Текст книги "Акула в твидовом костюме и дело гениального шефа (СИ)"

Автор книги: Салли Минн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 13 страниц)

Глава 20
Вторая рыба

Ханна

– Я не верю своим глазам! Сама Ханна Вейл!

Возглас Эммы взорвал контору раньше, чем я успела переступить порог. Следом поднялся настоящий переполох: кто-то вскочил со стула, кто-то перестал разговаривать по телефону, кто-то просто громко ахнул через весь зал.

Честно говоря, я скучала по коллегам. Улыбнулась во все лицо и полезла обниматься одной рукой, пока второй держала чемодан.

– А чемодан зачем притащила? – спросила Стейси с интересом в голосе. – Или ты не возвращаешься, а наоборот, уходишь?

– Это мои вещи. Вы, наверное, уже и так знаете, что я временно жила у господина Кана.

Повисло неловкое молчание.

– Ну, мы думали, это всё сплетни, – призналась Эмили. – Чего только не понапишут ради рейтингов и продаж.

– Признавайся, – спросил Алекс, – тебя хоть вкусно кормили?

Вопрос заставил меня вспомнить все те невероятные блюда, которыми меня баловал Тэо. Часть меня уже успела пожалеть, что я решила от него съехать.

– Он же известный шеф, – вставил подошедший к нам Артур. – Естественно, полуфабрикатами кормить не станет.

Он обнял меня – кажется, сам тому удивился не меньше, чем все вокруг.

– Ханна, я рад, что ты вернулась. Как ты себя чувствуешь?

Разговоры вокруг чуть стихли.

– В порядке, – коротко ответила я.

– Отлично, – Артур хлопнул меня по плечу. – Тогда сразу к делу. Ставь чемодан и ко мне в кабинет.

От его увесистой руки плечо тут же заныло.

– Иду, – прокряхтела я.

Артур направился в свой кабинет, я к своему столу, пристроить куда-нибудь чемодан. Обернулась и обнаружила, что все четверо коллег уже стоят вокруг, будто сговорились устроить мне допрос.

– Как дело продвигается, хотя бы в двух словах? – спросила Хлоя, наша самая толковая коллега, которая почти не вылезает из декретов. – Ты уже выстроила стратегию защиты? Есть новые данные?

– Ну… – протянула я. – Скажем так, у меня есть подозреваемый, и это точно не мой клиент. Но все улики косвенные. Нет ничего, что доказывало бы его вину. И я пока не придумала, что с этим делать.

– Кто это? Кого подозреваешь? – насели они на меня в четыре голоса разом.

– Ханна! – раздался голос Артура. – Я жду!

Признаться, я была рада, что начальник срочно позвал меня к себе. Делиться ходом дела не хотелось, особенно своими подозрениями, несмотря на всю мою любовь к коллегам. Виновато улыбнулась и, протискиваясь между ними, направилась к кабинету Артура.

– Ханна, – окликнула меня Хлоя вслед, – если ты уверена в подозреваемом, заставь его понервничать. Тогда он сам себя выдаст.

Я благодарно улыбнулась и продолжила путь.

* * *

К своему столу я вернулась только через час: Артур закидал меня вопросами о сроках, о статусе дела, о том, что говорить журналистам, если позвонят. Едва успела открыть почту и разобраться, с чего начинать, как у главного входа донёсся знакомый голос:

– Добрый день!

Я обернулась. У входа стояла Кэти, а за ней молодой парень с целой горой пакетов, на которых красовался логотип ресторана «Sol».

Все мои коллеги как по команде подскочили с мест. Даже Артур высунул голову из кабинета узнать, что за гость к нам пожаловал.

– Господин Кан просил передать это в знак благодарности вашему офису, – сказала Кэти. Парень тем временем прошёл вглубь конторы, выставил пакеты на центральный стол и начал доставать контейнеры один за другим.

По офису прокатился довольный гул.

– Уже обед, а вы, должно быть, ещё не ели, – добавила она. – Угощайтесь, пожалуйста.

– Ущипните меня, – простонала Эмма. – Я, наверное, сплю. Обед из мишленовского ресторана Кан Тэо!

– Не трогайте ничего, пока я всё не сфотографирую! – Алекс бросился вперёд с телефоном. – Мне никто не поверит, если расскажу.

Из кабинета вальяжно вышел Артур, на ходу застёгивая верхнюю пуговицу.

