Текст книги "Непреодолимая тьма (ЛП)"

Автор книги: Рейвен Вуд

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 22 страниц)

Глава 38

Джейс

Он не убил меня. Но лучше бы убил. Потому что теперь я не только потерял свой единственный шанс выбрать собственное будущее, но и потерял Кайлу.

Когда мне удалось поставить Кайлу на пол, натянуть штаны и выхватить нож, который Трент Эшфорд пытался вонзить мне в сердце, появились его телохранители и направили на меня два пистолета. Стрелять они не стали. Но меня уволили и выпроводили из здания.

После этого я пытался позвонить и написать Кайле, но она так и не ответила. Вероятно, потому что она занимается устранением последствий всего этого бардака. А может, теперь она меня ненавидит. Потому что я точно знаю, что у Кайлы теперь новый телохранитель, которому приказано застрелить меня, если я когда-нибудь подойду к ней ближе чем на шесть футов¹¹.

Тот маленький кусочек свободы, который ей удалось вырвать, теперь исчез.

Как и мой. На самом деле, папа чуть не убил меня за то, что я испортил его деловые отношения с Трентом Эшфордом.

Так что теперь я вернулся в Блэкуотерский университет. Без свободы. Без Кайлы. И мне некого винить, кроме себя самого.

Я бью противника кулаком в живот.

Он падает на землю.

Я знаю, что подвал вокруг меня полон людей, полон парней, которые обычно приходят в наш подпольный бойцовский клуб, но я их не вижу. Не слышу. Я слышу лишь треск в голове, а перед глазами – испуганное лицо Кайлы, когда меня выводили за дверь под дулом пистолета.

Опустившись, я сажусь верхом на своего противника и поднимаю руку. Затем я бью его кулаком в челюсть.

Блять. Блять. Блять. Почему Трент Эшфорд именно в тот, мать его, день решил навестить ее? И почему мы были такими неосторожными? Мы могли бы подождать до конца семестра. Тогда я мог бы оставить работу телохранителя, и мы бы начали встречаться. У меня были бы и Кайла, и шанс на будущее.

Но теперь у меня нет ни того, ни другого.

У меня ничего нет.

Без нее все равно ничего не имеет смысла.

Я бью кулаком. Снова. И снова.

– Я сдаюсь. Пожалуйста, Хантер. Я сдаюсь. Хантер. Пожалуйста. Я умоляю тебя.

Мне требуется несколько секунд, чтобы осознать слова и понять, откуда они доносятся. Кто их произносит.

У меня голова идет кругом.

Я несколько раз моргаю, прежде чем мои глаза останавливаются на парне, лежащем подо мной.

Из его носа и губы стекают струйки крови. А в глазах мелькают паника и страх. Одна рука поднята вверх в знак капитуляции. Другой он отчаянно постукивает по полу.

Я смотрю на эту руку.

Стук.

Он стучит, чтобы сдаться.

О, черт. Как долго он пытался сдаться? Я даже не слышал его.

Я ни черта не слышу из-за рева в своей голове.

Слезая с него, я, пошатываясь, поднимаюсь на ноги.

Мой противник отползает назад, пока не упирается спиной в бетонную стену позади себя. Запрокинув голову, он пытается остановить кровь, стекающую по подбородку.

Хаос и беспокойство разрывают мою душу.

Мне нужен еще один бой. Я резко оборачиваюсь и ищу парня, который собирался драться со мной следующим. Наши взгляды встречаются.

На его лице мелькает страх.

В мгновение ока он падает на колени и стучит ладонью по полу. Сдавшись еще до начала боя.

Ярость переполняет меня. Мне нужно подраться. Мне нужно что-то сделать, чтобы остановить этот хаос, который продолжает поглощать меня.

Мой взгляд скользит по остальной толпе.

Все присутствующие в комнате опускаются на колени и стучат ладонью по полу, символизируя капитуляцию.

Рычание вырывается из моих легких.

Они все сдались еще до начала боя.

Я ненавижу их за это, потому что мне так, блять, сильно нужно подраться, что я едва могу дышать. Едва могу думать. Едва могу видеть.

Но я также понимаю их. Это не первый раз, когда меня охватывает подобная ярость, и предыдущие разы заканчивались не очень хорошо для людей, которые были достаточно храбры и глупы, чтобы согласиться драться со мной.

