Текст книги "Непреодолимая тьма (ЛП)"

Автор книги: Рейвен Вуд

сообщить о нарушении

Текущая страница: 21 (всего у книги 22 страниц)

Я замолкаю, когда краем глаза замечаю какое-то движение.

Выхватив пистолет, я поворачиваюсь к двери здания как раз в тот момент, когда Лайонел переползает порог, минуя мертвого телохранителя, который все еще держит дверь открытой, и оказывается на асфальте. Его левая нога не двигается, и оставляет красный след на земле.

Он останавливается, увидев нас.

Страх искажает его черты, лишая лицо красок.

– Пожалуйста, – говорит он срывающимся от отчаяния голосом.

Я поворачиваюсь к Кайле и приподнимаю бровь.

– Хочешь выстрелить в него или это сделать мне?

– В него уже стреляли, – отмечает она.

– Да, как это произошло?

– Дойл хотел оставить ему напоминание о том, что произойдет, если он когда-нибудь снова задолжает ему денег.

– Так вот почему он это сделал? Потому что задолжал Дойлу денег?

– Ага.

– Теперь я точно прикончу его. – Я протягиваю ей свой пистолет. – Если только ты сама не хочешь этого сделать?

В ее глазах появляется коварный блеск, и она мягко опускает мой пистолет.

– Нет. Я не буду его убивать. Я отправлю его в тюрьму.

Мои брови взлетают вверх. В тюрьму? Я хочу замучить этого гребаного ублюдка до смерти. Почему она просто хочет отправить его в тюрьму? Но, в любом случае, это ее решение. Поэтому я отгоняю мысли о мучительной и кровожадной мести, и вместо этого киваю ей.

– А потом назначу награду за его голову, – продолжает она. Улыбка на ее лице становится прямо-таки злодейской, когда она смотрит на Лайонела, который все еще ползет по земле. – Заключенный, который будет больше всех мучить его каждую неделю, не убивая его, будет получать вознаграждение. Каждую неделю. До конца срока заключения Лайонела.

Меня охватывает удивление. За ним следует волна одобрения. Злая улыбка расплывается на моем лице, когда я оглядываю Кайлу с головы до ног.

– Черт, ты действительно безжалостный маленький демон, не так ли?

Она откидывает свои длинные рыжие волосы за плечо.

– Он должен был догадаться, что с богатыми и влиятельными людьми лучше не связываться.

Из моего горла вырывается мрачный смешок. Обхватив ее одной рукой за талию, я притягиваю ее к себе и завладеваю ее порочными губами.

– Он должен был догадаться, что с тобой лучше не связываться.

Схватившись за мой воротник, она крепко прижимает меня к себе и целует в ответ с такой пылкой страстью, что, клянусь, мое сердце перестает биться. Затем она дьявольски хихикает мне в губы, и поправляет меня.

– С нами.

Глава 45

Кайла

Мама обнимает меня так крепко, что я едва могу дышать.

После того, как мы передали Лайонела полиции, и после того, как Джейс сделал все необходимое, чтобы его не арестовали за избиение людей битой, он отвез меня домой, в мою квартиру. Мне потребовался долгий и горячий душ, чтобы избавиться от воспоминаний о том, как меня схватили и связали. Мои запястья все еще немного саднят в тех местах, где стяжки врезались в кожу. Но выйдя из душа и одевшись, я смазала их успокаивающим гелем.

Затем я вернулась в гостиную и практически попала в засаду, устроенную моими родителями.

Очевидно, Джейс позвонил им, пока я была в душе. И еще он приготовил ужин.

– Я так рада, что с тобой все в порядке, – всхлипывает мама мне в шею, продолжая обнимать меня. – Я так волновалась.

Я обнимаю ее в ответ.

– Да, я тоже. Но теперь я в порядке, мам. Обещаю.

