Текст книги "Цветок эдельвейса или под сенью львиной лапы (СИ)"

Автор книги: Ольха Пономарь

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 13 страниц)

Глава 21

Вызвать врача не было никакой возможности, и меня перевязала Эврил, выказавшая странные познания в медицине.

– Не задел он жилу, иначе бы как свинья бы истекли кровью.

– Ай, – поморщилась я, хоть и отвар приняла обезболивающий, каждое движение бывшей горничной отдавалось тупой болью в руку и бок, – меня больше волнует что с ним случилось.

– Хозяйка уже послала за королевскими дознавателями, – Эврил разрезала мой халат, чтобы не снимать его, так что я сидела в одной ночной рубашке.

– Королевскими дознавателями? Разве это дело в их компетенции?

– Не знаю, она говорила что-то про отчуждение замка и подходящий повод.

Эврил промыла рану и поцокала языком:

– Я бы зашила, позволите?

– Если требуется, – не думала, что все так плохо.

Эврил ушла за кипятком и нитками, а я серьёзно так закручинилась.

Все летело в тартарары, потому стоило быстрее провести обряд инициации, чтобы добиться успеха. Вчера я уже успела ознакомиться с трудом неизвестных мне магов. Решила взглянуть одним глазком и увязла на час.

И сразу же встретила трудности, обряд стоило проводить в портале одержимости. Подобные порталы сооружают привратники. Жаль, только, что единственный знакомый мне привратник сейчас отсутствовал.

А в голову пришла одна мысль, и когда она оформилась, я воплотила идею в жизнь.

Сняла воробья с плеча здоровой рукой и, глядя ему в блестящие глазёнки, мысленно медленно проговорила:

– Найди хозяина, он мне очень нужен. Найди его!

Уж думала, что ничего не вышло, как воробей чирикнул и, затрепетав крыльями, поднялся в воздух и исчез в открытом окне.

Здорово! Осталась в неизвестности и без «толмача».

Когда вернулась Эврил, я молчала как рыба, мне кажется, она не обратила на это внимание, щебеча за двоих:

– Погода сегодня чудесная, так жаль, что вы сидите в комнате. А Тори, ну, тот, которого поймали, лежит и не двигается. Что с ним делать, не пойму. Говорят, дознаватели скоро явятся…

Так и получилось, стоило мне без аппетита пообедать, а потом лечь отдохнуть, как мой сон был нарушен самым грубым способом.

Громкий стук в дверь создал впечатление, что эту самую дверь выламывают. Я в испуге подскочила, поморщившись от боли в перебинтованном плече.

Хотела спросить кто меня беспокоит, но вспомнила, что лично отправила своего помощника к Адвину и нахмурилась. А стук продолжался. Кое-как слезла с кровати и подошла к двери, накинув тёплый халат. И вовремя, дверь распахнулась, едва не ударив меня по носу.

– Тарга Туайя? – на пороге стоял крупный мужчина в форме дознавателя. – Я– Раш Корникс, дознаватель высшего ранга, по просьбе леди Акуны, призван сюда королем выяснить, что здесь происходит.

Я лишь кивнула и отодвинулась, пропуская тарга дознавателя в комнату, но он не стал проходить, а поджав губы, спросил:

– Леди Акуна предоставила мне кабинет для того, чтобы я мог вести дознание. Пройдемте.

Я ещё раз кивнула и показала рукой на халат.

Тарг Корникс понял мгновенно:

– Да, конечно, переоденьтесь. Я буду ожидать вас в кабинете.

Чтобы надеть платье у меня ушло много времени, левая рука висела плетью, да и действие отвара проходило, так что я могла чувствовать все нюансы боли.

Минут через пятнадцать я была вся в испарине, но натянула легкое летнее платье, не требующее помощи извне при надевании. И укуталась в шаль, все же, несмотря на солнце на улице, в замке, где стена доходила до трети человеческого тела толщиной, было прохладно.

Перед кабинетом небольшой толпой стояли слуги, они тихо переговаривались друг с другом, что создавало ощущение легкого гула.

Я прошла мимо них твёрдой походкой, игнорируя любопытствующие и даже сочувствующие взгляды. Взялась за ручку тяжелой двери и что есть силы дернула. Дверь в кабинет плавно отворилась, за уже известным мне цельно-деревянным столом сидел тарг Корникс, читающий записи в тетради. Рядом с ним расположились лорд и леди Цервин. Молчание, воцарившееся здесь, разрушил дознаватель. Он мельком взглянул на меня и сухо приветствовал:

– Проходите, тарга Туайя. Я вас ждал.

