здесь двадцать восемь лет назад. Танцующий Огонь тогда всё ещё тяжело переживал уход Охотящегося Волка и Быстрого Ястреба. Когда Свирепый Ветер появилась у нас, она сказала, что находится в смертельной опасности. В страшной опасности.
Вождь закрыл глаза, словно пытаясь воскресить в памяти далёкие события.
Пока вокруг царило молчание, Роман поднёс мою руку к губам и поцеловал костяшки пальцев.
Я мягко улыбнулась ему, благодарная за это прикосновение.
Когда Серое Перо снова открыл глаза, наши с Романом пальцы всё ещё были переплетены.
– Свирепый Ветер рассказала нам о Бальтазаре, о том, что он охотится за ней и что ей нужна помощь, чтобы победить его. Она также сказала, что записала всё, что знала о слабостях Бальтазара, и что не сможет уничтожить его, пока не найдёт оба кинжала, – сказал Серое Перо. – Помню, однажды она сказала мне: «Мне говорили, что среди вашего народа есть человек из моего времени, который сможет мне помочь. Я пришла сюда, потому что в вашем племени, как говорят, есть путешественник во времени, способный победить Бальтазара». Свирепый Ветер вновь и вновь повторяла, что ей грозит смертельная опасность, если она не убьёт Бальтазара, потому что он разыскивает её во всех временах и во всех мирах.
– Она постоянно говорила о том, что предала его, что, несмотря ни на что, всё ещё любит его и что ни один из них не способен отпустить другого. Они были возлюбленными, чьи души навеки переплелись, связанными неотвратимой судьбой. В конце концов она понимала, что ей придётся уничтожить его. Но я не сомневаюсь, что это было одним из самых тяжёлых решений в её жизни. – Вождь тяжело выдохнул, и его плечи поникли.
Роман нахмурился.
– Всё это кажется невозможным. Мы по-прежнему в тупике. На нас охотится демон, а мы, похоже, совершенно не способны защитить себя.
Вождь кивнул.
– Я понимаю, почему вам так кажется. Но у Бальтазара есть слабость.
– Откуда мы знаем, что у Бальтазара вообще есть слабость? – спросила я.
Взгляд старого вождя медленно скользнул из стороны в сторону.
Серое Перо взял ту самую палку, которой Марселиус недавно ворошил костёр, и пошевелил ею тлеющие угли. Когда пламя снова разгорелось, он задумчиво поджал губы. Наконец он сказал:
– У каждого существа есть слабость. Вы должны выяснить, в чём она заключается, и тогда сможете уничтожить Бальтазара.
– Но вы даже не знаете, где находится этот дневник, – уныло сказала я. – Как мы вообще сможем его найти?
Вождь не ответил. Он продолжал молча ворошить костёр, словно нас с Романом вообще не было рядом.
Типи окутала тяжёлая, удушающая тишина, будто чья-то ладонь зажала мне рот.
Передо мной потрескивал и разгорался костёр, постепенно наполняя всё жилище жаром.
По моей шее медленно стекала капля пота, пока мы ждали, что вождь наконец скажет что-нибудь действительно важное. Внутри было душно, а раздражение от того, что мы снова упёрлись в очередной тупик, только усиливалось.
Наконец, так и не взглянув на меня, Серое Перо произнёс:
– Сегодня ночью мы разведём большой священный костёр и попросим Великого Духа открыть нам, где находятся записи Свирепого Ветра. Мы подготовим великий обряд. А до тех пор – ждите.
Он небрежно махнул рукой, словно выпроваживая нас из типи.
Я поднялась на ноги и вышла наружу. Роман последовал за мной.
Оставалось только ждать.
И надеяться, что этой ночью мы наконец получим ответы.
ОЛИВИЯ
Глава 17
День тянулся мучительно медленно, пока я ждала вечернего обряда у костра. Поначалу после всего, что мы узнали, сохранять спокойствие и ясность мыслей было непросто. Но вскоре нас с Эмили позвали помогать племени разделывать трёх бизонов. Остаток утра и почти весь день мы были заняты работой.