Папа, который первым заключил меня в крепкие объятия, как только я вошла в гостиную, теперь неловко стоит рядом с кухонным столом, пока Джейс расставляет на нем тарелки с едой.

Вся комната наполнена аппетитным ароматом чеснока, пармезана, жареных грибов и трав.

Папа откашливается, выглядя очень смущенным, и поднимает глаза, чтобы встретиться взглядом с Джейсом, в то время как мама выпускает меня из своих крепких объятий.

– Я, э-э... – начинает папа, а потом снова откашливается. – Я хотел извиниться.

Джейс отрывает взгляд от тарелки, и хмурится в замешательстве.

– За что?

– За то, что уволил тебя. За то, что так к тебе отнесся. – Он неловко переминается с ноги на ногу и почесывает затылок. – Когда Лайонел позвонил мне, он намекнул, будто ты… пользуешься моей дочерью.

Ярость пронзает меня, как удар молнии, при упоминании имени Лайонела. При воспоминании о том, через что сегодня он заставил меня пройти. И о том, что он посмел вмешаться в мою жизнь. Что он почти разрушил мои отношения с Джейсом.

Волны гнева захлестывают меня. Может, мне стоит удвоить награду за голову Лайонела?

– Но теперь я вижу, что был неправ, – продолжает папа. Его голубые глаза полны страдания и сожаления, когда он переводит взгляд с меня на Джейса. – Я был так, так неправ. И мне жаль.

– Все в порядке. – Джейс пожимает плечами и одаривает его улыбкой. – Я понимаю. Вы просто пытались защитить ее.

Папа морщится.

– Как и ты.

– Да. – Прежде чем папа успевает извиниться еще раз, Джейс указывает на стол. – А теперь, пожалуйста, давайте поедим, пока еда не остыла.

Дерево скрежещет о дерево, когда мы все выдвигаем стулья и садимся за стол. Мама и папа садятся рядом друг с другом, напротив меня и Джейса. Джейс скользит рукой по моему бедру и слегка сжимает колено. Этот жест такой теплый и искренний, что мое сердце останавливается, и я чуть не роняю вилку.

Джейс снова кивает, разрешая приступить к еде, и мама с папой начинают есть. Но затем они замирают и смотрят на Джейса. На их лицах мелькает удивление.

Папа проглатывает кусочек.

– Это... восхитительно. Ты это приготовил?

На губах Джейса появляется небольшая улыбка.

– Да.

– Вау, – говорит мама.

Папа кивает.

Джейс, сидящий рядом со мной, выглядит слишком довольным собой, поэтому я тычу его локтем в бок. Он просто улыбается мне.

– Кайла, – вдруг говорит папа.

От серьезной и почти болезненной нотки в его голосе у меня по спине пробегает холодок. Я сглатываю и поворачиваюсь, чтобы встретиться с ним взглядом.

– Да?

– Нам нужно поговорить о твоей безопасности. – Он бросает на меня извиняющийся взгляд. – Сегодняшний день лишний раз доказал, как важно иметь телохранителя.

– Мне не нужен телохранитель, – отвечаю я. И даже сама удивляюсь стальной нотке в своем голосе. – Я не хочу жить под постоянным наблюдением, контролем и чтобы за мной всюду следовала какая-либо тень.

Папа морщится.

– Я знаю. И понимаю. Но я не знаю, как еще обезопасить тебя. Этот Грегор Дойл все еще на свободе и, возможно, захочет отомстить. Не говоря уже о том, что кто-то еще может вдохновиться его действиями и попытаться похитить тебя.

– О, не думаю, что вам стоит беспокоиться об этом, – говорит Джейс, прежде чем я успеваю ответить.

Мы все поворачиваемся к нему. Он уже расправился со своей едой, в то время как я еще даже не начала есть. Джейс замечает это и указывает на мою тарелку.

– Тебе нужно поесть, – объявляет он.

