Текст книги "Акула в твидовом костюме и дело гениального шефа (СИ)"

Автор книги: Салли Минн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 13 страниц)

Глава 10
Особый гость

Проснулась я не от будильника, а от полосы солнечного света, пробившейся сквозь плотные шторы прямо мне на лицо. Пару секунд лежала неподвижно, пытаясь вспомнить, где нахожусь. А, ну да, у господина Кана.

Спальня оказалась под стать всей остальной квартире великого шэф-повара: минимализм, приглушённые тона, кровать размером с половину моей прежней комнаты и постельное бельё настолько мягкое, что вставать с него казалось преступлением против здравого смысла. На прикроватной тумбочке стоял стакан воды – интересно, тоже дело рук Кэти, или самого Тэо, решившего, что адвокату посреди ночи может захотеться пить?

Я взглянула на часы и подскочила. Пора собираться, если хочу успеть в контору вовремя.

На кресле в углу увидела мой любимый твидовый костюм – аккуратно сложенный, идеально выглаженный, будто его только что забрали из химчистки. Я поднесла блузку к свету, пытаясь найти хоть намёк на то самое серое пятно от дыма, оставшееся ещё позавчера, – и не нашла. Ни единого следа.

Серьёзно? Мне не только выделили кровать, но и вещи постирали?

В груди боролись два чувства: одно – радость от того, что всё складывается так хорошо, другое – тихая паника: а не вычтет ли господин Кан за всё это гостеприимство из моего гонорара? Боюсь, когда выиграю дело, с такими «тратами» я и цента не увижу.

Я посмотрела в окно. А вдруг Тэо с самого начала не планировал меня выгонять? Вчера он ведь ничего не сказал насчёт моей ночёвки в гостиной, а потом вот спальню предложил. Может, услышал, что с квартирой у меня беда, и решил – пусть пока здесь останется? Но такое благородство – не его черта. Даже если и сделает что-то доброе, потом всё равно выставит счёт.

Переодевшись, я выскочила на минуту в ванную – умыться и накраситься. Сразу заметила, что Тэо уже не спит, а вовсю хлопочет на кухне. А чего ещё ожидать? Он же шеф. Готовка у него в крови.

К своему удивлению, вчерашнего «подаренного» костюма я не обнаружила ни в спальне, ни в ванной. Куда же он подевался? Я же переодевалась ночью и повесила штаны с блузкой сушиться прямо здесь. Может, их Кэти забрала в химчистку?

Выйдя наконец в коридор, я прямиком направилась на кухню.

– Спасибо за мой костюм и за кровать, – сказала я, устраиваясь за столом. – Кстати, а куда делся тот, вчерашний? Морской волны. Который вы мне «подарили».

– В химчистке, – коротко ответил Тэо, не отрываясь от сковороды.

Вот и разгадка. Лучше бы сама его постирала – дешевле вышло бы.

– А за кровать не стоит благодарности, – продолжил он. – Мне попросту неприятно было бы объяснять гостям, почему на журнальном столике второй день лежит спящий адвокат. Да и храп стоял бы невыносимый.

– Какие гости? Храп⁈

Я что, храплю? В мои-то годы!

– Разные, – продолжил Тэо. – Представьте: заходит человек, а у меня тут беспробудное тело на столике. Никому такого видеть не хочется.

– Беспробудное тело? – повторила я, представляя эту картину.

Комментировать дальше я не стала. Просто проглотила всё как есть.

Уходить, впрочем, я не спешила – если честно, всё ещё надеялась, что меня снова покормят чудесным завтраком. Как же быстро привыкаешь к хорошему.

Мои надежды оправдались: Тэо молча накрыл на двоих. Блинчики, политые тягучим сладким сиропом, стопкой возвышались на тарелке, а рядом – фруктовый салат, такой яркий, что казался ненастоящим: клубника, киви, ананас, зелёное яблоко.

Я приступила к еде с энтузиазмом, который, наверное, выглядел не самым элегантным зрелищем – но мне было откровенно всё равно. Подняв в какой-то момент взгляд, я поймала, что Тэо за мной наблюдает – не с осуждением, а с каким-то тихим, почти незаметным интересом.

Телефон зазвонил в самый разгар второго блинчика. Я нехотя нажала кнопку принять вызов.