Молодая женщина по имени Смеющаяся Дева рассказала мне, что несколько мужчин отправились на охоту за бизонами ещё на рассвете. Один из них, Быстрая Молния, обладал особой связью с этими животными. Он надевал голову бизона, а шкуру набрасывал себе на плечи, после чего отправлялся туда, где разведчик ещё до восхода солнца заметил стадо.
Быстрая Молния бродил среди бизонов, напевая свою зачаровывающую песню, и могучие звери следовали за ним, принимая его за одного из своих. Когда Быстрая Молния начинал бежать, стадо устремлялось вслед за ним. Именно тогда из-за холмов появлялись остальные коренные американцы, до этого скрывавшиеся там верхом на лошадях. Они мчались рядом с несущимся стадом и выпускали стрелы между последними рёбрами животных, убивая их.
Быстрая Молния следил за тем, чтобы не гнать бизонов слишком долго или слишком быстро, иначе мясо становилось горьким. А охотники действовали стремительно, словно волки, отбирая из стада лишь нескольких животных.
Затем начиналась самая тяжёлая часть работы – разделка добычи. Мы вышли на равнину и снимали шкуры, отделяли мясо от костей. Как я ещё в двадцать первом веке узнала, коренные народы использовали каждую часть животного – ничего не пропадало зря. Пока мы работали, женщины болтали и смеялись. Я уже могла понимать, о чём они говорят, хотя ещё недостаточно хорошо владела языком, чтобы поддерживать разговор. Поэтому я переводила почти всё Эмили, чтобы она тоже чувствовала себя частью происходящего.
Когда солнце начало клониться к горизонту, мы совершенно выбились из сил.
Смыв с себя грязь в ручье, мы с Эмили решили немного отдохнуть в нашем типи. Подходя к жилищу, обтянутому бизоньими шкурами, я заметила неподалёку Романа, разговаривавшего с Земным Медведем.
Желая хотя бы на минуту оказаться рядом со своим любимым, я сказала Эмили:
– Я сейчас подойду, хорошо? Мне нужно поговорить с Романом.
По её лицу расплылась лукавая улыбка. Она сложила руки перед собой и, покачиваясь из стороны в сторону, ответила:
– Конечно! Кто я такая, чтобы вставать на пути настоящей любви? Не торопись.
Сердце радостно затрепетало, пока я шла к Роману.
Заметив меня, он широко улыбнулся. Когда я подошла ближе, он протянул ко мне руку, затем обнял меня за плечи и притянул к себе.
– Здравствуй, любовь моя.
– Привет, – сказала я, чувствуя одновременно радостное волнение и смущение от всех этих счастливых чувств, переполнявших меня.
– Здравствуй. Земной Медведь хочет кое-что показать мне в своём типи. Но я всегда рад любой возможности побыть с тобой, пусть даже всего несколько минут, – сказал Роман.
– Я пойду вперёд и подожду тебя, – сказал Земной Медведь, кивнув мне в знак приветствия, после чего развернулся и зашагал прочь.
Роман повернулся ко мне и нежно поцеловал в губы. Отстранившись, он сказал:
– Вот так. Думаю, этого мне хватит… примерно на час.
Он рассмеялся.
– Какой же ты непритязательный, если тебе достаточно всего одного поцелуя, – поддразнила я.
– Ты права. Тогда возьму ещё один.
Он наклонился ко мне и поцеловал долгим, глубоким поцелуем. Когда он снова отстранился, его глаза сияли.
– М-м… Вот теперь гораздо лучше. Так что я могу для тебя сделать?
– Я тут думала, – сказала я, положив руку ему на бедро. – Эмили стала для меня очень важным человеком. Мне ненавистно скрывать от неё правду, особенно после всего, через что ей пришлось пройти. Если Бальтазар охотится за нами, значит, она тоже в опасности.
Роман кивнул.