– Премного благодарен, мисс…?

– Кэти. Просто зовите меня Кэти. Я личный помощник господина Кана. – Она осталась у порога.

– Передайте нашу благодарность господину Кану за заботу, – ответил Артур, уже косясь на разложенные блюда.

– Обязательно, всё передам.

Она улыбнулась, хотя я так и не поняла, была ли это настоящая улыбка. Отыскав меня взглядом, направилась прямиком к моему столу.

– Мисс Вейл, могу с вами переговорить наедине? – чуть тише спросила Кэти. – Это личное.

Ну, заинтриговала. Я поднялась и тут же зацепила ногой чемодан, который с грохотом рухнул на пол. Все разом обернулись в нашу сторону.

– Простите, – виновато улыбнулась я. – Чемодан.

Наклонилась поднимать. Кэти молча наблюдала за мной и, к счастью, комментировать не стала.

* * *

Как только мы вышли на улицу, она заговорила:

– Я по поводу вашего дела.

– Моего?

– Господин Кан подозревает кое-кого, кто может стоять за всеми несчастьями, которые с вами происходят. Порча машины, щиток, нападение в квартире.

– Ну, технически это было не совсем нападение, – начала я.

– Не важно, – перебила она. – Я связалась с вашим следователем.

– Питером?

– Нет, Сэмом Старом, – ответила она.

От этого имени мне стало слегка не по себе. Сразу вспомнились его попытки оттереть с моего лица чернила. Рука сама потянулась и коснулась щеки.

– Я хочу помочь вам поймать заказчика. Господин Стар сказал, что мне нужно будет перехватить очередной заказ на вас и выполнить его самой, а в момент передачи оплаты заказчика возьмут с поличным.

– Хорошо… – протянула я. – Но почему вы уверены, что его поймают?

– Согласно показаниям допрашиваемых, деньги они получали в людных местах, указанных заказчиком. В основном камеры хранения и постаматы. Камеры там есть, но человек, который оставляет деньги, всегда прячет лицо – по записям его не вычислить. Но если его уже будут ждать на месте, шансы поймать куда выше.

– Поняла. Что мне нужно делать?

– Пока ничего. Просто знайте: следующую пакость сделаю я, – уверенно сказала Кэти.

Больше она ничего не добавила. Кивнула на прощание и направилась к машине.

И всё? Больше ей нечего мне сказать?

– Кэти, – окликнула я. – Это всё?

Она удивлённо на меня посмотрела.

– От господина Кана никаких сообщений, – сказала она. – А вы хотите что-то ему передать?

Вопрос застал меня врасплох.

Ещё чего. Мне нечего ему сказать. Совсем нечего. Хотя часть меня уже придумывала, что бы такое передать – что-то короткое, необязывающее, просто чтобы он знал, что я думаю о нём. Или чтобы напомнить о себе. Или… стоп. Это уже слишком.

– Нет, ничего, – ответила я, чуть резковато. – Всё в порядке.

Кэти ничего не сказала. Молча развернулась и села в машину, к которой уже подходил тот самый парень, только уже без пакетов.

* * *

– Ханна, ты должна это попробовать! – сказала Стейси, когда я вернулась и плюхнулась за свой стол, включив старый гудящий компьютер. – Это божественно. Овощи просто тают на языке.

Я понимающе улыбнулась и уставилась в тёмный экран, ожидая, пока он снова оживёт. Перед глазами всплыло утро, когда я собирала вещи, а Тэо так и не вышел меня проводить. Вот и всё его внимание. А следом, будто кто-то переключил канал по телевизору, перед глазами встала совсем другая картинка: Тэо в моей спальне, с упавшим полотенцем в руках. Быстро замотала головой, пытаясь избавиться от неё.

Я всё сделала правильно, – убеждала я себя. Рядом с ним я не могу объективно работать над этим делом. Я невольно начинаю его оправдывать. Если бы Тэо и правда отравил критика, я бы, наверное, оправдала и это: придумала бы, что тот сам напросился.

Тяжело вздохнула, обхватила голову руками. Дело. Сконцентрируйся на деле.

В почте по-прежнему царил полный завал. Одно письмо сразу бросилось в глаза. Отправитель: ресторан «Sol». Кликнула: письмо оказалось от бухгалтера. По просьбе самого шефа он прислал сканы всех накладных по поставкам продуктов за последние недели и итоговые счета. Зачем?

