Текст книги "Нейронафт. Часть 2 (СИ)"

Автор книги: Ринат Таштабанов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 20 страниц)

Эпизод 2. Голод

Шаг.

Еще один шаг.

Жижа чавкает у меня под ногами с таким звуком, будто я наступаю на томаты.

Хлюп. Хлюп. Хлюп.

И я их давлю и давлю, как гнойники.

Чтоб их!

Боль от чувства голода немного утихла. Из резкой стала монотонной, будто Червь знает, что я решил его покормить.

Подхожу к плоти всё ближе и ближе.

Она медленно наползает на одну из биомеханических конструкций, постепенно нарастая на неё сантиметр за сантиметром.

Вблизи это реально похоже на улитку, только в более циклопических масштабах, словно её размножили и увеличили в миллионы раз. И, теперь, эта живая биомасса пожирает металл, используя его, как основу для, чего-то более грандиозного.

Я останавливаюсь перед плотью. Смотрю на неё. Сжимаю рукоятку ножа в руке.

«Это – всего лишь корм, – уговариваю я сам себя, – и, ничего больше! А мне, чтобы жить, нужно есть!»

Чем больше я медлю, тем сложнее мне будет начать.

Погнали!

Замах!

Удар!

Я вгоняю костяное лезвие в плоть на уровне своего роста и режу её сверху-вниз, отделяя от этой массы шмат размером с хорошую отбивную.

Из раны биомассы тут же выбрасывается черная жижа, а по плоти бежит дрожащая волна, точно сигнал, что ей нанесли урон.

Интересно, это воздействие может привести к тому, что сюда притащится, какая-нибудь тварь? Например, если эта плоть работает, как грибница, и каждая её часть связана с другой, типа такой нервной системой, которая распространяет импульсы на любые расстояния?

А хрен его знает!

Представьте, что эта плоть знает, что я на неё напал, мгновенно, и, по всему Сотканному миру, в любой точке, где бы она не находилась. И это оповещение, типа сработавшей сигнализации, позволяет натравить на меня очередного монстра, чтобы он ликвидировал эту проблему – то есть меня!

Нельзя сбрасывать со счетов и такой вариант.

Твари защищают плоть, а плоть, за это, кормит монстров. Эдакий симбиоз, где каждый является и паразитом, и хозяином в любой момент времени.

Остаётся только понять, откуда берутся эти чудовища? Кто их создаёт? Матка, как в Чужих? Но это – точно, что я ещё не видел. Навряд ли это будет яйцо. Мне на ум больше приходит, что-то живородящее, или же некий механизм – гигантский биопринтер, который и штампует этих монстров из них же самих, – их останков, когда они сдохнут.

Такой, круговорот дерьма в природе.

Но, я отвлёкся. У меня в животе урчит, будто я не ел пару дней. Точно у меня в кишках включился небольшой дизельный мотор, который и выдаёт вот эти звуки.

Ургх… Ургх… Ургх…

Я подношу мясо плоти ко рту.

Оно шевелится!

Оно – живое!

Отрезанная часть, которая продолжает жить, будучи уже отделённой от своего носителя!

Представляете?

Млять!

Сука!

Вижу, что от этого шмата тянутся тонкие нити, прям, как от такой инопланетной грибницы, а вся его внутренняя поверхность, как бы изъедена паразитами, которые проделали в ней множество ходов.

Ещё эта херня воняет тухлятиной. Это, совсем, как ни старайся, не похоже на мясо, разве, что только на сгнившее.

Выглядит совсем не аппетитно, но и выбора у меня нет!

Я откусываю кусок. И он продолжает шевелится у меня во рту, как трепещущее насекомое.

Чтобы не блевануть, быстро-быстро его жую и проглатываю. На вкус это такая же дрянь, как и на вид.

Чем-то похоже на волокнистое желе. Уже полупереваренную пишу, которую ты, за кем-то доедаешь.

Меня едва не выворачивает наизнанку. Давлю в себе приступ тошноты и быстро дожираю этот шмат, не давая себе ни секунды передышки, чтобы не передумать.

Прислушиваюсь к своим ощущениям.

Я ожидал худшего.

