Текст книги "Последняя песня упавшей звезды (СИ)"

Автор книги: Ольга Валентеева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 16 страниц)

ГЛАВА 19

Прошло несколько дней после маскарада, а Ворон все еще не узнал для Александра имя несостоявшегося убийцы Ференца. Алекс злился и обещал себе, что при следующей встрече его подручный поплатится за нерасторопность. Пока же у него было время строить планы с учетом новых пешек на игральной доске. Таковых было две. Одна не очень-то новая – ее величество Тильда. Невестку Алекс почти не знал, однако ему доложили, что Тильда просила Ференца о встрече принца с матерью. Впрочем, получила отказ, но суть не в этом, а в том, что невестка не настроена против него. А вот с Ференцом у нее отношения натянутые, поговаривали даже, что брат хочет вернуть жену в Илонд, к папаше. Подтверждения этих слухов не было, и все-таки они настойчиво ходили, а, как известно, нет дыма без огня.

Вторая пешка – Артур Донтон. С ним тоже не помешает встретиться лично и узнать, насколько Арт предан королю и есть ли шанс если не перекупить его преданность – Донтон в юности был очень честным человеком, то хотя бы настроить его против Франа.

А для воплощения планов в жизнь Александру был нужен Ворон. И если тот не поторопится, придется вызывать его магически, а это не очень приятно и требует много сил.

Однако Ворон не стал испытывать терпения своего господина. Вечером того же дня, стоило Алексу отпустить слуг, его раб появился в комнате.

– А, явился, наконец, – угрюмо заметил Александр. – Долго же пришлось тебя ждать!

– Я работал над вашим заданием, ваше высочество, – покорно ответил Ворон. Самое забавное, что принц Александр даже не знал его настоящего имени, только эту птичью кличку. Да и другими подробностями биографии темного мага, который по неосторожности заключил сделку с принцем, не интересовался. Зачем? Главное, что Ворон не мог ему навредить и был обязан слушаться.

– И что же тебе удалось узнать? – поинтересовался Алекс, лениво присаживаясь в кресло. – Ты выведал, кто покушался на моего братца?

– Нет, – отчеканил Ворон.

– Нет? – Александр недоверчиво приподнял бровь. – И посмел явиться?

Одно движение его пальцев, и темный едва не рухнул от боли. Забавно было наблюдать, как он крепче сжимает зубы, чтобы не закричать. Впрочем, было бы неправдой сказать, что Алексу нравилась чужая боль. Нет! Его привлекала власть в любых ее проявлениях. Даже вот таких – власть над живым существом, которое давно уже не имело права голоса.

– Убийца как сквозь землю провалился, – выдохнул Ворон, когда боль сошла на нет. – Но я продолжу поиски.

– Продолжишь, куда ты денешься, – пробормотал Александр. – У меня еще не все готово, рано лишать меня братца. Да и я еще не решил, надо ли. Хорошо, раз уж ты не разведал имени убийцы, то с чем тогда пожаловал?

– У меня для вас послание.

Ворон протянул Александру свернутый трубочкой листок бумаги. Алекс пробежал по нему взглядом. Хм… А список подписавшихся большой. Больше, чем он рассчитывал. Знать уверяла его высочество в полнейшей преданности, а также в том, что поддержит его в притязаниях на престол. Ему прямо предлагали свергнуть Ференца. Но это знать… Есть еще армия, и с амией все обстояло не так просто. У Алекса не было настолько надежной поддержки среди военных, а ее надо было получить. И потом, кровавый переворот – не совсем то, чего он хотел. Не зря Александр строил образ невинной овечки, он не собирался так просто его разрушать. Пока все поймут, что под овечьей шкурой волк, должно пройти время.

– Передай на словах, – сказал Алекс Ворону, – что я глубоко благодарен за поддержку и ценю каждого, чье имя написано в этом письме. И когда я взойду на трон, они не останутся без вознаграждения.

– Будет сделано, – Ворон склонил голову. – Какие еще будут указания?

– Первое – найди мне подход к армии! Только очень аккуратно, не хватало еще, чтобы Ференцу доложили о том, что кто-то расшатывает под ним трон. Второе – сегодня я хочу немного прогуляться, останешься здесь и не дашь страже заметить мое отсутствие. А пока поделись со мной магией.

