Текст книги "Канарейка для миллионера (СИ)"

Автор книги: Рина Старкова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 18 страниц)

_43_

В шоу певиц мне всё таки участвовать пришлось.

Волков умеет быть убедительным.

Первый выпуск был отснят вчера, и я провела на съёмках больше восьми часов.

К моему удивлению, всё происходило совсем не так, как я себе представляла. Почти честное шоу оказалось полностью проплаченным.

Победительницей сезона должна стать девушка со странным именем, которое я так и не смогла запомнить. Эта особа, мягко говоря, петь вовсе не умеет. От дрожащего голоса, который истерично срывался на высоких нотах, у меня жалобно трепыхалось сердечко, а уши медленно сворачивались в трубочку. Её выступление переснимали раз десять, а потом и вовсе включили фонограмму.

Только так "победительница" смогла хорошо выступить.

О девочках конкурсантках я узнала лишь то, что все они были либо жёнами известных и влиятельных людей, либо дочками богачей. Было даже две любовницы миллионеров. Многие из них действительно хорошо пели и хвастались музыкальным образованием. Было и ещё кое-что общее: все они пришли на шоу для того, чтобы засветиться на телеке, стать популярнее и известнее.

И только я не вписывалась в общую картину мероприятия.

Моё выступление отсняли со второго раза. Лысоватый мужчина-продюсер с узкими раскосыми глазами похвалил меня, как и многих других конкурсанток.

Сегодняшний день пролетел так же незаметно, как и вчерашний.

Выход на работу дался мне с большим трудом. Быть личной помощницей оказалось сложнее, чем я себе представляла.

"Ника, эту презентацию необходимо распечатать!" – и я торопливо иду к Оксане.

"Этот слайд нужно исправить, и этот тоже, и ещё вот тут" – Волков черкает ручкой по бумаге, после я работаю за компьютером, исправляя замечания, распечатываю обновлённый вариант и вновь появляюсь в кабинете босса.

"Снова не так! Исправь здесь и здесь! И попроси Оксану научить тебя составлять договоры по презентации" – властный голос Степана Ефимовича к середине дня уже звенит в ушах.

"Всё исправила? Составила договор? Нужно согласовать полученную по договору сумму с бухгалтерией" – и я плетусь на второй этаж разбираться с этим вопросом.

"Почему мы не можем потратить на этот проект? Кто сказал? Иди и реши это".

"Необходимо исправить презентацию третий раз".

"Ника, презентацию исправила, а в договоре поменяла условия?"

"Вероника, нужно забронировать стол, у меня встреча с журналисткой".

"Вызови мне водителя".

"Отнеси бумаги в приёмную на седьмой этаж".

"Ника, где водитель? Мне пора выезжать? Что значит, ты ещё не позвонила?"

Голова трещит и, кажется, скоро лопнет.

Лежу на кровати в своей комнате прямо в офисной одежде. Нет сил даже раздеться. Глаз дёргается. Устало глажу живот и старательно пытаюсь представить, каким будет мой ребёнок. Если сыну достанется взгляд Волкова, то мне придётся воспитывать маленького начальника. А если у дочери будет такая же шикарная улыбка, как у Степана Ефимовича, то она покорит множество мужских сердец.

Греет мысль, что завтра у нас с крошкой-малышом первое УЗИ.

Незаметно проваливаюсь в сон.

В шесть утра трещит будильник, и я подскакиваю с постели. Таращу глаза в большое зеркало напротив.

Уснула в юбке и рубашке. Вся помятая.

Тук-тук, и в мою комнату врывается Степан Ефимович.

– Ты уже готова? – измеряет меня глазами. – Поехали, у нас встреча!

– В шесть утра? – недоумевающе моргаю.

– Ника, время – деньги!

Вздыхаю.

– Мне нужно ещё десять минут на сборы, – выдавливаю сквозь зубы.

– Быстрее! Водитель уже ждёт.

Дверь громко хлопает, и я падаю на кровать без сил. Наверно, я себя переоценила, когда с таким рвением желала заполучить эту должность. Степан Ефимович как босс просто невероятный дятел, долбит и долбит по мозгам.