– Я не уверена, что смогу есть после всего, что произошло сегодня, – отвечаю я, сбитая с толку внезапной сменой темы.

– Именно поэтому тебе нужно поесть. Еда полезна для души. Наши тела генетически настроены ассоциировать еду с чувством безопасности. В древности люди ведь ели только тогда, когда чувствовали, что им ничто не угрожает. И эта генетическая программа сохранилась до сих пор. Поэтому, когда мы едим, наш организм интерпретирует это как то, что мы в безопасности, и реагирует соответствующим образом. – Джейс снова указывает на мою тарелку. – Так что, еда поможет тебе почувствовать себя лучше.

Из моей груди вырывается ошеломленный смех. Внутри меня бурлят веселье и удивление, когда я качаю головой и улыбаюсь Джейсу.

– О, смотрите, мистер я-целиком-и-полностью-за-здоровое-общество снова вернулся.

Он смеется и тоже качает головой, глядя на меня. Затем наклоняется и быстро целует меня в губы.

– Просто ешь.

– Хорошо, поем, – отвечаю я, когда он снова отстраняется. – Если ты объяснишь, что имел в виду, когда сказал "не думаю, что вам стоит беспокоиться об этом".

В его глазах вспыхивает коварный огонек, когда он встречается со мной взглядом.

– Тебе больше не понадобится телохранитель. Никогда. – Небрежно откинувшись на спинку стула, он бросает взгляд на моих родителей. – На самом деле, с завтрашнего дня никому из вас не понадобится телохранитель.

На лицах моих родителей отражается замешательство. Такое же замешательство клубится и в моей груди, когда я хмуро смотрю на Джейса.

– Что это значит? – Спрашиваю я.

– Это значит...

Его телефон звонит, прерывая его слова.

Все с той же лукавой улыбкой на губах он достает телефон и отвечает на звонок.

– Илай, – говорит он.

Меня охватывает удивление.

– Вы все здесь? – говорит он в трубку. – Отлично, я сейчас спущусь.

Повесив трубку, он резко встает и отодвигает свой стул. Я тут же вскакиваю на ноги. Мои родители делают то же самое.

– Подожди, – выпаливаю я. – Куда ты идешь?

Он останавливается. Проводя рукой по моим волосам, он наклоняется и целует меня. Я чувствую, как порочная улыбка расплывается на его губах, когда он шепчет фразу, от которой трепещет моя душа.

– Я покажу людям, что происходит, когда они осмеливаются прикоснуться к тому, что принадлежит мне.

Глава 46

Джейс

Кровь стекает по бокам моей биты и капает на землю, когда я иду. Мои руки и предплечья испачканы красным, а кровь разбрызгана по всему лицу.

Мои братья идут по бокам от меня, когда мы выходим из здания, которое раньше было штаб-квартирой Грегора Дойла. Кейден небрежно вертит в руке нож, а Рико все еще держит пистолет. Руки Илая выглядят так, словно их окунули в красную краску. Я вращаю битой, а затем кладу ее на плечо.

Позади нас горит здание.

– Что ж, этого должно хватить, – комментирую я.

Илай и Рико хихикают, а Кейден одаривает меня злобной ухмылкой.

Я засовываю свободную руку в карман и достаю телефон. Затем звоню нашему отцу. Он отвечает после пары гудков.

– Ты закончил? – Спрашивает он вместо приветствия.

– Да, – отвечаю я.

Позади нас раздается громкий треск. Затем часть здания рушится. Тлеющие угли взмывают ввысь и плывут в темной ночи, когда горящее дерево с грохотом падает на землю.

– Думаю, теперь можно вызвать пожарных, – продолжаю я.

– Сделаю.

– О, и, кстати...

Он молчит, ожидая, что я продолжу.

– Я решил остаться в Блэкуотере.

Несколько секунд папа ничего не говорит. А когда наконец заговаривает, в его голосе слышится скрытая надежда.

– Правда?

– Да.

