Текст книги "Хозяин Оков XIV (СИ)"

Автор книги: Павел Матисов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 15 страниц)

Глава 19

Подготовка к походу заняла несколько дней. В темпе вальса я изготовил несколько артефактов связи для города и установил их в ключевых точках. Поскольку на коммутаторскую времени не было, организовали центральный пункт связи. Каждый артефакт связывался только с центром, где дежурил страж. Он уже передавал послание вызываемому абоненту. Когда-нибудь я постараюсь настроить автоматический вызов другого устройства напрямую, но пока что ограничился более простой версией.

Много денег с Бьярнума драть не стал. Все-таки это влияло на безопасность города – безопасность мою в том числе. Но по десятку золота за каждый связной артефакт содрал. Не будь я Хоран Мрадиш!

Один мощный артефакт связи с усиленной запиткой установили на вершине дозорной башни, что возвышалась над холмом кратера и над окружавшей город крепостной стеной. К артефакту приставили обученного стражника, который должен будет ответить на сигнал. Если у нас получится установить соединение, конечно.

Артефакт дальней связи посылал электромагические волны в сторону Арьяджи. Печать я трогать не стал, поэтому не было уверенности в том, что устройство сработает. Попытка не пытка.

Все эти дни Харальдин клепал заготовки как не в себя. Да и рабочие трудились над внешним видом артефактов. Я все также ограничился грелкой и магической плитой. В Арьяджи не было проблем с водой, да и древесина добывалась поблизости, однако устройства все равно должны пользоваться спросом. Не среди бедняков, так среди богатых жителей.

Город славился своими фермерскими культурами – зерном, овощами, плодовыми деревьями и тому подобным. Арьяджи поставлял провизию в другие Вольные города в том числе. Там же установились традиции по сбору гостей из разных поселений. На ежегодную ярмарку, либо на грядущий Свадебный Фестиваль съезжались многие.

Мы торопились, ибо создание качественного каменного моста займет не один день. Собирались в суматохе. Часть персонала оставил в Нирдхолде. Та же старуха Гирхуз быстро освоилась в особняке. Женщина всем заправляла в поместье и мастерски командовала другими слугами.

Хильда осталась следить за ходом строительства и отделочными работами. Мы завершили основные работы над четырехэтажным зданием общежития, но на данный момент это просто бетонная коробка. Требовалось как минимум вставить двери и окна, что влетит нам в копеечку, но я решил не экономить.

Общежитие для рабочих являлось для меня неким пробным камнем. Я тестировал технологию строительства и в дальнейшем планировал обеспечить жильцов водой и отоплением за счет артефактов.

Стекло местные спецы изготавливать умели давно. Правда, мы сделали оконные проемы чуть больше, чем следует, и стекольщикам придется постараться. Им бы тоже пригодился отдельный артефакт для выплавки идеально ровного качественного стекла больших габаритов. Но пока что на все проекты у меня тупо не оставалось времени. Отложил на будущее.

К нашему возвращению должны будут закончить с отделкой общежития. Затем я установлю магические артефакты, для чего оставил специальный подпол. Небольшая котельная комната и подвал по всему периметру здания с высотой потолка всего в метр. Последнего вполне достаточно, чтобы, ползая на карачках, разнести ячеистую сеть и захватить как можно большую площадь. Я постарался все предусмотреть, хоть это здание и пилотный проект.

Возможно, с четырьмя этажами переборщил разве что. Ведь если жильцов будет много, и они начнут тратить много воды и тепла, то имеющейся площади дома не хватит на запитку всех артефактов. Дом ведь мы поставили не на Точке Резонанса, а в обычном месте. Но подобное точно рассчитать нереально, так что лишь практический опыт даст ответ.

В теории можно использовать не только подвал дома, но и всю прилегающую территорию. Если смотреть шире, на далекую перспективу, то для максимизации добычи энергии необходимо будет покрыть всю доступную поверхность Тардиса. Создать эдакую сферу Дайсона, только для планеты, а не для звезды. Звучало, конечно, амбициозно, и не факт, что реализуемо. Меня больше волновали более приземленные моменты в настоящий момент.

