Текст книги "Непреодолимая тьма (ЛП)"

Автор книги: Рейвен Вуд

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 22 страниц)

Глава 9

Кайла

Это идеальный план. Учитывая его рельефное тело, Джейс, должно быть, помешан на своем здоровье и, без сомнения, относится к своему телу как к храму. Скорее всего, он почти не пьет алкоголь, потому что это испортит его идеальную фигуру. Так что я легко смогу напоить его. И мне даже не нужно, чтобы он вырубился или что-то в этом роде. Достаточно просто напоить его так, чтобы ему было трудно следить за мной. И тогда, я смогу наслаждаться оставшейся частью вечеринки, не чувствуя, как он нависает надо мной, словно злой бог смерти.

Когда мы подходим к большому обеденному столу, четыре человека поднимают головы. Три девушки и один парень. Я никогда не встречала их раньше, но университет Айви-Ривер огромен, так что это не удивительно.

– Так, ребята, это Митч, – говорит Лайонел, указывая на парня.

Митч откидывает свои черные волосы с глаз и поднимает руку.

– Как дела?

Мы все киваем ему и начинаем выдвигать стулья.

– А это Трина, – Лайонел указывает на одну из блондинок, сидящих рядом с Митчем, а затем указывает на ту, у которой потрясающие зеленые глаза. – Фелиция. – Его рука перемещается к шатенке, сидящей с другой стороны. – И Ребекка.

– Привет, – говорят они в унисон и улыбаются нам.

Стулья скрипят по светлому деревянному полу, когда мы все садимся за стол, за которым запросто может уместиться десять человек. Как и большинство студентов в Айви-Ривер, парень, который здесь живет, богат. Или, скорее, его родители. Их нет в городе, поэтому он и решил устроить вечеринку.

Я оглядываю красивую кухню и столовую. Мраморные столешницы теперь завалены красными пластиковыми стаканчиками, пустыми бутылками и банками. Один из шкафчиков из светлого дерева сейчас открыт, потому что кто-то, несомненно, искал еще стаканы. Или, возможно, алкоголь. А огромная картина с изображением залитого солнцем пляжа на белой стене напротив меня теперь висит немного криво. Уборка этого места будет непростой задачей. По крайней мере, для этого парня. Или, скорее, для тех, кого он, вероятно, наймет для этой работы.

– А это Кайла, – говорит Лайонел, который теперь сидит рядом со мной. Затем он указывает на сестер Карлайл, сидящих по другую сторону от меня. – И Дженн с Авророй. – Он хмурится, поворачиваясь к Джейсу, который сидит прямо напротив меня. – И, э-э... Прости. Как тебя зовут?

Джейс еще секунду пристально смотрит на меня своими проницательными глазами. Затем он откидывается на спинку стула и проводит рукой по своим растрепанным каштановым волосам, одаривая остальных сидящих за столом уверенной улыбкой.

– Джейс, – говорит он, и его теплые карие глаза блестят в свете декоративной лампы, которая висит над столом. – Меня зовут Джейс.

Аврора, Трина и Ребекка наблюдают за тем, как перекатываются его мускулы под белой футболкой, когда он вот так двигает рукой. В их глазах горит похоть. Я вдруг начинаю хмуриться.

– Мы играем или как? – Спрашиваю я, и мой голос звучит чуть более резко, чем я хотела.

Лайонел моргает и удивленно смотрит на меня. Я ловлю себя на том, что вместо этого демонстративно потираю руки, словно я просто взволнована. Лайонел полностью покупается на это и одаривает меня улыбкой, после чего тянется за бутылкой водки из тех, что стоят в центре стола. Джейс, напротив, переводит взгляд на меня и ухмыляется. Я бросаю на него мрачный взгляд.

– Итак, игра проста, – начинает Лайонел, в то время как Митч начинает передвигать рюмки по столу. – Вы говорите, "я никогда не", а затем называете то, чего никогда не делали. А потом каждый, кто это делал, выпивает по рюмке.