Меня не вырвало, я не отравился, пока, но чувства, тем не менее, странные, будто я съел нечто такое, что не может ещё распознать мой организм, и он думает, принять это или отторгнуть.

Теперь, ход за Червём. Будет этого для него достаточно, ли же мне придётся сожрать ещё этой дряни, чтобы насытить эту тварь, которая отныне со мной навсегда?

Урчание в животе стихает. Спазм тоже не так крутит, как раньше, но, я чувствую, что этого – всё равно мало! Мало, чтоб этого Червя черти взяли!

Голод не стихает. Я только, как говорится, заморил червячка, и мне нужно больше, намного больше еды! Этой субстанции, которая маячит у меня перед глазами, и из раны которой продолжает вытекать чёрная жижа и капать в грязь.

Кап. Кап. Кап.

Меня обуревает дикая ярость. Нечеловеческая. Жгучая, словно во мне находится кислота.

И она разъедает меня изнутри. Выжигает нутро. И я должен погасить этот огонь!

Немедленно!

Сейчас!

А иначе он меня спалит. Сожжёт без остатка, оставив только быстро разлагающийся костяк.

Я смотрю на плоть этого мира и, понимаю, что я сейчас должен сделать.

Колеблюсь, буквально, пару секунд. Не больше.

«Да… – думаю я, – мне по бую! На, жри сука, жри!»

Я приближаюсь к ползущей плоти и, широко раскрыв рот, как животное, вгрызаюсь в эту субстанцию. Рву её зубами на части и пью, пью, пью чёрную жижу, которая медленно и тягуче вливается в моё горло, как горчащий кисель, отдающий затхлым болотным запахом, чтобы утолить голод зверя, которым я стал!

* * *

Я теряю счёт времени. Мне кажется, что прошло уже несколько минут, а я всё ещё никак не могу насытиться.

Наконец, урчание прекращается, а все узлы в животе развязываются.

Я отваливаю от плоти. Утираю тыльной стороной ладони, перепачканные в жиже губы и смотрю на то, что я сделал. Я реально стал зверем!

Плоть выглядит так, будто её обглодал волк. Страшные раны. Разорванная поверхность, с которой свисают волокна субстанции, и всё это густо перемазано чёрной кровью этого мира.

Но мне, – пофиг на это. Главное – результат.

Во мне всё меньше от прежнего человека, и всё больше от тварей этих бесконечных лабиринтов.

По-другому здесь не выжить. Чтобы убить хищника, нужно самому стать хищником.

Я прислушиваюсь к себе. Словно заглядываю внутрь, стараясь понять, насытился ли Червь или нет.

Похоже, что он нажрался до отвала. Интересно, на сколько ему хватит этого запаса еды? Я бы не хотел в ближайшее время повторить такую же кормёжку.

Не то, чтобы мне было совсем противно. Просто не хочу снова мараться об эту плоть.

«В следующий раз ты сожрёшь живое мясо! – я не понимаю, это у меня в голове сторонний голос, или же я сам себе это сказал? – После того, как завалишь очередную тварь!»

«Чего?» – переспрашиваю я.

Ответа нет и, мне кажется, что у меня действительно раздвоение личности.

Да и, хрен со всем этим! Нужно думать о приоритетной задаче, а это – активация биомеха. А для этого, мне нужно вытащить из себя Червя. Научится им, как-то управлять.

Пока я об этом думал, у меня на спине, вяло, почти незаметно, в капсуле дёрнулся симбионт.

Ну, хоть, что-то!

Видимо он тоже перезагрузился вместе со мной, или же часть плоти, которую я сожрал, передалась и ему. Вроде питательной смеси. Но его нужно, как следует заправить!

Перевожу взгляд на щупальце и, замечаю, что оно, тоже слабо шевельнулось. Надо его подтолкнуть, дать ему импульс.

Я резко, с выпадом, запускаю левую руку в плоть, которая скользит рядом со мной. Отрываю от неё кусок. Сжимаю его в кулаке и подношу к щупальцу.

Стискиваю пальцы. Сквозь них течёт чёрная жижа, и я лью эту кровь Сотканного мира прямо на щупальце симбионта, выдавливая из плоти каплю за каплей.

