Текст книги "Исцелить душу (ЛП)"

Автор книги: Опал Рейн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 21 (всего у книги 35 страниц)

Он убрал руку с её живота, потому что не до конца понимал, что чувствует, касаясь его.

– Первый человек, которого мы съедаем, определяет наш пол.

– Ах да, точно, я и забыла. Рея говорила мне, что ваш вид андрогинен при рождении. – Она на мгновение задумалась. – Значит, оно – это «они»?

Магнар озадаченно склонил голову.

– Скорее всего, это будет самец. Человеческие мужчины чаще встречаются в лесу на поверхности.

– Да, но пока они не съедят кого-то, они будут бесполыми. Значит, «они». Ребенок может в итоге стать девочкой. Я бы не хотела называть их «он», если в итоге получится «она», или наоборот.

Красновато-розовый оттенок залил его сферы.

– Я не понимаю.

На её губах заиграла улыбка. То, что она подарила ему еще одну, заставило его хвост легонько застучать по земле.

– Тебе и не нужно понимать. Тебе нужно просто это принять. – Её улыбка стала шире, когда она спросила: – Ладно?

Его хвост застучал быстрее.

– Ладно.

Как бы она ни хотела это называть, я буду называть так же. Особенно если это означало, что он и дальше будет видеть это приятное выражение лица.

Долгие мгновения Делора и Магнар смотрели друг на друга; никто не говорил, но в этом и не было нужды. Напряжение внутри него утихло, подарив эти несколько коротких минут умиротворения рядом с ней.

Она такая красивая. Легкий ветерок набросил прядь волос ей на плечо, и она коснулась её губ, заставив его взгляд опуститься к ним. Я бы хотел поиграть с ними.

Он знал, что они очень приятны на ощупь, когда прижимаются к прохладной кости его черепа.

– У тебя краска на лице, – сказала она, и на её лбу появилась морщинка. Затем её лицо просияло. – Можно я его раскрашу?

Магнар провел когтями по черепу и заметил, что кончики окрасились в желтый.

– Если хочешь.

С радостным нетерпением она потянулась к его ногам и пододвинула поближе несколько мисок с краской. Затем взяла тонкую кисть, окунула её в синий цвет и начала наносить мазки на его лоб.

Её лицо было расслабленным, и он заметил, что темные круги под глазами почти исчезли, осталась лишь естественная тень.

Краска была холодной на кости, но он не возражал, так как мог вблизи вдыхать её аромат красного яблока и мороза, исходящий прямо от её кожи. Он почти придвинулся ближе, чтобы слизнуть этот дурманящий запах.

Но одна мысль наполнила его меланхолией.

– Ты делаешь это потому, что тебе не нравится, как я выгляжу? – Неужели она пыталась изменить его под свои желания? Скрыть то, что он безлик и носит лишь череп?

– Прости?

– У меня нет кожи, как у тебя, – констатировал он, протягивая руку, чтобы коснуться её щеки. – Ты бы предпочла, чтобы я не выглядел так?

– Магнар, – прошептала она с оттенком печали. – Нет, совсем нет. Я не хотела, чтобы ты так подумал.

Она неожиданно подалась вперед и прижала свои мягкие губы к одному из его длинных верхних клыков. Магнар коснулся того места, куда она его поцеловала, когда она отстранилась.

Она дала ему то, чего он хотел, и он был поражен тем, что она это сделала. Она поцеловала меня!

Поцелуй был теплым и податливым, и ему уже хотелось еще. Он завел руку назад, чтобы остановить свой проклятый хвост, который начал бешено вилять; он даже застеснялся того, насколько тот был взбудоражен.

– Просто он такой белый, как холст, и мне захотелось добавить красок. – Затем она провела кистью по собственному лицу, рисуя себе что-то вроде розовых усиков, так как сменила цвет. – Люди иногда так делают. Нам нравится раскрашивать свои лица или друг друга, просто ради забавы. Но если тебе не нравится, я могу прекратить.

Напряжение в его мышцах окончательно спало.

– Нет, – ответил он, покачав головой. – Если ты хочешь использовать меня как свой холст, мне это нравится.

