Текст книги "50 вариантов яичницы или Спорим, дракон? (СИ)"

Автор книги: Полина Лашина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 17 страниц)

Вот же черт! А этого чего сюда, в убойный дворик, занесло?

В первое время айн появлялся здесь часто. Будто любовался. Кто знает на что.

Может, в ожидании, что человечку стошнит в окружении такого количества крови и сырых туш, со своеобразным запахом, или она упадет в обморок, и он позлорадствует? Кстати, зрители из работников таверны и даже "своих" стражников тоже поначалу заглядывали сюда поглазеть на ее, будто не веря, что она настырно продолжает ходить сюда и учиться.

Если честно, то была тогда такая вероятность, но только присутствие вредного блондина и сдерживало попаданку от тошноты или хоть какого-то проявления слабости. Однако теперь ее уже не мутит при разделке, нож держит в руке уже почти профессионально... Вот, кстати, из-за последнего не стоило бы айну лишний мозолить ей глаза... и уши своими "ценными" замечаниями.

Встала, обернулась, покачивая ножом в руке.

– Потому что те людишки все равно будут ждать именно тебя, – растянул губы в знакомой ухмылке блондин.

Не сказать, что она скучала по его белозубой... тьфу! Вот точно именно айна первым забудет, сразу же, как только уедет из таверны.

– Какие-то аристократы? – уточнила Люда с прохладцей.

– Угу, какие-то, – бросили ей в ответ свысока.

З-зараза!

Ладно, не ради людей, так хотя бы ради того, чтобы блондин убрался отсюда, придется отвлечься.

Девушка глянула на Дрыха, тот отпустил ее едва уловимым движением "бровей".

Но она вначале тщательно вычистила нож ветошью под въедливым взором айна – насчет рабочего инструмента Душара была особо строга. Затем также тщательно, не торопясь, вымыла руки в лохани с водой. Сняла и повесила на крючок кожаный передник, защищающий ее одежду в процессе работы.

Дальше тянуть было не с чем. Юная посыльная ее не дождалась, уже давно унеслась обратно. Пришлось возвращаться в таверну, спиной чувствуя присутствие айна, бесшумно плывущего где-то там, позади.

В зале таверны было, как обычно, битком. И шумно. Звенела посуда, зычно подзывали снующих по рядам подавальщиц, иногда было слышно даже громыхание кастрюль и рык Душары в хлопающих дверях на кухню.

Гракгаш встретил ее настороженным черным взглядом. Пробегающая мимо Ангрита указала кивком на небольшой совсем стол около стены. Среди рослых оборотней, широкотелых бородатых двергов здесь практически были незаметны обычные люди.

То есть как раз необычные – одежда хоть и запылившаяся, но по виду дорогая, статусная. Хорошие сапоги, тисненные пояса, отделанные каменьями ножны, плотные камзолы из качественной ткани. Вернее, двое из людей точно побогаче, остальные похожи на рядовую охрану.

Продолжая вытирать на ходу руки куском ткани, особенно под ногтями, Люда подошла к их столу ближе. Едва сдержалась, чтобы не поморщиться.

Да уж, местные люди действительно не сильно заморачивались с гигиеной. И все понятно – в дороге лишний раз принять душ нет возможности, вернее, душ здесь еще не изобрели, но все равно можно что-то придумать! Дверги, которые ездят по тем же дорогам на таких же лошадях, так не попахивают. Находят возможность перед входом в общественное место привести себя в порядок.

– Господа хотели меня видеть?

Нетерпеливо ерзающий на месте мужчина, что сидел к ней спиной, подскочил с лавки, развернулся. Окинул ее быстрым, нечитаемым взглядом и... завис?

Зато теперь был виден второй "богач". Он сидел как раз лицом и сейчас уставился на Люду тоже с каким-то странным выражением в глазах. Этот мужчина был молодым, но на его изначально симпатичном лице уже намертво прикипела маска высокомерия. Презрительный изгиб губ, намечающиеся морщинки в уголках темных глаз и вовсе не "гусиные лапки", которые бывают у веселых людей.

Но тут отмер первый мужчина, постарше.

