Текст книги "Непреодолимая тьма (ЛП)"
Автор книги: Рейвен Вуд
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 22 страниц)
Глава 22
Джейс
Лежа на кровати, я смотрю на светлый потолок, а слова Кайлы снова и снова эхом отдаются в моем мозгу.
Он бы даже себя так не вел, если бы не...
Если бы не что?
На ее жизнь уже покушались? Мое сердце сжимается при одной только мысли об этом.
Перекатившись на другой бок, я хватаю свой телефон с прикроватной тумбочки. Уличные фонари за окном отбрасывают желтые блики на стены и потолок, освещая мою темную спальню. Я хотел просто полежать на кровати пару минут, чтобы прийти в себя после нашей ссоры, прежде чем отправиться в душ, но валяюсь здесь уже час. Потому что не могу выбросить нашу ссору из головы. Точнее, несколько фрагментов этой ссоры.
Устроившись поудобнее на кровати и прислонившись спиной к ее изголовью, я начинаю искать в интернете новостные статьи о Кайле. Я пробую все, что приходит в голову.
Кайла Эшфорд. Попытка убийства. Похищение. Нападение. Пожар в доме. Ограбление. В общем, любое преступление, которое я могу придумать, которое объяснило бы ее слова. Но ничего не всплывает.
Судя по несуществующим новостным статьям, с Кайлой Эшфорд никогда не происходило ничего опасного.
Но это не обязательно должно что-то значить. Такие богатые семьи, как Эшфорды, должны были позаботиться о том, чтобы подобные вещи не попадали в новости.
Есть еще одна часть нашей ссоры, которую я не могу выбросить из головы.
Она искренне верит, что в реальной жизни покушений на убийство и похищений людей не бывает. И для такого предположения есть две причины. Если речь идет о покушении, то опытный наемный убийца может обставить все как несчастный случай. А если нет, или если это похищение, то семья зачастую достаточно богата и влиятельна, чтобы не допустить попадания этой информации в СМИ. В конце концов, никто не хочет, чтобы их личные семейные дела транслировались по национальному телевидению и стали достоянием общественности.
Поэтому покушения и похищения людей действительно случаются. Особенно с такими людьми, как Кайла. И важно, чтобы она это понимала.
Положив телефон на грудь, я кладу руку под голову и, глядя на световые пятна на потолке, погружаюсь в размышления.
Если бы я только знал, что на самом деле означает фраза "Он бы даже себя так не вел, если бы не...", все было бы намного проще.
Я постукиваю пальцем по задней крышке телефона, продолжая смотреть ав потолок и перебирать в голове различные варианты.
– А, нахер все это, – говорю я со вздохом, наконец-то приняв решение.
Снова взяв в руки телефон, я открываю групповой чат, в котором общаюсь со своими братьями, и отправляю сообщение.
Я:
Мне нужна ваша помощь.
Около минуты ничего не происходит. Но сейчас только ранний вечер, и я знаю, что ни Илая, ни Кейдена еще не отправили на очередное задание. Тем более что свадьба Кейдена состоится через две недели. Рико может быть на совещании, в зависимости от того, возникло у него какое-то срочное дело или нет, но в основном он старается придерживаться обычного рабочего дня, чтобы у них с Изабеллой тоже была нормальная жизнь.
Наконец, приходит ответ.
ИЛАЙ:
Умоляй нас.
Прищурившись, я смотрю на экран. Он серьезно?
Вскоре приходит еще одно сообщение. На этот раз от Кейдена.
КЕЙДЕН:
Да, Золотце. Умоляй нас.
– Ублюдки, – бормочу я в экран, закатывая глаза на своих раздражающих старших братьев.
Но мне действительно нужна их помощь, поэтому я держу свои проклятия при себе и вместо этого даю им то, что они хотят.
Я:
Пожалуйста.
ИЛАЙ:
Ха. Я же говорил тебе, что она доведет его до такого отчаянного состояния, что он начнет умолять. Теперь плати, Кейден.
