Текст книги "Лекарь для Дракона или (не)вернуть генералу власть (СИ)"

Автор книги: Ольга Ваниль

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 11 страниц)

Глава 23

Каэль сорвался с места как стрела, выпущенная из лука богов, и обрушился на первого орка, выскочившего из-за дерева. Тварь даже не успела понять, что произошло – её тело рухнуло на землю, а голова покатилась в сторону, оставляя за собой дорожку чёрной крови.

Каэль двигался так быстро, что я едва успевала следить за ним взглядом – он был везде и нигде одновременно, мелькая между деревьями как тень, как призрак, как сама смерть.

Неужели он всегда так умел?

Или что-то изменилось?

Его клинки рубили воздух со скоростью крыльев стрекозы. Щепки летели во все стороны. Ветки падали как подкошенные. Листья кружились в воздухе, окрашиваясь чёрной орочьей кровью.

Но орков становилось всё больше.

С каждой минутой, с каждой секундой их армия росла, словно сам мёртвый лес извергал из себя этих тварей бесконечным потоком. Я только успевала моргать, а их численность всё возрастала и возрастала, пока зелёные тела не слились в сплошную волну, готовую поглотить нас обоих.

Парочка зеленокожих зашла Каэлю за спину – я увидела их раньше, чем он. Увидела занесённый топор, увидела оскаленные клыки.

– Каэль! – закричала я. – Сзади!

Но было слишком поздно.

Топор обрушился ему на спину, и я зажмурилась, не в силах смотреть, как он падает, как его тело ломается под ударом, как жизнь покидает того, кого я только что любила.

Но вместо предсмертного крика Каэля я услышала орочий вопль.

Полный ужаса.

Полный боли.

Я открыла глаза – и застыла, не веря тому, что вижу. Те самые орки валялись мёртвыми у ног тёмного эльфа, которого я не сразу узнала. Да, это был Каэль. Но он стал другим. Совершенно другим.

Его кожа – смуглая, гладкая кожа, которую я ласкала несколько минут назад – теперь была покрыта чешуёй.

Твёрдой.

Блестящей.

Переливающейся золотом и чернотой в лучах утреннего солнца.

Чешуйки лежали плотно, как доспехи, выкованные в самом сердце вулкана, и каждая из них отражала свет, создавая иллюзию, что он окутан живым пламенем.

А его глаза...

Его глаза горели.

Не красным, а золотым.

Яростное пламя плясало в его зрачках, и тонкие струйки дыма поднимались от уголков глаз, растворяясь в воздухе.

Каэль стал непобедимым.

На моих глазах ржавый меч орка ударил его в грудь – со всей силы, с размаха, с рёвом – и отскочил, словно ударился о скалу.

Ни царапины.

Ни вмятины.

Ничего.

Каэль улыбнулся и бросился в бой.

Я не знаю, сколько прошло времени.

Минуты?

Часы?

Вечность?

Я стояла, прижавшись спиной к дереву, и смотрела, как он танцует среди врагов, как его клинки поют песню смерти, как орки падают один за другим, не в силах противостоять этой стихии.

Их становилось всё меньше.

Сначала – десятки.

Потом – единицы.

А потом последние из них побросали оружие и бросились бежать, спотыкаясь о тела своих павших собратьев, воя от ужаса, толкаясь и давя друг друга в отчаянной попытке спастись.

Каэль одержал победу. Один против сотни орков. И выглядел он... брутально. Он стоял посреди поля боя, тяжело дыша, и из его рта вырывались клубы густого пара, словно внутри него полыхала печь. Руки висели вдоль тела, сжимая окровавленные клинки, и чёрная орочья кровь стекала с лезвий, капая на землю.

Весь он был залит этой кровью – с головы до ног, как воин из древних легенд, как демон, вырвавшийся из преисподней.

Он подошёл ко мне, и я наконец смогла рассмотреть его вблизи.