Я молча села на указанное мне кресло. Корникс смотрел на меня, сцепив руки перед собой, его въедливый взгляд настороженно изучал меня.

Наконец, он заговорил:

– Тарга Туайя, ведь вы не можете говорить?

Я кивнула, пристраивая свои руки на колени, демонстрируя послушание.

Королевские дознаватели обладали большой властью, они практически были гласом и дланью короля там, где дело касалось правосудия.

Суды собирались лишь тогда, когда совершалось преступление против особ высших аристократических кругов или самого короля.

Во всех остальных случаях именно королевские дознаватели расследовали и на месте выносили приговор. Чаще всего на месте он и исполнятся. Когда дело касалось людей с титулом, то тут одного дознавателя мало. Но вот дознаватель, носивший звание высшего, мог заменить коллегию из пяти обычных. Они обладали огромным опытом, способностью различать ложь и поговаривают, что и живут они поболее, чем обычный человек. Раза эдак в четыре.

– Вы сможете писать свои ответы?

Корникс дождался моего кивка и протянул чистый листок с карандашом. Странно, но за все это время ни лорд Цервин, ни леди Акуна ни произнесли ни слова. Они будто и не следили за нами, отстраненно сидя в своих креслах, слева от меня.

– Хорошо, начнём с начала. Как долго вы служите лорду Адвину?

«Около полугода» – написала я неровным почерком. Писать одной рукой было очень неудобно.

– Кто составил вам протекцию?

«Леди Акуна. Она приняла меня на работу»

Корникс читал ответы и по его лицу невозможно было узнать, что именно он обо всем это думает.

– Кто из слуг был здесь на момент вашего прибытия?

«Гаяз» – пальцы задрожали и «з» получилось практически неузнаваемой, но Корникс понял, кивнул мне и продолжил:

– Как часто ваш хозяин уходит в небытие?

Видимо, мое лицо красноречиво говорило о том, что я не понимаю тарга королевского дознавателя.

– Лорд Адвин – привратник, в его обязанности входит контролировать ткань мироздания на его участке портала. К сожалению, его брат, – дознаватель кивнул на по прежнему безучастную чету Цервин, – не имеет четкого понятия, чем лорд Адвин так дорог королю, иначе бы он не стал бы так рьяно пытаться заполучить эти земли себе.

«Так замок не будут отчуждать?»

Я радостно посмотрела на Корникса, неожиданно отмечая его усталый вид. Тот потёр лоб и ответил:

– Даже, если я захочу, я не смогу решить этот вопрос в одиночку, лишь король и совет магов, да верховный советник способны принять такое решение, да и то, в этом случае сюда срочно придётся искать нового привратника. Пока вина лорда Адвина не доказана ничем.

«Что с леди Акуной и лордом?»

Корникс слегка усмехнулся и сказал:

– Они были немного возмущены моими словами, и мне пришлось применить к ним заклятье мечты. Не бойтесь, они сейчас не с нами, в своём выдуманном мире. К сожалению, я способен видеть их фантазии и скажу вам они не все невинны. Вернёмся к дознанию. Как умер Гаяз?

Через час подобных разговоров я рассказала Корниксу всё: и свои ощущения, и поведение слуг, и как мы с лордом Адвином нашли тело Утаны, и про то, что Эврил была заслана, по всей видимости леди Акуной. В общем, все, о чем он спрашивал, кроме одного. Ни слова про мое заклятье и про мои сны.

Я чувствовала, что меня начало знобить, верный признак того, что температура повышается, и меня не обошла стороной лихорадка.

– Как вы получили рану?

Корникс подал мне новый чистый листок бумаги, уже исписанные лежали по правую руку от него.

«Тори, он сошёл с ума и укусил меня»

– Кто это?

«Это подросток-конюх, он слаб головой и не ведает, что делает. Но мне кажется, что это и не Тори вовсе»

– Почему? – взгляд дознавателя по прежнему был напорист и колюч. Будто иглами колют: не расслабишься.

«Он неестественно выглядит и ходит. А ещё рычит будто зверь и глаза… это не человеческие глаза»

– Где он сейчас? – Корникс будто подобрался весь.

«Его приковали в сарае».

