Текст книги "Последняя песня упавшей звезды (СИ)"

Автор книги: Ольга Валентеева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 16 страниц)

ГЛАВА 27

Целитель не солгал. С каждым днем Арт чувствовал себя все лучше, а его неожиданные спасители не собирались никуда исчезать. Нэтти обычно ночевала в квартирке Артура, утром уходила на работу в свою контору, и ее сменял Джей. Когда у Нэтти выдался выходной, мальчишка умчал на рынок и принес оттуда множество вестей. Поговаривали, что на границе с Илондом неспокойно, и король приказал усилить армию. Еще болтали, что вот-вот поднимут налоги, и вроде как его величество убеждали, что сейчас этого делать не стоит, но король не стал прислушиваться к чужим советам. Одним словом, болтали много. Арт слушал и улыбался. Он ощущал себя так, будто снова обрел дом.

Вечером накануне его возвращения на службу они сидели втроем. Принесли из трактира поднос с ужином, наслаждались вкусной едой, а теперь устроились поудобнее и болтали о ничего не значащих мелочах. Нэтти рассказывала, как прошел ее рабочий день. Джей – о каком-то из знакомых с рынка, который пытался продать несвежую говяжью ногу, за что этой же ногой и был бит. Тихо, спокойно, уютно… Арт мало говорил, больше слушал, уже понимая, что завтра придется вернуться в водоворот интриг. Накануне охрана Франа должна была пополниться новичками. Завтра нужно лично их проинструктировать, указать на самое главное в службе, обсудить возникшие за первые дни вопросы.

– О чем ты так напряженно думаешь? – спросила Нэтти.

– О том, как лучше организовать охрану его величества, – искренне ответил Арт.

– Ого! – Джей даже подпрыгнул. – Так ты служишь в охране самого короля?

– Я ею руковожу, – поправил Донтон. – Всего неделю как, но видишь, за эти дни меня уже попытались убить.

– Неблагодарное дело, – фыркнул мальчишка. – Платят хоть хорошо?

– Да… наверное.

Вопрос жалования Артур с Франом не обсуждал, и сейчас вопрос Джея заставил его едва ли не рассмеяться. Получается, он служит Ференцу бесплатно? Конечно, это была всего лишь шутка, но ведь и правда Арт даже не спросил, сколько ему будут платить. Забавно…

– И как там, в королевском дворце? – Глаза Джея горели неподдельным любопытством.

– Красиво, но неуютно, – ответил Артур. – Это не самое приятное место, поверь. Там все только и думают о том, как сделать другому гадость. Впрочем, такая обстановка не только в Лиммере.

– Да? А где еще?

Арт понял, что едва не проговорился о своей миссии в Илонде. Да, она осталась позади, но недаром есть такое определение, как государственная тайна. Все подробности его миссии – только между ним и Ференцом. Никто больше не должен ничего знать.

– Думаю, повсюду, – выручила его Нэтти. – Власть не делает жизнь легче. Наоборот, накладывает дополнительные обязательства.

– Да, не хотел бы я быть королем, – задумчиво заметил Джей. – Все о тебе злословят, следят, что ты делаешь: что ешь, пьешь, с кем гуляешь, где бываешь. Неприятно! С другой стороны, короли вкусно едят и спят на мягкой перине.

– А мы разве невкусно кушаем? – Нэтти указала на пустые тарелки. – Отнеси-ка их в трактир и отдай Миле.

Джей послушно подхватил посуду, поставил на поднос и понес вниз, только застучали шаги.

– Он замечательный, – улыбнулась Нэтти.

– Согласен, – кивнул Арт. – Я теперь буду на службе, а Джею предложил остаться в этой квартирке. Присмотри за ним, пожалуйста. Он, конечно, парень самостоятельный, но все-таки ребенок.

– Хорошо, – пообещала его соседка. – Мне в радость. Привыкла, что рядом всегда близкие, и теперь так пусто без них.

Арт прекрасно ее понимал. Дыра, нанесенная смертью матери, никак не желала затягиваться. А он даже не сходил на ее могилу… Казалось, это убедит его: потеря неотвратима, ничего не изменить.