Ворон не сопротивлялся, когда Алекс потянулся к его силе. Магическая связь вполне позволяла это, а оставлять следы собственной магии Александр не желал. Он отвел чужие взгляды от своей излишне примечательной фигуры, накинул плащ с капюшоном – слишком уж «впадали в глаз» его светлые кудри – и выбрался из окна.

На самом деле, Александр редко покидал свою комнату. Но не потому, что так повелел старший братец, нет! Его вообще сложно было назвать общительным человеком. Тишина, покой, возможность плести свою паутину – что еще нужно? При этом половина придворных сразу же начала сострадать юному принцу. А дамы! Дамы и вовсе пытались передать через стражу любовные послания. Некоторым даже это удалось.

Алекс их сохранил. Если найдут, пусть дурехи сами отдуваются. А вот перечитывать на ночь их признания… Они неизменно вызывали хохот и повышали настроение. Александр никогда не влюблялся и все эти «люблю-не-могу» считал не более чем бредом.

Хотя, сейчас его путь лежал в комнаты дамы, с которой Алекс давно желал пообщаться лично. Свою дражайшую невестку Тильду он видел всего один раз – на свадьбе. И в тот день она казалась настолько испуганной, что вряд ли сама помнила принца. Сейчас же Александр хотел понять, насколько может заручиться поддержкой невестки. Если увидит, что девушка способна выдать его Франу, попросит Ворона немного подкорректировать ей память. Тот очень не любил подобное, но кто будет его спрашивать?

В редких записках от матери было указано, что Тильда милое дитя, доставшееся такому чудовищу, как Ференц, и поддерживает ее величество Изабеллу. Значит, девочка поддается влиянию. Вот это Алекс и хотел проверить. Еще бы застать ее в одиночестве!

Впрочем, сегодня Алексу везло. Ему не пришлось даже выдумывать причину, по которой он забрался в комнаты Тильды. Юная королева гуляла в саду, причем одна, без присмотра вездесущих фрейлин. Сбежала из-под их бдительного ока? Вероятно. Алексу это только на руку.

Он свернул на тропинку и столкнулся с королевой лицом к лицу. Тильда ойкнула и открыла рот: наверняка, собиралась звать стражу, но Алекс снял капюшон и взмолился:

– Прошу, не надо!

– Александр? – И все-таки его узнали. – Но что вы здесь делаете?

– Я всего лишь… – Он опустил голову. – Всего лишь хотел немного прогуляться, но если Ференц узнает…

– Он ничего не узнает, – решительно ответила Тильда. – Даю слово.

– Вы так добры. – Алекс грустно улыбнулся. – Мне жаль, что мы с вами так мало знакомы, ваше величество.

А сам подумал, что угораздило эту невинную робкую девушку стать супругой Франа. Она казалась слишком милой для его братца, часто резкого и несдержанного.

– Мне тоже жаль, – Тильда отвела взгляд. – Я просила Ференца позволить вам хотя бы увидеться с матерью, но он решительно отказал.

– Брат ненавидит меня, – печально произнес Александр. – Моя бедная матушка… После потери отца она осталась совсем одна. Вы ведь знаете, говорят, что это Фран убил батюшку.

– Не верю, что это правда. – Королева качнула головой.

– Я тоже, но факты… Тем не менее, я люблю брата и уверен, что слухи лгут. Хотелось бы…

Тильда так мило смутилась, будто это она лишила жизни их с Франом отца. На самом деле Алекс знал, что Фран не мог приложить руку к смерти папеньки, пусть они и не ладили. Как поругались в первый год войны с Илондом, так и не примирились до конца.

– Чем я могу вам помочь? – спросила Тильда. Алекс мысленно возликовал: невестка оказалась именно такой, как он думал.

– Увы, ничем, – ответил он с грустью. – Ференц почему-то убежден, что я желаю ему зла. Если бы это действительно было так…

Тильда взяла его за руку и легонько сжала пальцы.

– Мне жаль, – тихо сказала она. – Я попробую снова поговорить с супругом, только вряд ли это что-то даст.

– Не стоит! Фран может и разозлиться.