КЕЙДЕН:
...
Ладно.
Раздраженный вздох вырывается из моей груди, и я хмуро смотрю на свой телефон, отправляя возмущенное сообщение в ответ.
Я:
Пари? Серьезно? Вы придурки.
ИЛАЙ:
Ты бросил нас с Райной в прошлое воскресенье. Мы чуть не умерли с голоду.
КЕЙДЕН:
А еще, только за эту неделю ты трижды сказал, что меня обвели вокруг пальца. Ты сам напросился, Золотце.
– Ублюдки, – фыркаю я.
Но я не могу сдержать улыбку на лице. Потому что в их словах есть смысл. То, что я самый младший, означает, что большую часть своей жизни я провел, делая все возможное, чтобы поиздеваться над ними. И, если можно так выразиться, у меня это невероятно хорошо получается.
На экране появляется сообщение от Рико, который наконец-то тоже присоединяется к разговору.
РИКО:
Ты всерьез думал, что он не будет умолять? Как ты мог этого не предвидеть, Кейден? Моя бабушка могла это предвидеть, а она слепа на один глаз. Не говоря уже о том, что она мертва.
КЕЙДЕН:
Это же Джейс. Он трахнул и бросил больше людей, чем я пытал. А это уже о чем-то говорит.
РИКО:
Тоже верно.
ИЛАЙ:
С этим не поспоришь.
Я сердито смотрю на экран. Я практически вижу их ухмылки через телефон. Качая головой, я издаю нечто среднее между недовольным смешком и раздраженным вздохом. Затем отправляю ответ.
Я:
Да пошли вы все. Вы собираетесь мне помочь или как?
Их ответы приходят мгновенно, один за другим, в течение нескольких секунд.
ИЛАЙ:
Естественно.
КЕЙДЕН:
Сделаем все, что угодно.
РИКО:
Только скажи.
Тепло разливается в моей груди, и я улыбаюсь, глядя на экран. Да, они могут доставать меня не меньше, чем я их. Но они прикроют меня, когда мне это нужно.
Глава 23
Кайла
– Ты гусь или кто? – Бормочу я.
Джейс моргает, а затем смотрит на меня с неподдельным удивлением.
– Что?
Я просто выжидающе поднимаю брови.
– Гусь.
Группа молодых женщин, похожих на туристок, внезапно останавливается посреди тротуара, чтобы рассмотреть, вероятно, карту в одном из своих телефонов. Джейс без труда выходит на улицу и даже ухитряется увернуться от чьей-то руки, которая указывает на здание на другой стороне улицы. Вернувшись на тротуар, Джейс снова оказывается рядом со мной.
Легкая усмешка появляется на его губах, когда он, нахмурившись, смотрит на меня сверху вниз.
– Ты обычно просто пропускаешь начало разговора и начинаешь его с середины? Или мне наконец-то удалось заглушить звук твоего голоса на последние несколько минут?
Я закатываю глаза.
– Смешно.
– Я знаю. – Он усмехается и шевелит бровями, а затем бросает на меня еще один вопросительный взгляд. – Но мне все равно не понятен твой комментарий про гуся.
Проводя рукой по волосам, я поправляю конский хвост, пока мы сворачиваем за угол и идем по другой улице. Сегодня теплый вечер пятницы, и большинство людей вчера получили зарплату, так что на улицах довольно-таки полно народу. Я уворачиваюсь от парочки, которая проскакивает прямо перед нами, чтобы попасть в итальянский ресторан слева от нас.
– Просто... – Начинаю я, даже не зная, как это сформулировать. – Тебя никогда ничего не беспокоит. С тебя все сходит как с гуся вода.
Он поднимает бровь в немом вопросе.
– А что меня может беспокоить?
– Не знаю. Наша вчерашняя ссора? Все, что я делаю?
Из его груди вырывается тихий смешок, и он бросает на меня понимающий взгляд.