– Артур, – сказала я с набитым ртом, пытаясь одновременно прожевать и звучать профессионально.

Жестом извинилась перед Тэо, запихнула в рот остатки блинчика и, вставая из-за стола, отошла к окну.

– Результаты лаборатории пришли, – без предисловий начал Артур. – Ребята постарались на славу, на удивление быстро всё сделали. Нашли то, чего не было в отчёте полиции.

– Что именно?

– На шприце – пыль, – сказал Артур. – И не абы какая: ребята говорят, частицы не кухонные, а скорее бытовые – такая оседает в закрытых системах вентиляции, а не на разделочных столах. Плюс следы конденсата – тоже характерные для замкнутого металлического короба, где воздух гуляет туда-сюда. Иными словами, шприц не лежал на кухне.

– То есть его прятали где-то вроде вентиляции? – переспросила я, чувствуя, как внутри разгорается азарт.

– Похоже на то, – продолжал Артур. – И это ещё не всё. С отпечатком тоже не всё гладко: слишком ровный, статичный, ни единого микросмаза – как будто его оставил не живой палец, а что-то… неподвижное. А ещё нашли тальк. Тот самый, что обычно внутри медицинских перчаток, а не снаружи. Если бы Тэо просто снял перчатку и взял шприц голой рукой, тальк бы так не лёг.

– Хорошо, что мы перепроверили за полицией, – добавил он. – Судя по всему, кто-то очень спешил закрыть дело и посадить твоего клиента побыстрее и поудобнее.

Это чудесные новости. Мои предположения были верны.

Я обернулась, и увидела рядом с Тэо второго человека: Питера, который, видимо, зашёл с обычной проверкой браслета. Он шёл в мою сторону, не сводя с меня глаз, с нескрываемым удивлением увидеть меня в такую рань.

– Вы тут, наверное, и правда живёте, – бросил он мне, покосившись на стол. – Завтракаете?

– Ханна, Ханна! Ты меня вообще слушаешь⁈ – заорал в трубку Артур.

Я, наблюдавшая за Питером, совсем забыла, что всё ещё держу телефон у уха, и молча кивала невидимому начальнику, пока тот что-то втолковывал мне на том конце.

– Да-да, я здесь, – быстро ответила я, снова отворачиваясь от Тэо и Питера. – Я сегодня заеду в офис, и мы обдумаем дальнейшую стратегию защиты с новыми данными.

– Ханна… – не успел договорить начальник, как я уже отключилась.

Питер тем временем без спроса взял пальцами остатки фруктового салата и закинул их в рот.

– Неплохо, – сказал он, чуть смакуя. – Свежие.

Отрывать его от удовольствия не хотелось, но у меня прямо язык чесался всё рассказать.

– Я так и знала, что ваши ребята что-то упустили!

– Вы про что? – удивлённо спросил Питер, облизывая пальцы.

В Питера прилетело полотенце от Тэо.

– Вот, руки грязные же.

Питер даже в сторону Тэо не посмотрел – молча взял полотенце.

– Я про лабораторию, в которую вчера ездили, – продолжила я. – Готовы анализы. На шприце действительно обнаружили частицы пыли и следы конденсата! Мои догадки верны. Нам нужна та рыба! А отпечатки…

– Поговорим позже, – резко перебил меня Питер, коротко скосив глаза на Тэо. – Это не разговоры при свидетелях.

Я осеклась. Логично: обсуждать детали улик против его же клиента в присутствии самого клиента – не лучшая идея, даже если этот клиент невозмутимо убирает со стола.

– Мне бы хотелось вернуться в ресторан, – сказала я вместо этого. – Ещё раз осмотреться, поговорить с сотрудниками. Но управляющий…

– Вам не обрадуется, – закончил за меня Питер.

– Почему? – неожиданно для всех спросил Тэо.

Неужели решил подключиться к разговору?

– Потому что она там всех отвлекает, – ответил за меня Питер с абсолютно каменным лицом. – Возьмём хотя бы вчерашний инцидент с паприкой.

– Пол скользкий был, – попыталась защититься я.

Питер молча достал телефон, полистал и, стараясь выглядеть безучастным, развернул его экраном ко мне.

