Текст книги "Акула в твидовом костюме и дело гениального шефа (СИ)"

Автор книги: Салли Минн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 13 страниц)

До меня не сразу дошло, что я это не подумала, а сказала вслух. Соседка густо покраснела. Даже не верилось, что в семьдесят лет можно так смутиться.

Сэм снова улыбнулся.

– Вы сможете проехать со мной в участок и дать показания? Парня мы уже забрали. Хотелось бы и с вами поговорить.

– С вами хоть на край света, – ответила я и хихикнула.

Соседка замахала руками:

– Да она вообще не такая! Ханна очень сдержанная и толковая, она никогда так себя не ведёт! Она же адвокат!

В этот момент на площадке показался ещё один молодой человек, врач скорой.

– Где пострадавшая? – спросил он, окидывая взглядом пространство, и, заметив меня, присел рядом и начал осмотр: посветил в глаза фонариком, ощупал голову, спросил, тошнит ли меня и помню ли я, какой сегодня день.

Соседка всё причитала, что это она виновата: стукнула меня дверью, и теперь я, того гляди, ума лишусь.

Я посмотрела на неё, потом перевела взгляд на него и снова хихикнула:

– Мужчины в последнее время чертовски похорошели.

Оба парня заулыбались.

Закончив осмотр, врач повернулся к Сэму:

– Закрытая черепно-мозговая травма, сотрясение. Плюс острая стрессовая реакция с элементами расторможенности. – Он кивнул в мою сторону, будто это всё объясняло. – Ей нужен покой, лёд на голову и госпитализация для наблюдения. В участок сейчас везти нельзя.

– Я заберу мисс Вейл под личную ответственность, – раздался знакомый голос. – Отвезу её в частную клинику, где специалисты примут все необходимые меры. Все осложнения и риски мы осознаём.

Увидев наконец Кэти, хозяйку голоса, я радостно замахала рукой: не самая уместная реакция для человека с сотрясением, но мне было уже всё равно.

Врач замялся.

– Я не хочу в больницу, – вмешалась я. – Хочу домой. Я и так устала. Готова подписать что угодно.

– Тогда я повезу вас на допрос, – сказал Сэм.

– Вы же видите её состояние, – Кэти обратилась к нему. – В протокол это не занесёшь. Я забираю её на квартиру к господину Кану: там она будет в полной безопасности, и от посторонних глаз, и от прессы. А завтра, как только она придёт в себя, вы либо приедете и официально её допросите, либо вызовете её в участок.

Врач вдруг встрепенулся.

– Погодите… это же то самое дело, с шеф-поваром? – Он прищурился. – Вы адвокат Кан Тэо?

Кэти ответила за меня одним твёрдым «да».

Мужчины обменялись взглядами, пошептались с минуту, вздохнули и отпустили нас «домой».

Глава 16
Признание не считается

Тэо

«Давайте оставаться в рамках делового соглашения». Стоило Ханне выдать эту фразу, и меня накрыло злостью. Такого беспечного отношения к собственному здоровью я ещё не видел. Лучшим решением было просто её отпустить.

Я направился в спальню. Услышал, как за спиной хлопнула входная дверь. Достал телефон и набрал Кэти.

– Да, господин Кан?

– Кэти, последи за мисс Вейл. Она поехала в ресторан.

– Ей уже лучше?

– Не знаю. Главное, чтобы в обморок не свалилась. Просто последи. Думаю, после ресторана она поедет к себе домой.

– Так скоро?

Вопрос я проигнорировал.

– Дай знать, если что.

Я отключился.

Не знаю, зачем вообще пришёл в спальню. Вышел обратно в коридор, и взгляд зацепился за приоткрытую дверь её комнаты. Толкнул дверь шире. Там, конечно, царил беспорядок, чего и следовало ожидать. У неё это, похоже, в крови. Остальные адвокаты, с которыми я имел дело, аккуратны, у них всё разложено по местам. А у этой бардак.

