Текст книги "Магические врата Иного мира"

Автор книги: Сандра Ренье

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 11 страниц)

Разочарование

Жизнь шла своим чередом, а у меня было такое чувство, будто меня обманули. Разве я могла просто так жить дальше после всего, что случилось? Разве Финн имел право просто так про меня забыть? Но он именно это и сделал. Пропал. Совсем пропал. Первые дни я все ждала, что за мной явятся эльфийские солдаты и арестуют. Даже в пятницу после примерки у модного стилиста, с которым договорилась Камилла, я в страхе все время оглядывалась на улице. Но ничего необычного не случилось. Прошла еще неделя – тишина. Мне бы вздохнуть с облегчением. Но нет: я вдруг страшно затосковала. Загрустила и Эмма, хотя и по другому поводу.

Приближалась зима. Шли затяжные серые дожди, холод стоял собачий. Уроки физкультуры перенесли в спортзал. Каллам, по которому тосковала Эмма, тоже исчез, как и Финн. Бедная Камилла вынуждена была выносить наши кислые мины и подбадривать нас с помощью нашего любимого развлечения под названием «Спорим, что…» («Спорим, что кто-то сегодня юбку наденет задом наперед? Спорим, что кое-кто придет сегодня по такой погоде без колготок? Ставлю на Мэдди МакКоллоу. Она всю зиму ходит с голыми ногами»). Ни мне, ни Эмме не хотелось в это играть, и мы просили Камиллу оставить нас в покое.

Чем больше проходило дней, тем больше я злилась. Как он мог! Как он смел! А мои вопросы! Он обещал мне столько всего объяснить! И в чем я тогда оказалась права? Что решили со смертоносной атмосферой? В новостях главным событием по-прежнему было исчезновение туристки, а между тем уже хватились и двух бездомных. По всему городу были расклеены их фотографии. Кроме того, стали пропадать домашние животные. Двух уже объявили в розыск. Это все они, Врата, их смертоносный туман приманивают людей и животных. А в подземелья по-прежнему валила толпа туристов. Тупик Мэри Кинг вечно забит людьми. Вскоре пропал еще один человек. К нашему ужасу, это оказался экскурсовод Френсис Пул.

– Господи! – проговорила Камилла, услышав новость о нем.

– Ужасно! – пробормотала Эмма.

Да уж, кошмар. Когда пропадают незнакомые люди, становится жутко, а когда исчезают те, кого ты хоть мимолетно, но знаешь, это воспринимается уже как личная беда.

– Жив ли он? – прошелестела Эмма, когда мы обедали в столовой.

– Да что ему сделается? – возразила Камилла. – Наверняка загулял с парочкой туристок.

Но по ее лицу было видно, что она сама опасается за жизнь экскурсовода.

– Элли, что там творится внизу? – спросила Эмма. – Ты была там с Финном, что ты видела в катакомбах?

– Крыс, – мрачно сообщила я.

Ох, как вспомню! Бррр! Мурашки по спине!

– Может, мне написать Шону, чтобы пока не приезжал? – вдруг выдала Камилла.

– А при чем тут Шон? – встрепенулась Эмма.

– А я не рассказывала? – удивилась Камилла. – Они с Томасом собирались приехать на выходные. Нас навестить. Шон просил у меня номера ваших мобильных.

– У меня сейчас нет никакого мобильного, – напомнила я.

– Пока нет, но сим-карта сохранилась. Я дала ему твой номер. Купи уже наконец аппарат.

– И платья к балу пора покупать, – вспомнила Эмма.

– А прически будут у нас волшебные, – вздохнула я, вспоминая, что наколдовал у меня на голове Этьенн.

Видел бы меня Финн с такой прической! Этьенн, конечно, художник! Творец!

– А вдруг нас больше не отпустят одних в город? Когда такое творится? – засомневалась Камилла.

– В Эдинбурге всегда что-нибудь происходит, – возразила я. – Не запрут же меня в интернате.

– А ведь могут и запереть, – засомневалась Эмма.

За соседним столиком заплакала девочка. Ее подруги бросились ее утешать.

– Что с ней? – поинтересовалась Эмма у соседок.