С экрана на меня смотрело моё собственное фото – красное пятно на груди, я сама, рядом с рестораном «Sol». Снимок был сделан вчера. Заголовок гласил: «Адвокат-катастрофа: сотрудники Sol в шоке от новой хозяйки кухни». Ниже, мелким шрифтом, шла версия о том, что новоиспечённая защитница Кан Тэо повадилась заявляться в ресторан чуть ли не через день, устраивая на кухне такой беспорядок, что персонал уже боится лишний раз попадаться ей на глаза, – а заодно, по слухам, приворожила самого шефа и поселилась в его квартире.

Тэо тоже подошёл и взглянул на экран. Но реакции от него не последовало.

Меня царапнуло не содержание, содержание было откровенной чушью, а именно сама фотография.

– Почему нельзя было сделать нормальное фото? – вырвалось у меня. – Вы только посмотрите на этот неудачный ракурс!

– Вас задело фото? – удивился Питер.

– Да! Что тут пишут – это бред. Те, кому надо, знают, что это неправда, – на эмоциях ответила я.

А сама уже прокручивала совсем другой вопрос: кто вообще с такой точностью отслеживает, где именно я ночую? Кто за мной целенаправленно следит?

* * *

По дороге в полицейский участок я, вся в смятении, перебирала документы, которые вчера вручил мне Мин Хо. Мысль об испорченной машине меня не отпускала.

– Надо же! Ну вот как такое могло произойти в таком пафосном жилом комплексе? – не выдержала я. Моя машина с разбитым стеклом, облитая чем-то розовым и липким, всё ещё стояла перед глазами.

– Сами виноваты, что до такого довели, – ответил Питер, не отрываясь от дороги. – Записка, квартира – всё проигнорировали. Написали бы заявление сразу – давно бы уже шла работа. Чего тянули? И ежу понятно, что вам специально пакостят. Порча имущества – это уже статья.

Мы с Питером спустились на парковку, оставив Тэо дома, и я не могла поверить своим глазам, когда увидела, что мою машину испортили. Это была последняя капля моего терпения, так что, не задумываясь, я села в машину Питера и поехала вместе с ним в участок писать заявление.

– Есть масса способов попасть на эту парковку, – продолжил Питер. – Пусть вас не удивляет, что при всей дороговизне комплекса такая бесполезная охрана.

Я лишь тяжело вздохнула и снова вернулась к бумагам. Достав ещё пару листов из папки, я наткнулась на счёт, который сразу привлёк внимание. Крупная сумма. Дата – двадцать четвёртое. За день до отравления. Видимо, это был тот самый важный гость, заказавший рыбу.

Я залезла в другую папку, пробежалась глазами по списку и нашла там, отдельной строкой, имя: Адам Гельб.

– Питер, вам знакомо имя Адам Гельб?

Он присвистнул.

– Ещё бы. Весьма влиятельная персона в определённых кругах.

– Хочу с ним поговорить. Судя по всему, это он и есть тот важный VIP-клиент, который заказал рыбу.

Питер криво улыбнулся.

– Вас к нему даже на километр не подпустят.

– Отвезите меня.

– А заявление? Работа?

– Подождут, – отрезала я.

Питер глянул на телефон, подумал и, буркнув «ладно», перестроился в другой ряд.

* * *

У ресепшена высокого здания, принадлежавшего Гельбу, нас встретила очаровательная девушка лет двадцати пяти, с идеальным макияжем и безупречным маникюром.

– Добрый день! Чем могу вам помочь?

– Могу я увидеть Адама Гельба, пожалуйста?

– Вам назначена встреча?

– Нет, – ответила я. – Я Ханна Вейл, адвокат господина Кан Тэо. У меня есть пара вопросов к господину Гельбу относительно дела, которое ведётся против моего клиента.

Девушка улыбнулась, набрала чей-то номер, сказала, что пришла я по делу шефа. Не прошло и минуты, как она положила трубку и с виноватым видом сообщила, что господин Гельб очень занят и сам со мной свяжется, как только освободится. Попросила оставить визитку.