– Я вырос с тремя старшими братьями, которые, поверь мне, те еще психи. И к тому же, не в первый раз я слышу, как кто-то называет меня пустым местом и захлопывает дверь у меня перед носом.
Я вздрагиваю, и чувство вины пронзает мою грудь.
– Видела бы ты Кейдена, когда ему было тринадцать, – продолжает Джейс с озорной улыбкой на лице. – Он вел себя как настоящая королева драмы. – Он склоняет голову набок. – Хотя, если честно, я украл его коллекцию ножей и прятал ее где-то дня три. Он чуть не разнес наш дом на части, пытаясь ее найти. – Из его груди вырывается еще один самодовольный смешок. – Хорошие были времена.
Боль пронзает мое сердце, и я тереблю ремешок своих часов.
Боже, как бы я хотела, чтобы у меня был такой брат. Брат, которого я могла бы сводить с ума своими глупыми выходками, но который всегда бы меня прикрывал.
Проглотив комок в горле, я поднимаю взгляд на Джейса и тихо говорю:
– Я не думаю, что ты пустое место. – Я немного неловко откашливаюсь, а затем добавляю: – Я просто не хочу, чтобы ты был рядом со мной.
– О, поверь мне, я в курсе. Но, к несчастью для тебя, я уже нахожусь рядом с тобой. И буду находиться здесь еще несколько месяцев. Так что давай постараемся не доставлять друг другу лишних проблем и хлопот, хорошо?
– Хорошо.
Он драматично прижимает руку к груди и с наигранным удивлением смотрит на меня.
– Ты только что согласилась со мной? О, какой знаменательный день. – Он начинает похлопывать себя по брюкам в поисках телефона. – Подожди, мне нужно позвонить ученым, чтобы они занесли это в учебники истории. Кайла Эшфорд, самая упрямая женщина на планете, наконец-то согласилась с тем, что Джейс Хантер, самый горячий, забавный и необыкновенный парень, когда-либо ходивший по этой земле, прав. Это действительно нужно записать.
Смех вырывается из моего горла прежде, чем я успеваю его остановить. Быстро сведя брови, я толкаю его и изо всех сил пытаюсь оскалиться.
– Прекрати.
Он лишь ухмыляется в ответ.
Слева от нас наконец-то появляется небольшое кафе. Я поворачиваю к нему. Обойдя парня в костюме, я пересекаю тротуар и направляюсь к двери.
– Подожди, – говорю я Джейсу через плечо. – Мне просто нужно в туалет.
Прежде чем он успевает ответить, я открываю дверь.
Когда я переступаю порог, меня встречают теплый воздух и слабый аромат благовоний. Поскольку я знаю, что Джейс все равно последует за мной, я придерживаю дверь для него, прежде чем войти внутрь.
Небольшое кафе слабо освещено, обставлено мебелью из темного дерева и украшено зелеными растениями в плетеных корзинах. Примерно половина столиков занята, и большинство посетителей либо читают книги, либо печатают на ноутбуках.
Я подхожу к стойке.
– Здравствуйте.
– О, мисс Эшфорд, – с улыбкой говорит девушка за стойкой, поскольку я уже несколько раз бывала здесь.
Улыбаясь в ответ, я направляюсь в сторону туалетов.
– Извините, ничего, если я просто воспользуюсь туалетом?
Она кивает.
– Конечно. Проходите.
– Спасибо.
Я оглядываюсь через плечо, чтобы проверить, что делает Джейс. Он, как и ожидалось, остановился в центре помещения. Его проницательные глаза сканируют все пространство в поисках угроз.
Меня охватывает веселье. Это кафе, в которое ходят тихие и воспитанные студенты университета, которые не хотят проводить ночи дома. Единственная угроза здесь – та, о которой они читают в своих книгах.
Только темные деревянные панели наблюдают за мной, пока я иду по короткому коридору в сторону туалетов.
Но, дойдя до двери, я прохожу мимо нее и вместо этого открываю дверь "Только для персонала". Тремя быстрыми шагами я пересекаю пустую комнату отдыха и оказываюсь у другой двери.
