Текст книги "Бронзовая лилия (ЛП)"

Автор книги: Ребекка Ройс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 17 страниц)

Глава 7

Франциско был дома, когда мы наконец добрались. Он смотрел в окно потягивая кофе, но обернулся, когда заметил нас. Его улыбка стала широкой.

– Вы вернулись.

Именно тогда я увидела его синяк под глазом и его кровоточащие костяшки, как и у Хавьера. У них явно был похожий день.

Я пошла прямо к холодильнику и открыла морозильник. Гвадалупы не было на кухне, и я не знала, входит ли забота о парнях в её обязанности, особенно когда они ломают себе руки. У меня был многолетний опыт в этом, в основном, из-за драки между моими братьями. Но к тому времени как они выросли, они уже не просили моей помощи.

Взяв два полиэтиленовых пакета, я наполнила их льдом.

– Вы двое, сюда пожалуйста.

Хавьера поставил мои сумки на диван и сразу подошёл, а Франциско последовал за ним. Они сели за стойку, где мы завтракали, и я положила пакеты им на руки.

– Посидите там несколько минут.

      – Спасибо, – улыбнулся Хавьер, – Это очень мило с твоей стороны.

Франциско посмотрел на своего брата, когда тот взял пакет.

– Что случилось с твоей рукой, старший брат?

– Я выбил дерьмо из Лукаса. – Он добавил что-то по-испански, чего я не поняла и постаралась не обратить внимание. Я здесь только двадцать четыре часа, но уже могла сказать, что незнание языка быстро надоедает. Как только у меня появятся устройства, я собираюсь выучить.

Франциско вздрогнул, а затем посмотрел на меня. – Увидела моего брата в лучшем света, да?

Я встретилась взглядом с Хавьером.

– Думаю, да.

Младший брат застонал.

– Я не хочу знать. Но я также я рад, что снова могу показать тебе лучшие свои стороны. – Он наклонился и поцеловал меня. – Сегодня я избил двух людей. Они должны были нам деньги. Теперь их больше нет. Они заплатили свою цену. В основном, это ниже моего уровня, но мой отец хотел, чтобы я разобрался с ними, что я и сделал. Кажется, он думает, что моя единственная цель в этой семье – выбивать дерьмо из людей, так что я делаю это, когда просят.

Хавьер покачал головой, – Это довольно большая часть его работы.

Я улыбнулась им, – Ну тогда развлекайтесь. О, и Хавьер, мне нужен телефон. И ноутбук. Что-то вроде этого.

Он медленно кивнул, – Ты их получишь, только не сегодня. После того, как поговоришь с Алехандро. Уверен, это того стоит. Имей терпение.

Я наклонилась вперёд, достаточно чтобы почувствовать его опьяняющий запах мужественности, который был на мне в машине,

– Это что-то вроде испытания?

– Всё в жизни – испытание. Это только ещё один из них, – Он подмигнул мне, – Не хочешь отдохнуть? Ты не устала?

Я рассмеялась

– Я в порядке, но, если я тебя утомила, ты должен пойти и вздремнуть.

Его глаза расширились, прежде чем он покачал головой,

– Сквернословишь.

Я оставила его рукой, и показалось, что сейчас самое время уйти, что я и сделала. Я закрыла дверь в свою комнату, и прислонилась к ней, закрыв глаза. У меня было всего несколько дней. И я не знаю, что делать с Франциско и Хавьером, и тем, чем мы занимаемся или с тем, что я на днях вышла замуж и была немного в шоке. Они были незнакомцами. Я занялась сексом с обеими, но это было тем, чего хотели они. Кроме того, возможно они хотели большего, чем просто нянчится со мной – простите, охранять меня. Я ворвалась в их жизнь точно так, как они – в мою.

Все мы немного запутались. Но сейчас у меня были средства для волос, и я собиралась принять душ и расслабиться.

Сегодня вечером, надеюсь, получу некоторые ответы. Мне нужно знать, что происходит. Очень нужно.

Долгий душ улучшил моё настроение. Я смыла свою неуверенность. Кажется, это будет реальной проблемой. Алехандро не хотел спать со мной, но его братья хотели. Почему? Может Алехандро гей. Я нанесла кондиционер на волосы и постояла, чтобы он впитался в мои длинные пряди, чтобы не выглядеть будто меня ударило током, когда выходила из дома.