Дознаватель встал из-за стола и подошёл к двери, приоткрыл ее и позвал:

– Кто тут самый храбрый, заходи.

В кабинет зашёл Ален, настороженно косясь на дознавателя, а потом и на меня. Лорда и леди Цервин он будто бы и не заметил.

– Ты должен сходить в сарай и узнать, как дела у Тори.

Судя по выражению лица Алена, он успел несколько раз пожалеть, что зашёл в кабинет, но делать ему было нечего, он кивнул и развернулся на выход. Слуги пропустили его молча, встав по обе стороны коридора, будто лакей был прокаженным.

Корникс проводил взглядом Алена и вернулся ко мне.

– Тарга Туйая, я был бы рад, если бы сказали мне куда отправили своего арманта?

«Я не понимаю о чем вы»

И я была совершенна искренна, что такое «Армант» я не знала.

– Насколько я знаю, ваш армант был в виде мелкой птицы, возможно, воробья.

Я облегченно вздохнула, теперь хотя бы ясно, что от меня хочет тарг королевский дознаватель.

«Я выказала желание, чтобы милорд быстрее вернулся, и мой воробей улетел, куда не знаю. И когда вернётся, я тоже не знаю»

– Надо же, как интересно, – пробормотал Корникс, – лорду Адвину вы определенно дороги.

Я не успела спросить, почему он сделал такой вывод, на меня накинулась леди Акуна. Она словно гарпия вскинула руки, скрючив пальцы, и вцепилась в мой жиденький, но аккуратный пучок волос.

– Леди Акуна, что вы себе позволяете? – не повысив голос поинтересовался дознаватель, но по сжатым губам можно было понять его злость, – отпустите таргу Туайю.

– Это она, – бормотала Акуна, – она во всем виновата, на ней лежит проклятье… ее нужно убить…

И ее руки переместились ниже, на мою шею. Я хоть и не стояла безучастно, но явно проигрывала в силе Акуне.

Корникс досадливо сделал замысловатый жест рукой, и миледи отлетела от меня на пару метров, чувствительно приложившись спиной о стену кабинета. Ей бы сделать вид, что она всегда там лежала, да она встала и с упорством барана вновь пошла на меня. Глаза стеклянные, идёт, бормочет себе под нос гадости про меня. А я что? Упала на кресло и пытаюсь отдышаться после неудачной для леди Акуны попытки моего убиения.

– Леди, возьмите себя в руки, – снова ледяной голос дознавателя, на месте Акуны я бы прислушалась к его совету, уж больно раздражённым он выглядел.

А той все нипочём, снова потянулась к моей щуплой шее, будто других вариантов прикончить меня нет.

Тут уж Корникс ничего не стал говорить, а просто мазнул рукой вдоль себя. Будто свежей ветерок пронёсся мимо меня и окутал мою мучительницу. Закружил, завертел и вот пару мгновений спустя, та оказалась накрепко спелёнатая невидимыми путами. Стоит себе глазищами зло сверкает.

А Корникс вокруг ее обошёл и сказал:

– Странное дело, словно миледи подверглась сильному внушению. Но ведь никого здесь нет, кроме нас с вами..

Сказал и повернулся ко мне. Я как раз пыталась волосы собрать, да с раненой рукой получалось плохо, точнее вовсе не получалось.

– Вы маг?

Я отрицательно качнула головой.

Корникс толкнул миледи в кресло, где она сидела до всех этих событий, и вернулся за стол. Помолчал ещё немного и задал логичный, но для меня неожиданный вопрос:

– Она говорила правду? Про проклятье?

Помедлив, я кивнула, лгать дознавателю было очень и очень чревато.

– Вы расскажите мне о нем?

«Это личное, боюсь, что не знаю, почему леди заговорила о нем и откуда она узнала. Никто, кроме лорда Адвина, не знал об этом обстоятельстве».

– Действительно, задачка… – протянул Корникс, – что ж, для первого разговора достаточно. Что-то мне подсказывает, что нам с вами придётся ещё раз побеседовать. Вы можете отдыхать.

И уткнулся носом в руки, поставленные локтями на стол, создавая образ очень занятого человека.

