Текст книги "Исцелить душу (ЛП)"
Автор книги: Опал Рейн
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 35 страниц)
– Магнар?
У неё пересохло во рту, когда он потянулся вниз и дернул брюки, словно собираясь их расстегнуть. Она не верила, что он на самом деле собирается явить то, что там скрыто – ведь раньше она ничего там не чувствовала.
Она ошибалась. О, как же сильно она ошибалась.
Ему даже не пришлось ничего делать. В тот миг, когда он полностью расстегнул брюки, оттуда выскочило нечто твердое, длинное, толстое и совершенно неправильное. Следом показались четыре подвижных отростка, которые извивались точь-в-точь как его язык внутри неё.
У Делоры отвисла челюсть, губы приоткрылись.
Прямо перед её глазами – лежащий на её тазовых костях, доходящий до самого пупка и даже чуть выше – был самый большой член, который она когда-либо видела или о котором слышала.
Овальная головка была такого темно-фиолетового цвета, что казалась почти черной. Цвет начинал светлеть за ободком головки, переходя в насыщенный пурпурный, пока не встречался с каким-то швом. Щель в паху раскрылась – именно оттуда явно появилось это устройство, – и, насколько она видела, внутри она тоже была темно-фиолетовой.
Всё это было окружено коротким мехом между его белыми выступающими тазовыми костями.
Четыре щупальца длиной около шести, а то и семи дюймов, повторяли тот же узор: более темные на лопатообразных кончиках и светлеющие к основанию у бедер.
Глаза Делоры лихорадочно метались от одной странной детали к другой. От головки до крупных овальных выпуклостей у основания, которые сначала показались ей яичками, но на деле были встроены в нижнюю часть пениса. Её взгляд прочертил путь по глубокой бороздке снизу ствола, а затем по двойным рядам узловатых бугорков, идущих по верху и бокам.
Самым странным был ободок головки. На нем были очень заметные круглые выступы.
Ничто в этом предмете нельзя было назвать человеческим, кроме того, что он имел фаллическую форму. Его длина была сверхчеловеческой. Он был настолько длинным, что ни один человек не смог бы принять его целиком, и настолько толстым, что, если бы она обхватила его кулаком, он всё равно был бы шире.
– У тебя всё-таки есть член? – Вопрос сорвался с её губ, но был адресован скорее самой себе в полном недоумении.
Ну, это выглядело как член. Просто жуткий. Он находился там, где и положено быть члену. Но Делора никак не могла уложить в голове тот факт, что он стоит и смотрит ей прямо в глаза.
– Член? – переспросил Магнар на хриплом выдохе, и теперь, когда он высвободил его, он казался чуть спокойнее. Эта штука выглядела более чудовищной, чем он сам! Он коснулся его сбоку и произнес: – Так вот что это такое?
Её глаза округлились, и ей удалось оторвать взгляд от его извивающихся щупалец, чтобы посмотреть в его костяное лицо.
– Ты… ты не знаешь, что это?
– До вчерашнего дня я никогда не видел этой части себя. – Затем он положил руку ей на бок, притягивая ближе, и случайно скользнул членом по её складкам. Она поняла, что блеск на нем был из-за того, что у его стержня была собственная смазка для увлажнения. – Но ты знаешь, что это. Можешь мне объяснить?
Каким-то образом её глаза расширились еще больше, и она опустила взгляд, уставившись на него. Внутренние стенки её киски тут же сжались – от тревоги или от нужды, она сама не знала.
– Э-это член. Пенис или… болт. – Она облизнула губы, чтобы увлажнить их. – Это значит, что ты мужчина. Ну, или самец, я полагаю.
Дрожащий стон сорвался с губ Делоры, когда его рука скользнула вниз по её бедру, и он погрузил весь большой палец в её канал.
– А это значит, что ты самка?
– Да. Это моё влагалище. Или, э-э, киска.
Она чуть не произнесла «пилотка», но Делора искренне не думала, что вынесет, если этот невинный Сумеречный Странник начнет называть её этим конкретным словом.
– Почему мы разные?