– Я все же попытаюсь. А вы лучше возвращайтесь в свои комнаты, пока никто не доложил его величеству. Иначе будут проблемы.

– Вы так добры, – улыбнулся Алекс. – Я счастлив, что у меня такая невестка.

– Мне очень приятно это слышать, – ответила Тильда. – Надеюсь, в следующий раз мы увидимся при более благоприятных обстоятельствах.

– Я тоже, ваше величество.

Алекс склонил голову, прощаясь, и поспешил в обратном направлении. Да, королева Тильда мила и неопытна. Сразу видно, Ференц не посвящает ее в дела государства. Вот папенька частенько советовался с супругой, и Алекс знал, насколько мать задевает, что старший сын не поступает так же. Изабелла была не просто супругой короля, но и его поддержкой, опорой. Тильде вряд ли грозило подобное. Во-первых, она слишком юна, на год младше самого Алекса. Во-вторых, Фран вряд ли будет интересоваться ее мнением. Брат никогда никого не слушал: ни отца, ни мать. Что уж говорить о жене?

Алекс так увлекся своими наблюдениями, что едва действительно не попал в неприятности. По крайней мере, он не ожидал, что за ближайшим углом столкнется с каким-то мужчиной. Судя по форме, из личной охраны короля. А ведь принц даже капюшон не успел надеть… Зато сразу же состроил невинную физиономию.

– Алекс? – Незнакомец неожиданно назвал его по имени. – Простите, ваше высочество…

Принц пригляделся, узнал и замер в изумлении.

– Донтон. Артур Донтон, чтоб мне провалиться, – пробормотал он, а затем вспомнил, что столкнулся с новым начальником охраны Ференца далеко не в своих покоях, где ему полагалось находиться, а посреди дворца. И Арт – не милая девочка Тильда, а выпускник военной академии и шпион, который, правда, едва не заплатил головой за чужие амбиции.

– Не говори Ференцу! – выпалил Александр, чувствуя, как краска заливает щеки. – Я в первый раз… Если брат узнает…

– Не скажу, – нахмурился Арт. – На первый раз.

Надо же! От приятеля Франа по академии в этом мужчине с тяжелым взглядом ничего не осталось. Донтон сильно похудел, черты лица стали резче. Из-за этого серые глаза казались больше. Он смотрел так, что хотелось во всем признаться. А еще лучше – испариться, будто и не было.

– Я слышал, тебя надежно охраняют, – заметил Донтон, все так же пристально изучая Александра.

– А я – что тебя должны были казнить по возвращению в Лиммер, – буркнул принц, чувствуя, как рассыпается его образ. – Но мы оба здесь.

– И то верно. Поговорим?

Алекс огляделся. Далеко от парка – а значит, от пути в свою спальню – он уходить не планировал. В этом крыле в основном располагались гостевые комнаты, так что он толкнул первую попавшуюся дверь и очутился в пустой гостиной. Донтон прикрыл дверь, входя следом. А Алекс все никак не мог выбрать, какой спектакль ему разыграть.

– А ты изменился, – сказал он то, что крутилось в голове. – Сколько мы не виделись? Лет семь?

– Шесть с половиной, – уточнил Донтон.

– Да, точно. – Принц продолжал внимательно за ним наблюдать. – Что ты делаешь во дворце, Арт? Судя по форме, служишь?

Артур кивнул. Немногословен…

– По поводу парка… – Алекс отвел взгляд первым. – Я полгода просидел в четырех стенах. А тут охрана зазевалась, и… В общем, не знаю, что на меня нашло. Показалось, не прогуляюсь хоть немного, и сойду с ума.

– Понимаю, – неожиданно ответил Артур. – В Илонде меня преследовало то же чувство.

– Да, точно, Илонд… – усмехнулся принц, понимая, что его обычные маски против Донтона не подействуют. Придется быть собой. – Что, возвращение вышло неожиданным?

– Более чем, – подтвердил Арт. – Знаешь, из-за чего?

– Еще бы! Я думал, Ференц дворец разнесет, когда отец подписал приказ казнить Серренса и остальных. Не разнес, но с отцом разговаривать перестал.

– Я так и не понял причины, по которой их казнили.

