Текст книги "Канарейка для миллионера (СИ)"

Автор книги: Рина Старкова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 18 страниц)

_12_

Сегодня у меня второе занятие по ораторскому искусству. Вчера было весело. Преподавателем оказалась приятная молодая девушка, которая не только поработала над моим голосом, но и над осанкой, жестами, мимикой. Я многое запомнила.

И теперь стою перед зеркалом и тренируюсь.

Попу назад, грудь вперёд. Ручки – хоба. Глазки – оп! И на каблуках топ – топ, топ – топ. От бедра. Начинаю откровенно кривляться.

Своё собственное отражение вызывает у меня усмешку.

Заглядываю в свой гардероб. Идти в том же самом, что и вчера, нет никакого желания, но если сегодня я надену новый образ, то покажу боссу уже большую часть недавно приобретённой одежды. Удручённо вздыхаю. Жаль, что не подобрала со стилистом ещё пару ярких нарядов. Постеснялась, что это всё оплачивает Волков из собственного кармана. А зря!

После того шоу, которое он вчера разыграл, заставив моё женское начало просто сойти с ума, мне совсем его не жаль. Любишь издеваться, люби и денежки платить.

Я уверенна, что больше не поддамся на его открытые провокации. Пусть только попробует включить змея-искусителя! Не поддамся ведь?

Всё таки решаю пойти в новом образе. Сегодня на мне юбка в обтяжку насыщенного баклажанового цвета, идеально подчёркивающая упругие бёдра и ягодицы, скромная закрытая рубашка без рукавов похожего цвета и белый пиджак.

Допиваю свой чай, глядя в окно. Погода солнечная, но морозная. Люди гуляют возле пруда по берёзовой аллее. Кто-то сонно зевает, держа на поводке маленькую пушистую собачку, милая бабуля в розовой беретке держит под руку пожилого дедушку, мечтательно о чем-то рассказывая. Две маленькие девочки резво носятся впереди мамы с коляской. Молодая парочка в обнимку сидит на ажурной лавочке. Красота.

В офисе на первом этаже явное оживление. Неизвестные мне люди с камерами столпились в просторном холле и чего-то ждут, никак не реагируя на здоровых амбалов, приказывающих покинуть помещение. Я пробираюсь сквозь толпу, не понимая в чём дело. Охранник у лифта уже не просит показать документы, а пропускает меня сразу. Кабина взмывает наверх, и я готовлюсь к встрече с Оксаной.

Но когда двери распахиваются, меня встречает только пустота.

Чует моё сердце что-то неладное. Каблучки новых сапожек цокают по плитке, и я лечу к кабинету Волкова младшего.

– Пропусти меня, я тебе ещё раз повторяю, – злобный рык оглушает меня, когда вхожу в приёмную.

Над Оксаной висит девушка в леопардовой шубке и ну о-о-очень короткой юбке. Длиннющие ноги на огромной шпильке кажутся просто невероятными, совершенно не пропорциональными телу.

– Господин Волков занят! – зеленоглазая красотка принимает весь удар на себя, закрывая грудью дверь босса.

Я осторожно встаю в углу так, чтобы казаться незаметной.

Кажется, сейчас будет жарко! От волнения у меня даже ладошки потеют, но внутренний голос уверенно кричит в поддержку секретарше: "Ак-са-на! Ак-са-на!"

– Пропусти, я тебе сказала! Ты вообще знаешь, кто перед тобой!?

Незнакомка топает ногой. Как ребёнок, ей богу.

– Господин Волков занят! – Оксана уверенно преграждает путь.

Эх, Ксюха, повторяешься. Скажи уже пару ласковых этой кукле.

Дверь вдруг распахивается, чуть не сбив обоих с ног. Степан Ефимович первым делом смотрит на меня, спрятавшуюся в углу. Эх, господин Волков, лишили вы меня хлеба и зрелищ.

– Что ты тут делаешь? – обращается к кукле.

– Стёпочка, котик! – сладким голосом выговаривает незнакомка ласково протянув руки с длинным маникюром. – Привет, пупсик!