– Ханна, иди есть! А то тебе ничего не достанется! – крикнула Эмили.

– Да-да, сейчас, – отозвалась я. – Оставьте немного.

А сама уже открывала файлы, пробегая глазами списки продуктов, цифры закупок, суммы в счетах.

Прошло, наверное, немало времени. От монотонного листания документов меня отвлёк Алекс.

– Держи. – Он поставил передо мной тарелку с морепродуктами.

Надеюсь, фугу там нет, пронеслось у меня в голове.

– Там уже почти ничего не осталось, – кивнул он на центральный стол. – Или ты уже переела пятизвёздочной еды за эту неделю?

Мне было не до смеха. В голове стояла каша, и все его слова влетали и тут же вылетали, не задерживаясь.

– Что смотришь? – Алекс заглянул в экран.

– Не понимаю, зачем мне это прислали, – призналась я. – Куча накладных с продуктами и счетами. Как это вообще может помочь делу?

Несколько секунд мы просто молчали, глядя в экран.

– Слушай, – сказал он, – раз уж у тебя есть накладные, может, глянешь, сколько стоит та самая рыба фугу? В меню блюдо из неё стоит бешеных денег. Интересно, какую наценку делает ресторан.

Такого вопроса я точно не ожидала. Я тут пытаюсь как можно скорее закрыть дело и вытащить Тэо из-под обвинения, а Алекс думает о цене на ядовитую рыбу. Я даже посмотрела на него с недоумением.

– Серьёзно?

– Что? – пожал он плечами. – Если от накладных всё равно толку нет, дай хоть на себестоимость посмотреть. Чистое любопытство.

Я стала прокручивать документы. Рыба мне уже где-то попадалась на глаза.

– Вот, – сказала я, откидываясь на спинку стула.

Пока Алекс искал строку глазами, я подтянула тарелку и принялась ковырять вилкой в еде.

Алекс присвистнул.

– Ну, я бы не сказал, что она такая уж дорогая. А вот ресторан, конечно, на ней неплохо зарабатывает.

Он ухмыльнулся, видимо что-то себе представил, поднялся из-за стола и поплёлся в сторону Сьюзан.

Я подалась вперёд, дожёвывая рыбное ассорти, чтобы тоже взглянуть на цену: реакция Алекса меня заинтересовала. Но… стоп.

В накладной значились две рыбы. Почему две? Дата поставки: за день до визита Адама Гельба. Готовили же только одну.

С набитым ртом я полезла искать первый протокол полиции, тот, что составили при задержании Тэо. При обыске в сейфе обнаружили только останки одной рыбы, той самой, с которой Тэо тогда работал. Второй нигде не значилось.

Наконец проглотила то, что было во рту, и всё сложилось. Ровно, по порядку. Даже если полиция и проглядела вторую рыбу при обыске, подать её в ресторане не могли: Тэо к тому моменту уже задержали, а других поваров с лицензией на фугу в штате не было. Значит, она либо до сих пор где-то в ресторане, либо её кто-то забрал.

Или всё же это просто опечатка в накладной?

Лихорадочно открыла отчёты по транзакциям. По документам поставщику действительно ушла сумма за две рыбы, не за одну.

А что, если яд, который нашли и в крови убитого, и в шприце, был из той самой пропавшей рыбы?

Тогда где она сейчас?

Глава 21
Новый потерпевший

– Питер, при повторном обыске вы не находили вторую рыбу фугу? – протараторила я вместо приветствия, выйдя на улицу, подальше от ушей своих коллег.

– Вторая рыба? – с удивлением переспросил Питер. – Не было в ресторане второй рыбы. Нашли останки только одной. С чего вы взяли, что была вторая?

– Вы забыли? Вы сами говорили, что яд в шприце и на тарелке убитого не тот, что был в останках из сейфа. Значит, яд принадлежит другой фугу. – Я выдохнула, набрала воздуха и продолжила: – Они заказали две рыбы за день до визита Адама Гельба. Разделывали одну, а вторая исчезла. Я перешлю вам накладные, их прислал бухгалтер ресторана.

В трубке раздался тяжёлый вздох.

– Ханна, что ни день, то новость. – Повисла пауза: похоже, он нехотя переваривал услышанное. – И где она, по-вашему?

