Текст книги "Наследник Мудрецов. Том 9 (СИ)"

Автор книги: Роман Романович

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 17 страниц)

Глава 16
Дела брачные, или Когда разбор устроил

В малом зале собралось четверо. Аркан Димитрич сидел в кресле с бокалом чего-то крепкого и, вытянув ноги, пытался хотя бы немного расслабиться. Труван Арканович прохаживался из стороны в сторону. Александра Романовна, его первая супруга, и Церера Фролова сидели на диванчике, спокойно распивая чай.

– Да не мельтеши ты, – бросил раздражённо старик. – Все через это проходят.

– Через что? – остановился мужчина, уставившись на отца.

– Через выдачу замуж дочурки.

– Очень смешно, – дёрнул щекой Труван. – Но ты прав. Пора решить этот вопрос окончательно.

– А что именно решить? – спросила Александра Романова. – Я говорила с Солейной. Она настроена довольно твёрдо и в своём женихе уверена.

– Что не отменяет всей сложности ситуации, – возразил мужчина. – Чувства сегодня есть, завтра нет. А этот Валовой… – покачал он головой.

– А мне он нравится, – неожиданно поделился старик.

– Отец? – вскинул удивлённо брови мужчина.

– Что? – спросил Аркан Димитрич. – Паренёк дерзкий и бойкий. Всем нервы треплет. На своём настоять умеет. Вон как он всех вас бесит, – усмехнулся старик.

– Умение бесить не самое лучшее качество, – недовольно ответил глава рода.

– Давай по пунктам, – вздохнул Аркан Димитрич. – Парень нравится Солейне. Так?

– Так, – ответила Александра Романовна.

– Личная сила у него есть? – продолжил старик.

– Спорный момент, – ответил ему сын.

– Да в чём здесь спорный-то? Парень уже тройной владетель. Убивал других владетелей. У него в слугах могущественные Тени. И, уверен, свой потенциал он ещё не реализовал. Да он даже как маг подходит под наши критерии. Магию способен понять? Способен. Как я понял, он даже чужое слово способен подрезать, – глянул старик на Цереру.

– Сама не видела, но Солейна утверждает, что да. Моя версия – это связано с Даром Творца.

– Как по мне, – осторожно сказала Александра, – наличие у него всех Даров – это не только плюс, но и большой риск.

– Это так, – покивала Церера. – Но кто, если не мы, способен раскрыть потенциал этого союза, обойдя главные риски.

– Ты всё об одном, – махнул рукой Труван Арканович. – Какова вероятность, что это получится? Какова вероятность, что Сергей не сложит голову в ближайшее время? Связь с ним несёт слишком много рисков. Парень влез в серьёзные игры, в которых держится скорее волей случая, чем благодаря своим способностям.

– Спорно, – возразил Аркан Димитрич. – Он всё же пробивной. Учится. Адаптируется. Давай честно. Мы кого раньше рассматривали? Придурка Волкова? А потом кого? Придурка Романова? Этого напомаженного павлина? Да Солейна бы его прямо во время церемонии сожгла. Если отбросить твои отцовские чувства, то кто ещё остаётся? Ты вот знаешь других магов-владетелей, способных к пониманию чужой магии, неженатых, подходящего возраста? Я таких просто не знаю.

– Такие есть, – возразил Труван.

– Кто-то из них подходит больше, чем Сергей? – прямо спросил старик.

На что мужчина сдался. Дошёл до кресла, уселся, выдохнул.

– Мне это не нравится. – прямо сказал он.

– Проблема ещё в том, – мягко сказала Александра, – что Солейна знает – у нас нет особых причин отказывать. Зато есть поводы согласиться, потому что плюсы у Сергея действительно имеются. Если ты пойдёшь на принцип, муж, – посмотрела она мужчине прямо в глаза, – то это может закончиться чем угодно. Кажется, у нашей дочери сформировался пунктик насчёт вмешательства в её личную жизнь.

– Что тоже проблема, – вставил Аркан Димитрич. – Неприятно это говорить, но будем откровенны. Солейна слишком эмоциональна. Настолько, что это граничит с безумием.

– Отец, – недовольно сказал Труван Арканович.

– Вот именно. Я отец и понимаю чувства родителя. А ещё я дед и просто дольше живу. Если закрывать глаза на проблему, это до добра не доведёт. Не думаю, что Сорка скатится в безумие… Если беречь её, – поправился он. – Но вот если у её детей прибавится немного хладнокровия…

– Хочешь сказать, что кровь Разумовичей – самое-то? – хмыкнул Труван Арканович.

