Текст книги "Исцелить душу (ЛП)"
Автор книги: Опал Рейн
сообщить о нарушении
Текущая страница: 31 (всего у книги 35 страниц)
– Я никогда не хотела в этом участвовать, – прошептала она, её грудь тяжело вздымалась от панического дыхания.
– И всё же ты здесь, – ответил он, медленно приближаясь на лапах и руках.
– Некоторым из нас это больше не интересно. – Кошачья Демоница начала пятиться, её хвост скрутился так туго, что образовал кольцо на конце. – Мы изменились. Мы не хотим войны, не хотим сражаться. Мы… некоторые из нас хотят жить в гармонии с людьми, даже если это значит, что нам придется перестать их есть.
Магнар повернул голову в ту сторону, откуда донесся слабый крик. Он знал, что силы покидают Делору под пытками Джабеза.
– Ты часть причины, по которой она страдает.
– Думаешь, я этого хочу? У меня не было выбора! Если мы не подчинимся его зову, он убьет нас, бросит в темницу или сделает что похуже. – Она сжала кулак, и её красные глаза наполнились мукой. – Вот эти хотели быть здесь. – Она указала на землю, где лежали её растерзанные или умирающие собратья. – Но я опытный следопыт, одна из лучших. Поэтому меня призвали.
– Но ты не лучшая, – раздался знакомый мужской голос сбоку и сверху.
Оба повернули головы к Демону, которого Магнар видел слишком часто за последний месяц. Он спрыгнул с дерева, по которому полз, и приземлился между ними, его изуродованное человекоподобное тело передвигалось на четвереньках. Магнар издал захлебывающийся рык. Ненависть, которую он испытывал именно к этому Демону, взывала к его самой темной стороне.
– Я быстрее, чем ты когда-либо будешь, – отрезала она.
– Быстрее или нет, – усмехнулся он в ответ. – Ты будешь сражаться со мной, или наш король получит твою голову.
Затем, с поразительной скоростью, которая удивила даже Магнара, он бросился к нему с визгливым шипением. Магнар попытался уклониться, прижавшись к земле, но Демон сумел схватить один из его рогов и подтянулся к телу Магнара. Он полоснул когтями вниз по его спине обеими руками. Магнар попытался сбросить его, поворачивая шею так, чтобы видеть, что происходит сзади, но Демон отпрянул, избегая щелкающих клыков. Он занял позицию на спине Магнара, где тот не мог достать его даже руками. Он начал вгрызаться в позвоночник Магнара.
Магнар взвизгнул и вскрикнул, встав на дыбы и ударившись спиной о дерево, чтобы раздавить его. Демон уклонился в сторону, оставаясь прицепленным, и вернулся к тому же месту, когда Магнар снова опустился на четыре лапы.
Больно! Магнар никак не мог схватить Демона, чтобы избавиться от него – как бы сильно он ни извивался и ни тянулся.
Внезапно тот исчез, и Магнар посмотрел в сторону, откуда донесся глухой удар. Доказывая свою быстроту, самка Демона сбила с ног самца, атаковавшего его. Она получила порез поперек лица, когда он забился под ней, но она просто отбилась и нанесла дугообразный удар когтями по его горлу. Она тяжело дышала, стоя на коленях над ним, когда он перестал дергаться. Теперь, когда он был мертв, пусть и не от его когтей, Магнар почувствовал, как часть его гнева утихает.
Она защитила меня.
Он отпрянул в удивлении.
– Мой партнер обожает самку другого Мавки, – прохрипела она, тяжело дыша и сидя на трупе Демона с поникшими плечами. Она смотрела на его истекающее кровью тело. – Он был так счастлив в ту ночь, когда она пришла в его книжный магазин. Он всегда хотел поговорить с кем-то из них, встретить существ, которые написали книги, которые он так нежно любит.
Она резко повернула голову, чтобы посмотреть на него. В её кошачьих красных глазах была боль.