Как только мне официально дали возможность выбора, ответ пришел сам собой. Я люблю эту жизнь.

После миссии, которую я только что выполнил вместе с братьями, все мое тело переполнено энергией. Мне чертовски нравится это чувство. Адреналин. Насилие. Сила. От этого вся моя душа поет. Нормальная работа мне не нужна. Я хочу этого.

– Но тогда… зачем? – Спрашивает папа, и в его голосе слышится замешательство. – Зачем было так стараться, чтобы я передумал, если это не имело значения?

– Это имело значение.

– Но это ничего не изменило.

– Это изменило все! Мне нужно было самому сделать этот выбор.

Некоторое время он молчит, когда мы подходим к своим машинам. Мои братья поворачиваются ко мне, ожидая, когда я закончу разговор. Вдалеке, над темным городом, разносится вой сирен.

– Да, – наконец отвечает папа. – Да, теперь я это знаю. Прости, что не понял раньше.

Мои брови взлетают вверх.

– Подожди. Ты только что извинился? Ты. Тот, кто никогда...

– Ладно, ладно. Не задирай нос, а то при следующей встрече я тебя хорошенько отлуплю. – Он весело выдыхает. – Сопляк.

Я хихикаю.

– Горжусь тобой, – добавляет он и быстро вешает трубку, прежде чем я успеваю подразнить его и на этот счет.

Качая головой, я засовываю телефон обратно в карман, безуспешно пытаясь подавить улыбку на губах. Мои братья наблюдают за мной.

Капля крови стекает по виску Рико, когда он поднимает бровь, глядя на меня.

– И что теперь?

– А теперь мы вернемся домой к нашим девочкам, – отвечаю я.

На их лицах тут же расплываются ухмылки.

Илай стучит рукой по крыше своей машины.

– Звучит как план.

Кивнув, мы все открываем двери своих машин.

– В следующие выходные ужинаем у нас дома, – объявляет Рико, садясь за руль. Это больше похоже на приказ, чем предложение.

– Ты готовишь, – говорит Илай, глядя мне в глаза, а затем садится в свою машину.

Кейден одаривает меня одной из своих безумных улыбок, остановившись у открытой двери машины.

– И наденешь костюм французской горничной.

Остальные тут же заливаются смехом.

– Придурки, – кричу я, когда они захлопывают двери.

Качая головой, я смотрю, как их черные Range Rover уносятся прочь. Только потрескивающий огонь и рушащееся здание слышат, как я произношу еще одно слово.

– Спасибо, – говорю я своим абсолютно ненормальным братьям. Братьям, которые, как выяснилось, всегда прикроют мою спину. Несмотря ни на что.

В последний раз взглянув на горящее здание и настоящую бойню, которую мы оставили внутри, я сажусь в свою машину и еду обратно в квартиру Кайлы.

Она все еще не спит, сидит одна за кухонным столом и ждет меня, когда я переступаю порог. Вскочив со стула, она делает два шага ко мне, прежде чем с визгом останавливается. Ее глаза расширяются, когда она оглядывает меня с ног до головы.

– Пожалуйста, скажи мне, что она не твоя, – говорит она.

– Нет, она не моя, – уверяю я ее.

Облегчение отражается на ее лице, и она сокращает расстояние между нами. Ее тело врезается в мое с такой силой, что я едва не отступаю на шаг назад. Обхватив меня руками, она крепко прижимает меня к себе. Я обнимаю ее и кладу подбородок ей на голову.

И ощущение, что она в моих объятиях, в безопасности и полностью свободна, снимает последнее напряжение и беспокойство, сковывавшие мою грудь.

Я делаю глубокий вдох, вдыхая ее аромат.

– Тебе больше никогда не придется беспокоиться, – обещаю я ей. – Теперь ты свободна. Тебе больше никогда не понадобится телохранитель, который будет стоять у тебя над душой и следить за каждым твоим движением.