Руки сами потянулись заправлять кровать, привычно, на автомате. Собрал вещи, разбросанные у чемодана, сложил стопкой. Остановился с её блузкой в руках. И вдруг понял, что делаю.

Я вообще не убираю за персоналом. Не убираю за гостями. А тут стою с чужой одеждой и аккуратно её складываю, как какой-то дворецкий.

Бросил блузку обратно на кровать и вышел из комнаты.

Пошёл в гостиную, включил планшет. Решил отвлечься просмотром кулинарных шоу. Сначала мысли о ней не давали сосредоточиться на видео, потом меня отпустило.

Не помню уже, сколько эпизодов я посмотрел, но, взглянув на часы, понял, что Ханна, судя по всему, не вернётся. Я был почти уверен, что она поедет к себе. Решил, что так даже лучше. Горе-адвокат мне под одной крышей ни к чему. Она меня раздражает. Бросил планшет на диван.

Направился на кухню. Достал продукты, думая, что бы сварганить на ужин. Открыл ящик и увидел старый пакет Ханны, ещё с того первого вечера, когда она принесла свои полуфабрикаты из подпалённой квартиры. Опять Ханна в голове. Да чтоб её. Постоял, посмотрел на этот пакет. Может… Рука сама потянулась внутрь, нашарила стаканчик с лапшой быстрого приготовления, и уже через пять минут, склонившись над столом, я уплетал её с большим удовольствием.

Зазвонил телефон. Это была Кэти.

– Звонишь сказать, что она уже дома?

– Да, она дома. Но тут проблемка. – Голос звучал напряжённо. – На неё вроде бы напали. Полиция приехала. Я стою на лестнице, здесь полно людей, но её не вижу. Не могу пробраться. Судя по разговорам, грабитель полез именно в её квартиру.

Я подскочил так резко, что стаканчик с лапшой чуть не полетел на пол.

– Грабитель? Уверена, что на Ханну напали? Она пострадала?

Так и знал, что что-то случится.

В трубке раздался чей-то посторонний голос: «Пропустите врача. Там девушка. Туда».

– Если с ней ничего серьёзного, вези её сюда, – сказал я.

– А что, если ей понадобится помощь врачей? – почти шёпотом спросила Кэти, судя по звукам, пробираясь сквозь толпу.

– Если её жизни ничего не угрожает, вези сюда. Вызову своего личного врача. Мне не нужны ещё одни грязные заголовки про моего адвоката.

– Поняла, – ответила Кэти и отключилась.

Остатки лапши уже не выглядели такими аппетитными, как пару минут назад. Теперь и кусок в горло не лез. Откуда вообще взялся этот грабитель? Не проделки ли это того, кто меня подставил с ядом? Взял стаканчик и выкинул его в мусорку.

* * *

Открыв дверь, на меня смотрела весёлая и, я бы даже сказал, цветущая Ханна.

– Привет, мой грозный шеф! – сказала она, разглядывая меня. – Мне так повезло, что удалось ухватить такой лакомый кусочек, как ты.

Она потрепала меня по щеке и прошла в квартиру.

– Я же говорила, что у меня хватка настоящей акулы.

Я не узнавал эту Ханну. Я бы сказал, что это вообще не она.

– Что с ней? – спросил я, не сводя с неё глаз.

Кэти тоже зашла в квартиру и закрыла дверь вместо меня, видимо понимая, что я в лёгком шоке.

– Результат удара по голове и пережитого стресса, – ответила она. – Как сказал врач: закрытая черепно-мозговая травма. Плюс острая стрессовая реакция с элементами расторможенности.

– Это вообще что значит?

– Значит, мозг сейчас не очень справляется с фильтрами, – терпеливо объяснила она. – Мисс Вейл может говорить что попало и вести себя не как обычно. Врач сказал, это пройдёт само, за несколько часов.

– Часов?

– Может, и меньше. Потом она станет капризной, вялой, начнёт путать слова. А после, скорее всего, быстро уснёт. Мозгу нужно время, чтобы прийти в себя.

– И всё же ей нужен врач, – добавила Кэти.