– Господа? Господа?! – сразу на высокой ноте взвыл он, заставляя оборотней за ближайшими столами поморщиться и обернуться на них. – Да как ты смеешь?! Так обращаться к отцу!

Че-его?!

Глава 26 Родня

Если бы рядом был свободный стул, то Люда точно бы присела. Ноги разом ослабли и чуть не подкосились.

– Прошу прощения, мы знакомы?

Неужели прошлое нового тела догнало ее? Или получится сделать вид, что мужчины обознались? Мало ли... совершенно случайно какая-то кухарка немного похожа на их знакомую. Да она с такими синячищами сейчас под глазами от недосыпа, что... ну разве она может быть похожа на его дочь? Ведь если мужик богатый, знатный, значит, и девушка... должна быть ухоженной леди?

– Знакомы? Знакомы?! – еще выше взял ноту мужик, заставляя ближайших оборотней скривиться. – Ах ты негодная тварь! Да как ты смеешь?!... Неблагодарная девка! Да я тебе...

"Тварь? Офигеть, какие высокие отношения у них были в семье!" – теперь Люда замерла от неожиданности.

– Слышь, мужик, ты это... прекращай, – предупреждающе, с явной угрозой в голосе протянул один из соседей, знакомый оборотень из гарнизона, который частенько здесь обедал. И даже сделал ставку... правда, Люда не помнила, на кого.

– Не лезь, нелюдь! Это наши семейные дела! – гавкнул мужик и на солдата, что вызвало недовольное бурчание уже других оборотней вокруг.

– Проблемы? – раздалось басом над головой едва стоящей на ногах Люды.

– Пусть эти... – подчеркнул презрительным тоном мужик. – ...в наши семейные дела не лезут!

– Я не у тебя спрашивал, человек, – так же порыкивающим басом ответил Гракгаш за ее спиной. – Мила?

Она даже не успела открыть рот.

– Мила?! Она тебе не Мила! Что за плебейское прозвище для моей дочери? – голосил пованивающий потом мужик, все больше привлекая внимание посетителей. Все тише становилось в таверне, смолкали другие разговоры, к ним оборачивались. – Она знатнорожденная, трактирщик! Только что за тряпье на тебе, Милдред? Ты стала похожа на настоящую оборванку! Да как ты опустилась до такого!

– Мила? – повторно обратился к ней Грагкаш, игнорируя вопли человеческого аристократа.

– Я... мне... – и сказать нечего. – Попить... надо.

"И желательно чего-нибудь покрепче".

– Я... отойду на кухню ненадолго...

– Ты куда собралась?! Не смей опять сбега... поворачиваться ко мне спиной! – надрывался мужик, пытаясь ухватить ее за руку.

Но Люда была быстрее, недаром столько тренировалась в последнее время. Мышцы заметно окрепли, правда, внешне стала еще худее, даже несмотря на обильное питание.

Отступив в сторону, чуть не споткнулась об... айна? Оборотни от ближайших столов уже подскочили на ноги, заставляя людей тоже подскочить и заметно напрячься, у кого-то из них руки легли на оружие.

Если это действительно папаша ее нового тела, то понятно, почему девчонка сбежала в другую страну. Люда видит его всего несколько минут, но мысли о побеге уже появились.

– Гракгаш, проводи людей в кабинет. Налей им... что-нибудь. За счет заведения, – показав белые зубы в оскале, распорядился айн, теперь уже сам отодвигая Люду в сторону. – Не стоит серьезные разговоры вести при зрителях. И мешать другим трапезничать.

И не то, чтобы люди на такое предложение согласились, но кто их спрашивал – подскочившие оборотни, часть из которых были в форме пограничного гарнизона, отконвоировали "богачей" в кабинет Гракгаша, оттеснив по пути их охрану к стене. А Люда сбежала на кухню и там нашла табурет, на который тяжело опустилась.

Как же не вовремя заявились эти люди! Могли найтись через несколько дней, после дрохгара? Или лучше вообще не...

А как они ее нашли?

Вокруг нее сгрудились знакомые девчата, над их головами мелькала физиономия встревоженного Торги. Вопросы посыпались как из рога изобилия.