Когда Кейден был здесь, он всегда намеренно провоцировал меня на драки, чтобы я мог избавиться от гнева и беспокойства до того, как все станет совсем плохо. Но Кейден, Илай, и Рико уже закончили академию. Так что в этом году рядом нет никого, кто мог бы меня остановить, когда я теряю контроль над собой.

Я пару раз уже так терял контроль над собой, и все в этом бойцовском клубе научились распознавать признаки. Они знают, когда можно безопасно драться со мной, а когда лучше отказаться от боя еще до его начала, потому что все защитные механизмы в моем мозгу уже вышли из строя.

И я, блять, ненавижу их всех за это. Но не могу их винить.

Поэтому я разворачиваюсь на пятках и направляюсь к лестнице.

На низком столике у стены стоит полупустая бутылка виски. Кажется, я принес ее с собой, хотя и не могу вспомнить этого. Но я все равно хватаю ее, взбегая по ступенькам.

Распахнув дверь, я выхожу на темную лужайку.

Ветер кружит вокруг меня, трепля волосы, когда я возвращаюсь к своему дому.

Я подношу бутылку к губам и делаю большой глоток.

Затем я опускаю взгляд и замечаю, что на мне нет рубашки. Была ли она на мне, когда я выходил из дома? Не помню. Да это и не имеет значения.

Больше ничто, блять, не имеет значения.

Кайлы нет. Моего будущего тоже нет. У меня ничего нет.

Боль пронзает мое сердце. Она настолько сильна, что я отшатываюсь в сторону и хватаюсь за чей-то забор. Сжав руку в кулак, я прижимаю его к сердцу, пытаясь унять боль.

Это не помогает.

Я судорожно втягиваю воздух и снова делаю большой глоток из бутылки.

Оттолкнувшись от забора, я снова направляюсь к своему дому.

Все мое тело ощущает пустоту. Как будто внутри меня нет ничего, кроме боли.

Какой, к черту, смысл во всем этом?

Я все испортил.

Я лишил Кайлу шанса на свободу и из-за меня к ней приставили нового телохранителя. Теперь он будет следить за каждым ее шагом, и она возненавидит свою жизнь. Я разрушил свои шансы на свободу, не сумев доказать отцу, что могу быть профессиональным и ответственным. Я испортил отношения Кайлы с ее родителями. Я испортил отношения с собственными родителями. И разрушил наши отношения с Кайлой, даже не дав им начаться.

В этой ситуации был один верный путь. Но мы им не воспользовались.

Проводя пальцами по волосам, я делаю еще один глоток из бутылки и, пошатываясь, иду по подъездной дорожке к своему дому.

Прошло уже три дня, а я так и не набрался чертовой смелости рассказать об этом своим братьям. Если они еще не считают меня полным неудачником, то теперь точно начнут.

Входная дверь с глухим стуком захлопывается за мной. Я не запираю ее. Если кто-то захочет вломиться и напасть на меня, пусть. Мне плевать. Я даже буду рад этому.

На самом деле, я отчаянно хочу пойти к Петровым и спровоцировать Антона и его кузенов-близнецов на драку. Они меня все еще недолюбливают и могут поддаться на провокацию.

Но Алина разозлится, если я причиню боль ее брату и кузенам. А если я расстрою Алину, Кейден сдерет с меня шкуру живьем.

На самом деле, я бы не возражал, если бы он это сделал. Но я не смог бы вынести разочарования в его глазах. Его гнев я бы пережил. А вот разочарование – нет.

Диван тревожно скрипит, когда я опускаюсь на него. Я снова поднимаю бутылку и делаю большой глоток.

Часть меня хочет ворваться в офис Трента Эшфорда, приставить пистолет к его виску и сказать ему, что Кайла – моя, независимо от того, что он думает о наших отношениях.

Но я не могу так поступить с Кайлой. Не могу заставить ее выбирать между мной и ее отцом. Я не хочу, чтобы ей приходилось выбирать. Она и так уже слишком много потеряла.

Так что я скорее покончу с собой, чем стану причиной того, что она потеряет еще одного члена семьи.