С ее губ срывается тихий звук, похожий на смесь всхлипа и радости. Ослабив хватку, она делает шаг назад и поднимает голову, чтобы встретиться со мной взглядом. От эмоций в ее глазах у меня перехватывает дыхание.

– Как? – Спрашивает она, затаив дыхание. Словно она с трудом может в это поверить.

Я провожу пальцами по ее щеке, убирая прядь волос ей за ухо. Кровь размазывается по ее идеальной коже, но она, кажется, не обращает на это внимания.

– На Дойле и всех, кто был причастен к твоему похищению, мы показали очень наглядный пример, – объясняю я. – Теперь все знают, что ты и твои родители находитесь под защитой семьи Хантер. Любой, кто прикоснется к тебе, умрет. Жестоко и мучительно.

Ее потрясающие голубые глаза загораются, а затем на губах появляется поистине дьявольская улыбка.

– А любой, кто хотя бы заикнется о предъявлении каких-либо обвинений семье Хантер, будет погребен под горой судебных исков и невероятно дорогих адвокатов.

Мои брови взлетают вверх.

– Что? – Спрашивает она с притворной невинностью в голосе. Все с той же порочной улыбкой на губах, она крепко хватает меня за рубашку и притягивает мое лицо к своему. – Я тоже защищаю то, что принадлежит мне.

Просунув руку ей под попку, я поднимаю ее. Она обхватывает мои бедра ногами и сцепляет пальцы за моей шеей.

– Итак... – начинает она, касаясь своими губами моих. – Ты больше не мой телохранитель.

– Нет.

Она слегка отстраняется, наклоняет голову и смотрит на меня серьезным взглядом.

– Это значит, что ты уходишь?

– Ухожу? – Я одариваю ее злодейской улыбкой, не отрывая взгляда от нее. – О, так просто ты от меня не избавишься, маленький демон.

Ответная улыбка озаряет ее лицо.

Я завладеваю ее идеальными, греховными губами таким собственническим поцелуем, что у нее перехватывает дыхание.

– Я думал, ты уже поняла, – шепчу я ей в губы. – Куда бы ты ни пошла, я последую за тобой. Ты моя. И я всегда найду тебя.

Она целует меня в ответ с такой жгучей страстью, что у меня замирает сердце и перехватывает дыхание.

Этот свирепый, упрямый, могущественный, коварный и совершенно потрясающий маленький демон принадлежит мне. Она ворвалась в мою жизнь, как взрывная волна, перевернув все с ног на голову. Она наполняет мою душу и держит мое сердце в своих руках. Она сводит меня с ума. И благодаря ей я могу ясно мыслить. Она – огонь и энергия. Она делает меня целым.

И я никому не позволю забрать ее у меня. Никогда.

Эпилог

Два года спустя

Кайла

Золотистый свет заходящего солнца проникает сквозь стеклянные стены нашего пентхауса. Далеко внизу город расстилается вокруг нас, как мерцающее море огней, камня и стали. Я улыбаюсь, любуясь открывшимся видом, а затем снова поворачиваюсь к Джейсу и Рико, которые стоят у нашего мраморного кухонного островка, нарезая овощи и смешивая травы.

Изабелла, Илай, Райна и Кейден сидят на барных стульях на другом конце островка, а Алина вышла, чтобы принести подарки, которые мы с ней купили для наших мужей.

Муж.

Это слово согревает мою душу, и я смотрю на великолепное кольцо на своем пальце. Ничто никогда не казалось мне более правильным, чем это. Чем он. Чем мы.

С другого конца комнаты Джейс замечает, что я смотрю на кольцо, и одаривает меня лукавой улыбкой. Он выглядит точно так же, как в тот день, когда впервые вошел в кабинет моего отца. Белая футболка, подчеркивающая его мускулистое тело, небрежно растрепанные каштановые волосы, словно он только что встал с постели, улыбка на лице и яркий блеск в глазах. Единственное отличие в том, что сейчас он выглядит более уверенным в себе. Как будто он наконец-то нашел свое место в этом мире. Которое находится здесь. Со мной.