Арт осторожничал. Алекс чувствовал, как метко тей Донтон подбирает слова. Он был достойным противником. Куда больше, чем его величество. Будь Донтон в Лиммере, кто знает? Может, и остались бы на плечах головы его знакомых по академии.

– Заговор, – ответил Алекс. – Их обвиняли в заговоре против короля, попытке свержения с престола.

– Что?

Кажется, Алексу удалось удивить невозмутимого Донтона. Принц усмехнулся.

– Фран не счел нужным сказать, да? Как и всегда, – заметил он. – Думаешь, я знаю, какая муха его укусила, что он посадил меня под замок? Брат себе на уме. А теперь угадай, кого, по материалам дела, должны были посадить на престол вместо отца.

– Ференца?

– Попал, – кивнул Алекс. – Подумай сам, почти все, попавшие под суд, – товарищи Франа, его наставники. То есть те, кого он мог убедить поддержать его. Все знали, что Фран против войны с Илондом. Уже тогда – знали. И отец принял меры.

– А был ли заговор?

– Мне разве известно? – Александр пожал плечами. – Мне на тот момент едва исполнилось семнадцать, кто со мной что обсуждал? Братишка все отрицал, но ты ведь понимаешь, что отец не стал бы просто так казнить всех без разбора. Причем, в этот список попал ты, как товарищ Ференца. О чем-то да говорит, а? Теперь прости, мне лучше вернуться к себе. Обещаю больше не делать глупостей, только сохрани мою прогулку в тайне. И вообще… Если возникнут вопросы, ты знаешь, где меня искать.

Алекс двинулся к двери.

– Подожди, – окликнул его Донтон.

– Извини, мне пора. Не хочу, чтобы на этот раз полетела моя голова. Ференц и так спит и видит, как от меня избавиться без лишнего шума. А я еще хочу жить.

И выскользнул за дверь. Донтон не стал его догонять, и Алекс беспрепятственно добрался до своих покоев, скинул плащ на кресло, потом вспомнил, что не отпустил Ворона, и прошел в соседнюю комнату. Его слуга так и сидел, будто приклеили.

– Спрячешь плащ, – скомандовал принц.

– Прогулка вышла успешной? – спросил Ворон.

– Более чем, – задумчиво кивнул Александр. – Ты ступай, не стой столбом. И поработай над поддержкой со стороны армии. Только аккуратно! Ференц, может, и недальновиден, но не глуп. Заметит наши ухищрения, думать не станет. Казнит, и дело с концом.

– Понял вас, ваше величество, – ответил Ворон. – Могу идти?

Алекс махнул рукой, и его слуга ушел в тень. Сам же Александр упал в кресло и постучал пальцами по подлокотнику. Любопытная вышла прогулка. Итак, на Тильду он может рассчитывать. Стоит повидаться с матушкой, попросить, чтобы она дополнительно побеседовала с невесткой о его несчастной судьбе. А вот с Донтоном будут трудности. При этом Алекс нащупал, чем сможет его подцепить. Надо всего лишь убедить Артура, что это Ференц виноват в гибели его товарищей. Причем, разве это ложь? Главное, правильно подать. Так, чтобы поверили ему, а не Франу. И при этом лучше лишний раз не встречаться с новым главой охраны. Он, может, и поддастся влиянию, но слова не нарушит и будет защищать его величество Ференца. Если, конечно, не уйдет со службы вовсе. А Алексу бы очень хотелось сделать Арта своим сторонником. Увы, вряд ли выйдет. Но почему бы не попытаться?

ГЛАВА 20

Его величество Ференц в этот вечер и не подозревал, что происходит в его дворце. Он несколько часов работал над бумагами, довел секретаря едва ли не до истерики, множество раз заставил переделывать уже готовые указы прежде, чем поставить на них свою подпись. В голове была смесь из дел государственных и личных. Во-первых, Ференц написал в Илонд, поздравляя «дражайшего» тестя с юбилеем. Во-вторых, его советники предлагали повысить налоги, на что Фран приказал реформировать всю систему налогообложения. Теперь все пыхтели, мучились, но разработали новый проект, на котором Ференц лишь с третьего раза поставил подпись. Кроме этого, накопились дела помельче, но они тоже требовали внимания.

