Текст книги "Хозяйка Шорхата (СИ)"

Автор книги: Раяна Спорт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 18 страниц)

Глава 13

Все оказалось намного проще, чем я себе надумала. Я настолько привыкла к предательству и осторожности, что искала подвох там, где его и в помине не было. Накрутила себе целую историю, расписала все возможные сценарии, подготовилась к худшему... а в итоге все решилось одним простым разговором. Смешно даже. Теперь сижу и думаю, сколько нервов потратила зря. Надо учиться доверять людям, хотя бы иногда. И перестать видеть в каждом встречном потенциального врага.

И ведь это не первый раз со мной такое. Каждый раз зарекаюсь, что в следующий раз буду проще, легче, доверчивее. Но стоит только появиться хоть малейшему намеку на неопределенность, как во мне просыпается этот внутренний параноик. Он тут же начинает плести паутину сомнений, подкидывать самые мрачные варианты развития событий. И я, как завороженная, начинаю в это верить.

Может, дело в прошлом опыте? В тех самых предательствах, которые так глубоко засели в памяти? Или просто в моей мнительности? Не знаю. Но точно знаю, что так жить нельзя. Это же постоянное напряжение, бесконечный анализ, подозрения... Никакой радости от жизни не остается.

Надо что-то менять. Начать с малого. Не строить сразу грандиозные планы по полному искоренению паранойи, а просто стараться давать людям шанс. Верить на слово, хотя бы в мелочах. Не искать скрытый смысл в каждом взгляде и каждой фразе. Просто расслабиться и позволить событиям идти своим чередом.

И, наверное, стоит перестать корить себя за эту мнительность. Признать, что это часть меня, и научиться с этим жить. Не бороться, а скорее договариваться. Объяснять своему внутреннему параноику, что не все вокруг враги, что мир не так уж и плох, и что иногда стоит просто довериться. Может, тогда и жизнь станет немного проще и светлее.

Выслушав молодого человека, который за маской ледяного спокойствия скрывал свои чувства к моей сводной сестре, я не пожалела о потраченном времени. Как говорится: что не делается – все к лучшему. Один час затраченного времени дал мне намного больше, чем я могла предположить. Я обрела союзника в лице Борта де Сан-Раду и, признаюсь честно, возможность манипулировать неизвестной мне пока девушкой.

Их история была одновременно банальна и печальна, словно старая, заигранная пластинка с надтреснутым звуком. Они искренне привязались друг к другу еще в детстве, словно два ростка, переплетенных корнями под землей. Эта детская привязанность переросла в нечто большее, в любовь, которую они бережно хранили, словно хрупкий цветок, сквозь годы и непреодолимые препятствия. Главным из этих препятствий стал договорной брак Ансаи с истинным наследником де Сан-Раду. Судьба, казалось, безжалостно разлучала их, плетя вокруг них паутину долга и обязательств.

Казалось бы, смерть предполагаемого жениха должна была открыть им путь к счастью, развеять мрачные тучи над их головами. Но даже эта трагедия, вопреки ожиданиям, не дала молодым сердцам ни единой возможности быть вместе. Судьба, словно злой рок, продолжала преследовать их, оставляя лишь горький привкус несбывшихся надежд и тихую, ноющую боль в глубине души. Их любовь, такая чистая и искренняя, оказалась бессильна перед жестокими законами мира, в котором они жили.

Глава рода де Сан-Раду не захотел упускать свою выгоду в виде приданного моей сводной сестры. Приданное Ансаи было слишком лакомым куском, чтобы позволить ему ускользнуть. Королевский указ, запрещающий ему распоряжаться судьбой девушки, был лишь досадной помехой, которую он намеревался обойти. Плевать он хотел на волю монарха! А Ботр хоть и признанный, но все же бастард!

Вместо того, чтобы выдать Ансаю мне, как того требовал король, он решил пристроить ее к одному из своих младших сыновей. Законных сыновей, рожденных в освященном церковью браке, разумеется. Это гарантировало, что приданное останется в семье, а его власть над Ансаей – незыблемой.

Даже тот факт, что девушка решила посвятить себя служению богам, был проигнорирован главой рода со словами: это блажь женщины, на которую не стоит обращать внимания!