Рука болела все сильнее, кожа на голове под волосами жгла болью, которая волнами приливала к вискам, грозя мигренью. А ноги вдруг обуяла слабость, да такая, что я еле их от пола отрывала при каждом шаге, создавая шаркающие звуки. Отдых мне точно не навредит. Открыла дверь и наткнулась на десяток напряженных взглядов, слуги было двинулись ко мне с расспросами, да Эврил заметила отсутствие воробья и разочаровано протянула:

– Старуха немая, ничего не скажет.

Вот так вот, никакого пиетета, для бывшей горничной я просто старуха. Я улыбнулась ей, с удовольствием наблюдая за ее растерянным видом и пошла дальше. Ален попался мне возле лестницы, он шёл и оглядывался. А увидев меня, подбежал и громко зашептал:

– Пропала тварь-то, веревка перегрызена, с кандалами ушла!

Шла в комнату словно в тумане, стараясь не отключиться по дороге. Тори, точнее то, что когда-то было им, мог быть где угодно.

Кровать манила меня и я не стала ей перечить, сняла ставшее чугунным платье, все же запачкав его кровью из плеча и аккуратно устроилась на ложе.

Я уже дремала, когда легкое чириканье разбудило меня, на прикроватной тумбочке сидел мой армант и издавал разные звуки, заметив, что я его увидела, он нахохлился и в комнате раздался ясный, чистый голос лорда Адвина:

– Я скоро буду…

А затем воробей снова зачирикал.

Что ж, послание хоть и не информативное, да только все равно внушает надежду. И я провалилась в глубокий сон.

Глава 22

Я проснулась следующим утром, проспав почти сутки, не зажженный камин не дал тепла и в комнате было весьма прохладно. Отдых прибавил сил, и я легко встала с кровати. Натянула платье, в котором была накануне, не смущаясь пятна крови на плече. Другое я все равно не смогу надеть. Армант тут же занял своё привычное место, и я почувствовала себя увереннее.

Странная тишина стояла в замке, не было слышно ни супругов Цервин, ни голосов слуг и горничных, даже из конюшни ни доносилось ни звука.

– Не бойся, старая, ты особо никому и не нужна, – с нервным смешком приободрила я саму себя.

И приоткрыла дверь в коридор, светильники еле мерцали, так что тут царил полумрак. Неожиданный сквозняк качал гобелен напротив, что вначале испугало меня, заставив сердце биться в ускоренном темпе.

Моя обычно молчащая интуиция просто вопила, что что-то случилось и мне вообще лучше остаться в своей комнате. И тут я ясно услышала низкий голос лорда Адвина, он доносился с улицы, с дворика с фонтаном. Я попыталась выглянуть в ближайшее окошко, но стекло было мутно-грязное, а створки не открывались.

Вниз я слетела, будто за мной гнались демоны, забыв о ране и о шали. Очнулась уже стоя около по прежнему неработающего фонтана и пустого дворика. Здесь никого не было. Но я ясно же слышала голос Адвина. Я повертела головой и все также никого не обнаружила, зато между деревьями, уже по-зимнему стоящих без листьев, мелькнул мужской силуэт в чёрной рубашке, так похожий на Адвина.

Первым побуждением было бежать за ним и окликнуть, но ноги неожиданно подкосились и я мгновенно очутилась сидящей на бортике фонтана, на холодном мраморном бортике.

Глупая немочь, кто знает, что здесь произошло и не нужна ли моя помощь. Я с усилием встала на ноги и сделала шаг в сторону туда, где исчезла мужская фигура.

Вот ещё пара шагов и я уже войду в сад, но тут путь мне преградил лев. Готова поклясться своим проклятьем, что мгновение назад его не было нигде, и вот он уже стоит передо мной и недовольно щурит глаза.

– Привет, котёнок, – улыбнулась ему, одновременно пытаясь обойти его справа. Лев рыкнул и снова перекрыл мне дорогу.

Тут уж мне пришлось обратить внимание на его желания и остановиться.

– Что случилось? Почему ты меня не пускаешь?

Холод пробирался мне под платье, и меня колотила крупная дрожь, а это несносное животное вместо ответа легло на землю и пригласительно мявкнуло.

И я не удержалась, присела на корточки, поморщившись от боли в плече.

– Эх, ты. Ведёшь себя как котёнок. А ведь ты уже взрослый лев!

Лев урчал и пихал меня передними лапами, слабо и игриво.

Я почти все успела рассказать этому странному собеседнику, упорно отгоняя от себя вопрос, почему я вижу его наяву? Есть и хорошо, слава Богам. Хоть не так одиноко сейчас в эту минуту.

