Текст книги "Вторжение (СИ)"
Автор книги: Пётр Жгулёв
сообщить о нарушении
Текущая страница: 21 (всего у книги 25 страниц)
Глава 29
Пленница
Уровень: 95 (3.615/11.400).
Ци: 49.100/49.100.
Мана: 18.700/18.700.
Прана: 13.500/13.500.
Пси: 12.900/12.900.
Ви: 36.500/36.500.
Эфир: 100/100.
Внутреннее Море:???/100.000.
Резерв доспеха Пустоты (БЭ):???/100.000.
Свободных очков параметров: 1.
Очков Заслуг: 204.444.
Убито: 470.
* * *
24 ноября 2024 года
Спустя полчаса, приняв облик Айрена, я покинул резиденцию бессмертного через главный вход, причём во главе отряда новых рабов. Закрыв проход, я демонстративно поклонился, выражая почтение оставленному учителю – на случай наличия наблюдателей. После чего спустился к основанию горы, где нас ждал примитивный летающий корабль – довольно маленький, без реактора, но вполне способный летать за счёт энергии экипажа.
– За вёсла!
Рабы расселись по местам, и, хотя пятерых «гребцов» не хватало, но для того, чтобы просто поднять судно, достаточно было и десятка практиков начальной стадии ядра. Или одного – зарождающейся души, но прошлый хозяин корабля предпочитал ограничиваться управлением. Так что я занял место в центре расположенной на носу печати – управление тут было не сказать чтобы интуитивно понятным, но не особо сложным.
Вверх!
Корабль начал подниматься вертикально, затем развернулся в нужную сторону и устремился к центру острова. Причём со скоростью, сравнимой с той, что развивали старейшины зарождающейся души.
Конечно, по сравнению с Авророй это была всего лишь шлюпка, но свою роль она выполняла. И в теории могла доставить меня до одного из соседних островов.
Впрочем, так далеко мне было не нужно, и, выбрав укромную долину, я приземлил корабль и отозвал экипаж. Тащить их с собой дальше, не будучи уверенным в верности, было бы немного опрометчиво.
Полёт!
Так что дальше я направился своим ходом и не так быстро, как мог, – приходилось сдерживаться, чтобы не выбиваться из роли и не вызвать подозрений.
Ашу: Ты просто параноик!
Василий: Не просто параноик, а живой параноик.
Ну а шпион, который позволяет себе снимать маску, не убедившись в полной безопасности места, обычно долго не живёт. Сейчас я – Айрен Владыка Прилива!
Полёт! Полёт!
Полёт!
В центре этой внешней зоны не было огромного золотого купола, но зато имелся дворец и небольшой городок, доступ к которому для чужаков был строго ограничен. И даже я не стал пытаться перелететь через стену, а приземлился у ворот.
Блинк!
Проигнорировав основную очередь, я направился к воротам, и никто из желающих попасть в город не выказал ни тени недовольства, а стражники торопливо поклонились, даже не подумав потребовать бирку для проверки.
– С возвращением, господин Айрен!
В конце концов, я был не просто старейшиной, а главой стражи. И принцип, по которому начальство нужно знать в лицо и не требовать документов, работал в большинстве миров. Или как минимум в большинстве миров, населённых гордыми потомками обезьян.
Ашу: Чего это ты про обезьян вспомнил?
Василий: Да просто стражник больно страшный.
Ашу: Он же эльф!
Василий: Никогда не видел таких уродливых эльфов. Без обезьян тут дело явно не обошлось. Или, с учётом обстоятельств, каких-нибудь ящериц…
Хотя, конечно, истинная причина заключалась в отклонениях, полученных в ходе культивации, которые у представителей драконьей династии встречались не так уж редко.
Внимание! Сайден Перо Заката, великий старейшина Династии Феникса, повержен!
Я чуть сбился с шага, но новость о гибели третьего бессмертного меня порадовала: всё шло по плану и теперь у врагов оставалось всего лишь два генерала.
Проникнув в город, я не стал пробираться по извилистым улицам, а просто взлетел, направившись непосредственно ко дворцу. Пусть дорогу я примерно знал, но одно дело – видеть путь в чьих-то воспоминаниях, и другое – повторить его самостоятельно.