Или может он не был геем. Может раньше его похитили геи. Это тогда всё усложняет. Он уже десять лет знал, что женится на мне. Но это не означает, что он не пошёл и влюбился в одну женщину. Может не имея возможности жениться на ней из-за меня, он пообещал ей, что они будут жить как муж и жена во всех отношения, кроме законных. Это означало бы, что, по сути, я – преграда в их истории любви. Как человек, появившийся в его доме два дня назад и ворвавшийся в его жизнь, я ожидала враждебного отношения. Моё сердце забилось быстрее при этой мысли. Это могло быть правдой, если бы он тоже был геем. У него мог быть муж во всех отношениях, кроме законных.

Я прикусила губу. Если окажется так, то я должна убираться от сюда. Позволить ему отправить меня в какую-нибудь далёкую страну, где я могла бы стать счастливой и никому не мешать. Я бы нашла свою историю любви. И получу свою грёбанную степень.

Мы не должны быть привязаны к несчастью. До сих пор Франциско и Хавьер действительно были замечательными, но нянчиться со мной им быстро надоест. Скоро я перестану быть новинкой. А потом я застряну с разъярённым мужем, проживая свои дни в одиночестве, пока не напьюсь до смерти или начну разговаривать с сотнями кошек, которых приючу в качестве компании.

Я смыла кондиционер. Алехандро наследник наркоимперии. Когда его отец умрёт, империя достанется ему точно так же, как дом моего отца стал домом Сальваторе. У Алехандро была степень MBA. Конечно, он может посчитать, что отсылать меня – будет способом сделать всех счастливым и увеличить доход. А мне просто надо пробудить в нём чувство логики.

Если только правда не заключилась в том, что про одном взгляде на меня он увидел фасад, который я показывала миру: мою бесполезную душу, мой исправленный нос, и что однажды я стану непривлекательной женщиной, которая пытается носить дизайнерские одежды и решил лучше не совать свой член. Его братья были бы рады поиздеваться на мной, а потом я бы жила за закрытыми дверями какого-нибудь комплекса, где все забудут о моём существовании.

Думаю, я предпочитаю сценарий, где он был бы женат. По крайней мере, дело было бы не во мне и в моей непривлекательности.

По правде говоря, я должна быть благодарна Алехандро, что он не хочет меня таким образом. Нас обоих продали друг другу. Меня практически освободили от обязательного секса. Но проблема была в его сексуальности, он мне нравился, и я была бы не прочь трахнуть его, даже если бы на этом наш брак заканчивался. Без этого, я не была бы важна для него, но поскольку в мире, где я родилась, правили мужчины, я хотела, чтобы он хотел меня. Мои шансы на счастье были бы выше, если мы бы могли стать друзьями, которые поженились и иногда трахались.

Я убиваю феминизм минута за минутой своими мыслями. Но моя проблема в том, что я реалист. Это настоящее. И должна жить с этим.

Выключив воду, когда закончила, я вытерлась, сделала уход за волосами с помощью, купленного нами, средства и принялась сушить их, придавая им некого подобия нормального состояния, чтобы могла стоять и смотреть на себя. Я развесила свою одежду в пустой половине его шкафа, и использовала пустые ящики для вещей, который надо было сложить. У меня нет чемодана, чтобы упаковать всё это, когда я уеду, может быть у него найдётся один для меня, чтобы я могла одолжить его пока будем переезжать в другой дом.

По крайней мере, я решила что буду делать – может отправлюсь и буду прятаться в Новой Зеландии или Австралии, подальше от его глаз, чтобы дать ему продолжить свою жизнь. Его братья забыли бы меня, и где-нибудь на экране у правоохранительных органов, которые вечно теряют его след, возник бы вопрос о пропавшей жене, о существовании которой, в конце концов, все забудут.

За исключением того, что я жила прекрасной жизнью и делала всё, что хотела и где хотела.

Я накрасилась, воспользовавшись зеркалом в ванной, а затем, наконец, надела чёрное платье, которое купила для ужина. Оно было коротким, как спагетти, и, хотя оно облегало все мои изгибы и показывало ложбинку спереди, никто бы не назвал его чрезмерно сексуальным. Я надела туфли на каблуках с ремешками, которую купила. В этом наряде мои ноги казались длиннее, чем они были на самом деле.

