Текст книги "Последняя песня упавшей звезды (СИ)"

Автор книги: Ольга Валентеева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 16 страниц)

ГЛАВА 31

Этим вечером Фран долго сидел в кабинете над бумагами, оттягивая момент разговора с женой. По всему выходило, что ему следовало извиниться за вчерашнее. Он напился, едва не устроил скандал, вел себя непотребным образом и уснул в чужой постели. Самому от себя было тошно, а разъяснения Артура оказались более чем убедительными, и теперь Ференц чувствовал себя глупцом. Остолопом, который наворотил дел, и стыдно смотреть в глаза окружающим.

Он посидел еще немного, все-таки поднялся и направился в комнаты супруги. Опасался, что Тильда уже легла, но нет, ее величество бодрствовала. Она сидела у зеркала в своем будуаре, а служанки помогали ей подготовиться ко сну, расплетали волосы.

– Ваше величество? – Она обернулась и поднялась навстречу супругу, слишком бледная, слишком испуганная.

– Я пришел поговорить с вами, – тихо произнес Ференц, и прислуга поторопилась убраться с глаз.

– Время позднее, – напомнила Тильда.

– И пусть. Разговор будет недолгим. Тильда, накануне я вел себя не самым достойным образом.

– Сказать прямо, вы были возмутительно пьяны, – напомнила супруга.

– Да, я был пьян. Не отрицаю. Но вы… Вы тоже виноваты. Я видел, как вы шушукались в беседке с Донтоном. Напоминаю вам, что подобное для королевы немыслимо. Если бы вас кто-то увидел…

– Нас увидели вы, ваше величество, – тихо произнесла Тильда. – Но я не собираюсь оправдываться, потому что между нами не происходило ничего предосудительного. Я всего лишь гуляла и встретила тея Донтона. Решила узнать, как он себя чувствует.

– В беседке? – В душе Ференца снова начал подниматься гнев.

– А что, мы не могли встретиться возле беседки? – Тильда возмущенно взглянула на него. – Мы говорили всего минут пять-шесть, он рассказал мне о нападении. Что в этом такого?

– Вы королева, – процедил Ференц. – И должны помнить, что за вами наблюдает весь Лиммер.

– За мной следит его король, – фыркнула девушка, не сдержавшись.

– Да, потому что вы моя жена. И мне неприятно видеть рядом с вами посторонних мужчин.

– Но вы ведь сами говорили, что тей Донтон – в высшей степени достойный человек, и я могу ему доверять. Он ничем не оскорбил ни меня, ни вас, ваше величество. Но если вам неприятно, что я поинтересовалась его здоровьем, обещаю впредь этого не делать.

– Уж будьте так любезны.

Фран помнил, что пришел мириться, а не ссориться, но сейчас все его благие намерения летели в пропасть. Злость снова охватила его. Он уже жалел, что пришел. Надо было сделать каменное лицо, вроде бы все случилось так, как должно. Но у него не получилось. Он чувствовал себя виноватым, а Тильда… Тильда сейчас только подливала масла в огонь. Она стояла перед ним: прекрасная, величественная, недосягаемая. И Ференц понимал, что между ними никогда не будет ничего большего, чем эта пикировка и взаимные упреки.

– Надеюсь, сегодня вы не будете распускать руки? – резко спросила королева, и Ференц почувствовал, как краска заливает его до ушей, как мальчишку, никогда не видевшего женских прелестей. – Или хотя бы после этого не уснете раньше, чем я вернусь из ванной?

Он не ответил. Вылетел из комнаты супруги, громко приложив дверью. Понимал, что выглядит отвратительно, глупо, но ярость была сильнее его. Почему в устах Донтона все звучало просто и понятно? Почему сейчас ему казалось, что Арт наврал с три короба?

Ференц ворвался в свой кабинет. Напиться хотелось с небывалой силой, но он не имел права терять голову. Король должен во что бы то ни стало сохранить ясный рассудок. Кажется, ему это не грозило. И если он сейчас не напьется до крепкого беспробудного сна, то вернется к Тильде и продолжит беседу. И закончится все скверно, очень скверно.

Ференц прихватил бутылку вина и направился в спальню.

– Не беспокоить, – рявкнул он охране. – Никого ко мне не впускать, даже слуг.

И закрыл дверь, отгородившись от них. Скинул камзол, снял ремень, закатал рукава рубашки и рухнул на постель. Отшвырнул на столик пробку с ополовиненной бутылки и сделал большой глоток. Что делать? Что же ему, тьма всех прибери, делать? Если он не может доверять никому: ни родным, ни друзьям, ни жене, ни придворным. Ференцу казалось, что он сходит с ума! В голове гудело. Еще один глоток, и еще…

Нет, он не напился, вопреки желанию. Отставил бутылку, повернулся на бок и закрыл глаза. Хотелось, чтобы сразу настало утро, и призраки ночи исчезли вместе с темнотой. Но ночь была длинна, и Фран чувствовал себя разбитым, потерянным и бесконечно одиноким.