– Ты ведь тоже потерял кого-то, да? – сразу заметила Нэтти.

– Мою маму, – ответил Артур. – Когда я уехал из Лиммера, она осталась тут. Меня обвинили в тяжелом преступлении, и матушка не вынесла позора.

– Но ведь она знала, что ты ни в чем не виноват. Должна была понимать. Ведь так?

– Думаю, она понимала. – Арт склонил голову. – Просто беспокоилась обо мне, и это подкосило ее здоровье. Я затеял дома ремонт, потому что знаю: ее там больше никогда не будет, а все напоминает о ней.

– Мне жаль.

– Благодарю.

Артур пожал прохладные пальчики Нэтти. В комнату ворвался Джей.

– Все отнес! – на бегу воскликнул он.

– Молодчина, – улыбнулась ему хозяйка соседней квартиры. – Завтра Артур уйдет на службу, так что остаешься за старшего. Меня не будет до пяти. Вернусь, и поужинаем вместе, хорошо? А обед возьмешь сам, я потом заплачу.

– Я и сам могу оплатить свой обед, – напыжился мальчишка. – И тоже завтра пойду работать, вот так! А вы возвращайтесь поскорее, без вас будет скучно.

Да, действительно, сюда хотелось вернуться. Джей устроился на раскладушке, которую где-то нашла Нэтти специально для него, Арт проводил соседку и тоже лег. В тишине комнаты раздавалось только тихое дыхание его соседа. Странно, но за эти дни мысль о Тильде не приходила. Она возникла только сейчас, так как завтра его ожидало возвращение во дворец. И Арт надеялся, что теперь его служба будет более плодотворной и не ограничится парой дней.

Утром он поднялся на рассвете, оделся и направился в свой старый дом, где осталась форма. Там приказал подготовить экипаж и поехал на службу.

В это утро как раз дежурили ребята, отобранные в академии. Оба смотрели в оба и казались преисполненными чувства гордости. Юность… Арт украдкой улыбнулся, чтобы не обидеть таких важных вчерашних курсантов.

– Здравствуйте, тей Донтон, – дружно приветствовали его.

– Здравствуйте, теи, – ответил Арт. – Когда закончится ваше дежурство, зайдите ко мне.

– Будет исполнено, – сказали те в один голос.

– Что нового? Были ли какие-либо происшествия этой ночью?

– Никак нет, тей Донтон, все спокойно.

– Когда его величество проснется, доложите ему, что я вернулся и заступил на службу.

Выслушав уверения, что все будет выполнено в лучшем виде, Арт занялся тем, что давно требовало его внимания, пусть и не находилось в сфере его ответственности. Он прошелся по дворцу, заглядывая в каждый угол, в каждую щель. Отметил, где находятся караулы. Прикинул, как их стоит изменить. Надо намекнуть Ференцу, чтобы отдал подобный приказ. Одним словом, работы хватало. Поэтому приказ короля явиться к нему для доклада застал Артура едва ли не на одной из дворцовых крыш.

Он не стал заставлять Франа ждать. Его величество находился в рабочем кабинете. Судя по настроению, король с утра пребывал не в духе. Лист бумаги перед ним был изрисован зигзагообразными линиями, а карандаш в руках сломан.

– Что случилось? – спросил Артур, едва увидев эту картину.

– Ничего, – ответил Фран, отшвыривая карандаш. – Получил вести с границы. Илонд шевелится, как бы не решили снова воевать.

– Надеюсь, до этого не дойдет.

– Я тоже, но… Сам понимаешь, Арт, от Илонда всего можно ожидать. Да, сейчас ты был бы мне более полезен там, чем здесь.

– Понимаю, однако назад дороги нет.

– Присаживайся. – Ференц махнул рукой. – Рассказывай. Как здоровье?

– В полном порядке, – ответил Донтон. – Немного беспокоит рука, но целитель сказал, скоро пройдет. Он удивительно быстро поставил меня на ноги.

– Значит, хороший маг. – Фран едва заметно пожал плечами. – Новичков видел?

– Да, они как раз должны прийти ко мне после дежурства.