Я улыбаюсь ему в ответ и иду к столу, сжимая в руках бутылку вина, за которой ходила.

Меня охватывает замешательство, когда я смотрю на бутылку и обнаруживаю, что она уже открыта.

– Клянусь, я помню, что она была закрыта.

Все взгляды устремляются на Райну. Она делает еще глоток, прежде чем осознает, что все смотрят на нее.

– Что? – Спрашивает она, поднимая брови и осматривая всех по очереди. – Я не трогала ее с тех пор, как отдала Кайле.

Изабелла тяжело вздыхает и поднимает руку.

– Это была я.

Мы все удивленно моргаем, глядя на нее.

– Ее же Райна принесла, – говорит Изабелла, для пущей убедительности указывая рукой на нее. – Я должна была проверить, нет ли в ней яда.

Джейс давится смехом, в то время как Кейден хихикает, уткнувшись в бокал с вином. Илай просто пожимает плечами и кивает, как будто в этом есть смысл.

Райна, однако, закатывает глаза, а затем бросает на Изабеллу оскорбленный взгляд.

– Ой, да ладно. Это было всего один раз.

– Да, но после этого я усвоила урок, – отвечает Изабелла.

– И это был не яд.

– Нет, но это было похоже на то, будто я скурила тонну травки.

Рико посмеивается, продолжая растирать какие-то травы в ступке.

– Вернувшись домой, я застал ее танцующей голой в гостиной.

С трудом сдерживая улыбку, Изабелла бросает Рико взгляд, обещающий возмездие, а затем качает головой, глядя на всех нас.

– Вы, ребята, по-прежнему самые сумасшедшие люди, которых я когда-либо встречала. А я выросла в настоящем культе.

По кухне разносится смех. Илай и Кейден даже чокаются бокалами, как будто только что услышали самый лучший комплимент. У меня в груди разливается тепло.

– О-о-о, да ладно тебе, – говорит Джейс, улыбаясь Изабелле. – Ты же знаешь, что любишь нас.

В ее серо-голубых глазах пляшут огоньки, когда она снова пытается скрыть улыбку на лице, оглядывая всех нас.

– Да, люблю. К сожалению.

Мы снова смеемся. Я доливаю вина в ее бокал, а затем наполняю свой.

– Кстати, о любви, – начинаю я и бросаю взгляд на Илая и Райну. – Теперь остались только вы двое. Это кажется странным, ведь вы первыми начали встречаться. Когда поженитесь?

– Фу, – усмехается Райна и закатывает глаза. – Брак – это для нормальных людей.

Я выгибаю бровь, глядя на нее.

– Ты не собираешься замуж? – Меня охватывает замешательство, я поднимаю левую руку и показываю на кольцо у себя на пальце. – А как вы тогда защищаете свою вторую половинку от флирта, если нет явных признаков того, что она занята?

– Я просто травлю всех, кто попытается флиртовать с ним, – отвечает Райна в то же время, как Илай говорит: – Я просто стреляю им в голову.

На несколько секунд в кухне воцаряется тишина.

Затем мы с Джейсом заливаемся хохотом. Изабелла снова качает головой, глядя на нас, в то время как Рико и Кейден обмениваются понимающими взглядами и делают глоток вина.

Илай и Райна, сохраняя полную невозмутимость, просто смотрят на нас, словно не понимают, почему мы смеемся.

Затем в зеленых глазах Райны появляется коварный блеск, и она поворачивается обратно к Илаю.

– Хотя мне нравится, когда это звучит.

На лице Илая тоже появляется задумчивое выражение, и он медленно кивает, не отрывая от нее взгляда.

– Мне тоже.