Бьярнум со стражей собрался в дорогу не без сложностей. Супруга не хотела отпускать муженька на столь долгий срок. Она подозревала, что конунг все эти дни будет прохлаждаться и квасить. Это ведь мне со слугами придется трудиться. Тем не менее, правитель Нирдхолда сумел отстоять право съездить в Арьяджи и посетить Свадебный Фестиваль.

Гурды и фургоны были готовы. Припасы взяты, многочисленные заготовки лежали в повозках. Перед самым отъездом я беседовал с Хильдой и отдавал последние указания. Девчонка частенько поглядывала в сторону Квандиила, который крутился рядом.

Лесного эльфа я решил захватить с собой в качестве разнорабочего. Квандиил неплохо устроился на кухне. Он помогал Ниуру с готовкой, и Красная эльфийка даже отзывалась о нем без ругательств. Что по меркам вспыльчивой Ниуру соответствовало изысканной похвале.

– Что, приглянулся тебе ушастый? – усмехнулся я.

– Нет, что вы, господин Мрадиш! – покрылась румянцем Хильда. – Просто я все пытаюсь высмотреть цвет его глаз…

– А что с его глазами не так?

– Один раз мне привиделся в них радужный отблеск…

– Радужный, говоришь? Спасибо за информацию. Попробую спросить у него самого.

Хильда похлопала глазами недоуменно и раскрыла рот.

– Что, не догадалась просто спросить напрямую? – хмыкнул я.

– Ну, Квандиил всегда такой загадочный, поэтому мне казалось, что за этим скрывается страшная тайна, и он не ответит честно…

– Пусть попробует что-нибудь утаить. Кшанти быстро выбьет из него нужную информацию.

Мы покинули Нирдхолд и направились на юг, в сторону Арьяджи. Бьярнум с воинством и мои люди с припасами составили приличный караван. Ехать пришлось в объезд, ибо переправу через каньон нормальную так и не восстановили. Жители поставили временный веревочный мостик, но гурды и тем более телеги по нему не пройдут.

Улучив момент, я подъехал на Мякотке к Квандиилу, который сидел в повозке, свесив ноги.

– Квандиил, ничего не хочешь мне рассказать? – посмотрел я эльфу в глаза.

Радужности сходу я не заметил, но глаза у него действительно были немного странными. Поэтому и не скажешь сразу, что перед тобой Лесной эльф.

– Заметили все-таки, – вздохнул парень нервно.

К нам подъехали другие приближенные, словно бы почуяв интересную историю. В мире без телевизора и интернета лишь сплетни и слухи могли насытить информационный голод. Люди и эльфы в этом плане были одинаковы.

– Да, я не совсем Лесной эльф. Вернее, наполовину.

– Это как? – мои брови поползли вверх. – Разве разные виды эльфов могут скрещиваться между собой?

– Обычные – нет. Радужные могут, – нехотя выдал слуга.

– Дай угадаю: один из твоих родителей – Лесной эльф, а другой – Радужный? – предположила Дзартен.

– Верно, – кивнул он. – В моей внешности почти нет признаков радужности. Только глаза могут иногда выдать. Прошу вас не распространяться обо мне. Знаете ведь, какая охота идет за Радужными эльфами. Даже такому полукровке как я сложно выживать… – поморщился Квандиил.

– Напомни, ради чего на вас ведется такая оголтелая охота? Что-то связанное с продление жизни?

– Верно, – кивнул он. – Если съесть свежее сердце и выпить кровь Радужного эльфа, можно омолодить себя и отсрочить старость.

– Звучит классно. Оставлю тебя на десерт, кши-ши-ши! – рассмеялся я злодейским смехом.

Квандиил аж отшатнулся.

– Наставник! – пожурила Лейна. – Хватит пугать его. Квандиил и так натерпелся! Не переживай, наставник просто шутит. Конечно, он не будет есть ничьи сердца!

Лесно-Радужный эльф вздохнул:

– Я не думал, что задержусь у вас надолго. Хотел найти более тихое местечко. Податься в Высоколесье, например. Но у вас собралась очень необычная компания. Разные эльфы и люди. Все без ошейников подчинения. И к господину Мрадишу хорошо относятся… Я все откладывал и откладывал уход, пока не прижился.