– Я свяжусь со своим. Он приедет.

Я посмотрел на Ханну и подумал, что даже физически крепкий человек не всегда выдержит то, что выпало ей за последние сутки: ночь в промышленном холодильнике, а следом удар по голове.

Она в этот момент тыкала пальцем в картину на стене и что-то довольно мурлыкала себе под нос.

– Хорошо. Спасибо, Кэти. Дальше я сам.

– Уверены? Я могу остаться…

– Не нужно. Ты и так весь вечер провела в слежке. Я позвоню, если что потребуется.

Кэти кивнула, бросила последний обеспокоенный взгляд на Ханну и ушла.

Ханна тем временем уже скинула с себя кроссовки и развалилась на диване.

– Что случилось? Как ты? – спросил я, присаживаясь рядом.

– У меня шикарные новости, – сказала она. – Только тебе они не понравятся.

И тут же, прямо в лоб, заявила, что подозревает моего управляющего. Моего партнёра и друга Мин Хо. От этой новости мне было совсем не радостно.

– У него явно что-то с финансами неладное, – продолжала она. – Со слов официанта, он подворовывает у тебя в ресторане. А когда я была там ночью, он кому-то по телефону говорил, что скоро раздобудет деньги. Вообще, как я поняла, он в подпольном казино играет. Но Питер это проверит. А вообще, знаешь, тебя твои подчинённые очень любят. Это они мне помогают, пока Мин Хо палки в колёса ставит.

Она посмотрела на меня и подвинулась ближе, хотя тело почему-то трясло.

– Ты такой… мужественный. И такой симпатичный. Особенно когда работаешь.

Я и глазом не моргнул, хотя для этого пришлось постараться. Так вот, значит, как проявляется стрессовая реакция с элементами расторможенности.

– Если бы не наши деловые отношения, я бы завербовала тебя в качестве своего парня.

Она отпрянула, оглядела гостиную и вскинула руки вверх.

– Осталась бы здесь жить! Квартира бесподобная. Ты бы мне булочки с корицей на работу готовил.

Она откинула голову на спинку дивана.

– Все бы меня уважали. Я была бы как она – акула среди адвокатов. Только дорогие клиенты, только офис в небоскрёбе, и мой счастливый твидовый пиджак.

Упоминание её твидового пиджака заставило меня улыбнуться. Она глянула на меня.

– Ты чего улыбаешься? Мой твидовый пиджак мне удачу приносит.

– С чего ты взяла? – спросил я, вдруг поймав себя на том, что мы оба перешли на «ты».

– Ну… Я заполучила тебя, когда была в своём костюме. Я нашла место, где прятали шприц. И из холодильника меня вовремя вытащили. Так что он точно удачу приносит.

Она помолчала, закрыла лицо руками.

– Ты видел меня голой. Я ведь даже эпиляцию там не сделала.

От этих слов меня будто током ударило. Вспомнила про переодевание?

Она тем временем повернулась и свалилась с дивана на пол. Я вскочил и подхватил её под локти, поднимая на ноги, и на секунду наши лица оказались слишком близко друг к другу.

– Мин Хо хитрый, – уже полушёпотом сказала она. – Мне не нравится, что он просит у тебя доверенность. Это твой ресторан. Ты крутой повар. И такой внимательный.

Она прижалась ко мне и медленно повела пальцем по рубашке, от воротника вниз. Каждая клетка тела кричала мне отойти от неё. Я не сдвинулся ни на сантиметр.

Её рука остановилась и сменила направление вверх, к моему лицу. Коснулась пальцем моих губ и посмотрела мне в глаза. Моё дыхание сбилось.

– Мин Хо ночью ковырялся в пакетах. Что-то искал.

Она снова отстранилась от меня.

– Мне бездомный сказал.

– Бездомный? – переспросил я, пытаясь восстановить дыхание и уловить прыгающую нить её мыслей.