– У нее собака пропала, – объяснила девочка и тихо добавила: – Щенок еще. Всего два месяца. Пошли с ним в город, он сорвался с поводка и умчался по Принсес-стрит-гарденс неизвестно куда. Пропал без следа.

– Принсес-стрит-гарденс? – переспросила я.

Девочка кивнула.

Совсем худо! Смертоносный туман из-за ворот уже проник в город. Значит, будут и еще пропавшие. Надо что-то делать! Найти Финна! Срочно! А подруги? Взять их с собой? Втроем не так страшно. Но ведь я же поклялась никому ни слова про эльфов!

Шли дни, а я все больше сомневалась, не повредилась ли я рассудком. Все эти странности длились так долго, что я уже не знала, чему верить. Но потом я снова услышала мысли противной Люси Грампер – значит, все это было на самом деле.

И наконец через неделю выдался удобный случай, чтобы отправиться на поиски Финна.

В субботу вечером некоторые ученицы интерната участвовали в чемпионате шотландских танцев в Ашер-холле. Остальные сопровождали их в качестве группы поддержки. К несчастью, одна девочка из седьмого класса подвернула лодыжку и не смогла выступать. Мисс Гатри пришлось отвезти ее в больницу, а остальные школьницы должны были добраться в интернат самостоятельно.

Это был мой шанс! Я знала, что никто и не заметит, как я ускользну, ведь в интернате я ни с кем особенно не общаюсь. Я немного отстала от остальных, и когда они повернули за угол, взяла курс на Мюррейфилд.

Какой же страшный в темноте этот Эдинбург! Никакие фонари не спасают. Никогда раньше не замечала. Впрочем, у меня нет обыкновения гулять одной в темное время суток по городу.

Дождя не было, но дул ледяной ветер. Волосы хлестали меня по лицу. Дом Финна стоял с темными окнами, единственный на всей улице. В остальных горел свет. Как в фильмах Хичкока, ей-богу! Я отворила кованую калитку и поднялась на крыльцо.

Не было ни звонка, ни даже дверного молотка. Ни почтового ящика. Я постучала в дверь. Тишина. Постучала сильнее. Ничего. Ветер усилился. Финн, а Финн, ты меня слышишь? Или у него сегодня дежурство на посту и его нет дома? Только бы не наткнуться на Иена. Пойду-ка я отсюда! В основании забора что-то зашевелилось. Может, это ветер пронес мимо пустой пакет? Но нет, это шевелился камень! Чему, собственно, удивляться – это же жилище эльфов! Камень снова зашевелился, я точно видела! Я выскочила за калитку и во весь дух понеслась вниз по улице.

В интернате между тем заметили мое отсутствие и заволновались. Как назло, врач принял миссис Гатри и девочку с вывихнутой лодыжкой без очереди, и они вернулись в интернат раньше времени. Мне пришлось выслушать долгую проповедь о послушании и ответственности и наврать миссис Гатри, что я прилипла к витрине со свадебными платьями. Та поверила. Или сделала вид, что поверила. Но мне было запрещено покидать интернат после наступления темноты. Не очень-то и хотелось! Можно подумать, я ради удовольствия поперлась ночью в город!

Признания у камина

– Идеально! – восхищалась Эмма, когда мы выходили из магазина бальных платьев.

– Мы все трое готовы к балу! – согласилась я.

Прошла неделя после моего визита в Мюррейфилд. В интернате меня простили, презентация для драконихи была сделана в лучшем виде. Меня выпустили из-под домашнего ареста, и я смогла сходить с подругами в магазин и купить себе бальное платье – восхитительное творение цвета лаванды. Камилла приобрела нечто не менее волшебное цвета дикой мяты. Кроме того, я купила новенький мобильный телефон. Только вот от Финна по-прежнему не было ни слуху ни духу. И я понемногу начала хотеть его убить. Пусть сам разбирается в своем эльфийском барахле! Пусть сам выпутывается! Меня больше эти его Врата не касаются, будь они дождевые или солнечные! Пропади они пропадом!

– Пошли в кафе, отметим успешные покупки! – предложила Эмма.