– В этом действительно есть смысл, – вставила Церера. – Всё же Сергей – тот ещё циничный ублюдок, – добавила она сердито, передёрнув плечами.

– Как будто ты подарок, – поддел её старик.

– Аркан Димитрич, – посмотрела женщина на него осуждающе. – Я вам это припомню, когда опять на спину жаловаться будете.

– Но-но! – возразил старик. – Давай без таких угроз. Тем более ты сама каждый раз паренька прогнуть пытаешься. А он тебе отвечает. Жаль, что я ваши разговоры вживую не слышал. Любопытное зрелище наверняка.

– Не смешно, – ответил ему Труван Арканович. – Давайте подытожим. Кто принципиально против Сергея? Никто? – обвёл он всех взглядом. – Тогда у кого есть сомнения? Так-то нас дальше ждёт помолвка, и Грань мне в свидетели, я из Валового все соки выжму.

– Дом, – сказала Александра. – Где они будут жить? У Сергея есть дом от Бюро, но это совсем не то. Особняк Разумовичей? Тоже непонятно, это место мне представляется слишком холодным и пустым.

– Не лучше ли это спросить у самой Солейны? – спросил Аркан Димитрич. – Дом – это да, важно. Включим это в список требований, чтобы вопрос с жильём был решён.

– Про содержание, наверное, нет смысла говорить, – сказала Александра. – Разумовичи не особо сильны, но с деньгами у них всё в порядке.

– А вот я бы не согласилась, – возразила Церера. – Сергей – ходячая аномалия. Его тело постепенно будет разрушаться. Смогу я это изменить или нет, но он и без того в любой момент может погибнуть, со своей-то боевитостью.

– Если так рассуждать, то на брак я добро не дам, – нахмурился Труван.

– Все смертны, – ответил ему отец. – Что ты хотела сказать, Церера?

– Надо прописать в договоре, что Солейна будет получать содержание на себя и детей. Также бонусы в случае рождения детей. На деньги плевать, тут скорее важно самому Сергею вбить в голову мысль, чтобы осторожнее был и чтобы каждый день заботился о будущем семьи с учётом рисков его гибели.

– Ну-с… – протянул Труван. – Приземлить его лишнем не будет, согласен.

– Будет неплохо отхватить кусок от капитала Разумовичей, – задумался Аркан Димитрич. – У них полностью своего почти ничего нет, но вот акций других предприятий хватает – везде, где можно, они влезли и давно. Хотя… Нет. Не будем этого делать.

– Почему? – спросил Труван.

– Да потому что плохое отношение к Валовому дорого обходится, – мстительно ответила Церера.

– Именно, – усмехнулся старик. – Надо будет прописать ещё договор касательно твоих исследований, Церера.

– Сергей потребовал высокую плату, – напомнила женщина.

– А кто в этом виноват? – поинтересовался Аркан Димитрич.

– Его непомерная гордыня? – тут же среагировала женщина.

– Думаю, нужно смотреть шире на этот вопрос, – сказала Александра. – Если мы одобрим этот союз, то тем самым инициируем создание новой генетической линии. Возможно, нового вида одарённых, с полным набором Даров. Неизвестно, каких высот достигнет Сергей, но сейчас, как факт, сам он не сможет прикрыть такое начинание. Поэтому в соглашении должен быть проработан этот момент. А если смотреть ещё дальше, то нужно озаботиться дальнейшим усилением новой линии.

На некоторое время все собравшиеся погрузились в раздумья, прикидывая варианты. Для аристократов было нормальным, чтобы в роду кто-то специально забеременел, для того чтобы нужные дети были одного возраста. Не всегда такой подход срабатывал, но иногда приносил те плоды, которые и ожидались. Иначе говоря, уже сейчас стоило прикинуть, с кем породнятся дети Солейны и Сергея.

– Разумовичей мало, – сказал Труван Арканович. – Про Валовых вообще молчу, их в расчёт не берём. Доживёт ли Сергей до старости – большой вопрос. Если доживёт – наверняка станет ещё сильнее, а значит… Не хочу это говорить, но возможность определить судьбу своих детей у него будет. Это если доживёт до тех лет. Если же нет, то Разумовичи сами новую генетическую линию не удержат.

– А надо ему тогда помогать дожить до старости? – спокойно поинтересовалась Церера.