Пока мой мозг лихорадочно соображал, как быть и что бы такое придумать, чтобы всё же попасть к Адаму, я почувствовала, как рука Питера мягко отодвинула меня в сторону. Он наклонился к девушке и с серьёзным, я бы даже сказала – слегка пугающим, выражением лица заговорил:

– Меня зовут Питер Перри, я веду дело об убийстве, в котором проходит важным свидетелем некто Адам Гельб. У меня есть все основания опечатать это здание для проведения следственных действий прямо сейчас – если понадобится. Так что либо вы поднимаете трубку и говорите господину Гельбу, что расследование убийства не подстраивается под его расписание, либо через десять минут сюда приезжает полноценная группа – с мигалками, людьми в форме и куда меньшим желанием общаться, чем у меня. Выбор за вами.

Таким Питера я никогда ещё не видела. В этот момент он был по-настоящему страшен.

Уже через пару минут мы в сопровождении молодого человека поднимались на самый высокий этаж – в офис господина Гельба.

– Добрый день! Прошу, присаживайтесь, – добродушно приветствовал нас мужчина лет сорока, подтянутый, с короткой стрижкой, в строгом деловом костюме. Это был тот самый Адам Гельб.

Видимо, его успели предупредить, что к нему направляется самый недружелюбный коп города. Он привстал и жестом пригласил нас сесть в кресла перед своим столом.

– Спасибо, – промямлила я. Но до кресла не дошла – зацепилась каблуком о ковёр на полу и чуть не поцеловала стол Адама. Благо Питер меня поймал на лету.

– Аккуратно, об этот ковёр часто спотыкаются, – с ноткой веселья заметил Адам. – Пора его убрать. Чем могу помочь адвокату самого Кан Тэо? Как он, кстати? Уже оправдали?

– Пока нет, – ответила я, наконец усаживаясь в кресло.

Питер в кресло не сел, остался стоять в стороне.

– Я не хочу отнимать ваше время, позвольте задать пару вопросов, и мы разойдёмся.

– К чему спешить? – ответил Адам, хотя сам при этом откровенно меня разглядывал.

– Что побудило вас прийти в ресторан шефа вечером двадцать четвёртого числа? – начала я.

Адам призадумался.

– Приглашение. Меня уже не первый раз звали. Сам господин Мин Хо приходил сюда с приглашением. – Он откинулся на спинку кресла. – Рыба была бесподобна. Признаться, я слышал, что она ядовитая, и это, откровенно говоря, щекочет нервы. Но я, как видите, жив. Незабываемый опыт.

Он посмотрел в окно и продолжил:

– После всей этой истории я решил было, что меня специально туда заманили. Что Кан Тэо хотел как-то приплести меня к этому делу. То есть человека отравили ядом рыбы, которую готовили мне.

– Понимаю, – ответила я, параллельно обдумывая его слова. – Но поверьте, это дело вас обходит стороной. Уточните, пожалуйста: я правильно понимаю, что приглашал вас именно Мин Хо, а не Кан Тэо?

– Да, Мин Хо. Лично приходил в офис. У меня есть записи с камер, если нужно. – Он посмотрел на Питера.

– А когда Мин Хо приходил к вам с приглашением?

– Где-то за месяц до моего визита. Он и раньше слал приглашения, но знаете – всё как-то было не до ресторанов. – Он спохватился. – Точнее, я хожу в рестораны, но что-то экстравагантное не ем.

– И что же заставило вас принять приглашение именно в этот раз?

Как-то странно: его звали не единожды, а он взял и согласился именно на десятый раз.

– Свидание, – вдруг улыбнулся Адам. – Хотел впечатлить девушку.

– Она сможет это подтвердить? – вдруг спросил Питер.

– Сможет, если потребуется, – ответил Адам, глубоко вздохнув.

Повисла пауза. Странно это всё. Почему именно Адама столько раз уговаривали прийти? Почему нельзя было позвать другого гостя?

– А почему вы решили прийти именно двадцать четвёртого числа, а не двадцать третьего или, наоборот, позже?

– Ну, – протянул Адам, – у меня особо выбора-то и не было. Свободная дата на VIP-комнату была только на двадцать четвёртое.

Вот как. Тогда это всё объясняет. В голове стала складываться картинка. Адам оказался именно тем элементом, которого не хватало.

Я поднялась – разговор был окончен. Адам тоже встал следом.

– Как с вами связаться, если появятся дополнительные вопросы? – спросил Питер, впервые за всю встречу.

Точно, контакты. И почему я сама до этого не додумалась?