– Я была там, когда она вернулась просто, чтобы сказать… привет. До этого мне было плевать на жизни людей. Они были для меня ничем иным, как едой. Но… теперь я понимаю, почему мы стали такими, какие мы есть, почему мы так стараемся подражать им. Это заставляет меня задуматься, может, и Эльфы такие же? Они боятся нас, потому что мы убили стольких из них. Мы не понимали значимости этого, не знали, как потеря своего может… ранить, пока не начали есть людей здесь и не поняли, что значит быть как они, чувствовать, как они. Нам потребовалось много смертей, чтобы открыть это, и многие из нас больше не хотят быть частью этого.
Магнар встречал того котоподобного владельца книжного магазина, о котором она говорила. Именно там Рея добыла для него книгу с инструкциями по строительству дома и мебели, которую он мастерил. Удивительно, но самец – владелец магазина – был гораздо меньше неё.
– Зачем ты мне это говоришь? – спросил Магнар, отступая в сторону. Он подобрался еще немного ближе к безопасности своего барьера.
Она пожала плечами, поднимаясь на свои кошачьи задние лапы.
– Потому что мне жаль, что до этого дошло. Наш король становится всё более агрессивным в истреблении Мавок, так как остальные представители нашего рода развиваются слишком медленно. Мы здесь уже более трехсот лет, а Эльфы, пытавшие его, давно мертвы. Он теряет терпение, жаждет захватить те земли, покончить с этим раз и навсегда. А то, что вы, Мавки, убиваете нас, и некоторые из вас ставят защитные барьеры для людей, приводит его в ярость. Но я хочу, чтобы ты знал: некоторые из нас… меняются. С каждым днем всё больше, каждый раз, когда мы съедаем человека и обретаем человечность, как и твой вид.
– Если ты действительно так чувствуешь… тогда уходи, – уступил Магнар, склонив морду набок. Он отошел, показывая, что позволяет ей уйти. Его поза всё еще оставалась агрессивной, говоря о том, что он с радостью разорвет её на части в мгновение ока, если потребуется.
Но он не хотел ненавидеть. Не хотел быть наполненным гневом. Магнар просто хотел жить в мире со своими друзьями и семьей. Казалось, она хочет того же.
– Я не могу, – ответила она, принимая неуверенную боевую стойку. – Если я побегу, он всё равно убьет меня или будет пытать моего партнера, в теле которого уже не осталось ни одной агрессивной косточки. Я просто хотела, чтобы ты знал перед тем, как убьешь меня: я делаю это не из ненависти и не потому, что хочу.
Магнар фыркнул, и в этот момент они оба вскинули головы, услышав стремительно приближающегося Демона. Магнару потребовалась секунда, чтобы принять решение.
Он рванулся в её сторону. Она показала свои истинные намерения, когда даже не попыталась атаковать. Её боевая стойка была не более чем маской. Магнар сомкнул руку на её шее и крепко сжал. Она ахнула, ударяя по его огромному кулаку и предплечью.
– Тогда спи, – потребовал он, перекрывая кровоток и дыхание. Это было всё, что он мог для неё сделать.
– Спаси… бо, – выдавила она шепотом.
Она обмякла.
Магнар небрежно отбросил её, чтобы отступить в свой защитный круг, обеспечивая безопасность себе и Фёдору от любых других Демонов. У него едва хватило времени перевести дух, как в зоне видимости материализовался Джабез.
Одновременно с ним подбежал новый Демон и с размаху врезался в барьер. Его тело с криком смялось о невидимую стену. Магнар знал, что он не умер, а лишь потерял сознание, упав в грязь.
Джабез лишь скучающе взглянул на него, прежде чем окинуть взором бойню у своих ног. Его взгляд не изменился. Смерть сородичей не вызвала в нем ни грусти, ни гнева.
Фёдор начал извиваться и пронзительно визжать от запаха, исходящего от Джабеза. Магнару пришлось быстро прижать их к себе, когда его обдало холодом при виде человеческой крови, капающей с когтей Короля Демонов. Она была размазана между его клыками и текла по подбородку, а капли забрызгали грудь, словно он ел неаккуратно.
Джабез ухмыльнулся, заметив, как сферы Магнара побелели.