Быстро привожу себя в порядок, накидываю пиджак и выдвигаюсь.

В машине царит тишина. Личный водитель везёт нас в неизвестном мне направлении.

– С кем хоть встреча? – разрываю тишину.

Волков бросает на меня искромётный взгляд:

– Ника, ты что, забыла?

– О чём?

– Встреча по поводу проекта, над которым ты вчера весь день работала! Я же сказал тебе взять с собой флешку с презентацией и две копии документов.

– Что? – закрываю глаза. – Когда ты это сказал?

– Вероника, это не смешно! – в глазах босса полыхает адское пламя.

Ой-ёй. В голове всплывает наш разговор, когда мы собирались ехать домой. Степан Ефимович что-то быстро тараторил, а я была настолько замучена первым рабочим днём, что могла только кивать головой и лепетать "хорошо, я всё сделаю".

Сделала блин.

Молодец, Канарейкина!

– Степа, я… – начинаю оправдываться, но босс тормозит мою пламенную речь жестом.

– Вероника Алексеевна, мы с вами не сработаемся, если вы будете допускать такие оплошности, – обливает ледяным голосом, словно из шланга.

– Простите, такого больше не повторится, – виновато опускаю взгляд и свожу колени до боли.

Вот же влипла.

Волков приказывает водителю сначала заехать в офис, и уже потом на деловую встречу.

Меня он с собой не берёт. Оставляет ждать в машине. Это наказание такое за то, что была недостаточно внимательна. Нужно собраться с силами, и больше действительно не допускать таких ошибок.

Когда Степан Ефимович возвращается, я приветливо улыбаюсь.

– Где мой кофе? – выразительно поднимает бровь и смотрит на меня в упор.

– Кофе?

– Ника, после важных встреч, я всегда пью кофе!

– Я не знала, ты мне об этом не сказал, – упрямо вскидываю подбородок.

– Послушай, девочка, – Волков устало трёт переносицу. – Дома мы общаемся на "ты", а сейчас, пожалуйста, соблюдай профессиональный этикет.

.

После обеда я стучусь в его кабинет, и уже не знаю, чего ожидать.

– Степан Ефимович, можно?

– Да, Ника. Ты оплатила мои счета?

– Оплатила, – я скалю зубы в улыбке.

Раньше счетами занималась Оксана, но теперь, почему-то, должна я.

– Что-то хотела? – Степан Ефимович отрывает взгляд от ноутбука и буравит им меня.

– Хотела отпроситься с работы на полтора часа, – складываю руки под грудью.

– Куда?

– Это личное.

Не скажу же я ему, что поеду на УЗИ.

– Вероника, послушай, у нас с тобой не должно быть секретов. Мы заключили договор, согласно которому ты должна всегда быть рядом со мной.

– Договор у меня с хорошим и добрым Стёпой, который водит меня за руку смотреть на оленей и гладит мои волосы после секса, – выпаливаю я. – А с вами, господин Волков, у меня рабочие отношения.

Мужчина удивлённо качает головой.

– Уже вызвала водителя? – сухо спрашивает он.

– Водитель уже тут, ждёт меня, – держу оборону.

– Охрану с собой, и езжай. Дома расскажешь, где была.

Киваю и выхожу из кабинета. На ходу придумаю историю, что была у матери и как славно мы посидели. После новогодних праздников я с ней до сих пор не виделась, и Степан Ефимович поверит. А для правдоподобности попрошу водителя отвезти меня к дому мамы, там пересяду на такси.

Так и делаю. Уже через двадцать минут я стою у кабинета УЗИ – диагностики.

_44_

– На четырнадцать часов кто? – женщина выглядывает из кабинета и окидывает глазами коридор.

– Я, – пикаю в ответ, крепче сжимая в руках сумочку.

– Проходи.

В кабинете приглушён свет.

– Раздевайся, ложись на кушетку, – командный голос звучит так, что я молча повинуюсь.