На мой взгляд, я выглядела презентабельно и была готова выходить. Если Алехандро вернулся, то он не зашёл в спальню, а это означало, что я пойду и посмотрю тут ли он или я должна буду встретиться с ним в ресторане. Если,

конечно, Франциско или Хавьер не будут сопровождать меня в машине? Это им быстро надоест. Мне нравится их компания, и не хотелось стать обузой.

Все три браться оказались в гостиной. Алехандро стоял, спиной ко мне, глядя на раскинувшийся перед нами пейзаж Мексики. Франциско прислонился к стене. Увидев меня, он начал хлопать в ладоши, отчего мои щёки немедленно запылали. Сейчас я буду вся красная. Правда о рыжих заключалась в том, что мы никогда не управляем своими румянами.

– Я знаю, – сказал Хавьер, вставая с дивана, где сидел, – Мне удалось увидеть её такой дважды. Насколько я понимаю, она выигрывает награду как самая горячая женщина в коротком чёрном платье за всю историю.

– Зачем я вообще накрасилась, если вы двое собирались сделать меня такой красной? – Я подошла ближе к гостиной ещё больше, и мой партнёр по ужину наконец повернулся.

Если я ожидала, что он как-то посмотрит на меня по-другому или одобрит, то я ошибалась. Он закатил свои рукава, был одет в те же чёрные брюки и рубашку, в которых был этим утром. Его пиджак висел на одном из стульев.

– Готова?

Полагаю, это было оно. Если кто-то из его братьев и считал его поведение странным, они никак этого не показывали, и это было нормально. Я выглядела как можно лучше, и это было всё, на что я способна в этот вечер. Я подумала, что мне не нужна сумка, и это было отлично поскольку я понятия не имела, где она лежит. Вероятно, со всеми остальными моими вещами в таинственном доме, куда мы когда-нибудь отправимся.

Я кивнула,

– Я готова.

Он схватил своё пальто, и я последовала за ним к лифту. Я собиралась на свидание с своим мужем на ужин, чтобы он мог наконец объяснить мне, как сложиться моя жизнь. Конечно, я нервничала, и не уверена, что что-нибудь смогу съесть. С таким же успехом мы могли бы остаться в квартире и обсудить всё там.

Но я молча следовала за мужем к машине, отличной от той, в которой я была раньше, но тот же водитель ждал нас с открытой дверью. Справа трое мужчин чистили автомобили, которым мы с Хавьером пользовались ранее. Я старалась не приходить в ужас от того, что они знали чем мы занимались, и поэтому чистили его. Может быть они регулярно детализировали все автомобили.

На этот раз я улыбнулась мужчине, который держал дверь открытой.

– Спасибо, Эдуардо.

Он моргнул, лёгкая улыбка расплылась по его лицу. Может быть он и не быстро говорил по-английски, но он понял, что я сказала. Алехандро бросил на меня удивлённый взгляд, прежде чем протянуть руку, и я последовала за ним в машину.

Это был седан меньшего размера, с перегородкой между Эдуардо и нами. Будет не так легко просто лечь и заняться грязными вещами на этот раз. Не то, чтобы Алехандро хотел этого. Он очень ясно выразился по этому поводу.

– У тебя был хороший день? – спросил он, когда мы выехали на дорогу.

Я улыбнулась.

– Да. Очень хороший. Спасибо.

– Хорошо, – он кивнул, – Рад это слышать.

Ну, это было чертовски неловко. Было хуже, чем сидеть рядом с совершенно незнакомым человеком в метро. Того человека можно игнорировать. В этом случае, мы должны были завести какой-то разговор.

– А у тебя был хороший день? – спросила я.

Он вздохнул.

– На самом деле у меня не бывает хороших дней. У меня бывают нормальные дни и тяжелые. Полагаю, такова природа, – Он немного вытянул ноги, – Сегодня было всё нормально, и то, как пройдёт этот вечер определит результат.

– Где мы собираемся ужинать? – я не спрашивала его раньше. На самом деле, это не имело значения. Еда была второстепенной по отношению к любому разговору, который мы будем иметь.

– Твой брат сказал мне, что ты любишь итальянскую кухню. Он предположил, что паста поднимет тебе настроение.

Я улыбнулась. Это был Армани. Он был единственным, кто знал это. Укол сожаления пронзил меня, и ещё я скучала по нему. Мы всегда были так близки. Это не отменяло того, в том он участвовал, но имело значение, что он додумался рассказать моему мужу подробности обо мне.

– Тогда, возвращаясь к предыдущей теме, ты думаешь может что-то произойти кроме пасты, который превратит твой день в ужасный?

