Текст книги "Доверь мне свое имя (СИ)"

Автор книги: Ольга Валентеева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 15 страниц)

УРОК 15. Иди вперед, даже если трудно

Принц Сокол

Сокол до сих пор не верил, что его близкие на территории академии и в безопасности. Хотя, само понятие безопасности вряд ли применимо теперь к их жизни. Дядя рано или поздно поймет, куда подевалась его пропажа, если еще не понял, и академия должна быть готова отразить любой удар предателя. Ворота нельзя открыть изнутри, но теперь Соколу начало казаться, что само появление здесь Маделены и кража имени у Дерека – совсем не случайность. Чтобы украсть имя, нужно было особое заклинание. Откуда Маделена его узнала? Кем изначально она была? Дерек ведь сильный маг. Да, любовь делает слепым и глухим, и все же…

Эти мысли не давали покоя, и Сокол бродил по комнате из угла в угол, стараясь привести в порядок мысли. Затем решил, что стоит расширить границы «прогулки» и вышел в парк – все равно больше некуда, а все, что можно было повторить к экзамену, он повторил.

В парке было пустынно. Тишина и покой – именно то, что ему нужно. Главное, не встретить кое-кого… Все случившееся помогало Соколу не думать о Лучике, не задавать себе вопрос, был ли у него шанс на любовь, или же его не существовало изначально. А теперь, когда голова немного освободилась от бесконечных размышлений, мысли вернулись, и они были совсем безрадостными. Нет, не было никакого шанса… Он принц империи, но и дело не в титуле, а в том, какая пропасть всегда будет между ним и любимой девушкой. Они словно жили одновременно в разных мирах. Соколу очень хотелось прорваться в чужой. В тот, где Лучик ему улыбается и может остаться рядом, но ему не было туда пути. Его путь вел к трону и борьбе за власть. Потом он женится – только политика, никакой любви. Стране нужны сильные союзники, его магии – достойное дополнение, чтобы род получил сильных наследников. Сокол умом понимал все это! Если бы еще не глупое сердце…

– Эден!

Лучик так внезапно вылетела на него, что Сокол отшатнулся и едва не наградил ее ментальным заклинанием, вовремя сдержав порыв. Показалось, будто она бежала от самой академии: волосы растрепались, шаль не была завязана, как следовало. Да и прохладно сейчас в шали…

– Ты замерзнешь, – угрюмо проговорил его высочество, разглядывая забавные светлые локоны, выбившиеся на лоб, и яркие глаза. Не его… И все же жаль.

– Я хотела поговорить с тобой.

Лучик покраснела. Тема разговора была для принца ясна, вот только сам он не желал беседовать и очень жалел о своей несдержанности накануне. Стоило подождать еще один день, и опасные слова никогда не были бы произнесены. Лучик бы считала его другом, он делал вид, словно его это устраивает. Но что сделано, то сделано, жалеть поздно. И шансов на какой-то другой исход нет.

– Давай поговорим, – спокойно ответил Сокол, продумывая, как повести беседу. – Ну, что же ты молчишь?

Это было бы забавно, если бы душу не съедала ржавчиной боль. И средства избавиться от нее принц не знал. Просто стоял, смотрел и делал вид, что все хорошо.

– Сокол, мне жаль, – наконец, произнесла Лучик. – Мы вчера…

– Вчерашний день завершен, – ответил принц. – А сегодняшний многое изменил. Мне стоит извиниться за поведение моего кузена, я не заметил, что с ним происходит странное, и…

– Я не об этом, – тихо перебила девушка. – А о нашем разговоре… до того, как Лед на тебя напал.

– Забудь, – с легкой печалью произнес Сокол. – Я не хотел тебя побеспокоить своими неосторожными словами. Пусть все останется во вчерашнем дне. Завтра я сдам экзамены и официально завершу обучение в академии, а послезавтра стану императором. Надолго ли – покажет время. Возможно, дядюшка покончит со мной быстро. Возможно, я так же быстро избавлюсь от него. Оба варианта вполне вероятны. А вот то, о чем мы говорили, уже потеряло смысл. Впереди у меня борьба, Лучик, и ничего больше.