Женщина в белом халатике хмурит брови и садится за монитор компьютера, что-то нажимает.

Я слежу за каждым её движением.

Сердце замирает в груди. Сейчас я увижу крошку-малыша, и от предвкушения в горле пересыхает. Даже дышать на мгновение становится сложно. От волнения потеют ладошки, и я не знаю куда деть руки, кладу их на грудь. Прикусываю губу. Слежу за мигающей кнопкой на потолке. Медленно моргаю. Выдыхаю.

– У гинеколога была? – дежурно спрашивает женщина, даже не смотрит в мою сторону.

– Ещё нет.

– Милочка, а что же ты на УЗИ припёрлась?

Я открываю рот, чтобы ответить, но тушуюсь.

И правда, почему я сразу записалась на УЗИ? Сначала же нужно было к врачу на осмотр.

– Ладно, расслабляйся, будем смотреть.

Закрываю глаза. Женщина проводит манипуляции с прибором, повисает тишина.

– Беременность есть, в матке, – слышу повеселевший голос, и резко дёргаюсь, чтобы посмотреть на экран монитора.

– Сейчас, – женщина выводит изображение на телевизор прямо передо мной. – Гляди какой славный эмбриончик.

Хмурюсь, пытаясь приглядеться. Минуты две я не понимаю, что вижу. Чёрно-белые полосы, размытые и непонятные.

Женщина начинает проводить замеры, и только сейчас моя душа радостно трепещет. Вижу! Я вижу своего будущего малыша! Смотрю влюблёнными глазами, не могу оторваться. Замерла, даже дышать перестала.

– По срокам 5–6 недель. Рановато ты пришла на УЗИ, милочка.

Звук голоса сменяется ритмичными быстрыми ударами.

– Слушай, как сердечко бьётся у твоего крохи, – шёпотом.

– Почему так быстро? – взволнованно моргаю.

– Здрасьте приехали! Так и должно быть.

Глаза наполняются влагой. Я медленно опускаю ресницы, и потоки слёз обжигают щёки.

– Я так рада, – говорю себе под нос.

– Можешь одеваться, будущая мама! Поздравляю!

На работу возвращаюсь в приподнятом настроении. Быстро расправляюсь с заданиями, которые босс поручил мне ещё с утра и топаю в его кабинет.

Мысль о том, что Степан Ефимович будет отцом, не даёт мне покоя. Наверно, всё же стоит ему признаться.

Вспоминаю, с каким трепетом и нежностью он помогал незнакомой девочке покормить и погладить оленей, и умиляюсь. Да, я расскажу. Мне как раз дали снимки с УЗИ. И пусть там ничего непонятно, всё же он должен это увидеть.

Маленькое чудо, меньше сантиметра.

Наше с ним чудо.

– Вероника, Степана Ефимовича нет в кабинете, – тормозит меня зеленоглазая Оксана.

– А где он?

– Уехал. Сказал, что сегодня больше в офисе не появится, – секретарша пожимает плечами. – Он ничего тебе не написал?

Достаю мобильник из сумки, неосторожным движением руки задеваю снимки малыша.

Чёрно-белые карточки падают мне под ноги. Я замираю, вздрагиваю, быстро сажусь на корточки.

– Это что у тебя? – Оксана поднимается с места, ничего не спрячешь от её любопытных глаз.

– Не важно, это личное! – убираю снимки в сумку.

– Вероника, ты что… – девушка медленно моргает, смотря на мой плоский живот. – Беременная?

Собственный пульс раздаётся внутри, словно молотком стучат по наковальне. Тук – тук – тук. Голова идёт кругом, а пальцы будто током прошибает. И в глазах темнеет.

Оксана во время оказывается рядом и успевает поймать меня и усадить на диван в приёмной.

– Вероника, это что же, ребёнок Волкова? Он в курсе? – девушка сидит рядом и держит мою дрожащую ладонь.

Я перевожу дыхание. Нужно же было так спалиться. И перед кем? Перед главной сплетницей в офисе!

