Текст книги "Хозяин Оков XIV (СИ)"

Автор книги: Павел Матисов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 15 страниц)

– У нас не было полной уверенности, – невозмутимо откликнулась Дзартен.

– Да? А может ты хотела испортить нам праздник? – подозрительно откликнулась Ниуру.

– Тебе так только кажется. Если бы хотела испортить – не стала бы предупреждать.

Эльфийки по своему обыкновению готовы были цапаться друг с другом хоть до самого утра, так что мне пришлось поторопить их:

– Выгоним дилавердовцев из города и поспим нормально… Надо сообщить конунгам.

Мы экипировались в полные наши походные доспехи и выступили в ночь. Первым делом добрались до ставки Бьярнума, для войска которого выделили место в казармах. Конунг не желал ночевать в гостинице вдали от своих парней. Простая койка и компания друзей была ему важнее роскоши дорогого номера.

С трудом, но мы добудились Бьярнума. Вождь Нирдхолда по излюбленной своей традиции провел вечер за гулянками.

– Дилавердо? И поганец Харстед здесь⁈ – грохнул по столу пробудившийся вождь.

– Весьма вероятно, – кивнула Кшанти. – Хоть лично его никто не видел.

– Он в стороне бы не остался. Явился в Арьяджи, чтобы испортить праздник и отомстить за непутевого сыночка. Харстед! – взревел Бьярнум. – Выходи, трусливая сволочь!

Конунг выскочил на улицу чуть ли не в одном исподнем. За ним следовали поднятые по тревоге бойцы.

– Хватит голосить! – пытался я его образумить.

– Необходимо использовать фактор неожиданности, – увещевала Дзартен.

Однако взбешенному правителю было плевать на наши доводы:

– Харстед, где ты прячешься⁈ Выходи из своей норы! Сразимся один на один как настоящие воины!

Хоть оживление спало, улицы Арьяджи в эту ночь не спали. В преддверии Свадебного Фестиваля многие компании гуляли по городу, пьянствовали и всячески развлекались.

Воины Нирдхолда высыпали наружу следом за предводителем в полном боевом облачении. Бьярнуму принесли его доспехи, меч и щит.

Дилавердовцы тоже следили за обстановкой. Вскоре рядом с нами стала собираться группа плечистых парней с оружием. А затем и сам Харстед вышел из-за спин союзников. Конунг Дилавердо замаскировал свою внешность, но при ближайшем рассмотрении его можно было узнать.

– Ты никогда не отличался терпением, Бьярнум, – хмыкнул Харстед. – Настало время платить по счетам. Мой сын будем отмщен и обретет покой в колесе перерождения!

– Ты поплатишься за то, что отправил своих людей резать беззащитных пастухов! Сразимся один на один! Без привлечения наших бойцов! Это только наш спор. Нечего сторонним гибнуть из-за наших распрей!

– Мудрое решение, – объявил Харстед. – Вот только я не обладаю силами Воителя, в отличие от тебя.

– Сразимся без дара. Я готов надеть на себя определитель магии!

– Даже так?

Харстед задумался ненадолго. Спустя время конунг принял решение:

– Да будет так! Сразимся здесь и сейчас, без магии. Бой до последнего вздоха. И пусть Боги определят достойнейшего из нас!

– Бой!

Бьярнуму не терпелось начать поединок, но сначала ему принесли особый артефакт. Браслет, который крепился на локте и начинал мигать, если по ауре проходили потоки энергии. Такое происходило когда маг плел заклинания, одаренный эльф или Воитель применяли свои способности. Поговаривали, что обмануть определитель магии почти невозможно.

Зная Бьярнума, он и пытаться сражаться нечестно не будет. Простой как топор мужик.

Что ж, по крайней мере бойни удалось избежать. Конунги решили выяснить, кто из них прав по старой доброй дуэльной традиции. Подобное не сказать чтобы запрещалось, но обычно не поощрялось. Особенно среди одаренных, кои являлись важными фигурами в любом государстве и Вольном Городе. Плохо, когда гибнут твои чародеи и Воители.

Однако против слов конунгов никто высказаться не посмел. Правители считали себя вправе проводить смертельный поединок.

Особо ничем помочь Бьярнуму мы не могли. Зачарованный меч и хорошие доспехи у него имелись, так что оставалось положиться на его бойцовские качества.