Едва она попадает на щупальце и стекает по нему, оно дёргается. Затем изгибается, точно почуяв кровь, и, через мгновение, впивается в мой кулак, словно желая его сожрать.

– Не шали! – я выдираю руку из щупальца. – Жри вот это!

Я приближаю щупальце к ране в плоти, и макаю его конец в то место, откуда всё ещё вытекает чёрная жижа.

– Пошел! – рычу я на щупальце.

По щупальцу пробегает судорога. Оно реально оживает и заползает в рану в плоти, как змея с лоснящейся от жира кожей. Сегмент за сегментом исчезая в дыре.

Наконец, оно останавливается. Раздаётся чавканье, и я знаю, что там сейчас происходит. Кишка начинает жрать.

Оно сокращается, типа такой насос, и проталкивает сквозь себя чёрную жижу, перегоняя эту субстанцию в контейнер с симбионтом.

Пошла заправка!

Так проходит несколько минут, и, наконец, внешний пищевод отваливает из раны, а затем подключается к моему биоразъёму на руке.

Одним делом меньше! А теперь я займусь Червём.

Я вам уже говорил, что у меня нет никакого желания разрывать себе брюхо и вытаскивать Червя оттуда. Вот разъём на ладони, к которому я уже коннектил пистолет, подойдёт, как нельзя лучше.

Только теперь мне нужно заставить его работать в другую сторону. Но, где есть вход, должен быть и выход.

Айя мне тогда сказала, что Червь встраивается в мой организм на молекулярном уровне. Как я понимаю, эта тварь не является паразитом в привычном мне понимании. Это – не пиявка, не глист, и не солитёр. Нет физического носителя. Есть только некая матрица, по которой эта тварь соберётся и обретёт плоть, а потом снова исчезнет, как только в этом появится необходимость. Вроде бы он есть, а вроде бы его и нет. Типа, такой неуловимый Джо. В этом сила Червя и, в этом же, и его слабость.

«Если… – я развиваю мысль, которую, снова (кто бы сомневался!) как бы вложили в мою голову, – я смогу поймать Червя в момент, когда он перестраивается из ничего в осязаемую тварь, то я его запру в этом состоянии, как в клетке, и, у меня получится им управлять тогда, когда я захочу, а не по его прихоти. Бинго!»

Уверен, что я уловил суть. По крайней мере, в теории, это должно сработать. Я, пока, не знаю, как это провернуть, но я с этим разберусь, так или иначе.

А пока… Я словно заглядываю в себя. Опять же, действую по наитию, на ощупь, и, представляю, как внутри моего тела собирается Червь. Миллиметр за миллиметром. У него нарастает плоть. Появляются сегменты, кольца и… хоп! Эта тварь уже извивается по моему телу. Ползёт внутри плоти, вдоль мышц, сухожилий, продвигая себе вперёд упругими толчками хвоста. Всё ближе и ближе к точке выхода – у меня в ладони.

Я смотрю на свою правую руку. Мне кажется, что моя броня размягчилась и, под ней, я вижу идущую волну от ползущего Червя. Тварь вздымает мою плоть. Не прогрызает её, я именно протискивается сквозь мясо, туда, куда я его направил.

Это, – скажу я вам, – странное ощущение. Знать, видеть, чувствовать, что внутри тебя сидит ещё одна тварь – живое существо, которое и есть частичка тебя. И оно проталкивает себя через боль. Либо ты сам заставляешь его ползти, превозмогая эту пытку. Будто тебе в конечность засунули толстый металлический трос и тянут его через силу, заставляя эту чужеродную оболочку раздвигать слои твоей плоти, чтобы ОНО, могло выйти наружу.

Волна приближается к запястью. Затем к ладони. Я смотрю на неё и вижу, как биоразъём раскрывается, как рана, которая только недавно срослась.

Края расходятся в стороны и из неё показывается Червь. Точнее – его часть, не будут говорить, что это щупальце, чтобы вас не путать, назову это внешним коннектором, в виде хлыста.

Коннектор змеится в воздухе. Покачивается налево и направо, совсем, как гадюка, а потом, изгибается, и, как мне кажется, вперивается в меня, хотя у этой хрени нет глаз.