– Ты говорил, что сбежал от работорговца и оказался в плену гоблинов. Как дела обстояли на самом деле?

– В целом мои слова были недалеки от истины. Я сбежал из лагеря по разведению Радужных эльфов, которых держат правители Белых Пещер. Солнечным эльфам долголетие не так остро необходимо, как людям. Они держат Радужных эльфов в плену, заставляют плодиться. А затем продают детей, когда находиться покупатель. Обычно продают богатым людям. Мне повезло, что я родился полукровкой с малой примесью Радужности. Меня никто не хотел покупать. Да и невесту мне искать не стали, поскольку мои дети не будут чистокровными Радужными эльфами. Мусор, от которого нет никакой пользы.

– Не говори так про себя никогда! – воскликнула Эббот.

– Пока в твоей груди горит огонь, польза будет всегда! – заверила Ниуру.

– Спасибо за поддержку. Вы – хорошие эльфы. И хорошие люди, – несмело улыбнулся Квандиил.

– Выходит, Радужные эльфы обладают магией Благословения, которая вроде как способна развеивать Проклятье, – начал я загибать пальцы. – Вы продляете жизнь и омолаживаете. И, в третьих, способны скрещиваться с другими расами. С людьми тоже?

– Про такое не слышал, – покачал Квандиил головой.

– Просто чудесное комбо собрали! Жаль, что вас почти всех истребили, а выживших держат в резервации. Надо бы достать где-нибудь нескольких Радужных для опытов…

– Наставник, эльфы вам не лабораторные ксарги, – пожурила Лейна. – И если уж вы хотите обзавестись союзниками среди Радужных эльфов, может тогда вызволим их из плена Белых Пещер?

– Вы не справитесь! – нервно откликнулся Квандиил. – Белые Пещеры очень сильны. Вам придется сражаться с сотнями, а то и тысячами одаренных Солнечных эльфов. Ферма Радужных эльфов охраняется слишком хорошо…

– Ферма? Какой ужас! Каким же монстром надо быть, чтобы относиться к разумным эльфам, словно к бессловесному скоту! – возмутилась Лейна. – Наставник, мы ведь выручим их?

– Ага, щас. Только портки подтяну и сразу пойдем спасать ушастых, – хмыкнул я. – Радужные эльфы подождут, пока мы не станем достаточно сильны, либо не появится подходящий случай. Пока же можно будет поискать парочку экземпляров на невольничьем рынке. Может, кто-то согласится дать мне одаренного Радужного эльфа в аренду на пару недель? – задумался я.

Приближенные принялись меня яростно отговаривать. Развелось тут поборников свободы, понимаешь ли. Достойному господину уже эльфа в аренду взять не дают!

Во время путешествия пообщались и с самим Бьярнумом. Конунг – человек занятой, так что у нас не всегда выдавалось время, чтобы обсудить последние сплетни.

– На днях пришли письма из Сончхэ и Книхрана, – поведал Бьярнум. – Все интересуются твоими разработками.

– Пока я делиться своими изобретениями не планирую, – махнул я рукой. – А что Аркон и Нуэз? Все еще требуют моей выдачи?

– Святая Арконская империя недовольна твоей выходкой в Аббатстве. От Братства пока нет особых вестей. Похоже, они в раздрае после ухода Локдара.

– И то ладно.

– Император Унзар уже вторую депешу прислал мне с требованием выдать тебя Нуэз.

– Вот неугомонный старик! А ты что?

– Ответил, что мы пока не можем тебя поймать, – усмехнулся конунг.

– Как думаешь, нуэзийцы решатся напасть?

– Сомнительно, но ничего исключать нельзя. Раньше ты значился в Нуэз отъявленным преступником имперского масштаба. Но теперь слухи об Артефактах Мрадиша прокатились по всему континенту. Второе письмо императора было чуть более вежливым, чем первое. Немедленно четвертовать уже не обещал, ха!

– А что Сумерки?

– От Королевы вестей не было. Похоже, она считает, что связываться с Нирдхолдом – это ниже ее достоинства. Ночные эльфы злопамятны, так что тебе лучше не расслабляться и без нужды не покидать город.