Это будет похоже на то, как Рея подарила Орфею бубенчики на рога. Его сферы вспыхнули ярко-желтым. Но только лучше.

Глава 30

Если бы Магнар знал, что ему придется смотреть, как его маленький ворон кричит от боли, он, возможно, оторвал бы себе член еще до того, как ему представился бы шанс им воспользоваться.

Он метался, не зная, что делать и как помочь, пока Делора издавала этот утробный, хриплый, надрывный и нечленораздельный звук, прислонившись к внешней стене их гнезда. Она настояла на том, чтобы делать это там, где не устроит беспорядок, но выглядела она ужасно измученной, откинувшись назад.

Вокруг нее были зажжены толстые белые свечи. Они подчеркивали капли пота на её лбу, слезы в глазах и раскрасневшееся от напряжения лицо. На ней была одна из его рубашек, в которых она обычно спала.

Всё, что мог делать Магнар – это переступать с ноги на ногу, а затем опираться на каждую из рук. Он замер в покорной, смиренной позе, припав низко к земле, словно это могло как-то спасти её. Каждый раз, когда она вскрикивала, его мех и перья вздымались от тревоги.

– Делора, позволь мне позвать Ведьму-Сову, – взмолился он, заметив кровь и влагу между её бедер.

– Нет! – мгновенно огрызнулась она, когда то, что она называла схватками, на миг утихло, чтобы вскоре вернуться вновь. Он ненавидел то, что они всегда возвращались, становились всё сильнее и, казалось, никогда не закончатся. – Я… я не хочу, чтобы сюда все сбежались.

– Но она может помочь.

Его сферы были белыми с самого начала этого испытания. Делора покачала головой, делая быстрые, короткие вдохи, прежде чем её лицо снова исказилось, и она испустила жуткий крик. Она стиснула зубы и сжала кулаки. Даже пальцы на её ногах подогнулись.

Боль отступила, схватка закончилась, давая ей мгновение, чтобы заговорить сквозь одышку.

– Если ты позовешь её, Рея и Орфей могут прийти тоже. – Он склонил голову, показывая, что не понимает, в чем проблема. Она перевела на него изнуренный взгляд. – Я не хочу, чтобы на меня смотрели. Это… это очень личное, Магнар. Они не будут знать, что делать.

– Рея – человек, Делора, – возразил он, подходя ближе.

Он погладил её по волосам, мечтая забрать её боль себе. Он уже пытался, но в итоге сделал только хуже, когда ей пришлось начинать всё заново. Делоре нужно было пройти через весь процесс до конца, прежде чем он сможет исцелить её.

Магнар не знал, сколько это продолжалось. Час? Может, больше? Секунды тянулись как минуты, и каждая её слеза, каждый звук отзывались в нем страданием. Её кряхтение, стоны и пронзительные крики. Запах соли от её слез, пота, крови и какой-то странной жидкости – прозрачной, но с примесью черноты, которую она называла ненормальной.

Вся эта боль казалась ему… неправильной. Она не выглядела естественной, хотя, очевидно, через это проходила каждая самка любого вида. Неужели всегда так? Тогда зачем кому-то вообще хотеть детей?

– Она была вестницей дурных знамений! – выкрикнула Делора, как только нахлынула очередная схватка. Она выдохнула, когда ей снова дали передышку. – Таких, как она, другие люди избегают. Она, скорее всего, никогда не видела, как рожают женщины, и будет так же бесполезна, как сейчас ты.

Магнар вздрогнул, и его сердце екнуло. Я бесполезен. Он ничем не помогал.

– Прости, – всхлипнула она, глубоко нахмурившись, когда поняла, что обидела его. – Я не это имела в виду. Просто… ты ничего не можешь сделать. Если позовешь Ведьму-Сову, могут прийти остальные, а я не хочу, чтобы на меня смотрели как на зрелище. Пожалуйста… – Делора протянула руку вперед. – Можешь… можешь просто подержать меня за руку?

Магнар взял её за руку.

В следующий раз, когда Делоре нужно было тужиться, она сжала его ладонь с удивительной силой. Это было почти больно: его костяшки прижались друг к другу, и кости заскрежетали.