– У настоящего преступника, – выпалила я. – Если уже от неё не избавился.

В последнее верить не хотелось. Не найдём рыбу, и вытащить Тэо из-под обвинения мне не удастся, даже со всем, что мы уже нашли.

– Так, – Питер, видно, собирался с мыслями. – Я планирую вызвать Мин Хо на повторный допрос и взять у него официальный образец ДНК. Вот там и спрошу про вторую рыбу.

– Что? Повторный допрос со взятием биоматериала? Почему вызываете? Есть новые зацепки?

– Есть, – ответил он. – Пришли результаты экспертизы: пыль на шприце совпадает с пылью из вентиляции его кабинета. И… – он помедлил, – его ДНК совпадает с ДНК, найденной на внутренней стороне перчатки.

– Не поняла, – бросила я. – Это как? Там же вроде отпечатки Кан Тэо. Получается, с одной стороны одно ДНК, а с другой другое?

– Получается так. Следов чужих пальцев на перчатке мы не нашли, но следы слюны Мин Хо есть.

– Слюны? Откуда там вообще слюна?

– Судмедэксперт объяснила так: перчатку, по их версии, надували, как воздушный шарик, чтобы она расправилась и на ней хорошо отпечатался узор пальцев. А когда дуешь во что-то ртом, частицы слюны неизбежно оседают на внутренней поверхности. ДНК из слюны отличить от обычного пота или кожи как раз можно, у них разный набор биомаркеров.

Вот оно что. Значит, Мин Хо надул перчатку Тэо, чтобы нанести его отпечатки на шприц, а на внутренней стороне остался его собственный след. Это казалось логичным.

– Погодите, – спохватилась я. – А откуда у вас вообще его ДНК для сравнения?

В трубке раздался звук, похожий на лёгкую ухмылку.

– К делу приобщили стакан с его стола: криминалисты забрали его во время осмотра ресторана, среди прочего. ДНК совпало, но чтобы это железно легло в дело, нужен официальный образец, а не случайный стакан. Поэтому его и вызовут.

Мне казалось, что просто так стакан криминалисты взять не могли. Это же ресторан, там сотни стаканов, и этот вполне могли проигнорировать. Да и по реакции Питера похоже, что появление стакана в лаборатории не обошлось без его участия.

– Когда планируете отправить ему приглашение? – спросила я.

– Мне страшно отвечать вам на этот вопрос, – признался Питер. – Как оформим бумаги, пришлю ему повестку в наш гостеприимный участок.

Если Питер говорит, что ДНК Мин Хо совпадает с образцами на перчатке, у меня не оставалось никаких сомнений: это он. Мне бы попасть к нему домой. В ресторане второй рыбы нет, её же не нашли. А всеми дорогими закупками занимается Мин Хо. Значит, про рыбу он точно должен знать. А может…

– Я поняла, – коротко ответила я. – Держите меня в курсе, пожалуйста.

– Ой, как мне не нравится ваш тон. Ощущение, что вы что-то опять задумали.

– Есть одна мысль, – сказала я.

– Ханна… – не успел договорить Питер, как я уже отключилась.

Оставалось одно: проверить, не ошибаюсь ли я насчёт Мин Хо. Если чутьё меня не подводит, рыба должна быть где-то рядом с ним.

* * *

С адресом мне помог Марк. Выяснилось, что сегодня управляющий не появлялся в ресторане по личным обстоятельствам. Значит, он либо дома, либо уже уничтожает рыбу. Что это я… Тряхнула головой, отгоняя дурное: не стоит зря накручивать и кликать беду. Глянула на часы: почти пять.

Жилой комплекс у Мин Хо оказался неплохой, хотя подземной парковки не было, и пришлось ещё покружить, прежде чем нашла место. Зайдя в здание, поднялась на лифте на нужный этаж. Двери открылись, и я пошла по длинному коридору в поисках его квартиры. В дальнем конце громоздилась выставленная мебель: кто-то то ли съезжал, то ли только заезжал. Если верить нумерации, дверь Мин Хо находилась как раз недалеко от неё.

До двери оставалась пара шагов, когда за спиной послышался знакомый, но непривычно злой голос.

– Этот идиот тянет с доверенностью!

Голос принадлежал Мин Хо. Той обходительной вежливости, к которой я привыкла при встречах с ним, в нём не осталось и следа.