В глазах его собеседницы читалась печаль. Она все понимала и страдала. Этого Сокол не хотел. Увы, нельзя стереть однажды произнесенных слов. Стереть… А можно ли уничтожить однажды наложенное заклинание? Снимают ведь проклятия. Так чем то, что сделала Маделена, не проклятие?

– Идем! – Эден схватил девушку за руку и потащил за собой.

– Подожди! – Лучик попыталась сопротивляться. – Ты куда? Сокол!

– К декану Брегу, – не оборачиваясь, пояснил он. – Хочу обсудить с ним кое-что.

И разжал пальцы.

– Можешь остаться здесь, – вспомнил, что между ними ничего не может быть, и не стоит и дальше вовлекать Лучика в свои планы. – Увидимся завтра.

– Нет, я пойду с тобой, – заявила упрямая девчонка. – У тебя возникла какая-то идея?

– Идея у меня возникла давно – собрать консилиум и вместе придумать, как отпереть ворота. Только Дерек на это не пойдет, да и мне теперь не очень-то желательно так быстро покидать академию – если дядюшка придет сюда, он окажется ограничен в средствах. А вот за ее пределами… Он ведь готовился, пока я учился. Сметет меня – и не заметит. Но академия безопасна только до тех пор, пока она под контролем своего ректора. А значит, нужно этот контроль вернуть.

Лучик молча шла за ним в центральную часть корпуса академии. Она не пыталась еще о чем-то спросить либо как-то его остановить – привыкла, видимо, к сумасбродствам Сокола. А сам он хотел задать декану Брегу всего один вопрос…

К счастью, профессор нашелся на своем рабочем месте – сидел в кабинете и над чем-то ломал голову. Возможно, как завтра проверить знания Сокола на экзамене. А может, и нет… Во всяком случае, когда в его кабинет вломился принц в сопровождении девушки, Брег выглядел удивленным.

– Ваше высочество, – кивнул Соколу. – Чему обязан?

– У меня к вам профессиональный вопрос, – ответил Эден, замирая перед столом Брега. – Можно ли отменить однажды наложенное на человека заклинание?

– Сокол, я плохо вас учил? – нахмурился Брег. – Естественно, можно. Здесь важно знать, о каком заклинании идет речь. Выяснить его специфику, и тогда…

– Жертве стерли память об одном очень важном событии, – перебил принц. – А утраченные воспоминания крайне важны.

– Заклинание забвения? – задумался Брег. – Что же… Это непросто, скажу я вам. И наложить, и снять. Без истинного имени не сработает.

– Никак? – очередная надежда оборвалась…

– Эден, без истинного имени наша магия не работает, вам ли не знать? Но я подумаю над вашей задачкой. Тем более, в какой-то степени понимаю ее суть… Может, что-то и придет в голову. А вам советую не бегать по академии, пусть и в приятной компании, а готовиться к экзамену. Поблажек не будет, даю гарантию.

– Мне они и не нужны, – отчеканил принц. – Благодарю, профессор Брег.

– Не стоит благодарности, – ответил тот. – И вот еще… Меня навестил ваш кузен Лед, и я обнаружил на юноше следы тяжелого звукового воздействия. Отправил его в лазарет. Думаю, вы, как его ближайший родственник, должны об этом знать.

– Он будет в порядке? – спросил Сокол.

– Да, со временем, – кивнул Брег. – Пока же я порекомендовал его наставнику отстранить студента Льда от практических занятий. Его магия нестабильна, это опасно для него самого. До завтра, ваше высочество.

– До завтра, профессор.

И Сокол вышел из кабинета, почти забыв о Лучике. А вот девушка никуда не делась и шла за ним.

– Послушай, если заклинание забвения нельзя отменить, может, поверх него есть возможность наложить другое? – предположила она.

– Опасно, – ответил Сокол. – Неизвестно, в какую реакцию вступят заклинания и что получится в итоге. Мы можем навредить, а не помочь. Нет, Лучик, здесь нужно нечто иное. И надо подумать, что. Но пока важнее экзамен, потом постараюсь разгадать эту головоломку. Могу я тебя попросить? Сходи к ректору Эвернеру, пусть преподаватели займутся усилением защиты академии. Мы с ним говорили об этом, но пока я не заметил каких-либо признаков усиления нашей безопасности.