Что за люди? Правда ли ее родня? Ее зовут Милдред? Она настоящая аристократка по праву рождения? Разве она не вспомнила? А что теперь...

Да если бы Люда знала ответы на эти вопросы! Пила воду, не чувствуя вкуса и стараясь не разлить из кружки трясущимися руками.

И ведь не сбежать! И черт с ним, с пари, но Торги! Дрохгар! Она не может подвести парня. Да и всех остальных.

Да и куда ей бежать?

Спустя какое-то время за ней пришли.

Тоже сопроводили в кабинет. Пришлось идти через зал, где народ замолк при ее появлении, провожая многочисленными взглядами.

Пронзительный, ввинчивающий под череп голос "папаши" был слышен даже из-за закрытой двери.

– А я утверждаю, что это моя дочь! Милдред дера Дегицус!

– А ты что скажешь, Мила? – обернулся к ней Конрой, стоящий сбоку от массивного стола и упирающийся в него бедром.

Нашелся здесь же и герцог – единственный, кто сидел. В кресле хозяина. Откуда дракон здесь, вообще? Обед прошел несколько часов назад, вроде давно уехал.

С другой стороны стола, ближе к выходу стояли два человека – "папаша" и... а кто второй? Брат? Только у этого волосы темные, а не светлые, как у старшего. Одну из стен подпирал айн, Гракгаш, как швейцар, возвышался у двери.

– Я-а? Я не знаю этих людей...

– Что?! – прервал ее новый вопль такой силы, что крыши можно поднимать.

– Не помню их. Совсем. Ни капельки, – добавила Люда, глядя на дракона.

Она слышала уже, что драконам практически невозможно соврать, как-то они чуют ложь. Сейчас он должен понять, что она не лжет.

Наверное, понял. Темный взгляд герцога перетек на людей.

– У меня с собой ее документ! Вот! – воскликнул "папаша", хватаясь за небольшой кожаный тубус на поясе.

И вскоре в руки... нет, не герцога, Конроя перекочевал свиток, который тот раскрыл и внимательно вчитался.

Но как успела заметить Люда со своего места – поближе к столу, а не людям, конечно – фото там не было! То есть даже нарисованного портрета нет.

– Может, это не мои документы, – заявила попаданка, покусывая губы. – Мало ли, что за Милдред такая была, и как определить...

– Здесь магическая печать и отпечаток пальца младенца с кровью, как это принято делать у людей, – ответил Конрой, поднимая на нее ореховый, такой серьезный взгляд. – Хочешь, чтобы мы сравнили кровь?

Вот же черт! Откуда же она знать, как принято в документах у местных людей? Если кто комнаты и снимал у Гракгаша, то не аристократы. Да и вообще никто в таверне документы свои не показывал.

И что ей даст сравнение крови? Судя по всему, это действительно ее родня. А кровь у нее осталась та же! Вот если бы они какие-нибудь слепки аур или типа того проверяли! Еще могли быть расхождения.

Теперь Люда основательнее прикусила губу.

– Я имею право забрать свою дочь! – продолжал надрываться "папаша", размахивая футляром в руке. – Никто не смеет удерживать... Иначе это будет считаться воровством... Знатной девы... И не только мой род выдвинет обвинения... Уважаемый графский род Лурненеш, с которым мы связаны брачным договором в отношении самой Милдред, тоже заявит свою претензию...

Че-его?! Какого договора в отношении Милдред? Брачного?!

Затаив дыхание, Люда внимательнее вгляделась в молодого мужика. Который, кстати, глаз с нее не сводил. Но смотрел как-то не очень ласково. Видимо, не по любви молодые должны были пожениться? Еще один повод для прежней хозяйки тела сбежать?

И кто знает, что ту, прежнюю девушку, напугало тогда больше. С отцом-то она как-никак столько лет прожила, но сбежала, только когда узнала о женишке? Та, настоящая Милдред, точно знала самого жениха или кое-что о нем, раз отважилась аж к нелюдям бежать! Тонкая, слабая аристократка, которая наверняка и жизни не знала, но рискнула бежать так далеко, через границы... Что ее настолько в женихе или в будущем с ним напугало?