Адам похлопал себя по карманам и достал визитку.

– Вот, пожалуйста. – на удивление он протянул её мне, а не следователю. – Это мой личный номер. Если будут вопросы – звоните.

Я поблагодарила Адама и убрала визитку в сумку. Мы направились к выходу. Провожать нас он не стал, но крикнул вслед:

– Буду признателен, мисс Вейл, если передадите господину Кану, что неплохо бы лично встречать важных гостей, которых сам же и приглашаешь. В тот вечер мы с ним так и не пообщались. Как-то обидно. Может, он и гений, но с характером стоило бы немного поработать.

Вот оно что. Пригласил – и не вышел. По мне так это выглядит как подстроенный ужин: сам Адам приходить не хотел, но его настойчиво звали, раз за разом, целый месяц. Осталось совсем немного вопросов, и все они теперь адресованы одному человеку – Тэо.

– Конечно, господин Гельб, я передам, – ответила я, а сама мыслями уже вовсю мчала обратно к шефу.

Глава 11
Ночная вылазка

– Как, сегодня без пятен на одежде? – спросил Тэо, оглядывая меня, когда я вернулась к нему домой. – Не заболели?

– Очень смешно, – сказала я, направляясь в гостиную.

Разводить светскую беседу времени не было – вопрос жёг изнутри с самого выхода из офиса.

– Я была у Адама Гельба, – начала я, усевшись на диван. – Почему вы не общались с ним лично в тот вечер, в ресторане? Он специально выбрал единственную свободную дату, а вы даже не вышли к нему поздороваться.

Тэо на секунду завис – судя по лёгкой морщинке между бровей, вспоминал, о ком вообще речь. Через пару секунд лицо разгладилось: вспомнил.

– Когда я собирался выйти, мне сказали, что гость уже ушёл, – он взял в руки планшет. – А когда гость только пришёл, мне передали, что он голоден и просит поторопиться с блюдами. Так и не пересеклись. Мин Хо в таких вещах разбирается – гостю наверняка отправили подарок от моего имени. Извинения, комплимент от заведения, что-то в этом духе.

– Мин Хо приглашал его больше месяца. Очень настойчиво.

– Приглашать важных людей – часть стратегии ресторана, – сказал Тэо. – Держать имя на слуху, поддерживать связи с нужными людьми. Это обязанность управляющего, не моя.

Он замолчал, точно что-то вспоминая.

– Но конкретно с этим гостем действительно вышла накладка. Он настоял на дате – двадцать четвёртое, и наотрез отказался её переносить. Мы обычно так не делаем: не ставим важного гостя за день до крупного мероприятия. Для него сделали исключение.

Здесь какая-то нестыковка. Адам говорил, что выбора у него не было – только эта дата и была свободна. А Тэо утверждает, что Адам сам настоял именно на двадцать четвёртом. Кто-то из них двоих лжёт.

– Кстати, – вдруг сказал Тэо, выдёргивая меня из размышлений, – как продвигается ваше дело? С запиской, с квартирой?

Вопрос застал меня врасплох. Он никогда раньше не интересовался моими делами.

– Нормально, – протянула я, не сразу найдясь с ответом, – умолчав про машину внизу его собственного дома. – По дороге сюда заехала в участок. Наконец-то написала заявление.

– Был бы разочарован, – заметил он, не поднимая взгляда от планшета, – если бы мой адвокат сама не следовала букве закона.

Похоже на комплимент. Или это можно назвать проявлением заботы? И ведь ещё готовит мне, и вещи стирает…

– Мне бы хотелось ещё раз пройтись по ресторану, – сказала я, отгоняя лишние мысли. – Но без посторонних. В смысле – без Мин Хо и ваших поваров. У меня есть догадка, где могли прятать шприц, но нужно проверить на месте.

Тэо отложил планшет в сторону и пристально на меня посмотрел.

– Я за ресторан переживаю, – сказал он наконец. – Вдруг что-нибудь сломаете?

Намёк был более чем прозрачным – вчерашняя посудомойка всё ещё звенела эхом где-то в памяти.

– Я буду очень аккуратна, – пообещала я, стараясь звучать максимально убедительно.

Он отвёл глаза, всё ещё о чём-то раздумывая, потом молча встал и ушёл в спальню.