Хотя… Наверное, это был единственный шанс Ансаи избежать неугодного брака с деспотичным и безжалостным младшим сыном несостоявшегося свекра. Кто-кто, а она должна была хорошо понимать, что из себя представляет молодой человек, ведь с пяти лет безвыездно жила в замке де Сан-Раду.

У меня не было в этом уверенности, об этом я могла лишь догадываться. Руны, к сожалению, не могут открыть тайные желания человека, все скрытое в нем. Они лишь предоставляют общеизвестные факты. Но даже это не дает право старому графу единолично распоряжаться судьбой сиротки…

И теперь, когда пути влюбленных были насильно разведены, казалось, им оставалось лишь хранить воспоминания о тех счастливых моментах, когда они могли быть вместе, как драгоценные осколки разбитой мечты. Воспоминания, которые, возможно, были единственным, что у них осталось.

Но молодой человек, разгоряченный любовью, решил бороться за свое счастье до конца. Едва ему стало известно о судьбе возлюбленной и о том, как его отец хочет хитростью избежать приказа короля, он решил обратиться к нам – законным опекунам Ансаи, видя в нас последнюю надежду на спасение их любви.

И, признаться, он рассудил верно. Только я имею право решать судьбу моей сводной сестры. Но как вырвать ее из цепких лап этого хитрого и жадного старика де Сан-Раду? Он настолько самоуверен, что ему плевать даже на волю самого Вильяма Голтерона!

Теперь понятно, почему Ансаи до сих пор не в Ашаваре. Он просто тянет время, чтобы воплотить свои планы в жизнь!

– Где сейчас моя сестра? – нахмурив брови, поинтересовалась у молодого человека.

– Граф де Сан-Раду прячет ее в своем охотничьем домике близ долины Ювар, – оттянув шейный платок, произнес Борт.

– Это точная информация? – спросила, не отводя от него взгляда. Увы, но от его ответа зависело слишком многое.

– Ансаи сумела подслушать разговор относительно ее будущего. Вот, – молодой человек усмехнулся и протянул сложенный в трубочку маленький клочок бумаги из грубого волокна, – это последняя весточка, которую Ансаи удалось отправить мне голубем незадолго до переезда. Больше я о ней ничего не слышал.

Перспективы, прямо скажем, не ахти. Но это хоть что-то. Я взяла протянутый клочок бумаги. Грубая, шершавая текстура под пальцами. Запах пыли и... чего-то смутно знакомого. Развернула. Неровные, торопливые строки, чернила почти выцвели. Слова складывались в короткое, но тревожное послание: "Охотничий домик. Ювар. Не доверяй никому."

Хм-м-м. "Не доверяй никому." О чем она хотела предостеречь влюбленного?!

"Охотничий домик... Ювар..." Слова эхом отдавались в голове. Ювар. Где-то я уже слышала это название. Кажется, это небольшая деревушка в предгорьях, известная своими густыми лесами и... охотой, разумеется. Охотничий домик там, должно быть, не один. Какой именно имелся в виду? И почему именно там?

Послание было слишком лаконичным, чтобы дать хоть какие-то ответы. Только вопросы, роящиеся в голове, как потревоженные осы. "Не доверяй никому..." Это звучало как отчаянное предупреждение, крик из прошлого, пробившийся сквозь время и пространство.

Я снова посмотрела на бумагу. Чернила, хоть и выцветшие, сохранили оттенок глубокого синего. Такие чернила редко использовались для повседневных записей. Скорее, это были чернила для важных документов, для писем, которые должны были сохраниться. И запах... кроме пыли, что-то еще. Что-то неуловимое, но знакомое. Древесина? Кожа? Или... Ну точно! Так пахло от покойного епископа Сан-Варона! Ладан, воск и мед!

Но эта фраза. "Не доверяй никому..." Она не давала мне покоя. Слишком размытая, безликая, подразумевающую за собой предательство, опасность, скрытую за маской дружелюбия. Кто мог желать зла влюбленным? И почему именно в охотничьем домике в Юваре?

Вопрос о чувствах... Кто еще знает? Это был ключевой вопрос. Если их чувства были тайной, то предупреждение могло исходить только от кого-то, кто был очень близок к ним. Кто-то, кто видел то, чего не видели они сами. Кто-то, кто знал о надвигающейся опасности.