Два конунга встали друг напротив друга во всеоружии. Бьярнум с мечом и роскошной гривой рыжих волос и Харстед с боевым топором и грозной лысиной. Из-за последнего я отчасти болел за Харстеда. В знак солидарности с лысым собратом.

Зевак собралось прилично, не говоря о наших солдатах. Каждому хотелось поглядеть на поединок правителей.

Помощники развели зрителей в стороны, организовав открытую площадку. После чего дали старт поединку чести.

Харстед атаковал яростно. Несся вперед и активно бил топором. Но и Бьярнум от него почти не отставал. Меч так и мелькал в руках здоровяка, ударяя о доспехи или щит. Сыпались искры, раздавалось лязганье и ругань.

Вскоре последовали и первые ранения. То одному, то другому удавалось достать оппонента. Сражались они оба бесстрашно и исступлено, не щадя живота своего.

Харстед рассек брюшные мышцы противнику, Бьярнум сумел резануть оппоненту сухожилие на ноге. Конунги теряли кровь, силы и сноровку. Двигались все медленнее.

Определитель магии ни разу не загорелся. Бьярнум не использовал свои силы Воителя.

Харстед сопротивлялся достойно. Сумел несколько раз задеть кровного врага. Однако правитель Нирдхолда был искусснее в бою и физически сильнее. В итоге клинок Бьярнума ударил того в лицо. Прорезал частично доспех и посек физиономию. Пока Харстед, потерявший глаз, пытался оклематься, Бьярнум сделал точный выпад и пронзил грудную клетку вождья Дилавердо.

Смертельно раненый Харстед рухнул на мостовую:

– Боги на твоей стороне… – произнес он и испустил последний вздох.

Бьярнум упал на колени рядом с поверженным противником и прикрыл тому остекленевшие глаза:

– Ты сражался достойно, друг. Жаль, что Нирдхолд и Дилавердо так и не смогли обрести примирения…

На площадь вдруг выскочила большая процессия во главе с офицерами стражи и самим конунгом Арьяджи. Правитель Карвенс выглядел недовольным, что в целом и не удивительно. Мне тоже не нравилось, когда меня будили среди ночи.

Однако, как показали последующие события, его гнев был вызван не тем фактом, что его дернули из кровати в столь поздний час.

– Выскочки из Нирдхолда! Как посмели вы надругаться над конунгом Дилавердо! Убить почетного гостя города и моего друга!

– Это был честный поединок. Свидетели подтвердят, – поднялся Бьярнум на ноги.

– Тц, – услышал я шипение Кшанти. – Так значит, презренный помог дилавердовцам проникнуть в город. То-то мне казалось странным, что они так вольготно чувствовали себя в Арьяджи. Они были заодно со стражей.

– Слушайте мой приказ: войска Дилавердо, стража Арьяджи, – продолжил Карвенс. – Преступники из Нирдхолда должны быть наказаны за свои злодеяния!

– Ты что несешь, подонок! – нахмурился я. – Мы же восстановили ваш ксаргов мост!

– Поэтому в вас больше и нет необходимости. Уничтожьте нирдхолдцев и проклятого Резонансного мага! – взвизгнул конунг Арьяджи. – Бьярнум, ты ответишь за убийство дорогого конунга Харстеда! Мрадиш, ты больше не будешь сеять в моем городе свои гадкие артефакты!

Глава 23

События развивались не совсем в том направлении, в котором нам бы хотелось. Карвенс объединился с Харстедом, о чем мы не были в курсе. Даже Кшанти, собиравшая всевозможные слухи, была удивлена такому повороту. Харстед и Карвенс не были никогда близкими друзьями. Конунг Арьяджи недолюбливал что Дилавердо, что Нирдхолд.

Остается предположить, что после инцидента со смертью сына и уничтожением моста поселения Дилавердо и Арьяджи заключили некий тайный союз против нас. Странно, правда, что они не атаковали нас сразу же по прибытию. То ли ждали подхода подкреплений, опасаясь нашей силы, то ли договорились лишь недавно. Харстед не решался делать шаг, пока Бьярнум находился рядом со своими войсками. А далеко от них конунг никуда и не отлучался.

Нас окружили бойцы противника. С одной стороны прибывала городская стража Арьяджи, с другой находились воины Дилавердо. Соратники Харстеда не спешили бросаться в бой, да и Карвенс медлил. Правитель желал захватить нас без лишней крови. Неизвестно, что он планировал делать с пленными, но проверять в любом случае не хотелось.