– Да, у вас там один и тот же бездомный ходит. Думаю, питается из вашего ресторана. Он видел Мин Хо той ночью, когда ты рыбу разделывал. Мин Хо что-то очень искал. Бездомный запомнил, потому что шум не давал ему спать. Самого Мин Хо он, конечно, не знает, но по фото с вашего сайта указал именно на него.

Я слушал и не поспевал. Её мысли рассыпались, как кусочки пазла, брошенные на стол без всякого порядка: казино, доверенность, твидовый костюм, эпиляция, бездомный. Собрать из этого целую картину не получалось. Но одно я понимал точно – всё это время она думала не о себе, а о том, как вытащить меня из этой истории.

– Ханна, почему ты так горишь этим делом, когда на тебя саму нападают? Почему своим делом не занимаешься? – спросил я.

– Ты и есть всё моё дело, – глядя мне в глаза, ответила она. – Ты мне очень нужен. Ты мой ключ к той жизни, какую я хочу.

Последние слова прозвучали уже не так оживлённо.

– Ты так уверена в моей невиновности. А может, это я убил критика? Он же закрыл мой ресторан десять лет назад.

– Потому что ты не убийца. Ты внимательный к деталям человек. Да, орёшь на работе на всех, но, как они говорят, по делу. А наорал ты тогда, когда за тебя доску помыли и нож после той рыбы, просто потому что переживаешь за безопасность. Ты с виду засранец редкостный, зазнайка, упырь, ледышка… – продолжала она.

Её слова звучали как оскорбления. Мне бы стоило разозлиться. Почему-то не получалось.

– А внутри ты очень заботливый, – наконец закончила она.

Наверное, именно последняя фраза и не позволяла мне принимать все эти оскорбления всерьёз.

– Тэо, – впервые она назвала меня по имени. Без «мистера», без «господина», без фамилии Кан.

Одно это слово изменило весь мой вечер. Я знал, что должен сейчас встать, налить ей воды, сказать что-то сухое и отстранённое, вернуть нас обоих на безопасное расстояние. Вместо этого я наклонился к ней.

Она обхватила меня руками.

– Ты мне очень нравишься, – сказала она, притянула меня к себе и поцеловала.

Поцелуй сначала вышел неловким и совсем не таким, каким я его себе представлял в те редкие моменты, когда позволял себе представлять хоть что-то подобное. Слишком поспешным с её стороны. А потом… она чуть подалась вперёд, её пальцы зарылись мне в волосы, и я вообще перестал думать.

Я должен был отстраниться. У меня было полное право, да что там, обязанность. Но я не сделал ни того, ни другого. Вместо этого обхватил её за талию одной рукой, а второй бережно обхватил её голову, забыв на секунду, что в этой комнате из нас двоих в своём уме только я.

Потом она качнулась, неровно, будто пол под ней вдруг накренился, и я понял, что удерживаю уже не поцелуй, а саму Ханну, которая вот-вот снова окажется на полу.

Я подхватил её на руки и понёс в спальню. Всю недолгую дорогу она смотрела на меня с улыбкой – и неожиданно хихикнула, стоило мне переступить порог и закрыть за нами дверь.

Глава 17
Первая ссора

Ханна

Ну почему? Ну почему всё так складывается?

Вода шумела где-то над головой, а я стояла под ней и пыталась смыть вчерашние воспоминания: всё, что наговорила Тэо, и всё, что с ним делала.

– Как же мне стыдно, – простонала я с укором в голосе, обращённым к самой себе. – И это ты называешь профессионализмом, Ханна?

Причитаниями делу не поможешь. Разбираться с последствиями всё равно придётся мне самой. Я выключила воду, открыла дверцу и потянулась за полотенцем. Сегодня же звоню электрикам, пусть проверяют всю проводку в квартире, и я срочно съезжаю отсюда.

Подтянула ногу, уже готовясь ступить на коврик, как вдруг свело ступню.

– Ой-ой! Как больно!

Я запрыгала на одной ноге, пытаясь то потянуть пальцы на себя, то опереться на пятку. Спазм не хотел отпускать. Я уже думала звать кого-нибудь на помощь, как через минуту всё стихло.