Я сложила клочок бумаги и спрятала его в карман. Он был единственной нитью, ведущей к разгадке. Нитью, которую нужно было распутать, прежде чем станет слишком поздно. Ювар. Охотничий домик. "Не доверяй никому."

– Кто еще знает о ваших чувствах друг к другу?

– Только несколько слуг.

Сомнение в его голосе заставило меня насторожиться.

– Они преданы вам? Вы уверены в этом? – спросила я, стараясь скрыть нарастающую тревогу.

Он замялся, отведя взгляд.

– Я уже ни в чем не уверен. Слишком неожиданным было решение отца…

В зале наступила тишина, нарушаемая лишь нашим дыханием. Напряжение висело в воздухе, словно натянутая струна, готовая лопнуть от малейшего прикосновения.

– Может все же обратиться к королю, – впервые за столь долгий мой разговор с молодым человеком произнес Николь.

Я вздохнула, отводя взгляд от окна, за которым занимался рассвет. Золотистые лучи уже пробивались сквозь ночную дымку, окрашивая верхушки деревьев в нежный персиковый цвет. Красиво, конечно, но эта красота лишь подчеркивала тоску, скребущуюся где-то глубоко внутри. Рассвет, как и обещания, которые он нес, казался обманчивым, пустым.

– И что это даст? Граф де Сан-Раду не единожды игнорировал приказ короля. И в этот раз сделает все по-своему. Нужно обыграть его…

– Но как?! – не выдержал молодой человек, взлохматив пятерней свои тщательно уложенные волосы.

Отчаяние сквозило в каждом его жесте. Я понимала его. Успела наслышаться о старом графе. Сан-Раду был словно неприступная крепость, окруженная рвом с крокодилами, а над стенами дежурили лучники, готовые продырявить любую брешь в обороне.

– Надо быть чуточку хитрее, – проговорила я, прикусив губу. – Думаете, Сан-Раду можно победить силой? Он сильнее, хитрее и влиятельнее нас. Нужно зайти с другой стороны.

– С какой же? – в голосе молодого человека звучала надежда, словно он ухватился за соломинку.

Николь, старый вояка, усмехнулся, и в его глазах мелькнул огонек понимания. Мой супруг, как всегда, уловил суть. Он явно догадался, о чем я хочу сказать.

– Нужно сыграть на его слабостях. На его гордости. На его тщеславии.

– О чем вы, тана Надэя? – не понял Борт.

Я усмехнулась. Новость о том, что я «воскресла» и подтвердила свои права на Вимаро еще явно не дошли до ушей саркотцев.

– Вам следует как можно быстрее сообщить отцу о том, что законной наследницей Кандена Сан-Данара, графа де Вимаро, является не младшая дочь, Ансая, а старшая. Брак с леди Ансаей не принесет графу де Сан-Раду ни новых владений, ни возможность получить титул для своего младшего сына.

Их самоуверенность, основанная на ложной информации, была мне на руку. Я знала, что саркотцы не отступят так просто. Они жаждали власти и влияния, а Вимаро был лакомым куском. Брак с Ансаей казался им идеальным способом заполучить желаемое, но теперь их планы рушились, как карточный домик. Это было мне на руку.

– Но кто же тогда наследница покойного графа?! – удивленно воскликнул молодой человек.

Я улыбнулась, чувствуя свое торжество.

– Я!

Борт неверяще переводил взгляд с меня на Николь, на что я лишь рассмеялась. Вимаро принадлежал мне по праву рождения, и я не позволю никому его отнять. Я буду бороться за свою землю, за свой народ, за свое наследие. И пусть саркотцы попробуют меня остановить. Они еще не знают, с кем связались.

Что же до сводной сестры… мне жаль, что все так получилось. По сути, она всего лишь была пешкой в руках алчной матери. Но теперь у меня есть шанс все исправить. Надеюсь, тот факт, что Ансая всего лишь вторая в очереди наследования, охладит пыл старого графа.

– Поспешите, друг мой, иначе станет поздно, – посоветовала я молодому человеку и вышла из зала, оставляя мужчин наедине.