– А потом он уехал, обещал помочь и не вернулся, – слезы непрошено навернулись на глаза, я медленно набрала воздух в легкие, боясь моргнуть, чтобы предательская влага не скатилась по щекам, – и я очень боюсь, что с ним что-то случилось…

К концу монолога я уже почти лежала на звере, его грива щекотала мне ухо, а равномерно вздымающаяся грудь успокаивала лучше любого успокоительного отвара.

Холода я уже не чувствовала, жар тела льва отлично согревал меня.

Неожиданно лев поднял голову и тихо рыкнул, при этом его взгляд был направлен в плотный туман, который к тому времени окружил площадку с фонтаном.

Зверь грациозно встал, будто перетек из положения лёжа, в положение стоя. Мимоходом, ловко и аккуратно стряхнув меня с себя, встал так, чтобы я была за его спиной.

Из липкого воздуха проступали медленно идущие фигуры. Эврил, Мира, Лиска, лакеи… леди Акуна. Они шли, словно сломанные куклы: неровно и неловко. Справа от них темнела нечеловеческая фигура. Кто-то высокий, сутулый и… без рук.

Если бы я закрыла глаза, я не смогла бы определить, что здесь происходит. Тишина не нарушалась ничем. Только лев быстро и мощно втягивал воздух, будто решаясь на что-то.

– Хорошо, что ты здесь, ортомаг, – резкий, почти визгливый голос раздался со стороны той самой нечеловечески уродливой твари. Она почти вышла из тумана и теперь стояла в десяти метрах от меня.

Лев переступил с ноги на ногу, а я успокаивающе погладила его по гриве, хотя почти уверена, что он этого даже не почувствовал. Угроза от вновь прибывших ощущалась почти физически. Руку пронзила боль, браслет в виде змеи, который мне дала некогда спасшая меня травница Кайра, и про который я совершенно забыла, сейчас нагрелся и изменил цвет. Змея трескалась, и вскоре браслет соскользнул с моей руки в сухую траву. Откуда спустя минуту приподнялась голова крупной серо-зеленой змеи. Она, как и лев, смотрела в сторону гостей. Тварь рассмеялась:

– Думаешь меня остановят проделки старой карги?

Она сделала шаг и раздался легкий хруст. Тварь поднажала, но будто столкнулась с невидимой стеной, где не было входа ко мне.

– Не удержишшшь, – зашипела не хуже любого гада тварь, и ее лицо искривилось, я Вельшарун, демон, глава клана и никто не может противостоять мне. Я уже тут. А скоро врата откроются и я полностью получу власть над этим миром и самолично приду сюда. Скину это надоевшее тело, а мои воины подчинят всех!

– Что с ними? Что с этими людьми? – я с трудом понимала, что это не сон, что это реальность. На свободу вырвался демон, грозящий уничтожить мой мир. И в этот момент, мне хотелось, чтобы никто не пострадал. Я не знала, почему демон не может добраться до меня и это обескураживало. Я даже не знала, могу ли я уйти отсюда или навечно прикована к этому пятачку с фонтаном.

– Они в моей власти, тебе их не спасти.

Демон попытался ещё раз добраться до меня, но у него ничего не получилось. Он усмехнулся и его страшное лицо искривилось. А я поняла, чьё тело сейчас стоит передо мной – пропавший Тори. Несчастный сумасшедший мальчик, чей мозг давно уже утратил разум, он стал вместилищем для страшного демона.

Вельшарун сел и его свита синхронно последовала его примеру.

– Долго ты не выстоишь… Я подожду.

Хотелось бы мне знать, сколько у меня есть времени…

Мыслей не было никаких, кроме одного желания: не умереть прежде, чем я увижу лорда Адвина. Мне мнилось, что он ещё вернётся. Сожаление резануло будто нож: как жаль, что я так и не смогла помолодеть.

– Слышал, что ты не старуха вовсе, – вдруг почти спокойно спросил демон, внимательно на меня глядя.

– Не твоё дело, – я покрепче вцепилась в гриву льва, тот сел, но не сводил настороженного взгляда с демона, змеей он, кстати, совсем не интересовался.

– Надо же, а я как раз могу помочь тебе с проклятьем, – хищная улыбка сверкнула на лице твари.

Я медленно оглядела своих коллег, они были безучастные и отрешённые, словно они не сидели на мокрой траве в компании демона, а наблюдали какой-то не слишком занимательный спектакль на свежем воздухе.