Стоило Франу переступить порог кабинета, как к нему тут же шагнул охранник.

– Охрана не требуется, – махнул рукой его величество. Похоже, Артур слишком рьяно принялся за порученные ему обязанности. А вместе с новым начальником и охрана стала более бдительной.

Впрочем, сейчас Ференцу действительно не требовался присмотр. Он собирался навестить супругу, уже уверенный, что никаких перемен ждать не приходится, но все-таки сдаваться Фран не привык. Пусть Тильда хоть иногда вспоминает, что у нее есть муж.

Однако в комнатах королевы ответили, что она изволит гулять в одиночестве. Ференц свернул в старый дворцовый парк, надеясь быстро разыскать ее величество. На этот раз ему повезло, и через пять минут он заметил в одной из беседок фигурку Тильды. Его жена куталась в легкую накидку – вечера все еще были прохладными. Услышав шаги, Тильда подняла голову. Ференц ожидал снова увидеть на ее лице привычное разочарование, однако ее величество улыбнулась.

– Добрый вечер, ваше величество, – склонила голову, приветствуя супруга.

– Здравствуйте, ваше величество. – Ференц кивнул в ответ. – Не против, если я присоединюсь к вашей прогулке?

– Нет, – мягко ответила Тильда. – Цветы расцветают, тут такой аромат.

– Согласен. Изначально парк проектировался так, чтобы здесь в любое время года цвели цветы. Моя бабушка, королева Анна, обожает их. Когда она жила в столице, здесь было гораздо больше растений, она за этим бдительно следила.

– Я слышала, сейчас она живет на границе.

– Да, – ответил Ференц. – Имение Флери – ее любимое место, там она когда-то познакомилась с моим дедушкой, и после его смерти решила переехать туда насовсем. Мы давно не виделись. Наверное, с начала войны. Бабушка удалилась ото всех королевских дел, даже на нашу свадьбу не приехала. Возраст…

– Вы с ней хорошо ладили? – спросила Тильда.

– Лучше, чем с родителями, – ответил Фран. – Кстати, она не была принцессой, хоть и принадлежала к древнему и знатному роду. Мой дедушка пошел против воли родителей, женившись на ней.

– Любил?

– Да. Любил…

Фран покосился на супругу. Они редко просто разговаривали. А сейчас вот разговор сложился, как ни странно. Пусть и о бабушке, о которой, к своему стыду, Фран вспоминал не так часто. Однако она единственная, кто не винил его в смерти отца. Бабушка писала ему раз в месяц, спрашивала о здоровье, сообщала новости, однако в силу почтенного возраста не приезжала в столицу. С границы сюда путь неблизкий.

– Я не могу сказать, что мои родители любят друг друга, – печально заметила Тильда. – И все-таки они дали жизнь мне и брату.

– Это, конечно, немало, но не всегда достаточно, – невесело усмехнулся Ференц.

– Почему вы поссорились с ее величеством?

И снова беседа свелась к его матери. Однако, кажется, на этот раз без какого-либо умысла со стороны Тильды.

– Я не могу сказать, что мы вообще когда-то ладили, – ответил Ференц, пусть и не желал это обсуждать. Но лучше такая точка соприкосновения с Тильдой, чем никакой. – С отцом тоже. Поэтому я жалел, когда бабушка уехала.

– Понимаю…

Вряд ли Тильда действительно его понимала, только говорить об этом не хотелось. Ференц и правда не всегда ладил с родителями. Матушка была очень молода, когда он появился на свет, и маленький сын ее скорее раздражал, чем вызывал нежность. Вокруг были няньки, потом гувернеры. С Алексом все сложилось иначе: королева раскрыла для себя прелести материнства, а может, просто повзрослела, и к воспитанию второго ребенка относилась более осознанно. Да и Алекс всегда был милым мальчиком, в отличие от Франа. Держался за мамину юбку, чуть ли не заглядывал в рот, в то время как Ференц с ранних лет фехтовал, бегал, прыгал, успевал разбить коленки и поставить на уши дворец.

– Сорванец растет, – усмехался отец.

– Будущий король должен быть более серьезным, – возражала матушка. – Ференц понятия не имеет о дисциплине.

