Текст книги "Хозяин Оков XIV (СИ)"

Автор книги: Павел Матисов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 15 страниц)

Хозяин Оков XIV

Глава 1

Положение наше резко стало незавидным. Отошедшие вглубь храма Туманники отчаянно отстреливались словно забившиеся в угол крысы. С противоположной стороны на нас насел инквизитор Паульссен, внезапно получивший божественный дар. Аурифи от отчаяния избрала его своим адептом и наделила могущественной способностью.

Инквизитор, судя по увиденному, умел филигранно контролировать стихию Тумана. Сжимать и уплотнять, создавать высококонцентрированные сгустки, метать с большой силой и скоростью. Так что Туманные атаки становились похожими на тонкий всепрорезающий луч. Само собой, это было не совсем лучевое оружие. Скорее очень быстрый концентрированный сгусток. Но от смены понятий суть от этого не менялась.

Ниуру потеряла руку. Претерпевая чудовищную боль, Красная закатилась за одну из колонн и затихарилась, что было правильным решением в ее ситуации.

– Вы ответите за загубленные вами души невинных! – вскричал Паульссен в безумной ярости.

Инквизитор выплюнул еще один луч в нашу сторону. Узкий пучок Тумана прорезал колонну, за которой я прятался. Стихия прошла насквозь, да еще и стену повредила. Я едва успел пригнуться. Были бы у меня волосы на голове – точно бы лишился части шевелюры.

Быть лысым довольно практично. Разве что голова без шапки чаще мерзнет.

Выглянув из-за укрытия, я выпустил в инквизитора Звуковой Дисбаланс – специальную пробивную версию заклинания. Однако гудящий шар не смог пробить плотный Туманный щит Паульссена. Соответственно и Дисбаланс не проник следом.

Такую защиту придется ковырять долго и упорно. Либо дождаться удобного случая.

С другой стороны по мне прилетел обычный Туманный сгусток от одного из аббатов. Я усилил щит и переключил внимание на рядовых противников. Сначала было бы неплохо избавиться от них, а затем уже попробуем уничтожить рейд-босса.

– Добиваем Туманников! – выкрикнул я, швыряя очередной Дисбаланс.

Мы насели на выживших, вот только инквизитор сидеть на месте и дожидаться, пока мы их прикончим, не стал. Паульссен двинулся вперед. Кшанти выглянула из-за обломков колонны и ударила по врагу лучом Проклятья, пользуясь моей ледяной Призмой.

Эманации Проклятья ударили о Туманный щит и растеклись по барьеру бесполезной дымкой. Наследнице клана Дзартен не удалось найти прореху в его обороне.

Паульссен в свою очередь вытянул руку в сторону Ночной эльфийки и испустил Туманный луч. Дзартен немного не хватил прыти. Серый пучок немного цапнул ее за бок и повредил руку. Прошипев что-то про низших отродий, Кшанти отпрыгнула в сторону.

Инквизитор сделал рывок и оказался почти вплотную с Ночной. Он зашел за обломки и снова поднял руку. Кшанти не успевала убраться с дороги.

– Госпожа! – выкрикнул израненный Домовой и бросился ей на выручку.

Чародей встал на пути выстрела и принял удар на себя. Магический Барьер продержался недолго. Луч пробил щит, пронзил доспехи и прошил плоть, расплескав едкий Туман. Домовой рухнул на пол зала. Надолго он задержать Паульссена не сумел, но дал достаточно времени, чтобы Кшанти отошла за укрытие.

– Домовой! – выкрикнула эльфийка, явно недовольная, что ее старому слуге причинили серьезный вред.

– Жи… вите… – произнес чародей на последнем издыхании и испустил дух.

– Презренный Туманник! – рявкнула Дзартен. – Я уничтожу тебя так, что даже твой жалкий божок не сможет найти останки!

– Все вы пыль под ногами Великого Локдара! – прорычал Паульссен.

Смертоносный луч Тумана крушил все вокруг. Рушил колонны, прорезал стены, кромсал барьеры, доспехи и плоть. Под куполом храма аббатства воцарился настоящий хаос.

– Я прикрою! – произнесла Неллис.