Свежий воздух овевает меня, когда я открываю ее и выскальзываю в переулок за кафе.
На моих губах расплывается победная ухмылка.
Я проделывала этот трюк с шестью другими телохранителями, так что та девушка уже знает, что я направилась не в туалет. Впрочем, Джейсу понадобится несколько минут, чтобы понять это.
Через боковое окно я вижу его затылок. Он все еще стоит посреди кафе.
Из-за нашего разговора я почти чувствую себя виноватой за то, что вот так ускользаю. Почти.
Возбуждение пульсирует во мне, как искрящиеся волны.
Дженн сказала, что сегодня вечером на нашей полянке собирается куча народу, так что, если я успею поймать такси до того, как Джейс заметит мое отсутствие, он никогда меня не найдет. Он всю ночь будет искать меня по городу, а я наконец-то смогу провести свободный вечер со своими друзьями в лесу.
– Прости, – шепчу я, все еще глядя на затылок Джейса из-за окна.
Затем я ухожу.
Спеша по переулку, я направляюсь к улице с другой стороны здания. Не к той, откуда мы пришли, поскольку Джейс наверняка первым делом проверит именно ее.
Мое темно-синее платье развевается вокруг бедер, когда я пробегаю трусцой последнее расстояние до выхода из переулка, а на лице расцветает широкая улыбка. Наконец-то. Наконец-то этой ночью я смогу полностью расслабиться.
С волнением, все еще бушующим внутри меня, я заворачиваю за угол и выхожу на тротуар соседней улицы.
И тут меня хватают за руку.
Мой желудок сжимается, когда меня дергают в сторону.
Меня охватывает раздражение. Как Джейсу вообще удалось добраться сюда раньше меня? Я видела его в кафе меньше минуты назад, а единственный путь сюда лежит через переулок, которым я воспользовалась.
Я раздраженно вздыхаю, когда меня прижимают грудью к стене. Повернув голову, я готовлюсь огрызнуться на Джейса.
Паника обрушивается на меня, как ведро ледяной воды.
Трое мужчин в черных масках окружают меня.
Я открываю рот, чтобы закричать.
Парень, прижимающий меня к стене, быстро поднимает руку и зажимает мне рот. А через мгновение мужчина справа от меня заклеивает мне рот скотчем. Я сопротивляюсь и пытаюсь сорвать скотч или хотя бы оттолкнуться от стены, но третий парень хватает меня за запястья и заводит мне их за спину.
Страх и паника пронзают меня, как электрические разряды, когда нечто похожее на кабельные стяжки обвивает мои запястья.
Я пытаюсь закричать сквозь кляп, но из меня вырывается лишь приглушенный звук.
Затем мир погружается во тьму, когда кто-то завязывает и мне глаза.
Сумочку с телефоном, ключами и кошельком быстро сдергивают с моего плеча.
Мое сердце сжимается, когда меня отрывают от земли. Я бешено дергаю бедрами, пытаясь освободиться. Но это бесполезно. Я продолжаю брыкаться и яростно извиваться, пытаясь выкрикнуть ругательства через скотч. Мой пульс гулко отдается в ушах.
Меня пронзает толчок, когда я снова падаю. Но приземляюсь я не на землю. Она твердая, но покрыта какой-то мягкой тканью.
Ужас охватывает меня.
Багажник. Это багажник машины.
Я приземляюсь на живот, и не успеваю даже попытаться повернуться, как на моих лодыжках появляются руки. Через несколько секунд мои лодыжки стягивают вместе и прикрепляют к связанным запястьям.
Громкий стук захлопываемого багажника рассекает воздух, как клинок палача.
Вслед за ним раздаются еще глухие удары, когда захлопываются двери машины.
Затем раздается звук мотора.
Пол багажника слегка вибрирует подо мной, когда машина набирает скорость.
Двадцать секунд.
Это все, что потребовалось.