– Одна из моих любимых вещей в том, что вы, Мавки, заводите людей – это ваша реакция, когда я причиняю им боль, – мрачно усмехнулся Джабез. – Иногда стоит позволить вам сбежать, только чтобы увидеть, как ваши глаза становятся белыми или синими, или эти странные жалкие слезы, которые вы льете. Такова цена человечности – чувствовать горе и потерю.
– Ты просто жесток, – прорычал Магнар, его зрение снова окрасилось в багровый оттенок.
Джабез поманил его когтистым пальцем.
– Давай же, разве ты не хочешь отомстить за неё?
Магнар хотел, его гнев был таким же сильным и всепоглощающим, но он остался на месте, прикрывая рукой Фёдора. Его детеныш был барьером во многих смыслах, постоянно удерживая его от множества желаний.
– Нет, – отрезал Магнар. – Я не глупец.
Джабез удивленно вскинул бровь, несомненно полагая, что Магнар уже бросится в атаку. Затем он рассмеялся. Магнара уже тошнило от этого звука.
– В конце концов она выкрикнула твое имя. Магнар, верно? – Джабез поднял руку и слизал кровь Делоры с костяшек пальцев. – Крик был слабоват под конец, у неё почти не осталось сил, но это было довольно жалко. Ей не понравилось, когда я начал есть её живьем. – Он пожал плечом. – Интересно, даст ли мне то, что она Фантом, какие-то новые силы? Поэтому я и не оставил её другим Демонам, которые сбежались посмотреть, как она умирает. Я всегда в восторге, когда получаю новую магию.
Магнар знал, что он пытается сделать. Он пытался достучаться до самой звериной, первобытной стороны Магнара, чтобы тот глупо бросился в атаку. Он дразнил его. Он крепче прижал к себе Фёдора, используя их как якорь для рассудка. Делора умоляла Магнара защитить их, даже ценой всего этого. Он не предаст её просьбу из-за глупости – из-за того, что станет бездумным Мавкой.
Когда Магнар не сделал того, чего хотел Джабез, Король Демонов зарычал в его сторону.
– Атакуй меня, ты, бесполезный гребаный Мавка!
– Нет!
Магнар попятился и наткнулся на бессознательного Мавку внутри барьера – причину, с которой всё началось. Если бы только он пошел к дому Орфея. Ничего бы этого не случилось. Магнар даже не смог позвать Орфея на помощь, потому что они были не близко.
– Ладно! Тебе повезло, что у тебя есть этот барьер, пока что, – закричал Джабез. – Но я буду следить за тобой, Мавка. Если ты будешь в Покрове, я всегда смогу увидеть тебя, всегда смогу прийти к тебе в мгновение ока. – Он оскалил клыки. – Я устал от того, что ваш вид использует мои творения в своих интересах. Если кто-то из вас снова придет в Деревню Демонов, вы не уйдете оттуда живыми.
С долгим рычанием Джабез исчез. Он оставил после себя устроенный Магнаром хаос, словно смерти его сородичей ничего не значили в грандиозной схеме его планов.
Всё стихло, кроме стонов оставшихся Демонов, которые ждали смерти, и чавканья того, кто начал пожирать своих же. Через несколько мгновений Магнар осел на землю, измотанный и опустошенный.
Он был ранен, а его разум и сердце болели невыносимо. Это было слишком для него. Он никогда не ожидал пережить подобное, и ничто из того, чему он научился, не готовило его к таким событиям. Ничто.
– Делора, – заскулил он высоким, похожим на лисий плачем.
Глава 43
Магнар не знал, как долго он просидел на земле, ожидая. Он видел, как самка-Демон с кошачьими чертами поднялась на задние лапы и в какой-то момент ушла, пока он продолжал сидеть на корточках. Он не знал, ждет ли он возвращения Делоры, пробуждения Мавки рядом с ним или пока Демоны закончат пожирать своих сородичей.
Но первым случилось не это.
Прозрачная фигура вошла в его защитный барьер сбоку, и Магнар поднял голову в направлении Совы-Ведьмы.
Оказавшись внутри барьера, она обрела плоть, но он заметил сильный, сладкий запах маскирующего аромата, скрывающего её истинный запах. Её белое платье, покрытое перьями, было запачкано запекшейся красной кровью, а руки и ноги – грязью. Её маленькие босые ступни мягко ступали по земле, когда она приблизилась, опустив глаза.