Чародейка выгадала нам время. Пепельная колдунья наслала бурю в дальнюю часть зала, атаковав оставшихся одаренных. И одновременно попыталась окутать Пеплом своего бывшего женишка. И если первое ей частично удалось, то сломить волю инквизитора не вышло. Паульссен засел в своем Туманном коконе, и ему было плевать на кружащиеся вокруг серые хлопья. Разве что видимость для него снизилась.

Пользуясь частичной слепотой противника, Лиетарис сделала попытку его достать, но не смогла пробиться. Зачарованный клинок с трудом прорезал плотный Туманный щит инквизитора. При этом меч получил повреждения, ведь стихия Тумана разрушала даже металл.

При отступлении Высокая эльфийка получила чувствительный укол Туманным пучком. Луч прорезал доспех и глубоко вонзился справа в грудь Воительницы. Хотя бы глубоко он пройти не успел – эльфийка не стояла на месте. Тем не менее, Лиетарис серьезно поплохело. Высокая повредила легкое.

– Лия… – Лейна отважно бросилась к эльфийке, закатившейся за обломки.

Ученица взялась лечить Лиетарис, пока Неллис насылала на врага Пепельную бурю.

– Меня всегда бесил твой жалкий Пепел! – произнес инквизитор. – Ты кичилась им, будто он подарок Богов. Но есть лишь одна лучшая стихия – это Туман. И именно мне Локдар доверил божественную способность! Получи!

Инквизитор видел плохо, поэтому ударил очень широко. Луч прошелся по залу, задел несколько колонн, и в том числе и прячущуюся Неллис. Чародейка вскрикнула и припала к полу.

– Предательство карается смертью! – торжествовал инквизитор.

– Сдохни, во славу огня! – выплюнула Ниуру, высунувшись из-за укрытия.

В руках Красной эльфийки сияло маленькое солнце. Тот самый Накопительный Разрыв, который она пыталась тренировать ранее! Эльфийка сжимала сгусток огня и добавляла все больше и больше энергии в него. Пока не получался разрушительный снаряд, сравнимый с фугасом от орудия большого калибра.

Главный минус – это нестабильность заклинания. Она могла легко самоубиться. До этого Ниуру не удавалось нормально повторить подобный фокус. Видимо, ненависть оказалась сильнее гласа рассудка и инстинкта самосохранения.

Желтое яркое солнышко прорезало полумрак храма, окутанного ворохом Пепельных хлопьев. Сгусток сократил расстояние и врезался в Туманный щит инквизитора. Раздался оглушительный взрыв. Паульссена отбросило в сторону и вмяло в стену.

Ударной волной подняло пыль и разные мелкие осколки. Меня слегка оглушило. Звуки притихли, в голове зазвенело. Тем не менее, я понимал, что любая секунда промедления может стоить нам жизни.

Я нашел взглядом Кшанти, выглядывающую из-за колонны, крикнул ей и мотнул головой. Свой голос казался глухим и рваным, хоть я и орал со всей мощи. Ночная, судя по всему, поняла меня.

Я ударил Звуковым заклинанием в инквизитора. Сгусток прошил начавший было восстанавливаться Барьер. Следом влетел Проклятый луч Дзартен. Черные эманации наконец достигли тела врага. Контуженный Паульссен не успел восстановить защиту и как-то защититься от Проклятья.

Недуг быстро распространился по телу адепта Аурифи. Туман перестал ему подчиняться также хорошо, как и раньше. Мощь инквизитора заметно снизилась.

Я отправил еще несколько заклинаний, пока один из Дисбалансов не нашел свою цель. Осколок адепта вошел в Резонанс и исторг из себя ворох Туманной стихии. Серая кислотная субстанция окутала тело инквизитора. Своя собственная сила почти полностью поглотила носителя, оставив лишь дымящиеся кости, остатки доспехов и ошметки плаща инквизитора.

– Минус еще один адепт, – сплюнул я. – Пошевеливаемся, пока Аурифи не прислала к нам нового прихвостня!

Домовой сгинул с концами. Мне было жаль терять слугу, тем более такого дорогого, но чародей погиб так, как и мечтал: защищая свою драгоценную госпожу. Что ж, земля пухом, безымянный маг.