За какие-то двадцать секунд моя жизнь круто изменилась. Сначала я радостно выскочила из переулка, а потом мне завязали глаза, заклеили рот и связали, а затем заперли в багажнике автомобиля.
Меня охватывает ужас. Дергаясь, я пытаюсь ударить по багажнику, но я так крепко связана, что едва могу пошевелиться. Не говоря уже о том, чтобы пошевелить ногами.
Из моего горла вырывается всхлип, заглушаемый кляпом.
Как, черт возьми, все так быстро пошло наперекосяк?
В фильмах жертва часто видит приближающийся фургон. У нее есть время среагировать, закричать, подраться, привлечь к себе внимание. Но в реальной жизни все не всегда происходит именно так. В реальной жизни все может произойти тихо и быстро, за считанные секунды.
Если бы у меня было время закричать, Джейс бы меня услышал.
Сожаление захлестывает меня, и я ударяюсь лбом об пол.
Джейс. Как скоро он поймет, что в туалете меня нет? Как скоро он найдет улицу, где меня похитили? Есть ли там вообще что-нибудь, что можно найти? Какая-нибудь зацепка, которая поможет ему понять, что меня похитили?
На меня накатывает очередная волна сожаления. Она смешивается с гневом, страхом и отчаянием. Эти чувства бурлят в моем сознании, захлестывая меня, пока я не начинаю чувствовать, что тону в холодном черном море. Машина продолжает ехать, унося меня все дальше и дальше от шанса на быстрое спасение.
Нечто среднее между рычанием ярости и всхлипом паники вырывается из моих легких, и я снова бьюсь лбом об пол.
Этого не должно было случиться! Людей просто так не похищают. Меня не могут вот так похитить. Это...
Машина останавливается.
Из-за гнева и страха я понятия не имею, сколько времени прошло с тех пор, как меня бросили в багажник.
Я поворачиваю голову, внимательно прислушиваясь к тому, как снова открываются и закрываются двери машины.
Затем меня обдает свежим воздухом, когда багажник открывается.
Мое сердце колотится о ребра. Вытянув шею, я пытаюсь разглядеть хоть что-нибудь сквозь повязку на глазах. Но это невозможно.
Я резко втягиваю воздух через нос, когда кто-то хватает меня и поднимает.
Поскольку я знаю, что мы все еще на улице, я тут же пытаюсь закричать сквозь кляп и освободиться.
Парень просто перекидывает меня через плечо, словно я какой-то слабый ребенок, и начинает идти.
Позади меня снова захлопывается багажник. Я напрягаю слух, пытаясь понять, куда меня привезли. Но слышу только громкое биение собственного сердца, заглушающее все звуки вокруг.
Мне не следовало уходить из кафе. Сегодня мне следовало остаться дома. Мне следовало...
Открывается дверь.
Легкий ветерок исчезает, а это значит, что мы, должно быть, зашли в помещение. По полу раздаются шаги: мои похитители продолжают пересекать комнату, в которой мы находимся. Затем открывается еще одна дверь.
Меня охватывает ужас, когда мы внезапно начинаем спускаться по ступенькам.
О Боже. Они что, несут меня в какую-то камеру пыток?
Неужели это происходит на самом деле? Я думала, что людей похищают только в кино, но, раз уж я сама оказалась в похожей ситуации, вполне возможно, что подвалы для пыток тоже существуют.
Я судорожно вдыхаю через нос, когда парень, несущий меня, опускает на холодный каменный пол. Я пытаюсь отползти, но мне едва удается пошевелиться.
Шок пронзает меня, когда кто-то внезапно срезает путы с моих лодыжек. Быстро освободив ноги, я переворачиваюсь и встаю на колени. Но прежде чем я успеваю подняться на ноги, мне в лоб упирается дуло пистолета.
Я тут же перестаю двигаться.
Мое сердце колотится о ребра, а кровь шумит в ушах.