– Учту…

– Я захватил почту из Сончхэ и Книхрана с собой. Сам составляй ответные послания. Мне надоело постоянно переписываться с твоими почитателями, – передал мне Бьярнум тубус со свитками.

– Запрягу Хильду что-нибудь написать в ответ, – ответил я вяло.

– Ты бы лучше налаживал контакты. С твоими артефактами тебя многие встретят с распростертыми объятиями.

– Не люблю людей и политику, – вздохнул я. – Все пытаются друг друга нагреть.

– Так и ты ведь недалеко от них ушел, Хоран!

– С гоблинами жить – по-гоблински выть! К тому же я белый и пушистый глубоко в душе. Что еще слышно?

– В последние недели в Нирдхолд съехались сотни чародеев. Гостиницы для возвышения – те, что с Точками Резонанса, забиты почти полностью. Давно у нас такого ажиотажа не встречалось, даже в лучшие годы.

– Что-то такое слышал. К нам в Ведьмин Котел несколько одаренных по старой памяти приходили. И чего им вдруг приперло?

– Почему вдруг? – усмехнулся Бьярнум. – Маги желают разгадать секрет Артефактов Мрадиша. Каждый думает, что именно он сможет повторить твои чудо-устройства!

– Значит, я обеспечил Нирдхолду дополнительный доход в связи с притоком туристов! Надо было ставить вдвое выше цену за артефакты связи.

– Где же твоя белизна и пушистость, Мрадиш? Сплошь тьма и колючки в твоей черной душе! – покачал конунг головой, когда речь зашла о деньгах.

– Спасибо за комплимент, Бьярнум. Ты тоже хорош!

Саламандры с таким большим отрядом не рисковали связываться. Мы преодолели расстояние без каких-либо проблем и приключений. Объехали тянущийся на многие километры каньон и приблизились к стенам города.

Арьяджи встретил нас недружелюбно:

– Чего приперлись, нирдхолдцы⁈ Велено не пускать вас в город!

– Ты как с конунгом разговариваешь, пес! – рыкнул Бьярнум так, что у меня зазвенело в ушах. – Быстро зови вашего конунга – дело к нему есть. А если не поторопитесь, не видать вам нового моста как своих ушей!

Я не горел желанием участвовать в обсуждении, но понимал, что связи всегда могут пригодиться. Так что побеседовал с правителем и познакомился с конунгом Арьяджи. Вождем оказался тучный округлый дядька с пышными усами, напоминающими щетку от швабры.

Карвенс – так его звали, поначалу отнесся к нам со скептицизмом и недоверием. Но конунг быстро смекнул, что мы явились не с пустыми руками. Создание каменного моста чародейскими силами – крайне затратный процесс. Мы обязались исправить разрушенную достопримечательность Арьяджи за наш счет.

Плюс я прорекламировал конунгу свои артефакты, обещав подарить ему лично двойную магическую плиту элитного класса. Специально сделал несколько демонстрационных заготовок, которые внешне выглядели очень изысканно и богато. Внутри же было запрятано обычное серебро для удешевления. Дареному артефакту в металл не смотрят.

Если же заказчики требовали именно золотую основу, то здесь мы их не обманывали. Хоран Мрадиш дорожил репутацией.

Первым делом мы установили строительные артефакты. Лунные контуры трогать не требовалось, а вот другие руны мы с Лейной переделали под местный магический фон. К сожалению, артефакт не заработал бы в новой локации без корректировок.

Основную сеть, которая до этого возводила общежитие, мы разделили на две части. Чтобы дело пошло быстрее, начали тянуть мост сразу с обеих сторон каньона навстречу друг другу. Строитель Кьярдиф, которого мы тоже захватили с собой в командировку, провел расчеты и выдал оптимальную схему толщины каменного полотна. Чтобы мост и нагрузку большую держал, но и времени на возведение не ушло слишком много.

Артефакт мы использовали обширный, так что дело пошло заметно быстрее, чем во время постройки ловушки для Кочующего стада.