Лиетарис, Неллис и Ниуру получили критические повреждения и не могли толком продолжать бой. Чудо, что Красная сумела найти в себе силы для решающей атаки по Паульссену. Мы с Ульдантэ получили раны средней степени тяжести. Воителю и солдату из Нирдхолда тоже досталось, но они еще могли сражаться.

Лейна почти не пострадала, но все ее внимание уходило на раненых. Я быстро наложил Целительское Касание на Лейну и двинулся вперед.

– Работаем, Кшанти!

Ночная эльфийка кивнула и двинулась следом. Ульдантэ с Воителем отвлекли внимание оставшихся Туманников на себя, защищаясь щитами и обломками, поднятыми в зале. После попадания разъедающей смеси щиты приходилось откидывать в сторону.

Мы же с Кшанти методично проклинали Туманников, либо вводили их осколки в Дисбаланс. Пару раз я просто промазал по цели, поскольку левый глаз видел скверно. Но в итоге мы зачистили храм Туманного Аббатства. Уничтожили всех послушников, аббатов и инквизиторов. Как простых неофитов, так и опытных одаренных, сожравших гору осколков.

На секунду я замешкался, узрев чарующий узор древнего артефакта в центре. Уникальное устройство, способное гасить фоновое Излучение Тардиса и убирать Резонанс. С его помощью на Шимтране можно разбогатеть в сжатые сроки.

Если бы Нирдхолд обладал подобным артефактом, то изымать осколки у выращенного скота стало бы в разы проще. Доходы фермеров и города возросли бы на порядок!

Однако я чувствовал, что время поджимало. Элитные силы из Аббатства, которые отвлекла на себя Школа Солнца, могли вернуться в любую минуту. Мы же измотаны до предела и не сможем сражаться. Красть артефакт тоже не вариант.

Скопировать бы печать, чтобы разобраться впоследствии, вот только на это понадобится много времени. Заклинание артефакта выглядело многослойным и сложным.

С такой печатью я мог бы в мгновение ока разбогатеть на Шимтране, подняться на самую вершину. Золото бы потекло рекой.

– Наставник, артефакт! – послышался назидательный голос Лейны – моей совести.

Я очнулся от наваждения и усилием воли задавил поднявшую голову алчность:

– Поспешим. Туманники могут вернуться с минуты на минуту! – поторопил я ушастую.

Дзартен приблизилась к постаменту, на котором покоился черный щит и без раздумий окутала артефакт Проклятыми эманациями. Я следил за происходящи магическим зрением, поэтому видел, как четкие внутренние энергетические структуры превращаются в настоящее месиво. Часть полностью разрушалась, другие меняли спектры, рвались или превращались в непонятные огрызки случайных стихии.

Стабилизирующий щит Ундраго пришел в полную негодность. Артефакт прекратил свое действие, и Резонанс вокруг постамента снова начал действовать.

Только теперь у меня появилось время, чтобы осмотреться. Храм являлся рабочей площадкой, где ковали Туманные осколки из Темных. В шкафах виднелся различный инструмент, небольшие запасы осколков.

По периметру полуразрушенного зала стояли клети с животными. Часть из зверей уже была принесена в жертву. Судя по всему, для ритуала требовалось кровавое подношение. Хотя бы не людей умерщвляли в отличие от той же Черной Длани, и то ладно. Все-таки Братство Тумана не являлось полностью злым, темным культом. Локдар старался блюсти нейтралитет в этом плане.

Черный щит Ундраго превратился в бесполезный кусок металла. Очень прочного, судя по всему. Непонятно, из чего он вообще сделан. Я попытался поднять щит, но весила штуковина больше сотни кило. Хоть он и был изготовлен в образе щита-эмблемы, вряд ли артефакт использовался как настоящий щит. Разве что Ундраго обладал феноменальной силой. Даже Воителю высокого ранга будет тяжело сражаться с такой бандурой.

Дело сделано!

Я осмотрел зал с чувством выполненного долга. Братство Тумана получило серьезную оплеуху, от которой не скоро оправится. Жаль только, что Аурифи так и не пришла на вечеринку. Похоже, я переоценил истеричность и эмоциональность Богини. Вещь, которую просчитать и спланировать невозможно.

– Ингр-кху-а! – раздалось знакомое ржание.