Я прыскаю со смеха. Про себя, конечно.

Пупсик!

На лице у этого пупсика холодная гримаса. Он явно не рад появлению девушки в его офисе.

– Простите, я пыталась её выгнать, но не смогла дотянуться до кнопки вызова охраны, – Оксана виновато хлопает ресницами.

– Всё нормально, – Степан Ефимович кивает секретарше, и тут происходит то, чего я никак не ожидала.

Кукла буквально впивается надутыми губами в приоткрытый рот босса. Я охаю и теряю равновесие. Хорошо, что позади меня стена.

Молча, с грозным видом, Волков хватает девицу за локоть и затаскивает в свой кабинет. Слышу звук провернувшегося ключа.

Мы с Оксаной переглядываемся.

– Котик, я пришла узнать, когда мы с тобой поедем в отпуск! Моё тело требует поездки на Мальдивы! – слышится отдалённо писклявый голосок.

– Кто это? – спрашиваю у секретарши.

– Камилла Высоцкая. Ты её не узнала? – Оксана улыбается.

– Понятия не имею кто она! – развожу руками.

Оксана удивлённо таращит глаза.

– Да ты чего? Мировая звезда! Она фотомодель. И, по совместительству, любовница господина Волкова.

Второе интересует меня гораздо больше. Я то думала, что Степан Ефимович ценитель натуральной красоты. Особенно глядя на его бывшую жену. Аккуратная, всё своё. Даже нет нарощенных ресниц, как сейчас это модно. А эта Камилла откровенный сгусток силикона.

– И часто к нашему боссу любовницы захаживают? – я снимаю пальто.

– Ну, как тебе сказать. Обычно охрана ловит их на первом этаже, сюда редко кто пробирается. Но иногда бывает. – Оксана пожимает плечами.

Мои губы делают жест перевёрнутой улыбки.

– Неожиданно, – шепчу я самой себе, но Оксана воспринимает это как обращение к ней.

– Ой, не говори! Я когда только устроилась, думала господин Волков серьёзный человек, но как потом выяснилось, он обыкновенный бабник. Сплошное разочарование! – девушка подходит поближе ко мне и наклоняется, говоря по секрету. – Видела у него в кабинете шкаф? Так это всё обман! За этим шкафом потайная звукоизолированная комната с огромной кроватью, и иногда к боссу приходят разные женщины.

По телу пробегает дрожь.

– Звучит как в фильме ужасов, – я пугливо морщусь. – Ты видела, как эти девушки выходили из кабинета после… эм… процесса близости?

– Видела. Но не всех.

Я сглатываю ком вставший в горле. Жутко. Очень жутко. Теперь я буду заходить в кабинет Волкова младшего и ловить панические приступы, опасаясь, что он и меня в свою потайную комнату затащить сможет.

_13_

– Знаешь, я сначала подумала, что ты одна из любовниц Волкова, – с усмешкой говорит Оксана, и её лицо озаряет весёлая улыбка.

Её, кажется, совсем не интересуют затихшие в кабинете босса голоса.

– Я? Любовница? Пф! – качаю головой.

– Ну, я уже ничему не удивляюсь, – девушка рассматривает меня. – Ты довольно симпатичная, но потом я поняла, что ты ещё и умная. А с умными господин не спит.

Моё лицо перекашивается.

– Хочешь сказать, что его возбуждают глупые дамы?

Ещё один вопросик к психике Волкова младшего.

– Ну, я пару раз пересекалась с его бывшей женой. От неё так и веет интеллектом и воспитанием. Очень хорошенькая. Вот после неё я ещё ни разу не видела, чтоб наш босс интересовался кем-то, кто умнее самовара.

Оксанка не на шутку разоткровенничалась, и я не упускаю возможности выпытать у неё чуть больше подробностей из прошлого Волкова:

– А давно они развелись?

– Года три уже прошло, может чуть больше.

Значит, прошло уже столько времени, а Степан Ефимович всё ещё так остро реагирует на бывшую. Видимо, у него к ней были настоящие чувства. Это доказывает, что босс не такой уж чёрствый сухарь, каким кажется.