Вот это «понятия не имеет о дисциплине» в итоге и явилось причиной, по которой Фран попал в военную академию. Разница лишь в том, что он сам этого хотел. Ему претил дворец, а в академии для других была муштра, а для него – свобода. Конечно, преподаватели не забывали, что их курсант – наследный принц, но особых различий никогда не делали, разве что иногда осторожничали в наказаниях. А еще там были друзья… Большинства из которых уже нет в живых.

– Я заставила вас грустить? – заметила Тильда, вырывая супруга из вороха воспоминаний.

– Нет, просто вспомнилось прошлое, – признался он. – Скажите, вы скучаете по Илонду?

– Да, – ответила Тильда, – скучаю. Там ведь моя родина.

– Я послал поздравления вашему отцу от нас обоих, у него ведь скоро юбилей.

– Благодарю. Я бы написала сама…

– Дело ваше. Хотите – пишите, – ответил Ференц. – Я никогда не препятствовал общению между вами.

Тильда почему-то смутилась. Может, из-за встречи с Артуром? Все-таки Донтон напоминал ей об Илонде. Впрочем, Фран не собирался допытываться. Впервые за последние дни ему было спокойно. Жаль, что так не может быть всегда. Он сжал в ладони теплые пальчики жены. Та не дернулась, как обычно, а так и осталась сидеть рядом, только отвела взгляд.

– Ференц, поймите сейчас мои слова правильно… – Тильда настолько редко называла его по имени, что король насторожился. – Ваша матушка глубоко несчастна после смерти отца. И в такие минуты мы с нашими близкими становимся ближе. Возможно, если бы вы сделали шаг ей навстречу, ваши отношения наладились бы.

– Под «шагом навстречу» вы подразумеваете освободить Александра? – Фран невесело усмехнулся, выпуская руку жены. – Простите, я еще хочу жить. А Алекс, я уверен, спит и видит меня мертвым.

– Я уверена, вы ошибаетесь.

– Вы не знаете моего брата, Тильда. – Король поднялся на ноги и замер перед ней. – А моя матушка ловко манипулирует вами, разыгрывая несчастную всеми брошенную женщину. Секрет прост: Алекс умеет быть ласковым, я нет. Я прежде всего король, а потом уже сын. Вот она и думает, что Александру нужна ее помощь любой ценой. А он позволяет ей так думать.

– Но Ференц…

– Достаточно, – перебил его величество. – И я больше не желаю слышать о моем брате. Конечно, если вы не хотите поссориться со мной.

– Я этого ни капли не желаю, – заверила Тильда.

– Тогда хорошего вечера, ваше величество. Увидимся завтра.

И пошел прочь. Та ниточка понимания, которая вроде бы наметилась между ними, лопнула. Похоже, его брак обречен, и никакие ухищрения его уже не спасут. Но что мешало Франу надеяться? Глупо, да. Все получилось слишком глупо.

Уже у дверей дворца его встретил Донтон.

– Не ходите один, ваше величество, – тихо сказал последний из его приятелей по академии, оставшийся в живых. – Это может плохо закончиться.

– Ну, вы же этого не допустите, тей Донтон, – ответил Ференц, слегка пожимая плечами.

– Если вы позволите мне этого не допустить.

Под таким конвоем Ференц прошел в свои покои. С делами было покончено. Он раздумывал, стоит ли поужинать на ночь глядя. Пожалуй, стоит.

– Составите мне компанию за ужином, тей Донтон, – приказал он.

– Как скажете.

Здесь, в коридорах дворца, когда повсюду чужие уши, ни о каком дружеском обращении не могло быть и речи. Да и бывают ли друзья у королей?

Ужинал Ференц в малой столовой. Там стоял небольшой стол, за которым максимум могло поместиться четыре персоны. Белые стулья с резными спинками, белая ваза с белыми розами. Малая столовая всегда казалась Ференцу слишком «вылизанной», однако он любил завтракать и ужинать именно здесь, вдали от основного шума и придворных.

– Твой двор вряд ли понимает твои привычки, – заметил Арт, когда слуги накрыли на стол и удалились, повинуясь знаку своего монарха.