В зал храма бодро прискакала Мякотка. Питомец бегло осмотрел помещение в поисках врагов и, не заметив оных, ткнулся мне в плечо.

– Прости, что не оставили тебе никого… Надо сматываться отсюда.

– Неужели затея провалилась? – вопросила Эббот.

– Похоже, что разрушение артефакта – это наш максимум, – признал я.

– Ты уже сдался, презренный? – скривилась Кшанти. – Действуй, пока есть такая возможность!

Хотел было прикрикнуть на оборзевшую Ночную, но тут мне в голове пришла дерзкая идея. Аурифи ведь наверняка внимательно наблюдает за мной в этот самый момент. Завеса не скрывает нас от божественного взора. Небольшой спектакль не повредит. Вспомним славные деньки, когда театр Хорана Мрадиша срывал овации у зрителей!

– Мы здесь закончили, – махнул я рукой. – В любом случае я скопировал печать щита Ундраго. Немного времени, и я разберусь с заклинанием. Не зря же меня называют Резонансныйм магом. Я в этом деле ксарга съел!

– Сможешь изготовить стабилизирующий артефакт? – уточнила Дзартен.

– Легко! Мы сами начнем клепать Туманные осколки. Станем продавать их Братству. Или даже организуем свой Туманный культ! Отожмем у Братства Тумана все их символы, заберем себе власть и будем править Шимтраном! – заявил я жизнерадостно.

Разумеется, все это было чистой воды лицедейством, поскольку на копирование сложной печати у нас не было времени. Однако Богиня клюнула на приманку:

– НЕ ДОЖДЕШЬСЯ, ЖАЛКИЙ СМЕРТНЫЙ! – пронесся громогласный голос сквозь залы храма.

Уши резко заложило. Вокруг нас вдруг сформировался непроницаемый темно-фиолетовый барьер. Нас словно отрезало от окружающего мира, заковав внутри храма Локдара. Мы потерянно озирались, осматривая появившуюся преграду.

Ульдантэ попробовала ударить по завесе молотом, но повредить не смогла. Я наслал заклинание Резонанса, однако магия не оставила ни следа на божественном куполе. Нас заперли внутри словно тараканов, накрытых кастрюлей.

– Эй, и где хваленый Закон Равновесия⁈ Небесные Судьи, здесь творится форменный произвол! – крикнул я.

– Зря напрягаешь голос, Мрадиш. Небесный Судья не придет, – раздался елейный голос под сводом. – Я оттачивала Купол Отторжения долгие столетия. Его невозможно засечь сторонним силам. Ни другим Божествам, ни Небесным Судья. Просто темное пятно, о котором никто не знает.

Перед нами появилась величественная фигура Локдара – бородатого мужика ростом под четыре метра.

– Или тебе более привычен иной образ? – вопросило божество и сменило ипостась.

Теперь на нас взирала рослая блондинка с вьющимися светящимися волосами. Лицо Аурифи постепенно менялось с яростно-ненавидящего на торжествующе-удовлетворенное. Богиня посчитала, что загнала нас в ловушку. Никто не придет на помощь смертным. Она постепенно успокаивалась, поняв, что мы никуда не денемся. Аурифи словно растягивала удовольствие и не атаковала сразу в полную мощь. Решила поглумиться над нами как следует.

Ниуру, Кшанти и я атаковали гигантскую богиню разномастными заклинаниями. Однако ни Огонь, ни Проклятье, ни Резонанс не взяли Аурифи. Она как стояла со злорадной улыбкой, так и стояла, ничуть не потревоженная и не поврежденная. Казалось, никакое земное оружие или магия не способны ей навредить.

Аурифи махнула рукой, и по нам ударила сильная магическая волна. Барьеры треснули, нас отбросило в сторону и вжало в плотную завесу божественного купола. Что-то хрустнуло внутри меня.

Ниуру потеряла сознание от боли и ран. Красная эльфийка безвольно сползла вниз. Дзартен тоже неслабо досталось, но она еще держалась. Вместе с Ульдантэ, Лейной, Мякоткой и Воителем.

Ничего не менялось. Никто не спешил приходить нам на помощь. Богиня явно нарушала установленные правила – напрямую вмешивалась в происходящее на Тардисе. Но ни Небесные Судьи, ни другие могущественные существа выручать нас не собирались.