– Вот и отлично. Ребята вроде толковые. Аверс, правда, на них скалит зубы, присмотри. А Рейнфорда и его папашу я отправил в ссылку. Они во всем признались, лишь бы не пострадали другие члены их семьи.

– Значит, я не ошибся и именно им обязан нападением.

– Так и есть.

– Спасибо, что принял меры.

– Я не собираюсь терять ценного сотрудника, – усмехнулся Ференц. – Мне ты нужен на посту. Иначе, боюсь, вскоре мне охрана не понадобится. Ладно, ступай. У меня сегодня общественная аудиенция, буду принимать просителей.

– Тогда я лучше останусь и прослежу, – ответил Артур. – Мало ли, с какими намерениями придут просители.

– Как знаешь. Раз так, возвращайся через час. Как раз успеешь наставить на путь истинный твоих новичков. И раз уж на то пошло, позволяю полностью сменить состав охраны – на твое усмотрение.

– Я подумаю и понаблюдаю, – согласился Донтон. – И… мне не нравится Аверс.

– Найди, за что его уволить, и я отправлю его с глаз долой, – пообещал Ференц.

Арт пообещал, что ровно через час будет в зале для аудиенций, а сейчас поспешил в отведенный ему кабинет. Успел вовремя: новички уже ждали его под дверью.

– Входите, теи, – приказал он, приглашая юношей внутрь. Сам сел за стол, а выпускники вытянулись перед ним по струнке. – Вольно, вы не в академии больше. Но, тем не менее, должны слушаться меня вернее, чем куратора. Думаю, вам стоит знать, что на недавнем маскараде на его величество было совершено покушение. Но помните, это не для чужих ушей.

Тем не менее, в городе уже поползли слухи, подумалось Арту. Джей рассказывал, что об этом болтают.

– Ваша первостепенная задача – охрана его величества. Если заметите что-то странное, немедленно докладываете мне. Если я не во дворце, ни на шаг не отходите от короля и прикрываете его от любой опасности. Я понятно говорю?

– Да, тей Донтон, – слаженно ответили оба.

– Пока что жду ваш доклад после каждой смены. Свежему взгляду виднее, кто настроен недоброжелательно, откуда ждать опасности. Об этом нельзя молчать. Вы говорите мне, я ставлю в известность его величество. Это понятно?

– Да, тей Донтон.

Арт склонил голову.

– И еще одно. За малейшее неисполнение своих обязанностей, сон на посту, халатность, расхлябанность вы лишитесь места. Сами понимаете, после этого построить достойную карьеру будет ой, как непросто. А я буду проверять лично.

– Слушаемся, тей Донтон.

Создалось впечатление, что у них одна глотка на двоих.

– Ступайте, – приказал Артур. – И поздравляю со вступлением на службу.

Он выслушал благодарности, а затем направился в зал для аудиенций. После недавнего нападения больше не позволил себе разгильдяйства: нащупал в кармане магический усилитель, подаренный Джеем, а на поясе был надежно закреплен кинжал. Кроме него, рядом с его величеством дежурили еще двое охранников: Аверс и тей Иггинс. Иггинс казался Арту доброжелательным. Он точно не был настроен против нового командира. Возможно, даже радовался переменам. Вот и сейчас глядел на Арта без тени ненависти, в отличие от Аверса, плохо скрывавшего эмоции.

Аверс и Иггинс разместились за троном, Арт же отошел чуть в сторону, чтобы иметь лучший обзор. Почти сразу приоткрылась небольшая дверь, и в зал вошел Ференц в сопровождении трех советников. Те заняли свои места у трона, началась аудиенция.

Донтон следил за каждым, кто переступал порог зала. В основном это была знать, и просьбы касались чего-то личного, незначительного. Они только занимали высочайшее внимание, но Ференц всем отвечал доброжелательно и спокойно. Затем, в самом конце, потянулись простые горожане. Те теребили шапки, глядели на Франа со священным испугом и тоже рассказывали о том, что их беспокоит. Арт спрашивал себя, выдержал бы такую утомительную аудиенцию со спокойствием Ференца или нет. Ответ напрашивался очевидный. Стоит порадоваться, что королем ему не стать.