– А детей у них нет? – вопросительно поднимаю бровь.

– Нет. Может, если были бы, то не развелись, – у Оксаны язык без костей. С ней нужно быть поосторожнее, а то распустит каких-нибудь сплетен.

– У Волкова есть невеста?

– Нет, откуда ей взяться? – смеётся. – А почему ты задала такой вопрос?

Взгляд девушки прицелился на меня в упор.

– Да я просто стала случайным свидетелем разговора босса с его бывшей. Он сказал, что скоро тоже женится.

– Со злости выпалил, – зеленоглазая красотка машет рукой. – Их отношения с бывшей женой настолько запутаны, что чёрт голову сломает. Я точно знаю, что у неё скоро свадьба с мужчиной, который богаче нашего господина. И старше. И ещё, он появился, когда Волковы ещё не развелись.

– Выходит, жена ему изменяла?

– Скорее всего.

Хм… как можно было изменить такому, как Степан Ефимович? Любопытно, чего этой женщине не хватало.

Дверь открывается, и мы с Оксаной встаём по струнке смирно. – Всё, пошла отсюда! Чтоб больше ко мне не приближалась, – грозный, но как всегда с ледяными нотками, голос мужчины колеблет пространство.

Камилла Высоцкая вылетает из кабинета и проносится мимо нас с такой скоростью, что волосы колышутся.

Волков застывает в дверях, провожая её отстранённым взглядом. На его лице нет ни капли сожаления, лишь пустота.

Я уже начинаю жалеть, что ввязалась во всё это. Во-первых, меня пугает потайная звукоизолированная комната, спрятанная в шкафу. Во-вторых, смущает интерес к моей персоне, ведь он зачем-то нянчится со мной, одевает в бренды, нанимает мне преподавателя по ораторскому искусству. И в-третьих, я чувствую женский интерес к этому мужчине. Что-то на уровне низменных инстинктов влечёт меня к нему. Тянет, словно магнит. И я очень боюсь попасть в его сети.

– Вероника! – взгляд Степана Ефимовича падает на меня и становится мягче и светлее. – Проходи.

И я покорно иду, хотя после откровений секретарши, мне хочется бежать отсюда со всех ног. Вслед за Камиллой Высоцкой.

В кабинете сегодня уютно. Солнечные лучи озаряют всё пространство, заливая комнату ярким светом. Нет той вечерней интимной атмосферы. Но я всё равно с опасением бросаю косые взгляды на шкаф. Неужели, Оксана сказала правду?

– Как твоё первое занятие? – Волков смотрит на меня как-то непривычно по доброму.

Тот особый блеск, который загорелся в его глазах вчера, за ночь не рассеялся вместе с туманом.

– Понравилось, очень интересно, – я складываю руки за спиной, держа осанку.

Всё, как говорила милая преподавательница. Мне не терпится продемонстрировать мужчине, чему я научилась уже после первого урока.

– Хорошо, я рад, – Степан Ефимович учтиво кивает и падает в своё кресло, вальяжно раскидываясь в нём.

Снова с интересом скользит по моей фигурке.

– Хорошо выглядишь, – отвешивает дежурный комплимент.

– Благодарю, – я учтиво киваю.

– Подойди, – неожиданно выговаривает игривым голосом, и я теряюсь.

Пару секунд откровенно туплю, смотря на босса исподлобья. Сейчас снова начнёт издеваться. Другого я уже и не жду. Ну, раз уж господин босс захотел поиграть, то я, пожалуй, начну ответную игру.

Моментально созревает план, который кажется мне потрясающим. А что, если я включу сексуальную игривую кошечку? Бросаю взгляд на шкаф, и словно затрещину по голове получаю.

Ага, давай, Канарейкина, соблазни его. Окажись в звукоизолированной комнате. Жить надоело? От собственных мыслей пальчики на ногах подгибаются, и я тревожно моргаю.

– Вероника, подойди! – мягким тоном повторяет Волков.

И ноги сами несут меня к нему.

– Ближе, – взгляд Степана Ефимовича становится… нежным?