Вниз!
Стража на входе во дворец тоже пропустила меня спокойно, а попытку одного из чиновников пристать с каким-то вопросом я проигнорировал, сославшись на чрезмерную занятость. И всё, что ему оставалось, – поклониться мне вслед.
Ашу: Входишь во вкус?
Василий: Мне кажется, из меня получился неплохой разведчик.
Внешние зоны отличались между собой, но некие общие принципы были схожи, и сердце располагалось не просто во дворце, а глубоко под землёй.
– Лифт всё ещё не работает?
– Боюсь, что нет, старший, – поклонился очередной стражник. – Нам так и не удалось найти раба, способного заменить покойного управляющего…
– Ищите лучше!
– Да, старший!
– И зачем вообще охранять нерабочий лифт?
– Разве это был не ваш приказ, старший?
– Может, и мой – знаешь, сколько я их каждый день отдаю? – не смутился я. – Но раз приказал – значит стойте и сторожите!
Конечно, я мог бы просто пройти мимо и воспользоваться лифтом, но это неминуемо вызвало бы вопросы. Так же, как и исчезновение стражников, – так что я не стал рисковать поднять тревогу и направился к лестнице – или, точнее, огромному провалу, некогда пробитому к подземелью.
Ашу: А это точно лестница?
Идущие по кругу этого провала ступени были скользкими, мелкими, а верёвки и скобы не вызывали доверия, так что тем, кто не умел летать, пользоваться этим путём было нежелательно. Иначе первый и последний урок полётов можно было получить против своей воли, под действием гравитации.
– Вы направляетесь вниз, господин Айрен?
– Да.
– Тогда я должен проверить ваш жетон!
– Уверен?
– В прошлый раз вы сами назначили мне пять плетей за несоблюдение инструкций!
– В этот раз получишь десять – за непочтительность к старшим!
– Во имя дракона! – скривился мужчина. – Но только после того, как увижу ваш жетон!
– Двадцать плетей!
– Старший…
– На, смотри, – ткнул я ему в лицо биркой. – И я передумал насчёт плетей. Ты – молодец.
– Служу Династии!
Возможно, если бы стражник изучил бирку получше, то мог бы заметить какие-то проблемы, но радость от отмены наказания сильно уменьшила критичность восприятия и желание следовать процедурам.
Ашу: Ты мог просто столкнуть его вниз!
Василий: Тут как минимум трое часовых.
Ашу: Ты мог столкнуть вниз одного, а остальных пронзить копьём!
Василий: Какая ты кровожадная. Может, это бы и сработало, но сегодня я диверсант, а не штурмовик.
Ашу: Значит, ты не планируешь убивать старейшин?
Василий: Планирую.
Полёт!
На дне ямы стражи не оказалось – в конце концов, попасть сюда случайно сложно, а если кто-то попал, то рядовой практик его не остановит. Куда большую проблему составлял лабиринт туннелей, ориентироваться в котором было сложно даже тем, кто бывал тут много раз, а не просто разок посмотрел видео прохождения. Направо или налево?
Ашу: Налево!
Василий: Уверена?
Ашу: У меня идеальная память!
Василий: В таком случае будешь сегодня проводником.
У меня, в общем-то, тоже, но я переложил ответственность на предка, следуя её инструкциям, и, вопреки смутным подозрениям, вскоре достиг нужной комнаты. Или, точнее, огромного зала, в центре которого располагалась портальная плита, а вокруг – куча дополнительных формаций, контролируемых четвёркой практиков зарождающейся души. У старейшин были и имена, но вспоминать их сейчас я не стал – поскольку оставлять в живых тут никого не собирался.
– Ты уже вернулся? – уточнил первый кандидат в покойники.
– Как видите – живым и невредимым, – ответил я. – Или вы рассчитывали на что-то иное?
– Ты сам вызывался добровольцем.
– Припоминаю нечто подобное.
– Хватит ёрничать! – вмешался второй. – Что с предком?
– Почтенный наставник получил откат при культивации, что вызвало реакцию со стороны драконьих червей.