Прежде чем Делора успела ответить, его сферы вспыхнули белым, и он издал короткий скулеж, приоткрыв челюсти. Он обхватил свой член свободной рукой, пока щупальца у основания зашевелились быстрее.
– Больно, – объяснил он, сжимая его так сильно, что она видела, как плоть деформируется в его кулаке. – Мне не нравится, когда он открыт. Когда он высыхает, его щиплет.
– Когда высыхает?
Делора осмотрела смазку на его члене. Теперь она была пятнистой, а открытые участки ствола выглядели сморщенными.
– Внутри здесь тепло. – Он протолкнул большой палец еще глубже, а затем потянул в сторону, раздвигая её плоть, словно хотел заглянуть внутрь. – И мокро, как внутри моего шва.
Фиолетовый цвет наполнил его парящие сферы, и он издал короткий, глубокий выдох, похожий на вскрик. Его бедра отодвинулись, а затем толкнулись вперед. Глубокая бороздка снизу его ствола так идеально прижалась к твердому бугорку её клитора, что тот оказался ровно посередине и подвергся трению со всех сторон.
О-о-ох, блять! Она закусила губу и инстинктивно подалась навстречу; её веки бесконтрольно затрепетали от блаженства, пока его движение не закончилось.
– Так лучше. – Его рога отбрасывали тени на неё, пока он держал её за бедро, упершись другой рукой в пол рядом с её тазом, и начал двигаться взад-вперед. Его влага медленно начала растекаться. – Ха-а. Это помогает.
Она прикусила нижнюю губу, пытаясь прижаться к его тяжелой эрекции.
– Помогает?
– Но этого недостаточно.
На Делору снизошло озарение.
Он мог не знать, что происходит, но его тело знало, его инстинкты знали. Она точно знала, чего хочет его член, в чем он нуждается, и когда увидела одинокую густую каплю семени, выступившую на головке, она поняла, что должна принять решение.
– Делора, – простонал он. – Я хочу внутрь тебя. Мне нужно тепло и влага. Ты мне нужна.
– Ты хочешь заняться со мной сексом, – прошептала она, желая, чтобы он хотя бы понимал, что говорит. Хотя бы дал этому имя. – Быть со мной в близости.
И как бы ни было странно ощущение этого члена, скользящего по ней и ласкающего клитор бороздкой на нижней стороне, Делора знала, что хочет этого.
Её пугал размер, она знала, что может быть больно, но она хотела Магнара. Делора хотела утешить эту его сторону, успокоить её. Влага у входа прибывала, и она попыталась обвить его бедра своими икрами.
– Внутрь, – повторил он, словно больше не был способен думать ни о чем другом. – Нужно внутрь тебя.
Его бедра ускорились; он пригнулся, нависая над ней, лежащей на полу. Он вытащил большой палец ровно настолько, чтобы просунуть руку ей под зад, обхватить одну ягодицу и приподнять её навстречу своим толчкам.
Она чувствовала, как два щупальца под ним скользят по её ягодицам своими ищущими кончиками, щекоча кожу и заставляя её подпрыгивать от неожиданности. Она не ожидала, что внутри они окажутся такими шершавыми, но они тоже были влажными.
Сердце сжалось. Она прижалась лбом к меху на его грудных мышцах и едва заметно кивнула.
– Л-ладно. Только… только будь нежным, хорошо?
Делора опустила руку. Когда она коснулась головки члена Магнара, он зарычал, а его глаза вспыхнули красным. Она вскрикнула и отдернула руку.
Его рычание перешло в ровный гул, словно её прикосновение пробудило в нем агрессию.
На этот раз он сам обхватил член у основания и отвел бедра назад. Когда он толкнулся вперед, он уперся кончиком в щель её киски, и она уже видела, что вход будет очень тугим.
Головка была влажной от её возбуждения, его смазки и капель предсемени, что вытекли из него. Но это не облегчило его проникновение, когда он начал с силой давить внутрь.
Она зажмурилась и уперлась ладонью в его таз, чтобы замедлить его. Он такой огромный. Когда это не помогло, она попыталась подтянуть колени, чтобы упереться ими в его бедра, но он был слишком близко, и ей не удалось втиснуть их между телами.