На самом деле, Сокол не думал, что Дерек о чем-то забыл. Наверняка, они с Ноксом продумывают, как именно стоит действовать в сложившейся ситуации, но это хороший повод избавиться от Лучика и разговора по душам.

Лучик если и заметила подвох, ничем этого не выдала. Она оставила принца в коридоре и свернула к кабинету Дерека, а сам Эден вернулся в свою комнату в общежитии. Здесь сейчас было очень тихо, никто не мешал ему готовиться к предстоящему испытанию. А что оно будет сложным, Эден знал и без чьих-либо слов.

Остаток дня он усиленно занимался. Лишь перед ужином к нему заглянула Мария, обнаружила сына за книгами и только покачала головой:

– Надо отдохнуть, дорогой, иначе завтра вместо успешной сдачи экзамена ты уснешь прямо в экзаменационной аудитории.

– Ты права, – Сокол отодвинул очередной талмуд. – За ночь всего не вспомнишь. Как вы со Светом? Хорошо разместились?

– Да, – улыбнулась мачеха, придвигая стул и присаживаясь рядом. – Свет бродит по академии, ему все интересно. Комнаты уютные. Не беспокойся.

Все еще было непривычно видеть ее здесь – в академии, так близко. Зато спокойствие хотя бы ненадолго вернулось к принцу. И это уже дорогого стоило.

– Я многое пропустил за эти три года, – тихо произнес Эден. – Расскажи, как вы жили.

– А что рассказывать, соколик? – мягко улыбнулась Мари. – Наша жизнь неизменна. Здесь у тебя, наверное, было куда больше интересного, чем во дворце. Может, и хорошо, что ты задержался в этих стенах. Иначе Демиан избавился бы от тебя тоже.

– Он и так пытался это сделать руками Льда. – Сокол запустил пальцы в волосы. – Если бы я завершил обучение, вернулся бы во дворец. Возможно, заметил бы, что с отцом не так.

– Никто этого не понял, Эден, – вздохнула Мари. – Ни я, ни его ближайшие друзья и соратники. И ты бы не смог. Ты ведь не всесилен, милый.

– И все же!

– Прошлое не изменить. Давай попробуем сделать что-то с будущим. Я не хочу бояться за вас со Светом. Вы все, что у меня есть.

Сокол отвел взгляд. Когда Мари была рядом, он снова чувствовал себя ребенком. Она слишком хорошо знала своего пасынка – и понимала тогда, когда отец хватался за голову и не мог разрешить, что именно стоит в основе поступков его сына. И теперь Мари будто глядела ему в душу.

– Что тебя гнетет, милый? – спросила она. – Кроме гибели Ричарда, конечно. Ты сам не свой.

– Все в порядке, Мари, – привычно солгал Сокол, пусть и хотелось поделиться тем, что творилось в сердце. Мария обязательно посоветовала бы что-нибудь, помогла понять, как быть дальше – с глупой любовью, с болью утраты, с отчаянием, которое временами становилось таким сильным.

– Ладно… – Она не поверила, но не стала допрашивать. – Раз так, идем ужинать? Покажешь, где у вас столовая? Нас накормили, конечно, только я успела проголодаться.

Сокол улыбнулся, представив, какой фурор произведет в столовой появление императрицы. Что же, он привык ставить на уши всю академию. Придется и дальше соответствовать.

– Идем, – сказал он мачехе. – Захватим Света, и я провожу вас в столовую. Кормят здесь просто. Сама понимаешь, изысков ждать не приходится. Но и невкусной еду не назовешь. Правда, теперь новых поставок продуктов можно не ждать, дядя постарается.

– Все настолько плачевно? Мы с Ричардом старались каждый месяц передавать провизию.

– Да, мы ее получали, только в академии родились малыши, им нужно было свое питание. И потом, не все можно долго хранить, некоторые запасы закончатся слишком быстро. Правда, не думаю, что дядя планирует ждать годами, пока мы вернем ему корону и перстень. Он будет действовать куда быстрее.

– Скорее всего, – согласилась Мари. – Либо возьмет нас измором. Демиан умеет ждать.

– Да, я заметил. – Сокол устало потер виски.