Я делаю ещё один шаг. Если босс протянет руку, то легко сможет провести ладонью по моей ноге. От одной только мысли бросает в пот. Смотрю на него сверху вниз, а тело сковывает в тиски. И зачем секретарша раскрыла мне тайну о том, что за стенкой есть комната для утех? Я же теперь с ума сойду от страха.

– У меня к тебе деловое предложение, – лукавый взгляд босса сулит неприятности.

– Какое? – стараюсь держать себя в руках. Пока что получается.

– Так как с Камиллой покончено, – Степан Ефимович разочарованно вздыхает, будто сожалеет, что выгнал длинноногую модель. – Ты должна сопроводить меня на светский вечер.

Ооо. Началось! Помнится, стилист спросил, есть ли у меня платья для выхода в свет. И, естественно, таких платьев у меня нет. Я даже не представляю, что нужно надевать на светскую тусовку.

– А если я откажусь? – гордо поднимаю голову, смотря на миллионера с высока.

– Я тебя прекрасно пойму. Я и сам не люблю все эти встречи, где собираются богатенькие. Но, честно, твой отказ меня расстроит.

Глаза удивлённо расширяются. Волков младший не отдаёт приказ "Пойдёшь со мной и точка", а вежливо рассказывает, что мой отказ его огорчит?

Наверно, я ещё сплю и всё это мне снится. Сдерживаю порыв ущипнуть себя за руку, чтобы доказать свои предложения.

– Ника, – моё сокращённое имя с губ босса срывается с каким-то бешеным возбуждением, и я невольно делаю шаг назад.

Словно предохранитель срабатывает. Над головой Степана Ефимовича моргает красная лампочка с надписью "опасно", которую вижу только я.

– Я… Я… – отхожу назад, потому что Волков поднимается с кресла и вырастает над моей головой. Снова чувствую себя маленькой и беспомощной.

– Ника, я очень хочу, чтобы ты пошла со мной, – с придыханием.

Да, он надо мной издевается. Загоняет в ловушку и отпускает, а потом снова прижимает в угол. Нет, ну зверь! Хищный, сильный, властный. Такой, что кровь стынет в венах, что время останавливается будто по его приказу.

– Мне нечего надеть, – отмахиваюсь, а ноги продолжают увеличивать расстояние между нами. Лампочка над головой босса всё ещё сигнализирует об опасности.

– Мой стилист тебе поможет, – Волков младший делает шаг ко мне.

– У меня нет денег! – придумываю новую причину и отступаю.

– Я всё оплачу, – его глаза снова наполняются животной страстью, и он стремительно приближается.

– Я буду чувствовать себя неловко среди богатых людей, – голос дрожит.

– Я тоже, – усмехается.

Я прижимаюсь спиной к стене, между лопатками обжигает. Дыхание сбивается. Стараюсь собраться, не поддаваться. Но, когда босс берёт меня за руку, мозг превращается в розовую лужицу, а красная лампочка исчезает.

– Вероника Алексеевна, прошу вас, сопровидите меня на светский вечер, – серьёзно смотрит мне в глаза. А кажется, что в душу. Потому что эта несчастная уже готова покинуть тело.

– Хорошо, – закрываю глаза и коротко киваю.

Моя маленькая ладонь в его большой руке нервно дрожит.

– Я позвоню стилисту, он заберёт тебя после урока, – сильные мужские пальцы крепче сжимается, и я готова пищать. Электрические импульсы бегут по предплечью. Но мне не хочется убрать руку.

Я хочу, чтобы Степан Ефимович всегда держал меня так крепко.

_14_

После занятия по ораторскому искусству настроение поднимается. Ольга, мой преподаватель, очень весёлая и смешная, но в тоже время довольно требовательная. И сегодня я получила от неё домашнее задание – выучить текст к защите проекта, с которым буду выступать на заключении договора со Швейцарскими богачами.

Чем ближе эта дата, тем больше во мне сомнений. Не хотелось бы подвести Степана Ефимовича и опозорить его перед потенциальными компаньонами. Ну и, конечно же, обещанная зарплата меня очень вдохновляет.