Похоже, организм решил взяться за меня всерьёз: вчера была слабость, сегодня вот спазмы. Голова всё ещё гудела, хотя горло, надо отдать ему должное, отпустило.

На этом список моих несчастий не закончился: живот предательски заурчал. Неудивительно, я же не ела с самого вчера, если не считать двух булочек, которые закинула по дороге домой.

При мысли о квартире внутри шевельнулась тревога. Она, должно быть, так и осталась не заперта. Когда я очнулась после удара, меня сразу забрала Кэти. Я даже не помню, выпали ли у меня ключи, пока я держала грабителя, или я их куда-то засунула сама.

Вытерлась полотенцем и взглянула на снятые джинсы и худи, в которых проспала всю ночь. В голове всплыли фрагменты вчерашнего вечера: Тэо кладёт меня на кровать. Я тяну его к себе. А он отцепляет мои руки и говорит, что я не в себе и мне лучше отдохнуть. Ещё пара моих неудачных попыток приставаний, и темнота.

Застонала и уткнулась лицом в полотенце, будто оно могло меня спрятать от собственных воспоминаний. Стыд подкатывал волнами, каждая новая хуже предыдущей.

Тэо оказался куда большим джентльменом, чем я думала.

Наконец уговорив себя, что это стоило бы обсудить с ним как двум взрослым людям, я переоделась и решительно направилась в гостиную. Но не успела и двух шагов сделать, как услышала посторонний голос.

– Я правда немного переживаю за Ханну.

Артур? Он что, лично сюда пришёл?

– Она в офисе уже давно не появлялась, – продолжил он. – И мне сообщили, что на неё вчера напали. Глупо, конечно, приписывать все эти события к вашему делу, но… – он замялся, подбирая слова. – Я знаю, что она пострадала и не поехала в больницу, хотя следовало бы. Слышал, что ваша помощница забрала её сюда.

Он пришёл сюда потому что переживал за меня? Даже не верилось. За все полтора года работы такого внимания к себе от него я не получала. В общении всегда такой резкий, а тут сам приехал.

Интересно, кто ему успел сообщить про грабителя? Питер? Не думаю. Приехал бы сам, а не звонил боссу. Может, тот… Щёки тут же вспыхнули: я вспомнила того полицейского, к которому подкатывала, будучи не в своём уме. Может, он звонил?

– Ханна активно работает над моим делом, – раздался в ответ голос Тэо. Он звучал ровно, почти официально. – Я это ценю. И поверьте, здоровье моего адвоката для меня на первом месте. Вчера, когда её привезли, я вызвал частного врача. Когда он приехал, она уже спала, будить не стали. Сегодня я прослежу, чтобы её осмотрели.

Он выдержал короткую паузу.

– И я прекрасно понимаю ваше беспокойство, что она не приходит в офис. Просто у неё сейчас очень много дел, которые она согласовывает лично со мной.

– Ханна мне как дочь, – сказал Артур, и, судя по голосу, при этом расплылся в улыбке.

Я мысленно поморщилась. Вот же актёр.

– Её здоровье и безопасность для меня важнее всего, – продолжал он. – Такого талантливого адвоката днём с огнём не сыщешь. Именно поэтому мы ваше дело поручили именно ей.

От последних слов у меня едва не закатились глаза. Вот же врун. А кто, как не он, категорически запрещал всем в конторе браться за Тэо? Говорил, слишком рискованно.

– Нам очень повезло, что вы наш клиент, – продолжал Артур.

– Кстати, – перебил его Тэо, – какую сумму получит Ханна в случае выигрыша дела?

Вопрос застал и меня, и, судя по паузе, Артура врасплох.

– Ханна работает на мою фирму, – наконец сказал босс. – Большая часть гонорара пойдёт фирме. Точную сумму назвать не могу, договор в офисе.

– А какую поддержку фирма оказывает ей в работе?

Артур замялся.