– Я не хочу, чтобы моя Тьма или сам Бальтазар убили её. Это меня уничтожит.
– Понимаю, – сказал Роман, положив ладонь мне на шею.
Я прильнула к его руке.
– Что ты скажешь, если я расскажу Эмили правду? О нас. О том, кто мы такие. Иначе она словно ягнёнок среди волков. Её застанут врасплох и просто растерзают. Я не вынесу ещё одной такой смерти.
По позвоночнику пробежала дрожь.
Роман положил обе руки мне на плечи и внимательно посмотрел мне в глаза.
– Любовь моя, если сердце подсказывает тебе, что так будет правильно, расскажи ей. Я лишь не хочу, чтобы ты совершила ошибку и тем самым привлекла внимание Бальтазара.
Мои глаза широко распахнулись.
– Думаешь, такое возможно?
– Не знаю. Мы ведь ещё не понимаем всех хитростей и коварства этого демона. Поэтому я советую тебе прислушаться к тихой мудрости своего сердца. Если оно подсказывает молчать – значит, молчи.
Он слегка сжал мои плечи.
– Я уже так сильно её люблю… Если с ней что-нибудь случится, это разобьёт меня. Полностью сломает.
Я обхватила запястья Романа руками.
– Я не хочу, чтобы её жизнь оказалась под угрозой из-за того, что я сказала… или не сказала.
– Она уже в опасности, Оливия. Ты и сама это знаешь.
Он притянул меня к себе и начал медленно покачивать из стороны в сторону.
– Знаю. Но риск промолчать кажется мне слишком большим.
– Поступай так, как считаешь правильным, – сказал он, крепко прижимая меня к себе.
Было так хорошо раствориться в его тепле. Несколько слишком коротких мгновений я просто наслаждалась этой близостью.
Затем Роман сказал:
– Прости, что у меня не было возможности попросить Серое Перо благословить наш союз. Сегодня вечером, во время обряда у костра, я обязательно это сделаю.
– Всё в порядке. Нам некуда спешить, – ответила я, прижавшись щекой к его груди. – Я безумно счастлива, что мы помолвлены, любимый. Но церемония состоится тогда, когда придёт её время. Сначала мне нужно поговорить с Эмили. А нам обоим ещё предстоит выяснить, где находится дневник и как победить Бальтазара.
– Ты права.
Он поцеловал меня в макушку и нехотя отстранился.
– А мне нужно посмотреть, что хочет показать мне Земной Медведь. До вечера, моё прекрасное пламя.
Он легко коснулся моих губ своими, развернулся и направился к типи Земного Медведя.
Я вошла в наше типи и увидела Эмили, лежащую на спине с рукой, заброшенной на глаза.
– Боже, как же я устала, – сказала она, даже не убирая руку с лица. – Разделывать бизонов – та ещё работёнка.
– Знаю. А теперь нам ещё предстоит очищать шкуры, растягивать их и выделывать.
Я опустилась рядом с ней на устланный мехами пол.
– Уф, – простонала она. – Боюсь, я ещё неделю не смогу пошевелиться.
Я перевернулась на живот, опёрлась на локти и попыталась набраться смелости.
– Эмили, – наконец произнесла я.
Она резко убрала руку с глаз и повернулась ко мне.
– Что? – встревоженно спросила она. В её высоком голосе отчётливо звучала тревога.
– Что случилось? – удивилась я. – Почему ты так испугалась?
– Этот голос. Это твой голос «ой-ой».
Она приподнялась, опираясь на руки.
– У меня есть голос «ой-ой»?
Эмили кивнула с таким серьёзным выражением лица, будто нас вот-вот должны были поставить к расстрельной стенке.
Я нервно усмехнулась.
– Ну… Мне нужно кое-что тебе рассказать. Это прозвучит совершенно невероятно. Но, пожалуйста, выслушай меня до конца. Я пойму, если сначала ты мне не поверишь. Когда мой отец рассказал всё мне, я тоже не поверила. Когда эту историю рассказали Роману, он тоже не поверил.