– Ну, вот мы и познакомились,

Из конца коннектора выдвигается чёрный шип, что, меня несколько удивляет. У Айи было наоборот. Это биомех вогнал шип в её Червя. Так сказать, соединился по принципу: «папа-мама». Может быть потому что, она – самка, а?

Неважно!

Шип Червя, пару секунд, как бы недоверчиво смотрит в мою сторону. Затем, коннектор разворачивается. Я быстро делаю два шага вперёд и останавливаюсь возле биомеха.

Существо стоит, как и стояло, вот только… я не совсем понял, что происходит. Щупальце биомеха – то, что было свёрнуто под его брюхом, активируется. Распрямляется и…

Его шип уходит внутрь, а вот шип Червя втыкается в образовавшийся разъём, как вилка в розетку.

Бух!

Контакт!

Биомех вздрагивает, будто он получил удар. Затем застывает, как истукан, а потом…

Мир вокруг меня меркнет, совсем, как тогда, когда я выбрался из капсулы и пробивался к выходу из лаборатории.

И, в этой темноте, даже черноте, я снова вижу те странные знаки, которые падают сверху-вниз. Что-то вроде кода. Только кода, как мне кажется, тех существ, которые когда-то населяли это мир.

Знаки валятся друг за другом. Быстро. Очень быстро. Сплошной стеной. Вскоре, они замедляются. Скорость уменьшается. Часть из них вспыхивает. Подсвечиваются изнутри холодным неоновым светом.

Я, до рези в глазах, вглядываюсь в них, ни черта не понимаю, что они могут означать, а потом…

Бах!

Вспышка!

Только не перед глазами, а в мозгу, точно на меня снисходит озарение, и знаки, как бы трансформируются. Становятся для меня понятными, будто я смотрю на знакомый алфавит.

На подсознательном уровне я понимаю, что символы остались прежними – чуждыми, порождённые холодным и враждебным человечеству разумом, но… Я их понимаю! Словно произошла инверсия, и, в моей башке, сработал нейро-автоперевод – адаптация под привычный шрифт.

Вот, что я сейчас вижу:

Контакт установлен

Объект активен

Моторика в норме

Загрузка чит-кода в начальной фазе

Процент загрузки

10… 20… 30…

Время до окончания загрузки

5 секунд

Появляется бегущая строка. Типа вот такой –. И она быстро сокращается, запуская обратный отсчёт. Символы мерцают, и я читаю:

Загрузка завершена

Активация чит-кода

Активация прошла успешно

Объект инфильтрирован

Разрыв соединения через…

5… 4… 3… 2… 1…

Бух!

Чернота сменяется привычным пространством Свалки. Я, по-прежнему стою рядом с биомехом, и всё ещё пытаюсь понять, что это такое, только что было?

Я увидел то, чего не должен был увидеть? Стал свидетелем некой операции по внедрению в меня некой сторонней программы? Типа, как подцепить компьютерный вирус? Или же мне специально это показали, чтобы… чтобы что?

Масса вопросов и, ни одного ответа. Ещё одна тайна в копилку загадок Сотканного мира.

И, мне сейчас не до этого. Червь отсоединяется от биомеха и быстро вползает в мою ладонь, а биопринтер, реально, как собака, поворачивается, садится на задние лапы, прямо в грязь, и смотрит на меня тем, что у него вместо головы – тупо своей передней частью, едва заметно, будто в нетерпении, перебирая передними лапками.

«Что за херню в него загрузили? – думаю я. – Программу: 'Теперь я – твой хозяин? А вот сейчас я его и испытаю! Только нужно придумать ему кличку. А то мне уже надоело называть его биомехом. Так, как бы тебя назвать? Мне в голову ничего лучше не приходит, чем – Паук. Так тому и быть».

– Я буду называть тебя Пауком, – говорю я биомеху.

Тварь, конечно, мне ничего не отвечает.

– Ты же меня понимаешь? – я повышаю голос.

Биомех, сидит, как и сидел. Ясно, что он мне ничего не ответит. Такой – биоробот этого мира.

– Встань! – приказываю я.

Биомех поднимается.