– Мой адвокат, – сказал Тэо, – не должен отвлекаться на операционные процессы, с которыми справится ассистент. Хочу, чтобы у Ханны появился помощник.

Я застыла.

– Бюджет пока не позволяет расширять штат, – промямлил босс.

– Ах да, – сказал Тэо с лёгкой, почти театральной досадой. – Забыл, что не внёс аванс.

Мне нужно было это увидеть своими глазами. Я на цыпочках подошла ближе и прислонилась к стене. Тэо демонстративно поднялся, достал чековую книжку, что-то написал, расписался и протянул листок боссу. Тот аж подскочил на месте.

– Ну что вы… Спасибо, огромное спасибо!

Картина вышла забавной. Артур уставился на чек, не веря своим глазам. Тут я заметила то, что упустила раньше: он был в галстуке. А галстук мой босс надевает только по особым случаям. Получается, визит он всё-таки заранее спланировал, просто не потрудился предупредить.

– А это, – Тэо протянул второй чек, – промежуточный бонус лично мисс Вейл, за её работу. Пожалуйста, переведите на её зарплатный счёт.

– Конечно, – закивал босс. – Сегодня же сделаем.

Мне казалось, я всё ещё сплю. Может, судьба решила сделать мне подарок в качестве компенсации за пару дней страданий? Или… У меня промелькнула совершенно неуместная мысль: а может, я переспала с ним вчера, только этого не помню? Тут же себя одёрнула. Ну что за мысли, Ханна. Ты же заснула, когда он уложил тебя на кровать. Бонус, потому что ты старательная и делаешь свою работу хорошо, внушала я себе.

Тэо убрал чековую книжку в карман. Артур немного помялся на месте, потом засобирался. У дверей остановился.

– Да, ещё одно, – сказал он уже в дверях. – Не знаю, кто там судачит, но ходит слушок, что вы с Ханной якобы… в отношениях. – Он тут же спохватился: – Конечно, это неправда, но вы же знаете этих репортёров. Говорят, она живёт у вас, а это уже за рамками профессиональной этики адвоката и клиента.

Тэо даже бровью не повёл.

– Так решите этот вопрос, – сказал он, коротко взглянув на только что выданный чек.

Босс намёк понял.

– Конечно-конечно. Всё решим. – Натянул вежливую улыбку. – На связи, – и ушёл.

Дверь закрылась. Тэо постоял и неожиданно крикнул, даже не обернувшись:

– Мисс Вейл, и долго вы там будете прятаться?

Я вздрогнула и выплыла в гостиную с виноватым лицом.

– Как вы себя чувствуете? – спросил Тэо, направляясь в мою сторону. Вёл он себя так, будто вчера мы и вовсе не встречались.

– Спасибо, получше, – соврала я. – Готова работать. Нужно написать отчёты, связаться со следователем… Дел невпроворот, знаете ли.

Тэо остановился в паре шагов и всмотрелся в меня, будто пытаясь прочитать мои мысли. Секунду помолчал, и уже другим тоном спросил:

– Пойдёте обедать?

– В смысле обедать? – растерялась я. – Который час?

Глянула в телефон. Час дня.

– Да, не откажусь, – ответила я, не веря, что так долго спала.

– Тогда за стол, – скомандовал Тэо.

* * *

Стол был почти накрыт: он как раз расставлял соль и перец, поправлял приборы. Я опустилась на стул, стараясь занять себя чем угодно, лишь бы не смотреть на него в упор.

На столе стоял греческий салат, лаваш, что-то с тимьяном и лимоном, оливки, мясо на шпажках. Пахло божественно, но съела я, как ни странно, немного.

– Что не так? – спросил Тэо. – Вам не нравится?

– Всё нравится, спасибо, – ответила я с уколом совести за то, что не оценила мастерство шефа. – Просто не могу так много съесть.

С виду, он не особо и расстроился.

– Сегодня придёт врач, осмотрит вас, – сказал он, не глядя на меня, разрезая мясо на тарелке с той же аккуратностью, с какой, наверное, разделывал рыбу для Адама Гельба за день до отравления критика.