Половина её лица была исполосована глубокими следами когтей, плоть разошлась и припухла, обнажая белую скуловую кость. Удар едва не задел горло, но её плечо, бок и левая икра тоже были изодраны, отчего она заметно хромала.
Должно быть, она не хочет, чтобы Мавка проснулся и попытался съесть её, – подумал он, поскольку маскирующий аромат был настолько сильным, что перебивал запах её собственной крови. Она не обратила на Магнара внимания, упав на колени рядом с бессознательным Мавкой.
– Мне так жаль, – заплакала она, положив его треснувший череп себе на колени. Она прижалась лбом к его кости. – Мне так жаль, что мне пришлось оставить тебя сражаться в одиночку. Пожалуйста, прости меня.
Он не мог не осмотреть её, чувствуя к ней непреодолимую жалость. У него самого был детеныш. Он понимал, почему она расстроена, видя своего ребенка раненым. Это было то, что он смог понять сам, ему не нужны были учителя. Всё еще держа одну руку на Фёдоре, Магнар прижал его ближе. Фёдор прижался к нему в ответ.
– Ты ранена. – Он поднял руку, чтобы взять её за предплечье. – Позволь мне помочь тебе.
Она подняла голову, нахмурившись в его сторону. Затем опустила взгляд и увидела, как её раны затягиваются.
Его выдох со свистом вырвался из недавно полученных ран, но он не издал другого звука дискомфорта. Для него это было пустяком. Рана в груди от хвоста Демона болела куда сильнее, отдаваясь болью при каждом вдохе. Дыра, вырытая в его спине, тоже мучительно ныла. Несколько мелких царапин были ничем по сравнению с этим.
– Тебе не нужно было этого делать, – сказала она, и её брови сошлись еще сильнее, словно она не понимала, зачем он ей помогает. – Я бы со временем исцелилась сама с помощью трав и лекарств, или когда вернулась бы домой, чтобы меня исцелил твой отец.
– Всё в порядке, – ответил он, поворачиваясь к раненому Мавке. – Ты оставила его, чтобы на него напали?
Её темно-карие глаза стали стеклянными и покраснели, но слезы не потекли, словно она сдерживала их силой воли.
– Мне пришлось, – прошептала она, тоже глядя на него. – Пожалуйста. Пожалуйста, сработай.
Её руки начали испускать черный песок, пока она сжимала его треснувший череп так крепко, что тот дрожал, а кончики её пальцев побелели. Черный сверкающий песок пытался проникнуть в трещину черепа, но это не дало ничего, кроме остановки кровотечения и исцеления других ран.
Она не может исцелять себя так же? Впрочем, это было похоже на магию, которая лечила его собственные раны. Возможно, это работало только на Мавках.
Заклинание, которое она творила, рассеялось, и её плечи поникли. Она прижалась лбом между его бараньими рогами.
– Проклятье. Я знала это. Бесполезно, когда ваш вид повреждает свои черепа.
Как раз в тот момент, когда Магнар собирался спросить её, почему она отступила, вместо того чтобы остаться и помочь ему – ведь она была Фантомом и могла вернуться к жизни, – что-то зашевелилось под плащом из перьев, который она носила. Внезапно маленькая черная головка просунулась сквозь основание капюшона у её шеи. Слепая и крошечная – Магнар подумал, что она выглядит точно так же, как Фёдор до того, как они добыли кроличий череп.
– Нас больше? – недоверчиво спросил Магнар.
Он никогда не знал, что она носит детенышей на спине, спрятав под плащом. Бугор начал подниматься – второй детеныш ниже на её спине просто поменял позу. Он снова лег плоско, став совершенно незаметным.