– Не волнуйтесь, виконт Лурненеш, – продолжал тарахтеть "папаша", лебезя теперь перед своим спутником. – Милдред будет возвращена в лоно семьи и до свадьбы успеет замолить свои проступки в обители... которую вы можете сами выбрать... И мы можем пересмотреть условия договора за ваше беспокойство...

Чего?! Ей еще свой... то есть чужой побег придется отрабатывать, да не в "лоне" явно не особо любящей ее семьи, а куда женишок сошлет? Видимо, девчонку просто продали этому виконту или его семейке кто знает зачем, а теперь... ей отдуваться?

Люда глянула на герцога, который опять в своей повседневной одежде, подходящей скорее рядовому солдату. Разве что развалился в кресле, как хозяин, даже снизу на всех умудряется смотреть свысока.

Он ведь не отдаст ее этим людишкам? Даже другим драконам не отдали! А тут всего лишь... увы, родня. С документами.

Или потребовать сравнение крови? Шанс один на миллион, но все же шанс, как говорится? Если даже в таком состоянии и даже женишок ее признал, что, кстати, навеивает смутные подозрения, насколько прежняя Милдред раньше "хорошо" жила... но вдруг?!

Целый. Один. Шанс!

Насупленный герцог задумчиво поглаживал подбородок. Стоящий рядом с бумагами в руках Конрой, недовольно зыркнув на Люду, будто она во всем этом виновата, повернулся к своему боссу.

– Документы настоящие. Личность девушки установлена. Брачный договор с родом Лурненеш действующий...

– А если я не хочу никуда ехать с этими людьми? – высказала свое мнение попаданка. На вопросительные и возмущенные взгляды окружающих добавила: – Я их совсем не знаю... не помню. И... меня устраивает моя новая жизнь...

– Тварь неблагодарная! – опять взвился "папаша". – Я с тобой всерьез... поговорю дома! Ишь, не хочет она! Да кто тебя спрашивает, девка никчемная!

Судя по его дерганным движениям, он бы прямо сейчас начал ее "воспитывать", как сжимались его кулаки. Да только присутствие столь массивных и статусных нелюдей его, видимо, сдерживало.

Нет, Люда точно никуда не хочет с этими людьми уезжать! И знать их не желает. Ни этого "папашу года", ни женишка, взгляд которого тоже ничего хорошего ей не сулил. Так пусть откажется от нее, раз он ей явно недоволен!

– Если ты дочитала Уложения, что тебе... Милдред, дали, то там упомянуты соглашения между нашими странами, – глядя на нее хмуро, ответил Конрой. И где его обычная веселость? Таким заунывным тоном только обвинительные судебные постановления читать. – Мы не можем удерживать на своей территории... человеческих женщин. У этих людей полное право забрать тебя. И мы не можем им препятствовать...

– Конечно, не можете, – все не затыкался папаша. Вот почему он такой храбрый? Закон на его стороне? – Собирайся, Милдред, живо! Хотя нет, если и все остальное у тебя такое же тряпье, то лучше выброси...

Люда смотрела на дракона, а тот хмуро глядел на нее в ответ. Просто смотрел, явно не собираясь ничего говорить. Или делать.

Видимо, именно как герцог он в первую очередь должен соблюдать законы, с которыми у драконов строго, и не допускать беспорядки на своей земле? А тем более конфликт с соседней страной. Из-за "какой-то девки".

Вот же черт! Как она не хочет "в лоно" чужой семьи! Да еще такой! Где ее уже продали! А сейчас, видимо, нашли исключительно, чтобы вернуть "уже оплаченный товар". Небось чтобы не платить какие-то неустойки по договорам... брачному!

Кстати! О долгах! Вон как у стены переминается айн. Странно, что он молчит до сих пор!

Но сейчас попаданка его почти любила! То есть была рада его существованию... в своей жизни.

– Но у меня здесь обязательства... – заикнулась Люда, поворачиваясь к людям и стискивая пальцы перед собой.

О своих обязательствах перед мальчиком-оргом этим людям говорить без толку, но это не единственный ее долг. Раз нелюди по закону не могут ее удержать, придется самой выкручиваться. Она так просто не сдастся!