Джейс усмехается, берет еще одну бутылку водки и наклоняется над столом, чтобы сначала наполнить мою рюмку. Когда она наполняется настолько, что я едва могу поднять ее, не расплескав алкоголь, он подмигивает мне и начинает наполнять свою. Радует то, что он наливает себе столько же алкоголя, сколько и мне.

Слева от меня Лайонел хмурится из-за того, что Джейс усмехнулся над его инструкциями.

– Что?

– Меня просто забавляет, что ты счел нужным объяснить правила игры, в которую все здесь, без сомнения, играют еще со школы, – отвечает Джейс, даже не глядя на Лайонела, наполняя рюмку Фелиции.

Все остальные за столом тихо посмеиваются и кивают в знак подтверждения. На щеках Лайонела появляется легкий румянец. Я бросаю на Джейса сердитый взгляд, который он якобы не замечает.

– Ладно, кто первый? – Спрашивает Митч, когда у всех на столе уже приготовлено по рюмке.

– Я, – быстро отвечаю я. С озорной улыбкой на губах я смотрю прямо на Джейса и говорю: – Я никогда никого не избивал.

Джейс поднимает брови и бросает на меня равнодушный взгляд, который я могу истолковать только как "ты это серьезно?"

Я просто выжидающе смотрю на него в ответ.

Он усмехается, а затем поднимает свою рюмку. Митч делает то же самое.

– Митч, – выпаливает Ребекка, удивленно моргая. – Какого черта?

– Что? – Отвечает он, даже не успев поднести рюмку ко рту. – Какой-то парень пытался приударить за моей сестрой, даже после того, как она сказала "нет", поэтому я избил его до полусмерти.

Джейс одобрительно смотрит на него и наклоняется через стол, чтобы чокнуться с рюмкой Митча.

– О, я выпью за это.

Митч ухмыляется в ответ, и они оба опустошают свои рюмки.

Боль скручивает мою грудь. Виктор, несомненно, тоже был бы таким братом. Заботливым старшим братом, который избил бы любого за неуважение ко мне. Таким братом, который гладил бы меня по волосам, пока я рыдала из-за парня, разбившего мне сердце в старших классах. Тем, кто всегда бы был рядом со мной.

Но вместо этого я большую часть своей жизни была одна.

Мои пальцы крепко сжимают рюмку, и я с трудом подавляю желание покрутить часы.

– Ладно, Дженн, твоя очередь, – говорит Аврора и толкает сестру локтем в бок.

– О, э-э... – Дженн прочищает горло, выглядя так, словно подыскивает, что бы такое сказать.

Отмахнувшись от мучительных мыслей, я возвращаюсь к намеченному плану. Напоить Джейса.

Незаметно наклонившись, я шепчу Дженн на ухо. Она слегка кивает мне и быстро улыбается.

– Я никогда в жизни не стрелял из пистолета, – заявляет она, повторяя то, что я просила ее сказать.

Джейс тихонько смеется и качает головой, снова поднимая свою рюмку. Его глаза блестят.

– Если бы я не знал тебя так хорошо, то подумал бы, что ты хочешь меня напоить.

Я одариваю его дьявольской улыбкой.

– Понятия не имею, о чем ты говоришь.

– Моя очередь! – Объявляет Аврора. В ее зеленых глазах вспыхивают озорные искорки, когда она говорит: – Мне никогда не сосали член.

Все трое парней стонут и закатывают глаза, глядя на нее.

– Да ладно, – протестует Митч. – Это жульничество. У тебя даже члена нет.

– Это называется "играть по-умному". – Подмигивает ему Аврора. – А теперь пейте.

Все трое выпивают по рюмке.

– Будь осторожна, – говорит Митч и ухмыляется Авроре, ставя свою пустую рюмку на стол и наполняя ее снова. – Месть приближается к тебе.

Она только смеется и шевелит бровями.

– У меня никогда не было секса втроем, – говорит Трина.

Меня пронзает дрожь, когда Джейс поднимает свою рюмку и снова пьет. Фелиция делает то же самое.