Чешуя покрывала каждый дюйм его тела – мелкая на лице, крупнее на груди и плечах, переходящая в настоящие пластины на спине. Она была тёплой – я чувствовала жар, исходящий от неё – и твёрдой как сталь, но при этом гибкой, двигающейся вместе с его мускулами.

– Что с тобой? – прошептала я, касаясь его щеки.

Чешуйки под моими пальцами были гладкими, почти шёлковыми.

Каэль открыл рот, пытаясь ответить, но слова не шли – он сам не понимал, что с ним происходит, и его собственный вид пугал его не меньше, чем меня.

– Этого не может быть, – наконец выдавил он. – Пророчество...

– Какое пророчество?

– Что истинная целительница сможет пробудить...

– Дракона!

Мужской голос прозвучал неожиданно, и мы оба резко обернулись.

В стороне, в тени раскидистого дуба, стояла фигура с клинком в руке.

Валерик.

Я узнала его мгновенно – по голосу, по осанке, по этой хищной манере держаться, словно весь мир принадлежал ему по праву рождения.

– Каэльдрон, – произнёс Валерик с придыханием, и в его голосе смешались удивление, зависть и что-то похожее на благоговение. – Так ты и есть тот самый дракон.

Он вышел из тени и двинулся в нашу сторону – медленно, пошатываясь.

Чего ждать от него – я не знала. Но присутствие Каэля рядом не позволяло страху овладеть мной. Он был здесь. Он защитит меня. Он – дракон.

Позади Валерика из теней выступили другие эльфы – один, два, пять, десять – все с оружием в руках, все в повязках на глазах, все уставившиеся незрячими лицами на Каэля.

Что это – угроза?

Или что-то другое?

Каэль шагнул ко мне и крепко обнял, прижав к груди.

Его чешуя не причиняла мне вреда – она была тёплой и гладкой под моими ладонями – а огонь в его глазах медленно угасал, уступая место привычному алому цвету.

– Ты моё сокровище, – прошептал он мне на ухо. – Ты разбудила то, что спало во мне веками. Ты – моя истинная. Моя единственная.

Я улыбнулась, и он улыбнулся мне в ответ – нежно, тепло, совсем не так, как улыбался в бою.

Валерик подошёл совсем близко, и клинок в его руке продолжал ловить солнечные блики, напоминая о том, что опасность никуда не делась.

Я почувствовала, как напрягся Каэль – его мышцы окаменели, чешуя стала твёрже, жарче.

Даже он не знал, чего ожидать от своего брата.

Его руки крепко обхватили меня, прижимая к себе так сильно, что я чувствовала биение его сердца. Мощного. Горячего. Драконьего сердца, которое билось только для меня.

Валерик остановился в нескольких шагах от нас.

Его губы растянулись в улыбке – злобной, кривой, не обещающей ничего хорошего.

Повязка скрывала его глаза, и я не могла прочитать, что в них – ненависть? зависть? безумие? – но мне и не нужно было видеть.

Я чувствовала.

Всей кожей, всем телом, всей душой. В его прогнившей душе не было ничего хорошего.

Глава 24

– Каэль, – Валерик наконец заговорил, и в его голосе змеилась усмешка, ядовитая и холодная. – Если ты думаешь, что я и мои воины преклоним перед тобой колено – этому не бывать.

– Я и не прошу! – рявкнул Каэль, и его голос прокатился по лесу раскатом грома.

– Мы не признаём тебя.

– Я вернусь домой, – Каэль говорил твёрдо, чеканя каждое слово как монеты из чистого золота. – Совет будет обязан меня признать и передать власть в мои руки. И тогда ты преклонишь колено, хочешь ты этого или нет. Брат мой, не делай глупостей. Ты видел, на что я способен. Я – будущий генерал. Я смогу очистить земли от орков! У нас наконец появилась надежда жить в мире...

– Разве ты не понял? – Валерик запрокинул голову и рассмеялся. – Нам не нужен мир. Мы – тёмные эльфы. Мы созданы для войны.