Последней вошла женщина в коричневом поношенном платье. Она увидела Ференца и упала ему в ноги. К ней тут же бросилась стража, помогая подняться. А лучше сказать, заставляя встать, потому что мало ли? Она могла отвлекать внимание от, допустим, неких магических действий…

– Я слушаю вас, тея.

Удивительно, что в Лиммере, со всем его высокомерием, одинаково можно было обратиться и к женщине низкого сословия, и к знатной даме.

– Ваше величество, – та всхлипнула и на миг запнулась, растирая по щекам слезы. – Прошу, помогите!

– В чем же? – уточнил Ференц.

– Мой муж воевал с Илондом, – затараторила она, сбиваясь. – Был ранен, остался без ног. Обратился за пенсией, потому что больше не может содержать семью, но в городском управлении ему ответили: «У вас есть супруга, пусть она вас и содержит». Сам он никогда не обратился бы к вам, ваше величество! А я… Мне нечего терять, я пришла. Просто мой супруг сделал все для защиты Лиммера. Неужели Лиммер не может теперь его защитить?

– Даю слово, что разберусь в вашей ситуации, тея, – ответил Ференц. – А пока что вас проводят к моему казначею, и он выдаст вам десять золотых. Лиммер ценит своих солдат и их подвиг.

– О, благодарю! – Та всплеснула руками и снова попыталась рухнуть на пол, но ее удержали. Женщина вышла, продолжая славить Ференца.

– Это последняя? – устало спросил тот.

– Да, ваше величество, – ответил секретарь, сверяясь со списком.

– Пусть мужу этой женщины назначат пенсию, – приказал Фран. – И напомните в городской управе, что эти люди пострадали на войне, защищая Родину, а не где-нибудь в пьяной драке.

Секретарь записал приказ короля, а советники заверили, что все будет исполнено. Тогда Ференц поднялся и пошел прочь. Охрана двинулась за ним до самого кабинета, убедившись, что никто не встанет на пути короля со злыми намерениями. Сам кабинет тоже был проверен, и лишь потом его величество смог заняться государственными делами. Но перед этим Фран подозвал Донтона. Едва за ними закрылись двери кабинета, Ференц спросил:

– Что ты обо всем этом думаешь?

– Смотря, что ты имеешь в виду, – ответил Артур. – Если сам ход аудиенции, ничего необычного. Всегда есть те, которые будут добиваться своего даже по самым мелким вопросам. И те, кому действительно нужна помощь, как той несчастной женщине и ее мужу. Почему так сложно добиться пенсии для пострадавших во время войны, Фран? И почему нет неких регулярных выплат?

– По поводу первого лучше обратиться в столичное управление, – хмыкнул король. – Надеюсь, теперь там наведут шороха. Если не поможет, приглашу к себе на беседу тех, кто за это отвечает. А по поводу второго… Казна истощена войной. Я просто не могу себе этого позволить.

Арт покачал головой. Он понимал, что в словах Ференца есть правда, но нужно ведь найти какой-то выход! И сразу стало бы меньше слухов, грязи, сплетен. Или не стало бы? Во всяком случае, отношение народа изменилось бы.

– В городе болтают, скоро повысятся налоги, – вспомнил он.

– Врут. Пока что врут, – уточнил Фран. – Хотя мои советники давно на этом настаивают, и рано или поздно мне придется с ними согласиться. Но не сейчас, пока Лиммер, можно сказать, держится на плаву, и я вместе с ним.

– Твои советники…

– Пустомели, – хмыкнул король. – Я бы выгнал их в шею, но где найти лучше? Они старые и опытные интриганы, но не понимают, что их век прошел, а новое время требует новых решений. Одним словом, все очень сильно запуталось, и порою мне кажется, что этот узел не разрубить никогда.

– Тем не менее, ты хорошо держишься, – невесело усмехнулся Артур.

– Да уж. Сохраняю хорошую мину при плохой игре. Так это, кажется, называется, – ответил Ференц. – Интересно, почему все думают, что при Александре все изменится? Денег в казне не станет больше, люди не будут меньше болтать. Никаких перемен! Разве что Алекс, как считают окружающие, все-таки позволит снова начать войну и разгромить Илонд. Но где гарантии, что Илонд не разгромит нас?