И всё? Вот так, посреди разговора, просто взял и вышел? Нормальные люди хотя бы договаривают что думают, прежде чем скрыться. Вот же повезло мне с клиентом.

Но буквально через пару минут Тэо вернулся и протянул мне ключ.

– Езжайте после часа ночи, – сказал он, беря мою руку и вкладывая ключ в ладонь. – И вот. – Следом в руке оказались беспроводные наушники. – Позвоните мне, как войдёте, и оставайтесь на связи. Иначе, стоит вам зайти, – приедет полиция и вас арестуют.

– Вы на меня донесёте? – сострила я.

– Там сигнализация, – сухо ответил он.

Я почувствовала, что села в лужу собственной остроты, и предпочла молча забрать ключ и наушники.

– Питер поедет с вами? – неожиданно для меня спросил Тэо.

Ох уж этот Питер. Мою идею он не поддержал, хотя факты, казалось бы, сами кричали о невиновности моего клиента.

– Нет, я поеду одна, – решительно ответила я. Не хватало ещё, чтобы Питер ходил за мной по пятам и указывал, куда смотреть, – я и без него прекрасно справлюсь.

* * *

У ресторана я была без десяти час. На улице – ни души. Ехать пришлось на своей машине, всё ещё с разбитым окном: чинить его было попросту некогда, да и не на что. Охранник на парковке, то ли из чувства вины, то ли просто не желая, чтобы начальство узнало о случившемся у них под носом, предложил заклеить дыру пакетом, чтобы хоть не продувало. Жалкое зрелище, конечно. Может, стоило намекнуть Тэо, что ремонт неплохо бы оплатить – машину-то разбили на территории его дома.

Хотя язык так и не повернулся заикнуться о машине – момент был неподходящий. Да и до конца не ясно, связано это вообще с делом Тэо, или кто-то взялся именно за меня лично.

Тэо в тот момент, впрочем, куда больше занимал мой гардероб.

– Вы в этом собрались лазить по помещению? – чуть брезгливо спросил он, застав меня уже у двери. Думала, он давно спит, а тут…

– Не успела заехать домой переодеться. Да и это мой счастливый костюм. Забыли? – ответила я с воодушевлением, для убедительности даже сделав рукой жест победы. – Раз он на мне – мне обязательно повезёт.

Не знаю почему, но я была абсолютно убеждена: сегодняшний осмотр без лишних глаз даст мне именно то, что я ищу.

– Счастливый костюм? – Тэо одарил меня взглядом, каким смотрят на слегка помешанных. – А обувь? В туфлях поедете?

– Предлагаете заехать домой и переобуться?

– Это не предложение, а разумное решение.

Но домой я так и не поехала. В туфлях мне было вполне удобно – они мне как вторые тапочки, – так что в целях экономии времени я направилась прямиком в ресторан.

Внутри ещё горел свет. Я вышла из машины, прогулялась немного, посматривая по сторонам, нет ли кого поблизости, и, подойдя к главному входу, подёргала дверь. Заперто. Интересно, они специально оставляют свет в зале, чтобы казалось, будто внутри кто-то есть?

Через минуту свет погас, а ещё через минуту из главного входа вышел парень. Я узнала его сразу – тот самый стажёр.

– Заведение закрыто, – сказал он, не узнав меня в темноте.

Я изобразила разочарованный вздох и развернулась уходить – с наигранной покорностью, на какую вообще была способна.

– Погодите! – послышалось у меня за спиной. – Вы же та самая… Ханна Вейл?

Стажёр меня догнал. Я обернулась, виновато, точно застали за чем-то неприличным, а он вгляделся, словно сверяясь с памятью: точно ли не ошибся.

– Простите, что не пошёл на контакт при первой встрече, – сказал он виновато. – Управляющий не любит, когда мы отвлекаемся от работы.

Разговорить его оказалось проще, чем в прошлый раз, – видимо, вне стен кухни и без надзирающего взгляда Мин Хо ему было легче дышать. Он рассказал, что работает недавно, что Мин Хо дал ему шанс – редкая удача для новичка без связей.

– В тот вечер, когда шеф работал с рыбой, Мин Хо сказал мне помочь шефу, – говорил он, разглядывая асфальт под ногами. – Все новички помогают на кухне, это нормально. Я не знал, что нож и доска особые. Знал только, что их держат отдельно от остального. Мне уже потом объяснили, что это была фугу. Думал, уволят на месте.