Делора почувствовала резкую боль, когда вход начал растягиваться под широкой и массивной головкой. Она понимала, что еще даже не приняла его глубже ободка, а напряжение уже казалось невыносимым.
Внезапно она почувствовала себя слишком маленькой под ним, слишком слабой, слишком хрупкой. Он был выше её, крупнее и настолько сильнее, что, сколько бы она ни толкала его, пытаясь заставить остановиться, он лишь продолжал давить. Его не переставало трясти, всё его тело напряглось под мощью первого толчка.
– Я не думаю, что ты поместишься!
Казалось, её лобковая кость сейчас, блять, просто треснет! Она пробовала раздвинуть ноги шире, пробовала свести их, пробовала приподнять таз навстречу, но ничто не облегчало давление.
– Я думаю, тебе нужно сначала подготовить меня…
Делора ахнула, когда головка буквально «проскочила» внутрь прежде, чем она успела договорить. Она сжалась вокруг него, её руки и ноги потянулись к туловищу, и она вцепилась в мех на его груди, когда он прижался к ней.
Было больно, он входил почти невыносимо плотно. Слезы наполнили её глаза; она посмотрела вниз и поняла, что приняла только головку. Он еще даже не вошел в неё полностью, а она уже знала, что это слишком.
– Ты слишком большой, Магнар.
Но был ли он? Он был внутри – пусть пока и не очень комфортно, – но она искренне задавалась вопросом, сможет ли она привыкнуть к чему-то настолько огромному. Она не знала почему, но ей хотелось, чтобы это стало возможным между ними.
Может, мне… мне просто нужно расслабиться. Она чувствовала себя очень напряженной и попыталась дышать ровнее, чтобы тело стало податливее для него.
– Тесно, – прохрипел он, содрогаясь. – Мокро. Я не знал, что будет так тесно.
Когти Магнара скрежетнули по дереву, когда он отвел руку назад, чтобы с силой прижать ладонь к полу рядом с её головой. Он придвинулся ещё ближе, и его вторая рука скользнула ей под спину, притягивая к себе.
– И ты такая теплая, Делора.
Когда он толкнулся глубже, спина Делоры выгнулась дугой. Прежде чем она успела попросить его подождать, его огромный член уже уперся в шейку матки и продолжал давить, стремясь пройти туда, где пути больше не было.
– Ха, – выдохнул он, прижимаясь к ней так плотно, что между их телами не осталось ни единого свободного дюйма. – Я чувствую, как твоё сердце бьется изнутри.
В тот миг, когда его дрожащее тело напряглось до предела, она почувствовала, как его член стал ещё толще. Она всхлипнула от этого ощущения, а он издал жалобный скулеж. Но она поняла, что что-то происходит, когда его тело содрогнулось в конвульсии, а рука мертвой хваткой вцепилась в её бок. Он издал самый странный звук, который она когда-либо слышала.
А затем тепло, жидкое тепло начало заполнять её изнутри. Делоре показалось, что её тело превратилось в желе в его руках. Зрение затуманилось, раздваиваясь; ей почудилось, будто в месте их слияния рождается рай, дарящий ей утешительное блаженство.
Его член пульсировал мощными толчками, то раздуваясь, то слегка опадая, и снова набухая. Снова и снова.
– Т-ты кончаешь? – прошептала она, пытаясь сдержать дикое желание застонать от того, как семя бурлило внутри её канала, наполняя её с каждой порцией.
Его протяжный, пугающе прекрасный стон был единственным ответом. Всего один толчок – и удовольствие от того, как её тело поглотило его, заставило его излиться.
Семя начало вытекать из неё, капая по изгибу ягодиц на пол, но ей было всё равно. Магнар слегка покачивался, распределяя влагу и заставляя её маленькое тело принимать форму его обхвата.
Когда всё стихло, они лежали, тяжело дыша. В тишине дома раздавались лишь их прерывистые вздохи. Делора прикусила нижнюю губу, а её лицо исказилось от душевного смятения.