– Это ложь! Тебе запудрили мозги!

– Нет, брат мой, – Валерик качнул клинком в мою сторону, и я почувствовала, как внутри всё сжимается от этого жеста. – Это тебе запудрили мозги. Эта светлая эльфийка. Посмотри на себя – стоишь посреди леса в обнимку с ней. На кого ты стал похож? На обычного жителя поверхности – слабого и глупого! Она сделала тебя слабым. Она просто подогнала тебя под себя.

– Нет! – взревел Каэль.

Его руки сомкнулись вокруг меня ещё крепче, словно он боялся, что кто-то попытается меня отнять.

– Ты не знаешь, что такое любовь, – его голос стал тише, но от этого не менее страшным. – Твоё сердце холодно и навсегда останется в плену льда. Но не списывай остальных – тех, у кого ещё есть надежда. Я видел лица жителей нашего города...

– И что? – Валерик склонил голову набок, как хищная птица, высматривающая добычу. – Что ты там увидел?

– Скорбь. Желание вырваться из плена тьмы.

– И давно ты стал заглядывать в лица простолюдинов? – Валерик сделал шаг ближе, и я почувствовала, как напряглось тело Каэля. – Каэль, я тебя не узнаю. Ты – сын настоящего генерала и верховной правительницы. Мы – сыновья сильнейших из нашего рода, и мы должны этот род сохранить. Мы – не только история и настоящее. Мы – будущее!

– Если мы продолжим убивать и грабить, – Каэль говорил медленно, словно объяснял очевидное упрямому ребёнку, – если мы продолжим сидеть под землёй, используя редкие вылазки на поверхность только чтобы разжиться очередными рабами – у нас не будет никакого будущего. Оглянись вокруг! Орки повсюду. Они построят свои города над нашими головами, срубят все деревья. Рано или поздно они доберутся до нас и уничтожат.

– Мы надёжно укрыты прочным камнем. Нам опасность не грозит. А если орки и решатся штурмовать наш город, у нас есть настоящий генерал, который поведёт нас в битву. А не будет стоять и жевать сопли, как ты.

– Тогда убирайся отсюда к своему генералу.

Валерик снова засмеялся. Он был безумен. Это читалось в каждом его движении, в каждом слове, в каждом оттенке его голоса.

Он до конца не понимал, на кого поднял меч.

Эльфы, стоявшие позади Валерика, двинулись вперёд, образуя вокруг нас плотное кольцо.

Я не питала иллюзий насчёт их намерений – их клинки были обнажены, и острия смотрели прямо на нас. Каэль тоже всё понял, окинув толпу воинов быстрым нервным взглядом.

– Вейрон, что за глупость ты задумал?

– Я признаю одного генерала, – Валерик выплюнул слова как яд. – Это наш... Это мой отец. А ты – самозванец.

– Ты совсем из ума вышел? – Каэль шагнул вперёд, загораживая меня собой. – Если вы осмелитесь напасть на нас – никто... Слышишь меня? Никто из вас не останется в живых! Это я тебе обещаю!

Валерик запрокинул голову назад, и его тело затряслось от хохота.

– Каэль, брат мой, – Валерик наконец успокоился, вытирая невидимые слёзы, – если тебе удалось в одиночку справиться с кучкой орков, это ещё ничего не значит. Мы – совсем другие противники. Нас учили убивать с колыбели. Или ты забыл?

Меч в руке Валерика закружился, рассекая воздух с неприятным гулом, похожим на жужжание гигантского шершня.

Страх сжал моё горло ледяными пальцами.

Мы закружились вместе с Каэлем – спина к спине – и я видела, как он изучает окруживших нас воинов, их стойки, их оружие, их готовность убивать.

Они тоже подняли клинки.

Направили их против нас.

Битвы было не миновать.

Каэль вжал меня в себя ещё сильнее, и я ощутила его горячее дыхание на своей макушке, его сладковатый запах – запах дыма и чего-то пряного, драконьего.