– Когда он хочет, чтобы вас создавали больше, я должна подчиняться, – вздохнула Сова-Ведьма, откидываясь на пятки и глядя на деревья над ними. Магнар подумал, что она, возможно, говорит о духе из пустоты, их отце-создателе. – Вот почему я принадлежу ему – только чтобы делать это, создавать больше представителей вашего вида. Поначалу я терпела это только ради того, чтобы жить вечно с магией, которую он даровал мне в обмен, но… вы все становитесь такими особенными. Чем старше вы становитесь, становясь сильнее и обретая больше человечности, тем яснее я вижу, что вы чудесные. – Одинокая слеза скатилась по её щеке, губы задрожали. – Но я не могу этого делать. Я не могу защитить вас всех одновременно. Я один человек, пытающийся защитить вас от того, у кого есть целая армия.
Она хлопнула в ладоши, и черный песок начал формироваться снова. Она ударила ладонями по воздуху, выбрасывая его вперед. Четыре спиралевидных круга начали появляться в воздухе, в каждом было видно изображение шести Сумеречных Странников.
Один круг показывал Магнара и Мавку с бараньими рогами в том месте, где они сейчас находились. Второй – Мавку с бычьими рогами, идущего через лес, который не казался частью Покрова – деревья были другими. Третий круг показывал двух Мавок в их самых чудовищных формах, которые либо дрались, либо играли – учитывая, что ни один не наносил серьезных ударов. И наконец, последний круг показывал Орфея и Рею. Рея была бесплотной, паря рядом с Орфеем, который был в своей монструозной форме. Он бежал на четырех лапах, с привязанными к телу вещами, а за ними гнались Демоны.
Джабез приказал напасть и на них?
– Как я должна справляться с этим в одиночку? – Сова-Ведьма повернула к нему лицо, её тугие карие кудри подпрыгнули. – Я могу летать только с определенной скоростью с моим заклинанием совы. Я не могу быть здесь и там одновременно. Я не могу сражаться до собственной смерти, зная, что это оставит этих двоих одних в Покрове на верную гибель.
Она потянулась, чтобы погладить ладонью нос детеныша, который всё еще высовывал голову из-под плаща.
Магнар молчал. У него не было ответа, который она искала.
Когда он ничего не сказал, она опустила взгляд на свои колени и погладила череп, лежащий на них.
– Вы все должны уйти отсюда. Джабез не может видеть сквозь Покров своей магией, по крайней мере, не ясно, насколько я могу судить. Лучше рискнуть среди людей, чем оставаться здесь.
– В мире нет места для Мавок, – ответил Магнар, зная эту истину уже давно.
Он знал это, когда единственным безопасным местом казалась его пещера, расположенная на границе между поверхностью, принадлежащей людям, и лесом, принадлежащим Демонам. Мавки застряли посередине.
– Мы не принадлежим ни этому месту, ни поверхности. Мы должны терпеть и защищать то, что имеем.
– Но если…
– Я больше не хочу убивать людей без нужды, – перебил Магнар с тяжестью на сердце. – Только столько, сколько нужно, чтобы обрести человечность и понять мою невесту. Это всё, что меня волнует. Если мы пойдем на поверхность, они придут за нами с мечами и Убийцами Демонов. В нас видят только смерть, так пусть мы будем смертью для Демонов.
Мы не будем в безопасности, куда бы мы ни пошли. В этом мире для нас нет места. Магнар поднял морду, чтобы сквозь листву увидеть пурпурно-оранжевые оттенки сумерек – время, когда свет и тьма встречаются.
– Я только что установил свой защитный барьер, – продолжил он. – Для меня есть только одно место в мире, и это там, где Делора в безопасности. А она в безопасности под защитой моей магии.
Легкий ветерок взъерошил его мех и перья, а также её волосы и плащ; тишина повисла между ними, пока оба обдумывали его слова. Правда звенела в безмолвии, и сегодня Магнар осознал свое место в этом жестоком и темном мире. Он был иным. Существом, которое жило в обоих мирах, но в то же время ни в одном из них. Созданием рассвета, заката, ночи и дня, способным нести и жизнь, и смерть, и даровать возможность существовать между ними. Существом, которое могло пойти куда угодно, а если дух пустоты позволит – в никуда. Мавки – Сумеречные Странники – были лимбом.