– А что было после?

– После меня словно вообще перестали замечать. – Он пожал плечами. – Мелкая работа, самая скучная. Но попасть к такому шефу – само по себе удача, о какой другие только мечтают. Я слышал, коллеги жалуются: мол, орёт на всех, как дьявол, кастрюлями швыряется. А по мне, если и орёт – то по делу.

Информации было не так уж много. Я поблагодарила его, и мы разошлись в разные стороны. Он – домой, я – к своей машине.

Забралась внутрь и стала ждать, наблюдая в зеркало, как он сворачивает за угол и исчезает из виду. Улица опустела. Минут через пятнадцать, окончательно убедившись, что вокруг ни души, я выскользнула из машины и, прижимаясь к стене здания, на цыпочках обогнула ресторан со стороны служебного входа. Сердце колотилось так, точно я была тайным агентом на задании, а не адвокатом в туфлях, влипшей в собственную авантюру.

Подошла к служебному входу, вставила наушник и набрала Тэо.

– Заходите, – сказал он вместо приветствия. – И сразу вводите код на пульте, у вас будет секунд пятнадцать, не больше.

Дверь поддалась легко. Внутри – пульт сигнализации, мигающий красным. Пальцы слегка дрожали, но код я ввела правильно с первого раза. Раздался короткий писк – сигнал принятого кода. Красный огонёк сменился зелёным.

– Готово, – прошептала я, включая фонарик на телефоне.

– Я слышу, – так же тихо отозвался Тэо.

Кухня в темноте выглядела совсем иначе – призрачнее, больше.

– У вас тут даже в темноте красивее, чем у меня на кухне при свете, – заметила я, обводя фонариком блестящие поверхности. – Хотя сравнение, конечно, нечестное: у меня из техники – микроволновка и тридцатилетняя плита.

Тэо на мой комментарий никак не отреагировал.

– Если нужно будет что-то пояснить – спрашивайте, – сказал он вместо этого.

Я подошла ближе, осветила инвентарь, ножи, разделочную доску – всё было расставлено с той же маниакальной аккуратностью, какую я уже видела вчера.

Обошла кухню по кругу, заглядывая в каждый шкафчик – искала хоть что-то, отдалённо напоминающее следы конденсата или пыль не на своём месте. Ничего интересного: везде одинаково стерильно.

При очередной попытке заглянуть за навесную полку я неудачно зацепила рукой связку кастрюль – те с оглушительным грохотом посыпались на пол.

– Осторожнее там, – донеслось из наушника напряжённым голосом. – Мне ещё работать в этом ресторане. С вашей везучестью там скоро камня на камне не останется.

– Всё в порядке, – соврала я, водружая кастрюли обратно.

Я потянулась к вытяжке над плитой и, не подумав, щёлкнула первым попавшимся тумблером. Вытяжка взревела с такой внезапной мощью, что я отшатнулась и чуть не села на пол.

– Что это⁈ Что случилось⁈ – заорал Тэо в ухо так, что я едва не оглохла. – Ханна⁈

– Ничего не случилось. Не переживайте, – сказала я, судорожно нащупывая тот же тумблер и вырубая адскую машину. – Просто нашла кнопку не пойми чего.

– У меня чуть сердце не остановилось.

– Значит, живой, – не удержалась я. – Уже хорошо.

Дальше я решила действовать методичнее. Прошла в служебный коридор, освещая фонариком стены, заглянула в пару подсобных комнат.

– А в зал вы заходить не планируете? – подал голос Тэо.

– Незачем, – ответила я. – Там слишком людно и слишком рискованно. Никто в здравом уме не станет прятать шприц там, где его в любой момент может заметить кто угодно. Мне нужно что-то незаметное – но такое, до чего легко дотянуться, когда нужно.

Наконец я оказалась у двери кабинета Мин Хо. Зайдя внутрь, взгляд снова сам собой зацепился за решётку вентиляции на стене.

Я взобралась на стол, кряхтя и пыхтя от усилий. Когда закрою дело,точно пойду в спорт зал.

– Куда вы залезли теперь? – насторожённо спросил Тэо.