Но она стала тише, словно это действительно помогало, и Магнар был согласен позволить ей стереть его руку в порошок, если это принесет ей облегчение. Ей явно нравилось, когда он прикладывал влажную ткань к её лбу; он часто делал это, чередуя с поглаживаниями её блестящих, но влажных от пота волос.

Её пульс был частым, дыхание – еще чаще, но Делора, его храбрая, сильная маленькая женщина, стойко держалась. Он чувствовал бесконечное сочувствие, но также и гордость.

– Прости, что я сделал это с тобой, – тихо сказал он.

– Ага, пошел ты, – ответила она, заставив его напрячься, но слабая улыбка, которую она ему подарила, заставила его расслабиться. Он был удивлен, что она даже шутит с ним, и испытал облегчение от того, что её улыбки не исчезли навсегда.

Изредка она просила воды, но большую часть времени пыталась найти удобную позу. Она становилась на четвереньки, потом на корточки, потом в полуприсед. В конце концов, окончательно выбившись из сил, она снова легла.

Как раз когда он подумал, что это длится слишком долго, и собрался было звать Ведьму-Сову – несмотря на то, что Рея и Орфей, скорее всего, придут следом, – Делора издала гортанный крик, который был совсем иным, гораздо дольше прежних.

– Выходи из меня! – закричала она, ужасно напрягаясь. – Ах ты, сукин…

Её глаза закатились как раз в тот момент, когда что-то с чмоканьем выскользнуло наружу. Он вертел головой то в одну сторону, то в другую, глядя на странное черное нечто, лежавшее между её ног на ткани.

– Ты должен был их поймать, – прохрипела она заплетающимся, прерывистым голосом.

Откуда мне было знать? – подумал он, делая шаг ближе и наклоняясь вперед. Он осмотрел существо.

Оно не похоже на Мавку.

Он удивился, когда оно пошевелилось.

Сначала медленно, но затем оно подняло то, что Магнар принял за голову. У него не было светящихся сфер или черепа. Вместо этого – лишь гладкое изогнутое черное лицо без единой черты, кроме двух щелевидных ноздрей, которые открывались и закрывались, когда существо сделало свои первые вдохи.

Они были липкими, покрытыми черной слизью, и когда существо подняло то, что он принял за руку, на ней тоже не оказалось никаких черт. У него были кисти, но без пальцев, и ступни без пальцев ног. Это было странно: создание ни капли не походило на него. Ни меха, ни перьев, ни когтей, ни клыков.

Чистый лист, состоящий из одной лишь тьмы.

Затем оно раскрыло пасть. Обнаружилось, что края бесшовного рта имели зазубренные треугольные линии, которые сцеплялись с нижней челюстью при закрытии. Внутри подергивался фиолетовый язык.

Оно начало отрыгивать жидкость, а затем издало ужасающий пронзительный визг.

Существо повернуло голову к Делоре; его ноздри быстро открывались и закрывались, будто оно дико принюхивалось. Создание тут же бросилось к ней.

Магнар понял: что-то не так.

Он не успел остановить его – маленькое существо вонзило свою черную зазубренную пасть в колено Делоры, вгрызаясь в плоть.

Делора закричала – и от боли, и от испуга.

Пытаясь оттащить существо, пока оно не укусило снова, Магнар сорвал его с её тела и в панике случайно отбросил в другой конец спальни.

Создание ударилось о стену, а затем глухо шлепнулось на пол, но плоть, которую он ощутил рукой, была такой же странной, как и вид существа. Она была одновременно плотной, словно внешняя оболочка была жесткой, но и податливой, будто внутри не было ни костей, ни органов.

Запах страха поднялся от её кожи в воздух горячей, клубящейся волной.

– Почему? – всхлипнула Делора. – П-почему оно меня укусило?

Прежде чем он успел ответить, раздался еще один вопль. Существо на четвереньках помчалось в её сторону, оскалив зазубренную пасть. Оно собирается напасть снова.

Делора, тоже заметив это, попыталась принять призрачную форму, но ей было слишком больно, чтобы удерживать это состояние. Её облик мерцал, становясь то материальным, то неосязаемым.