– Но-но, – погрозил ей пальцем старик. – Вдруг у него есть потенциал стать властелином? Даже нам такой союзник не помешает.

– Что за необоснованная доброта, отец? – хмыкнул Труван Арканович.

– Как раз таки обоснованная.

– Всё же Солейна его любит, – заметила Александра.

– Но варианты мы должны рассмотреть все, – возразила Церера.

– Работай с ним нормально, – надавил голосом старик.

– Как скажете, – закатила Церера глаза.

– Есть ещё один сложный вопрос, касательно генетических линий, – сменил тему старик. – Вторая и третья жена.

– Кхм, – прокашлялся Труван Арканович. – Какие ещё жены? Солейна их не потерпит.

– Так все женщины говорят, – отмахнулся Аркан Димитрич.

За что получил два выразительных взгляда от присутствующих женщин.

– Армстронги хотят пристроить свою Аврору, – добавил он. – Церера, тебе слово.

– Владетельница Битвы. Красивая женщина, – ответила она. – С Армстронгами у нас нейтральные отношения, но речь ведь не об этом… – задумалась женщина. – Да и что здесь говорить. У Валового тело пикового адепта Битвы. Если ему немного повезёт, он станет ещё и владетелем Битвы. А там и всех остальных Даров. Ему какую жену ни подложи, дети в любом случае должны получиться интересные. Если думать наперёд, то детишки у них должны выйти с уклоном в воинский аспект… Ну, кого потом на них женить из Милгардов, у нас найдётся. Не скажу, что самый лучший вариант, но почему нет? Новую линию это усилит в разы.

– Что насчёт Световых? – задал следующий вопрос Аркан Димитрич.

– Ты всерьёз воспринимаешь угрозы Валового, что Световы ему предложение сделали? – спросил Труван Арканович. – Вздор.

– Их старейшина ко мне подходил вчера, – ответил старик спокойно. – Я пока об этом не рассказывал. Теперь говорю. Не вздор.

– Да ладно, – удивилась Церера. – Я думала, Мирослав впустую воздух сотрясает, а Сергей впустую угрожает.

– Плетельщики и Тень, – вздохнула Александра. – Третья жена всё же перебор. А то мы так до полного набора одарённых дам договоримся.

– С другой стороны, если Валовой как следует поработает… – осторожно произнёс старик, – детишек много получится.

В переводе это означало, что будет много генетического материала. Милгарды как никто знали, что, несмотря на отличные гены, несмотря на самый ответственный подход к вопросу, несмотря на отточенную веками систему подготовки, даже в правящей семье могли родиться заурядные дети. И хоть ты тресни, но выше головы далеко не прыгнешь. В этом и крылась одна из причин, почему Милгарды любили заводить несколько жён и много детей.

– Не верю, что говорю это, – вздохнула Александра, – но давайте проработаем сценарии на все случаи жизни. Основная власть в любом случае должна оставаться за Солейной.

– Это понятно, – кивнул старик. – Итак… К чему мы пришли?

* * *

После тренировки я отправился к Разумовичам в особняк, по прозаической причине – там ванна была лучше.

Отделали меня как следует, мышцы ныли, поэтому больше всего мне хотелось расслабиться. Что и было сделано. Мне даже поесть прямо в ванну принесли. Всё больше начинаю любить жизнь барина. Обдумал и результаты занятий. С одной стороны, Богомир действительно показал мне нечто важное. Как я понял, суть в том, чьё воображение ярче. Или нет? Суть в том, чья решимость крепче? Твёрдость магии? А ведь если припомнить, то, когда со Световыми бодался, затащил как раз за счёт этого момента. Мои барьеры слетели, а там и решимость уничтожить врага выросла в разы. Есть над чем подумать.

Блин… А ведь есть ещё один неприятные момент. Наставник – дело интимное. Для нормального обучения придётся показать ему мои козыри. В этом случае информация может уйти куда угодно. Вплоть до того, что на меня составят подробное досье, а потом продадут его всем заинтересованным сторонам. Не обязательно это сделает сам Макаров. Но почему бы это не сделать через третьих лиц тому же Давиду? Возможно, я накручиваю себя, тут ещё важно то, что сейчас наставник на Милгардов работает… Хотя. Нет, всё же этот пункт никак ситуацию не упрощает, скорее, усложняет. Придётся не все козыри показывать, а что-то отрабатывать отдельно, в тишине и вдали от чужих глаз.