– О чем ты говоришь? – я подозрительно смотрела на него, где-то внутри билась мысль, что словам демона доверять не стоит.

– Обряд Инициации, знаешь о таком?

Я молчала, потому не добившись от меня ответа, тварь продолжила:

– Пройдя его, ты действительно снимешь заклятье, ты словно переродишься.

– Зачем тебе помогать мне?

Мои ноги заметно дрожали, то ли от страха, то ли от вновь ощущаемого холода. Хорошо, что под длинным подолом платья демону этого не было видно.

Змея свернулась клубком на выступе бортика и я могла видеть какая она крупная и длинная, при желании она могла съесть небольшого поросёнка. Но сейчас и она, и лев были спокойны, значит ли это, что я пока в безопасности?

– Считай это моим капризом, – наконец, ответил Вельшарун, – я позволю тебе провести этот обряд.

Я судорожно искала подводные камни в его словах и не могла найти. Какое ему счастье с того, что я больше не буду старухой? Никакое, в случае успеха выигрываю только я. И я рискнула.

– Я согласна, – ответила ему и демон улыбнулся, его улыбка была столь же омерзительна, как и гримасы до того.

– Тогда начни, старуха, начни или потом будешь жалеть всю свою жизнь, что не смогла этого сделать. – демон облизнулся длинным, нечеловеческим языком.

Мне пришлось сделать несколько шагов вокруг старого фонтана, прежде чем я нашла достаточно острую палку, чтобы я могла начертить на земле нужные знаки. Я не думала о том, что провожу обряд не в месте врат, что для того, чтобы вернутся мне нужен привратник, иначе я рискую остаться за гранью навсегда. Я лишь воплощала давно лелеемое желание – сбросить проклятье и вновь стать собой.

Только собой я уже никогда не стала бы.

Отчаяние двигало мной, и на волне адреналина я вспомнила все, что читала об этом обряде. Несколько рун с востока, две руны на севере, одна на юге, и круг безымянности на западе, плеснуть водой в центр и все это время речитативом произносить слова заклинания. Я не знаю откуда, но каждый звук будто отпечатался в моей памяти, хотя я в лучшем случае два или три раза прочла текст. А вот поди же ты, будто бы по книге читаю, тщательно выговариваю каждый звук и внезапно понимаю, что это я сама говорю. САМА! Споткнулась на очередном слове от осознания, и увидела, что демон нетерпеливо подскочил:

– Читай, я хочу это видеть!

Чтение продолжилось, вместе с моими слезами, льющимися из глаз. Душа металась, не зная радоваться или нет, явному прогрессу в моем состоянии.

Краем глаза заметила движение со стороны дома, повернула туда голову и удивилась. К нашей тёплой компании шёл Корникс. Голова королевского дознавателя была в крови, походка шаткой, но шёл он уверено и я бы сказала – зло. Вельшарун не стал сидеть сложа руки, с его стороны полетела шевелящаяся мгла, накрывшая мужчину.

– Туайя!!! Остановись немедленно! Что ты творишь? – Раш Корникс соединил руки и резко выкинул их в мглу, земля словно охнула, принимая в себя чудовищный заряд силы. Заклинание демона не взяло дознавателя, но надолго ли? А лев кинулся в его сторону, я хотела замолчать и спросить Корникса, о чем он говорит, но с ужасом поняла, что остановится я не могу. Мой рот, помимо моей воли, исторгал звуки и слова.

– Остановись, ты же открываешь врата!! Остановись сейчас же!

Я зажмурилась и попыталась взять себя под контроль. Получалось плохо, голос стал протяжнее, но говорить я не перестала. Корникс достиг моего «круга безопасности», как я его называла про себя, а мой защитник лев, лишь ластился к нему как к старому знакомому.

– Ты сейчас убиваешь Адвина, механизм запущен, его врата открываются, чтобы их закрыть, нужна жертва.

В воздух взвились вихри силы, они закручивались в тугие спирали и пока ещё маленькими смерчами шевелили мне волосы и подол платья. Я словно стояла среди сухой грозы.

А мысли были в совершеннейшем беспорядке. О чем он говорит? Что за ерунду несёт Корникс, я ему не верю!