– Возможно, нам стоит пересмотреть всю эту историю с браком.

– Возможно, да.

Прежде чем кто-либо успевает сказать еще хоть слово, открывается входная дверь. Мы все поворачиваемся и видим, как как Алина влетает в комнату, ее длинные светлые волосы развеваются за спиной. Меня охватывает злорадство при виде двух больших белых коробок в ее руках.

– Извините, что так долго, – говорит она, практически вприпрыжку направляясь к нам. На ее губах тоже играет улыбка, полная озорного предвкушения, и она подмигивает мне, подходя к островку. – Но я обещаю, что это того стоит.

Кейден, который небрежно крутит нож в руке, выгибает темную бровь.

– Что происходит?

– Мы купили вам подарки, – отвечает Алина, а на ее губах все еще играет ослепительная коварная улыбка.

Она протягивает одну из коробок мне. Остальные отодвигают бокалы в сторону, чтобы мы могли поставить коробки на островок. Алина ставит свою коробку перед Кейденом, а я неторопливо подхожу и ставлю свою перед Джейсом. Он отодвигает разделочную доску и откладывает нож, которым нарезал зеленый лук.

– Вы так долго говорили об этом, – начинаю я. – И мы решили, что наконец-то пришло время исполнить ваши желания.

Джейс и Кейден обмениваются недоуменными взглядами. Все остальные тоже смотрят на нас, не понимая, что происходит. Илай склоняет голову набок, изучая коробку Кейдена, стоящую перед ним, как будто пытается разглядеть что-то сквозь белый картон. Рико, стоящий слева от Джейса, перестает нарезать травы и берет бокал с вином. На его лице мелькает задумчивое выражение, когда он смотрит на коробку Джейса, потягивая вино.

– Ну же, открывайте, – говорю я.

После того, как Кейден убирает нож обратно в кобуру, они с Джейсом снова переглядываются. Затем пожимают плечами и поднимают крышки своих коробок. Одновременно.

Рико выплескивает вино на стойку.

Изабелла ахает.

Райна ухмыляется, как маленькая злодейка.

А Илай сгибается пополам, его смех эхом разносится по квартире.

На лицах Джейса и Кейдена отражается абсолютное изумление, когда они достают одинаковые костюмы французских горничных.

– Надеюсь, этот костюм будет на тебе, когда я войду в спальню сегодня вечером, – говорю я Джейсу.

Алина кивает Кейдену.

– Как и я.

Илай смеется так сильно, что кажется, будто он вот-вот задохнется. Рико буквально давится вином. Он старается одновременно дышать, смеяться и глотать. Изабелла, сидящая напротив, зажимает рот рукой, чтобы сдержать собственный смех. Но ее плечи все равно трясутся.

Зеленые глаза Райны сверкают, как изумруды, когда она поднимает свой бокал, глядя нас с Алиной.

– Думаю, вы только что стали моими любимицами.

По комнате разносятся глухие удары, когда Илай хлопает ладонью по мраморной столешнице, продолжая смеяться так, словно не может дышать.

Кейден прищуривается, выхватывает нож и направляет его на своего старшего брата.

– Я, блять, зарежу тебя.

Но Илай смеется еще громче.

Мы с Алиной обмениваемся самодовольными победными улыбками.

– Я знаю, вы всегда были частью семьи, – выдавливает из себя Илай, пытаясь сдержать смех. Его золотистые глаза блестят в лучах заходящего солнца, когда он смотрит то на меня, то на Алину. – Но теперь вы действительно часть нашей семьи.

Тепло разливается по всей моей душе.

Джейс бросает костюм французской горничной обратно в коробку и, обойдя стойку, приближается ко мне. В его теплых карих глазах светится обещание восхитительной мести, когда он скользит рукой по моей шее.

Крепко сжимая мою шею, он наклоняется и прижимается к моим губам. Его дыхание ласкает мой рот, и он издает тихий стон, от которого у меня по спине бегут мурашки.