А если не получится, то потом... интересно, успеет знакомым солдатам на границе шепнуть заказ на воровство самой себя же? У оборотней отличный слух, можно и шепотом, услышат... Пусть ее украдут! Потом, чуть позже, уже на человеческих землях, где папаша расслабится. А она в долгу не останется!

– Долгов наделала, дрянь? За жилье небось в этой дыре должна? Сколько медяков? Не за тряпье же, такие обноски ничего не стоят.

Где-то там у двери негодующе выдохнул Гракгаш.

– Не только за жилье... отец, – добавила с выдавленной из себя легкой улыбкой.

Но "отец" почему-то дернулся, глядя на нее. Да, наверное, там не улыбка, а оскал. И похлеще, чем у Дрыха.

Люда повернулась к герцогу.

– Ах, Ваша Светлость, может, и хорошо, что мои родственники та-а-ак вовремя приехали за мной... – даже попыталась всплеснуть руками.

А вот сейчас лица у нелюдей стали вытягиваться в недоумении от резкой смены ее слов. Как глаза Конроя округлились! Опять заерзал в стороне айн, отвлекая.

– Потому что рецепты в моей памяти закончились. И я вынуждена... официально признать свое поражение в вашем с нами пари! Я проиграла, – сложила руки на груди. – Ой, кажется, я лишилась своей ставки? И теперь должна вернуть долг? Но теперь, когда мои родственники здесь, они за меня заплатят, да? – оттарабанила Люда, продолжая натянуто улыбаться.

Повернулась к прислушивающимся людям в центре комнаты.

– Прошу прощения... отец, но я здесь задолжала чуть больше, чем несколько медяков. И, чтобы вернуть меня... не нарушая никаких законов, нужно возместить все расходы, сделанные мною? Так? Ведь теперь, когда известно, кто я, мои долги переходят на семью?

Наверняка человеческую женщину нелюдям просто так удерживать нельзя, а человека-должника с огромным долгом можно?

– Больше? Ах, ты дрянь! Какое еще пари? Как ты смела?! Ладно, сколько? Неужто сребреник, глупая девка? Я с тобой еще разберусь! Что, больше?!

– Чуть больше... отец, – вот теперь Люда улыбнулась искренне... злой улыбкой. – Сто золотых стаков.

– Ско-о-ока?!

Глава 27 Долг платежом красен

О, да! Стаки – драконья валюта, самая дорогая в этом мире. А уж золотые! И целых сто!

И как ее тогда, действительно глупую, развели нелюди, втянув в спор на подобную сумму, которую она точно не смогла бы выплатить? Уже тогда планировали не отпускать ее? Вот так хитрож... кхм, крылый дракон! Хотел, пользуясь случаем, заполучить себе новую игрушку... то есть юную человечку в свои загребущие лапы? А она еще была ему благодарна за оплаченную комнату! Хотя, по сути, он всего лишь обеспечивал жильем ту, которая от него уже никуда не денется, свое будущее имущество?

Только поздно теперь на них обижаться, вышло даже к лучшему.

Наверное, в человеческих землях на сумму в сто золотых стаков можно купить... небольшое баронство? Кстати, ее папаша как раз бароном оказался. Так что, заложит свои земли со всем, что на них находится, чтобы вернуть блудную дочь "в лоно семьи"? Или ему будет выгоднее поссориться с графским сынком и выплатить тому неустойку за сбежавшую невесту?

– Ох, отец, я понимаю, что эта сумма несколько больше, чем вы обычно возите с собой, – продолжала Люда.

Где-то там у стены слаженно фыркнули айн с оргом. Дракон и оборотень у стола всеми силами держали лица серьезными.

– Но вы ведь можете занять недостающую сумму у виконта Лурненеша? По-родственному, так сказать. Мы же уже почти одна семья, да? А мы... вы можете потом еще раз пересмотреть условия вашего... – подчеркнула тоном. – ...брачного договора!

И ресничками похлопать, мол, вот я какая молодец, так умно придумала!

– Иные условия за ваше небольшое беспокойство, виконт, – Люда и женишку подарила фирменную улыбку-оскал.

– Ты... ты... ополоумела?! Что за чушь?! – не сразу смог вдохнуть воздух аж покрасневший от гнева барон Девицус. – Ты не могла! Не смела! Ставить такие суммы! Вообще спорить! Без меня! Без дозволения!