– Состояние армии…

– Хорошее, – с полуслова понял Фран. – Армия получает все финансирование, какое только возможно. Если ослабить границу, мои дорогие родственники могут не посмотреть на родственные связи и пойти на нас войной. Тем более, у нас с Тильдой нет детей. Брак может быть аннулирован. Подберут для нее мужа поприятнее, и дело с концом.

– Звучит неоптимистично, – признал Донтон.

– Не только звучит, Арт. Но ладно, ступай, занимайся охраной моей ценнейшей особы. А я подпишу несколько указов, а затем… Затем, наверное, прогуляюсь. Прогулка – прекрасное времяпровождение, ты не находишь?

– Не забудь захватить с собой охрану, – напомнил Артур, подозревая, что Ференц может приказать телохранителям остаться во дворце, пока он будет гулять.

– Не забуду, – пообещал тот. – Даже не сомневайся.

Поклонившись, Арт покинул кабинет. Это утро… Даже больше, чем утро – время перевалило за полдень – оставило двоякие впечатления. И большинство из них были не совсем приятными. Франу понадобится приложить много усилий, чтобы ликвидировать последствия войны для Лиммера. Он, конечно, сделает все возможное, но дадут ли? Вот в чем вопрос.

ГЛАВА 28

Еще утром Тильда узнала – Артур вернулся. Она украдкой видела его из окна, когда тот шел на службу, и глупое сердце затрепетало от радости. Он здоров! И снова во дворце, значит, будет возможность увидеться. Да, надо быть осторожной, чтобы никто ничего не доложил Ференцу, иначе Фран может просто избавиться от Артура: уволить или даже отправить в тюрьму, а этого допустить никак нельзя! Поэтому королева собиралась приложить все усилия, чтобы не принести неприятностей Арту, но в то же время безумно хотела его увидеть.

Тильда несколько раз прошлась по комнате из угла в угол, раздумывая, как все организовать. Пойти к нему самой? Конечно, нет. Увидят, поползут пересуды и кривотолки. Тогда что? Назначить ему встречу? Да, назначить встречу!

Среди фрейлин королевы наиболее надежной Тильда считала Оливию Сандерс. Оливия обладала редким для женщины качеством – умением молчать. И сейчас королева надеялась, что именно оно поможет в непростой ситуации. Тильда написала короткую записку: «Жду в сиреневой беседке», а затем приказала фрейлине как можно осторожнее передать ее Артуру. Сама же направилась в парк вместе с девушками, дошла до беседки и приказала фрейлинам прогуляться без нее, пока она отдыхает и наслаждается природой.

Конечно, перечить никто не стал. Тильда спрашивала себя, придет ли Артур. Если придет, то почему медлит? Если нет, почему не отправил Оливию обратно с отрицательным ответом? Тильда подскочила со скамейки, прошлась из угла в угол, снова села и закрыла лицо руками. Как утомительно ждать! Особенно когда не знаешь, дождешься ли.

Но вот на дорожке зашуршал гравий. Кто-то приближался…

– Ваше величество!

Оливия первой шмыгнула в беседку и шепнула королеве:

– Я привела его.

– Благодарю, – так же тихо ответила Тильда. – Обождите снаружи и убедитесь, что нас никто не побеспокоит.

Оливия понятливо кивнула и исчезла, а в беседку шагнул Артур.

– Ваше величество, – поклонился он.

– Какие церемонии, Артур? – Тильда почувствовала, как глаза увлажняются от слез. – Вы были ранены!

– Да, ваше величество. – Взгляд Донтона потеплел. – Но, право же, мое ранение – это не то, о чем вам стоило бы тревожиться. Как видите, я уже здоров.

– Но вас могли убить!

– Могли, – не стал отрицать ее жестокий собеседник. – Однако прохожие пришли мне на помощь, и все обошлось.

– Я так испугалась! – Тильда закрыла лицо руками.

– Не стоило, ваше величество, – ответил Артур. – И назначать мне встречу тоже. Если ваш супруг узнает, он может не так нас понять.