– Да, – рявкнул он, видимо, в телефон.

Столкнуться с ним сейчас, да ещё в таком настроении, не хотелось. Я метнулась на цыпочках к выставленной мебели, юркнула за массивный письменный стол, присела и затаилась.

Шаги Мин Хо звучали быстро и чётко: каблуки отбивали по плитке резкий, злой ритм.

– Сказал, что его адвокат проверяет документ, – бросил он в трубку, уже поворачивая ключ в замке. – Да, та самая, неуклюжая.

Кажется, речь шла обо мне и о Тэо. А про «неуклюжую», если честно, было немного обидно. Я привстала посмотреть, что он делает, но успела заметить лишь, как за ним захлопнулась дверь.

Неужели Тэо не подписал доверенность? Мне-то он ничего не присылал на проверку. Но ситуация шла мне на руку: договор можно было использовать как предлог заглянуть к нему.

Решила выждать ещё минут пять и только потом выбраться из убежища и постучаться.

– Мисс Вейл? Что вы здесь делаете? – с удивлением спросил Мин Хо, открыв дверь и оглядываясь по сторонам, будто ждал увидеть меня с кем-то ещё.

– Я одна, – ответила я, изобразив самую добродушную улыбку. – Я здесь по поводу доверенности.

Мин Хо выпрямился, лицо его слегка разгладилось.

– А, конечно. Принесли подписанные документы? – Он глянул на мои пустые руки.

– Пока нет. Хочу обговорить кое-какие пункты.

Он посторонился, пропуская меня внутрь. Квартира оказалась заметно меньше, чем у Тэо, но обставлена со вкусом.

– У вас очень красиво, – заметила я.

– Спасибо. Мама здесь всё оформляла. Чаю?

– Да, пожалуйста, – согласилась я, устраиваясь на диване.

Когда он вышел, я принялась осматриваться: куда бы он мог спрятать останки рыбы? Тэо держал их в сейфе, но я сильно сомневалась, что Мин Хо стал бы покупать сейф ради рыбы. А если сейф покупать вообще, то с его долгами вряд ли у него есть накопления, которые нужно прятать. Значит, сейф отпадает. Оставались балкон, где рыбу можно спрятать в герметичном контейнере, или холодильник на кухне. Хотя лично я бы не рискнула держать рядом с едой что-то настолько ядовитое, зная теперь всё про тетродотоксин.

Мин Хо вернулся с чашкой чая, поставил её рядом со мной и сел напротив, уставившись на меня.

– Насчёт доверенности, – медленно начала я. Ведь я даже в глаза её не видела. – Там есть пункт… – протянула я. – Простите, не могли бы вы дать ваш экземпляр? Свой я забыла в офисе.

Мин Хо посмотрел на меня с каменным лицом.

– Не удивлён, – сказал он, поднимаясь. – Сейчас принесу.

Как только он скрылся, я вскочила и бросилась к балкону. Глянула в окно: пусто. Голые стены и пол. Значит, мне нужно было как-то попасть на кухню, не вызвав подозрений. В голове лихорадочно проносились предлоги, под которыми можно там оказаться. Взгляд упал на чашку чая. Ну конечно! Мин Хо сам дал мне карты в руки.

Не успел он вернуться, как я нарочно плеснула кипятком себе на руку. Было по-настоящему больно, и вскрикнула я совершенно искренне.

– Что случилось? – раздался его приближающийся голос.

– Простите, я случайно опрокинула чай себе на руку.

Послышались недовольные причитания, и в комнате появился Мин Хо с документом в руках. Стол был мокрый, с края на пол уже стекал ручеёк.

– Можно лёд? Где лёд? – спросила я, держась за руку, и, не дожидаясь ответа, двинулась в сторону кухни.

Он бросился промакивать лужу салфетками, стараясь не дать стечь на пол ещё большему количеству чая. Похоже, судьба паркета занимала его больше, чем моя обожжённая рука.

Добравшись до кухни, я сразу открыла холодильник. К моему удивлению, внутри было почти пусто: всего пара контейнеров с едой да немного овощей. Потянулась к нижнему ящику морозилки и в тот же момент заметила внутри пластиковый пакет: судя по форме, там лежало что-то прямоугольное. Коробка? Контейнер?