Но один из мужчин просто перерезает стяжки на моих запястьях, а затем перемещает меня так, что я оказываюсь на полу, прислонившись спиной к стене. Пистолет остается у моего лба, в то время как похитители хватают меня за запястья и поднимают их над головой.
Металлические щелчки эхом разносятся по комнате, когда мои запястья приковывают наручниками к стене над моей головой.
Затем пистолет исчезает.
Вертя головой из стороны в сторону, я отчаянно пытаюсь хоть что-то разглядеть. Но у меня по-прежнему завязаны глаза. А рот заклеен скотчем. И теперь я прикована наручниками к стене чьего-то подвала.
Мое сердце бешено колотится в груди, а паника разливается по моим венам.
Рыдание вот-вот вырвется из моих легких.
О Боже, что я наделала?
Как бы я хотела, чтобы Джейс был здесь.
Глава 24
Джейс
Стоя в подвале Илая и Райны, я наблюдаю за Кайлой, которая сидит с завязанными глазами, заклеенным ртом и прикованная наручниками к стене. Илай, Кейден и Рико стоят рядом со мной, тоже изучая ее.
Затем Рико поворачивается ко мне и поднимает бровь в немом вопросе.
Я качаю головой. Дадим ей еще минуту, чтобы она хорошенько подумала о последствиях своих действий.
После нашей вчерашней ссоры я решил, что настало время показать ей, почему ей нужен телохранитель. Вот почему я вчера попросил своих братьев о помощи. Оставалось только позволить ей улизнуть из кафе и отправить сообщение Илаю, который уже ждал в машине с Кейденом и Рико. Остальное они все сделали сами.
Илай засунул пистолет обратно в кобуру и теперь с ухмылкой смотрит на моего закованного в кандалы маленького демона, в то время как Кейден бросает на меня взгляд, полный злобного одобрения. Рико лишь пожимает плечами в ответ на мое покачивание головой и отворачивается, чтобы посмотреть на нее.
Короткое синее платье, которое на ней надето, немного задрано, так что прикрывает только верхнюю часть бедер, а ее конский хвост теперь гораздо более растрепан, чем раньше.
Слабая улыбка появляется на моих губах.
Она выглядит невероятно сексуально, когда вот так прикована наручниками к стене.
Мы ждем в тишине еще минуту, пока я не убеждаюсь, что Кайла осознала свою ошибку относительно того, что в одиночку предотвратить похищение ей не удастся.
Затем я, наконец, подхожу ближе, становлюсь прямо рядом с ней, наклоняюсь и берусь за край скотча, приклеенного к ее рту. Она слегка вздрагивает, когда мои пальцы касаются ее щеки, но после замирает, пока я осторожно снимаю скотч.
Она не пытается кричать. Только пару раз двигает челюстями, а потом снова закрывает рот.
Я одобрительно киваю ей, хотя она этого и не видит.
Несмотря на панику, которая, несомненно, клокочет внутри нее, она сумела как следует обдумать ситуацию. Ранее Илай приставил пистолет к ее лбу, чтобы она знала, что по крайней мере у одного из ее похитителей есть оружие. А кричать на человека с оружием – поступок крайне опасный и безрассудный. Особенно если у тебя к тому же завязаны глаза и ты прикован наручниками к стене.
Молчание – самое мудрое решением, и я даже похвалю ее за это.
Как только закончу читать ей нотации.
Заведя руку ей за голову, я снимаю повязку с глаз и бросаю ее на пол поверх выброшенного куска скотча.
Она пару раз моргает, а затем быстро окидывает взглядом комнату.
Я знаю, что она видит.
Это похоже на камеру пыток. На стенах висят цепи и кандалы, а также есть кое-какая мебель, которой на самом деле не место в обычном подвале.
Но я точно знаю, что Илай и Райна используют это место больше для своих безумных сексуальных игр, чем для чего-либо еще.
И, честно говоря, этот подвал даже не так уж плох. У Кейдена и Алины все гораздо хуже.