Мы остались один на один запертые в непроницаемом куполе с разъяренной Богиней, которой никак не могли навредить. Преимущество, мягко говоря, было не на нашей стороне.

– Кха, Хоран, у тебя есть другой план? – прокашлявшись, вопросила Кшанти напряженно.

Я отрицательно покачал головой и вынес неутешительный вердикт:

– Нам пиздец.

Глава 2

Мы швыряли в Божество самые разные заклинания и снаряды, рубили оружием и носились вокруг. Однако Аурифи лишь с усмешкой наблюдала за нашими бесплодными попытками.

Я попытался проанализировать состав окружающего нас купола, но не преуспел. Ограждающий барьер был сформирован из энергии неизвестного мне спектра. Он почти и не фонил в магическом зрении. Однако по прочности превосходил даже щит Ундраго, который валялся где-то в центре.

Эх, жаль, что артефакт полностью вышел из строя. Кто знает, вдруг его стабилизирующее действие помогло бы остановить взбесившуюся Богиню. Поздно пить грибной эль, когда почки отказали. Контуры древнего артефакта были разрушены в хлам, и моих навыков явно не хватит, чтобы их починить. Щит Ундраго пропал с концами.

Раздался заливистый громыхающий женский смех. Аурифи наслаждалась своим триумфом:

– Богам запрещено самолично вмешиваться в дела смертных. Я долгое время представляла, как вырву твое поганое сердце, Мрадиш. Ты прятался от меня, но больше сбежать у тебя не получится. Настало время восстановления справедливости. Я тебя призвала в этот мир, я тебя и развею в прах!

– Тебе это с рук не сойдет, Аурифи! – выплюнул я. – О нашей судьбе узнают Судьи, и тебя строго накажут!

– Это мы еще посмотрим. В любом случае, дорогой адепт, тебя не должно волновать, что случится после. Думай о том, что происходит сейчас!

Аурифи вытянула руку. Я ощутил, как мое горло сильно сдавило. Из груди вырвались лишь скупые хрипы. Богиня стояла от меня на удалении, однако могла применять некую дистанционную магию вроде телекинеза.

Белобрысая сучка взмахнула рукой, и меня вздернуло над полом зала будто безвольную марионетку. Горло сдавило еще сильнее. Я не мог дышать. Меня обуяла вселенская злоба и негодование. Какого ксарга вообще существуют эти всемогущие Божества? Где справедливость? Должен ведь существовать способ противостоять им.

Я бешено вращал глазами, задыхаясь, и проводил активацию одного заклинания за другим. Меня охватило отчаяние.

Взметнувшийся ворох Пепельных хлопьев охватил массивную фигуру Богини. Стихия полностью скрыла Аурифи от нас.

Хватка на горле ослабла. Я рухнул вниз с высоты в несколько метров. Приземлился не слишком удачно, отбив ноги, но хотя бы ничего не сломал. Какое-то время жадно хватал ртом живительный воздух.

– Ей нужна прямая видимость для атаки! – прохрипел я, разминая посиневшее горло. – Закройте обзор твари!

– Неллис, дорогая, какая встреча! – усмехнулась Аурифи. – Ты клялась мне в вечной верности. Получила мое благословение, новую жизнь и божественные способности. И в один момент выбросила все это в отстойник. Предала идеалы и веру. Пошла против своего покровителя!

– Ты лгала пастве! – выкрикнула Неллис, активнее облепляя божество Пеплом. – На одном континенте ты Богиня Свободы, на другом – Бог Рабства! Двуличная мразь!

– Смертные меняют личины как перчатки, – заметила та индифферентно. – Неужели ты думала, что Боги поступают иначе?

– Я…

– Не важно! Ты стала помехой, Неллис, а посему должна быть уничтожена. Радуйся! Тебе выпала великая честь покинуть бренный мир от рук великой Аурифи! – пафосно воскликнула небожительница.

Аурифи развела руки в стороны, и облепивший ее Пепел выстрелил будто из пушки. Серые хлопья попали на нас, пол и непроницаемый купол. Богиня очистилась от Пепельной стихии и могла нас видеть.

Не успела Неллис наслать новый Пепельный вихрь, как Богиня вскинула руку и сжала кулак. Чародейка вскрикнула и упала на колени.