– Фелиция! – Визжит Трина и таращится на подругу. – Ты никогда не рассказывала мне об этом!

– Рассказывать особо нечего, – отвечает она, пожимая плечами. – Если честно, это была довольно разочаровывающая ночь.

Джейс переводит взгляд на нее, и на его губах играет лукавая улыбка.

– Похоже, у тебя просто не было подходящих партнеров.

Щеки Фелиции вспыхивают, и она чуть не роняет свою уже пустую рюмку. Из горла Авроры вырывается тихий стон, в то время как Трина смотрит на Джейса с нескрываемым вожделением.

Меня охватывает раздражение.

– Митч, твоя очередь, – говорю я, пресекая дальнейшее обсуждение этой конкретной темы.

На лице Митча появляется вызывающая улыбка, когда он смотрит прямо на Аврору.

– Мне никогда не лизали киску.

С победной улыбкой на губах он ждет, пока мы, шестеро девочек, выпьем.

Выпивает только Ребекка.

На его лице мелькает шок, когда он смотрит на пятерых из нас.

Аврора пожимает плечами.

– Ты удивишься, узнав, как мало парней готовы ответить взаимностью.

Остальные кивают в знак подтверждения.

Джейс цокает и неодобрительно качает головой.

– Повторяю, вы явно трахались не с теми парнями.

На этот раз все остальные девушки смотрят на него с тоской в глазах. Но Джейс смотрит только на меня, его пристальный взгляд прожигает мою душу насквозь.

В моей голове проносится совершенно безумная картина. Джейс опускается на колени, закидывает мою ногу себе на плечо и поглощает меня, пока я извиваюсь у стены от удовольствия.

Мой клитор пульсирует.

Сжав ноги под столом, я быстро трясу головой, чтобы избавиться от этого дурацкого видения.

Игра продолжается. Большинство реплик теперь посвящены сексу. Я иногда выпиваю, соглашаясь с некоторыми из них. Джейс же пьет каждый чертов раз. Ну, за исключением своих собственных ходов, конечно. Он всегда использует их, чтобы целенаправленно атаковать только меня.

У меня голова гудит от алкоголя, и я начинаю хихикать над самыми глупыми вещами, а это значит, что я начинаю серьезно напиваться. Выпив очередную рюмку, я тянусь за бутылкой водки, но мои пальцы дрожат, и я чуть не опрокидываю бутылку.

Джейс быстро протягивает руку через стол и накрывает мою ладонь своей, удерживая мою руку и бутылку.

От ощущения его руки, лежащей на моей, по спине пробегает электрический ток.

Это приводит меня в необъяснимую ярость, и я пытаюсь вырвать свою руку с бутылкой из его хватки. Он лишь выжидающе поднимает брови. Из моих легких вырывается разочарованный вздох. Отпустив бутылку, я позволяю ему наполнить мою рюмку.

Прищурив слегка затуманенные от выпитого алкоголя глаза, я наблюдаю за тем, как он уверенно наполняет мою рюмку водкой.

Какого хрена он еще не пьян? Из-за всех этих разговоров о сексе он выпил больше всех за столом. Но при этом выглядит совершенно трезвым, в то время как остальные смеются, путаются в словах и заикаются. Клянусь, Аврора чуть не слетела со стула, когда наклонилась, чтобы пихнуть сестру под ребра. А Джейс просто сидит и ухмыляется, как будто пьет воду вместо водки.

Нахмурив брови, я молча смотрю на него, пока все заканчивают наполнять свои рюмки.

На другом конце стола Фелиция наклоняется и кладет руку Джейсу на плечо, в то время как Трина и Ребекка тоже смотрят на него, хлопая своими длинными ресницами. Даже Аврора смотрит на него так, словно жаждет его внимания.

По ходу игры все они неосознанно придвинулись к нему поближе. И даже наклонились немного вперед на своих сиденьях.

Я наблюдаю за тем, как все они пытаются поймать его взгляд, привлечь его внимание или рассмешить.