Дилавердовцев в Арьяджи не было видно. Все-таки они не знали, что мы вдруг заявимся в соседний город. Отделение Братства Тумана, которое все еще функционировало, шума не поднимало. Туманников в Арьяджи было мало, так что они с нами не связывались.

Войско Бьярнума и наш отряд разместились в городе на постой. Несколько рабочих следили за артефактом и постройкой переправы. У меня же высвободилось время на иные заботы. Разумеется, я быстро нашел первых клиентов. Богатеи Арьяджи спешили обзавестись уникальными Артефактами Мрадиша, о которых ходило столько слухов.

Пахал я без выходных, желая заработать как можно больше золота за короткий срок. Задерживаться в Арьяджи дольше необходимого не собирался. В Нирдхолде спокойнее. Так засел за заготовки, что даже связной артефакт проверить забыл.

В один из вечеров Ниуру с Ульдантэ вытащили меня на прогулку. Нехотя я отложил заготовки в сторону и устроил себе внеплановый отдых. Мы гуляли по нарядным улочкам Арьяджи. Город украсили к грядущему мероприятию. На Свадебный Фестиваль съезжалось множество людей с различных городов.

– В Арьяджи говорят, что если заключить брак во время Свадебного Фестиваля, то семья будет крепкой и любящей! – поведала Лейна мечтательно.

– Я в приметы не верю, – зевнул я.

– А в жаркое пламя веришь? – хищно усмехнулась Ниуру, продемонстрировав взрывное кольцо огня. – Ты частенько называешь нас своими эльфо-женами. Собираешься исполнять свое обещание наконец или как?

– Не думал, что тебя заботит данный вопрос, – удивился я.

– Я же эльфийка. Любая эльфийка мечтает о красивой свадьбе. Жаль, что в качестве жениха всего лишь человек, но как-нибудь переживу, – хмыкнула она.

Ниуру мне казалась свободолюбивой и озорной особой, которая старалась держаться подальше от семейных уз.

– Ты готова добровольно нацепить на себя оковы брака?

– Во славу огня!

Глава 20

– А ты сам готов к оковам, Хоран? – вопросила Ниуру несвойственным для нее серьезным тоном. – Или ты думаешь, что взять Красную эльфийку в жены – это все равно что нацепить на нее рабский ошейник?

– Попробуй нацепи ошейник на такую, – буркнул я, вспомнив первые дни нашего знакомства. – Разумеется, я давно готов сочетаться законным браком!

– В таком случае ты обязан нести ответственность за свою супругу, – заявила рыжая величаво, почуяв свою власть. – В качестве свадебного подарка я хочу всего лишь небольшой камешек. Голубенький такой.

– Голубой осколок⁈ Окстись, мать!

– Какая я тебе «мать», жадина лысая⁈ – разозлилась эльфийка. – Ты вообще не способен сделать меня матерью!

– Че вякнула, ушастая⁈ Я точно найду способ тебя обрюхатить, вот увидишь!

– Наставник, Ниуру, п-прекратите ссориться, – влезла в наши разборки Лейна. – У вас ведь только что все было так прекрасно…

– Это наши личные семейные споры, мелкая. Если ему жаль тратить на меня голубой осколок, то и я свои лучшие годы жизни отдавать ему не намерена, во славу огня! – фыркнула она.

– Это кто еще из нас жадный⁈ – воскликнул я. – Мне, быть может, отмерено еще лет пятьдесят от силы, а тебе несколько веков!

– То же мне сравнение нашел! Пятьдесят лет жизни со скупым человеком стоят гораздо больше, чем один осколок голубого ранга! – заявила Ниуру. – Ты мне должен целый сундук таких осколков!

– Губу-то не раскатывай. И вообще – мы живем на Точке Резонанса. Ты ведь делаешь медитации, которым нас научила Ульдантэ? Хватит с тебя и зеленого осколка!

– От тебя даже хвороста в лесу не допросишься! – закатила рыжая глаза. – Я не могу как эта бесчувственная корова сидеть по часу в одной позе и гонять энергию по ауре. Нет во мне такой усидчивости! Наверное, потому что я живая, горячая эльфийка, а не истукан с шестеренками вместо сердца!