– Стой! – только и успел я отметить.

Магический всплеск обуял тело Неллис. Брюнетка бросила в мою сторону последний взгляд и грустно улыбнулась. В следующий миг чародейка осыпалась на пол серым пеплом, обратившись в прах. Даже костей после Неллис не осталось. Лишь ее любимый посох и некоторые украшения.

Ксарг побери! А ведь я испытывал к чародейке симпатию. Хоть наше знакомство не задалось, и мы долгое время были врагами, в итоге она стала моим хорошим союзником и не раз выручала. Я обязан ей жизнью, можно сказать. Не говоря уже о том, что губить столь роскошную женщину – настоящее святотатство.

В душе моей кипел праведный гнев. Зверства обязательно аукнутся Аурифи, даже если мы и не выберемся отсюда живыми.

– С одним вредителем разобрались. Следующий!

Мое горло снова сдавило. Я выпустил несколько заклинаний, стремясь снизить видимость Богине, но той было наплевать. Лейна с Кшанти тоже старались, и даже обессиленная Ниуру периодически плевалась Огнем. Лучше всего получалось у Ночной эльфийки. Проклятая стихия растекалась по божественному лицу и на время закрывала ей обзор. Сам недуг к Богине не прилипал. Тем не менее, магия быстро развеивалась, и Аурифи возвращала себе нормальную видимость.

Я хрипел, болтаясь на невидимой божественной руке, сжимавшей мое горло стальными тисками. Неужели мой конец будет столь же бесславен, как и у Неллис?

– Стоит ли мне торопиться или помучить тебя перед смертью? – произнесла Аурифи, наслаждаясь процессом экзекуции. – Оторвать тебе руки-ноги и смотреть, как ты беспомощно барахтаешься и истекаешь кровью словно жалкий слизняк, коим ты и являешься? Смертные должны знать свое место!

Слуги усилили напор, но остановить Богиню не могли. Силы были неравны. Даже Мякотка носилась по залу как сумасшедшая, пытаясь ударить Аурифи рогами или откинуть магической волной. Конелосяшка достигла аж голубого ранга, поэтому могла ударить очень больно. Вот только божественному существу было плевать на их потуги.

– Убогая неразумная тварь. Ты отправишься следом за своим хозяином! – обратилась Аурифи к Мякотке.

Гурдиха остановилась и ударила подкованным копытом о каменную плиту храма. Ее ноздри раздувались от гнева, а ветвистые рога источали голубое свечение. После перехода на новый ранг внешность Мякотки претерпела небольшие изменения. Но как бы ни был силен мой питомец, одолеть Богиню он не мог.

Вдруг Мякотка развернулась, взяла длинный разбег и ударила о непроницаемый божественный купол рогами, дополнительно напитав их магией. Раздался грохот, гурдиху откинуло в сторону.

– Ты не сможешь пробить божественный барьер, – усмехнулась Аурифи.

По голове Мякотки потекла кровь. Однако гурдиха поднялась на ноги и с ревом снова принялась штурмовать неприступную преграду. Новый удар, и Мякотка снова отлетает назад, не нанеся барьеру видимого вреда. Один из рогов гурдихи треснул и обломился.

– Безмозглое существо, – протянула Богиня. – Как и все смертные создания!

– Тебе нужен я… – с трудом прохрипел я. – Не трогай остальных…

– Боюсь, свидетелей оставлять нельзя, – качнула головой Аурифи. – Я и так серьезно нарушила Закон Равновесия.

Окровавленная Мякотка, пошатываясь, поднялась и взяла новый разбег. С обреченностью смертника гурдиха направила свой гнев на божественный купол. Удар вышел слабым, однако в момент соприкосновения сверкнула еле заметная радужная вспышка. Я ощутил странные эманации, исходящие от гурдихи.

Глаза Аурифи округлились, лицо в мгновение исказилось от ужаса. Я повернул голову в сторону. Мякотка припала на пол устало. В месте удара в божественном барьере вдруг образовалось крошечное отверстие, в стороны пошли трещины.

Пролом спешно затянулся. Богиня судорожно пыталась исправить оплошность.

– НЕВОЗМОЖНО! – проревела Аурифи.