Но Джейс просто наполняет рюмку Митча и хлопает его по руке, посмеиваясь над его словами.

Интересно, замечает ли он вообще, что люди, кажется, тянутся к нему? Словно он – лучезарное солнце, вокруг которого все кружат в надежде хоть на несколько секунд окунуться в его яркий свет.

Иррациональный гнев внутри меня нарастает.

– Ладно, как насчет этого? – Говорит Митч, и его голос становится значительно громче после всех выпитых рюмок. – Я никогда не трахал больше четырех человек за одну ночь.

Джейс ухмыляется и поднимает свою рюмку.

Из груди Митча вырывается громкий смех, когда он ударяет кулаком по столу, в то время как Джейс опрокидывает рюмку.

Образ пяти девушек, одновременно поклоняющихся телу Джейса, проносится у меня в голове.

– Чувак, ты просто легенда, мать твою, – говорит Митч и хлопает Джейса по спине.

– Или шлюха, – огрызаюсь я, пока раздражение все еще пульсирует во мне.

Джейс переводит взгляд на меня, в его глазах вспыхивает гнев.

Я вздрагиваю от силы этого гнева.

Впервые я вижу в его глазах настоящую ярость. Даже после всего того дерьма, что я вытворяла на прошлой неделе, я никогда не видела, чтобы он по-настоящему злился. До этого момента.

– Опытность не делает меня шлюхой, – говорит Джейс, пристального глядя мне в глаза.

Внутри меня закручивается чувство вины, потому что я даже не это имела в виду. Я просто зла и расстроена. Но прежде чем я успеваю ответить, заговаривает Фелиция:

– Конечно, нет, – говорит она, снова наклоняясь и кокетливо кладя руку ему на плечо. – Мы ненавидим, когда парни говорят нам подобные вещи, так почему же мы должны говорить им это в ответ?

Меня охватывает смущение от правдивости ее слов.

Я прочищаю горло и поднимаюсь на ноги.

– Думаю, мне нужно выпить немного воды.

Но когда пьешь сидя, то не чувствуешь, насколько ты пьян, пока не встанешь.

Мои ноги подкашиваются, когда я неуклюже встаю со стула и отхожу от стола. Мне тут же приходится протянуть руку, чтобы опереться на спинку стула Дженн.

Лайонел вскакивает на ноги и обнимает меня за талию, чтобы поддержать.

– Эй. Тебе, наверное, стоит пойти и прилечь. – Все еще обнимая меня за талию, он начинает уводить меня от стола. – Пойдем, я отведу тебя в тихую комнату.

Я ахаю и чуть не падаю, когда тело Лайонела внезапно отрывается от моего.

Мрачный голос Джейса разносится по комнате, как раскат грома.

– Отвали, мать твою.

Резко обернувшись, я вижу, что Лайонел опирается на стол, на который, без сомнения, его швырнул Джейс. Джейс теперь стоит между мной и Лайонелом. Его руки скрещены на широкой груди, а на лице застыло неумолимое выражение, когда он смотрит на парня.

Щеки Лайонела краснеют от негодования, он выпрямляется и в отчаянии разводит руками.

– Я помогал ей!

– Ты не имеешь права прикасаться к ее телу без ее разрешения, – рычит на него Джейс.

Мое сердцебиение учащается. От его властного тона. От силы, исходящей от его тела. Но больше всего – от его слов. Он не сказал, что Лайонелу запрещено прикасаться ко мне. Он сказал, что тот не имеет права прикасаться ко мне без моего разрешения. Это означает, что мой выбор и моя воля играют здесь ключевую роль, а не чьи-либо еще.

От этого осознания меня охватывает тепло.

Но прежде чем я успеваю что-либо сделать, Джейс расцепляет руки и поворачивается ко мне.

– Пойдем, отвезу тебя домой.

Все еще находясь в неподдельном шоке, я киваю. Затем поворачиваюсь к остальным за столом, которые наблюдают за Джейсом с выражениями, варьирующимися от удивления до обожания.