– С каких это пор ты начал жалеть себя? Соберись! – пробубнил он под нос.

Не помогло, зато Ференц наконец-то уснул. А проснулся оттого, что кто-то тряс его за плечи. Как оказалось, один из охранников-новичков.

– Пожар, ваше величество! Пожар! – затараторил юноша.

Что? Пожар? Фран мигом подскочил с кровати, заметался по комнате, выглянул в окно и увидел отблески пламени в окнах коридора.

– Где именно горит? – резко спросил он.

– Третий этаж. Вспыхнуло сразу в нескольких местах. Надо уходить, ваше величество!

– Надо вывести людей. Пусть слуги всех будят и выводят в парк, подальше от дворца. Тушить…

– Уже послали за отрядом пожарной охраны и тушим своими силами.

– Отправьте кого-то за моей матерью. И братом тоже. И…

Тильда! Там, где Фран видел огонь, располагаются комнаты Тильды!

– Королеву вывели? – резко спросил он.

– Не могу знать, ваше величество, – растерянно ответил охранник. – Прошу, идемте. О ее величестве позаботятся.

Но Ференц чувствовал: что-то не так. Он привык полагаться на интуицию, она не единожды спасала ему жизнь. И вместо того, чтобы поспешить в парк по затянутой дымом лестнице, он бросился к покоям супруги.

– Ваше величество! – Охранник бежал за ним. – Ваше величество!

Но Ференц и не думал останавливаться. У комнат королевы дыма и вовсе стало много. Фран прикрыл лицо рукой, чтобы меньше вдыхать едкую вонь. Они с охранником дернули двери, застучали по ним – кажется, заел замок.

– Помогите! – расслышал он слабый голос Тильды.

– Она там! – крикнул он охраннику, и они вместе налегли на двери, вынесли их, врываясь в помещение.

В будуаре на полу лежала служанка. Она была без сознания.

– Выноси девушку, – скомандовал Ференц.

На этот раз охранник не стал спорить. Он подхватил на руки бездыханную фрейлину, дежурившую у двери своей королевы, и понес прочь, подальше от дыма и пламени, которое ревело где-то совсем близко. Фран влетел в спальню Тильды. Его жена тоже уже не звала. Она осела на пол и, кажется, слабо понимала, что происходит вокруг.

– Тильда! – Ференц легонько ее потряс. – Надо идти.

Но королева не пошевелилась, только закатились глаза. Фран подхватил ее на руки и бросился к выходу из спальни. В будуаре уже не было ничего видно, сплошной дым! Он заметался, выискивая дверь, и, наконец, вырвался в коридор. Здесь уже вовсю бушевало пламя. Оно ревело, рвалось. Глаза слезились, легкие разрывало от кашля.

– Ваше величество!

Ференца обступила охрана. У него попытались отобрать его ношу, но он дернулся, не оставляя такого шанса. Его сознание мутилось, и король слабо понимал, куда идет. Его увлекли куда-то в сторону от огня, помогли спуститься по лестнице и вывели в парк, а там Фран скорее из упрямства все шел и шел, пока не почувствовал, как подкашиваются ноги. И вот незадача! Он находился как раз возле той самой сиреневой беседки. Он понес Тильду туда, чувствуя, что вот-вот упадет и выкашляет легкие. В голове звенело, перед глазами плыла пелена.

– Бедная девочка! – откуда-то слышался голос королевы Изабеллы. – Фран, ты уронишь ее. Ференц!

Однако король не сдавался. Он вошел в беседку и опустил супругу на расстеленный кем-то плащ.

– Живи, – шептал он. – Ты только живи, ладно? Все еще можно исправить, все можно изменить.

Сам он снова судорожно закашлялся. Легкие горели.

– Целитель вот-вот будет здесь, ваше величество, – заверил его охранник. Тот самый, который вынес фрейлину. Надо наградить мальчишку.

Целитель действительно появился: суровый, сосредоточенный. Он попытался было заняться самочувствием короля, но тот пробормотал:

– Нет, сначала Тильда.

Мужчина покачал головой, но противиться не стал. Он замер над королевой, призвал свою магию, и свет окутал хрупкое тело. Теперь Ференц мог лишь смотреть, как постепенно смертельная бледность уходит с лица его жены, как Тильда открывает глаза и обводит беседку непонимающим взглядом.

– Она будет жить, с ней все будет в порядке, – заверил целитель. – А вы наглотались дыма, отравление…

И этот про яд! Фран махнул рукой, отгоняя целителя, и наклонился к Тильде.

– Как ты? – спросил хрипло и едва уловил ответ. Его жена произнесла лишь одно имя. После чего Фран поднялся и, шатаясь, пошел прочь, разгоняя столпившихся придворных. Крыло дворца, в котором жили они с Тильдой, пылало. Так же горело у него в груди, потому что, едва вернувшись в мир живых, его королева произнесла:

– Артур.

КОНЕЦ 1 КНИГИ