А вот теперь, наконец, зашевелился дракон, подаваясь вперед и опираясь локтями на стол.

– Могла. В землях Великой империи Юаджи любой свободный может от своего имени и по своей воле совершать любые правоправные деяния, как и обязан отвечать по их результатам. В том числе может участвовать в пари и делать ставки.

– Но... но! Она несвободна! Она зависит от моей воли!

– Меня не волнует, что на ваших землях, человек, ваши женщины несвободны, – холодно процедил герцог. – На нашей земле любая взрослая девушка, достигшая брачного рубежа... Конрой, сколько лет Милдред по бумагам, предоставленных бароном Девицус? Она достигла нужного возраста на момент нашего с ней спора? Который произошел на нашей земле? Значит, наш спор законен. Замечу сразу, человек, он упомянут письменно, в присутствии многочисленных свидетелей и, даже если это тебя не устроит, то с магической печатью. Коль магия приняла наш договор, то он правомочен. На территории любых стран.

Ух ты! Так вот как можно было! Поэтому та Милдред бежала в земли нелюдей – за свободой для женщин? А у людей, значит, махровый патриархат царит? Судя по репликам ее папаши – в самой отвратной форме.

И, кстати, дракон немного хитрит. Опять. Магия приняла договор ее с айном – займа денег. Но да, внутри упоминалось, на что именно пойдет то золото – на пари с драконом. Так что вроде и не солгал? Вот же... политик!

В любом случае, кто молодец, что в свое время потребовал письменный договор? Люда молодец!

А то как бы уже не паковала вещи, выезжая в сторону женишка... вернее, обители, куда бы ее запихнули до свадьбы "отмаливать грех побега"?

– Я хочу видеть тот договор, – неожиданно подал голос жених.

– Ты. Не. Вер-ришь. Слову. Гер-рцога?! – вибрирующе прорычал Конрой, подаваясь вперед.

Жених побледнел, но отменять желание не стал, лишь руки поближе к оружию на поясе переместил. Даже так?

Что ж он такой настырный? Прям настолько ему нужна именно Милдред? Но любовью здесь вроде не пахнет, на взгляд попаданки.

И тут еще более неожиданно включился в разговор айн.

Все так же стоя в стороне, из полутени негромко, мелодично, чуть растягивая слова, протянул:

– Ваша Светлость, вы забыли сказать людишкам, что на спор с вами золото Мила... Милдред занимала у меня. И должна она мне. Сто золотых имперских стаков. По заверенному магией договору. Должна официальному посланнику Великого Леса в западные провинции Великой империи Юаджи. И если ее родственники... или другие заинтересованные в ней людишки не захотят возвращать долг... в полной мере...

Последовал наигранно печальный вздох. Колыхнулись тени, в которых высокий, стройный айн развел руками, видимо, изображая размер своего сожаления... прям как заправский рыбак показывает размер улова.

Вот теперь Люда точно возлюбила этого вредного ехидну-эльфа!

– Мда, – подхватив наигранно печальный тон, громко цокнул языком Конрой. – Как жаль, что наши соседи, королевство Санай, не заключили мирные соглашения с Великим лесом. И любой гражданин Великого леса, особенно на таком важном для Леса посту, может спросить со своих должников из подобных стран любым... вот прям совсем любым способом, который ему больше нравится. Лайнфаэр, а тебе какой способ больше нравится? Лук или...

– Что ты, Конрой, наш ритуальный лук – слишком почетно... для людишек...

Что?! Вот так, значит?

Так, может, тогда оборотень поэтому специально послал ее занимать деньги именно к айну?! Вообще к негражданину своей драконьей империи, а к левому мужику, иностранцу с особыми полномочиями? Чтобы в случае чего с его герцога взятки были гладки?

Люда метнула на Конроя быстрый взгляд, тот уловил, расплылся в довольной ухмылке. За малым не подмигнул ей в ответ.

Вот же хитрый... пес!

Но ладно, его она тоже... нет, не любит, но почти прощает.

Зато теперь женишок сдался!