– Хочу проверить вентиляцию, – прошептала я.

Стол оказался достаточно крепким, чтобы выдержать мой вес. Балансируясь на нём, я поднесла фонарик ближе к решётке, и прежде чем взяться за неё, присмотрелась. По краю рамки лежал ровный слой пыли, какой и полагается вентиляции, которую не чистили годами. Но в паре мест пыли не было вовсе – чистые, точно кто-то недавно провёл здесь пальцами.

Кто-то трогал эту решётку совсем недавно.

Я взялась за неё – та поддалась при первом же касании, слишком легко.

Внутри короба пыль лежала толстым, ровным слоем – такую годами никто не трогал. Но в одном месте, ближе к краю, слой был другим: смазанным, будто что-то – или кто-то – недавно провёл здесь рукой, стирая часть налёта.

Сердце заколотилось. Вот оно. Я нашла, что искала! Я сделала снимок.

Повесив решётку обратно, я развернулась, чтобы слезть со стола, и неаккуратно наступила – каблук попал на одну из рассыпанных по столу ручек, нога поехала, и я полетела вниз, приземлившись на бок с глухим стуком.

– Ханна! Что случилось⁈ Ханна, ответьте!

Кричал голос Тэо из выпавшего наушника. В ту же секунду где-то в глубине ресторана послышался звук.

Кто-то был внутри.

Я замерла, вслушиваясь. Шаги – тяжёлые, неровные – приближались со стороны кухни. Спрятаться было решительно негде: голый кабинет, ни шкафа подходящего размера, ни занавесок. Оставалось одно – на четвереньках пробраться бесшумно к двери.

Приоткрыла её на щель и прислушалась.

– … твою ж мать, дверь не закрыл, сигналку не поставил, – бормотал знакомый голос где-то в темноте, спотыкаясь на каждом втором слове. – Мальчишку уволю к чёртовой матери.

Мин Хо. И судя по всему, пьяный.

Фонарик я выключила, теперь двигалась вслепую, на ощупь, коленями по холодному полу коридора – лишь бы подальше от голоса. Нашарила первую попавшуюся дверь, скользнула внутрь и замерла.

Помещение оказалось узким и промозглым на ощупь: каморка для швабр, вёдер и прочего инвентаря.

Шаги приближались. Мин Хо что-то ворчал себе под нос, шуршал бумагами, невнятно поминал чьё-то имя. Судя по звуку, прошёл в свой кабинет, не потрудившись прикрыть дверь. Потом зазвонил телефон, и его голос вдруг изменился – стал липким, заискивающим:

– Да-да, всё под контролем. Деньги будут, я же сказал – на днях.

Пауза. Потом снова резко, зло:

– Да пошёл ты.

Ещё несколько минут возни, шагов, и наконец – тишина.

Я не двигалась. Телефон в кармане несколько раз мягко завибрировал – сообщения от Тэо, одно за другим. Я набрала, стараясь, чтобы звук клавиш был как можно тише: «Мин Хо здесь. Не знаю, как выбраться».

Прошло минут десять, прежде чем я осторожно выглянула. Свет в кабинете Мин Хо всё ещё горел – значит, не ушёл.

Двигаясь вдоль стены, стараясь не создавать ни звука громче собственного дыхания, я направилась в сторону кухни. На полпути услышала сзади шаги, и метнулась взглядом по сторонам в поисках нового укрытия. Заметила впереди массивную белую дверь, что-то вроде большого шкафа, и, не раздумывая, потянула её на себя, скользнула внутрь и захлопнула за собой.

Свет включился автоматически. И только тогда до меня дошло, куда именно я забралась: промышленный холодильник. Кругом – полки, контейнеры с продуктами, а прямо в спину бил ледяной поток от огромного вентилятора где-то у потолка. Воздух был обжигающе холодным, стены – металлическими, и с каждым выдохом изо рта вырывалось облачко пара.

Постою немного и выйду, решила я. Прислонилась к двери, вслушиваясь – не раздадутся ли шаги, не стихнет ли всё окончательно.

Дверь резко толкнули снаружи – я услышала отчётливый щелчок. Может, это просто Мин Хо, проходя мимо, закрыл её поплотнее и пошёл дальше по своим делам?

Я подождала минуту, вторую, и осторожно толкнула дверь изнутри.