– Подобное возможно? – удивилась третья. – Мне казалось, драконьи черви достаточно устойчивы к случайным воздействиям.
– Так сказал предок, – использовал я железобетонный аргумент. – Ты что, сомневаешься в его словах?
– Ни в коем случае, я лишь просто удивилась!
– У нас нет причин не верить брату, – попытался примирить нас четвёртый. – И мы рады знать, что предок жив, но проблему рабов требуется как-то решать!
– Учитель уже связался с союзниками, – сообщил я. – Вскоре нам пришлют новых рабов!
– В таком случае нам нет смысла сидеть тут и дальше?
– Знаешь, я могу только порадоваться, что наши опасения не подтвердились! У меня есть кувшин отличного духовного вина – как насчёт отметить нашу удачу?
Разговор не имел особого смысла, но заставил старейшин поверить, что опасности нет, и немного расслабиться, а мне – позволил достичь нужной точки.
Имбаланс: духовный меч!
Разделение! Разделение!
Четыре клинка выстрелили к старейшинам, и, хотя мне удалось застать их врасплох, они всё же успели выставить какую-то защиту.
Разделение! Разделение!
Но развернуться и окрепнуть щиты уже не успели – божественные мечи пронзили сначала преграду, а затем и скрывающихся за ней старейшин, уничтожая их телом и душой. Первый, впрочем, сумел отразить мой удар, но это лишь подарило ему лишнюю секунду.
Блинк!
Почувствовав угрозу сзади, старейшина тоже попытался переместиться, но я уже заблокировал пространство.
– Стой!
Появившееся в моей руке копьё вошло в спину практику, пробивая сидящую внутри зарождающуюся душу, – на этот раз ни информация, ни пленники мне были не нужны.
Не так давно схватка с каждым из старейшин потребовала бы от меня выложиться до предела, но сейчас это была скорее бойня, чем настоящая схватка.
Внимание! Вы получили 320 ОС! (3935/11.400)
Вы получили 4000 ОЗ! (208.444)
Убито: 474.
Ашу: Они просто были не готовы!
Василий: Вряд ли это может послужить им оправданием.
Закинув трупы в пространственное кольцо и слегка замаскировав следы крови, я покинул портальный зал, вновь вернувшись в лабиринт.
Внимание! Сигр Метель, великий старейшина Династии Вьюги, повержен!
Отлично – теперь оставалась только демоница, но даже если с ней выйдет осечка, то это уже будет не критично.
Василий: Куда теперь?
Ашу: Прямо, налево, налево, прямо!
Не став сомневаться в инструкциях, я направился по указанному маршруту и спустя пару минут упёрся в тупик.
Василий: Мне казалось это я тут Сусанин.
Ашу: Кажется, мы пропустили поворот… или два поворота?
Василий: Поворотом больше, поворотом меньше. Куда дальше?
Ашу: Налево! Направо! И потом вперёд!
Результатом стал очередной тупик, и я взял дело в свои руки, обратившись к системной карте, которая позволила выйти обратно к провалу. Но уходить мне было рано, так что я сам обратился к украденным воспоминаниям.
Вернувшись в лабиринт, я направился по памяти и вскоре достиг нужной точки – знакомого золотистого барьера, возле которого дежурили двое практиков ядра. Вот только при моём приближении они не склонились в поклонах, а обнажили мечи.
– Что привело вас сюда, старший?
– Откройте проход.
– Мы не можем, – отозвался левый смертник. – Вход в этот зал разрешён только с личного разрешения предка!
Собственно, ни один из практиков, память которых я считал, не бывал в этом зале лично – и даже у входа бывали нечасто. И это, в сочетании с работающим барьером, наводило на определённые мысли.
Эльфийская ложь!
Мой облик поплыл, превращаясь в Йерала – и пусть облик был неполным, но для того, чтобы обмануть парочку младших, его должно хватить.
– Предок? – удивился левый стражник. – Это действительно вы?
– Как видишь, – кивнул я. – Открывайте проход!
Духовное давление!
Наглядная демонстрация моего превосходства заставила практиков рухнуть на колени – сопротивляться в полную силу они попросту не осмелились.