Когда вышел, встретил отца. Или он меня встретил, с новостями.

– Волковы всем скопом покинули город, – сообщил он.

– Им дали уйти? – нахмурился я.

– Почему нет? – ответил он равнодушно. – Устроить бойню могли разве что Милгарды. Что создало бы множество дополнительных проблем. Предположу, что вызовы на дуэль всё же последовали. Волковы поняли, что это не шутки, и сбежали.

– Плохо, – вздохнул я. – Озлобленный клан – это не то, что нам нужно.

– Поверь, сейчас у них есть дела поважнее. У нас новый правитель вот-вот появится, если ты не в курсе, – усмехнулся Разумович. – Сбежать из города в это время – значит, очень серьёзно потерять во влиянии, лишиться значимой части капитала.

– Это и ответишь им, если сюда кто заглянет из их владетелей, – сказал я. – Отправил кого следить, куда именно они побежали?

– Отправил. Хочешь их устранить?

– Надо подумать, – ответил я. – В любом случае теперь ждём коронации, а там решим.

Добить Волковых – важная задача, но я здраво опасался, что у всех нас есть проблемы посерьёзнее. До, вовремя и после коронации могло произойти буквально что угодно. Начиная с того, что люди устроят бойню, и заканчивая тем, что эльдары устроят бойню.

* * *

Вечером встретился с Солейной. Обсудил с ней, как прошло моё первое занятие.

– Всё верно, – ответила она. – Только это не совсем про волю. Тут именно понимание слова важно.

– Не решимость?

– Решимость, – кивнула она.

– Тогда я окончательно запутался, – покачал я головой.

Встретились мы в беседке с целью вместе поужинать. Особняк Милгардов возвышался за спиной Солейны, но никого, кроме нас двоих, поблизости не было. Охрана только где-то на фоне мелькала, иногда слуги во дворе показывались, да и только.

– Что именно тебе непонятно? – спросила девушка.

– Всё? – вскинул я бровь.

– Ох… – вздохнула девушка. – Есть заклинание Верде, которое вы отрабатывали. Это твёрдость и решимость. Это отражение в буквальном смысле и твоей твёрдости, и решимости. Есть понимание конкретно этого слова. А ещё есть понимание и твёрдости, и решимости. Ты вот можешь описать, что это такое? А уверен, что это лучшее понимание? Маг – это не только магические слова и ощущения. Это ещё и глубокое понимание философии, – постучала она себя по виску. – Можно просто сидеть, размышлять, понять что-то важное и вывести свою силу на новый уровень. Я не преувеличиваю, если что.

– М-м-м… – промычал я.

Понятно только то, что учиться мне и учиться.

– М-м-м, – передразнила она. – Что за мычание? Ты личинка мага. Эволюционируй, – рассмеялась Сорка.

– Пытаюсь. Когда я последний раз дрался с магом владетелем, мы оба нырнули в режим познания. Пламя против света. Но я победил. Как так? Если у меня обычный Верде не получается, то, по логике, я должен был проиграть более опытному магу.

– А черт его знает, почему так, – ответила Сорка.

– То есть даже ты не понимаешь? – нахмурился я.

Девушка посмотрела на меня, наклонила голову влево, прищурив левый глаз, наклонила вправо, прищурив правый глаз.

– С тобой сложно, – наконец вынесла она вердикт. – Ты же настоящий мешок с сюрпризами. Давай разбираться. Самое простое – твой противник был слабоват. Может такое быть?

– Может. Если маги Световых – все поголовно слабаки.

– Не сказала бы, что они слабаки. Но это в целом. Конкретно твои противники – да кто знает. Вторая версия… Нет, не так, – заёрзала девушка и посмотрела на меня по-новому. – Лучше ты скажи, что именно использовал. Опиши все свои ощущения и что делал, какие Дары использовал.

Сорка прищёлкнула пальцами и создала защиту от прослушки. Я же попытался вспомнить, что делал.

– Сегодня на занятии обнаружил, что Власть хорошо способна укрепить Верде.

– Просто Власть?

– А может быть не просто? – нахмурился я и тут же сам себя поправил: – Власть на ранге владетеля добавляет сам… – покрутил я рукой, – процесс владения. В этом режиме я как бы лучше начинаю владеть заклинанием.