– Привет, Вероника, – стилист встречает меня лучезарной улыбкой.

– Здравствуйте, – я ныряю в салон просторной машины.

– Готова? – кукольный мужчина прыгнул за руль.

– Нет, – признаюсь честно.

Я понятия не имею, зачем Степан Ефимович тащит меня с собой на светскую тусовку. Мне это не нравится. Я не хочу. Но… я его личная помощница, которая не заключала с ним никаких договоров о трудоустройстве, официально я всё ещё числюсь официанткой в ресторанчике. Следовательно, я не знаю своих рабочих обязанностей. Возможно, посещение светских мероприятий входит в этот список.

– Мы сейчас едем в салон с известными вечерними платьями. Вероника, я тебя умоляю, держи лицо! – мужчина плавно ведёт машину и глядит на дорогу, но я улавливаю негодование в голосе. – В прошлый раз ты сказала не очень культурные слова в адрес юбки известного бренда. И теперь этот модельер, которому птички напели о случившемся, считает меня не стилистом, а куском какашки.

Нервно перебираю в руках собственные пальцы. Матом я тогда ругалась громко.

– Мне очень стыдно, – выдыхаю и зарываюсь лицом в холодные ладони.

Остужает.

– Пустяки. Мне, знаешь ли, новая коллекция этого модельера не очень то и понравилась, – стилист удручённо хихикает. – Но тот салон, куда мы едем сегодня, очень известный. Там мастера месяцами разрабатывают эскизы платьев, шьют, перешивают, украшают. И, кстати, платья единственные в своём роде. Второго такого на вечеринке ни у кого не будет.

– Страшно представить, какая у этих платьев цена! – я охаю.

– Космическая. Господин Волков делает тебе очень дорогой подарок.

По спине бегут мурашки.

Когда входим в салон, мои глаза ослепляет блеском.

– Эдик! Рада тебя снова видеть! – нас встречает миловидная бабушка возраста шестьдесят плюс.

Она распахивает объятия, и, целует в щёчку стилиста.

– Тамара… – с придыханием шепчет Эдик, осматривая внешний вид бабулечки. – Ты потрясающая!

– Кто твоя спутница?

– Познакомьтесь, это личная помощница господина Волкова младшего – Вероника Алексеевна! – стилист указывает на меня рукой, и я чувствую цепкий оценивающий взгляд.

Как хорошо, что на мне не брюки с рынка. Иначе бабуля уронила бы глаза.

– Добрый день, – Тамара доброжелательно улыбается.

– Здравствуйте. Рада знакомству! – встаю в позу, которой меня научила Ольга.

Грудь вперёд, попу назад. Ручки перед собой, аккуратно и красиво. Держу осанку, нос слегка приподнят.

И хвост пистолетом!

– Нам необходимо собрать полный образ. Платье, сапоги, шубка, колье, серёжки, – перечисляет кукольный мужчина, а я стараюсь взглядом найти ценники на платьях. Ну, чисто из любопытства.

– Девочки, покажите гостье платья! – командует Тамара, и передо мной тут же появляются две красивые близняшки.

Они что-то говорят, показывая мне платья. Хвалят модельеров, ткань, фасон… А я ничего в этом не понимаю! Оцениваю чисто по внешнему виду.

Платья и правда обалденные.

Осторожно беру бирку у красивого пышного платья золотистого цвета и выпадаю в осадок. Хлопаю глазами. Хлоп. Хлоп. Семь цифр. Первая девять.

Девять… миллионов?

У меня туманится рассудок и начинаются проблемы с математикой. Как можно отдать такую сумму за одно платье? Столько стоит квартира на окраине города! Целая, мать его, квартира!

– У нас есть платья на порядок дешевле, – выговаривает одна из близняшек, заметив мой ступор.

– Нет-нет, дело не в цене, – я стараюсь "держать" лицо, как приказал стилист.

– Вас не устраивает ткань? Понимаю. На любителя! – подключается вторая близняшка. – У нас есть шёлковые платья, хотите посмотреть?