Уже смеркалось. Некоторые магазины были украшены к Рождеству. Витрины уютно светились разноцветными лампочками. Самое время выпить кофе и съесть что-нибудь сладкое.

– Блинчиков хочется, – призналась я.

– Ты не очень-то на них налегай, а то в платье не влезешь, – напомнила Камилла.

– Сегодня хочу блинов, и все! Завтра сяду на диету. Пошли в «Дом слона»?[27]27
  Кафе «Дом слона» – легендарное кафе в центре Эдинбурга, в старом городе, с видом на Эдинбургский замок, самопровозглашенная «родина» Гарри Поттера. Здесь Джоан Роулинг написала несколько первых глав первого романа о юном волшебнике.


[Закрыть]

– Там толпа туристов! – Камилла скорчила гримасу.

– Зато там лучшие в городе блинчики с мороженым и шоколадным соусом, – заявила я.

– Я тоже туда хочу, – поддержала Эмма.

Туристов здесь и вправду было полно. Они пришли сюда за своим кусочком волшебства, посидеть за столиком, за которым однажды знаменитый автор написал свой бестселлер.

Официантка проводила нас в дальний зал, откуда был виден Эдинбургский замок на скале. Мы заказали капучино и блины с мороженым и шоколадным соусом. Я распаковала новый телефон, вставила батарейку и сим-карту. Он тут же заверещал.

– Да здравствует цивилизация! – воскликнула Камилла.

– Сообщения посыпались! – констатировала Эмма.

– Да это родители, – предположила я, даже не глядя на экран.

– С каких пор твои родители так белокуры и хороши собой? – поинтересовалась Эмма, взглянув на экран.

Не может быть! Как он узнал?..

А Финн между тем уже входил в кафе. Все с таким же каменным лицом, без тени улыбки.

– Продолжим наше знакомство, – заулыбалась Камилла.

– Век бы не видать этого хама! – проскрежетала я.

Пусть слышит своими остроконечными ушами!

– Ты ему нравишься, точно говорю, – заверила Эмма.

Вот уж сомневаюсь!

Финн подошел к нашему столику:

– Эллисон, надо поговорить.

– Привет, Финн, рада тебя видеть, – нарочито вежливо произнесла я. – Куда же ты пропал так надолго?

– Я писал тебе час назад, – сообщил Финн. – Нам надо поговорить.

– Сядь, – приказала я таким же тоном, каким это делал он. – Ты пропал на месяц, явился и думаешь, что я вскочу как цирковая лошадь и помчусь, куда ты скажешь? Не повилять ли мне хвостом от радости?

– Ты же не собака, – не понял Финн.

– Именно! Я буду есть блины, пить капучино и общаться с подругами. Таковы мои планы, и не пытайся снова вломиться в мою жизнь в своей хамской манере!

Получай, мерзавец! Так тебе! Я тебя ждала, теперь ты подождешь, не развалишься!

Финн медленно опустился на свободный стул.

– Эмма, Камилла, вы помните Финна, я полагаю. Фамилию его я выговорить не в состоянии.

– Лаогхейр, – отозвался Финн, с удивлением глядя, как Камилла протягивает ему руку.

– У нас принято иногда здороваться за руку, – объяснила я.

Ответом мне был его уничтожающий взгляд.

Камилла просияла, когда он пожал ей руку.

– Слушай, – заворковала она, – через четыре недели будет бал наездников. Приходи! Мне разрешили привести с собой кавалера. В восемь часов, в смокинге, в замке Киркмиллар. Скажи свой адрес, я пришлю приглашение.

– Эллисон знает, где я живу. Спасибо за приглашение.

Явилась официантка и пропела Финну:

– Что вам принести?

– То же самое, – он кивнул в мою сторону.

– Вообще-то нам уже пора, – объявила я. – Мы с подругами уходим.

Финн молча встал, взял мои пакеты, другой рукой взял меня под руку и улыбнулся моим подругам (умеет же, когда надо).

– Прошу прощения, я привезу Эллисон в колледж, – возвестил он. – Еще раз спасибо за приглашение, Камилла. Я постараюсь.

Эмма и Камилла застыли, открыв рты.

И он вывел меня из кафе на улицу.