Магнар защитно навис над ней и перехватил существо в прыжке. Он крепко сжал его, пока оно отчаянно извивалось и дергалось, пытаясь добраться до неё.

Он попытался положить руку ей на грудь, чтобы исцелить, но ладонь раз за разом проходила сквозь неё, выталкиваясь лишь на долю секунды, когда Делора становилась физической.

– Оставайся осязаемой! – потребовал Магнар.

Времени не хватало. Делора становилась призраком прямо в тот момент, когда он пытался прикоснуться к ней.

– Нет! Оно меня укусило!

– Я не могу тебя исцелить в таком виде!

Он хотел забрать её боль, хотел помочь. А еще ей нужно было отмыться, как только раны затянутся.

Это Мавка. Оно реагирует на запах крови. На её страх. Маленький Мавка был голоден и безнадежно пытался добраться до своей истекающей кровью добычи.

– Обещаю, я не дам ему укусить тебя снова.

Делора взглянула на него, и их взгляды встретились.

Её брови были плотно сдвинуты, выдавая крайнюю степень ужаса. Наконец она кивнула, оставаясь в форме, которой он мог коснуться. Существо забилось еще неистовее, его визг резал чувствительные уши Магнара, но он удерживал его, забирая раны Делоры себе.

Боль за швом была мучительной, но ему было плевать, если такова цена помощи ей. Он также забрал след от укуса.

Его тело сотрясалось от нахлынувшей боли.

Делора тут же стала прозрачной, но на ткани оставалось слишком много крови, чтобы разгневанный младенец Мавка успокоился.

– Я вынесу его на улицу, – сказал Магнар, поднимаясь на копыта. – Прости. Я знаю, ты устала, Делора, но тебе нужно помыться и избавиться от крови.

Он не расслышал её ответа, поймав лишь её ошарашенный взгляд перед тем, как выйти.

Как только он оказался на свежем воздухе, в лесу под защитой барьера, агрессия существа утихла. Однако визг не прекратился, и младенцу удалось выскользнуть из его хватки. Мавка был настолько мал, что помещался в одной ладони, и там еще оставалось место.

Оно ползало по нему, обнюхивая, но не нападало. Оно больше не бесновалось и не пыталось вернуться к ней. Оно то и дело прижималось лицом к его телу, быстро раздувая ноздри, прежде чем переползти на другое место.

Оно издало сдавленный скул.

Я думал, говорили, что новорожденные существа не могут двигаться сами. Так утверждали Рея и Ведьма-Сова, и всё же этот младенец Мавка передвигался вполне уверенно.

Позволяя ему делать что вздумается, так как он понятия не имел, как обращаться с новорожденным, Магнар понял, что тот чем-то расстроен. Он казался потерянным и сбитым с толку: постоянно двигался, постоянно искал.

– Что ты ищешь, малыш?

Существо прервало свой плачущий скул и резко повернуло голову.

Затем оно засеменило к его лицу, неуклюже карабкаясь наверх. Магнар позволил это, и вскоре оно прижалось боком головы к кончику его морды. Оно было прямо перед его сферами, так что он мог его видеть.

– Неужели и я выглядел так, когда родился? – спросил он себя, и его сферы окрасились в темно-желтый от любопытства.

Существо пробежалось по его макушке, а затем снова прижалось щекой к его голове. Магнар понял: оно прислушивается к его голосу, возможно, помня, как он разговаривал с Делорой, пока оно было внутри неё. Сильное чувство всколыхнуло его сердце.

Оно помнит меня.

Глава 31

Делора крепко сжала губы, взяв в руки третий ключ-отмычку из тех, что дала ей Рея.

Рея упомянула, что ей пришлось разобрать несколько старых безделушек, чтобы раздобыть их, но сказала, что с радостью сделает это, если ей разрешат послушать музыку, когда она придет в гости.

Если она вообще когда-нибудь вернется сюда, – с тоской подумала Делора.