– Или, может, бархатные? – снова вмешивается первая.

– Бархатные, – уверенно говорю я, потому что слово звучит в моей голове красиво.

Входим во второй зал, и я замираю.

С маникена на меня глядит платье, похожее на мечту. Чёрное, с красивым V-образным декольте, короткими кружевными рукавами, идеально сидящее по пластмассовой фигуре. Талия подчёркнута лаконичным ремешком, бёдра в оборках визуально выглядят шире. Тёмная бархатная ткань в облипку опускается до колен, а дальше расходится в кружевной хвост на нежном бежевом цвете.

– Я хочу такое платье! – шепчу с придыханием, и девочки – близняшки суетливо снимают его с маникена.

– Я помогу вам одеться.

– А я подберу украшения.

Надевать такое платье оказалось легко. Помощь мне не понадобилась, но вот… скорую вызвать можно, потому что я начинаю остро страдать амнезией.

То есть, не узнаю своего отражения.

В голове всплывает мультик "Анастасия". Ну, про ту самую княжну, у которой от семьи остался только кулон с надписью "До встречи в Париже". Дочь последнего русского царя в начале выглядит жалкой оборванкой, но потом, вернувшись в семью, она преображается и расцветает.

То же самое произошло и со мной, только я не княжна.

Зато, я личная помощница миллионера Волкова.

Образ дополняется красивым золотым кулоном и серьгами, белой мягкой шубкой, цену которой я не смотрю принципиально, чтобы в обморок не упасть.

Когда выходу в зал к стилисту, тот зачарованно вздыхает и мечтательно складывает руки.

– Вероника… – тянет он с томительным восторгом. – Ты само совершенство.

_15_

Когда Эдик оплачивает платье и все украшения, я стою в стороне, повесив нос. Боюсь, что выбрала слишком дорогой наряд. Но я не виновата! От красоты и роскоши у меня кружится голова, и рассудок играет со мной в прятки.

– Ты сейчас куда? – стилист открывает передо мной двери своего авто.

– Слушай, я хочу доехать до мамы, только платье новое я туда не повезу.

– Так. Тогда я доставлю его в офис господина Волкова. Завтра заберёшь?

Коротко киваю.

Попрощавшись со стилистом, я решаю прогуляться до матери пешком.

Почти неделя, как я ушла из дома.

За это время моя жизнь встала с ног на голову. Неожиданное предложение Степана Ефимовича стало для меня глотком чистого воздуха, путём к новому существованию на этой планете. Появился хоть какой-то смысл в жизни, цели, планы, мечты. В квартире у матери я думала лишь о том, как протянуть от зарплаты до зарплаты, а теперь для меня открывается мир заново. Не тот, где приходя домой с работы боишься, что родительница снова кого-то привела и напилась. Совершенно другой мир! Волшебный. Яркий. Я, конечно, не стремлюсь покупать себе платья за девять миллионов. От воспоминаний о ценнике волосы на голове вновь начинают дыбом встать… Я просто хочу жить в маленькой аккуратной квартирке, без лишнего пафоса и блеска. Не снимать жильё, а иметь своё.

Мне не нужны золотые горы.

Мне просто нужен комфорт. Уют. Место, где я смогу быть счастливой. Где у меня будет своя семья. Где я смогу в безопасности завести ребёнка. Мне двадцать шесть, бабки на лавках уже шипели на меня, что пора бы, и так уже старородящая. В счастье в личной жизни я уже не верю, а ребёнка хочу родить для себя. Возможно, даже двоих детей. Мальчика и девочку.

И ради этого стоит пробиваться, стараться построить карьеру в корпорации Нефть "ВЕС", заработать на беззаботную жизнь и защищённое материнство.

Я уверена, что оно того стоит. Уверена.

В собственных мыслях, не заметила, как подошла к многоквартирному дому мамы. На улице начало темнеть, сумерки медленно обволакивают город. Становится холоднее, и ноги в тонких капроновых колготках обдаёт морозом.

Медленно вхожу в квартиру, где снова пахнет сигаретным дымом. Запах головной болью отзывается в висках, и дышать становится трудно.