Прислонившись затылком к спинке дивана, я смотрю в потолок. В доме темно и тихо. Это так контрастирует с бушующим хаосом в моей голове.

Я хочу кого-нибудь избить до полусмерти. Хочу швырнуть эту бутылку через всю комнату, чтобы услышать звон разбитого стекла. Хочу поджечь дом. Я хочу сделать что-нибудь, что избавит меня от гнетущего беспокойства, которое грозит разорвать меня на куски.

Но я не могу.

Поэтому я делаю единственное, что могу, чтобы заглушить боль внутри себя.

Я сижу на диване. И пью.

Глава 39

Кайла

Когда я услышала, что Джейс живет в кампусе для наемных убийц, это было совсем не то, чего я ожидала.

Я смотрю на ряды красивых домов с небольшими дворами, расположенными вдоль дороги. Ближе к въезду и в центре района стоят несколько более крупных зданий, напоминающих жилые дома, но здесь же – только отдельно стоящие домики.

Проверяя сообщение на своем новеньком телефоне, я убеждаюсь, что нашла нужный дом, прежде чем подхожу к двери. Будет очень хреново, если в итоге меня застрелят только потому, что я позвонила не в ту дверь.

Дом передо мной потрясающий. Он элегантный, построен из темного дерева, и вокруг него есть двор. На улице припаркован черный Range Rover, что, надеюсь, означает, что Джейс здесь. К тому же сейчас девять часов утра и сегодня суббота, значит, он точно не на занятиях.

Остановившись у двери, я поднимаю руку и звоню.

Ничего не происходит.

Я хмуро смотрю на дверь.

Может, дверной звонок не работает?

Снова поднимая руку, я решаю постучать.

Ответа нет.

Я хмурюсь.

Затем стучу еще несколько раз.

По-прежнему никакого ответа.

Раздраженно вздохнув, я просто нажимаю на ручку и дверь открывается.

Несколько секунд я просто в замешательстве смотрю на открытую дверь. Парень живет в кампусе для наемных убийц и оставляет входную дверь незапертой? О чем, черт возьми, он думает?

Качая головой из-за его беспечности, я переступаю порог и вхожу в коридор.

Внутри дом так же прекрасен, как и снаружи. Пол и стены из гладкого темного дерева, в конце коридора расположена элегантно винтовая лестница, а на потолке красуются и декоративные люстры. Такое ощущение, будто я попала не в мир наемных убийц, а в свой мир. Мир неприлично богатых людей.

Вернее, это можно было бы так назвать, если бы здесь не было так чертовски грязно.

Я перешагиваю через биту, лежащую на полу посреди коридора. Проходя дальше, я заглядываю в комнату справа от меня. Это кабинет, в котором, на удивление, царит чистота. Но Джейса нигде не было видно, поэтому я направляюсь к дверному проему слева.

Меня охватывает шок, когда я вхожу в кухню, совмещенную с гостиной.

Стены и пол здесь также сделаны из темного дерева, в центре комнаты стоит большой обеденный стол, справа от меня – кухонный островок и бытовая техника из нержавеющей стали, а на другой стороне комнаты – кремовый диван перед большим телевизором. Это было бы прекрасное место, если бы, опять же, здесь не было так чертовски грязно.

На кухонном островке валяются пустые стаканы и бутылки из-под виски. Там же лежит бита. И еще одна на полу рядом со столом.

Я недоверчиво оглядываю комнату.

Затем мой взгляд останавливается на диване.

Копна растрепанных каштановых волос рассыпалась по спинке сиденья.

Я медленно иду к нему. Проходя мимо биты, лежащей на полу, я наклоняюсь и поднимаю ее. На всякий случай.

Но когда подхожу к дивану и обхожу его, мои подозрения подтверждаются, и я действительно нахожу там Джейса. Хотя его вид все еще шокирует меня. Не потому, что это он, а из-за того, как он выглядит.

У него темные круги под глазами, и он хмурится, хотя явно спит. Костяшки его пальцев в крови, он без рубашки, и на его обнаженной груди тоже брызги крови. На низком кофейном столике перед ним стоит пустая бутылка из-под виски, но стакана нет.

Он выглядит... сломленным.

Боль пронзает мое сердце при этой мысли. Она настолько сильна, что я чуть не роняю биту.