– Ты… ты… – Засранец, подлец, говнюк – какое слово выбрать первым?

Мы шагали по городу.

– Извини, – заговорил Финн, – я не мог раньше объявиться. Я только вчера вернулся. Кроме того, Иен уехал на Авалон с докладом о новых смертельных случаях. Я дежурил за него.

– Откуда вернулся?

Зачем спросила?! Зачем мне это знать?!

– Я тебе все объясню, как только придем ко мне, – ответил Финн, – тогда спрашивай что хочешь. Отвечу на любые вопросы. Только сначала домой. Я приготовлю ужин. Даже блинов тебе напеку, если хочешь. Капучино у меня нет, будем пить чай.

– Пусть будет чай, – согласилась я.

На его древнем спорткаре мы приехали в Мюррейфилд. Мы поднялись на второй этаж. В отличие от первого, где была полнейшая помойка, здесь вполне можно было жить.

Он поставил мои пакеты к стене и развел огонь в камине.

– Есть еще мансарда, – Финн указал наверх, – там наши спальни и ванные. Пойду приготовлю нам поесть. И чаю принесу.

Судя по всему, это место являлось просто временным пристанищем двух сторожей – Финна и Иена. Здесь все было очень практично, но не очень уютно. Напоминало обиталища моих родителей во время их командировок. Правда, огонь в камине делал помещение намного милее. Я сняла ботинки и села на ковер, вытянув ноги к огню.

– Возьми кресло, – посоветовал Финн, снова появившись в комнате. – Это не музейная мебель, ею можно пользоваться.

– Надо же, ты все-таки умеешь шутить.

Он протянул мне чашку чая и снова ушел на кухню.

– Скажи сразу: чего ты сюда намешал? – спросила я, кивнув на чай, когда он вернулся.

– Только мяту. Тебе ее можно?

– А, ну тогда ладно.

– На, держи, пусть тебя это утешит, – Финн протянул мне тарелку с блинчиками, посыпанными сахарной пудрой. – Шоколадного соуса не нашлось, прости уж. Когда в доме Иен, сладкое исчезает моментально.

Финн сел рядом со мной на ковер и стал есть сэндвич.

Блины пахли божественно. Они были сладкие и промасленные, как раз как я люблю.

– Идеальные блины, – честно призналась я.

Некоторое время сидели молча и только жевали.

Громко тикали старинные напольные часы. Трещали поленья в камине.

– А эльфы дышат? – поинтересовалась я.

– Как и люди.

– Значит, дышат, – заключила я. – А чем эльфы органически отличаются от людей? Сердце у вас есть?

– Вот ты как, а я тебе блинчики жарил! – обиделся Финн.

А про себя подумал: «Знала бы она, какое у меня огромное сердце и какие у меня из-за этого проблемы в жизни!»

Что он имел в виду?

Я глотнула чаю и обожгла язык. Ай, больно!

– Есть у нас, эльфов, одно качество, которого нет у людей. Повернись ко мне.

Я повернула к нему голову, судорожно вдыхая воздух, чтобы охладить обожженный язык. Финн подул мне в лицо. Пахнуло сиренью и кожей. Голова закружилась, словно я выпила лишнего. И вдруг все прошло – и боль, и онемение.

– Что это было?

– Мы умеем смягчать боль дыханием, – объяснил он, – а в остальном наш организм почти не отличается от организма человека. Наши клетки устроены по-другому. На Авалоне тебе бы прочли очень подробную лекцию о строении тела эльфа.

– Расскажи! Что еще умеют эльфы? Наколдовать весну можешь?

– Нет.

– А вообще колдовать вы умеете? Или летать по воздуху?

– Что за ерунду рассказывают об эльфах! – возмутился Финн. Помолчал и добавил: – Мы умеем перемещаться во времени.

Легенда тринадцатого века

– Да ты что?!

Я опять неудачно глотнула и обожгла язык. Он продолжал с невозмутимым видом пить чай.

Надо же, путешествовать во времени!

– Ты шутишь, Финн! Может, у тебя просто приступы дежавю? Или ретроградная амнезия? Это совсем не то же самое, что путешествия во времени!