Голубые глаза Кайлы мельком обводят комнату, задерживаясь на моих братьях, стоящих чуть поодаль от нас. Затем она переводит взгляд на меня.
Несколько секунд ее мозг как будто не может осознать увиденное.
Затем, кажется, до нее доходит.
Ее глаза расширяются от абсолютного недоумения, а рот приоткрывается.
– Ты, – выпаливает она, уставившись на меня. – Ты, ты...
Я ухмыляюсь, стоя рядом с ней. Затем вскидываю бровь и бросаю на нее взгляд, полный вызова.
– Что ты там говорила о том, что тебе не нужен телохранитель?
Гнев вспыхивает на ее лице, как удар молнии, и она с диким воплем дергает за наручники:
– Я, блять, убью тебя!
Илай, стоящий в нескольких шагах от меня, тихо хихикает.
– Меня? – Я прижимаю руку к груди, изображая притворное возмущение, не сводя взгляда с Кайлы. – Я ничего не делал. – Повернувшись, я указываю на своих братьев. – Познакомься со своими похитителями. Илай.
Мой старший брат ничего не говорит, просто продолжает наблюдать за ней.
– Кейден, – продолжаю я.
Кейден одаривает ее своей зловещей улыбкой.
– И Рико, – заканчиваю я, кивая в его сторону.
Он приподнимает два пальца к виску и лениво отдает ей честь.
В глазах Кайлы вспыхивает адское пламя, когда она переводит взгляд на меня. Клянусь, я слышу, как сильно она скрежещет зубами.
– Ты приказал своим братьям похитить меня? – Она практически выплевывает эти слова.
Я выдерживаю ее яростный взгляд.
– Да.
– Я...
– И ты видела, с какой легкостью они похитили тебя? – Резко перебиваю я ее.
Ярость снова вспыхивает на ее лице, и она резко дергает за наручники.
– Клянусь Богом, когда я освобожусь от этих наручников, я...
– Дайте мне минутку, ладно? – Говорю я братьям.
Рико кивает.
– Мы будем наверху. Девочки все равно скоро вернутся.
Направляясь к двери, Кейден бросает на меня понимающий взгляд, а на его губах появляется легкая ухмылка. Я прищуриваюсь, глядя на него, но он, к счастью, не озвучивает свои мысли.
А вот Илай, напротив, комментирует происходящее:
– Ты заварил кашу, тебе и расхлебывать, – предупреждает он, бросая на меня долгий взгляд и тоже направляясь к двери.
На лице Кайлы отражается шок и легкий страх. Она, вероятно, думает, что он так намекает на то, чтобы я как следует разобрался с ней. Но я знаю, что Илай имел в виду совсем не это.
Я бросаю на своих раздражающих братьев свирепый взгляд, от которого они лишь ухмыляются. Однако они, к счастью, исчезают за дверью и закрывают ее за собой, не говоря больше ни слова.
Глядя на теперь уже закрытую дверь, я качаю головой, осуждая их и их извращенные грязные умы. Я привел Кайлу сюда не для этого. Я сделал это, чтобы преподать ей урок.
– Я, блять, убью тебя, – рычит Кайла у меня за спиной.
Меня охватывает веселье, и я на мгновение улыбаюсь. Затем стираю с лица улыбку и поворачиваюсь к ней.
Переместившись так, чтобы оказаться прямо перед ней, я скрещиваю руки на груди и пристально смотрю на нее.
– И как именно ты собираешься это сделать, если ты прикована наручниками к стене в подвале моего брата?
– Как только я освобожусь...
– И как ты собираешься освободиться? – Я выдерживаю ее яростный взгляд. – А? Теперь ты полностью в моей власти.
Ее глаза вспыхивают, как молнии, но ответить ей нечего, потому что она знает, что я прав. Поэтому вместо этого она просто выдает длинную череду проклятий.