Ничего, главное, что мачеха и брат здесь, рядом с ним. Об остальном он подумает после экзамена, а сейчас… Сейчас действительно стоит поужинать. Силы ему нужны.

У дверей комнаты обнаружился Мрак. Он поклонился Марии.

– Здравствуй, Мрак, – сказала она с улыбкой. – Спасибо, что присматривал за моим сыном. Уверена, это было нелегко.

– Это мой долг, ваше величество, – ответил его верный телохранитель и друг. – Но да, временами его высочество забывает об осторожности.

И так посмотрел на Сокола, что стало смешно. Неужели Маркус надеялся, что присутствие мачехи хоть немного его вразумит?

– Увы, он весь в отца, – проговорила Мари, а Сокол почувствовал, как загорелись кончики ушей. Его часто сравнивали с императором Ричардом, и если раньше это раздражало, то в последнее время, скорее, вызывало глухую печаль.

– Вы, кажется, желали поужинать, ваше величество, – напомнил Сокол, при Маркусе отбросив семейный тон. – Идемте?

– Да, дорогой, – ответила Мария. Вот кого ничем не проймешь! – Мрак, отыщи, пожалуйста, моего младшего сына и сообщи, что мы ждем его в столовой.

– Будет сделано, ваше величество, – поклонился Маркус и исчез с глаз, а Мари опустила руку на локоть Сокола, и они чинно двинулись в столовую.

УРОК 16. Иногда даже страх делает нас сильнее

После беседы с Соколом я чувствовала себя растерянной. Мне хотелось поговорить о том, о чем не договорили накануне, но он ясно дал понять: тема закрыта. Наверное, я причинила ему боль, и от этого было больно самой. Об этом и думала, разыскивая Дерека, чтобы передать просьбу принца. Увы, Шторм не нашелся в своем кабинете, а подземелье снова меня не впустило, и проверить, там ли он, я не смогла.

Уже шла в свою комнату, когда вдруг вспомнила, что время ужина, и поняла, насколько голодна – об обеде-то благополучно забыла! Поэтому свернула к столовой и уже почти у самого входа столкнулась с друзьями.

– Лучик! Мы думали, ты отдыхаешь, – заметил Зной. – Не хотели лишний раз беспокоить.

– Как-то не отдыхается, – вздохнула я. – Клен, спасибо, что помог вчера.

– Я хотел придушить это ничтожество, да не дали, – угрюмо ответил однокурсник. – Это же надо! Такая мразь!

– Лед нездоров, – возразила в ответ. – То, что произошло…

– Вы слышали? Она его еще и оправдывает! – рыкнул Клен. – Ты невозможная, Лучик!

– Я его не оправдываю, но и не считаю, что он отдавал себе отчет в том, что делает. А теперь давайте сменим тему. Не хочу больше слышать о нем.

– Как скажешь, – сурово проговорил мой собеседник. – Но мы бы очень хотели, чтобы ты ограничила общение с ближним кругом его высочества. Пока что это выходит тебе боком.

Я ничего не ответила. Вопреки словам Клена, мы разместились за столом принца, только сейчас за ним не было никого – ни Льда и Пушинки, ни Мрака, ни самого Сокола. Минуту спустя подошел Медведь, поздоровался с братом, будто и не было между ними противоречий, и занял свое место.

– А где ваша неугомонная компания? – спросил Клен.

– Ты разве еще не слышал новости? – Медведь обернулся на дверь, будто ждал, что его приятели все-таки присоединятся к ужину. – Приехала императрица Мария с младшим сыном, Сокол с ними. А Лед в лазарете, с ним ваша подружка. Вроде как декан Брег нашел на нем какое-то воздействие.

Значит, оно все-таки было! Я не ошиблась. Что же, оставалось надеяться, Льду помогут. Да, я не желала больше находиться где-либо рядом с этим человеком, и все же его было жаль. Слишком плачевно он выглядел сегодня днем.

– А вот и Сокол, – задумчиво проговорил Зной, сидевший лицом к двери.