– Просим прощения, предок! – поднял голову правый. – Но мы не знаем, как убрать пелену!
– Не знаете?
– Она всегда исчезала сама, когда этого требовала ситуация!
Полагаю, к этому моменту стражники уже не верили, что я их предок – иначе подобные вещи не стали бы для меня секретом, – но продолжали притворяться, выискивая возможность для нападения. По крайней мере я на их месте бы непременно так и поступил.
Сфера молний!
Практики прикрылись мечами, но увернуться от разрядов не смогли, а следом я сблизился с ними, накладывая парализацию. Не то чтобы меня обуял приступ милосердия, но убивать без лишней необходимости я не любил, да и в целом мне могли потребоваться заложники.
– Ты ведь слышишь меня, верно? Если ты не откроешь проход, я убью этих двоих!
Ответа не последовало, но я верил своей интуиции – и ещё больше верил логике, которая говорила, что вход в зал открывается изнутри.
– Не испытывай моё терпение, – продолжил я. – Или ты хочешь, чтобы я ломился через барьер силой? Или, может, вообще ушёл?
Какой-то из аргументов определённо сработал, поскольку пелена разошлась, пропуская меня в зал, в центре которого возвышался знакомый кристалл. Но меня интересовало не сердце, а огромная духовная формация, начерченная вокруг него, и несколько десятков столбов с цепями, которые сходились к пленнице – человекоподобной женщине с львиной головой, чёрными крыльями и исполненным интереса взглядом.
Ламашту. Хранительница (B). Уровень 5
Интерлюдия
Ламашту
Когда речь заходит о богах или равных им сущностях, то системное имя – не просто набор звуков, но и связанные с ним знания, способности, права и обязанности. И Ламашту была не первой носительницей своего имени. Не первой, но, как она некогда наивно надеялась, – последней.
В конце концов, среди хранителей внешних территорий она была далеко не самой слабой. И, планомерно обзаводясь связями, накапливая богатство и повышая уровни, амбициозная женщина занимала всё более высокое место в иерархии. Вплоть до того, что в своих мечтах уже засматривалась на миры-этажи и статус внутренней хранительницы.
Всё рухнуло, когда бессмертные обрушились на Башню и армия защитников потерпела сокрушительное поражение. Не потому, что хранителей было меньше, хотя их действительно было меньше. И не потому, что они были слабее, – не были. А из-за разрозненности, трусости и предательства генералов.
– Ненавижу!
Далеко не все из хранителей вышли на ту битву, а когда Мардук и его свита пали, их заместители предпочли отступить «на более выгодные позиции». Тем самым оставляя внешние территории на поток и разграбление, а их защитников – на верную гибель. Ведь сражаться на одном уровне с истинными бессмертными они были попросту не способны.
Кто-то из внешних хранителей отступил в Башню, пойдя против своей природы и статуса. Кто-то попытался укрыться в центре своей силы, в тщетной надежде, что за ним не придут, а кто-то просто погиб в бою.
Ламашту принадлежала к четвёртой категории – тех, кто, даже потерпев поражение, сохранил жизнь, склонившись перед бессмертными. Ведь победителям тоже нужно было контролировать захваченные территории. Именно подобные ей пленники открыли врагам путь к внутренним этажам Башни, позволяя продолжить экспансию.
В качестве же награды предателям пообещали жизнь, относительный комфорт и возможность время от времени удовлетворять «естественные потребности». В случае бывшей демоницы это были плоть, кровь и души разумных – особенно младенцев, пусть формально Система и не одобряла убийство беззащитных существ. Впрочем, не одобряла не из-за доброты, а по рациональным причинам – и именно Система некогда и изменила тигроголовую, наделив специфическими пищевым пристрастиями.
– Ненавижу!
Если три тысячи лет просидеть на цепи, то характер непременно начнёт портиться, а у Ламашту он изначально был далеко не ангельским. Ныне хранительница ненавидела бессмертных, ненавидела богов, ненавидела игроков, ненавидела героев и ненавидела саму себя. Ненависть давно стала частью её сущности, но она хотела жить, а потому ничем не показывала чувства своим хозяевам. Напротив – демонстрировала верность, раз за разом отказывая мятежникам в помощи и оставаясь сидеть в своём зале. И награда не заставила себя ждать – её стали чаще кормить, а цепи ослабили, позволяя свободно бродить внутри формации.