Но тут же за ней следует вспышка гнева.

Нет. Он не имеет права так самоуничтожиться только из-за того, что у нас случилась неудача. Да, все пошло наперекосяк. И да, оглядываясь назад, мы должны были поступить по-другому. Но нет ничего, чего мы не могли бы исправить.

Подходя к нему поближе, я тычу в него битой.

Его глаза резко открываются, и он вскакивает с дивана.

Мой желудок сжимается, когда он разворачивает меня, вырывает биту из моей руки и прижимает к стене. От удара из моих легких вырывается хрип, и я несколько раз моргаю.

Джейс стоит прямо передо мной, одной рукой цепляясь за мой воротник, а другой сжимая биту.

На несколько секунд его взгляд становится диким и рассеянным, как будто он все еще не понимает, что произошло, или где он находится и кто я такая.

Затем он моргает.

Еще раз.

Осознание обрушивается на него, как товарный поезд.

Он отшатывается, потрясенный, и, споткнувшись, отступает назад, отпуская мою рубашку. Бита выскальзывает из его руки и с грохотом падает на пол.

– Кайла, – выпаливает он, все еще глядя на меня широко раскрытыми глазами, как будто не может поверить, что я действительно здесь.

Я откашливаюсь, набирая воздух обратно в легкие, а затем разглаживаю рубашку.

– Да, я действительно должна была это предвидеть после инцидента с сиреной. Удивлять тебя, когда ты спишь, – действительно ужасная идея.

Джейс все еще пялится на меня, разинув рот.

– Ты здесь.

Я выгибаю бровь.

– Очень наблюдательно с твоей стороны.

– Ты здесь, – просто повторяет он с изумлением в голосе. – Как..? Почему..?

Игнорируя его вопросы, я киваю в сторону пустой бутылки из-под виски на столе.

– Ты выпил все это прошлой ночью?

Он бросает взгляд на бутылку, а затем снова смотрит на меня, все еще выглядя озадаченным.

– Э-э, да. Думаю, да.

– Где твоя рубашка?

– Не знаю.

– Это кровь?

Его взгляд опускается на обнаженную грудь, испачканную кровью. Затем он смотрит мне в глаза и пожимает плечами.

– Она не моя.

Я закатываю глаза.

– Мило, что ты думаешь, будто это должно меня утешить.

Наконец, в его глазах появляется проблеск света. От этого зрелища у меня екает сердце. На его губах на мгновение появляется улыбка, и он проводит рукой по своим растрепанным волосам.

С серьезным выражением лица я подхожу к раковине и беру стакан из шкафчика рядом с ней. Наполнив его водой, я возвращаюсь к Джейсу и сую стакан ему в руку. Он растерянно моргает, глядя на меня.

– Пей, – приказываю я. – А затем тащи свою задницу в душ.

Его брови взлетают вверх.

– Я что, непонятно сказала? – спрашиваю я.

Теперь он улыбается по-настоящему. Это зрелище мгновенно снимает груз с моей груди.

Поднеся стакан к губам, он выпивает все несколькими большими глотками.

– Хорошо, – говорю я, забирая у него пустой стакан. Затем указываю рукой на дверь. – А теперь иди в душ.

Его глаза блестят, когда он смеется. Затем на его губах появляется лукавая ухмылка, и он окидывает меня взглядом.

– Я говорил тебе, что ты чертовски сексуальна, когда командуешь?

У меня мурашки бегут по спине, и я с трудом сдерживаю улыбку. Но продолжаю указывать рукой на дверь и просто говорю:

– В душ.

С той же ухмылкой на губах он поднимает два пальца к лбу, отдавая мне честь.

– Да, мэм.

Я тихо смеюсь, когда он выходит за дверь.

Пока он принимает душ где-то наверху, я прохаживаюсь по гостиной и кухне, лениво изучая обстановку. Закончив с этим, я перехожу в комнату напротив. Этот кабинет выглядит аккуратнее и чище, чем остальные комнаты внизу. Я прохожу вдоль полок, разглядывая названия на корешках.

– Нашла что-нибудь интересное? – внезапно спрашивает Джейс у меня за спиной.

– Не совсем, – отвечаю я, начиная разворачиваться. – Но я не... – я замолкаю, когда мой взгляд падает на Джейса.