– Мне нужно сделать оружие, – говорю я ему, придумывая на ходу, что я хочу. – Начнём с простого, – у меня в голове появляется картинка биомеханического оружия, идеально подходящего для схваток в тесноте туннелей, – распечатай мне автоматический десятизарядный дробовик с барабанным магазином, – продолжаю я, – и пусть он стреляет, – я внутренне улыбаюсь, – кислотными пулями и картечью! Справишься?

Я не уверен, что Паук понимает голосовые команды, но не коннектиться же с ним каждый раз через Червя. Это – долго и, – неудобно.

Паук, едва заслышав мой голос, сразу же поднимается и, быстро перебирая своим лапками скрывается в глубине Свалки, явно отправившись на поиски материалов, типа металла, костей, мышц и сухожилий, которые ему понадобятся, чтобы выполнить моё задание.

Я провожаю его взглядом и, думаю:

«О, да! Вот теперь я оторвусь по полной! У пусть Сотканный мир вздрогнет от моей поступи – человека, который утопит его в крови!»

Эпизод 3. И спящие проснутся

Паук, прям по-деловому, точно выполняет важную миссию, быстро скрывается за биомеханическими конструкциями, оставив меня наедине со Свалкой и, со своими мыслями.

Я вынимаю из-за спины клинок, так, на всякий случай, чтобы быть начеку, и, если, что-то пойдёт не так, быстро резануть по очередной твари костяным лезвием.

Оружие придаёт мне уверенности и приятно тяжелит руку.

«Ты, наелся? – мысленно спрашиваю я у симбионта. – Запас жижи полный?»

«До краёв», – отвечает мне паразит, который прописался у меня за спиной.

«На сколько её хватит?» – продолжаю я. Скажи кто мне пару дней назад, что я буду телепатически разговаривать с тварью, которая стала частью меня, и питается, растворяя жертву кислотой через внешний пищевод, то я бы покрутил пальцем у виска. Абсолютное сумасшествие!

«В зависимости от того, – отвечает мне симбионт, – что ты будешь делать! Если захочешь себя усилить, то, намного, а если захочешь применить субстанцию, как метательное вещество для стрельбы, то это – совсем другое! Примерно на сто выстрелов, а потом, запас вещества придётся пополнить».

«И, для этого, – я усмехаюсь, – мне придётся снова, кого-то убить».

«Таков закон Сотканного мира, – симбионт явно усмехается, – убивай, чтобы выжить…»

«И выживи, чтобы убивать», – заканчиваю я мысль твари.

С прошлого раза, помните, в самом начале, когда я только вылупился из кокона, симбионт явно расширил свой словарный запас. Тогда он мне просто сказал: «Накорми меня», а сейчас мы с ним беседуем практически на равных. Что это может быть?

Я задумываюсь, и стараюсь размышлять так, чтобы мои мысли не прочитал симбионт.

«Или он снял слепок с моего мозга, и адаптировался к моей манере речи, – предполагаю я, – типа подстроился, как нейросеть. Или же… – и меня это реально напрягает, – за симбионта отыгрывает, кто-то ещё. Или Некто. Или Игрок. Или же… – а вот это уже реально стрёмно… – я сам отыгрываю за эту тварь!»

Сейчас я вам это объясню. Если у меня раздвоение личности, то, почему бы не быть и растроению? (Как-то коряво сказал, но вы поняли, что я имел ввиду). Или, вообще, распад личности на четыре и больше части – полноценных личин, каждая из которых обладает своим характером, и своим сценарием поведения. И вот, одна из них, и отыгрывает за симбионта, так сказать, озвучила эту тварь в формате диалога, чтобы повысить мои шансы на выживание. И, вообще, так мне хоть есть, с кем здесь поговорить! Всё лучше, чем думать или реально слышать голоса у себя в голове! И я сам наделил эту личину симбионта образом, придав ей видимость реальной оболочки, которая может болтать не хуже меня, оставаясь при этом паразитом! Совершенно чужим для меня организмом, с котором мы теперь, как сиамские близнецы, и, закадычные друганы, не разлей вода.

А, как вам такой поворот, друзья мои? Имеет право на жизнь такой расклад, или не имеет?