Периодически к Ламашту приводили пленников, рабов и преступников, которых она сжирала – выпивала кровь, съедала мясо, а затем обгладывала кости. К сожалению, младенцев среди них не попадалось.
Ламашту мечтала о свободе, но свободу ей могло подарить только одно – гибель Священной Девы Дождя Юнь. Именно её сила пропитывала цепи, не давая ни малейшей надежды на освобождение. И именно гибель кого-то из истинных бессмертных и служила сигналом к началу очередного восстания хранителей. Кровавого, яростного и бессмысленного, поскольку среди них не осталось никого, способного справиться с главами династий.
Поэтому когда очередной раб, поставленный присматривать за кристаллом, начал корчиться в муках, демоница не слишком удивилась: подобное уже не раз случалось. Бессмертные драконьей династии считали себя особенными, но контролировали своих подчинённых при помощи пилюль и в целом вели себя ничуть не лучше демонов. Настоящих демонов, вроде неё самой, а не тех, что присвоили себе этот титул потому, что отрастили на голове рога.
Воспользовавшись моментом, Ламашту оттащила труп за кристалл, где была вырыта небольшая пещера, и тут сожрала, оставив лишь немного сладких костей на будущее. После чего вернулась в центральный круг и, достав нефритовую табличку, активировала одно из свойств формации, очищаясь от лишней грязи и крови – награда, которую она получила, впервые заслужив поощрение бессмертных.
Впрочем, заключить с ней полноценный союз и даровать хотя бы иллюзию свободы бессмертные отказались. И за три тысячи лет она ни разу так и не покинула пределов темницы.
– Ненавижу!
Главной сдерживающей силой формации были тринадцать столбов, расположенных двумя контурами, цепи между которыми могли натягиваться, фиксируя пленницу в том или ином месте духовной формации. Сама же формация была разделена на три области. Первая граница очерчивала двухметровый круг, являясь по сути ядром темницы. Вторая позволяла ей добраться до сердца, проведя необходимые хозяевам действия, а третья – охватывала всю центральную часть зала.
Впрочем, у формации была ещё и четвёртая, скрытая область – опоясывающая зал по периметру и из-за ограничения цепей для неё недоступная. Даже если ослабить их до предела, добраться до находящихся там практиков она не сможет.
– Ненавижу…
Единственный способ освободиться – разрушить систему цепей, но безболезненно это можно сделать, только открыв замки. Причём, как она подозревала, не просто открыть, а открыть в правильном порядке, иначе баланс энергии будет нарушен и пленницу разорвёт на кусочки.
– Ненавижу…
Основной ключ, насколько ей было известно, хранился у главы династии, так что открыть замки было невозможно, а вот управление формацией и цепями было доступно и для других. Например, для наместника, последним из которых являлся Йерал, сын Дракона – бессмертный, стоявший сейчас у входа в зал. Несмотря на то, что по всем расчётам давно должен быть уже мёртв.
И, хотя выглядел Йерал достаточно убедительно, хранительница доверяла своей интуиции – перед ней самозванец. Не первый и не последний из тех, что сюда приходили.
Коснувшись таблички, демоница заставила цепи прийти в движение, запирая себя в центре формации, принимая позу несчастной жертвы и стремительно успокаиваясь – ведь ненависть не способна подарить ей свободу. Или хотя бы утолить голод.
Игра началась…
Глава 30
Духовная формация
Уровень: 95 (3.935/11.400).
Ци: 49.100/49.100.
Мана: 18.700/18.700.
Прана: 13.500/13.500.
Пси: 12.900/12.900.
Ви: 36.500/36.500.
Эфир: 100/100.
Внутреннее Море: 78.542/100.000.
Резерв доспеха Пустоты (БЭ): 100.000/100.000.
Свободных очков параметров: 1.
Очков Заслуг: 208.444.
Убито: 474.
* * *
Ламашту. Хранительница (B). Уровень 5.