– Лёд в верхнем ящике, – раздалось прямо у меня за спиной, и в ту же секунду чужая рука мягко, но настойчиво отодвинула меня в сторону.

Мин Хо сам захлопнул нижний ящик и открыл верхний, словно показывая: лёд лежит здесь.

Мне уже было всё равно на пылающую красную руку. Мне нужно было увидеть, что в том дурацком пакете в нижнем ящике.

– Да-да, конечно, – бросила я, стараясь не выдать, что заметила его торопливость. Взяла два кусочка льда и сразу приложила к обожжённому месту.

– Не так, – Мин Хо забрал лёд у меня из рук. Взял с крючка полотенце, завернул в него лёд, чтобы не жгло кожу напрямую, и уже получившийся компресс приложил к моей руке.

– Спасибо вам, – сказала я с лёгкой улыбкой.

Ничего не сказав в ответ, он жестом показал возвращаться в комнату.

* * *

На доверенность у нас ушло не больше десяти минут. В целом я знала, как такие документы выглядят, поэтому в основные разделы не вчитывалась, а вот в раздел полномочий ткнула пальцем: пункт «с правом заключения сделок купли-продажи, уступки прав на товарные знаки и интеллектуальную собственность» господин Кан не одобрит. Мин Хо попытался объяснить, что это необходимость и без этого пункта вообще незачем оформлять доверенность, но я сказала, что это лучше обсудить с самим Кан Тэо. Пока же с этим пунктом он ничего не подпишет.

Пока Мин Хо ещё раз перечитывал договор, я всё думала о том пакете. Как бы к нему подобраться? Нутром чуяла, что это именно то, что я ищу. Снова посмотрела на Мин Хо.

«Если ты уверена в подозреваемом, заставь его понервничать, тогда он сам себя выдаст», – пронеслись в голове сегодняшние слова Хлои.

Точно! И у меня есть идея, как это сделать.

– Знаете, господин Мин, мне правда не стоит этого говорить, – начала я, придвигаясь ближе, – я всё-таки представляю интересы Кан Тэо, но… ему светит десять лет тюрьмы. Не представляю, как он собирается управлять рестораном в таком положении. Я, конечно, ничего не смыслю в ресторанном бизнесе, но отдать ресторан в руки профессионала, чтобы тот продолжил работу, разве не разумно?

Мин Хо прислушался. По лицу было понятно, что вопрос ему понравился. Я продолжила.

– Несмотря на то что у прокурора уже достаточно данных для назначения даты слушания, после которого господина Кана отправят в тюрьму… у защиты есть ещё пара зацепок.

Он моргнул, пытаясь понять, к чему я клоню.

– Хочу сказать, что шансы спасти господина Кана всё же есть, – уточнила я. – Просто пока их недостаточно для суда. Поэтому ресторан ему, скорее всего, действительно не понадобится ещё очень долго. И идею с доверенностью я поддерживаю.

– О каких шансах вы говорите? – медленно переспросил он, взвешивая каждое моё слово.

– Ваша ДНК.

Мин Хо аж отшатнулся.

– Не понял. При чём тут моя ДНК?

Я чуть подалась вперёд.

– У вас ведь был повторный обыск, верно? В лаборатории обнаружили образцы вашей ДНК на перчатке господина Кана, той самой, что приобщили к делу как улику. Следствие вызовет вас на повторный допрос и официально возьмёт биологический образец. Получается, на перчатке есть и ваши следы, и следы Кан Тэо. А значит, прокурору будет не так просто быстро посадить моего клиента, потому что защита сможет сослаться на подставу или указать на вас как на соучастника.

Сказала это с довольной улыбкой. Но Мин Хо на глазах побледнел, и, кажется, ему поплохело.

– Соучастника? А как моя ДНК вообще попала на перчатки? – с деланым удивлением спросил он. – То есть я теперь подозреваемый?

– Нет, что вы, – быстро ответила я. – Как адвокат скажу: за это вас не посадят. Если вы перчаток не трогали, а ваша ДНК всё равно там оказалась, значит, вас, как и господина Кана, кто-то мог подставить. Для защиты это хороший повод потянуть время до окончательного вердикта.

Я сделала серьёзное лицо и, чуть приглушив голос, добавила:

– Вот если бы у вас нашли улики, скажем, останки той же рыбы, у вас дома или на одежде, тогда другое дело.

Отстранилась и наигранно рассмеялась.