В следующий миг раздался оглушительный гром. Свод полуразрушенного храма проломился от упавшего откуда-то с неба объекта. Следом пал и божественный купол Аурифи. Существо играючи пробило барьер, который мы и поцарапать не смогли. Лишь Мякотке каким-то чудом удалось повредить заслон.

На каменный пол зала приземлилась массивная фигура, состоящая из цельного металла. Существо имело гуманоидный облик. Голову, гротескное лицо, стальные вихри волос. Без одежды и каких-либо половых признаков. Разве что по общей фигуре и лицу я склонялся к тому, что передо мной мужчина. Хотя вряд ли в отношении подобных существ имелся смысл разделять их по полу.

– Небесный Судья⁈ – ошарашенно обозначила Аурифи.

– Обнаружено критическое нарушение Закона Мирового Равновесия! – прогудел металлический голем. – Божественная сущность второго порядка, известная под именами Аурифи, Локдар и Тернтьяго, слушайте постановление Небесного Судьи!

– Я ничего не успела сделать! Мое вмешательство в земные дела минимально! – зачастила провинившаяся Богиня словно нашкодившее дитя.

– Смерть разумного, магия божественного порядка и попытка нанести увечья и погубить других разумных – все это злостные нарушения Закона Равновесия и в совокупности приводят к суровой мере наказания.

– Дави гадину! – поднял я кулак, отходя от удушья потихоньку.

– Вердикт Небесного Судьи следующий! – произнес металлический посланник. – Божественная сущность второго порядка, известная под именами Аурифи, Локдар и Тернтьяго, вы наказываетесь изгнанием с плана Тардис сроком на одну тысячу лет. Наказание вступает в силу незамедлительно!

– Нет! – выплюнула Аурифи, лицо которой приняло крайне злобное, искривленное выражение. Белобрысая Богиня бросила последний взгляд в мою сторону и воскликнула гневно. – Мрадиш!

Беспомощная злость Бога – музыка для ушей смертного.

Небесный Судья исторг неясные магические эманации, которые быстро окутали провинившуюся. Аурифи испарилась в золотой вспышке вместе с установленным ей куполом. Будто бы ничего и не было.

– Всего тысяча лет? – хмыкнул я. – Я рассчитывал на более серьезное наказание!

– На твой век хватит, человек, – заметила Кшанти. – Да и на эльфийский век тоже…

– Мы… справились? – высунулась из-за укрытия Лейна.

– Пусть горит вечным Огнем, погань! – скривилась раненая Ниуру.

– Дело сделано… – пробормотала Лиетарис, устало привалившись к колонне.

– План Нареченного сработал, – спокойно кивнула Ульдантэ.

– Это была славная заруба! – восхитился Воитель вместе с другими нирдхолдцами.

– Гуркд-кха! – подала голос Мякотка.

– И что это было? Каким образом презренный гурд проломил божественный купол? – вопросила Кшанти недоуменно.

– Да, господин Небесный Судья, у нас накопились к вам вопросы!

Металлический болван медленно повернул голову в сторону Мякотки и о чем-то задумался. Мне уж показалось, что он заснул, но Судья все же подал голос:

– Так вот чью божественную энергию мы ощутили…

– Мякотка – божество⁈ – воскликнул я.

– Я знала! – обрадовалась Эббот.

– Божество, за свой проступок заточенное в теле неразумного существа. Наказание сроком в одну жизнь.

– Неужели нельзя никак расколдовать Мякотку⁈ – вопросила сердобольная Лейна.

Небесный Судья не ответил и уже по виду собрался уходить.

– Не так быстро! Мы потеряли близкого человека от божественного произвола, да и остальные натерпелись! Требуем моральной и физической компенсации!

– Компенсация не предусмотрена, – отрезал голем.

– Верните Неллис к жизни! – потребовала Лейна.

– Смертный будет возвращен в круг перерождения и обретет новую жизнь, которую начнет с чистого листа, – провозгласил Судья.

– Значит, Неллис вернется⁈ – обрадовалась Эббот.

– Судя по всему, ее душа окажется в теле одного из новорожденных, – хмыкнула Кшанти. – Она не будет помнить о нас.