Она и сама не заметила, когда начала так ценить присутствие Реи. И дело было не только в том, что та была единственным другим человеком в Покрове и – слава богу – женщиной, Делора не особо горела желанием находиться на расстоянии удара от мужчины, а в том, что Рея ей нравилась… по-настоящему нравилась.

Рея была куда храбрее и резче Делоры, но она была забавной. Эта женщина не умела держать язык за зубами, даже если от этого зависела её жизнь, и она была удивительно… милой, когда испытывала терпение своего Сумеречного Странника.

Орфей был тем еще «подарком», суровым и грубым, но в душе – настоящим добряком. Если Магнар был собственником, а он им был, то Орфей, пожалуй, превосходил его в этом. Это было объяснимо, учитывая, что он искал себе спутницу-человека, невесту, целых двести лет. Магнар не ждал так долго. В нем не было той щемящей нежности, которую можно было увидеть в каждом жесте Орфея.

Неужели… ни один из них не захочет возвращаться?

Она поняла, что морщинка на её лбу появилась от печали, а не от досады, когда ей пришлось бросить третий ключ на круглый стол. Остался последний, и он выглядел слишком маленьким. Делора не хотела оставаться здесь наедине с Магнаром и с… этим.

Существо, которое она родила, было ужасным. При любой возможности оно нападало на неё, а когда сегодня пришли Рея и Орфей, оно попыталось атаковать и их.

Орфей пришел в ярость, когда младенцу удалось вывернуться из рук Магнара и с истошным визгом буквально пролететь по воздуху в сторону Реи. Та успела стать бесплотной до того, как оно до нее добралось. Тогда существо принялось карабкаться по самому Орфею.

Делоре пришлось наблюдать издалека, как Орфей изгибался и пытался поймать создание, пока то ползало по его спине. Его странная зазубренная пасть то и дело пыталась прокусить одежду Странника. Вспыхнула ссора между Орфеем, взбешенным тем, что его женщина была в опасности, и Магнаром, который всеми силами пытался защитить маленького кровожадного монстра.

Магнар привязался к нему. Он даже несколько раз сердито огрызался на Делору из-за её поведения – будто она могла что-то поделать!

Делора не могла находиться рядом с ними, а значит, не могла быть рядом с Магнаром. Он был вынужден постоянно держать существо на руках, иначе оно бросалось на неё. Её сердце едва не выпрыгивало из груди, стоило монстру приблизиться: он тут же становился бешеным, щелкая пастью так, словно хотел съесть её заживо.

Делора становилась бесплотной и убегала.

Одиночество отдавалось гулким эхом, и теперь она боялась, что никогда больше не увидит своих новых друзей.

Снова вернулось это знакомое желание спать целыми сутками. Ей больше не хотелось ни в чем участвовать, всё навалилось на плечи непосильным грузом. Ночные кошмары, почти исчезнувшие после того, как она доверилась Магнару, вернулись с новой силой. И всё из-за этой твари.

Я не хочу их ненавидеть. Слезы наполнили глаза и закапали прямо на тыльную сторону её дрожащих рук, пока она пыталась открыть шкатулку.

Но они же выглядят как гребаный Демон. Они черные как пустота, точь-в-точь как Демоны, и она видела некоторых из них, ползающих точно так же. Кроме отсутствия красных глаз – у них вообще, мать вашу, нет глаз – они выглядели как ожившие кошмары Покрова.

Она подняла взгляд на окно, пытаясь разглядеть Магнара в темноте. Она специально переставила стол и стул так, чтобы сидеть и смотреть на улицу весь день.

Сердце дрогнуло в груди, когда она увидела его: он обтесывал кусок пня, превращая его в кухонную столешницу. Он работал снаружи в ночной тьме только потому, что она проснулась. Всё, что она могла разобрать – это его зеленые сферы.

Прошли дни с их последнего нормального разговора, и она… Делора скучала по нему так сильно, что это причиняло физическую боль.

Ей не хватало его дурманящего запаха. Его богатого, глубокого, вызывающего дрожь голоса, который волной прокатывался по её сознанию. Тепла, которое исходило от него, даже когда их разделяли считанные дюймы – а теперь, когда становилось холоднее, она жаждала этого тепла еще сильнее.