– Что ты сказала? – произнесла Ульдантэ настолько ледяным голосом, что температура во дворе гостиницы понизилась на несколько градусов.

– Не бери в голову, – нервно добавила Ниуру. – Просто хотела сказать, что не у всех так хорошо получается медитировать, как у тебя! Поэтому я не смогу возвыситься с зеленым осколком. Мне нужен голубой камень!

– Мы с тобой свадьбу обсуждаем или словно две базарные бабки торгуемся на рынке за буйволиную шкуру? – хмыкнул я.

– Вот именно! Только ты здесь и пытаешься сбить цену, выставляя меня в качестве товара! Ты сколько тысяч золота в Арьяджи собираешься заработать? Неужели не хватит на один жалкий осколок?

– Не такой уж и жалкий. Их всего несколько штук на рынках Нирдхолда и Арьяджи можно найти, – вздохнул я. – И мне не жалко купить голубой осколок, особенно для любимой эльфийки.

Ниуру довольно улыбнулась. Ей нравилось, когда я говорил о своих чувствах прилюдно.

– Главное, чтобы подарок не пропал втуне, – добавил я. – Ты ведь совсем забросила тренировки в последние недели! Только и сидишь возле плиты, да по ресторанам шастаешь.

– Чего тебе не нравится? Примерная жена готовит супругу пищу – так ведь у людей заведено?

– Осколок лучшее потратить на более перспективного бойца… Поэтому выбирай – или ты возвращаешься к боевым тренировкам или про осколок можешь забыть!

Ниуру сверкнула на меня своими огромными желтыми глазами. Постановка вопроса ей не слишком понравилась.

– Если тебе не нужен голубой осколок, я возьму его себе, – заметила Лиетарис.

Похоже, Высокая эльфийка не слишком осознавала, насколько двусмысленно это прозвучала в контексте наших свадебных планов.

– Ксарга лысого тебе, а не осколок! Знала ведь, что с человеками лучше не связываться, тем более с торговцами… Хорошо, я займусь тренировками и докажу, что меня следует возвышать в первую очередь. Мое пламя будет пылать жарче, чем в недрах вулкана!

Правда, Мякотка ее уже обогнала по рангам, но об этом гордой эльфийке лучше не напоминать.

– Во славу огня, – кивнул я. – Значит, договорились. До Свадебного Фестиваля еще достаточно времени. Докажи, что достойна осколка и, конечно же, достойна меня – великолепного Хорана Мрадиша!

– Твое самомнение настолько же велико, насколько далеки от нас небеса, – закатила она глаза.

Я мысленно вытер пот со лба. Не думал, что мне придется участвовать в столь тяжелых переговорах с близким мне эльфом. Подумывал даже, не использовать ли Лунные эманации Ульдантэ, чтобы сделать Ниуру сговорчивее, но она бы не стала применять способности на подруге.

До этого момента я особо не задумывался над данным вопросом, но когда зашла речь, то во мне возникло четкое желание сделать Ниуру своей эльфоженой. В прошлой жизни не довелось испытать все прелести и невзгоды официальной семейной жизни. Как-то не слишком принято у нас скреплять отношения узами брака. И даже наоборот – среди определенной прослойки мужиков подобное считалось роковой ошибкой.

Сложно сказать, к какой категории я относился. Скорее к нейтральной. Хотелось когда-нибудь жениться на прекрасной девушке, но жуткого стремления не испытывал.

А вот после попадания на Тардис мои желания претерпели изменения. И всему виной, конечно же, Мрадиш. Во-первых, хотелось заработать все деньги мира, естественно. Во-вторых, построить роскошный дворец и завести гарем из кучи прелестных наложниц. Эльфиек в основном. Ниуру с Лией он видел в данном ключе.

Личность Мрадиша слилась с моей лишь частично, но некоторые его мечты и чаяния передались и мне.

Я бы даже сказал, что раньше я скорее плыл по течению. Жил спокойной, несколько вялой и размеренной жизнью. Не придавал значения смелым мечтам. Мрадиш же был натурой яркой в некотором смысле. И его мечты смогли даже отчасти перебить мои прошлые – настолько активно он грезил о несбыточном.