Было только одно место, где он чувствовал свою принадлежность, и сейчас это место ощущалось как зияющая дыра в груди. Он мог быть якорем для жизни Делоры, но теперь и она стала смыслом его существования – и он боялся, что она на самом деле не хочет его.
Его зрение окрасилось в глубокий синий цвет, когда он опустил взгляд на Фёдора. Она сделала всё возможное, чтобы спасти их детеныша, это он знал наверняка. Она заботилась об их ребенке с того момента, как начала носить его, но… теперь он не был уверен, разделяет ли она эти чувства к нему самому. Она сказала Джабезу, что у неё не было выбора. Он всегда знал это, но думал, что всё в порядке, когда она уверяла его, что рада пройти этот путь с ним.
Лгала ли она, потому что не было другого выхода, кроме как принять меня? Почему от этого он чувствовал себя еще более уродливым монстром, чем раньше? Без неё… у меня не будет ничего.
– Ничего, если он останется здесь с тобой, пока не очнется? – тихо спросила Сова-Ведьма, вырывая Магнара из его скорбных мыслей. – Ты сохранишь его в безопасности для меня?
– Да.
– Тогда я должна уйти. Теперь, когда ты исцелил меня, я должна помочь Орфею и Рее, чем смогу.
Сова-Ведьма осторожно положила череп рогатого Мавки на землю и встала, долго глядя на него сверху вниз.
Я и не подозревал, что она так глубоко заботится о нас. Даже после страшной битвы она не желала отдыхать, зная, что другие её дети в опасности.
Она отвернулась, накинула капюшон из перьев на голову и начала превращаться в огромную белую сову размером с человека. Еще не покинув его поле зрения, она взмыла в воздух, лавируя между деревьями, прежде чем он увидел, как она взмыла вверх, словно планируя перелететь через Покров. Она не попрощалась.
Фёдор поднял череп и понюхал воздух, как часто делал, но отсутствие запаха Делоры заставило его заскулить. Он успокаивающе прижался к Магнару. Тревога в нем росла. Сердце билось быстрее с каждой минутой одиночества; он ждал её возвращения и в то же время до ужаса боялся его.
Я устал… и всё болит.
Он остался с Мавкой, чтобы присматривать за ним. Он не знал, сколько времени прошло – минута? Час? Но в конце концов прозрачная фигура появилась чуть в стороне. Делора лежала над землей, свернувшись калачиком, на мгновение потеряв сознание, словно спала.
Она пошевелилась. В тот миг, когда её глаза открылись, из груди вырвался судорожный вздох, и она поспешно огляделась. Глаза расширились, когда взгляд упал на него, затем она обрела плоть и вскочила на ноги. Она чуть не споткнулась, подбегая к ним, и ей пришлось опереться рукой о землю.
Магнар не хотел вздрагивать, когда она оказалась перед ним, протягивая руки к Фёдору. Она, казалось, не заметила этого, глядя вниз и поглаживая череп малыша обеими руками. Облегчение мгновенно опустило её плечи. Фёдор издал радостный писк, тычась мордочкой в её ладони.
– Спасибо, – сказала она с улыбкой; её карие глаза блестели от слез, но также и от благодарности к нему. – Я знала, что ты сможешь. Я знала, что ты защитишь их.
Кожа Магнара покрылась мурашками от её близости. Сердце гулко и неприятно ухало в груди. Как только он начал передавать ей Фёдора, чтобы отстраниться от её присутствия, Делора подпрыгнула и обвила руками его толстую шею. Она сжала его, зарываясь лицом в его длинные перья.
– Прости меня, Магнар. Я знаю, ты, наверное, в замешательстве.
Сжимая крепче, он старался не заскулить, когда она прижалась к его свежим ранам. К счастью, она была совершенно невредима.
– Мне пришлось сказать те вещи, мне нужно было, чтобы он поверил мне, и я смогла схватить Фёдора. Если бы я показала, что ненавижу тебя, ненавижу быть здесь, что он может дрессировать Фёдора как какую-то зверушку, тогда я смогла бы спасти их. – Она рассмеялась, смех был наполнен юмором, но звучал мрачно. – Я пыталась быть как та женщина, о которой рассказывали Рея и Орфей, Катерина или как там её. Я подумала: если он забрал её, потому что она хотела сбежать, то попытается забрать и меня.