– Вот что я пытался тебе сказать, – говорю я, продолжая властно смотреть на нее. – Может, у тебя и отлично получается ускользать от собственных телохранителей, но против команды обученных профессионалов, которые хотят тебя похитить, у тебя нет ни единого, мать его, шанса. Вот почему я должен быть рядом, чтобы защитить тебя.
– Я бы не нуждалась в защите, если бы ты не послал своих психованных братьев похитить меня!
– Тебе нужно было понять, как легко тебя может похитить обученный профессионал. И как быстро это может произойти.
Видимо, и на эту правду ей нечем ответить, поэтому она переходит к угрозам.
– Как только я расскажу об этом отцу, он уволит тебя, высокомерный сукин сын.
– С чего бы ему это делать? Он лично одобрил это. – Склонив голову набок, я одариваю ее улыбкой. – Он сказал, что это, цитирую, хорошая тренировка для нее.
Еще одно рычание вырывается из ее горла, и она снова пытается освободиться от наручников.
Расцепив руки, я направляюсь к ней. Из-за наручников она не может сдвинуться с места. А вот ногами запросто может двигать.
Как только я оказываюсь в пределах досягаемости, она вскидывает ногу, пытаясь ударить меня по яйцам. Но поскольку это единственная атака, которую она могла предпринять в таком положении, я предугадываю ее действия и хватаю лодыжку.
Отведя ее ногу в сторону, я встаю между ее ног, прежде чем отпустить ее. Она может бить сколько угодно, но в таком положении я недосягаем.
Она скалит на меня зубы.
Я сокращаю расстояние между нами, пока мои ботинки не касаются ее киски. Затем я опускаюсь перед ней на корточки. Она снова дергается, пытаясь освободиться от наручников.
Схватив ее за подбородок, я удерживаю ее голову в неподвижном состоянии, а сам пристально смотрю на нее.
– Против таких людей, как я, как мои братья, людей, которые знают, что делают, тебе не справиться. Ты умная. Сильная. Упрямая. И это хорошо. Но в подобных ситуациях все это не имеет значения.
Она просто молча и сердито смотрит на меня, потому что в очередной раз понимает, что я прав. Теперь она убедилась в этом на собственном опыте.
– Признай это, – говорю я. – В подобных ситуациях тебе нужна моя помощь.
Мышцы на ее челюсти напрягаются, когда она снова скрежещет зубами.
– Признай это, – требую я.
Она просто продолжает смотреть на меня, не говоря ни слова.
Я глубоко вздыхаю и отпускаю ее подбородок. Положив ладони на бедра, я готовлюсь подняться на ноги.
– Тогда ладно. Если ты способна справиться сама, что ж, удачи тебе в попытке выбраться из этого подвала. Увидимся утром.
На ее лице мелькает тревога, и она быстро переводит взгляд с наручников, приковывающих ее к стене, на дверь в другом конце комнаты. Я выпрямляюсь и начинаю разворачиваться.
– Подожди, – говорит она. Складывается ощущение, что данное слово далось ей с большим трудом.
Остановившись, я вскидываю бровь в немом вопросе.
Она сердито вздыхает, а затем выдавливает из себя:
– Ты прав.
– В чем? – Подначиваю я.
Она сжимает кулаки, и на ее лице отражается новая волна гнева и разочарования.
– Твоим братьям с легкостью удалось похитить меня. И если бы ты был там, все бы сложилось совсем по-другому.
– А значит..?
На ее лице появляется прямо-таки убийственное выражение, и следующие слова она выдавливает сквозь стиснутые зубы.
– Что мне нужна твоя помощь.
Я ухмыляюсь. И от этой ухмылки, полной самодовольной победы, в ее глазах снова вспыхивают молнии.
– Рад, что мы наконец-то пришли к единому мнению, – говорю я, чтобы еще больше задеть ее.
Сунув руку в карман, я достаю ключи от наручников.
В ее глазах все еще горит гнев, но она ничего не говорит, когда я, наконец, снимаю наручники.
В воздухе раздаются два отчетливых щелчка.
Кайла тут же вскакивает с пола.
И нападает.