Алехандро взглянул в окно, – Может быть.

Его слова ничуть не успокоили мои нервы.

      Мы наконец приехали в ресторан, и Алехандро взял меня за руку. Внутри было красиво, но не так, как я привыкла в Чикаго. Однако, отличалось то, что все смотрели на нас. Алехандро что-то сказал персоналу, который отвёз нас в заднюю часть ресторана. Мои братья не любили разговаривать на публике, столы всегда могли прослушиваться, но Алехандро, кажется, это не беспокоило.

Усевшись, я огляделась, пока он разговаривал с официантом и человеком, который, вероятно, был владельцем. Я не уверена. Он представил меня им, и заговорили о вещах, которые я не поняла. На самом деле, это не беспокоило поскольку я улыбалась и это было всё, что они хотели. Меню были разложены.

Если бы у меня был телефон, я смогла бы перевести кое-что из этого, но поскольку его у меня не было, мне нужна была помощь.

– Я не знаю, на что я смотрю. Ты можешь сделать заказ для меня?

Он слегка улыбнулся и положил своё меню.

– Да, конечно.

Ещё несколько слов, и перед нами поставили вино. Что было отлично, поскольку мне нужно было выпить. Очень. Возможно, он будет крепким, но сойдёт. Я не обедала. Что означало, завтрак был моим последним приёмом пищи. Но поскольку вино может сразу ударить мне в голову, я пока не притронусь.

Наконец, мы остались одни с закрытой дверью в ресторан. Я думала, он начнёт разговор, но нет. На самом деле, он даже не смотрел на меня, а куда-то в сторону. Я проследила его взгляд, но там ничего не было. Это означало, что он не со мной.

– Ты часто проверяешь эту комнату на наличие жучков?

Он моргнул, и уставился прямо на меня.

– Жучков?

– Извини, подслушивающие устройства.

Алехандро быстро кивнул, как будто ему только что дошло.

– Да, я знаю жучков. Извини. Подслушивающие устройства. И да, мы проверяем. Эту и несколько других ресторанов, где мы часто ужинаем. Они чисты. Ты здесь в безопасности и можешь говорить свободно, как и я.

      Я взяла его за руку через стол. Я не была уверена, сделала я это ради его или себя. Алехандро выглядел растерянным. Он заметно сглотнул, прежде чем убрать свою руку с моей и наклониться вперёд.

– Доверие – интересная штука, не так ли? Как только его обретаешь, это самое ценное, но как только теряешь, не сможешь его вернуть. В моём бизнесе не доверять кому-либо, означает, что он мёртв. Я не обязательно доверяю тем, с кем работаю, но, если я абсолютно не доверяю, с ними покончено.

Я взяла своё вино и сделала большой глоток,

– Итак, после того как ты уже пригрозил мне, давай перейдём к сути, хорошо? Я поняла тебя. Если я каким-то образом предам тебя, или расскажу кому-то что-то, я буду мертва, – Я поставила свой бокал, – Я достаточно была наказана, чтобы вести себя прилично. У меня нет телефона, что кажется разумно. Или компьютера, чтобы я могла убежать отсюда с кем-то, и выложить это в социальные сети. Однако, правда в том, что я никогда этого не сделаю. Я выросла в этой жизни. И здесь есть много правды, которые я не рассказываю, много вещей, которые я унесу в могилу.

Я разбиралась в секретах, например, в том, что авария на лодке, который унёс моих родителей, не была случайной. Лодки не просто так могут взорваться. Но я всегда держу это при себе. Как большой секрет, который никогда не следует обсуждать.

– Когда мне было двенадцать, я начал совершать переправы через границу с некоторыми лучшими лейтенантами моего отца, – Он не выглядел злым, когда говорил, это было похоже на то, что он собирается рассказать мне о своей жизни, а не на то, что мне угрожали бы смертью, прежде чем смогу это услышать, – Я уже сказал тебе, что примерно в этом возрасте мы начали.

Да, это было вчера. Я помню это. Я только кивнула, не желая его перебивать.

– Однажды, на пути домой, меня похитили. Лейтенанты, которые присматривали за мной, были мертвы. До этого я думал, что видел всё, но тогда я так не считал. Были вещи, которые я не знал. Похищения случались с детьми богатых, и я думал, что скоро буду дома. Это то, во что это я верил. Только всё произошло не совсем так.

Мои руки начали дрожать. Как будто моё тело знало, что следующее, что он скажет будет ужасным.