Глава 14

Задний двор был зеркальным отражением дома – таким же запущенным и забытым. Сорняки пробивались сквозь потрескавшийся бетон, старая ограда покосилась, а краска на облупившейся садовой скамейке давно потеряла свой цвет. Но, несмотря на этот хаос, двор не казался унылым. Наоборот, он был полон какой-то дикой, необузданной красоты. Для меня он был живым, дышащим, пульсирующим жизнью, которую не задушили ни время, ни пренебрежение.

Прислонившись на старый, местами проржавевший железный забор, я прикрыла глаза и отпустила себя, чувствую, как потоки эфира всколыхнулись и тонкой, нерешительной струйкой потекли в меня. Нужно было успокоиться, собраться с мыслями.

Разговор с Бортом выдался на редкость тяжелым. В глубине души я предчувствовала нечто подобное, особенно после того, как приезд Ансаи необъяснимо затянулся. Но даже в самых мрачных фантазиях я не могла представить, что граф де Сан-Раду осмелится на открытую конфронтацию с королем! Это было безумие, граничащее с государственной изменой.

Внезапно поле эфира, которое я рассеянно ощущала, всколыхнулось, словно потревоженная водная гладь. Этот резкий толчок вырвал меня из пучины тревожных мыслей и вернул в суровую реальность.

Нарушителем моего уединения стал Николь, который с нескрываемым интересом наблюдал за мной.

– Ты общалась с миром? – спросил он, окутывая меня своими объятиями.

Я знала, что его интерес не был праздным. Николь маг и довольно-таки сильный. Но ему не свойственно то, что могу я, а именно – общаться с мирозданием.

– Нет, – покачала головой и улыбнулась. – Просто почувствовала себя опустошенной. Ты проводил нашего гостя?

– Проводил, – ответил он довольно, словно кот, объевшийся сметаны.

– И? – не выдержала я паузы и принялась щекотать супруга.

Николь засмеялся, пытаясь увернуться.

– И даже помог ему предупредить своего отца о поспешных решениях на счет леди Ансаи. Только я одного не пойму – зачем тебе это надо? Неужели ты воспылала к ней сестринской любовью?

Я сама не знала ответ на этот вопрос. Просто мне неожиданно захотелось помочь этой девочке…

– Не сестринской, – тихо ответила супругу, глядя куда-то сквозь него. – Скорее... человеческой. Эта девочка всего лишь пешка в чужой игре… Сперва матери, потом и несостоявшегося свекра… И мне не нравится, когда пешками жертвуют без причины.

Супруг нахмурился, обдумывая мои слова.

– Это политика, моя душа. Жертвы неизбежны.

Как бы горько не было признавать, но Николь прав. Вильям Голтерон широко замахнулся удочкой, но сможет ли он удержать добычу? Если дело и дальше так пойдет, то скорее всего нас ждет еще одна война, но теперь уже внутри объединенного государства.

Я вздохнула, отстраняясь от мужа. Мысли о том, что безоблачное недо постепенно затягивается грозными тучами, разъедали мое нутро. А ведь я так хотела жить спокойно: в тиши и удовольствии…

– Я знаю. Но это не значит, что я должна спокойно смотреть, как ломают жизнь молодой девушке только потому, что так кому-то выгодно. Тем более, если есть хоть малейшая возможность это предотвратить. Ты ведь тоже не любишь несправедливость, правда? Вспомни себя и свое детство, мой господин.

Николь подошел ко мне и обнял со спины, прижавшись щекой к моим волосам.

– Не люблю. Но иногда приходится выбирать между меньшим и большим злом. Вмешательство в дела правящих домов может иметь серьезные последствия. Ты уверена, душа моя, что оно того стоит?

– Не уверена. Но я должна попробовать. Даже если это всего лишь капля в море. И потом, – я повернулась к нему, улыбаясь, – разве тебе не интересно, что из этого выйдет? Ты же любишь интриги и тайны.

Николь усмехнулся, поцеловав меня в висок.

– Люблю. Но больше всего я люблю тебя. И не хочу, чтобы ты ввязывалась в опасные игры. Обещай мне, что будешь осторожна.

– Обещаю. Но только если ты будешь помогать мне.

Николь тяжело вздохнул, зная, что спорить бесполезно, чем вызвал во мне смешок. То-то же, не так просто быть супругом неугомонной и полной жизни ведьмы.