Брови Эмили сошлись на переносице.
– То есть Роман не поверил тебе, когда ты рассказала ему то, что собираешься рассказать мне?
– Нет, нет, я не так выразилась. У Романа такая же… эм…
Я подняла взгляд к вершине типи, пытаясь подобрать нужное слово.
– У него есть такая же способность… Такая же, как у меня.
Эмили села и крепко сжала мои руки в своих.
– Оливия, ты меня пугаешь. Что это за способности такие?
Я глубоко выдохнула и выпалила:
– Я родилась третьего ноября тысяча девятьсот девяносто четвёртого года.
– Что? – выдохнула она, нахмурившись.
– Именно то, что ты услышала. Я родилась в пещере в Перу в тысяча девятьсот девяносто четвёртом году. Я из будущего. Полтора года назад я переместилась во времени в Древний Рим, где познакомилась с Романом. А потом, когда Марселиус и Роман собирались убить друг друга в месте под названием Римский Колизей, я перенесла нас троих сюда. – Я стиснула её руки так, словно от них зависело моё спасение.
– Подожди, помедленнее, – сказала она, высвобождая руки и выставляя ладони перед собой. – Ты хочешь сказать, что ты, Роман и Марселиус умеете путешествовать во времени?
Я энергично закивала.
– Именно. Я родилась в момент наивысшей точки солнечного затмения и получила этот дар. То же самое произошло с Романом и Марселиусом. Они близнецы. А теперь за мной охотится нечто, что называется Тьмой. Эта Тьма убивает людей, которых я люблю.
Я наклонилась вперёд и положила ладони ей на колени.
– Я бы никогда не рассказала тебе всё это, но сегодня утром вождь сообщил нам, что за нами охотится ужасная Тьма, куда более страшная, чем моя собственная. И я боюсь… если я не предупрежу тебя, а она придёт за тобой…
Я зажала рот ладонью, когда из груди вырвалось рыдание.
– Я не потеряю тебя, Эмили. Просто не потеряю. Эта Тьма уже забрала людей, которых я всем сердцем любила. Она… словно чудовище.
Лицо Эмили побледнело.
– Ты меня пугаешь, Оливия.
Она снова взяла мои руки и крепко их сжала.
– Мне тоже страшно, Эмили. Когда Серое Перо сказал, что за мной охотится величайшая Тьма, мне стало страшнее, чем когда-либо прежде. Я умею сражаться. Я могу в одиночку одолеть нескольких мужчин – и уже делала это. Но я не знаю, как бороться с чем-то сверхъестественным.
Мы смотрели друг на друга широко распахнутыми глазами, полными ужаса.
Потом я тихо сказала:
– Наверное, ты считаешь меня сумасшедшей. Но я должна была рассказать тебе правду, чтобы ты сама решила – остаться с нами или пойти своей дорогой.
Эмили закрыла глаза и глубоко выдохнула.
– Оливия, я не считаю тебя сумасшедшей.
Мои брови удивлённо поползли вверх.
– Не считаешь?
– Нет. Я тебе верю, – сказала Эмили, дрожащими руками сжимая мои ладони. – Мой отец много лет назад знал одного путешественника во времени.
У меня отвисла челюсть, и я часто заморгала.
– Что? Как такое возможно?
Эмили пожала плечами, отпустила мои руки и убрала с лица растрёпанные волосы. Она выдвинула вперёд нижнюю челюсть и с силой подула вверх, помогая непослушным прядям.
– Помнишь, я говорила, что папа хранил секреты?
Я кивнула, опираясь на руки.
Эмили продолжила:
– День, когда нас с семьёй арестовали, начался как самое обычное утро. Я зашла к нему в кабинет почитать книгу и случайно нашла спрятанный дневник. Не удержалась и начала листать страницы, прочитав несколько записей. Потом мне было ужасно стыдно.