– Мы правда умеем перемещаться во времени, – спокойно ответил Финн.

– Ладно, принеси-ка мне… Ну, скажем, гусиное перо для письма из семнадцатого века! Хотя нет, лучше вот что: хочу лавровый венок из Древнего Рима!

И я уставилась на него во все глаза, чтобы не пропустить момент, когда он растворится в воздухе. Но он не растворился. Он вообще не двинулся с места, продолжая потягивать чай.

– Я серьезно, Эллисон. Ты знаешь, я вообще не люблю шутить, – напомнил Финн, – я не могу переместиться отсюда. Для этого необходимо найти место особой силы. Есть правила и законы, я их все уже и не помню.

– Законы и правила для перемещений во времени?

– Конечно. Ты уже слышала о временных агентах. Только им и разрешено путешествовать во времени. У каждого агента есть четкое задание и назначение, их необходимо соблюдать и выполнять, но они меняются так же часто, как указы парламента. Поскольку я не агент, я давно не упражнялся.

Значит, раньше он был агентом? И не выполнил приказ Оберона? И поэтому больше ему нельзя перемещаться во времени?

– Ладно, Финн, предположим, ты переместился в прошлое, в недавнее прошлое, в день нападения у Магических врат. Ты что-нибудь видел? Можешь опознать нападавших?

Финн вздохнул:

– Я не перемещался в день нападения. К сожалению, это невозможно. Мы можем перемещаться в прошлое только до нашего рождения, иначе мы встречали бы самих себя на каждом шагу. А это физически невозможно.

А что, перемещения во времени вообще возможны и нормальны?!

– И все-таки я был в прошлом, – продолжал Финн, – в тринадцатом веке.

Я закашлялась. Он похлопал меня по спине.

– Могла бы и догадаться. Это же ты навела меня на эту мысль. Ты упомянула о путешествиях во времени тогда, в библиотеке.

– Откуда мне было знать… Что ты в состоянии перепрыгнуть через восемь веков!

– Хочешь узнать, что я выяснил?

Он еще спрашивает!

– Я был в 1247 году. У одной женщины, знахарки. Она последняя обладает древними знаниями. Мы с ней… связаны.

В каком смысле связаны?

– Нет, это не романтические отношения, – Финн грустно улыбнулся, глядя в огонь, – у нас другая связь.

Понимаю, ему больно об этом говорить.

– Что значит «древние знания», Финн?

– Те, что передаются из поколения в поколение устно. Эти знания скрыты где-то в авалонской библиотеке, но до сих пор еще передаются устно. Многие легенды и мифы утрачиваются, потому что их не записали. Есть у нас несколько специалистов, которые перемещаются во времени, собирают и записывают древние истории. К счастью, к этой ведунье никто из этих «фольклористов», как мы их зовем, не приходил.

– Почему «к счастью»?

– Потому что тогда Оберон узнал бы о моем расследовании. Никого бы не порадовало, что сторож-привратник вмешивается в ход следствия. Хорошо, что пока об этом знаем только мы двое.

Мы двое. Ну вот, я уже и сообщник эльфа. Я, человек без единой капли эльфийской крови.

– Как там сейчас в тринадцатом веке? Что ты узнал от ведуньи?

Эх, мне бы с ним! Путешествие в Средневековье! Тогда только вступила в силу Великая хартия вольностей, Робин Гуд хозяйничал в лесах Уэльса. Вот это было время!

– Хильда не живет в общине. У нее есть хижина в стороне от деревни. К ней ходят лечить всякие хвори, переломы, боли. Хильда разбирается в афродизиаках и умеет оказывать, как это теперь называют, психологическую помощь. А может и проклясть кого-нибудь, если захочет. Хотя для этого она слишком добра. Зато ее маменька проклинала направо и налево. Хильда любит рассказывать истории. Дети из деревни приходят ее слушать. Одну из ее историй я помню. Оттого-то и пошел к ней.

Должно быть, эта Хильда – пожилая женщина в старой серой одежде, на поясе у нее висят пучки целебных трав. Она варит в котле над огнем какое-то зелье, у огня лежит кошка. Вокруг на полу сидят дети и, открыв рот, слушают сказки.