– Хорошо. Но только под моим чутким руководством, – нехотя согласился он, прекрасно понимая, что я и так не буду лезть в политику. – И никаких безрассудных поступков!

«А тут уж, извини, как получится!» – пришла пора усмехнуться мне, зная, что он уже втянут в мою авантюру.

– Как скажешь, мой господин. А теперь, расскажи мне, что именно ты сказал возлюбленному леди Ансаи? И как он отреагировал? – мне не терпелось узнать все подробности.

Николь задумался над моим вопросом.

– Я не стал скрывать от него правду и рассказал все как есть на самом деле. Знаешь, его не испугало то, что, по сути, леди Ансаи является бедной приживалкой в семье его отца. Наоборот, он словно воспрял духом.

– Не удивительно, мой господин. Влюбленное сердце способно на многое! Он даже рискнул прийти к нам за помощью!

Действительно, его поступок был отчаянным. Прийти к нам и, зная всю подноготную, осмелиться просить о помощи ... это говорит о многом. О его любви, конечно, но и о его отчаянии. Интересно, что именно он надеется получить от нас? Простое сочувствие? Вряд ли.

– И что же он просил, мой господин? – спросила я, стараясь придать голосу как можно больше невинности. Хотя, конечно, Николь прекрасно знал, что я уже строю в голове десятки планов.

Николь вздохнул, будто только он взваливает на себя бремя заботы о сироте.

– Он просил... защиты. Он боится, что его отец, узнав о его чувствах к Ансаи, попытается разлучить их. Возможно, даже отправит его куда-нибудь подальше, чтобы он забыл о ней. А Ансаи... он боится за ее положение в доме его отца. Говорит, что после его признания к ней могут начать относиться еще хуже.

Я задумалась над словами супруга. В принципе, этого и стоило ждать. Хорошо, если после вскрывшейся правды о наследовании земель Вимаро, у графа де Сан-Раду не затмит разум, и он спокойно отпустит Ансаю.

Что же касается Борта… Он просит защиты, значит. Интересно. Это уже кое-что. Защита – это всегда игра. Игра с властью, с влиянием, с репутацией. И в этой игре мы можем получить немало выгоды. Но и в случае неудачи потерять можно многое.

– И что ты ему ответил, мой господин?

Я с нетерпением ждала его ответа. От этого зависело, как мы будем действовать дальше. Отвергнем просьбу молодого человека, оставив его наедине со своими проблемами? Или воспользуемся этой возможностью, чтобы укрепить свое положение?

Николь посмотрел на меня с легкой улыбкой. За эти несколько лет он сумел хорошо изучить меня, как и предугадывать мои мысли.

– Я сказал ему, что мы подумаем. Что его просьба требует тщательного рассмотрения. И что мы свяжемся с ним, когда примем решение.

Улыбнувшись, прижалась к мужу. Это то, что я и хотела услышать.

– Мудро, мой господин, – ответила я, склонив голову. – Мудро. Теперь нам нужно взвесить все за и против. И решить, стоит ли нам вмешиваться в эту любовную историю. И если да, то какую цену мы за это запросим.

В голове уже роились мысли о возможных выгодах и рисках. Эта история могла стать ключом к новым возможностям, а могла обернуться опасной ловушкой, все же Борт признанный бастард, а значит следует ожидать войны с семейством де Сан-Раду.

Мне осталось решить для себя вопрос: а надо ли мне все это?! Нет, Ансаи я помогу в любом случае, не оставлю без крыши над головой и средств к существованию. Можно было, конечно, отправить ее к дядюшке, брату леди Антаи, но что-то внутри противилось этому.

Мне было искренне жаль ни в чем неповинного ребенка. К тому же моя сущность требовала взять над ней опеку. С чем это связано – я так и не смогла понять. Но одно могу сказать точно: скучно не будет.

– Может все же прогуляемся по рынку? – предложил Николь, помня о моих желаниях.

Блин! В свете последних событий я совсем забыла о своих желаниях!

– Конечно!

Настроение стремительно взлетело ввысь. Предвкушение ярких красок, пряных ароматов и оживленной суеты наполнило меня энергией. Простое предложение, а сколько радости!