Делора скучала по тому, как этот большой, нелепый Сумеречный Странник уделял ей внимание. Хоть какое-то внимание.

Ей показалось, что вспышка надежды была реальной, когда ключ в замке издал щелчок, но провернуть его не удалось. Она вытащила ключ, зачем-то осмотрела его и снова засунула обратно.

Я хочу показать ему это. Показать, что она умеет, какой бывает музыка. Она думала, ему понравится.

Делора отчаянно искала мостик между ними, который не был бы связан с физической близостью. Она хотела показывать ему мир, учить его. Хотела, чтобы всё стало как прежде, пусть даже иногда это было неловко и неуютно.

Отношения натянулись еще до родов, и тогда она молила о возможности наладить их связь, раз уж они застряли друг с другом – судя по всему, на вечность. Теперь Делора мечтала вернуться в прошлое и сказать себе прежней, чтобы та перестала быть такой эгоисткой.

У «прошлой» Делоры было больше, чем у нынешней.

Я больше не знаю, что я делаю…

Что-то коснулось её лодыжки сзади. Делора задеревенела, волоски на теле встали дыбом, кожу покалывало от ужаса. Страх сдавил горло, а по телу пробежал такой резкий холод, что её затрясло. Всхлип застрял в горле, легкие сковало, не давая вздохнуть. Она обернулась и увидела это прямо у своих ног.

Делора издала пронзительный крик как раз в тот момент, когда существо издало угрожающий визг в тон её голосу. Она запрыгнула на стол, когда эта тварь попыталась укусить её за ногу, а затем оно изо всех сил принялось карабкаться по ножке стола, чтобы добраться до неё. Сожрать её! Собственный ребенок!

Сидя на столе и прижавшись спиной к окну, Делора чувствовала, как слезы испуга заливают глаза. Она пыталась отползти назад. Увидев, как мягкая черная конечность перехлестнула край стола, она поджала ноги к себе, пытаясь их спрятать.

Делора стала бесплотной, чтобы защититься – эта реакция теперь возникала сама собой от страха.

Она провалилась сквозь стол, опускаясь на уровень деревянного пола, как раз в тот момент, когда существо забралось наверх. Оно искало её.

Они оказались прямо внутри её призрачного торса.

Она отплыла в сторону как раз в тот момент, когда Магнар с белыми сферами ворвался в приоткрытую дверь. Он бросился к ним.

– Ты должен был держать их подальше от меня! – закричала она, чувствуя, как её неосязаемое тело дрожит.

Казалось, существу было плевать на длинные когти Магнара, впившиеся в него, когда он его подхватил. Делора знала, что они практически неразрушимы.

Ничто их не остановит. Неважно, как далеко их отбрасывали, неважно, что она случайно роняла на них, когда им удавалось подкрасться – как сейчас, когда она смахнула со стола музыкальную шкатулку. Ничто не могло их унять.

Магнар ослабил хватку. Существо поползло по его телу, как делало это обычно. Оно как паразит, присосавшийся к хозяину. Она вздрогнула от этой мысли.

Оно спрыгнуло с него на стол. От того, как оно шумно сопело, прижимаясь ноздрями к дереву в поисках её запаха, Делора закрыла лицо руками.

Я так больше не могу. В этой форме она не могла плакать, но ей искренне хотелось. Я не чувствую себя в безопасности в собственном доме.

Она почти не отдыхала. Она боялась, что оно нападет на неё во сне, и каждое мгновение бодрствования превратилось в кошмар. Покой, который Делора нашла здесь с Магнаром, испарился.

– Они просто хотят быть рядом с тобой, Делора.

Он снова взял их на руки, видя, в каком она отчаянии от того, как они пытаются её выследить.

– Чтобы сожрать меня!

Она не могла смотреть на него; опустив руки, она отвернула голову, но боковым зрением заметила, что его сферы стали темно-синими.

– Потому что от тебя разит страхом. Они не нападают на тебя, когда ты не боишься.

– Еще как нападают! – резко возразила она.

Но так ли это было на самом деле? С самого момента рождения им ни разу не представилось шанса укусить её снова, потому что она всегда замечала их раньше, чем они успевали напасть.