Ругнувшись себе под нос – хотя наверняка нелюди всё в деталях расслышали! – полоснул на прощание по девушке убийственным взглядом, крутанулся на каблуках пижонских сапог и вынесся прочь. Гракгаш едва успел сдвинуться от двери. Вернее, не торопился особо. Чтобы человек сам об него споткнулся?

– А ты, человек, будешь выплачивать мне долг за свою дочь? – все тем же певучим голосом лениво поинтересовался из теней айн.

– Знать ее не знаю, дуру такую! Не дочь она мне больше! – бледный, как саван, задергал головой барон, утирая лоб от испарины. – И из родовой книги вычеркну эту дрянь! И имя рода она не смеет больше носить!

Не очень-то и хотелось! Да и не звучит оно совсем. Что еще за Девицус? Фигня какая-то, а не имя рода.

– А в письменном виде можете оставить мне подтверждение, что я теперь не из вашего... – только начала было Люда, как "папаша", истерично обругав ее парой совсем грубых фраз, развернулся и тоже поторопился на выход.

– Не переживай, человечка, как владетель этих земель, я могу подтвердить любое событие, чему был свидетель. Письменно, если хочешь, – хмыкнул дракон, опять откидываясь на спинку кресла и продолжая сверлить девушку темным, практически черным взглядом. В котором опять заплясали алые огоньки.

– Хочу. Подтвердите, пожалуйста, Ваша Светлость, – кивнула Люда. – В письменном виде.

Вроде еще нужно поклониться этой Светлости согласно Уложениям, но сил совсем нет, тогда она просто рухнет на пол.

Наконец-то у нее будет хоть какой-то документ!

А еще свобода!

Ну, почти. Свобода от прошлой семьи этого тела, но теперь она официально должна айну.

Кстати, о нем.

Повернулась в ту сторону.

– Господин лерой, я признаю свой долг перед вами. И готова отработать его согласно нашего договора, но, надеюсь, вы позволите мне посетить дрохгар Торги в качестве его ыарнеры? Это займет не так много времени... можем продлить договор на такой же срок...

– И это все, что тебя волнует, человечка? – удивился Конрой с другой стороны стола. – Возможность посетить дрохгар?

А что еще ее должно волновать?

Вероятность, что придется отрабатывать долг натурой, то есть служанкой в доме айна, она рассматривала. Давно смирилась, даже найдя в этом некоторые выгоды. Айн, конечно, еще тот... зараза. Крови и нервов наверняка ей попортит много, но... Это не вынужденный брак с незнакомцем. Не быть безвольной вещью в родной семье, которую продают кому попало. И даже не скитаться бродяжкой без крова и защиты по дорогам, где полно холостых нелюдей, у которых гормоны в крови играют похлеще, чем у людей-подростков. Разве что силы, возможностей и даже власти у первых в разы больше.

А так она всего лишь будет "работником тряпки и метлы", пусть это понижение после должности помощницы Душары, но по магическому договору! Что-то лишнее айн вряд ли сможет себе позволить. А если и позволит, то... можно будет на него пожаловаться герцогу, владетелю местных земель?

Поэтому Люда молча повела плечами. Что еще ее должно волновать?

– Так ради чего ты признала свое поражение в пари? Ради Торги или сама настолько не хотела... м-м, возвращаться к семье и к своему жениху? Он сын графа, значит, ты была бы графиней, со временем, – теперь интересовался дракон, продолжая разглядывать ее поблескивающими красным глазами. – Всяко лучше, чем быть поломойкой, к тому же у нелюдя. Не верю, что рецепты у тебя закончились, человечка. Твоя память... пусть выборочна, но как бездонный колодец. Уверен, ты бы еще многим нас удивила. Если бы захотела.

На этот вопрос Люда тоже пожала плечами. Она не знает. Но с теми людьми точно не стоило ей уезжать. И признать поражение, чтобы долг можно было уже требовать, и сработала финансовая сторона закона – виделось ей единственным возможным вариантом.

– Напомню тебе, человечка, что ты можешь перепоручить свой долг любому, кто согласится выкупить его, – продолжал убаюкивающе вещать дракон. – Например, мне. Или лорду Качевайн.