Когда он заговорил, я была готова слушать его голос целую вечность.

– Всё будет хорошо, – прошептал он так тихо, что услышала только я.

И я поверила ему.

Поверила безоговорочно.

В следующий миг тёмные эльфы бросились на нас.

Каэль резко отпрыгнул в сторону, увлекая меня за собой, и я только успела моргнуть, как оказалась за его спиной.

За его огромной спиной, которая прямо на моих глазах начала меняться.

Чешуя проступала сквозь кожу – сначала отдельными пластинками, потом целыми рядами, – золотисто-чёрная, блестящая, твёрдая как сталь.

Его пальцы вытянулись, искривились, и из кончиков выросли когти – огромные, острые, способные вспороть броню как бумагу. Он становился драконом прямо у меня на глазах. Но я не собиралась просто стоять и смотреть.

Огонь вспыхнул внутри меня – знакомый, горячий – и разлился по телу волной жидкого золота.

Защитные щиты окутали нас обоих, и солнечный свет заиграл на невидимой преграде, вводя в замешательство тёмных эльфов.

Валерик напал первым.

Его клинок обрушился на Каэля сверху, и лязг металла о чешую разнёсся по лесу как удар колокола.

Кто-то из эльфов ухнул от неожиданности.

Я метнулась к дереву, где лежал мой меч. На меня налетели двое, но мой щит выдержал первый удар, потом второй. Третий я отразила мечом, который успела подхватить с земли в последний момент.

Лезвия столкнулись, искры брызнули во все стороны.

Двое эльфов отступили.

Краем глаза я видела Каэля – он отражал удары брата, уклонялся, парировал, но не бил в ответ.

Он ощущал свою мощь и боялся её.

Боялся убить Валерика одним ударом.

Боялся остаться без брата, каким бы подонком тот ни был.

Я снова отразила удар, и ещё один, и почувствовала, что мой щит не спадает – наоборот, он словно стал крепче, плотнее, надёжнее.

Я начала напирать на врагов, теснить их, и они отступали, не понимая, откуда во мне столько силы. И тут раздался рёв. Звериный. Утробный.

Такой громкий, что у меня заложило уши.

Почти все замерли и обернулись.

– Орки! – вырвалось у меня.

И я оказалась права.

Лес вокруг нас ожил – но не так, как оживает лес весной.

Верхушки деревьев затряслись, задёргались во все стороны, словно невидимые великаны пробивались сквозь чащу.

Нас снова окружили.

И это кольцо было куда страшнее тёмных эльфов.

Первая тройка орков вырвалась из кустов прямо рядом со мной и обрушилась на эльфов с такой яростью, что те не успели даже вскрикнуть.

Ржавые топоры столкнулись с эльфийскими клинками.

Искры.

Лязг.

Крики.

Кровь.

Орки напирали, эльфы отступали, и граница между врагами и союзниками размылась в считанные секунды.

Позади меня раздался рёв – я обернулась.

Слева – ещё один.

Справа – третий.

Орки хлынули отовсюду, зелёной волной, неостановимой и беспощадной.

Я закружилась на месте, пытаясь уследить за всем сразу, и видела только огромные зелёные тела – на голову выше Каэля, вдвое шире в плечах, ощерённые клыками и залитые чужой кровью.

Удар в спину застал меня врасплох.

Дубинка обрушилась на мой щит с такой силой, что меня бросило вперёд. Но щит выдержал, а дубинка разлетелась в щепки.

Орк уставился на свою пустую руку с таким недоумением, будто она предала его впервые в жизни.

Одного удара мечом хватило, чтобы он рухнул замертво. Двое других эльфов не успели – орочья волна захлестнула их, утрамбовала в траву, растоптала.

Навсегда.

Волна двигалась дальше.

Нацелившись на меня.

Я вскинула меч и приготовилась к тому, что будет дальше.