– Но это невозможно, вы ведь не причастны.

Мин Хо натянул улыбку, но пальцы, сжимавшие край договора, выдавали, что он не на шутку взволнован.

– Максимум к вам с обыском придут домой, но в тюрьму не заберут, – закончила я.

– С обыском? – промямлил он, будто уже блуждал где-то в собственных мыслях.

Я поднялась, давая понять, что собираюсь уходить.

– Теперь весь процесс затянется ещё дольше. А это плохо скажется на репутации ресторана. Поговорите с господином Каном ещё раз. Ресторан пока его собственность, но если версию подставы и соучастия опровергнут в суде, это будет большой риск.

Ход был сделан. Мне оставалось только ждать.

* * *

Попрощавшись, я вышла в коридор и вместо лифта снова притаилась за выставленным столом. Минут через пятнадцать успела пожалеть, что решила остаться, и уже начала думать, что Мин Хо, возможно, вообще ни при чём, раз от него нет никаких действий. Собравшись вылезти из укрытия, вдруг услышала, как щёлкнул замок и дверь его квартиры распахнулась.

Он переоделся в джинсы и куртку. В одной руке держал чёрный пакет, другой запирал дверь на ключ. Неужели улики? Не знаю, чему я была больше рада: тому, что Мин Хо клюнул на мою удочку, или тому, что догадки подтвердились. Он направился к лифту, а я, пригнувшись, почти в присядку, бросилась к лестнице.

Выбежав на улицу, я увидела, что он идёт к своей машине.

Вот же. Этого я не предусмотрела! Моя машина стояла за два дома отсюда: пока добегу, потеряю его из виду. Мин Хо уже выезжал на дорогу. Я выскочила следом и замахала руками, пытаясь поймать такси. Секунд через двадцать рядом затормозила машина.

– Подвезти? – спросил молодой парень, выглядывая из окна.

– Заплачу триста баксов, если проследите вон за той машиной, – бросила я, уже пристёгивая ремень.

– Без проблем, – оживился он.

Первые минут десять он молчал и просто аккуратно вёл машину. Потом, искоса глянув на меня, спросил:

– За мужем следите?

Я не сразу поняла вопрос. Какой муж? Мин Хо? Ну, пусть будет так: не выдавать же, что гоняюсь за возможным отравителем.

– Да, муж, – подтвердила я. – Редкостный гад. Только недавно узнала, что водит меня за нос. Изменяет мне, козёл! – чуть ли не крикнула я, а сама глаз с его машины не сводила.

– Ну, тогда он очень предусмотрительный, – заметил парень. – Судя по направлению, едет за город.

– За город? – удивилась я.

Значит, точно везёт улики, чтобы избавиться от них. Достала телефон, набрала Питера. Не берёт трубку. Набрала снова. Ну давай же!

– Вы ему звоните? – спросил парень.

– Нет, – ответила я. – Другому человеку, который способен его остановить.

По озадаченному лицу водителя было ясно: он гадает, как можно остановить кого-то от измены. Я набрала Питера ещё раз.

– Алло? – раздался его голос. – Что за срочность, вы мне звоните как на пожар.

– Питер, Мин Хо уезжает из города.

– Что? Почему? – Пауза. – Ханна, что вы сделали? Вы с ним разговаривали?

– Хотела проверить одну гипотезу насчёт рыбы. Выудить, так сказать. Но это не важно. Важно то, что он, скорее всего, едет избавляться от улик.

– Каких улик? Вы вообще где?

Я глянула на водителя, который сидел с каменным лицом.

– Где мы едем? – спросила я его.

– В сторону парка, по трассе М23, – ответил он.

– Вы что, не одна? – удивился Питер, услышав чужой голос. – Кого вы ещё в это впутали?

– Не важно. – Отвернулась к окну, понизив голос. – Я приходила к нему домой. У него в морозилке лежал какой-то пакет. Думаю, это и есть вторая рыба. Он вышел из дома с большим пакетом через пятнадцать минут после моего ухода. Испугался, что его снова вызовут на допрос и возьмут биоматериал.

– Что? Какого чёрта вы сказали ему, что его вызовут⁈ Да ещё и про биоматериал заикнулись⁈

– Мне нужно было посмотреть, что он будет делать дальше.

– Чёрт! Зачем вы вообще к нему полезли? С чего вы взяли, что рыба у него дома?