Свои каштановые кудри все еще влажные после душа он зачесал назад, и, боже, как же это сексуально. И в довершение всего на нем только спортивные штаны.

Я смотрю на его рельефное тело. На капельку воды, которая стекает с его волос по шее, а затем по обнаженной груди. На абсолютно греховную V-образную мышцу, исчезающую в его штанах.

Жар охватывает меня.

– А, – говорит Джейс, и его голос звучит слишком самодовольно. – Я вижу, ты наконец-то нашла кое-что интересное.

Я с большим трудом отрываю взгляд от его тела и смотрю ему в глаза. Затем вопросительно выгибаю бровь.

Он просто небрежно пожимает плечами, направляясь ко мне.

– Ты всего лишь велела мне принять душ. Ты не уточнила, что после этого я должен был надеть рубашку.

Его глаза сверкают, когда он сокращает расстояние между нами, пока не оказывается так близко, что моя спина прижимается к книжной полке позади меня. Он скользит пальцами по моей шее, затем кладет их под подбородок, заставляя меня запрокинуть голову и встретиться с ним взглядом. От его прикосновений по моей коже пробегают молнии.

– А теперь, когда ты наконец-то отвлеклась от моего тела, – начинает он с озорной улыбкой на лице. – Я могу заставить тебя ответить на мои вопросы. А именно, как ты здесь оказалась? И где твой новый телохранитель?

Такая же улыбка появляется и на моем лице, когда я бросаю на него многозначительный взгляд.

– О, он, наверное, все еще ждет, когда я выйду из туалета в кафе.

Джейс удивленно поднимает брови.

Я усмехаюсь.

– О, до тебя я проделывала этот трюк по меньшей мере с полудюжиной телохранителей. – Я прищуриваюсь, глядя на него. – Хотя никто другой не был таким раздражающе проницательным, как ты.

Я практически вижу, как раздувается эго Джейса. Но прежде чем я успеваю упрекнуть его в этом, на его лице появляется серьезное выражение, и он пристально смотрит на меня.

– Но я думал... – начинает он и замолкает, прежде чем закончить: – Когда ты не отвечала на мои звонки и сообщения…

Засунув руку в карман, я достаю новый телефон, который мне пришлось купить после того, как папа конфисковал мой старый. Джейс смотрит на телефон, и его лицо озаряется пониманием, мне даже не нужно ничего объяснять.

– О, – говорит он.

– Да. – Я засовываю телефон обратно в карман. – И в Google я бы точно не смогла найти твой номер телефона. Поскольку ты… ну, ты.

Он морщится.

– Я боялся, что ты винишь меня за то, что я все испортил и из-за меня к тебе приставили нового телохранителя.

– Почему я должна винить тебя за это? Это я предложила начать встречаться, хотя ты все еще работал на моего отца. – Я закатываю глаза от его глупости и хлопаю его по груди тыльной стороной ладони. – Идиот.

С его губ срывается облегченный смешок. Затем к нему возвращается серьезность, и он снова пристально смотрит на меня.

– Итак, что мы будем делать дальше? Твой новый телохранитель застрелит меня при первой же возможности.

– Да, папа... немного зол.

– Немного?

– Ладно, очень зол. Но это, наверное, потому, что он застал нас голыми. Если бы он только услышал о том, что мы вместе, он не был бы так зол.

– Слава богу, что он не зашел, когда я наклонил тебя над столом. – Его глаза озорно блестят. – Или когда ты ползла ко мне голая.

Меня охватывает стыд при одной мысли о том, что мой отец мог это увидеть.

– О Боже. Думаю, я бы застрелилась, если бы он это увидел. – Покачав головой, я отгоняю эту ужасную мысль. – В любом случае, да, сейчас он зол. Но это пройдет. И тогда мы снова сможем начать встречаться открыто.

– А до тех пор?

– А до тех пор нам придется держаться на расстоянии. Мы можем разговаривать по телефону, но я не смогу тайком встречаться с тобой. Это только навредит нам.

Он глубоко вздыхает и прижимается своим лбом к моему.

– Черт.

– Ты... – начинаю я. Мое сердце внезапно начинает бешено колотиться в груди, и я нервно сжимаю руку. – Ты не против? Я помню, ты говорил, что обычно ты довольно... э-э, активен.