– За это я заставлю тебя ползать на четвереньках, маленький демон, – выдыхает он мне в губы. И я слышу улыбку в его голосе. – Ты ведь знаешь это, правда?

Темное желание пробегает по моей спине, вызывая дрожь. Я обхватываю воротник его футболки, крепко прижимаю к себе и шепчу в ответ:

– О, я рассчитываю на это.

Он хихикает, и звук вибрирует у меня на губах.

– Я так сильно тебя люблю.

Я притягиваю его еще ближе и завладеваю его порочными губами. Он целует меня в ответ так, словно умирает с голоду. Даже спустя столько времени он продолжает целовать меня, прикасаться ко мне и трахать так, словно просто не может насытиться мной. От этого мое сердце трепещет каждый раз.

И тут прямо рядом с нами раздается резкий глухой удар.

– Держи его в штанах, Золотце, – говорит Кейден с другой стороны кухонного островка. – Никто не хочет видеть твой член перед ужином.

Я смеюсь Джейсу в губы, а затем украдкой целую его в последний раз, прежде чем отпустить. Отойдя назад, я вижу, что один из метательных ножей Кейдена воткнут в разделочную доску рядом с нами. Джейс просто убирает прядь моих волос с лица и заправляет ее за ухо, прежде чем повернуться к своим братьям.

На его лице расплывается широкая улыбка, когда он говорит:

– Я знаю. – Его глаза блестят, когда он указывает на свой член. – Потому что по сравнению с ним ваши выглядят ужасно крошечными.

Рико усмехается.

– Продолжай говорить себе это, если это поможет тебе спать по ночам, братишка, – говорит Илай, ухмыляясь.

Джейс бросает на него взгляд, полный вызова, но затем просто вытаскивает нож, воткнутый в разделочную доску, и направляет его в сторону Кейдена.

– И прекрати швырять ножи на моей кухне.

– Я перестану швырять ножи на твоей кухне, когда ты перестанешь оставлять биты в моем доме, – парирует Кейден.

– Никогда не знаешь, когда может понадобиться хорошая бита.

– Или нож.

– Бейсбольные биты намного лучше. У тебя есть дальность. Сила. И...

Я тихо смеюсь и качаю головой, наблюдая, как они спорят о том, какое оружие лучше. Рико делает большой глоток вина и возвращается к измельчению трав, в то время как Алина с сияющей улыбкой предвкушения аккуратно складывает костюм французской горничной Кейдена. Изабелла осматривает бутылку вина и бросает подозрительный взгляд на Райну, после чего снова наполняет свой бокал. Но Райна слишком занята, чтобы обращать на нее внимания, потому что они с Илаем вновь вернулись к обсуждению брака.

Наблюдая за ними с улыбкой на губах, я нежно поглаживаю часы, которые все еще ношу. Часы моего брата.

Думаю, они бы тебе понравились, – обращаюсь я к Виктору, надеясь, что он меня слышит. Думаю, они бы тебе очень понравились.

Джейс бросает Кейдену его нож, а затем наклоняется, чтобы достать биту, которую, по-видимому, спрятал в одном из наших кухонных шкафчиков. Он одаривает меня ослепительной улыбкой и подмигивает, выпрямляясь. Затем поворачивается обратно к Кейдену и начинает показывать, как бита создает силу при размахе.

Мое сердце настолько переполнено, что кажется, будто оно разрывается от света.

Мне удалось не только найти идеального мужчину, но и обрести трех ненормальных братьев и трех безумных сестер. У меня появилась собственная семья. Люди, которые всегда меня поддержат. Люди, которых я буду защищать любой ценой.

Мой взгляд возвращается к Джейсу, и на моих губах появляется улыбка.

Это все, чего я когда-либо хотела.

Он – это все, чего я когда-либо хотела.

А также светлое будущее.

Для всех нас.

Конец.