– Поразительно, – покачала она головой. – Власть – усиливает способность владеть магией. Творец – углубляет понимание. Предположу, что Битва ещё укрепляет тело, что тоже важно. А Клятва… Хм. Рогатые тоже способны использовать магию, но там всё основано на приказах. Что тоже, возможно, усиливает ту часть, что отвечает за плетение маги. Возможно, причина в этом. Разные Дары по-разному усиливают твои магические способности, что делает тебя сильнее обычного мага.

– Думал об этом, – кивнул я.

– Что-то ещё было? Всё же бой насмерть – это не то же самое, что тренировка, – верно подметила она.

– Хм… Есть ещё кое-что, – припомнил я.

– Судя по твоему озадаченному виду, там что-то важное, – усмехнулась Сорка. – Очередная тайна?

– Да не то чтобы, – качнул я головой. – Просто в момент смертельной опасности иногда так бывает, что у меня будто тормоза слетают.

– И ты превращаешься в маньяка-убийцу? Мне начинать переживать? – рассмеялась она.

– Скорее я превращаюсь в идеальную машину для убийства, – без улыбки ответил я. – Мир становится понятнее. Мораль вся спадает, как шелуха. Я просто начинаю понимать, как лучше всего уничтожить цель.

– Понятнее? Уничтожить? Удивительные вещи ты говоришь, Сергей, – задумалась Сорка. – В тех сражениях ты входил в это состояние?

– Вроде бы. Это сложно отследить, когда всё происходит в считаные мгновения.

– Учись отслеживать, – пожала Сорка плечами. – Для мага критично важно любые микроощущения отслеживать. Надо будет провести с тобой отдельную тренировку, чтобы оценить уровень и что на результат влияет. Когда сможешь?

На это захотелось поморщиться. До озвученных выводов я и сам додумался, ничего нового Сорка не углядела. А методично изучать свои силы… Ну, что ещё остаётся.

* * *

О времени договорились. И даже встретились на следующее утро.

У меня внутри свербело, что неприятности где-то уже близко. Хотелось срочно вооружиться чем-то новым. Но весь потенциал казался мнимым. Куда ни ткни, везде требовалось хотя бы пару недель усердных тренировок, чтобы развить какой-то навык. И это в лучшем случае.

Тем не менее с Солейной мы на полигоне провели почти четыре часа.

Хотелось ругаться на магов, с их любовью к усложнению. Надеюсь, у меня получилось разобраться. Я предпочитал лаконичные, понятные схемы, и получилось у меня следующее. Были магические слова, которые отличались по свойствам. Были связки магических слов. Был уровень понимания – это то, насколько хорошо ты понимаешь конкретное слово или связку. Причём Солейна поделилась информацией о том, что начинающие владетели в некотором роде начинают путь сначала. Представьте любимое заклинание мага-адепта, состоящее из трех-четырех слов. И вдруг маг начинает понимать первое слово в этой связке куда лучше. А остальные – пока нет. Потому что он должен выделить время, углубиться в режим познания, осмыслить слово, выйти из режима познания и дать мозгам несколько дней остыть. Дальше повторить это с каждым словом в связке. Пересобрать связку. С учётом того, что за одно погружение ты выхватишь один–два процента понимания. То есть для овладения одним словом потребуются месяцы тренировок.

Но это ещё не всё. Понимание само по себе мало что значит. Дальше в ход вступают другие вещи. Это решимость-воля, которая отвечает за то, насколько концентрированно ты способен выразить какое-то слово. Верде – это твёрдость. Здесь решимость отвечает за создание твёрдой формы. Также роль играет воображение. Ну, или опыт, наработанные связки.

Солейна, посмеиваясь, предложила мне создать нечто незаметное для глаза, но достаточно твёрдое, чтобы разнести мишень. Не получилось. Мой предел – шип размером с палец, который был способен причинить хоть какой-то вред. Так, чтобы пробить деревянную доску навылет – здесь уже требовалось что-то размером с ладонь.

У самой девушки эти показатели были куда лучше. Она маленькой штучкой размером с ноготь мизинца, ещё и прозрачной на вид, разносила толстую доску в щепки. Или пробивала её на вылет, в зависимости от того, какого эффекта хотела добиться.

– Расширение сознания! – в запале говорила Сорка, пытаясь вбить в меня понимание основ. – Ты думаешь, почему многие маги безумны? Потому что мы целенаправленно издеваемся над своим разумом. Ты не можешь создать невидимую иглу, пробивающую бетонную стену, если не способен это представить и если тебе не хватает решимости это воплотить в жизнь. В некотором роде твоя воля должна стать сильнее реальности.