Магнар подошел ближе, пытаясь показать ей существо, прижатое к его груди. Делора отступила, отказываясь приближаться к созданию даже в своем бесплотном виде.

– Это Мавка, – объяснил он, и синева в его глазах потемнела. Делора ненавидела то, что причиной тому была она. Она не хотела расстраивать его, ранить, но не могла контролировать свои чувства. – Они реагируют на запах твоего страха. Когда ты не боишься, когда ты не знаешь, что они там, они не причиняют тебе вреда.

Чувство предательства, поднявшееся внутри, заставило её челюсть отвиснуть. Её губы приоткрылись.

– Ты пробовал. – Это был не вопрос, а утверждение. – Ты подкладывал их ко мне, когда я не знала.

– Да.

Её форма задрожала от тревоги.

– Когда?

– Они плачут по тебе, – ответил Магнар, нервно переминаясь с копыта на копыто. – Иногда я ничего не могу сделать, чтобы они замолчали, кроме как принести их к тебе.

Она знала, что они много плачут, потому что этот звук преследовал её каждый час. От их жуткого визга всё внутри сжималось.

Делора отплыла назад.

– Когда, Магнар?

В его сферах впервые появился оранжевый цвет. Этот оттенок был похож на его красновато-розовый, но казался куда более… негативным. Она почувствовала, что это что-то недоброе.

Его голова дернулась в одну сторону, в другую, затем он сделал шаг назад и покачал головой. Он не смотрел на неё.

Он знает. Чувство предательства усилилось. Он знает, что мне бы это не понравилось. Знает, что то, что он делал – неправильно.

Он чувствовал вину; она видела это по тому, как дергано он двигался.

– Когда ты спала. – Делора почувствовала, как по её призрачному телу пробежал несомненный холод, словно кто-то провел ледяным пальцем по позвоночнику. – Я приношу их к тебе и…

Он осекся и коснулся макушки своего черепа, когда её душа между его рогами потеряла часть своего огненного цвета. Весь последний месяц она становилась ярче. Теперь же она потемнела – не полностью, но достаточно, чтобы исчезло несколько трещин, похожих на лаву.

– Ты… ты…

Делора отвернулась от него с широко раскрытыми глазами, не в силах осознать, как сильно ранит это знание.

Он подвергал её потенциальной опасности, пока она была уязвима и ничего не подозревала. Он приносил это существо к ней без её разрешения, без её согласия.

Если бы она была осязаемой в тот момент, у неё началась бы истерика.

Как я могла не заметить? Ему нужно было прокрадываться туда очень тихо, чтобы не разбудить её.

– Как ты мог? – Её руки сжались в кулаки; она жалела, что не может почувствовать их крепкое пожатие. – Я доверяла тебе.

– Я бы никогда не позволил причинить тебе вред, Делора. Я всё время с вами обоими, слежу за ними, но всё, что они делают – это сворачиваются рядом с тобой и спят. – Он пригнулся, словно хотел сравняться с ней ростом, чтобы не возвышаться над ней. – Они… Я думаю, они ищут твой запах, потому что не видят. Они не понимают, где находятся. Всё, что они знали – это ты, твой запах, потому что ты носила их в себе.

Ей показалось, что она почувствовала укол жалости, но она была слишком зла, чтобы по-настоящему это осознать.

– Это всё равно не дает тебе права делать подобные вещи без моего согласия.

– Когда они со мной, они ложатся на левую сторону моего тела, там, где мое сердце. С тобой они делают то же самое, но при этом они не скулят.

Делора разжала руки и нерешительно рискнула взглянуть на них.

Она не заметила, что Магнар опустился так низко, что был вынужден смотреть на неё снизу вверх. Он делал себя меньше неё, отдавая ей доминирующую позицию, будто сдавался.

Пламя её гнева начало медленно угасать.

– Они слушают мое сердце? – спросила она с любопытством.