Было бы забавно, если бы на меня снова нацепили ошейник подчинения, и я бы сбежал в первый же день. Только вряд ли местные допустят такую оплошность, ведь слухи о моем побеге из эльфийского плена распространились по всему континенту. Порой известность играла с тобой злую шутку.

Напряжение так и витало в воздухе. Казалось, его можно черпать ложкой и разливать по тарелкам. Этой ночью нам предстоял весьма рискованный «перекус». А я ведь старался не есть после шести.

Бьярнум выступил вперед и взял слово. Громогласный голос конунга прокатился по притихшей площади:

– Воины Дилавердо! У нас нет причин сражаться. Все разногласия между конунгами улажены в честном поединке. Вы все видели, что бой прошел по всем правилам. Харстед был достойным противником. Но теперь это в прошлом. Вам нет нужны плясать под дудку Карвенса. Арьяджи устроил против нас заговор. Отступитесь, воины. Ведь дома вас ждут жены и дети. Харстед бы не хотел, чтобы вы сложили голову понапрасну.

Бойцы переглянулись. Мощная речь Бьярнума произвела на них впечатление.

– Что ты несешь, сволочь! У нас с Харстедом были договоренности! – истерично отметил правитель Арьяджи.

– Харстед мертв, – проговорил Бьярнум веско. – И если ты не отступишься, можешь разделить его судьбу!

– Вас в разы меньше! И ты еще смеешь мне угрожать⁈ – продолжил Карвенс. – В моем же городе!

– Может, нас и меньше, чем вас. Но правда на нашей стороне, – усмехнулся раненый Бьярнум и махнул клинком.

Бесстрашная Лейна во время его речей аккуратно накладывала на Воителя Целебное Касание. Иначе бы владыка Нирдхолда уже истек кровью и обессилел.

– Значит, сдаваться вы не намерены. Я милостиво предлагал сохранить ваши жизни, – вздернул подбородок Карвенс. – Но договариваться с нирдхолдцами бессмысленно. Вы устроили натуральный беспредел во время Ярмарки, разрушили мост – нашу главную достопримечательность! Бьярнум, ты ответишь за убийство дорогого конунга Харстеда! Мрадиш, ты больше не будешь сеять в моем городе свои гадкие артефакты! Уничтожьте их всех до единого!

– Долой Нирдхолд! – взревели прихвостники Карвенса.

Стража Арьяджи пришла в движение. Полетели первые стрелы, заклинания сорвались с посохов.

Все это время мы без дела не сидели. Когда только Бьярнум еще начал разборки с Харстедом, я сразу же взялся за расчеты магического фона. К концу его поединка как раз успел доработать и обновить печать Дисбаланса в своих фокусаторах. Использовал для основных заклятий среднего размера самоцветы. Свой посох-браслет я ведь модернизировал еще ранее. Так что заклинания будут формироваться чуть быстрее и реже сбоить.

Разве что из-за Проклятья могут быть сложности, но я в целом за прошедшее время сумел приноровиться к недугу. Чуял, когда заклинание развивается неправильно и замечал кривые контуры. Сразу развеивал печать и начинал формировать плетение заново. Поэтому взрывы и неудачные активации свелись к минимуму.

Пока Бьярнум болтал, по-тихому создал Ночную Призму и передал Кшанти. Лиетарис окуталась плотным лесным доспехом. Само собой, она не забыла про призванное существо, когда мы выступали в ночь. Остальные тоже были готовы к сражению. Лучшие наши доспехи и оружие. Энергия полностью восстановлена.

На одной из площадей Арьяджи воцарилась натуральная мясорубка. Стража города поперла на нас, выпуская один снаряд за другим. Магов и одаренных у Карвенса было достаточно. Наши спешно воздвигнутые Барьеры трещали по швам.

Громыхало, лязгало, шипело. Остатки проникающих электических разрядов кусались током. Огненные сполохи опаляли жаром. Ледяные завихрения, проникающие через барьеры, обдавали жутким морозом. Выпущенные каменные шипы вязли в щитах и опадали на мостовую с глухим звуком.

Стрелы и арбалетные болты барабанили по доспехам, барьерам и щитам словно град.