– Меня не интересует двор, – ответил Ференц. – Знаешь, порою я думаю: может, бросить все и оставить престол Алексу? А самому уехать подальше… Во Флери, к бабушке, например. Но гордость, проклятая королевская гордость… Будут говорить, что меня хватило всего на полгода правления.

– Думаешь, Алекс будет лучшим королем, чем ты?

– Нет. Зато двор будет доволен, – Ференц тихо рассмеялся, берясь за приборы и вонзая нож в румяный бок котлеты. – Они станут носить Алекса на руках, а он будет позволять себя обожать. Но знаешь, что я скажу? Рано или поздно они поймут, что у моего братишки с десяток различных масок. Только будет уже поздно.

– С десяток масок… – задумчиво повторил Донтон. – Я хотел бы проследить за ним. За Александром.

– Не суйся к этой змее! – Фран махнул ножом так, что капля жира упала на белоснежную скатерть. Король поморщился. – Я говорю, Алекс любому задурит голову. И ты не исключение.

– Послушай… – Арт все еще не брался за приборы. – А если его выпустить? Это сейчас он сидит под замком. Мы не можем наблюдать, с кем он общается, чем занимается. А вот если у предполагаемых заговорщиков будет возможность встретиться с Алексом лично, мы сможем их выследить.

– Я подумаю над твоим предложением, – пообещал Ференц. – Но вряд ли ответ будет утвердительным. А теперь не порть мне аппетит, будь так добр.

– Как скажешь.

Донтон все-таки отвлекся от Алекса и занялся котлетой. А Ференц думал о том, что Арт может быть и прав. Пока Александр под замком, он действительно будто бы в стороне от заговорщиков. А в том, что они имеются, Фран не сомневался. А если дать им шанс оступиться… Главное, вовремя заметить, что это произошло. Раньше, чем полетит чья-то голова. Например, лично Франа. Надо хорошенько все обдумать! И матушка оставит его в покое, и Тильда.

– Можно еще один вопрос? – неожиданно заговорил Артур.

– Ты хочешь, чтобы я подавился? – усмехнулся Фран, расправляясь с ужином. – Задавай.

– Ты когда-нибудь собирался сместить с трона своего отца?

Ференц все-таки положил приборы. Стоило бы понять, что из Донтона будет не наилучшая компания для приема пищи.

– Это не то, о чем бы я хотел поговорить.

– И все же…

Ференц отрицательно покачал головой. Разговаривать об этом не хотелось. Не сейчас.

– Запрещаю разговоры о делах на сегодня, – произнес он, заставив себя усмехнуться. – Ешь. А заговоры и заговорщики подождут до утра.

Донтон намек понял и прикусил язык. Сам же Ференц позвал слугу, приказал подать десерт и быстро доел. День выдался утомительным, хотелось спать. А слова Донтона только растревожили старую рану, которая, вроде бы, перестала болеть за давностью лет. Ан нет, заныла снова, тревожа и беспокоя.

– Заночуешь во дворце? – спросил он Артура. – Или вернешься домой?

– Сегодня, пожалуй, во дворце, – ответил тот. – Хочу проверить, насколько твоя личная стража поняла мои распоряжения.

– Устроишь проверку? Ну-ну. – Король качнул головой. – Мне остается посочувствовать этим несчастным. И если захочешь начать смену моей охраны прямо завтра, я против не буду. Только помни: не всех сразу. И с моего ведома, конечно же.

– Как прикажешь.

Фран ожидал, что Артур покинет его покои, однако тот прошелся по всем комнатам, проверил, будто где-то мог скрываться наемный убийца, а затем вернулся к его величеству.

– Если меня не будет во дворце, приказывай охране проверять комнаты прежде, чем ложиться спать, – попросил он. – Это всего лишь банальная мера предосторожности, но может сработать. Договорились?

– Ты вздумал меня учить, как заботиться о собственной безопасности? – рассмеялся Ференц. – Хорошо, я последую вашим рекомендациям, тей Донтон. До завтра.

– До завтра, ваше величество, – откликнулся Артур и покинул комнату, а Ференц позвал слуг, чтобы помогли ему подготовиться ко сну. Он действительно устал, голова была тяжелая. Все предложения Артура он оценит утром, а сейчас спать! И не думать об Алексе, Тильде, матери, заговорщиках. Пусть подождут до завтра.