– Канарейкина, ну что ты молчишь! Это его ребёнок, да? – Оксана нетерпеливо взвизгивает, заглядывая в моё побледневшее лицо.

– Его, – выдыхаю и устремляю на секретаршу испуганный взгляд. – Только ты никому не говори! Срок очень маленький, очень! Никто не знает, что я беременна. Я и сама только недавно узнала.

– Я никому не скажу, – звучит неубедительно.

Господи, за что мне такое наказание!

– А Степан Ефимович тоже не знает? – Оксана хлопает ресницами.

– Нет! Никто не знает! Только я и ты. Если ты проболтаешься кому-то, я сделаю всё, чтобы Волков тебя уволил. Ты поняла?

– Угрожаешь мне? – и без того большие глаза становятся размером с блюдца.

– Ты меня поняла? – с нажимом.

– Да, поняла! – девушка отпускает мою руку и встаёт. – Я то думала, ты мне доверяешь!

– Оксана, это очень важно. Я не хочу, чтобы кто-то ещё об этом узнал.

– Тогда будь внимательнее, Вероника. Беременность и так скрывать тяжело, а ты ещё и снимки с УЗИ роняешь!

Молчу и иду к лифту.

Я обречена!

Оксана обязательно проболтается.

Всю дорогу до дома я нервно кусаю губы. Твёрдо решила, что расскажу Волкову о нашем малыше. Собираю волю в кулак и настраиваю себя на защиту личных границ. Как бы он не отреагировал, я МАТЬ, и я буду решать судьбу своего ребёнка.

С полной решительностью и в боевой готовности стучусь в большую дверь и заглядываю в кабинет Степана Ефимовича.

– Ты не занят?

– Заходи, Вероника, – его голос звучит отстранённо и безразлично.

В кабинете пахнет сигаретным дымом и алкоголем, отчего мой желудок жалобно сжимается в приступе тошноты.

Волков сидит за широким столом, в его длинных пальцах тлеет толстая сигара. Наполненный бокал и почти пустая бутылка сулят тяжёлый разговор.

– Что-то случилось? – я проскальзываю к стулу и сажусь напротив мужчины.

– Да, – от его ледяного взгляда мурашки по коже. – Я напился.

– Это я вижу, – улыбаюсь.

Степан Ефимович непреклонен. Мутные глаза полны высокомерия и цинизма. Смотрит на меня так, будто я никто и звать меня никак.

Опускаю взгляд и растерянно скольжу по столу, в бесконечном хаосе из помятых бумаг и папок вылавливаю яркий розовый конверт с жёлтой надписью "Приглашение на свадьбу". Цепенею.

– Ты что-то хотела? – Волков затягивается и выпускает в воздух густой дым.

– Что с тобой? Я тебя не узнаю.

– Что со мной? – зловещий смех заполняет пространство комнаты. – Вот, полюбуйся!

Он ловким движением цепляет злосчастный конверт и швыряет мне под нос. Дрожащими руками раскрываю и поджимаю губы.

Свадьба у Эльдара Орлова и бывшей жены Волкова уже в этом месяце, двадцать пятого января.

– Шалава, – шипит мужчина, и снова затягивается сигарой.

– Прекрати. Ты сам знаешь, что Эвелина никогда тебя не любила и…

– Да что ты можешь знать про Эвелину? – пресекает мою пламенную речь ударом по столу.

Бутылка подскакивает и звенит.

– Стёпа, ты переходишь границы дозволенного! – железным голосом выдаю я.

Наши взгляды встречаются, мужчина тяжело дышит.

Морщится и залпом вливает в себя крепкий напиток.

– Ненавижу, – шипит он, сдавливая пустой стакан в руке. – Все вы одинаковые! – снова смотрит на меня. – Продажные шлюхи!

– Я, по-твоему, шлюха? – возмущённо взвизгиваю.

– Да, Вероника! Да! – срывается на крик, но продолжает тихо, с издёвкой. – Иначе ты бы не подписала этот чёртов брачный договор. И не легла бы под меня.