– Пока, ребята, – с трудом выдавливаю я, пока моя голова кружится от алкоголя. – Увидимся позже.

– Э-э, да, – отвечает Митч, неуверенно поглядывая на Лайонела, который сверлит Джейса гневным взглядом.

Девочки тоже машут и прощаются. Аврора даже подмигивает мне, переводя лукавый взгляд с меня на Джейса. Я просто закатываю глаза и направляюсь к двери.

Музыка, смех и громкие голоса окутывают нас, пока мы с Джейсом пробираемся через элегантный, но теперь очень захламленный дом к входной двери.

Теплый ночной ветер овевает нас, когда мы выходим на лужайку. Я делаю глубокий вдох и закрываю глаза. Но в итоге лишь спотыкаюсь и отшатываюсь в сторону, поскольку из-за выпитого алкоголя мои ноги не хотят держать меня.

Твердая рука ложится мне на локоть, поддерживая меня.

Я открываю глаза и вижу Джейса. Он поднимает брови в немом вопросе. Я просто откашливаюсь и начинаю спускаться по узкой тропинке, ведущей на главную улицу. Мир вокруг меня покачивается.

Как только мы оказываемся на улице, я сворачиваю в сторону своего дома. Но внезапно мне приходится ухватиться за металлический столб, потому что от резкого поворота у меня закружилась голова.

Снова откашлявшись, я начинаю идти вперед.

Но успеваю сделать всего пять шагов, как спотыкаюсь обо что-то.

Джейс хватает меня за руку, не давая упасть лицом вниз. Волосы падают мне на глаза, и я неуклюже провожу рукой, убирая их, после чего снова выпрямляюсь.

Рядом со мной раздается глубокий вздох.

Затем Джейс подхватывает меня на руки.

Внутри меня словно пульсирует молния.

Хотя шок все еще не прошел, я запрокидываю голову и смотрю на Джейса, пока он ведет нас по улице. Но он не опускает взгляд, чтобы посмотреть на меня. Вместо этого он просто продолжает нести меня на руках, пока возвращается к моей квартире.

Жар, вызванный как смущением, так и чем-то еще, охватывает меня, когда я чувствую, как мое тело прижимается к его груди, а его сильные руки обвиваются вокруг меня. Несколько минут я молча изучаю его красивое лицо. Улицы вокруг нас темны и пустынны.

– Знаешь, я совсем не то имела в виду, – тихо говорю я через некоторое время.

– Ты о чем? – Спрашивает Джейс, по-прежнему не глядя на меня.

– Я не думаю, что ты шлюха.

Несколько секунд он ничего не говорит. И по-прежнему не смотрит на меня. Чувство вины и сожаления извиваются в моей груди, как змеи.

– Тогда зачем ты это сказала? – Спрашивает он наконец.

– Потому что меня охватила зависть, – тихо признаюсь я. – Потому что мне хотелось бы быть более опытной.

Наконец он смотрит на меня. Его пристальный взгляд изучает мое лицо, словно проверяя, не выдумываю ли я все это. Не выдумываю. Мне бы очень хотелось, чтобы у меня было больше опыта.

Я хочу совершать глупости, заниматься извращенным сексом и пробовать безумные вещи. Но это очень сложно сделать, когда за каждым моим шагом всегда следит мужчина в костюме. Конечно, у меня было несколько парней. И я занималась с ними сексом. Но всегда трудно настроиться на это, когда я знаю, что мой телохранитель стоит прямо за дверью квартиры.

Джейс, видимо, понимает, что я говорю искренне, потому что кивает в знак признательности. Затем он снова переводит взгляд на улицу впереди.

Тепло его тела окутывает меня, проникая в мои кости и успокаивая душу, когда он крепко прижимает меня к своей груди, пока несет по соседней улице.

В голове крутятся бесчисленные вопросы, но я знаю, что не должна задавать ни один из них. Я не должна пытаться узнать Джейса получше. Не тогда, когда я изо всех сил стараюсь избавиться от него. Но есть один вопрос, который я могу задать. Один вопрос, который, как мне кажется, поможет добиться его увольнения.