Она смогла принять его, но даже сейчас чувствовала, насколько он велик. Она ощущала себя набитой, переполненной, растянутой до предела. Делора была буквально насажена на его длину и толщину, и, взглянув вниз, она поняла, что приняла его лишь наполовину.
Это невозможно между нами.
Если он начнет двигаться прямо сейчас, Делора знала, что то утешение, которое она чувствовала от его горячего семени (оно словно успокаивало её растянутые мышцы), мгновенно исчезнет.
Он Сумеречный Странник. Он не человек.
– Что-то вышло из меня, – констатировал Магнар; голос резонировал в его черепе, пока он продолжал хрипеть. Он звучал ошеломленно. – Я никогда не чувствовал ничего столь приятного… всё тело покалывает. Ты феноменальна.
Он потерся углом челюсти о её лицо. Из его груди донесся рокот, когда он провел языком по её коже – от челюсти через губы к самому виску. Не в силах сдержаться, она вздрогнула, когда язык скользнул в её ухо, заставив её ахнуть.
Делора понимала, что это её самое слабое место, и, похоже, Магнар тоже это осознал. Он облизал её ушную раковину, затем прошелся по нижней челюсти к затылку. Он продолжал вылизывать её, почти благодарно, нежно касаясь кожи языком. Она начала ерзать.
– П-прекрати лизать мне шею, Магнар, – прошептала она, умоляя. – Щекотно.
Но щекотно было не только снаружи. Её киска начала реагировать, сжимаясь и подергиваясь при определенных ласках, так что она чувствовала, как его семя вытекает из неё, создавая странное щекочущее ощущение внутри.
Магнар вытащил руку из-под её спины, приподнялся на выпрямленных руках и принялся лизать её грудь. Сначала выше, но, когда он повернул голову и провел языком по одному из сосков, его рога начали буквально описывать круги вокруг её головы. Ей приходилось следить, чтобы он не ткнул ей в глаз, из-за чего было трудно видеть, что он делает.
Она вздохнула с облегчением, когда почувствовала, что он отстраняется – кожа немного ныла, но она могла потерпеть.
Его когти постукивали по деревянному полу. Они сделали это прямо посреди дома, на голых досках. Возможно, так было лучше – по крайней мере, они не испачкали гнездо.
Единственным предупреждением для Делоры стал короткий рык, прежде чем он снова толкнулся в неё и дико выдохнул, содрогаясь. Она застонала в ответ – на этот раз от боли.
Когда ей удалось увернуться от рогов и посмотреть вниз, она поняла, что член Магнара вовсе не обмяк. Он всё ещё был огромным и полностью эрегированным внутри неё, а сам он смотрел на место их соединения фиолетовыми сферами. Теперь она знала, что означает этот цвет – его вожделение, и сферы всё ещё горели этим насыщенным пламенем.
– Ты такая мягкая внутри, – пробормотал он, отстраняясь для нового толчка.
– Пожалуйста, Магнар, – взмолилась Делора. – Мы не можем. Ты слишком большой для меня.
– Но я хочу излиться снова. – Его челюсти приоткрылись, язык хищно облизал морду. – Я хочу заполнить эту твою часть. – Она услышала, как когти на обеих его руках вонзились в древесину рядом с ней, а рычание стало явственным. – И я хочу войти глубже в тебя, в твою маленькую киску.
Магнар снова толкнулся вперед, и на этот раз – с огромной силой. Она почувствовала, как его член так глубоко вжимается в шейку матки, что её тело невольно выгнулось. Она вцепилась в мех на его груди и потянула на себя.
– Глубже, Делора, – потребовал он с рыком. – Прими меня глубже!
– Я хочу принять тебя глубже, но ты не пролезешь! – Она принимала столько, сколько могла!
Она судорожно вдохнула, когда он вонзил все когти правой руки ей в живот. Они прокололи кожу, заставив её кровоточить, прямо над тем местом, где его член находился внутри неё.
Царапины саднили, но боль, чувство разрыва и дискомфорт, которые Делора испытывала внутри секунду назад, мгновенно исчезли. Её затопило облегчение.