Глава 25

Рядом со мной что-то просвистело – так близко, что ветром вскинуло волосы, обдав лицо жаром и запахом крови.

Каэль врезался в стройный ряд орков как пушечное ядро, как таран, как сама смерть, явившаяся за своей добычей. Зелёные тела разлетелись в разные стороны – кто-то ударился о дерево, кто-то покатился по траве, кто-то остался лежать там, где упал, больше не шевелясь.

– Их слишком много! – крикнул Каэль, рубя направо и налево. – Они повсюду!

– Я не слепая! – огрызнулась я, отбивая очередной удар. – И не глухая тоже, если тебе интересно!

Не самое подходящее время для сарказма, но что поделать – нервы.

Я огляделась, пытаясь оценить обстановку.

Тёмные эльфы сражались с орками – или, вернее, пытались сражаться, потому что зелёная волна накатывала снова и снова, захлёстывая их с головой.

Мой взгляд метался по полю боя, выискивая знакомую фигуру.

Валерик. Где он? Куда запропастился этот ублюдок? От него можно было ждать чего угодно – даже кинжала в спину в разгар битвы.

Додумать я не успела – два орка налетели на меня одновременно, размахивая ржавым железом. Первому я проткнула бок, и он отвалился в сторону, хрипя и зажимая рану. Второй оказался упрямее – он обрушился на меня сверху и принялся колотить топором по моему щиту, брызжа слюной и рыча от ярости.

Удар.

Ещё удар.

Ещё.

Он не понимал, почему я не падаю, почему не истекаю кровью, почему его топор отскакивает от пустого воздуха. Я оступилась – нога подвернулась на чём-то скользком – и рухнула на траву.

Орк навис надо мной, заслонив небо своей уродливой тушей. Вскинул топор над головой. Оскалился. И в этот момент Каэль врезался в него сбоку.

Они вместе пролетели несколько метров и впечатались в толстый ствол дуба с такой силой, что дерево разлетелось в щепки.

Орк остался лежать в куче обломков.

Каэль поднялся, отряхнулся и протянул мне руку. Я огляделась – тёмных эльфов почти не осталось. Кто-то валялся на земле, уставившись пустыми глазами в небо. Остальные бежали – врассыпную, бросая оружие, не оглядываясь. Часть орков погналась за убегающими, но добрая дюжина осталась – и они явно не собирались уходить без нас. Я вскочила на ноги и рубящим ударом отогнала ближайшего орка, заставив его отшатнуться. Второму всадила клинок прямо в бедро – он взвыл, выронил топор, и пока он рычал от боли, я выдернула меч и ударила его в грудь.

Орк икнул – удивлённо, почти обиженно – и свалился замертво. Каэль приземлился на третьего откуда-то сверху, буквально втоптав его в землю.

– Их слишком много, – выдохнул он, оглядываясь.

– Да, – я чувствовала, как силы утекают из меня с каждой секундой. – Щит слабеет. Бесконечно сражаться мы не сможем.

Я осмотрелась ещё раз.

– А где твой брат?

Каэль огляделся, и его губы сжались в тонкую линию.

– Наверное, сбежал. Да и нам пора уходить.

Он схватил меня за руку – его ладонь была шершавой от чешуи и такой горячей, что я едва не отдёрнула руку.

И вдруг вспомнила утро.

Его поцелуи.

Его прикосновения.

Его тело над моим.

Господи, сколько прошло? Минут двадцать? Кажется – целую вечность. Я была готова идти за ним хоть на край света. Мы ринулись через лес. Двое орков попытались преградить нам путь – Каэль отшвырнул их одним движением, как надоедливых мух, расчищая дорогу.

Мы бежали, не оглядываясь, и я чувствовала орочье дыхание на затылке, слышала топот их тяжёлых ног, их рёв, их ругательства на том гортанном языке, который я не понимала и не хотела понимать. Но они отставали. Постепенно топот становился тише. Рёв – глуше. Вскоре мы уже не слышали ни хруста веток, ни безумных криков.