Считать ли влияние Мрадиша чужеродным? Противиться ли ему, идти наперекор? За месяцы странствий и раздумий я пришел к закономерному выводу, что в этом нет смысла. Разделить нас в любом случае невозможно. Даже с божественной помощью. Я тот, кто я есть. Жадный и любвеобильный. Прекрасен, с какой стороны ни посмотри.

Так что я буду идти за своими мечтами, и не важно чьи они были изначально – моей прошлой личности или бывшего носителя тела. Главное, что они часть меня-настоящего.

– Итак, с одной разобрались, – подвел я итог. – С тебя тренировки, с меня осколок и свадьба. Кто следующий?

– Разве местные священнослужители одобрят союз человека и эльфа? – склонила голову набок Дзартен. – В Сумереном лесу подобное под жестким запретом. Любовные связи не поощряются, но не сильно осуждаются. А вот официальный брак человека с эльфом – за такое могут сразу изгнать из клана, а то и из Сумеречного Леса. Либо если Ночной эльф решит завести серьезную интрижку с Земляным эльфом. Подобный союз не принесет потомства, а потому противоестественнен.

– В Вольных Городах достаточно фривольные законы, – заметила Лиетарис. – На Алгадо и Шимтране тоже не везде разрешены смешаные браки. Но здесь не столь строгие правила.

– А что насчет многоженства? – поинтересовалась Кшанти. – В Сумеречном Лесу разрешено только многомужество, и то – для Ночных эльфиек, проявивших себя перед Королевством.

– Сончхэ рядом, – пояснила Лейна. – Я слышала, что там в порядке вещей несколько жен у одного мужа. Вот традиции и до Вольных Городов докатились. Видели ведь такие большие процессии, приехавшие из Сончхэ? Один дородный господин и несколько женщин в сопровождении с прикрытой нижней половиной лица. Это все наложницы. На Свадебный Фестиваль и из Сончхэ приезжают некоторые…

– И что, любой босоногий презренный мужик в Сончхэ может иметь несколько жен? – скривилась Дзартен.

– Нет. Только те, кто может обеспечить своих жен, – пояснила Эббот.

– Как раз мой вариант, – кивнул я. – Выходит, никаких преград к моей мечте нет. Ульдантэ, дорогая, согласна ли ты стать моей женой? Быть со мной в горе и в радости, в болезни и здравии?

Платиновая блондинка склонила голову и взглянула на меня, практически не меняя выражения своего лица. До сих пор мне сложно понять, что творится в ее разуме. В этом крылось уникальное очарование Ульдантэ. Эльфийка-загадка. Способная как взорваться безудержной страстью, так и застыть ледяным изваянием.

Но вроде бы наши отношения развивались бурно. Мы стали весьма близки, так что я решил, что момент настал.

Однако Лунная эльфийка долго медлила.

– Ты подарил мне множество замечательных эмоций, Хоран, – взяла она слово. – Гнев, ревность, обиду, ярость…

– К-хм, а положительных эмоций в списке нет?

– Радость, страсть, удовольствие и интерес я тоже испытывала с тобой, мой несостоявшийся Нареченный. Я согласна стать твой законной супругой, но у меня будет… – эльфийка помедлила, подбирая выражения. – Не условие, но скорее просьба.

– Какая же, о лунный свет очей моих?

– Тебе известно, как я отношусь к моим Лунным сестрам, многих из которых держат в рабстве. Но я понимаю, что спасти всех их невозможно, просто гоняясь за ними по континентам. Все вернется на круги своя, как ты постоянно твердишь. Но что если произойдет нечто, что перевернет доску?

– Что ты имеешь в виду?

– Ты освоил могущественную магию Неподчинения, Хоран. С помощью одной печати ты способен снимать ошейники подчинения. Без долгих расчетов и экспериментов, без риска и травм, как у других чародеев. Магов, способных снять рабский ошейник, считанные единицы, при этом они не дают стопроцентной гарантии. Невольник может погибнуть. Да еще и на снятие артефакта им требуются осколки. Это дорогостоящее мероприятие.

– Ты хочешь, чтобы я ездил по невольничьим рынкам и снимал ошейники? – протянул я скептически.