– В дневнике говорилось, что однажды отец нашёл тяжело раненую женщину и выходил её. Когда она поправилась, она говорила по-английски очень плохо, с сильным итальянским акцентом. Она сказала моему отцу, что находится в опасности и должна найти человека по имени Джон Джеймс. Она повторяла это снова и снова.
– Когда отец спросил, зачем ей нужен Джон Джеймс, она ответила, что её преследует коварный человек по имени Бальтазар. Отец пытался понять, кто такой Бальтазар, но она боялась рассказывать больше. Спустя некоторое время она ушла, оставив его с разбитым сердцем. Годами он пытался найти её и выяснить, кем она была и кто такой Бальтазар, но в конце концов зашёл в тупик.
Я потрясённо уставилась на неё.
– Эмили… В дневнике твоего отца было написано, что за той женщиной охотился Бальтазар?
– Да. Именно это и было написано. Я хотела прочитать дальше, чтобы понять, кто такой этот Джон Джеймс, но вдруг услышала крик Шарлотты. Я бросила дневник, побежала к ней и увидела, что за моим отцом и за нами пришли солдаты.
– Боже мой, Эмили… Мне так жаль.
Я широко раскрыла объятия и крепко прижала её к себе.
– Как думаешь, дневник всё ещё может быть у вас дома?
– Не знаю. Когда нас арестовали, солдаты начали поджигать дом. Я не знаю, стоит ли он до сих пор. Дом был большим. Возможно, дневник отца всё ещё там. И я уверена, что в нём есть ответы, которые ты ищешь.
– А когда были сделаны эти записи?
– Двадцать восемь лет назад.
– Эмили… Боже мой! Та путешественница во времени, которую мы ищем, пришла к этому племени за помощью именно двадцать восемь лет назад. Скорее всего, это та самая женщина, которую встретил твой отец. И это может быть её дневник!
– Да! Он у меня дома, в Уэстон-Хиллз, – сказала Эмили.
– Это потрясающая новость! Ты даже не представляешь. Я уже совсем отчаялась, не понимая, где искать ответы на бесконечные вопросы, которые не дают мне покоя. А оказалось, что именно ты, моя дорогая подруга, можешь дать один из самых важных ответов. Нам нужно как можно скорее отправиться за ним.
Эмили напряглась в моих объятиях, а затем мягко отстранилась.
– Эта мысль пугает меня, Оливия. Почему мы не можем остаться с этим племенем? Здесь мы в безопасности. Они приняли нас как своих.
Я внимательно посмотрела на неё, не скрывая тревоги.
– Ты не понимаешь, Эмили. Бальтазар – это та Тьма, которая охотится за мной. Никто из нас не будет в безопасности, пока он не уничтожен. Ни ты. Ни я. Ни Роман. Ни Марселиус. Он охотится на нас, Эмили. И он – сверхъестественное существо. Он перемещается сквозь время, исчезает и появляется вновь. Я не знаю, как бороться с таким существом без помощи. Мы должны найти дневник твоего отца и узнать, что в нём написано о той женщине.
Эмили сидела напротив меня, дрожа и избегая моего взгляда. Наконец она подняла глаза, глубоко выдохнула, взяла мои руки в свои и, глядя прямо на меня, сказала:
– Я хочу узнать больше о своём отце, о той женщине и о том, кто такой Джон Джеймс. Я помогу тебе, Оливия. И сделаю всё, что в моих силах, чтобы привести тебя к папиному дневнику. Ты стала мне как сестра, и я не хочу потерять тебя из-за этой Тьмы.
– Спасибо, Эмили. Ты мне тоже как сестра. И я не хочу, чтобы ты боялась. Роман и Марселиус отправятся с нами в Уэстон-Хиллз. Они защитят нас. Ты ведь знаешь, что они это сделают.
Я крепче сжала её пальцы.
– И больше всего я обещаю тебе сама: я сохраню тебе жизнь, Эмили. Даю тебе слово.
Но, даже произнося эти слова, я уже знала по собственному опыту, что не всегда способна спасти тех, кого люблю.