– Вероника! – мама выплывает с комнаты на звук хлопнувшей двери.

– Привет.

Моя милая мамочка. С искренней улыбкой, со слезами в морщинках у глаз. Она протягивает ко мне руки и нежно так, с любовью, захватывает в объятия.

Чувствую себя неловко и… паршиво. Моё сердечко сжимается тисками боли и негодования. Я бросила её здесь с чужим мужчиной, намерения которого были мне не совсем понятны. Осознание сильно стучит по голове.

Мать громко всхлипывает, вжавшись лицом в шарфик на моей шее.

– Мама, – шепчу я, и ноги подгибаются.

Острая боль ломит в грудной клетке. Какая же я тварь.

– Как ты? – губы мои онемели и не хотят шевелиться.

– Я так виновата перед тобой, – всхлипывает женщина в моих объятиях, и я закрываю глаза.

С моих ресниц падает прозрачная слезинка прямо на пальто, оставляя мокрый след.

– Мам, что у тебя покушать?

Знаю, что скорее всего ничего.

– Будешь яичко? – родительница ободряется и тянет меня на кухню прямо в одежде.

– А ещё что? – с надеждой, что мать тут не только яйца ела в моё отсутствие.

Открываю холодильник. Пусто.

Совесть колет меня между лопаток острыми иголками.

– Я в магазин, – разворачиваюсь и бегу к двери.

До ближайшего гипермаркета две минуты. Набираю в корзину крупы, мясо, фрукты, овощи, конфеты. Всего и побольше. Обратно тащу в руках четыре полных пакета.

Мама ждёт меня на пороге.

– Куда делся дядя Петя? – спрашиваю в лоб, когда раскладываю продукты по местам.

– У нас не сложилось. Он протрезвел и ушёл. С собой забрал… серьги бабушки.

– Что? – выдыхаю я и падаю на стул, роняя из рук упаковку с гречкой.

Крупа рассыпается по полу.

– Вероника, прости меня, – мать начинает плакать, а у меня вакуум в голове.

Бабушкины серьги – единственное, что от неё осталось мне в наследство. И я берегла их в специальной шкатулке на верхней полке шкафа. Когда импульсивно собирала вещи, сбегая из этой квартиры, я совсем забыла про них.

Такие простые, даже не золото, а серебро, без камней, самые обычные… но такие дорогие для меня. Я обещала бабушке Ане, что надену их когда буду замуж выходить. Мне тогда, правда, было около восьми лет, но всё же я помнила своё обещание и когда-нибудь собиралась его исполнить.

– Мне так жаль, – мать истерично всхлипывает.

Я делаю глубокий вдох, виски сдавливает пустота.

– Ладно. Забрал и забрал, не реви, – смотрю на женщину строгим взглядом.

А у самой на душе кошки скребут.

Вероятнее всего, дядя Петя сдал серьги в ломбард. Теплится надежда, что я смогу найти их.

Мама продолжает всхлипывать, а я завариваю ей чай. Приступаю к уборке.

Бабушка Аня говорила, что когда ей было грустно и плохо, она всегда начинала мыть полы. В квартире чисто, и мысли впорядке.

Следую её примеру. И уже через час всё блестит чистотой. Я обессиленно падаю на диванчик в спальне.

– Ты останешься с ночёвкой? – мать успела принять душ, пока я носилась по квартире с тряпками.

– Нет, я поеду к себе. Завтра у меня дела. Продуктов тебе хватит на неделю, но я заеду в выходные. Поддерживай в доме чистоту. И не кури в квартире, мам, хотя бы окно открывай! – даю ей наставления, будто мы поменялись ролями, будто она мой непутёвый ребёнок, а я строгий родитель.

Остаться здесь я не могу. Не хочу. Забрать её с собой в новую квартиру – тоже нет. Неизвестно, сколько мама продержится в трезвом уме, а скандалы с новыми соседями из-за громких посиделок женщины с друзьями алкоголиками мне ни к чему. Делаю ставку, что в выходные я застану её пьяной.