Я охаю от возмущения и встаю с места, резко нависаю над столом.

– Повтори, что ты сказал? – шиплю.

– Я сказал, что ты продажная шлюха. Такая же, как и все!

Не выдерживаю и замахиваюсь, одариваю господина Волкова звонкой пощёчиной.

Он отворачивается.

Корчится от боли.

– Знаешь, нам следует разорвать договор, раз ты такого обо мне мнения! – выпрямляю спину и вскидываю подбородок.

– Пожалуйста! Рви! – Степан Ефимович открывает ящик стола и замирает.

На его лице чётко прописан испуг. Щёки багровеют и вена на виске начинает пульсировать.

Переводит на меня потерянный взгляд и шепчет:

– Договора нет.

_45_

Я истерично взрываюсь громким смехом.

– Вероника, договора нет! – повторяет Волков.

– А я что могу сделать? – развожу руками.

Чувствую, как колошматит сердце. Не зря я предчувствовала неладное. Не зря выносила Степану Ефимовичу мозг из-за своих опасений.

– Собирайся, – рявкает мужчина, и я подскакиваю. – Мы едем к Щукиным.

– Думаешь, это Алёна взяла договор?

– При чём тут Алёна? – недовольно фыркает.

– А кто ещё? – закатываю глаза. – Она утверждала, что наши отношения не похожи на правду.

– Я Алёну знаю с детства, она не могла, – отрицательно качает головой, а после сильно сдавливает стакан рукой.

Хрупкое стекло со звоном раскалывается, осколки сыпятся на пол.

– Чёрт, – шепчет Степан Ефимович и зажмуривается от боли.

На его ладони виднеется глубокий порез, а алая струйка крови бежит вниз, пачкая рубашку.

Меня выворачивает приступ тошноты, и я пулей вылетаю из кабинета. Мчу до туалета, и успеваю с большим трудом, чуть не сбив Виктора с ног по пути. Желудок сводит. Полощу рот и умываюсь. Бледная, словно моль.

– Вероника! – хриплый голос Волкова заставляет поторопиться.

– Степан Ефимович, что случилось? Нужно перевязать рану! – Виктор всеми силами пытается успокоить господина, но тот долбит в дверь, как разъярённое животное.

– Я выхожу! Выхожу!

Степан Ефимович стоит передо мной и смотрит в упор. Испачкал белую рубашку кровавыми пятнами.

– Нужно в больницу, – пикает образовавшаяся рядом горничная Настя.

Лиза уже бежит к нам с аптечкой.

– Господин, как же вы так? – Виктор подхватывает Волкова и осторожно ведёт обратно в кабинет.

Вслед за ними направляются и Настя с Лизой.

– Вероника, что происходит? – повар Константин ловит меня за руку, тормозя порыв тоже пойти помогать перевязывать рану.

Я качаю головой и закрываю рот рукой. Всхлипываю.

– Вы поругались? Он что, обидел тебя?

Зарываюсь пальцами в свои волосы, сжимаю ладони.

– Вероника, только скажи. Он тебя обидел? – повторяет Константин, и я вздрагиваю.

«Я сказал, что ты продажная шлюха. Такая же, как и все!» – эхом звенит в висках.

– Увезите меня отсюда, – хриплю.

– Пойдём, – сильные руки повара обнимают меня за плечи, помогая не грохнуться с лестницы.

Всё как в тумане. Как в замедленной съёмке. Константин одевает на меня куртку и заботливо кутает в шарф. На улице мне становится легче, лишь щёки горят от слёз. Мужчина сажает меня на переднее сидение иномарки. Машина звенит покрышками и срывается с места.

Оборачиваюсь.

На втором этаже в кабинете Волкова горит свет. Вижу его отчётливый силуэт у окна, и дрожу.

От боли.

От ненависти.

Степан Ефимович провожает машину взглядом.

– Куда едем? – Константин нарушает повисшую тишину спустя двадцать минут дороги.

– Я не знаю, – шепчу в ответ.

Домой в свою съёмную квартиру я не хочу. К маме я поехать в таком виде не могу.