От этих мыслей реально можно поехать крышей. Сойти с ума так, что обратно уже не вернёшься. Хотя, что реально, а что нет в Сотканном мире? Мире, где ты убиваешь и жрёшь свою жертву, а потом используешь этот труп, чтобы создать из него оружие или, какую-нибудь полезную приблуду. Такая некромеханика в действии, где ты – мастер по потрошению, расчленению и сборке очередного Франкенштейна. Остаётся только воскликнуть: «Оно – живое!»

Но, я снова отвлёкся.

Я осматриваюсь.

Свалка и так, – малоприятное место, а там, где я сейчас нахожусь, вообще, за версту, несёт погостом – мертвецкой.

Я никак не могу избавить от ощущения, что все эти гигантские биомеханические конструкции вокруг меня не сдохли на самом деле, а впали в некую спячку, почти неотличимую от смерти. Окаменели. Иссохли. Часть из них превратилась в прах и тлен, но, большая часть всё ещё живёт по своим нечеловеческим правилам и иному времяисчислению. И они за мной наблюдают. Смотрят своими невидимыми глазами. И эти циклопические монстры только ждут своего часа, чтобы проснуться. Очнуться от миллионов лет забвения, и мир снова услышит их глухую поступь, и содрогнётся от увиденного…

Странные мысли у меня в голове, не так ли? И откуда они только берутся? Словно их, мне, кто-то вкладывает прямо в мозг, или нашептывает на ухо.

Теперь, слова Мадам, о том, что я должен убить здесь всех, чтобы спасти себя, приобретают другой смысл – некую дополнительную надстройку. Если Древние хотят попасть в наш мир. Распространить себя отсюда – туда, как мне и говорили – прорваться, чтобы начать новую жизнь, то как я смогу их остановить? Обычный человек, который попал в необычные жизненные обстоятельства?

Я же не могу быть избранным, а? Как Нео из «Матрицы»? Или… могу?.. Что во мне такого особенного, что на меня сделали ставку по обе стороны двух миров – моего и Сотканного? А главное – кто реально эти игроки? Тех богатеев, которые погружаются сюда, чтобы пощекотать себе нервы, я в расчёт не беру. Они – пешки. Такие же рядовые игроки, как и я. Но вот те, кто за ними стоит, – это – реальные кукловоды. И у них есть простая и понятная цель – инфильтрация – проникновение – просачивание.

Лучшего слова и не придумаешь. И ведь я его уже слышал, когда перед моими глазами пронёсся код. И я, – как вариант – могу быть носителем этого чужеродного гена! Я уже могу быть инфильтрирован! Не Червём, а, чем-то таким, что, намного, намного хуже. И у меня уже внутри находится скрытый враг, о которым я даже не догадываюсь!

Меня пробирает озноб от этих мыслей.

Я внимательно смотрю по сторонам. Плоть, всё также наползает на биомеханические конструкции. Медленно и неотвратимо, поглощая их миллиметр за миллиметром. Запечатывая в некий кокон из живой ткани.

Кокон!

Слово взрывается у меня в мозгу, как фейерверк.

Я появился в этом мире, вывалившись из кокона. Помните? Буквально вылупился из него, как новорожденный. А что, если, это оболочка была нужна, чтобы провести меня в этот мир? И, точно такая же оболочка нужна, чтобы из него выбраться?

И эта плоть. Эта живая субстанция. Паразит. Это – не то, чем она кажется на первый взгляд! Это – скажу так, некий скафандр, необходимый, чтобы Древние смогли вылупиться уже в моём мире! Пройти через некий невидимый барьер, через который может проникнуть только живое существо, а не структура, в основе которой есть металл!

«Да, ты, – говорю я сам себе, – грёбанный гений!»

Остаётся только убедиться, что всё это – не бред, а реальность, в которой я должен выжить и не допустить её распространения. Скажем так, купировать болезнь на ранней стадии, а не тогда, когда будет уже поздно.

Конечно, если только это – не часть игры. Задумка кукловодов, или ещё какой неведомой хтонический хреновины!

Пока я обо всё это думал, Паук уже вернулся.

Точнее, он возвращается, быстро топая своими лапками по грязи.