– Моему супругу совершенно безразлична моя жизнь, – отчаянно, почти зло произнесла королева. – Если бы можно было отменить этот брак, я бы сделала для этого все возможное!

– Но почему?

Он и правда не понимает? Право слово, порою мужчины такие тугодумы!

– Потому что несчастна, – проговорила Тильда. – Все время одна в чужой стране. Вы единственный, кто связывает меня с домом, и сама мысль, что вы могли погибнуть, приносит мне невообразимые страдания.

– Но я жив, – напомнил Донтон. – Не стоит так огорчаться, ваше величество. Сейчас в вас говорит тоска по дому и испуг из-за моего ранения.

– А может быть, нечто другое?

Королева замерла, сжимая кулачки. Ей хотелось рассказать Артуру о своих чувствах, о том, что она любит его чуть ли не с первой встречи там, в Илонде, и не мыслит жизни рядом с Ференцом в том числе из-за этой сумасшедшей любви. Но разве она могла? Да, было бы легче разделить ответственность на двоих. Тогда эта ноша не казалась бы такой неподъемной. Только Тильда не могла себе этого позволить!

– Что, например?

Когда Артур спросил, королева даже не сразу вспомнила, о чем говорила до этого. А когда вспомнила, щеки обдало жаром.

– Дружеская симпатия. – Она опустила глаза и постаралась сделать вид, будто ее и вовсе не заботит происходящее вокруг.

– Симпатия? – Арт улыбнулся. – Я рад это слышать, ваше величество. Для меня большая честь быть вашим другом.

А сам посмотрел так, что взмокла спина, и платье показалось тяжелым. Но Тильду с детства учили держать себя в руках в любой ситуации. Вот и сейчас она ответила мило:

– Я также рада, Артур. Особенно тому, что вы наконец-то здоровы. Не забывайте обо мне. Здесь больше не с кем вспомнить Илонд.

И чуть отвернулась, чтобы Арт не заметил слезинок, все-таки сорвавшихся из глаз и прочертивших дорожки по щекам. Однако тот заметил, сделал разделявший их шаг и осторожно стер слезы подушечками пальцев.

– Мне жаль, что расстроил вас, Тильда, – тихо сказал он.

– Наоборот, это слезы облегчения. – Она покачала головой. – Я очень беспокоилась. Как думаете, нападение точно не связано с… вашим заданием здесь?

– Несомненно. Просто не всем нравится, что я занял место рядом с троном. В Лиммере меня не очень-то любят, ваше величество.

– Как и меня.

Артур легонько пожал ее руки.

– Все еще может перемениться, – произнес Донтон. – Дайте Лиммеру шанс.

– Я пойду. – Тильда вдруг поняла, что их разговор затянулся, и ситуация становится опасной. – Подождите немного, чтобы нас не видели вместе.

Она тенью скользнула мимо Артура к выходу, где ее ждала фрейлина, уже хотела было подозвать девушек, как вдруг увидела мелькнувшую между деревьев знакомую фигуру. Ференц? Видел ли он, как Арт входил в беседку? Ведь он точно видел, как супруга ее покинула. Однако король удалялся быстрым шагом, и Тильда успокоила себя: значит, ничто не привлекло его внимания. Она подозвала фрейлин и в их сопровождении продолжила прогулку.

Девушки щебетали о прекрасной весенней погоде, делились последними сплетнями и всячески развлекали королеву, однако мысли ее были далеко. Тильда отвечала односложно, вспоминая разговор с Артуром, его нежность, взгляд, который рассказывал обо всем лучше слов. И понимала, что никогда не сможет его забыть. Но и шансов у них нет. Сейчас Ференц казался еще более ненавистным, будто только он стоял между Тильдой и ее счастьем. Да, это было глупо. Принцесса не может выйти замуж за первого встречного. Принцесса не может любить по своему выбору. Десятки разных «не может», которые сегодня казались особо невыносимыми. Тильда закрыла лицо руками и покачала головой.

– Ваше величество, вам нездоровится? – переполошились девушки.