Не лучшее имя – в древнем Вавилоне подобное носила младшая богиня, насылающая болезни, похищающая младенцев и по большому счёту считающаяся одним из самых злокозненных демонов. И хотя полностью полагаться на земную мифологию в таких вопросах не стоит, доверия подобный бэкграунд не добавляет.
Ашу: Тут ты прав – хорошую кошечку Ламашту не назовут!
Василий: Думаешь, гладить не стоит?
Ашу: Сначала нужно убедиться, что она не откусит тебе голову!
Одета хранительница была в какой-то древний ритуальный наряд, состоявший из кожи, ткани и металлических вставок, – да и в целом она словно сошла с обложки одной из старых книг. Из числа ныне признаваемых сексистскими, на которых варвар защищает не слишком обременённую одеждой девушку. Впечатление несколько портила нечеловеческая голова, но, с другой стороны, могло быть и хуже – в каноническом описании у вавилонской богини присутствовали ещё и ослиные уши.
Ашу: С ушами было бы интереснее!
Предлагать предку отрастить себе подобные я не стал, тщательно подавив в себе самоубийственную мысль…
Вы получили задание «Ламашту»!
Ранг: С.
Описание:
Нам пригодилась бы её сила, но лояльность вызывает сомнения – выясни, можем ли мы заполучить её в качестве союзницы.
Награда: вариативно.
Наказание: вариативно.
Грых: Рассчитываю на тебя!
Вопрос был важным, поскольку даже если когда-то хранительницу силой заставили служить династии, то тысячи лет – это тысячи лет.
– Так и будем молчать? – промурлыкала пленница. – Или ты сражён моей красотой?
– Кто бы не был сражён?
Торопиться вступать в полноценный диалог я не стал, решив сначала изучить окружение. Первым делом в глаза бросалась внушительная плита из белого нефрита, на которой были вырезаны руны драконьего языка.
Здесь запечатана Ламашту, чья душа черна, словно сама Тьма.
Не доверяйте ей – она непременно попробует обмануть.
Не подходите к ней – если не уверены в своей силе.
Не пытайтесь освободить её – это невозможно.
И не кормите её слишком часто.
В том моя воля!
Юнь
Внимание! Вы отразили Ментальную Атаку!
Всего миг – и я подавил наведённое рунами желание опуститься перед каменной плитой на колени. Каждая руна тут источала намерение, вложенное создательницей, а в качестве подписи служило имя Юнь – без титула, но несложно было догадаться, что плиту оставила Дева Дождя. Истинная бессмертная, чья сила лежала в основе могущества Династии Южного Моря. И нынешняя императрица, к слову, была её прямым потомком.
– Тогда почему ты смотришь куда угодно, только не на меня?
– Извини, извини.
Я перевёл взгляд на пленницу – или, точнее, на духовную формацию, которая её сковывала.
Всевидящее око!
Основой служили тринадцать внушительных металлических столбов, стоящие двумя кругами, между которыми переплетались не слишком толстые цепи. Похоже, бессмертные любят цепи, но всё же данная схема разительно отличалась от той, что я видел в Ковчеге.
К сожалению, теоретических знаний у меня не хватало – ещё один пробел, который требовалось восполнить. И где-то в глубинах инвентаря имелась даже подходящая карта – вместе с сотней других подобных, взятых из хранилища Школы Семи Камней или прикупленных за единичку опыта на случай вроде сегодняшнего.
– Если гость занят, то я подожду, – вздохнула Ламашту. – Однако, может быть, вы перестанете изображать из себя этого старого маразматика и покажете свой истинный облик?
– Маразматика? – возмутился я. – Да как ты смеешь, тварь!
Правда, сделал я это по инерции – именно так и должен был поступить великий старейшина, а я ещё до конца не решил, стоил ли признаваться в подмене. К тому же, испытывая терпение хранительницы, я мог не только лучше её оценить, но и подготовиться к разговору.
Василий: Ты разбираешься в духовных формациях?
Ашу: Я разбираюсь во всем на свете – только не всегда правильно!
Василий: И что скажешь в данном случае?