Только вдруг я поймала торжествующий взгляд демона, он уже не скрываясь щерился от предвкушения и до меня, наконец, дошло. Подлог. Ну, конечно, для существа такой мощи создать подобный подлог было плёвым делом. Меня поймали на моем фанатичном желании вернуть молодость и я с удовольствием пошла на крючок.

Судя по словам Корникса, сейчас открываются врата, демон тоже говорил об этом, а я лишь была игрушкой в его руках. Усилием воли я заставила себя замолчать, и тут же в голове раздались набаты грома, а из носа закапала кровь. Я размазывала ее под носом и недоумевала. Но мои силы иссякли, и я снова начала читать заклинание. Громовые раскаты продолжались, и я поняла, что это не мое воображение, а реальность. Демон закрутил головой и заорал:

– Зря стараешься, Адвин, я учёл свои ошибки и хорошо перекрыл лазейки, тебе не попасть сюда!

Корникс выкрикнул какие-то слова, сопровождая их пассами рук, но мерцающее облако не улетело ввысь, а всосалось демоном. Тот будто вырос за все это недолгое время. А слуги с леди Акуной так и сидели безучастно, не обращая внимания ни на битву магов, ни на меня, ни на даже свою промокшую одежду.

– Ещё энергии, колдун, – взревел Вельшарун.

У Корникса от гнева перекосило лицо, но здравый смысл и выучка дознавателяпомогли ему справиться с эмоциями, и он попытался взывать ко мне.

– Ты должна знать, каждым словом ты убиваешь Адвина, а после открытия врат и всех живущих в округе! Привратник не выживет, если ты откроешь путь демонам в наш мир. Ты должна остановиться!

Я схватила себя за горло, пытаясь перестать говорить и у меня даже что-то получилось, но тут взревел Вельшарун:

– Скажи ей, что будет, если она заткнется! Скажи ей, правдолюб!

Я перевела взгляд на Корникса, а тот отвёл свои глаза и ответил:

– Ты умрешь…

Эта картина отпечаталась в моей памяти на всю жизнь. Я помню ощущение мурашек в руках, свой дикий страх и растерянность. Как внезапно сгустились тучи: тяжёлые, мрачные, почти чёрные. Как ветер вздымал пряди волос из прически Корникса, который с гневом и презрением смотрел на меня. Как гром становился все тише, а мой голос все сильнее и увереннее. Как Вельшарун менялся, исподволь и почти незаметно. Глянешь в сторону, а после на него, а у демона уже новый рог торчит на спине. Ещё мгновение и лапа обретает массивность и нечеловеческое количество пальцев. Вот колеблется воздух вокруг него, словно зарево над пожаром и в этом зареве отчетливо видно, каким станет он – демон из преисподней.

До меня доходила суть происходящего: Адвин должен умереть, я сама убиваю его, каждым словом, каждым звуком, каждым движением рук.

Злость и отчаяние помогли мне принять решение: неужели я – старуха, без права и возможности на исцеление, смогу обречь любимого на смерть? Я хотела бы, чтобы он жил, ради этого я готова была умереть самой.

– Взываю к тебе Богиня мудрости и любви, возьми мое бренное тело, позволь Адвину жить. Закрой врата, низвергни демона, и лишь мою жизнь забери. Она не нужна мне без любви. Взываю к тебе, Богиня, услышь жалкую слугу твою, смой грех с этой земли, очисти ее от скверны и страха. Взываю к тебе, Богиня счастья, пусть солнце сожжет зло и дождь смоет прах… взываю к тебе, Богиня…

Первые слова вне заклинания дались трудно, мой язык будто стал мягким и тяжелым одновременно, думаю, что Корникс не сразу понял, что что-то изменилось. Дикция оставляла желать лучшего, я все ещё была во власти чёрных чар демона.

Моетфизическое состояние ухудшалось с каждой минутой: из носа уже не каплями, а хлестала кровь, ноги дрожали так, будто меня везли по самой каменистой дороге, а набат в голове отчетливо нарастал.

Я не знаю сколько прошло времени, только в одно мгновение я будто очнулась. Мне помогла протрезветь разумом боль, я опустила глаза вниз: змея, бывшая моим браслетом, который мне дала в защиту травница, укусила меня. На белой коже запястья отчетливо были видны две крупные точки укуса, из которых уже шла кровь и прозрачная жидкость.

«Яд» – подумала я и улыбнулась. «Спасибо, Богиня, теперь я спокойна».

А потом я умерла.