Орки отстали.

Но не ушли – я знала это точно.

Оставаться в лесу не было смысла. Рано или поздно они соберутся с силами и нагонят нас. Каэль остановился, тяжело дыша, упираясь руками в колени. Я тоже не была олимпийской чемпионкой по бегу – такие забеги вызывали у меня одышку, боль в боку и острое желание лечь и не вставать ближайшие лет десять.

– Нам нужно вернуться в пещеры, – сказал он, выпрямляясь.

Я поняла, что другого варианта у нас нет. Нам придётся сунуться в осиное гнездо. Добровольно. По собственному желанию.

Надеюсь, Каэль знал, что делает.

– Мы предстанем перед советом, – продолжил он довольно уверенно. – И докажем, кто истинный генерал. Наша связь – это святой союз, обещанный древним пророчеством.

Святой союз.

Я едва сдержала смешок.

– Союз хороший, слов нет, – пробормотала я. – Особенно утром.

Каэль бросил на меня взгляд – и уголок его губ дрогнул.

– Ты уверен, что они примут нас? – спросила я уже серьёзно.

– Примут. Им некуда деваться.

На его лице читалась уверенность, которую невозможно было сломить ничем – ни страхом, ни сомнениями, ни здравым смыслом. А в глазах снова мелькнул огонь – золотой, яркий, драконий.

Он верил в себя.

И я не могла в нём сомневаться.

Хотя снова спускаться в подземелье мне хотелось примерно так же, как совать голову в пасть крокодилу – то есть совершенно не хотелось.

Но там была моя семья. Мама. Эльфы, которые стали мне родными. Их нужно было вытащить, иначе они погибнут.

Мы добежали до входа в пещеру. Каэль присел, изучая землю.

– Смотри, – он указал на примятую траву. – Валерик и его воины вышли отсюда. Судя по следам – они уже вернулись обратно.

– Это плохо? – спросила я, чувствуя, как холодеет внутри.

– Уже неважно, – он выпрямился и посмотрел мне в глаза. – Он сделал свой выбор. Теперь моя задача – показать ему верный путь.

Мы вошли в пещеру и двинулись в глубину, туда, где нас должен был ждать Нокс.

Он оказался на месте – терпеливый, верный, свернувшийся мохнатым клубком в темноте туннеля. При нашем появлении он поднял голову, и его многочисленные глаза заблестели в тусклом свете. Мы взобрались на его спину и двинулись вперёд.

Каэль управлял пауком – ловко, уверенно, грациозно, словно всю жизнь только этим и занимался. Его раны полностью зажили, и он снова был тем воином, которого я встретила в первый день. Только теперь он был моим воином.

У меня перехватило дух, когда он резко направил Нокса в узкий проход, и мы начали спускаться по вертикальной стене.

Я прижалась к спине Каэля, обхватив его руками. И заметила странное. Жар, который раньше исходил от его тела волнами – исчез. Он стал обычным. Тёплым, но не горячим. Чешуя, покрывавшая его кожу, полностью исчезла, обнажив гладкую тёмную кожу. Он больше не был драконом. Здесь, под землёй, вдали от солнца – он был просто эльфом.

Мы спустились по стене и выехали на широкую тропу, ведущую к каменному городу. Дорога петляла между сталактитами и выступами скал, и с каждым поворотом я чувствовала, как нарастает тревога. А потом мы нарвались на засаду. Путь нам преградили эльфы – десятки, может, сотни – выстроившиеся в ровный ряд поперёк тропы.

Каэль резко остановил паука.

Можно было попытаться взобраться на стену и обойти преграду сверху, но я видела лучников – десятки лучников, нацеливших на нас стрелы.

Бежать было некуда.

– Ты можешь обратиться в дракона? – шепнула я Каэлю на ухо, хотя уже знала ответ.

– Я пытаюсь, – его голос звучал напряжённо. – Но не получается.