Сил у Карвенса было заметно больше. Он чуть ли не всю армию поднял по тревоге и выставил против нас. Тогда как Бьярнум взял с собой лишь часть войск, рассчитывая, что конунг Арьяджи будет на нашей стороне. На стороне закона и справедливости.

Хоть нас было и меньше, списывать со счетов меня, моих слуг и нирдхолдцев не стоило.

Волновой Дисбаланс выкосил первую партию нападавших. Осколки резонировали и лопались, уничтожая тела или вскрывая грудные клетки. Заклинание было особо эффективным против обычный войск без магических защит. Доспехи против Дисбаланса помогали скверно.

– Вы не помешаете моей свадьбе, подонки! Горите, во славу огня! – взъярилась Ниуру.

– Завтра у меня важный день, поэтому отправляйтесь в колесо перерождения, будьте так любезны, – с холодной вежливостью проговорила Ульдантэ.

Красная эльфийка вложила в пламя всю свою душу и ненависть. Кумулятивные огненные снаряды летели один за другим. Разрушали барьеры магов, пробивали их и выжигали тела бойцов плотной огненной струей.

Ульдантэ с Лиетарис врезались во вражеские порядки и принялись раскидывать стражников. Эльфийки чуть ли не растворялись в воздухе, двигаясь с феноменальной скоростью. Черепа лопались, ребра проминались словно фольга. Клинки Лиетарис разили без промаха. То основным кого-то нанижет, то хвостовым зачарованным кинжалом порежет.

Дзартен активно использовала Ночную Призму. Черный луч Проклятья проходился по вражеским рядам. В основном она выцеливала одаренных, которые имели слабую защиту. Попавшие сгустки Проклятья ослабляли бойцов.

Лейна насылала Цепные Молнии, отправляя один сгусток за другим. Чародейка зеленого ранга как никак! Враги падали как подкошенные и корчились в конвульсиях.

Нирдхолдцы тоже не сидели без дела. Ведомые конунгом они отчаянно бросились в самую гущу боя. Одаренные поддерживали издали. Таковых в войске Бьярнум было мало, но они вносили существенный вклад.

Жаль, что Кирлох с собой брать не стали. Гоблинша, конечно, имела полезный боевой навык, но пугать жителей Арьяджи не стали. Нирдхолд-то еще не привык к тому, что в городской страже служит гоблин, куда уж соседей пугать.

Рядовые бойцы отлично выполняли роль основного щита, не подпуская напирающих врагов к нам. Ульдантэ с Лиетарис носились по флангам, не давая группам противника зайти к нам с боков или с тыла.

Юджин с Лесной эльфийкой тоже принимали активное участие. Рыжему прилетело по шлему нехило, так что он чуть не отрубился. Благо его благоверная послала стрелу в нападавшего и не дала ему добить Красного эльфа, который сумел пережить множество передряг. Переживет и эту заварушку!

Ниуру долбила словно крупнокалиберная гаубица, пробивая даже средние по силе барьеры. Вот на несколько слоев защиты ее не хватало. Да и мне с таким противником было сложно справиться. Некоторые одаренные грамотно прикрывали друг друга, наслаивая барьеры и создавая по две, а то и по три-четыре преграды в одном месте. Одну-две пробьешь, но дальше снаряд завязнет. Приходилось оставлять их напоследок.

У Карвенса даже одаренный Ночной эльф имелся в страже, а это зверь редкий. Зная, что целителей проклятий в Нирдхолде мало, и мне придется потом возиться с лечением бойцов, я сосредоточил усилия на нем. Ночной возился на передовой и аккуратно проклинал наших солдат. Это тебе не Кшанти с Призмой, бьющая точно на десятки метров. Ему приходилось сближаться.

Улучив момент и дав команду Ниуру, мы вдарили слитным залпом. Красная пробила защиту, за которой он прятался, а я довершил разгром пробивным Дисбалансом. Осколок срезонировал и раскидал Проклятые эманации вокруг. Задело даже его союзников, которые находились рядом. Солдаты явно не были рады новой напасти, из-за которой чернела кожа, отказывали части тела, хирела аура и появлялись самые разные болячки. Минус Ночной, мне же легче.

Сражение протекало с переменным успехом. Были потери и раненые и с нашей стороны. Лиетарис попыталась прорваться к ставке вражеских чародеев. Она смогла в безумном забеге зайти к ним в тыл, обогнув многослойные щиты. Двоих вывела из строя точными ударами, но затем схлопотала несколько заклинаний в упор. Только щепки и куски лиан полетели в разные стороны от поврежденного доспеха.