Напряжение в его теле не спало.
Когда его хватка на Фёдоре стала крепче, словно он больше не хотел отпускать единственное существо, которое, как он знал, хотело быть рядом с ним, Делора разжала руки на его шее. Её встретило темно-синее свечение его сфер – его сомнения отказывались рассеиваться.
Делора обхватила конец его морды обеими ладонями, чтобы удержать его взгляд, глядя прямо на него без тени колебания. Напротив, её брови были сдвинуты в решимости, губы плотно сжаты.
– Я хочу быть здесь с тобой, Магнар. Ты такой умный, крутой, и с тобой так хорошо.
– Ты сказала, что я не оставил тебе выбора, – пророкотал Магнар, чувствуя, как внутри всё переворачивается. – И я уже говорил тебе, что знаю это.
Он попытался отвести морду в сторону. Она держала крепко, наклоняясь вслед за его движением, когда не могла пересилить его мощь. Она не собиралась позволять ему отвернуться.
– А я уже говорила тебе, что благодарна за то, что ты этого не сделал. – Делора провела ладонью вверх по его морде. – Пожалуйста, поверь мне. Я звала тебя, потому что знала: ты будешь достаточно храбрым и сильным, чтобы защитить Фёдора, когда я не могла. Я знала, что делаю, когда велела тебе оставить меня, Магнар. Я знала, что мне, скорее всего, причинят боль, и я позволила ему сделать это, чтобы дать тебе время.
Мучительно острая боль пронзила его грудь.
– Что он сделал?
Он не знал, зачем спрашивает. Он не хотел знать правду.
– Это неважно, – мягко сказала она с горькой улыбкой. – Я просто хотела дать тебе время. – Когда он промолчал, её брови сошлись на переносице. Он видел неуверенность в её выражении. – Я всегда буду возвращаться к тебе, но это не значит, что я обязана оставаться с тобой здесь.
Он слегка склонил голову набок.
– Что ты имеешь в виду?
– Если бы я действительно не хотела здесь находиться, если бы я так ненавидела это место, я могла бы просто блуждать по Покрову. Конечно, я бы возвращалась к тебе, но я могла бы просто начинать каждый день заново.
Его хватка на Фёдоре ослабла – он никогда не думал о таком варианте для неё. Она могла уйти от меня. Она стала бы как Призрак, странствующий по сумрачному лесу.
– Но я никогда не хотела. Даже в самом начале, когда я на самом деле больше не хотела жить, я находила утешение рядом с тобой.
Даже с самого начала? Он не был уверен, говорит ли она правду или нет, но Магнар хотел верить ей каждой частичкой своего существа. Его одинокое сердце отчаянно жаждало этого.
– Тогда почему ты это сделала? – спросил Магнар; синева в его сферах отказывалась покидать зрение. – Ты говоришь, не было другого выхода, но этого можно было избежать, если бы я отдал ему Мавку.
Магнар указал на сородича рядом с собой.
– Потому что я видела, что ты этого не хочешь, – ответила она, уперев руку в бок, словно устала тянуться к нему. Он был уверен, что она измотана. – И я тоже не хотела, чтобы ты это делал. Он не заслуживает смерти из-за этого урода. Я не могла стоять и смотреть, как ты отдаешь собственного брата, чтобы защитить Фёдора. Я… я не хотела бездействовать, как обычно. Ты защищал меня раз за разом. Настала моя очередь принести жертву, чтобы тебе не пришлось терпеть боль потери Фёдора или его. Я была единственной, кто мог так рискнуть без необратимых последствий.
Тепло начало расти в его животе, помогая избавиться от холодной печали, которую он испытывал.
– Ты сделала это… ради меня?
– Да, – твердо ответила она, не сводя с него глаз. Он не увидел в её взгляде ни капли сомнения.
– Иначе я могла бы просто стоять и ничего не делать. У меня был выбор, и я его сделала – даже если это чертовски больно. – Затем она почесала затылок и рассмеялась. – Мой первоначальный план состоял в том, чтобы бежать обратно к тебе, но вместо этого я побежала в лес, как идиотка.