– Почему ты согласился на эту работу? – Спрашиваю я.

Джейс ничего не отвечает. Только сворачивает за угол, идя к моей квартире.

– Ты наемный убийца, – настаиваю я. – Ты убиваешь людей. А не защищаешь их. Так почему ты согласился на эту работу?

В ответ лишь тишина. Через несколько улиц от нас начинает пищать автомобильная сигнализация. Туман и автомобильные выхлопы смешиваются в ночном воздухе, наполняющем город.

В тот момент, когда мне уже начинает казаться, что Джейс не ответит, он произносит лишь одну расплывчатую фразу.

– У меня есть на то свои причины.

Глава 10

Джейс

– Какая муха, блять, тебя сегодня укусила с утра пораньше? – Спрашивает Илай. И хотя я прикрываю лицо рукой, чтобы не видеть его, я все равно слышу ухмылку в его голосе.

– Кайла, мать ее, Эшфорд.

– Подожди, серьезно? Она действительно настолько сильно бесит тебя?

Из моей груди вырывается смешок, наполовину смешанный с раздражением.

– Нет. Но, поверь, дерьма от нее мне прилетает достаточно. К тому же она делает все, что в ее силах, чтобы максимально вывести меня из себя, а еще...

Мои слова обрываются, когда что-то твердое врезается мне в грудь.

– Ауч, – рычу я, отдергивая руку от лица и садясь прямо.

Опустив взгляд, я замечаю, что моя собственная бита, которая только что ударила меня в грудь, теперь лежит у меня на коленях. Я хмурюсь и, подняв взгляд, вижу Кейдена, стоящего в дверях гостиной с бесстрастным выражением лица.

Илай смеется и опускается на диван напротив меня. Диван скрипит под его весом, когда он приземляется и закидывает ноги на журнальный столик. Рико, проходя мимо, небрежно сбрасывает ноги Илая со стола. Затем он так же небрежно сбрасывает мои ноги с дивана и садится рядом со мной. Илай бросает на него угрожающий взгляд, на который Рико отвечает ухмылкой, полной вызова.

Я хватаю биту, лежащую у меня на коленях, и вращаю ее в руке, после чего направляю на Кейдена, который все еще наблюдает за мной из дверного проема холодными темными глазами. Прищурившись, я злобно смотрю на него.

– Нельзя просто так швыряться битами в людей, – предупреждаю я.

Рико, сидящий рядом со мной на диване, фыркает и искоса смотрит на меня.

– Уж кто-кто, а ты точно не можешь читать кому-либо нотации о том, можно ли бросаться битами в людей или нет, Золотце.

– Во-первых, не называй меня так. И, во-вторых, позволь мне перефразировать. – Я снова угрожающе направляю свою биту на Кейдена. – Нельзя просто так бросать биту в ее владельца. Это...

– Это одно из главных правил пользования битой, – заканчивают за меня Илай и Рико, а затем хихикают в унисон.

– Вот именно, – говорю я.

– Да-да, – отвечает Кейден, наконец отталкиваясь от дверного проема и направляясь к дивану. Опустившись рядом с Илаем, он бросает на меня многозначительный взгляд. – Вот только владелец этой биты оставил ее, загородив мой коридор.

– Загородив коридор? – Я закатываю глаза и кладу биту на журнальный столик перед собой. – Теперь ты просто драматизируешь.

Кейден достает нож и начинает вертеть его в руке.

– Если бы я хотел, чтобы в моем доме повсюду валялись биты, я бы женился на тебе. А не на Алине.

– Да, а где Алина? – Спрашиваю я, оглядывая их аккуратную гостиную.

Как и в комнате Кейдена дома и в Блэкуотере, в их с Алиной доме царит удивительная чистота и порядок. Он всегда отличался организованностью, и сейчас это особенно заметно.

На светлой деревянной мебели нет ни пылинки, а на двух белых диванах, на которых мы сидим, нет ни единого пятнышка. Солнечный свет проникает сквозь окна и играет на серебряных украшениях гостиной.