– Начинает болеть голова, – ответила Тильда, отнимая руки от лица. – Пожалуй, я вернусь к себе и прилягу ненадолго.

Под встревоженные голоса фрейлин королева поднялась в свои покои. Прислуга помогла ей избавиться от прогулочного платья, переодеться в уютное домашнее, и ее величество устроилась на невысокой софе, позволив служанке массировать ей виски. Так было проще думать об Артуре. Она сказала правду: главное, что он жив. Но как бы хотелось, чтобы у них остался хоть один шанс быть вместе!

Тильда задремала, а проснулась от хлопка двери. Долго же она спала! За окнами стемнело.

– Вон! – послышался рык Франа, и снова хлопнула дверь, возвещая, что в комнате они остались вдвоем.

Тильда поднялась, расправила юбки и внимательно поглядела на мужа. Тот казался таким же, как обычно, только глаза лихорадочно блестели.

– Ваше величество? – позвала она.

– Простите, что разбудил.

А вот говорил супруг непривычно быстро, глотая буквы, из чего королева пришла и вовсе к неутешительному выводу: Ференц пьян. Не сказать, чтобы сильно, но заметно для внимательного глаза.

– Мне нездоровилось, – ответила она, недоумевая, что понадобилось Франу в ее комнатах.

– Да? – поинтересовался король с какой-то издевкой.

– Да, разболелась голова.

– А! Видимо, сирень в беседке пахла слишком сильно.

– Возможно, – не стала отпираться Тильда. Он ведь ее видел, к чему лгать? – Я заметила вас в парке, но вы так быстро ушли…

– Как и вы, – усмехнулся Ференц, присаживаясь на софу рядом с ней. Теперь Тильда явственно уловила чуть терпкий запах вина.

– Ваше величество…

– Хватит «ваших величеств»! – рявкнул ее муж. – Меня уже тошнит от этого титула.

Королеве подумалось, что тошнит его совсем от другого, но, конечно же, она не рискнула высказать мысли вслух.

– Я не совсем понимаю… – растерянно проговорила она.

– А что тут понимать? – Ференц взялся пальцами за ее подбородок и заставил посмотреть в глаза. – Нечего… Кроме того, что вы не делаете ничего, что подобает послушным женам. Мое терпение не безгранично, Тильда!

И он прижался губами к ее губам: властно, без намека на нежность. Сказано, король. Тильда вскрикнула, забила ладошками по его груди, надеясь, что ее выпустят из хватки, однако Ференц не собирался этого делать. Наоборот, его руки скользнули по ее спине, находя шнуровку на платье, потянули завязки.

– Пустите! Пустите же меня! – взвизгнула королева.

– Еще чего! – заявил Ференц, на миг отвлекаясь от шнуровки на ее платье. – Я и так слишком долго ждал. Не желаю, чтобы настал тот час, когда меня объявят рогоносцем.

– О чем вы?

– Мысли вслух, – ядовито прокомментировал король, наконец-то справляясь с узелком и почти рывком снимая верх платья. Припал губами к ее шее, затем к прикрытой кружевом груди.

Тильда закричала, надеясь, что кто-то примчится на помощь, однако никого не было. Видимо, король отослал фрейлин так же, как и прислугу. А его охрана… Охрана ни за что не станет вмешиваться в дела короля.

– Ференц, я вас прошу! Умоляю! – Она тщетно пыталась отодвинуться. – Фран!

Ее супруг поднял голову, посмотрел на нее и вовсе ошалелым взглядом.

– Я не желаю больше ждать, – слишком трезво отчеканил он. – Смиритесь. Наш брак должен быть консумирован, иначе… Хотите новой войны, Тильда? Новых смертей? Они лягут на ваши плечи.

И самое страшное, что он был прав. Тильда плакала. Слезы катились градом, оседая солью на губах.

– Не так… Не здесь… – взмолилась она, уж точно не желая, чтобы ее первая ночь случилась на софе в комнате, куда может войти кто угодно… если пропустит охрана.

– Хорошо.