На такие заявления мне оставалось только вздыхать. Когда разложил на составляющие, стало понятнее. Концептуально понятнее. На практике же я раз за разом упирался в барьеры, как с тем же размером.

А это ведь самый примитивный пример. Куда сложнее представить, как гравитация возрастает в пару десятков раз где-нибудь в голове у противника. Ну, или просто в одной точке. В теории – не было препятствий, чтобы создать такую магию. На практике – у меня пока не получилось. По площади долбануть легко. Работать ювелирно – хрен там плавал.

– Это всё интересно, – сказал я под конец занятия, потирая виски от усталости. – Но как Богомир мою Власть обошёл?

– А что он сделал?

– Без понятия. Я вообще ничего не ощутил.

– На опыте вывозит, – хмыкнула Сорка. – Ну-ка…

Она что-то такое сделала, не произнося магические слова. Власть всё же задело, пусть и слабо. Движение я уловил, в зоне истины и вовсе блокировал.

– Что ты сейчас пыталась исполнить? – заинтересовался я.

– Воображение, – постучала она себя пальцем по виску. – Магия может всё, хватило бы силы, воображения и решимости. Макаров мог сделать, что угодно. Я же сейчас пыталась затвердить воздух.

– Эм? – озадачился я.

– У тебя же зона истины есть? Или как там у вас эта штука называется?

– Есть. Особо защищённая зона.

– А что значит «защищённая»? Как ты дышишь?

– Как-то, – развёл я руками.

Ответа лучше у меня не было.

– Власть отлично работает против движения и твёрдых объектов. Ты способен защититься от порыва ветра? – спросила она и махнула рукой, поднимая бурю.

Я прикрылся, сгустив Власть.

– О чём и речь, – кивнула девушка. – Ты ощущаешь движение. Точно так же, как люди кожей ощущают дуновение ветра. Ключевое – это надо ощутить.

– Хочешь сказать, он атаковал ветром вне зоны моего восприятия? – задумался я над идеей.

– Надо проверить… – вошла Сорка во вкус.

И принялась закидывать меня всяким разным, иногда удачно, иногда нет. Замечу – что не вредила, лишь пыталась вскрыть Власть.

Странное чувство. Как будто тебя пытаются раздеть.

– Смотри, – хлопнула она в ладоши после нескольких попыток. – Зона истины тем сильнее, чем ближе к телу? А какая формула расчёта? Ну, там на расстоянии пяти сантиметров – десять процентов, а на расстоянии сантиметра – девяносто? А если на расстоянии миллиметра? Одной десятой миллиметра?

– У меня нет формулы.

– Как можно настолько не знать свою силу, – сказала Сорка осуждающе.

Самую малость пристыдив. С другой стороны, точные знания мне никогда и не были нужны.

– Не догадался? – спросила она. – Это как с малой формой. Что, если укрепить одну частицу воздуха как можно ближе к тебе и резко придать ей ускорение? Получится таким образом обмануть зону истины?

– Звучит сложно.

– Поэтому я и сказала – Богомир вывозит такие вещи на опыте. Он не так силён, как я в потенциале, но в чём-то он гений. Как минимум вот в таких вещах. Грубо говоря, у него нет в арсенале мощного оружия, зато трюков на сотню человек хватит.

– Звучит… интересно, – почесал я макушку. – Но как от этого защититься?

– Разработать нормальную защиту, очевидно, – ответила Сорка. – Чёрт, – спохватилась она вдруг. – Ты ведь до сих пор не используешь нормальную защиту постоянного типа. Всё время забываю, какой ты неуч… – захихикала она противно.

На что мне оставалось поморщиться. Не такой уж я неуч. Попадалась мне в книгах информация о такой защите. Чем-то это напоминало точки фокусировки. Ты должен разработать заклинание, а потом приучить разум поддерживать его в фоновом режиме. Для продвинутых магов – ещё и с анализом окружающей обстановки.

Хм….

– Мне тут в голову мысль пришла, – проговорил я медленно. – А что, если такую защиту на точки фокусировки повесить?

– Точки фокусировки?

– Это такая штука у наследников Власти…

– Да знаю я, – отмахнулась она. – Надо подумать.

И мы подумали. Жаль, что поздно я додумался до такого. Потому что стоило вернуться домой, как не прошло и десяти минут – поступили новости.

Анну снова похитили.