Хлюп, хлюп, хлюп.

Я вижу, что в своих щупальцах он несёт несколько предметов. В тумане, так сразу и не рассмотреть, что это такое. Скорее всего всё, что нужно, чтобы собрать, точнее распечатать оружие из плоти и металла.

Интересно, как Паук – будет это делать? Когда я собирал пистолет, то я, буквально, сложил его из тканей и костей поверженного монстра, а сейчас же нужен более продвинутый способ. Дробовик для Сотканного мира, – это вам не просто пукалка – серьёзное оружие, которое будет способно превратить в фарш любого монстра.

Паук, тем временем, останавливается передо мной. В своих щупальцах он принёс металлическую трубу. Немного ржавую, но, сойдёт и такая. Сухожилия. Явно срезанную, с чего-то плоть, прям куски мяса. Судя по вони – давно протухшего. Множество стальных шариков, нанизанных, как жемчуг, на тонкий трос. И, где он только такое здесь нашел! Что-то похожее на ажурные шестерни от древнего механизма и, до кучи, обломок старой, уже пожелтевшей от времени, массивной кости, словно большеберцовой.

Во мне просыпается любопытство, как, из всего этого мусора, биомех сделает дробовик двенадцатого калибра. Что-то вроде самозарядного ружья Вепрь – 12. «Молот». Как мне видится, только в биомеханическом стиле.

– Начинай! – приказываю я Пауку.

Он, как мне показалось, вроде как, кивнул, хотя у этого робота нет головы, а затем…

Одно из свободных щупалец взметается вверх, типа хлыста и, быстро-быстро, пробегает по мне, как бы ощупывая и, как я догадался, делая слепок с моего тела.

Пауку нужна длина моих рук, рост, пропорции, чтобы создать оружие точно под меня. Вырастить его на моих глазах.

Далее, всё происходит с неимоверной скоростью, я только успеваю наблюдать, как биомех, шелестя своими щупальцами, приподнимает металлическую трубу и, используя её, как основу, начинает ткать вокруг неё каркас будущего дробовика.

Со стороны всё это выглядит забавно. Биомех действительно действует, как паук. Двумя щупальцами он держит ствол будущего ружья, а двумя другими наращивает вокруг него остальные детали.

Я присматриваюсь к этому процессу. Реально 3Д-принтер!

С конца одного из щупалец тянется тонкая нить, похожая на слюну. Паук ей скрепляет детали, подгоняет их друг к другу, часть создаётся прямо у меня на глазах, будто из ничего, чуть ли не из воздуха. Слюна, видимо это некий клей, быстро застывает, и скрепляет элементы дробовика.

Я вижу спусковой механизм – причудливый, с прожилками вен, натянутыми сухожилиями и вставленными в него мышцами. К задней части ствола, где есть расширение, вроде каморы, биомех присоединяет сегментированный пищевод. Видимо, для подачи жижи из капсулы с симбионтом.

В середине ружья, под небольшим углом, возникает приёмная горловина для барабанного магазина, как у всем знакомого ППШ, только с одним отличием. Из горловины выходит кронштейн с подвижной осью, чтобы на нём можно было быстро закрепить шестерёнку.

Вся эта хреновина нарастает, видоизменяется, наползает друг на друга, будто плоть, едва заметно вибрирует, и превращается в оружие, которое словно восстало из преисподней.

Затем, Паук закрывает всё это костью с ажурными вырезами, будто прожжёнными кислотой.

Появляется спусковой крючок. Цевье. Рукоятка пистолетного типа и, в завершении печати и сборки, Паук прикрепляет к дробовику приклад. Тоже из кости. Облегченный. Скелетного типа с мягким затыльником из мяса, которое биомех заключил в оболочку из вязкой массы, типа такого желе.

Паук протягивает мне оружие. Я убираю клинок за спину и беру его в руки. Внимательно рассматриваю. Вскидываю. Приставляю приклад к плечу. Прицеливаюсь и мягко нажимаю на спуск, имитируя выстрел.

Бух!

Я почти слышу выстрел, пусть он только и прозвучал у меня в голове.

Оружие реально стало продолжением моих рук.