– Я в порядке, врач не нужен, – ответила я. – Я планирую сегодня доделать отчёт и вернуться к себе домой.

В движениях Тэо почувствовалось какое-то напряжение. Мясо он резал уже не аккуратно, а короткими злыми рывками. От этого мне становилось не по себе.

– Вам здесь не нравится? – спросил он.

Я не ожидала такого вопроса.

– Нет, здесь всё прекрасно. Чересчур прекрасно, если честно, и я просто не хочу злоупотреблять гостеприимством. Сколько я у вас уже? Дня четыре? Пять?

– Я не считал, – не отрываясь от тарелки, сказал Тэо. Мне казалось, что ножом он уже пилит это мясо вместе с тарелкой. На лице читалось полное спокойствие. Руки говорили совсем другое.

– Я не нашла ключей от квартиры. Наверное, обронила их, когда держала грабителя, и не закрыла дверь, – начала я, пытаясь доходчиво объяснить причину желания вернуться домой. Абсурдная, конечно, но в тот момент она казалась мне единственной выигрышной. – Боюсь, квартира так и стоит открытой, и я хочу…

– С вашей квартирой всё в порядке, – Тэо резко бросил нож и вилку на тарелку.

От звука удара приборов о керамику я вздрогнула.

– Там сейчас проверяют проводку, – добавил он.

– Я, правда, не понимаю, зачем нужно было туда соваться вечером, когда нет электричества, – заявил Тэо, вставая из-за стола и убирая тарелку с недоеденным мясом.

– Я… – начала я, с удивлением наблюдая за его движениями, но он меня перебил:

– Ханна, что не так? Разве сложно один вечер побыть здесь, поправить здоровье и потом идти на все четыре стороны?

Какая муха его укусила? Чего он разозлился?

– Почему мне вообще приходится дёргать своего ассистента, чтобы она следила за тобой, лишь бы ты не влипла в очередную передрягу? Я же просил тебя вчера остаться.

– Ну знаете что… – почувствовала, что меня тоже понесло. – Я не просила за мной следить. Я взрослый человек, который сам о себе может позаботиться! И нянька мне не нужна!

Тэо нервно рассмеялся.

– Взрослый? Ты вещи за собой убрать не можешь! Вся спальня в беспорядке! И есть себе приготовить не можешь, питаешься одними полуфабрикатами! И в холодильник лезешь не подумав, а другие за тебя переживают!

– Да какая вам разница, чем я питаюсь и как лежат мои вещи! – Меня уже трясло, и не от слабости, а от злости. – Это моя жизнь, и она никак не сказывается на качестве моей работы. И вообще, – выпалила я, – следите за своим языком, господин Кан! С каких пор мы на «ты» перешли?

– Со вчерашнего вечера, – крикнул он. – Когда тебя по голове ударили и ты несла всякую чушь, потому что мозг ничего не фильтровал!

– Это была не чушь! – меня прорвало.

Он прикрыл лицо рукой, видимо пытаясь взять себя в руки.

Повисла пауза.

– Неужели тебе так хочется побыстрее отсюда съехать? – спросил он уже чуть тише.

«Нет. Не хочу», – кричало внутри меня. Я глубоко вдохнула и выдохнула.

– Давайте держаться в рамках делового соглашения, господин Кан, – сказала я, изо всех сил сдерживая эмоции. – Следствие ещё идёт. Суд не выигран. Вас ещё не оправдали. Я не хочу смешивать личное с работой.

Он только открыл рот, но я выкрикнула раньше, лишь бы не услышать то, что он собирался сказать:

– Я хочу съехать, потому что чувства к вам мешают мне вести это дело!

Собственные слова ещё звенели у меня в ушах. Тишина вокруг стала настолько плотной, что казалось: меня, скорее всего, услышал весь дом.

Раздалось нарочитое покашливание.

Мы оба обернулись. В дверях стоял пожилой мужчина с докторским чемоданчиком и Кэти с непроницаемым лицом.