Ференц поднялся, протянул ей руку. Его лицо стало спокойным, похожим на каменную маску. Королева видела такие в музее Илонда, их нашли на каких-то раскопках в древнем городе. И теперь Тильда чувствовала, как у нее внутри тоже все превращается в камень. Она придержала платье, чтобы оно не свалилось раньше времени и не путалось под ногами, и медленно прошла в спальню. Шагов Ференца не было слышно, но не потому, что он не пошел за ней. Фран двигался бесшумно, как кот. Прикрыл дверь так, что она даже не скрипнула. Опасный… Слишком опасный… Слишком жестокий…

Тильда отпустила платье, и оно волной упало на пол, к ее ногам. Она боялась оборачиваться, потому что чувствовала себя беззащитной в тонкой сорочке. Казалось, что Ференц видит и сквозь нее. Теплые ладони легли на плечи, кожа вспотела от чужого дыхания.

– Видит Лима, я надеялся, что вы если не полюбите меня, то хотя бы прекратите считать врагом, – хрипло сказал Ференц. – Я ждал… Сколько мог, столько и ждал, но разве вы оценили мои старания?

– Вы пришли сюда разговаривать? – всхлипнула Тильда.

– Я пришел наконец-то сделать вас своей женой, – откликнулся Фран. – Нужно было с самого начала не слушать вас, но мне было жаль испуганную девчонку, которая тряслась передо мной, будто перед диким зверем. Я не зверь, Тильда. И то, что между нами будет, не пытка. Говорят, в первый раз неприятно, но не более того.

– Ференц! – Она почти взмолилась, по капле теряя решимость.

– Обернитесь.

Королева послушно повернулась, испытывая непреодолимое желание прикрыться. Губы Ференца тронула улыбка.

– Ты очень красивая, – сказал он, впервые обратившись к ней без привычного «вы». – Даже слишком.

И поцеловал. Тильда подумала, что должна чувствовать омерзение, но она не ощущала ничего. Только холод, который распространялся по венам, замораживая кровь. И тепло, исходившее от самого Франа. Его руки были слишком настойчивы, губы – слишком откровенны. Тильда приказала себе терпеть. Она понимала одно: Ференц в своем праве. Они оба ответственны… За свои страны, за мир между ними. Королева закрыла глаза и представила лицо Артура Донтона. Он бы никогда так не поступил. Никогда! А Фран… Сейчас не было даже ненависти. Лишь безразличие перед тем, что должно было свершиться.

Ференц сам сдернул покрывало с постели, опустил супругу на мягкие простыни. Его глаза едва ли не светились, а вокруг тела свивалась магия. Тильда никогда не вспоминала о том, что ее супруг маг. А сейчас вдруг вспомнила, когда заметила голубоватые всполохи. От них покалывала кожа.

– Я… – Фран приподнялся на руках, разглядывая ее.

Тильда отвернулась, стараясь скрыть слезы.

– Дай мне пару минут, – попросила она. – Мне нужно…

– Хорошо, но ни минутой больше, – ответил ее супруг.

Она высвободилась из его объятий и нырнула в ванную, поправляя сорочку. Там несколько бесконечно долгих мгновений стояла, прижавшись спиной к двери и глотая слезы, затем набрала полные пригоршни воды и поплескала в лицо. Увы, здесь не останешься навечно! Тильда вздохнула, пообещала себе быть сильной и шагнула обратно в комнату. Замерла на пороге ванной, не веря собственным глазам.

Ференц спал. Устроился на подушке, обняв ее, как игрушку. Светлые волосы растрепались, в них все еще поблескивали угасающие искры магии. Тильда присела на край кровати. Супруг не пошевелился. Похоже, вино все-таки сыграло с ним дурную шутку. Она рассмеялась бы, если бы не хотелось рыдать. Безумие…

К счастью, кровать была достаточно большой, чтобы Тильда смогла устроиться на ее краю, укутавшись в сброшенное Франом покрывало. Хотела было укрыть и мужа, но побоялась, что разбудит. Шевелиться было страшно, поэтому Тильда крепко-крепко зажмурилась и приказала себе спать. Думала, что так и будет всю ночь висеть на краю кровати, словно над бездной, но неожиданно быстро уснула. А когда открыла глаза, за окнами светало, и в спальне она была одна.