Ашу: Тут по меньшей мере три контура, каждый из которых играет свою роль, но определить их навскидку я затрудняюсь. Как минимум – формация позволяет регулировать длину цепей…
Василий: Что с сердцем?
Ашу: Оно находится во втором контуре и напрямую с формацией не связано.
Я перевёл взгляд на кристалл в глубине формации – на первый взгляд, сейчас цепи слишком коротки, чтобы пленница могла дотянуться до артефакта. Так что теоретически я могу попытаться добраться до сердца, даже не вступая в диалог. Правда, для этого мне в любом случае придётся войти в формацию. Со всеми сопутствующими этому решению рисками.
– Перестаньте, уважаемый гость, – не испугалась «тварь». – Пусть моё тело и сила скованы, но глаза остались при мне. Возможно, в вас тоже течёт кровь благородных драконов, но вы – это не Йерал!
– Почему ты так думаешь?
– Вы похожи на того старикашку, но ваши действия и слова заметно отличаются. Вы можете обмануть тех, кто с ним незнаком, или младших, не смеющих задавать вопросы. Но против меня этого недостаточно.
Ожидаемо – ведь обыскать душу бессмертного я не смог и полагался только на воспоминания учеников.
– Тогда почему ты решила, что во мне есть кровь драконов?
– Если бы в вас не было драконьей крови, вы бы не смогли прочитать, что там написано. И если бы ваша кровь не была достаточно сильна, вы бы не смогли устоять на ногах.
– Знаешь, что там написано?
– Моя формация не позволяет увидеть плиту со стороны текста, да и драконьей родословной у меня нет, – пожала плечами Ламашту. – Но, судя по оговоркам тюремщиков, что-то о том, какая я плохая и что меня нельзя кормить младенцами…
– А ты любишь младенцев?
– Клянусь – за три тысячи лет я не съела ни одного!
– А за три с половиной?
– Не одного, – «повторила» она. – И хотя не в моей ситуации высказывать возмущение, но, уважаемый гость, такие вопросы звучат достаточно обидно. Особенно от незнакомца…
Вполне очевидный намёк, но отказываться от маскировки я не торопился – ведь именно неопределённость заставляла хранительницу сохранять предельную вежливость.
– В таком случае представься первой.
– Я – Ламашту, хранительница этой Внешней Зоны!
– Насколько мне известно, хранители похожи на богов и также имеют специализацию.
– Не совсем верно, но в целом можно и так сказать.
– И на чём ты специализируешься?
– На плодородии, уважаемый гость.
Ашу: Во заливает!
Василий: Ирригация – тоже часть плодородия.
Ашу: Ага, как и засуха!
Похоже, напрямую признаваться в том, что является одним из воплощений вселенского зла, тигроголовая не желала – по вполне понятным причинам. И прошла по самой грани, едва избежав прямой лжи, за которую могло последовать наказание. В конце концов, в мифологии демоница действительно была связана с плодородием – следила за его отсутствием. Но изображать наивность я не стал, бросив на пленницу скептический взгляд.
– А когти тебе нужны, чтобы вспахивать землю?
– Скорее – чтобы удобрять её телами врагов, – не смутилась Ламашту. – Мой долг – защищать свои владения от врагов, следуя воле Системы!
Ашу: Мне кажется, она… как бы это сказать… э-э-э… опять занимается ирригацией!
Василий: Неплохая метафора.
Само собой – лозунги вообще редко соответствовали истинным мыслям тех, кто их высказывает. Но и спорить с ними смысла не имело.
– Похвально, похвально.
– Теперь, полагаю, настала ваша очередь представиться?
– Пожалуй, это будет справедливо…
Деактивировать «Эльфийскую Истину»!
Я сбросил облик, позволяя пленнице увидеть не только мою настоящую внешность, но и системный статус – и результат не заставил себя ждать.
– Значит, уважаемый Василий полубог? Да ещё и девяносто пятого уровня?
И пусть слова остались вежливы, но настрой хранительницы неуловимо изменился – божественные сущности склонны недооценивать возможности смертных.
– А кого ты ожидала увидеть?
– Собрата-хранителя, – призналась она. – Или, возможно, одного из бессмертных, решившего избавиться от старого маразматика…
– Разочарована?