Я сдерживаю улыбку, когда мой взгляд скользит по светлым тонам. Это то, от чего Кейдену пришлось отказаться. Он предпочитает темные цвета. Темное дерево. Черные ткани. А вот Алина – нет. Ей нравится легкость и воздушность. А Кейден охренеть как одержим ею, поэтому Алина получает все, что захочет.

– Она гуляет с Райной и Изабеллой, – отвечает Кейден, все еще небрежно вертя нож в руке.

Я снова перевожу взгляд на него.

– Что? – Меня охватывает неверие, когда я смотрю на трех своих братьев. – Вы отпустили их троих одних. Вместе.

Рико прочищает горло и пожимает плечами.

– Мы предварительно подкупили весь полицейский департамент.

– На случай, если они подожгут весь город, – подхватывает Илай и небрежно машет рукой в воздухе. – Или, знаешь, убьют кучу людей или что-то в этом роде.

Из моей груди вырывается изумленный смех, и я качаю головой.

– И вот почему я до сих пор холост.

Илай, Кейден и Рико переглядываются. На их губах расплываются понимающие улыбки. Я хмуро смотрю на них.

– Что? – Спрашиваю я.

Кейден хихикает и бросает на меня взгляд.

– Пока.

– И что это значит?

– Это значит, что ты очень много говоришь о Кайле Эшфорд в нашем групповом чате.

– Итак, – начинает Рико, растягивая слово, прежде чем я успеваю возразить. – Какая она?

Я бросаю на них угрожающий взгляд, а в ответ они трое лишь злобно ухмыляются. Застонав, я снова откидываюсь на спинку дивана и ерошу пальцами волосы.

– Говорю вам, она чертовски сумасшедшая, – бормочу я.

Илай выгибает темную бровь.

– Сумасшедшая или ненормальная?

Опустив руки, я хмуро смотрю на него.

– А есть разница?

– Да.

– Я не знаю. – Я озадаченно качаю головой, глядя на него. – Мне кажется, в ней есть и то, и другое.

Кейден пожимает плечами, по-прежнему продолжая вращать своим ножом.

– Она не может быть хуже Райны.

– Нет никого хуже Райны. – Я поднимаю руки, чтобы продемонстрировать две разные группы людей. – Есть безумцы. А есть Райна. И они находятся на совершенно разных уровнях. Черт, да я даже не уверен, что кто-то может с ней конкурировать.

– Эй, – отрезает Илай, бросая на нас с Кейденом угрожающий взгляд. – Следите за своими словами. Вы говорите о моей девушке.

Кейден просто снова пожимает плечами.

– Она, вероятно, восприняла бы это как комплимент.

Илай на секунду задумывается, а затем склоняет голову набок, как бы соглашаясь с этим.

– Верно.

– Так что нет, она не хуже Райны, – продолжаю я. – Но она все равно сводит меня с ума!

Все трое обмениваются еще одним понимающим взглядом, а затем ухмыляются мне.

– Перестаньте ухмыляться, – бормочу я. – Я серьезно. Я никогда не встречал никого столь невыносимого, упрямого, абсолютно неспособного выполнять приказы и столь же невосприимчивого к моим чарам, как... – Замолчав, я окидываю их мрачным взглядом. – Вы снова ухмыляетесь.

Они хихикают.

Рико шевелит бровями, глядя на меня.

– Да, я хочу сказать, что Кейден женится через пару недель, но я уверен, что мы сможем уговорить священника провести и вторую свадьбу сразу после этого.

– Да, – добавляет Кейден, его темные глаза сверкают, когда он ловит мой взгляд. – И я уверен, что смогу найти тот костюм французской горничной, о котором ты все время говоришь, чтобы ты мог привыкнуть к нему. Тебе ведь предстоит его носить.

Я хмуро смотрю на них обоих.

– Заткнитесь. Я не... – Умолкнув, я снова сажусь прямо, когда осознание пронзает меня, как удар молнии. – О, черт. Твоя свадьба. Она в субботу. Мне нужно найти кого-нибудь, кто подменит меня и проследит за Кайлой в этот день.