Местный рынок мне напоминал любимый мною восточный базар. Это отдельный мир, живущий по своим правилам и законам, невольно становившийся эпицентром культурной жизни: его посещают не только ради покупок, но, и чтобы узнать свежие новости и сплетни, пообщаться с другими людьми, зарядиться положительными эмоциями. Как раз то, что мне сейчас было нужно!

– Пойду переоденусь!

Смеясь, выпуталась из объятий мужа и поспешила в комнату.

«На сей раз нужно одеться во что-то более приличное, а не в то, что попало под руку!» – улыбнулась я, перебирая свою одежду.

В детстве, если можно так назвать тот период моей жизни здесь, я обожала туники и шаровары. Они казались мне удобными, свободными, настоящими. Даже когда я выросла, хотя и оставалась довольно миниатюрной, я часто игнорировала принятые правила. Платья? Нет, спасибо. Я скорее надену что-то из детского, благо мой рост спокойно позволял это сделать.

Мечтала ли я о спортивном костюме? О да! Или о джинсах, таких простых и практичных. Но... это было невозможно. Нельзя привлекать к себе ненужного внимания. Никто не должен заподозрить, что в теле Надэи живет душа из другого мира. По крайней мере, пока не придет время. Пока я должна оставаться в тени, притворяясь той, кем не являюсь, и тщательно скрывая свою истинную сущность.

Одевшись, я спустилась в гостиную. Николь уже ждал меня, присев на самый край скамьи. В его позе чувствовалась какая-то нервозность, непривычная для него. В руках он держал письмо, свернутое в тугой свиток и перевязанное шелковой лентой.

Мой взгляд сразу же упал на незнакомый вензель, оттиснутый на сургучной печати. Незнакомый, но почему-то вызывающий тревогу. Сердце тревожно забилось в груди, предчувствуя недоброе.

– Что-то случилось? – спросила я, стараясь сохранить спокойствие в голосе, хотя внутри все дрожало. – От кого письмо?

Николь встал и приблизился ко мне. Его лицо было серьезным и напряженным, от былой расслабленности не осталось и следа.

– От отца. Ты была права относительно старого графа. Он избавился от Ансаи, едва до него дошла весть о том, что за спиной у девушки ничего нет. Ни золота, ни поместья, ни земли.

Внутри меня все похолодел. Что Николь имеет ввиду? Ее…

– Избавился?! – выдохнула я, чувствуя, как к горлу подступает ком. – То есть…

– Он вышвырнул ее из своих владений. – подтвердил Николь, его голос звучал жестче, чем обычно. – Не переживай за нее, Надэя, я успел сообщить отцу и попросить у него помощи. Он уже нашел девушку и передал ее королевской страже.

У меня отлегло от сердца. Вот же дура! Напридумывала себе, едва не заработав сердечный приступ!

Камень с души упал, но сердце продолжало ныть. Зная жестокость этого мира, я понимала, что Ансаи может столкнуться с множеством опасностей. Без денег, без защиты, без знания местности. Она была словно беззащитный птенец, выпавший из гнезда.

Отчасти, в этом была виновата и я. Не думаю, что королевские стражники будут снисходительны и приветливы к ребенку, который почти всю свою сознательную жизнь прожил в уединении. Мужчины редко понимают тонкости женской души, а уж солдаты тем более.

У Ансаи нет магии, а значит портальным переходом им воспользоваться не получиться. Только долгая, утомительная поездка в экипаже. От осознания предстоящей засады я едва не застонала вслух. Вот же зараза!

– Как быстро они смогут добраться до Ашавара?

Николь нахмурился, понимая подоплеку моего вопроса. Ему, как и мне, не хотелось застрять в столице на неопределенное время.

– Недели три, если не воспользуются морским путем, – признался супруг и нахмурился, прикусив губу. – Ждать ее здесь нам бессмысленно. Король не простит задержек со строительством. Придется нам довериться Борту и попросить его сопроводить твою сестру до Шорхата. Иного выхода я просто не вижу.

Хм, а это очень даже неплохо. Ансаи знает молодого человека и не будет бояться неизвестности. Что ж, решено!

– Хорошо, пусть будет так, как ты скажешь. Но на рынок я все же хочу попасть и желательно сегодня!

Николь рассмеялся, утягивая меня на улицу.