Страх сжал моё сердце ледяными пальцами.

А потом я поняла.

Мы под землёй.

Здесь не работает моя магия – я чувствовала это, пустоту внутри, там, где раньше пылал огонь. А значит, и Каэль не может стать драконом.

Мы пришли в логово врага.

Добровольно.

Беззащитные.

Я попыталась пробудить пламя внутри себя – изо всех сил, до боли в висках – но ничего не вышло. Только пустота. Только темнота.

– Не бойся, – Каэль накрыл мою руку своей.

– С тобой не боюсь, – ответила я, и это была правда.

Ровный ряд эльфов разошёлся по центру, как занавес в театре, пропуская вперёд тёмную фигуру.

Плащ.

Доспехи.

Знакомая осанка хищника.

Генерал Торвек собственной персоной.

Неужели явился лично нас поприветствовать и сложить бразды правления к ногам своего сына? Что-то подсказывало мне, что нет.

Каэль спрыгнул с паука и пошёл навстречу отцу – прямой, уверенный, бесстрашный.

– Отец, – его голос разнёсся по пещере. – Рад тебя видеть. Я спешу сообщить тебе, что я...

– Что ты Генерал-дракон?

В голосе Торвека звучала издёвка.

– Да, – Каэль не дрогнул. – Теперь я – Генерал-дракон.

– Не смеши меня, сын.

Торвек подошёл ближе, и я увидела его лицо – холодное, жёсткое, без тени отцовской любви.

– Посмотри на себя. Какой ты дракон? Ты обычный воин, каких у меня тысячи. А доказать сможешь?

– Смогу, – Каэль говорил твёрдо. – Но прежде нам нужно подняться наверх. На солнечный свет...

– На солнечный свет? – Торвек расхохотался, и этот смех эхом разнёсся по пещере. – Ты издеваешься надо мной? Какой от тебя прок, если здесь, в непроглядной тьме, ты не можешь раскрыть свой истинный потенциал? Ты – самозванец. Понимаешь, сынок? Здесь любой может объявить себя драконом.

Пауза.

Торвек склонил голову набок, изучая сына.

– Но... я верю тебе.

Я моргнула.

Что?

– Твой брат подтвердил твои слова, – продолжил генерал. – Он видел тебя в образе дракона. А не доверять словам своего сына я не могу.

Каэль молча выслушал издевательские слова отца, и я видела, как напряглась его спина, как сжались кулаки, как заиграли желваки на скулах – но он не дрогнул, не отступил, не опустил взгляд. Несколько долгих мгновений они стояли друг напротив друга – отец и сын, генерал и воин, старая власть и новая надежда – и воздух между ними звенел от напряжения, густой и тяжёлый, как перед грозой.

– Тогда ты пропустишь меня на совет, – наконец произнёс Каэль. – Там ты подтвердишь мои слова перед всеми.

– Ни за что!

Торвек шагнул вперёд, и его плащ взметнулся за спиной как крылья хищной птицы. Его лицо исказилось от гнева.

– Ты что, не слышал меня? От тебя нет никакого прока, ты – обычный воин в стенах нашего дома. Обычный!

Он произнёс это слово так, будто смаковал его на языке, растягивая каждую букву, наслаждаясь тем, как оно звучит, как бьёт, как унижает. Обычный. Не особенный. Не избранный. Не дракон. Просто один из тысяч.

Я видела, как эти слова ударили Каэля – не физически, но от этого не менее болезненно. Его собственный отец, человек, который должен был гордиться им, защищать его, верить в него – стоял и втаптывал его в грязь перед толпой воинов. Но Каэль выпрямился ещё сильнее, расправил плечи и посмотрел отцу прямо в глаза – без страха, без сомнения, с той несгибаемой волей, которая заставила меня влюбиться в него.

– Тогда я докажу свою силу в бою, – его голос был спокоен, но в нём звучала сталь. – Если ты не веришь словам – поверишь делам.