– Они помнят мой голос с тех пор, как я говорил с тобой, поэтому они не нападают на меня. Я думаю… они ищут утешения. – Магнар поднял руку, чтобы осторожно погладить их когтями, и на мгновение она услышала тихий скул. Они цеплялись за его левую грудную мышцу поверх рубашки, как раз там, где было его сердце. – Ты – всё, что они знали. Они постоянно ищут тебя, поэтому ты иногда находишь их рядом.

Обида заиграла новыми красками.

– И ты позволяешь им охотиться за мной?

Магнар покачал головой.

– Иногда я слишком погружен в работу и привыкаю к тому, что они ползают по мне. Они очень легкие. От них нет запаха, и они ведут себя тихо. Я не всегда замечаю, как они оставляют меня, чтобы найти тебя. И они всегда идут к тебе, Делора. Где бы ты ни была. Только твой крик заставляет меня понять, что они ушли.

Делора не знала, что и думать, узнав всё это.

Вихрь замешательства пугал. Она не знала, как отбросить страх, как дать существу то, чего оно хочет.

Оно вышло из неё, а она боялась находиться с ним рядом.

Это создание было чем-то неведомым. Когда Делора носила его, она с таким восторгом ждала встречи, надеясь, что ребенок будет таким же милым и теплым, как Магнар. Она даже перебирала имена.

Но всё, что оно делало с самого первого вздоха – это пыталось её сожрать.

Она только что прошла через роды – процесс сам по себе болезненный и пугающий, особенно когда приходится справляться в одиночку, без чьей-либо помощи. Облегчение, которое она почувствовала, когда ей наконец удалось вытолкнуть его со слезами и криком, было мгновенно поглощено ужасом: это существо вонзило свою странную зазубренную пасть в её плоть.

С тех пор она чувствовала только смятение. Делора хотела любить его так же, как любила, пока носила под сердцем, но не знала как.

– Пожалуйста, – беззвучно взмолилась она, закрывая лицо руками, жалея, что он обрушил на неё этот стыд и вину, рассказав правду. – Пожалуйста… просто оставь меня в покое.

– Делора, – позвал Магнар, подавшись вперед и едва касаясь когтями воздуха рядом с её призрачной формой, словно желая утешить. – Если ты попробуешь…

– Я не могу, – ответила она, качая годовой. – Я не могу сейчас. Я очень, очень зла на тебя за то, что ты сделал, и мне очень горько. Пожалуйста, дай мне побыть одной. Просто унеси их на улицу.

– Хорошо. Если ты этого хочешь.

Магнар, всё еще припадая к земле, отполз назад, давая ей место, прежде чем направиться к двери. Он выскользнул наружу и тихо её прикрыл.

Спустя несколько секунд, когда она поняла, что они достаточно далеко, Делора стала осязаемой. Её руки дрожали, когда она уперлась ладонями в стол.

Она сдвинула брови, пытаясь осознать всё услышанное.

Прошло всего несколько дней после родов. Она не тратила время на восстановление, так как Магнар забрал её боль себе, но её эмоции с тех пор были в полном хаосе.

Он… не верится, что он мог так поступить. Заставить Делору лежать рядом с этой тварью, зная, что она была бы против. Я не думала, что он когда-нибудь предаст меня.

Невинность Магнара была тем качеством, которое она в нем обожала, ведь благодаря ей он казался ей безопасным. Она могла простить случайность, но это было сделано намеренно.

Делора сжала пальцы в кулаки, пытаясь сдержать слезы. Но он верил, что так будет лучше. Она разжала их и снова положила ладони на поверхность стола. Наверное, оно ни разу не напало на меня, пока он это делал.

Делора ни разу не проснулась из-за них. Она и понятия не имела, что творил Магнар, а значит, существо в те моменты не причиняло ей вреда.

Я-я не хочу тебя бояться, – подумала она, представляя их странный облик. По телу тут же пробежала дрожь, и она изо всех сил постаралась её унять, понимая, что должна как-то избавиться от этого страха.

Она глубоко вдохнула и медленно, с дрожью выдохнула, успокаивая слезы и усмиряя эмоции, чтобы они не казались такими безумными. Послеродовая депрессия была той еще сукой, а тот факт, что ничего из происходящего не было, блять, нормальным, делал всё только хуже.