– Незачем брать ответственность на себя, – заявила Ульдантэ. – Пусть другие сделают за тебя всю грязную работу.

– Тогда… Ты думаешь, что я смогу сделать автономный артефакт? – дошло до меня. – Как те Кольца Неподчинения из императорских хранилищ?

– Наставник, а вы сможете⁈ – округлила глаза Лейна.

– В теории… можно попытаться. Печать сложная и ее придется адаптировать под артефакт, да еще и не факт, что обычной запитки от Лунных контуров хватит… Придется внедрять питание от осколков, – принялся я размышлять. – Но в общем и целом можно будет заняться. Вопрос только – оно нам надо?

– Конечно надо, наставник! Мы дадим борцам с рабством могущественное оружие! Люди смогут даровать свободу невольникам! И тогда многие рабовладельцы разорятся! – просияла Эббот. – Неллис была бы очень рада! И мы все тоже!

– Радость – это одно, а когда по твою душу пошлют убийц – совсем другое, – хмыкнул я. – Артефакты неподчинения вызовут массу недовольства среди очень влиятельных людей, а то и целых государств. Мы и так с Братством Тумана во враждебных отношениях, а тут еще и рабовладельцы откроют на меня сезон охоты.

– Артефакты можно распространить тайно – без лишней огласки. Изделие неизвестного мастера, – предложила Кшанти.

Я посмотрел в сторону Дзартен, которая тоже участвовала в обсуждении. Да и Юджин обретался неподалеку. Ушастые обладали хорошим слухом. Не думал, что мы вдруг перейдем на столь щекотливые темы. Полагал, что ограничимся обсуждением свадьбы, а тут уже речь зашла о глобальных вопросах по перекрою миропорядка. Ни много ни мало. Что знает один Ночной эльф – знаю все.

– Мой рот на замке, Хоран, – поспешно заметила Дзартен, правильно оценив мои сомнения.

Я вздохнул:

– Значит, вот какая у тебя просьба, Ульдантэ…

– Согласишься ты или нет – не столь важно. Я все равно останусь твоей спутницей, Хоран, – объявила Лунная.

– Т-ц, твой подход даже более бесячий, чем подход Ниуру, – проворчал я. – Если откажусь, потеряю лицо… На что вы меня толкаете? Я ведь был таким классным, благородным работорговцем! Помогал людям и эльфам обретать справедливых и хороших работодателей! Столько прекрасных сделок заключил, столько приключений пережил, столько эльфов нашли хороших хозяев! Славное времечко было… А теперь что – клепаю денно и нощно артефакты словно рабочий на заводе у конвейерной ленты.

– Но тебе ведь несут тысячи золота, – хмыкнула Ниуру.

– Только это и утешает! – всплеснул я руками. – И вы предлагаете порушить весь рынок работорговли? Звучит как настоящее кощунство!

– То есть «убить» Бога для тебя плевое дело, а как речь зашла о рабстве, так сразу сдаешь назад? – приподняла бровь Лиетарис. – Уверена, мы преодолеем все невзгоды. Справимся с любыми поборникам рабства! Если ты и впрямь способен изготовить подобный артефакт – действуй.

Близкие окружили меня, давя незримой аурой благочестия и жажды справедливости. И это еще Неллис рядом нет. Она бы точно вцепилась в меня как клещ, узнай про такую магию.

М-да, а я ведь сам даже не задумывался о такой возможности – внедрить магию неподчинения в артефакт… Это позволит снимать ошейник любому, даже неодаренному.

Конечно, тут возникал очень тонкий нюанс. А изменит ли это ситуацию на рынке? Вон в древнем Риме никаких магических ошейников не существовало, а рабы вполне себе были. Был некий незримый общественный договор, что одна часть жителей признавала себя господами, а другая рабами. И лишь с развитием и сменами экономических формаций старые порядки уступили место новым.

С другой стороны, мироустройство на Тардисе скорее напоминало мне позднее средневековье или дажу эпоху просвещения. Время, когда во многих государствах шла отмена рабства и крепостного права. После этого еще долго крестьяне находились в подчиненном положении, но то уже детали.