Внутри разлилось тепло – чужеродное, мистическое и странное. Она поняла, что он использует какое-то заклинание или магию, чтобы забрать её боль и изменить её тело: его член начал скользить дальше внутрь, хотя мгновение назад это было невозможно.
И это было божественно. В том, как её тело уступало члену Магнара, буквально перестраиваясь, чтобы вместить его, было нечто такое, что заставило её извиваться в абсолютном восторге вокруг этого толстого и горячего органа.
Теперь, когда она не была сосредоточена на боли, она чувствовала, как он пульсирует так дико, что это напоминало трепет крыльев. Меняющиеся контуры его члена – пульсирующие, но гораздо более интенсивные – создавали ощущение, будто он извивается внутри неё.
Пальцы её ног так сильно сжались, что стопы выгнулись, и она неистово застонала. Влага хлынула из неё потоком; её лоно жадно пыталось засосать его член ещё глубже.
Она могла не понимать, как он это делает, но всё, что волновало Делору – это феноменальные ощущения. Это одурманивало, крало мысли и разжигало ещё больший голод.
Он отстранился, прежде чем сесть на пятки, и её глаза расширились от паники. Она лихорадочно попыталась посмотреть вниз.
– Нет, – прохрипела она, упираясь руками в его бока, вцепляясь в мех, чтобы затащить его обратно. Глубже. – Ты вошел не до конца…
Остаток его длины вонзился в неё одним резким движением.
Его член уперся в самое дно просто потому, что ему больше нечего было ей отдать.
– О-о-о-ох! – закричала Делора, когда её мышцы сжались вокруг него.
Всё её тело выгнулось дугой. Голова с шумом ударилась о пол, вызвав вспышку боли, о которой она тут же забыла. Всё одеревенело: руки, ноги, мышцы живота… тело начало буквально доить его член.
Делора кончала на его стволе; глаза закатились так сильно, что зрение померкло.
Она пыталась обхватить бедрами его худощавую талию, извиваясь и двигая его в себе, пока он издавал над ней гортанные звуки удовлетворения. Делора была полностью и окончательно потеряна.
Подвижные щупальца обвились вокруг её ягодиц и бедер, намертво фиксируя её на месте, но она продолжала двигаться вопреки им. Она должна была, обязана была это делать, пока самый мощный оргазм в её жизни захлестывал всё её существо так сильно, что ей показалось – даже душа между его рогами затрепетала в ответ.
Глава 19
Магнар чувствовал, как её киска чудесным образом сжимает его пульсирующий член. Он издал фыркающий стон, разжимая клыки.
– Блять, – простонал он слово, которому его научила Рея и которое он никогда раньше не испытывал потребности произнести.
Но то, как тело Делоры содрогалось вокруг него, массируя по всей длине ноющий стержень, торчащий между его бедер… То, как она покрыла его своей влагой, полностью и окончательно пропитав его, так что ни одна его часть не чувствовала сухости… То, как её запах, сладкий, как красные яблоки, и холодный, как иней, пропитался той остротой, которую он теперь знал как порочную…
Всё это было настолько блаженным, что ругательство само сорвалось с губ, и это казалось правильным.
Внутри Делора была горячей. Она была мокрой. Её плоть была такой мягкой и пухлой, что она облепила его, баюкая его член, в то время как её неровное сердцебиение отбивало успокаивающий и утешительный ритм. И она была настолько, блять, тесной, что он знал: не осталось места, которое он бы не заполнил.
Она поглотила его целиком, заставив его почувствовать связь с ней, какой он никогда не ощущал прежде.
Дикое чувство овладело им; мех и перья распушились под одеждой, которая внезапно показалась слишком тесной. Он завел руку за спину и вонзил когти в рубашку, срывая и разрывая её, чтобы остаться обнаженным – за исключением брюк, собравшихся вокруг его бедер.
Красные вспышки прорезали фиолетовое марево его неистового желания, сменяясь темно-зеленым. Сильные эмоции тянули его чувства, его разум, испытывая на прочность его контроль и рассудок.