Высокая эльфийка ретировалась, получив несколько глубоких ран. Больше она на рожон не лезла. Но дело свое сделала – ослабила одаренных Арьяджи, прорвавшись на скорости к ним за спины.

Дзартен косила одаренных направо и налево, рассылая проклятья. Не удивительно, что по Ночной стали бить в первую очередь. Даже меня или Ниуру враги опасались меньше. Никто не хотел заработать Проклятье. Одна из зачарованных стрел пробилась через Барьер, который я поддерживал и влетела в живот эльфийки. Ночная ни звука ни издала. Продолжила сражаться как ни в чем ни бывало. Чуть позже Лейна заметила, что она ранена и спешно наложила Целительское Касание.

Меня тоже старались достать как одну из главных целей. Однако лишь ослабленные ошметки заклинаний и снарядов пробивались через многослойную защиту. Я держал Адаптивный Барьер, прикрывал себя Туманом и старался держаться за Огненным щитом Ниуру, который эльфийка периодически выставляла.

Дисбаланс уничтожал врага пачками. Осколки лопались, тела разрывало.

Ульдантэ как обычно лезла вперед, собирая на себе все мыслимые и немыслимые ранения. Лейна только и успевала ее окрикивать, чтобы подлатать.

Ниуру тоже досталось. Совершенно неожиданно для нас почти полностью невидимое существо атаковало Красную эльфийку. Было темно, луна почти не давала света. Не удивительно, что мы проморгали появление одаренного Безликого эльфа. Поганец пырнул мою невесту в бок кинжалом.

Следом получил Дисбаланс и покинул сей бренный мир. Невидимость спала и перед нами предстал оголенный эльф с чешуйчатой светло-коричневой кожей. Ушастый хамелеон ксаргов!

Лейна быстро пришла на помощь Ниуру. Я помог с противоядием. Кто знает, вдруг кинжал был отравлен. Красная эльфийка не стала делать перерывы. Продолжила обстреливать врага огненными снарядами.

– Получите, выродки! Я доживу до свадьбы и переживу вас всех! Во славу огня!

Мы удвоили бдительность, опасаясь, что у Карвенса на службе затесался еще один-другой одаренный Безликий эльф. Так и оказалось. На выручку пришла Мякотка. Гурдиха заметила подкрадывающегося сзади Безликого эльфа и вдарила по нему рогами. Затем мы добили диверсанта.

Мякотка расшвыривала нападавших, практически в одиночку сдерживая фланг. На ней была надета тяжелая защитная попона, да и голубой ранг придал ей сил. Никто не мог справиться с божественной гурдихой. Я даже начал сомневаться, что сам смогу ее победить, если вдруг возникнет такая необходимость. В ближней сшибке ей не было равных.

Правда, защитными навыками или барьерами она не владела, так что гурдихе постоянно доставалось. Иногда у нее получалось магической волной отклонить атаку врага или летящий снаряд, но многие выпады она пропускала.

Несколько арбалетных болтов вонзились в круп конелосяшки. А один Воитель сумел чудом ударить копьем по морде питомца и выбил ей глаз. Мякотка его потом растоптала в кашу, рассвирепев. Ранение не смертельное, и то ладно. Восстановим, когда эта кутерьма закончится.

Дилавердовцы вняли словами Бьярнума. Они не стали поддерживать ни нас, ни Карвенса, оставшись в стороне от сражения. Если бы их не удалось убедить, нас бы точно задавили числом. И так все держалось на волоске. Лишь благодаря бойцам высоких рангов мы сумели выстоять.

Бьярнум пер вперед словно носорог. Конунг обзавелся множеством новых ран и едва держался на ногах, но ничто не могло сломить волю правителя Нирдхолда. Настоящий воин. Иногда я завидовал подобным людям, сражающимся на передовой словно мифические герои. Да, мне тоже порой приходилось вступать в ближний бой, но скорее по необходимости.

Впрочем, глядя на многочисленные ранения Бьярнума, Мякотки, Лиетарис и Ульдантэ, я убеждался в том, что лучше косить врага издали, с относительно безопасной дистанции. Тем более мой обширный арсенал изобиловал разными убойными заклинания дальнего боя.