Зеленый цвет ворвался в его зрение, когда он усмехнулся; её слова и смех вытеснили боль. Он обвил её рукой, притягивая ближе в объятия, которые она тут же с радостью приняла.
– Не называй себя так, мой маленький ворон. Ты всегда была сообразительной.
– Это неправда! – взвизгнула она, но обвила руками его шею, и на этот раз он с готовностью принял это, радуясь, что она хочет ответить на его объятия. – У меня бывают просветления, Магнар.
Сердцебиение Делоры трепетало в её груди и отдавалось в нем. Магнар сосредоточился на этом ритме, нуждаясь в знании, что она в безопасности, жива и хочет быть с ним настолько, чтобы позволить ему успокоиться под этот звук.
Он прощает меня.
Делора крепче прижалась к Магнару. Она отказывалась задерживаться мыслями на том, что только что с ней произошло, отказывалась признавать это. Она уже пережила так много, и она не хотела, чтобы память о муках с Королем Демонов стала частью её. Она отказывалась. Она, Магнар и Фёдор в безопасности. Это было её целью, и это всё, что она хотела помнить.
Всё хорошо.
Внезапное движение заставило Делору ахнуть и инстинктивно прижаться к боку Магнара. Однако она также быстро схватила Фёдора, не желая совершать одну и ту же ошибку дважды. С чужаками вокруг, которым она не доверяла, Делора больше никогда не выпустит Фёдора из рук – не то, чтобы они могли хоть как-то возразить.
Магнар принял защитную позу, выдвинув другую сторону тела вперед и слегка прикрывая её, когда рогатый Сумеречный Странник вскочил на четвереньки в резком порыве движения. Его одежда ушла под кожу, когда он стал более монструозным; ящероподобные шипы на спине и руках стали больше и угрожающе. Он фыркнул, отступая от них на шаг, прежде чем поднять руку, чтобы коснуться своего треснувшего кошачьего черепа.
Кошачий скулеж, вырвавшийся у него, пробрал её до костей, по коже пробежали мурашки. Сумеречный Странник начал качать головой из стороны в сторону, его сферы были такими белыми, что казались абсолютной пустотой. Затем он начал осматривать тело в поисках других ран, которые каким-то образом исчезли. Делора посмотрела на Магнара в поисках ответов, так как знала, что этот Сумеречный Странник был тяжело ранен раньше.
– Прошел день? – спросил он Магнара, медленно произнося слова.
Магнар покачал костяной головой.
– Нет. Приходила Сова-Ведьма и пыталась исцелить твои раны и трещину в черепе. Она не смогла.
Должно быть, поэтому он проснулся сейчас – она думала, что он проспит долгое время. Она также заметила, что небо темнеет. Когда Король Демонов пожирал её, было светлее. Делора содрогнулась.
– Нет, – прохрипел он душераздирающим, тихим голосом. Он снова потрогал трещину, отвернув лицо в сторону, прежде чем опуститься на землю, осознавая эту информацию. Свое положение.
– Если она не смогла исцелить тебя… – начал Магнар.
– Значит, ничего нельзя сделать.
В его сферах начал проступать бледно-голубой цвет, словно страх и печаль были слишком сильны в нем, чтобы уступить место чему-то другому. Долгое время он смотрел в пустоту. Его руки начали соскальзывать на землю, костяшки пальцев коснулись грязи, плечи поникли. Это было похоже на то, как кто-то осознает, что не может предотвратить собственную гибель, и пытается смириться с этим.
Сумеречный Странник начал принимать свой обычный облик. Одежда проступила сквозь плоть: низ штанов был в лохмотьях, но в остальном цел. Рубашка же была покрыта множеством следов от когтей.
Выглядит ужасно. Должно быть, он через многое прошел.
– Спасибо, – пробормотал он, медленно поворачивая к ним голову. – За то, что защитили меня. За то, что не отдали меня Королю Демонов. И спасибо, что позволили мне отдохнуть здесь.
– К-как долго ты бежал? – спросила Делора, вжимаясь в Магнара на случай, если подавать голос было плохой идеей.