– Да, примерно так все и было, – подтвердил Финн. – А кроме кошки в доме еще и куры водились.

– И что это за история?

– Она слышала эту историю от своей матери, а та – от своей. Эта одна из древнейших историй, когда-либо рассказанных, и потому ее забыли раньше других. Это миф о происхождении Британии. Легенда о «малом народе».

– Я что-то слышала. Британский пранарод. Жил в Британии еще до кельтов и бриттов. А потом пришли римляне, саксы, викинги и в конце концов норманны.

– Ты хорошо знаешь историю, Эллисон. По легенде Хильды, малый народ воздвиг каменные круги. Королева и ее сын правили Британией строго, но справедливо и всегда были дружны с эльфами. Они жили в добротных домах, знали водопровод и производство стекла и никогда не болели. Это был мирный и высокопросвещенный народ. Они считали звезды, наблюдали лунный цикл, умели предсказывать периоды засухи или суровую зиму и загодя готовились к неурожаям. Это был народ мыслителей, мудрецов и ученых. Они не знали ни войн, ни разногласий.

– Напоминает Древний Рим, – заметила я.

– Что-то в этом роде, – согласился Финн. – Когда я… в общем, как-то давно я побывал в Древнем Риме. Шумный город, яркий, суетный, горячий, полный разных запахов, но при этом удивительно чистый. Если не считать лошадиного помета на улицах, конечно. Так вот, малый народ был на шаг впереди. Когда римляне пили воду из своего водопровода и умирали от разных болезней, народ Британии знал лекарства, способные вылечить любую хворь. Хильда называла это магией, а не медициной.

Пришли воинственные кельты со своими богами, потом явились жестокие римляне, и малый народ удалился на остров в Ирландском море. И по легенде, они никогда больше не покидали своего убежища. Густой туман окутал остров и защищает малый народ от незваных гостей и захватчиков. Согласно легенде, которую рассказывала Хильда, однажды за ними явился некий принц, сын темной королевы, чтобы привести их обратно в Британию. Но вместо этого он навлек на них проклятие. Он покинул остров и влюбился в девушку-дракона. Они не могли быть вместе, и принц от тоски заболел и уснул крепким сном, от которого так больше и не пробудился. Его мог бы спасти только поцелуй его возлюбленной. А между тем малый народ совершенно забыт, последующие языки, культуры и религии стерли все его следы. Так что принц спит и по сей день.

Как бы хороша ни была эта история – что нам в ней проку? Разве она что-нибудь объясняет в нашем случае? Какое отношение она имеет к открытию Магических врат?

– Ты видела низкорослых людей со смуглой кожей, – напомнил Финн, – они смогли отправить в нокаут двух эльфов, даже не прикасаясь к нам. Я забыл рассказать: малый народ научился защищаться с помощью черного тумана, это их оружие. Они властны пустить его в ход когда и где захотят.

– Ты думаешь, что малый народ – это не миф?

Он пожал плечами:

– В нашем мире гораздо больше неизведанных и необъяснимых вещей и явлений, чем полагает ваша наука, Эллисон. Может быть, Оберон, его канцлер и Мерлин все происходящее сочтут просто недоразумением.

С них станется.

– Но они не знают Хильду и ее легенду, – прибавил Финн.

– Ты так доверяешь Хильде?

– Я доверяю ее знаниям и ее памяти, – уточнил Финн.

– А каким образом ее легенда доказывает твое предположение, что это именно я открыла Врата? И почему в Ином мире стала увядать природа? По-прежнему куча вопросов.

Вот и все твои труды, агент! Одна только древняя сказка. И больше никаких новостей.

– Ну, я бы так не сказал, – Финн обернулся ко мне и вдруг широко тепло улыбнулся. – На остров малого народа можно попасть. Есть несколько путей. Мне Хильда рассказала. Один из них, судя по всему, – через Магические врата в Тупике Мэри Кинг. До сих пор их закрывал поток вечного дождя, но поток иссяк. Этот дождь мог бы запереть Врата снова.

– А еще какой путь?

Финн подмигнул:

– Давай прогуляемся на озеро Лох-Несс?