– Приведи ее, – говорит Кейден, небрежно пожимая плечами.

Качая головой, я смотрю на него.

– Ты что, не слушал? Она сумасшедшая. И чертовски надоедливая.

– Как и ты, и ты все еще приглашен.

– Пошел ты.

Он ухмыляется. Но в его глазах появляется огонек. Кейден говорит много дерьма. На самом деле, мы все говорим много дерьма и используем любую возможность, чтобы досадить друг другу. Но когда дело доходит до драки, мы беспрекословно прикрываем спины друг друга. Всегда. По крайней мере, я на это надеюсь. Но, возможно, теперь все изменилось, поскольку они знают, что я не уверен, хочу ли быть наемным убийцей или нет.

Словно подумав о том же, Рико поворачивается ко мне с серьезным выражением лица.

– Я давно хотел спросить. Ну, мы тут подумали...

У меня по спине пробегает холодок. Я почти уверен, что понимаю, к чему он клонит, но мне удается сохранить непринужденное выражение лица, когда я смотрю ему в глаза и вопросительно поднимаю брови.

– Почему ты не сказал нам? – Спрашивает он, его серьезные глаза изучают мое лицо. – Что не хочешь становиться наемным убийцей.

Паника снова охватывает меня, на этот раз вперемешку со страхом. Я чувствую, что Илай и Кейден тоже наблюдают за мной.

– Дело не в том, что я не хочу становиться наемным убийцей, – начинаю я, стараясь тщательно подбирать слова. – Как я уже сказал, мне это и правда нравится. Но я просто… хочу, чтобы у меня был выбор.

Он слегка улыбается мне.

– Да, я понимаю.

И это правда. Я знаю, что он действительно понимает. Из них всех Рико, вероятно, больше всех понимает, каково это – чувствовать себя загнанным в ловушку жизни, которую ты не выбирал.

– Но все же, – Илай поднимается с белого дивана напротив меня. Его золотистые глаза тоже серьезны, когда он изучает мое лицо. – Почему ты не сказал нам об этом?

Как я мог? Когда они все такие совершенные. Илай, безжалостный убийца, который, без сомнения, превзойдет нашего отца как самого легендарного наемного убийцу из семьи Хантер. Кейден, расчетливый интриган, при одном взгляде на которого люди невольно вздрагивают. Сыновья, которыми могут гордиться наши родители. Сыновья, которые добьются великих свершений и продолжат знаменитый род Хантеров. И Рико, могущественный лидер, который однажды будет править всем штатом. Гордость и радость Федерико Морелли.

А еще есть я.

Как я мог сказать своим братьям, что, возможно, не захочу идти по этому пути вместе с ними? Что я, возможно, не захочу становиться наемным убийцей. Что я не могу смириться с мыслью, что такой будет моя жизнь, хочу я этого или нет.

Я не хотел, чтобы они считали меня слабым. Не хотел, чтобы они считали меня неудачником. Человеком, недостойным быть их братом. Быть одним из них.

Вот почему я не сказал им об этом.

Но как мне теперь объяснить им это?

Прочистив горло, я поднимаюсь на ноги и изо всех сил стараюсь одарить их всех непринужденной улыбкой.

– Я хочу чего-нибудь выпить.

Они молча наблюдают за мной, но ничего не говорят. И они не пытаются остановить меня, когда я иду через гостиную на кухню Кейдена и Алины.

И я чертовски люблю их за это. Люблю их за то, что они не давят на меня. За то, что не принуждают меня.

Может, когда-нибудь я и расскажу им, но не сегодня.

Не сейчас.

Ибо сейчас мне нужно держать себя в руках, чтобы пережить этот семестр, когда я буду охранять Кайлу. Ничто меня не остановит. Несмотря ни на что, я доживу до конца этого срока. Потому что мне нужно иметь возможность самому решать свое будущее. Мне нужно это больше всего на свете.