Видя недоумение на лице девушки, пояснил:

– Тот дракон, для которого ты устроила "желтый обед". Чем впечатлила его, хм, и не только этим. Он тоже высказывал желание выкупить твой долг перед айном. Думаю, что ему лерой не откажет, – последнее прозвучало как вопрос, будто адресованный уже самому ушастому.

Но тот, подойдя ближе, упрямо качнул головой.

– Шанитир, ты забыл упомянуть, что кроме вас двоих ко мне и другие драконы также обращались. С желанием выкупить долг человечки. Даже с большой прибылью для меня, в отличие от тебя не скупились. Надо же, я и не думал, что перепродавать... людей окажется настолько прибыльным делом.

Люда уставилась на него. Ушастый ее только дразнит или уже кому-то перепродал?

– Тебе решать, человечка, – сказал герцог вроде ей, но продолжал пристально смотреть на блондина, слова которого проигнорировал.

Ой, то есть на официального посланника Великого Леса в западные провинции Великой империи Юаджи? Ну надо же, с кем она ссорилась поначалу.

– Нет, благодарю, Ваша Светлость, пусть остается как есть, – отказалась и Люда.

Герцог и его охранник с удивлением глянули на девушку.

– Ты же не ради симпатичного личика Лайнфаэра отказываешься от предложения герцога? Подумай еще раз, – фыркнул Конрой. – Человечка, он – айн!

Чего?! В смысле, что тот, кому она должна, айн, стройный блондин с длинными ушами и пронзительно зелеными глазами, она и сама прекрасно видит, зрение у людей нормальное. А что до личика...

Люда посмотрела на задравшего нос и опять со снисходительно-презрительной миной на лице айна, на оборотня, на дракона. Даже на притихшего, будто каменная гора, орга у двери. Вообще-то, они все здесь симпатичные, даже Гракгаш по-своему... но герои не ее романа. Ну их нафиг, этих нелюдей с их выкрутасами нечеловеческой логики! У нее и без мужских "личиков" проблем хватает.

– Просто выбираю меньшее из зол...

– Что?! – хором воскликнули Конрой и сам айн. – Меньшее?

Непонятно, кто из них более рассержен. И чем именно.

– Глупая человечка! Он – айн! Айн! Самый... породистый из них! – взмахнул рукой оборотень в сторону блондина, но тот только недовольно поморщился. – Хочешь, я дам тебе почитать книгу воспоминаний одного из подобных ему? Его прославленного сородича, генерала, сделавшего себе имя в войнах с людьми? Как он отзывался о людишках, которого вырезал целыми отрядами! Что они делали с пленными! А с человеческими женщинами? Они же вас ни во что не ставят!

– А вы? – фыркнула Люда, вяло отреагировав на возмущения оборотня, перенеся вес с ноги на ногу. Как она устала! Свернуться бы калачиком да проспать пару дней. – Вы, остальные нелюди, ставите? Это вы, Конрой, а не господин лерой, втянули меня в сомнительный спор, долг по которому я не смогла бы выплатить. Ваши волки не дают мне ступить дальше двора таверны. Вы непонятно что мутите у меня за спиной. Вы довели... кхм.

Осеклась, потому что чуть не сболтнула лишнее.

– А айн... Ну и что, что айн? Ну, в крайнем случае, прирежет меня и всего делов-то.

Вот точно лучшая раса во всей этой гадской империи – орги! Без вариантов. Только специи у них вонючие.

– "Всего делов"? – уронил челюсть оборотень.

– "Мутите"? – приподняв смоляную бровь, поинтересовался дракон, выслушавший ее гневную речь невозмутимо. Хотя именно его она и имела в виду, и он прекрасно понял. – Что это значит?

– Ничего хорошего! – огрызнулась вконец уставшая девушка, потирая лоб.

– Мне идти прямо сейчас вещи собирать или есть еще время? – обратилась она к застывшему блондину. – Могу успеть праздничный ужин для Его Светлости приготовить. Прощальный. Так и быть, удивлю вас еще чем-нибудь напоследок.

– Значит, это правда! – выдохнул почему-то удивленный айн. – Ты могла не признавать себя проигравшей, у тебя есть еще рецепты!