Джейс хмурится, глядя на меня, и на его лице мелькает замешательство.

– Так что, мы не обязаны хранить друг другу верность, если ты не хочешь...

– Что? – вырывается у него, когда он внезапно понимает, о чем я говорю. – Конечно, мы будем верны друг другу. Я скорее отрежу себе член, чем прикоснусь к кому-то еще.

Мое сердце трепещет, и я на мгновение теряю дар речи.

– О.

– А ты, маленький демон, – продолжает он. Его пальцы легонько скользят по моей шее. – Ты, конечно, можешь прикоснуться к кому-то другому, если хочешь. Но знай, что если ты это сделаешь, я выслежу его и убью. Очень медленно. И очень, очень болезненно.

Темный трепет пробегает по моей душе, и дьявольская улыбка расплывается на моих губах, когда я встречаюсь с ним взглядом.

– Хорошо. Тогда мы пришли к единому мнению.

– Именно. Итак...

Его слова прерываются тихим стоном, когда я провожу пальцами по его обнаженной коже прямо над штанами. По его мощному телу пробегает дрожь. Я запускаю руку ему в штаны и обхватываю пальцами его член.

Из горла Джейса вырывается сдавленный звук, и он опирается рукой о книжные полки позади меня, когда я усиливаю хватку и скольжу рукой по его члену, вверх и вниз. Он сразу же твердеет.

– Так что, полагаю, нам просто нужно максимально использовать наше сегодняшнее время, – говорю я, снова двигая рукой.

Джейс сжимает пальцы в кулак, опираясь на книжную полку, и делает глубокий вдох через нос.

– Мы должны...

Входная дверь распахивается настежь.

– Просыпайся, Золотце, – раздается за дверью кабинета уже знакомый голос. – И тащи свою задницу вниз, пока я не отлупил тебя за то, что ты впустую тратишь мое время.

Джейс вздрагивает от неожиданности и пытается повернуться к двери. Но я продолжаю держать руку на его члене, не давая ему пошевелиться.

Входная дверь снова захлопывается. Из коридора раздаются звуки трех пар шагов, направляющихся к нам. Я остаюсь на месте и снова скольжу рукой по члену Джейса. Его взгляд устремляется на меня. Но прежде чем он успевает что-либо сказать, в дверном проеме появляются трое мужчин.

Илай, Кейден и Рико.

– О, ты проснулся, – говорит Рико, и его слова звучат гораздо менее угрожающе, чем слова Илая. – Отлично.

Я снова провожу рукой по члену Джейса.

По его телу пробегает дрожь, и он прикусывает щеку, чтобы сдержать стон. Бросив на меня предупреждающий взгляд, он поворачивает голову и смотрит на своих братьев.

– Да, э-э... – с трудом выдавливает он. – В данный момент я немного занят.

Я снова двигаю рукой, и с его губ почти срывается стон.

Все трое хмурятся. За его огромным телом они точно не могут увидеть меня, поэтому понятия не имеют, что я ему дрочу.

– Вы можете просто... – хрипит Джейс, его рука, лежащая на книжной полке, сжимается и разжимается. – Подождать меня в гостиной?

Он делает глубокий вдох, словно пытаясь успокоиться. Как раз в тот момент, когда мне кажется, что он почти взял себя в руки, я дразню его головку большим пальцем.

Его колени почти подкашиваются.

– Пожалуйста, – выдыхает он. И я не уверена, обращается ли он к своим братьям или ко мне.

Кейден усмехается, но Рико говорит:

– Конечно.

Они все начинают поворачиваться.

– О, и Кайла? – Внезапно говорит Илай.

Мое сердце подскакивает к горлу. Неужели они меня увидели?

Высунув голову из-за спины Джейса, я встречаю удивленные взгляды его братьев.

– Вот так сводишь Джейса с ума, в то время как он пытается вести себя нормально? – Спрашивает Илай. В его золотистых глазах сверкает злорадство, когда он одаривает меня улыбкой. – Мы одобряем.

Все трое смеются. Рико даже подмигивает мне.

Тепло разливается по моей душе.

И я вдруг чувствую, что стала частью семьи.