– Ни в коем случае, уважаемый гость. Тот факт, что вы сумели проникнуть сюда, обманув стражу, говорит о вашей силе, храбрости и смелости. С такими выдающимися качествами вас непременно ждёт светлое будущее!
– Если меня не убьют в процессе его достижения.
– К чему озвучивать очевидные, но неприятные вещи?
Ламашту вела себя прилично, но чем дальше, тем больше напоминала мне не кошку, а какую-то змею – такая же изворотливая. И Нидхёгг был со мной согласен…
Описание: павшая хранительница.
Статус: не заслуживает доверия.
Вопрос лишь в том, что именно ей от меня нужно, – и, с учётом появившейся перед глазами миссии, ответ выглядел достаточно очевидным.
Вам предложено задание «Освобождение»!
Ранг: B.
Описание:
Найди способ освободить меня из заключения – и награда будет воистину щедрой!
Награда: союз, вариативно.
Наказание: нет.
Весьма ожидаемая просьба. Проблема заключалась в том, что сделать это будет не так-то просто. Не говоря уже о том, что я вовсе не был уверен, что хочу её освободить: слишком много тревожных звоночков.
Внимание! Вы приняли задание!
– Спасибо, – улыбнулась Ламашту. – Теперь хотелось бы понять, как много у нас времени. Наместник ещё жив?
– Если ты всё ещё имеешь в виду Йерала, то он мёртв.
– Кто его убил?
Я с лёгкостью подавил желание похвастаться: доверять хранительнице было преждевременно, так что пусть лучше она меня недооценивает.
– Разве это имеет какое-то значение?
– Скромность – это похвальное качество, – согласилась Ламашту. – Как и нежелание присваивать чужие заслуги. Но что с его слугами? Мой барьер прочен, но недостаточно, чтобы остановить их надолго…
– Слуги живы, но вряд ли появятся здесь в ближайшее время. И моя армия готова приступить к штурму осколка – нужно просто открыть им путь!
– Насколько велика твоя армия?
– Достаточно, чтобы не сомневаться в исходе сражения.
– На этом осколке или и на других тоже?
– Узнаешь, когда я тебя освобожу.
– К сожалению, сейчас я заперта в центральной части формации и не могу дотянуться до сердца, – изобразила сожаление пленница. – Без этого у меня не получится оказать вам существенную помощь.
– В таком случае дай права управления мне!
– Пожалуй, это возможно…
Внимание! Вам предложены локальные права администратора!
Принять/Отказаться
Само собой, отказываться я не стал и прикрыл глаза, изучая полученные возможности – достаточно широкие, но имеющие существенное ограничение. Использовать их я мог, только коснувшись сердца. Ну а для этого мне требовалось войти внутрь формации.
– И как мне добраться до сердца?
– Просто войди внутрь. Формация создана, чтобы удерживать меня, и для тебя вполне безопасна.
Возможно, она даже говорила правду – по крайней мере сюда периодически направляли рабов, и те как-то управлялись с возложенными на них обязанностями.
Внимание! Вы видите Великий Знак!
Осторожность – высшая мудрость!
С чем связаны великие знаки, я уже примерно понимал – и, судя по всему, от того, как я поступлю в данной ситуации, зависит минимум моя собственная жизнь, а максимум – судьба нашего священного похода.
Активировать Временной Барьер! (100 ОС)
На этот раз я огородил совсем небольшой пятачок и достал нужную карту, времени на изучение которой в прошлом не нашёл.
Внимание! Вы изучили Создание Духовных Формаций (F, ⅕)!
По сути, основы я и без того знал, натаскав их отовсюду по кусочкам, но теперь эти кусочки соединились в единое целое. Формации, они же печати… практики использовали их с древних времён, причём в целой куче сфер, но базовое назначение формаций – защита и сокрытие стационарных объектов. Начиная от полевых лагерей, продолжая резиденциями и заканчивая целыми планетами. Создание формаций с нуля требовало немало времени, но существовали и переносные варианты – чаще всего на основе флагов. Или иных артефактов, о которых я знал только в теории.