– Что произошло?

– Они начали говорить о том, что хотят сломать мальчика. Эта была фраза, которую они продолжали повторять на английском. Сломать мальчика. Был объявлен выкуп, но они не торопились возвращать меня. Вместо этого, они намеревались сломать меня. Они делали разные вещи. Ужасные вещи, которые никогда не должны случиться с ребёнком. И когда всё закончилось, думаю они почувствовали, что я достаточно сломлен.

Я заставила себя сглотнуть.

– Алехандро…

– Не жалей меня, Лили. Никогда не жалей меня.

Я быстро покачала головой.

– Ты наследник одной из крупнейших криминальных семей в мире. Я думаю, жалость была бы подходящей эмоцией для

кого-то, с кем ты имеешь дело. Они, очевидно, не сломали тебя. Только мне грустно от того, что с тобой случилось и мне позволено так чувствовать себя.

Мои слова, кажется, успокоили его, потому что он откинулся на спинку стула и разжал кулаки. Ударил бы он меня, если бы я пожалела его? Я так не думаю, но как я могу быть уверенной? Эта не та история, которую он бы рассказал мне, если у него был другой выбор, так что мы ещё не дошли до самой плохой части. То, что он рассказал, не было тем, что мне необходимо знать. Я бы могла продолжить свою жизнь не зная этого.

– Не имея другого выбора, мне пришлось быстро продолжать как раньше. Мой отец не потерпел бы сломленного сына. У него уже было две запасные, если я не соответствовал требованиям, так что я продолжил. Ходил в школу, и почти поверил, что со мной всё в порядке, пока не дошло до других вещей, – он схватился за свою воду.

– Другие вещи? – Я честно не знала о чём он. Какие другие вещи? Убийство? Разве это не ритуальная вещь, которую они делают?

– Секс, – он отпустил свою воду, – Я был подростком, заинтересованным в сексе, за исключением того, что моё тело решило, что оно не заинтересовано.

Меня наконец осенило. Он не может заняться сексом,

– В каком смысле?

      Было много способов, как люди занимались сексом. Если бы дело только в том, что ему не нравится тем или иным способом, мы могли это обойти. У многих людей есть триггеры, которые срабатывают.

Он поднял руку, – У меня не встаёт. Просто не встаёт. Дело не в отсутствии интереса. Я просто не реагирую. Вообще. Никогда. Я не просыпаюсь со стояком. Нет никаких образов, которые делают меня таким, и никакой стимуляции тоже. Насколько это было возможно в частном порядке, я обратился к врачам и психотерапевтам. На данный момент, кажется, это решенный вопрос. Большую часть времени я не позволяю даже думать об этом. Секс не является фактором в моей жизни, и я избегаю, всего, что может сделать это таким. Большинство из наших высокопоставленных лейтенантов думают, что я очень религиозен. Хавьер и Франциско делают это публично. И это отвлекает всех от того, что я этого не делаю. Мой отец не знает. И дядя тоже, но мои братья знают, и именно так мы придумали такой план. Тебя не должны были заставлять выходить за мужчину, который не может дать тебе полноценную жизнь. Мои братья могут дать. Но я твой муж, а они будут твоими любовниками, что уже произошло, как я слышал, и это заставляет меня думать, что всё это сработает.

У меня закружилась голова. Он только что рассказал мне очень много важной информации, – Мне…мне так жаль, что это случилось с тобой. Думаю, просто удивительно как ты продолжал идти вперёд, когда всё идёт не так.

Реально, к черту его отца и дядю. Никто даже не помог ему, когда он вернулся домой? Женщина на кухне с зашитыми губами. Мне не пришло в голову спросить, как она питается. Но она как-то питается, а Алехандро прошёл через сущий ад.

Он шумно выдохнул, – Спасибо. Это очень приятно с твоей стороны.

– Это только правда, – Я прочистила горло. Вина было недостаточно, но я не собиралась прикоснуться. На самом деле, я уже пожалела, что он заказал еду. Я не буду в состоянии кушать.

– Ничего, если я задам несколько вопросов насчёт твоей ситуации? Не о том, что с тобой произошло. Я понимаю, что ты не хочешь об этом говорить, и я не буду спрашивать.

Он кивнул, напряжение в его спине заметно ослабло, – Спрашивай. Это и твоя жизнь тоже.

Да, так и есть. Теперь я понимала это немного лучше.