Идеально!

Получился такой симбиоз из Вепря и пистолета-пулемёта Шпагина на максималках, в стиле Гигера.

Остаётся только зарядить его и можно будет косить всё живое и неживое в Сотканном мире.

– А заряды? – говорю я Пауку. – Мне нужны магазины с патронами!

Биомех точно только и ждал моего приказа. Он снова принимается за работу, превращая шестерни, которые он с собой притащил, в подобие барабанных механизмов, для подачи стальных шариков через приёмную горловину в камору бионического оружия.

Пока Паук этим занимался, и оплетал шестерни слоем из сухожилий, чтобы зафиксировать в них заряды, как в гнёздах, по одному, в виде пули, или, по несколько, как картечь, в которые они буквально вросли, а я же продолжал рассматривать и привыкать своё новое оружие.

Ощущаю себя мальчишкой, которому подарили новую игрушку.

Я замечаю небольшие шипы на рукоятке и био-порт – отверстие в виде раны с подвижной кожистой мембраной, как и на моей ладони и, точно такие же, как и у пистолета. Шипы необходимы, чтобы они впились в мою плоть и ружьё, через кровь, сконнектилось с моим телом, а био-порт, чтобы я мог впрыснуть в него жижу из капсулы с симбионтом – метательное вещество, которое, одновременно, превращает заряд в пулю или картечь, наполненную кислотой.

Как я понял, жижа, при подаче в камору оружия, под большим давлением проникает через отверстие в полый шарик. Наполняет его, а дальше, после выстрела, он уже летит в цель.

Остаётся только это проверить на практике. Думаю, такая возможность у меня скоро появится. Что-то слишком надолго затянулась пауза с отсутствие монстров и всякой другой хрени. А я уже соскучился по экшену!

Паук, будто читая мои мысли, протягивает мне пять магазинов к ружью, в каждом из которых по десять зарядов. Три магазина с пулями, и два с картечью.

Я протягиваю руку и беру их по очереди, закрепив четыре прямо на броне, как в разгрузке, просто прилепив их к защите, а один, с картечью, вставив в оружие.

В них уже с трудом угадываются прежние шестерёнки, настолько биомех их видоизменил, превратив в нечто необычное, даже по меркам Сотканного мира. Предмет, точно прожжённый кислотой, с вплавленными в них металлическими шариками.

Надеюсь, когда эти патроны кончатся, биомех подгонит мне ещё. Гарантии, конечно, нет, поэтому буду экономить. Принцип прост – один выстрел – один труп, который я потом распотрошу и достану из него всё, что мне будет нужно, от корма, до запчастей для брони.

Кстати, помимо оружия, я бы не отказался проапгрейдить и свой экзоскелет, а ещё не забыть про нейроинтерфейс с системой прицеливания и наведения. Но, для начала, мне нужен шлем, а уже затем…

Вы уже загибаете пальцы в предвкушении ништяков, которые сделает для меня Паук?

Я перевожу взгляд на биомеха, и уже готовлюсь отдать ему следующий приказ, как, боковым зрением замечаю, как в тумане, что-то быстро метнулось.

Метрах в десяти от меня. Что-то очень быстрое, молниеносное, как анаконда. Прозмеилось и исчезло.

А ещё, я слышал шипение и такой звук, как клацанье друг об друга множества чешуек.

Прокручиваю магазин на кронштейне до щелчка, чтобы он зафиксировался в приёмной горловине. Сжимаю рукоятку ружья. Шипы вонзаются в плоть, оружие активируется. Оно – точно живое!

Чувствую, как внутри него, точно начинает биться маленькое сердце.

Щупальце симбионта подключается к предплечью и впрыскивает жижу в био-разъём. Субстанция бежит по моему телу и, под давлением, проникает через мою ладонь в ружьё, которое точно обжигает меня огнём.

Оружие едва заметно дрожит в моих руках. Пульсирует, превращаясь в моё продолжение – часть меня.

Я сжимаю цевье и, медленно, осторожно, углубляюсь в туман, в поисках очередного монстра. Кто не спрятался, я – не виноват. Теперь я – охотник, а не добыча!

Время экспериментов прошло! Настало время убивать!