Магнар просунул руку под её тело, пока её затылок не оказался в его ладони. Его средний и указательный пальцы поддерживали её голову, приподнимая её, в то время как большой палец и остальные пальцы собственнически обхватили её горло. Он сжал руку ровно настолько, чтобы она поняла: он контролирует это место – столь хрупкое на её теле, – пока его естество наполняет её.
Нависая над её маленьким телом, когда её оргазм наконец начал стихать, Магнар приподнял её, одновременно опускаясь сам, так что они оказались лицом к лицу.
Он предупреждающе зарычал.
– Моя.
Каждая её часть будет принадлежать ему.
Её душа – его. Её разум – его. Её сердце будет его. Её тело, так восхитительно обхватившее его член, было, блять, его. Её запах, в любом состоянии, он имел право вдыхать. Тот неистовый стон, который она только что издала – тот, что был почти криком – предназначался только для его ушей.
Её красота, будь то лицо или нагое тело, была создана для его взора. Он никогда не понимал, зачем нужна одежда, но теперь осознал. Её груди, такие большие, круглые и тяжелые, были его – чтобы смотреть на них, пробовать на вкус, нюхать, дразнить, пока она не начнет источать этот запах возбуждения.
Её уши были его игрушкой, как и её шея.
– Ты моя, – сказал он, прежде чем немного отстраниться, чувствуя, как её внутренние стенки посасывают его член, словно не желая отпускать. Её губы сомкнулись в тихом всхлипе, глаза метались между его фиолетовыми сферами, пока он баюкал её шею и голову, прежде чем снова с силой вогнать стержень до упора. – А это, мой маленький ворон, – моя киска.
В тот миг, когда он вонзил когти ей в живот и использовал магию, чтобы изменить её тело под стать своему, он понял, что заявил на неё права. Тогда он не совсем осознавал, что делает, но теперь – да. И он никогда не позволит другому подойти к ней так близко, чтобы их тело оказалось внутри неё.
Этого единственного движения было достаточно, чтобы подстегнуть его; он отпустил её шею, чтобы обхватить её обеими руками снизу. Он защищал её от жесткого пола: одна рука сжимала плечо, другая обхватывала бедро снаружи.
Магнар отстранялся и снова толкался внутрь, содрогаясь от чистого восторга.
Делора обвила руками его торс, без колебаний зарываясь пальцами в мех, и потянула на себя. Ему нравилось, что она так делает, что она отчаянно цепляется за него, как он всегда и мечтал. Но теперь всё было намного лучше, ведь он мог похоронить себя внутри неё так, как сейчас.
Они были единым целым.
Её живот прижимался к его собственному, и он был таким мягким, что Магнар ловил себя на том, что входит в неё всё жестче, чтобы она сильнее колыхалась под ним, сильнее терлась о него. Он сжимал её в объятиях – крепче, чем сжал бы обычного человека, – и довольно хрипел.
Её крики были резкими, даже пронзительными, и он позволял себе наслаждаться каждым из них.
Вскоре он увеличил темп, пронзая её снова и снова. Она начала беспорядочно сжиматься вокруг него, пока из неё хлестала влага.
– Это! – простонал он, тяжело дыша, почти задыхаясь. Его голос постоянно менял тон, становясь то темнее, то сиплее, выдавая то, как мало контроля у него осталось над собой. – Снова. Кончи снова, Делора. Я хочу это чуять. Я хочу это чувствовать.
Он хотел, чтобы это поглотило его, пока от него не останутся одни кости.
Всю свою жизнь Магнар чувствовал ненасытный голод. Желание есть плоть, вгрызаться в мышцы, кусать органы. Он думал, что это невыносимо, но ничто не могло сравниться с голодом, заставляющим его глубоко и мощно вбиваться в эту извивающуюся женщину в его руках.
И чем сильнее она ерзала под ним в восторге, тем грубее ему хотелось с ней быть. Он нежно прикусил её горло, удерживая её на месте щупальцами вокруг бедер и руками вокруг тела. Магнар хотел придавить её, прижать так крепко, чтобы она знала, кто здесь хозяин.