На нашей стороне также сражалась пара отрядов простых бойцов: нанятых наемников и взятых на службу молодых воинов из приюта. Первые воевали умело, но держались подальше от горячих точек. Для них собственная сохранность была важнее победы. Вторым еще было куда расти, зато бились они отважно.

Враг перестал наступать и заперся в глухой обороне. Но наши бойцы тут и там вскрывали их порядки. Стража Арьяджи оказалась куда менее боеспособной, чем мы полагали. Даже простые воины Нирдхолда дрались с большей отвагой и свирепостью.

Возможно, дело все в фигурах их предводителей. Бьярнум рвался в первых рядах и являл своим примером образец настоящего воина. Карвенс отсиживался за спинами и лишь нервно выкрикивал команды подчиненным, требуя нас уничтожить. От него так и разило страхом.

С боковой улицы начало просачиваться подкрепление. Стража и неравнодушные жители стекались на площадь, чтобы дать отпор недругами, коими нас представили.

Мы не были готовы воевать со всем городом.

– По команде атакуем центр обороны! – скомандовал я своим слугами, одаренным и стрелкам Бьярнума.

Дзартен удачно подловила одного из вражеских чародеев, ударив черным лучом в прореху Барьера. Маг хватанул дозу Проклятья и выбыл из строя.

– Сейчас!

Мы навалились на магические оборонительные порядки врага. Я, Ниуру и другие одаренные ударили слитным залпом по центральным барьерам. Огненные, ледяные, электрические, звуковые и каменные снаряды разорвали остатки защит. Дисбаланс тоже пригодился. Точку поставила кумулятивная струя. Огненный поток преодолел последние слои и прошил шею Карвенса.

Конунг рухнул на мостовую и захрипел в агонии. Никаким даром он не владел, так что полагался только на своих подчиненных. Стража не смогла совладать с натиском Буйволов Пустошей, как иногда называли жителей городов, специализирующихся на разведении скота.

– Вперед!

Бьярнум погнал войско в атаку, и враг дрогнул. Без указаний Карвенса стража начала разбегаться. И даже несколько дезертиров могли серьезно изменить баланс сил. Строй рассыпался, бойцы пятились и колебались.

– Карвенс мертв! Сложить оружие! – ревел Бьярнум.

И многие его послушались. В хаосе боя было непонятно, что с конунго Арьяджи. А тот еще был жив. Только получил обширные повреждения шеи и не мог больше говорить.

Перед нами расступился народ. Часть стражников отступили, некоторые даже сложили оружие. Битва затихла мгновенно. Вот мы ожесточенно бились и теснили врага. А вот уже стоим друг напротив друга и обезоруживаем бойцов. Несколько офицеров стражи продолжали сопротивление, но после парочки выпадов Ниуру и Кшанти они перестали трепыхаться.

Ульдантэ добралась до серьезно раненого конунга одной из первых. Она послушала, что Карвенс пытается прохрипеть, затем бросила на меня вопросительный взгляд. После вялого взмаха моей руки тяжелый молот опустился на голову конунга Арьяджи и отправил его на тот свет.

– Надеюсь, раны закроются до завтра, – произнесла окровавленная Ульдантэ безмятежным тоном. – Хочу сверкать на церемонии словно Кайя в безоблачном небе.

– Обязательно будешь сверкать, милая, – утер я устало пот.

Тяжелых ран на этот раз я не схлопотал, но мелкие повреждения ужасно ныли. Ожоги от самых разных стихий, царапины, синяки, ссадины. А ведь еще необходимо исцелить раненых. Долгая ночка нам предстоит.

Стража Арьяджи отступила, солдаты Дилавердо держались на удалении. Бьярнум еле стоял на ногах, но все равно раздавал команды. Целитель нирдхолдец бегал за ним, с переменным успехом пытаясь наложить лечение. Вот же двужильный и неутомимый конунг. Как настоящий буйвол.

Горячка боя начала отступать. Настала пора принимать решение и как-то выходить из той каши, что мы заварили. Вернее, против нас ее заварили. Мы явились в Арьяджи с миром и дарами в виде нового моста и ценных артефактов. Хозяева же сговорились с нашими врагами и устроили бойню.

Конунг Дилавердо убит. Конунг Арьяджи убит. Непонятно, к каким последствиям все это приведет. Но главное, что я и близкие живы. С остальным разберемся!