Называю адрес Люды.

Она уже много раз меня выручала, была моей жилеткой для слёз. И я уверена, Людка найдёт слова, чтобы поддержать меня и не дать сердцу окончательно расколоться.

Я сама виновата.

– Точно дойдёшь сама? – тревожится Константин, останавливая машину возле подъезда.

– Точно, – всхлипываю. – Спасибо, что позаботились обо мне.

– Вероника, постой, – тормозит меня, когда я уже отрываю дверь. – Знай, что Волков тебя не достоин. Никакие деньги мира не сравнятся со светлой и радостной душой человека. У Степана Ефимовича душа давно сгнила. Ты обязательно будешь счастлива с другим.

– А мне не хочется никого другого, – качаю головой.

– Ты искренне любишь этого гада?

Мои губы дрожат в неестественной улыбке:

– Не лестно вы о своём господине отзываетесь.

– Есть на то причины, – Константин многозначительно вздыхает.

– Он ничего плохого не сделал, – пикаю я. – Мы просто немного повздорили.

– Если он будет искать тебя, мне рассказать, где ты?

– Нет. Я завтра сама приеду. Успокоюсь и приеду.

– Хорошо.

У Люды дома, как всегда, вкусно пахнет. Девушка торопливо замешивает тесто, пока я нарезаю яблоки.

– Вероника, ты молчишь уже полчаса! – наконец не выдерживает подруга и бросает венчик в кастрюлю. – Расскажи уже, что случилось?

– Люд, я просто соскучилась по тебе, – поднимаю взгляд.

– А я тебе не верю! – взрывается, садится на стул рядом со мной. – Вон у тебя глаза красные, руки дрожат! Говори, Ника!

– Всё гораздо сложнее, чем ты думаешь, – выдыхаю.

– Так объясни! Я твоя лучшая подруга в конце концов, я для того и нужна, чтобы помогать переживать горести.

– Мы с Волковым… – устало тру виски.

– Расстались? – после паузы спрашивает девушка, округляя глаза. – Он тебя бросил? Какой же козёл! Я так и знала, что с ним ничего не получится! Он высокомерный, глупый, эгоистичный, циничный, жалкий, двуликий…

– Люда! – рычу я, пресекая ни на шутку заведённую девушку. – Мы и не были вместе.

– Что? – непонимающе моргает.

– Я подписала брачный договор. Я фиктивная невеста.

Люда хмурится, смотрит исподлобья, прикусывает нижнюю губу.

– Не поняла, – качает головой.

– Всё, что происходит у нас с Волковым – фиктивно, не по-настоящему.

– То есть, между вами нет никакой любви?

Я закрываю глаза, и слёзы капают вниз, на кусочки яблок.

– Так, пирог со слезами мы не заказывали! – Люда срывается с места и быстро высыпает в кастрюлю с тестом нарезанные фрукты.

– Всё было бы не так сложно, если бы я… – затыкаюсь.

– Если бы ты..? – Люда вопросительно смотрит на меня.

– Я… беременна от Волкова.

Кастрюля выскальзывает из рук девушки, звонко стучит об пол. Тесто разлетается в разные стороны.

– Скажи, что ты пошутила, – шепчет Людка.

Я только отрицательно качаю головой.

– Значит, у вас был секс, – быстро смекает подружка. – А зачем ты ему отдалась, если всё фиктивно?

Устало вытираю слёзы.

– Хотя чего это я, – Люда снова падает на стул. – Я бы и сама не удержалась и отдалась бы ему. Вон какой мужчина статный. Красивый, ещё и при деньгах.

– Дело не в том, что он красивый и с деньгами, – выдерживаю паузу. – Мне кажется, что я без него не смогу.

…

Дорогие читатели!

Пока у Вероники и Степана всё совсем не сладко, но примерно через месяц-полтора мы вместе придём к долгожданному хеппи енду:)

Прошу поддержать книгу звёздочкой, репостом, добрым словом, подпиской на автора, мне и моему Музу будет очень приятно ❤️