Он никогда раньше не испытывал подобных желаний, но они захлестывали его с каждым толчком. Он чувствовал, как узелки на боках его ствола входят в неё и выходят, создавая мелкую вибрацию. Каждый такой контакт посылал спазм по всему члену.
Интенсивность их общего жара, рожденного трением, их влага, смешивающаяся в уникальный для них двоих аромат – всё это опьяняло.
И этот звук… Всасывающий, шлепающий, хлопающий – он возникал каждый раз, когда он входил или выходил. Он никогда не слышал ничего более эротичного, чем эти звуки в сочетании с её вздохами и стонами и его собственным рычанием, сопением и хрипами.
Прежде чем Магнар осознал это, он уже прижался к её телу, опираясь на колени и локти и поддерживая её на весу, начав маниакально двигать бедрами. Он бил сильно, он входил глубоко, его движения были стремительными. Он крепко держал её, пока все мысли не утонули в жажде разрядки.
Подобно гонному зверю, он позволил телу взять полный и окончательный контроль, позволил себе раствориться в этом моменте запредельного удовольствия.
Сначала его скулеж был тихим, но он усиливался с каждым разом, когда член набухал перед грядущим излиянием, наполняя выпуклости у основания. Он почувствовал мучительный прилив семени, бурлящего в его мешочках, и покалывание в позвоночнике.
– Ха-а. Ха-а. – Снова скулеж, но этот звук был смесью боли и высшего блаженства.
Стержень ныл так, что в глазах темнело; он убрал клыки от её горла, чтобы прижаться всей длиной морды к её виску, быть еще ближе. Его щупальца намертво прижали их друг к другу, делая невозможным отстранение, даже если бы они того захотели.
– О мой Бог! – Она вцепилась в мех на его спине, вырывая несколько прядей, выгнулась и закричала: – Магнар!
Он прорычал её имя и сжал объятия так крепко, что её стон оборвался. Он почувствовал её оргазм в тот самый миг, когда первая порция его семени вырвалась мощным, сильным фонтаном.
Её оргазм усилил его собственный влажными, сжимающими спазмами. Он чувствовал, как её тело дрожит вокруг него подобно волне, словно пытаясь подражать и танцевать в такт набухающим пульсациям его плоти.
Магнар наполнял её и без того полное семени лоно, пока не почувствовал, как оно потекло по его члену, вырываясь из её влагалища. Запах его излияния был сильным. Ему нравилось, что оно было внутри неё, на ней, помечая её. Он хотел, чтобы она была пропитана им навсегда.
Запах смешивался с ароматом меди, крови, но его разум был слишком изнурен, чтобы осознать, что это значит.
Он был в слишком глубокой эйфории.
А когда всё закончилось, он уложил её на землю и обнял, пытаясь собрать мысли воедино. Казалось, его сознание улетело куда-то в эфир, и ему пришлось ждать, пока оно вернется в его сущность.
Моя Делора… Он потерся краем челюсти о её волосы.
Удовлетворение и радость были теми нежными эмоциями, что кружились в его груди, играя вокруг сердца, пока он держал свою невесту в руках.
Так продолжалось до тех пор, пока он не услышал тихий всхлип.
– Делора? – нерешительно спросил он, слегка отстраняясь и чувствуя, что она уткнулась головой в его грудь.
Она прижималась к нему так, словно не хотела прекращать объятия, но его глаза стали белыми, когда всё тепло и нежность, что он чувствовал, внезапно покинули его холодным порывом.
Магнар вытащил руки из-под неё, щупальца всё еще крепко сжимали её, пока член оставался внутри, чтобы в ужасе уставиться на свои покрытые кровью ладони. Он увидел, что она прятала лицо в его руках, когда плакала, и отвел их, чтобы посмотреть на то, что он натворил.
Он мгновенно содрогнулся.
Плоть её правого плеча, руки и внешняя сторона левого бедра были изрезаны в клочья. Магнар, потеряв себя в экстазе, вонзил когти в её податливое тело и изувечил его. Кровь текла из ран свободно, и её тяжелые капли, срывающиеся с его когтей, пугали.