– Жаль… Но хотя бы мученица получит шанс на счастливую жизнь… – кивнула ученица.

Со стороны двора стали доноситься звуки боя. Похоже, силы Туманников вернулись к аббатству, получив сигнал тревоги. А может Школа Солнца отступила, посчитав свою миссию выполненной. В любом случае нам следовало поторапливаться.

– Товарищ Судья! – обратился я снова. – По плану мы должны были разобраться с артефактом и уйти через лаз тем же путем. Но Аурифи спутала нам все карты и серьезно задержала. Из-за нее нас могут уничтожить силы Братства! Видите ведь, в каком мы состоянии находимся!

Металлический болван поводил головой из стороны в сторону, осматривая нас. Затем наконец проскрипел донельзя занудным голосом, напоминающим скрип гвоздя по стеклу:

– Доводы принимаются. Последствия прямого божественного вмешательства должны быть устранены.

Небесный Судья исторг мощные магические эманации. Нас окутало золотистое сияние. Мир вдруг померк.

Я моргнул, а когда открыл глаза, передо мной лежал совсем иной пейзаж. Мы находились где-то в лесу. Судя по типу растительности, все еще в Арконе. Но уже не в самом Святом Городе и даже не близко к нему. Металлический болван моментально телепортировал нас прочь от Туманного Аббатства.

И это хорошо, ведь Мякотку через лаз мы бы провести не смогли. Пришлось бы мне с ней прорываться через превосходящие силы врага.

План по эвакуации наш был предельно прост. Мы возвращались через лаз обратно в рыбный цех, запутывая следы и выигрывая время. Вряд ли бы подкрепление полезло за нами в неизвестный лаз, который можно легко обвалить. Затем мы бы вместе с гурдами быстро покинули город на подготовленных лодках. По широкой судоходной реке спустились бы ниже по течению, оставив преследователей позади. Затем бы постарались уйти от погони через густые арконские леса.

Простой план, но от того не менее действенный. Чем меньше могло пойти не так, тем лучше.

Какое-то время мы стояли, ошарашенные происходящим, не в силах поверить в случившееся, и вдыхали свежий лесной воздух. В сравнении с пропыленным и провонявшим разрушенным залом Туманного храма мы словно попали прямиком в рай. Стрекотали насекомые, переливались звонкие трели пташек, шумела на ветру листва. Полумесяц Кайи давал достаточно света, чтобы не потеряться в ночном пространстве.

Небесного Судьи нигде не было видно. Металлический болван испарился.

– Помощь мне бы не помешала, – будничным тоном проговорила Ульдантэ, после чего осела под деревом.

– Ох! – воскликнула Лейна и бросилась к Лунной эльфийке, которая, как оказалось, тяжело ранена.

– Молчаливая ты наша. Раньше сказать не могла? – буркнул я.

– Хоран, мне тоже нужно лечение, – поморщилась Лиетарис.

– Сначала мне, во славу огня! Я руки лишилась!

– Тебе уже закрыли открытую рану, – возразила Высокая эльфийка. – Кровью не истечешь, так что потерпишь.

– А ожоги от Тумана⁈

– Да нас всех Туманом потрепало. На Хорана только глянь!

– Вот уж не думала, что ты можешь стать еще уродливее, – фыркнула Красная язва.

– Твою шевелюру тоже изрядно подпалило, – вернул я шпильку. – Такими темпами и ты присоединишься к моему лысому клубу.

– Никогда! Купим зелье для роста волос у алхимика в первом же городе! – ужаснулась Ниуру.

– Сейчас помогу. Но первым делом Завеса. Не хочется, чтобы за нами наблюдали другие небесные сучности…

Я восстановил заклинание, маскирующее от божественного взора. Лишь после этого занялся лечением. Все пострадали изрядно. Пожалуй, только Лейна отделалась испугом, несколькими синяками, царапинами и каплями Тумана. Кшанти, Ниуру, Мякотка, Лиетарис, Ульдантэ и я с нирдхолдцами получили повреждения разной степени тяжести. Как Туманные ожоги, так и резаные глубокие раны.

Местечко, в котором мы очутились, выглядело спокойным. Пустой лес без присутствия людей, монстров или крупного зверья. Мы остановились на ночь прямо тут, не став бродить в поисках укрытия.