– Вы и дальше будете читать мне нотации или всё-таки что-нибудь сделаете? Я одна его не остановлю!

Послышался тяжёлый вздох, потом какое-то бурчание.

– Вы уверены, что там улики? Я головой рискую, если вы ошиблись.

– А я рискую свободой своего клиента и пожизненной выплатой ему гонорара, – бросила я в ответ.

– Какой ещё гонорар? – На том конце невнятно выругались, а затем: – Диктуйте номер его машины.

Отключившись, я повернулась к парню. Он сидел бледный, вцепившись в руль, и смотрел строго перед собой: похоже, жалел, что услышал лишнее.

– Значит, не муж, – коротко бросил он.

– Да, не муж. Но если кому расскажете… – Я не договорила и медленно провела ребром ладони по шее.

Жест, надо признать, вышел куда более зловещим, чем я планировала.

– Я нем, – ответил он и больше вопросов не задавал.

Вскоре впереди замелькали проблесковые маячки: дорожный патруль перекрыл трассу и остановил машину Мин Хо. Мы с водителем притормозили поодаль. Я смотрела, как полицейские попросили его выйти, как открыли багажник, как начали обыск… Кто-то постучал в моё стекло. От неожиданности я дёрнулась и, повернувшись, увидела Сэма. Что он тут делал?

Сэм улыбнулся и жестом показал, чтобы я вышла из машины.

* * *

Спустя три часа после того, как меня перехватил Сэм, я всё ещё сидела в коридоре участка: показания давно записали, а домой пока не отпускали. Солнце давно село. В животе урчало от голода. Эх, надо было поесть, когда предлагали, подумала я, вспоминая, как сегодня в офисе меня звали попробовать блюда из ресторана «Sol».

– Ханна.

Я подскочила. У кабинета стоял Питер, а из самого кабинета выходила пара человек в форме.

– Зайдите, поговорим наедине.

Я поднялась и поплелась ему навстречу.

Дверь за мной закрылась, я села на один из свободных стульев. Питер устроился напротив и первые несколько минут просто молча смотрел на меня.

– Ну… – наконец начал он, откидываясь на спинку стула. – Готовьтесь.

– К чему готовиться? К слёзным извинениям перед Мин Хо?

Питер улыбнулся.

– Готовьтесь представлять вашего клиента не как обвиняемого в убийстве, а как потерпевшего.

Меня будто током ударило.

– Что? Потерпевший? Кан Тэо переходит в статус потерпевшего?

Слёзы хлынули сами: всё напряжение последних дней разом нашло выход.

– Ханна, только не рыдайте, умоляю.

Я торопливо вытерла глаза рукавом и попыталась звучать бодрее:

– Это стресс ещё не прошёл. Доктор говорил, у меня нервное истощение.

– Понял, – только и выговорил он, протягивая бумажный платок.

– Так это была рыба? Он вёз рыбу?

– Да. Что его остановили сотрудники дорожной полиции, вы и сами видели. При обыске машины обнаружили останки фугу, правда, замороженные. Ещё нашли пару самодельных ампул, содержимое сейчас изучают эксперты, и записную книжку со всеми его долгами, где, в числе прочего, оказались имя и контакты убитого.

Я молча слушала, боясь пропустить хоть слово.

– И небольшую канистру с горючим тоже нашли. Похоже, направлялся за город, чтобы сжечь все улики разом.

«Тэо не посадят». Эта мысль крутилась в голове, не отпуская. А слёзы всё текли, будто кто-то забыл закрыть кран.

– Не знаю, что вы там ему наговорили, Ханна, что он сломя голову бросился избавляться от улик. Но сработали вы чертовски хорошо.

Я только и могла, что улыбаться.

Питер вздохнул.

– Вы же понимаете, что это ещё не конец? Впереди куча бумажной волокиты, да и у нового обвиняемого появится свой адвокат. Всё нужно грамотно оформить, чтобы суд признал эти доказательства допустимыми, а защита управляющего их не развалила.

– Понимаю, – кивнула я. И тут же спохватилась: – А что насчёт браслета?

– Подам ходатайство. Если хотите, приходите в суд, у вас есть на это право.

Я снова кивнула. На плечи навалилась усталость, тяжёлая, но какая-то на удивление приятная. Наконец всё закончилось. Настоящего преступника поймали.