Неудивительно, что она плакала.
Магнар положил окровавленную руку ей на живот, заставляя щупальца разжаться – при этом он нечаянно размазал кровь по её коже, отчего его челюсти свело. Затем он вытащил обмякший стержень из её дрожащего тела.
Ей больно. Его руки задрожали, когда он снова посмотрел на них, испытывая ужас перед самим собой. Что я наделал?
Первое, что сделала Делора после краткого послеоргазмированного в тумане похотливого удовольствия – это уткнулась лицом в мех на груди Магнара и зарыдала. Это вышло непроизвольно; она не хотела, чтобы слезы вырвались наружу, но не могла их остановить, как ни старалась.
Что, блять, я творю с Сумеречным Странником?
Она не могла поверить, что прямо сейчас член Сумеречного Странника находился глубоко внутри неё. Он пульсировал в такт барабану его сердца, который она чувствовала лбом, прижатым к его груди. Было так интимно чувствовать и то, и другое, ощущать его присутствие в себе таким образом, что у неё сжималось сердце.
Она была в восторге от того, что он там, и ненавидела себя за это.
Она ненавидела то, что тепло его тела было таким чертовски успокаивающим, что плавило любое напряжение в её мышцах. Она ненавидела то, что его дрожащий стон заставлял её уши покалывать, а его вздохи баюкали её в этом тумане дольше, чем следовало. Она ненавидела то, что запах ванили, сливок и секса был настолько приятным, что ей не хотелось, чтобы он отстранялся.
Она закрыла лицо руками, желая еще больше спрятаться от мира, заметив мягкое постукивание по крыше – похоже, начинался дождь.
Я сошла с ума. Нужно быть по-настоящему безумной, чтобы позволить это. Чтобы согласиться на это. Чтобы хотеть этого так сильно, что она раздвинула ноги и сказала ему, что это нормально – погрузить этот огромный член в неё, пока он буквально не растянул её до предела.
Но больше всего Делора ненавидела то, что ни капли об этом не жалела. Ни на йоту.
Хадит был бы в ужасе от меня. Да весь род человеческий был бы. Меня назвали бы извращенкой! Выбросили бы в Покров дважды.
Но… Боже мой, Хадит никогда не доводил её до такого оргазма. Не до такой степени, чтобы она забывала дышать, потому что была слишком занята криком в полном забытьи. Хадит никогда не заставлял её разум так отключаться, что единственным желанием было – чтобы её продолжали вбивать в пол, пока она не рассыплется в гребаную пыль.
К Делоре никогда не прикасались так нежно, так трепетно, что её тело мурлыкало, требуя еще больше ласки, заставляя её отчаянно желать этот член в себе. Она была так заведена Магнаром, что даже не задумывалась о том, насколько причудливо выглядит его орган. Всё, что она чувствовала – это облегчение от того, что он у него есть, чтобы обладать её телом, и нужду в том, чтобы он это сделал.
В жизни Делоры не было ни одной ночи, когда бы она так отчаянно желала собственного мужа.
Она давно перестала надеяться на удовольствие, считая его невыполнимой задачей. Откуда ей было знать, что лучший способ трахнуться до блаженства – это запрыгнуть на член Сумеречного Странника?
Чувствуя себя по-настоящему удовлетворенной, она осознавала, что это открытие было болезненнее всего, что она узнала прежде.
Всё, чего она когда-либо хотела от мужа, ей давало существо, которого даже не должно существовать. Верность, нежность, удовольствие, защиту… и тепло. Отношение как к женщине, заслуживающей того, чтобы её берегли как драгоценный кристалл, и в то же время страстное, жесткое и грубое обладание, потому что она зажгла в нем такую неконтролируемую жажду.
И она знала, что Магнар захотел близости с ней не потому, что она просто была под рукой, чтобы сорвать на ней похоть. Час назад он даже не знал, что такое член – по крайней мере, ей казалось, что прошел час.
Она знала: его желание было направлено на неё, из-за неё.