В столовую действительно входил его высочество, вот только, приветствуя Сокола, никто не поднимался со своих мест, а сейчас будто волны расходились в разные стороны. Рядом с ним ступала сама императрица Мария. Сейчас, без блеска драгоценностей и вычурного наряда, она казалась совсем молодой и очень усталой. Да, не красавицей, но приятной и милой женщиной. Младший сын очень на нее походил – он шел за матерью и братом, с любопытством глядя по сторонам. Замыкал процессию сосредоточенный Мрак.

Мы тоже поднялись.

– Присаживайтесь, дети, – мягко сказала Мария. – Я здесь не как императрица, а как мать, поэтому давайте оставим церемонии. Эден, представишь мне своих друзей?

– Не сказал бы, что мы друзья, – поморщился Сокол, глядя на моих однокурсников. – Это студенты первого курса Зной, Клен, Иней и Лучик, а также мой однокурсник Медведь. А это, как вы поняли, ее величество Мария и мой младший брат Свет.

На этом Сокол счел представление завершенным и сел за стол. Мария заняла место по правую руку от него, Свет сел слева. Мрак принес еду для всей императорской семьи, и, пожелав друг другу приятного аппетита, мы принялись за ужин. И все же я чувствовала себя неловко в присутствии семьи Сокола. Неудивительно, что ели мы молча и постарались поскорее сбежать из столовой.

– Надо же! И правда императрица приехала, – изумленно проговорил Зной, стоило нам очутиться в коридоре. – Но что это значит? Дела в государстве неладны? Кто правит, если Мария и Свет здесь?

– Думаю, эти вопросы стоило задать Соколу, а не нам, – ответил ему Клен.

– Так что же вы все молчали? Спросили бы! – возмутился Зной. – Так нет, сидели, как мыши. Вот интересно, откуда у такой милой женщины, как ее величество, такой неприятный сын, как Сокол?

– Она ему мачеха, вообще-то, – вмешался Иней. – Вы что, за историей императорской семьи совсем не следите?

– Об этом особо и не говорят, – сказал Клен. – Там вообще мутная история, народу сказали, что первая супруга императора скончалась от болезни, а на самом деле случился мятеж, мне отец рассказывал, и она погибла в огне.

Парни продолжили обсуждать слухи о семье Сокола, а я вспомнила жуткое видение, которое уловила во время наших тренировок, и едва сдержала вздох. Жизнь несправедлива… И маму Эдена было жаль. А еще я обратила внимание, с какой нежностью императрица Мария смотрела на Сокола. Заметно, как она его любит.

– Я устала сегодня, пойду к себе, – сказала ребятам. – Увидимся завтра.

– Доброй ночи, Лучик, – ответили парни и свернули в комнату Клена – видимо, продолжать разговор.

Мне же просто хотелось побыть одной. Я придвинула кресло к окну, сидела и смотрела на засыпающий парк. В голове крутилось столько разных мыслей! Они переходили с одного на другое, ни на чем особо не задерживаясь. Видимо, накопилась усталость. Слишком уж напряженными выдались эти месяцы учебного года. А затем пришел сон…

Проснулась я от того, что кто-то укладывал меня в кровать.

– Дерек? – узнала сонно.

– Спи, – теплые губы Шторма коснулись моего лба.

– Ну, уж нет! – Я села, стараясь сдержать зевоту. Шторм устроился рядом, и я опустила голову ему на плечо. Сразу стало хорошо и спокойно, словно так и должно быть – всегда.

– Прости, что поздно, – проговорил ректор. – Спешно создавали экзаменационную комиссию для принца и продумывали задания. Да и коронация…

– Коронация?

– Да, королева Мария привезла корону империи. Стране нужен ее правитель, поэтому послезавтра состоится коронация.

– Сокол хотел попросить тебя усилить безопасность академии, – вспомнила о просьбе принца.

– Знаю, этим уже занимаются. А как прошел твой день? Как ты себя чувствуешь?

– Хорошо. – Я устроилась поудобнее в объятиях любимого мужчины. – Соскучилась, ты весь день где-то пропадаешь.

– Работа, – вздохнул Дерек. – Но теперь с ней покончено до завтра.

– Тогда побудь со мной.

Мы ни о чем больше не говорили – когда любишь, иногда хочется просто помолчать рядом с любимым человеком. Вот и мне с Дереком не нужны были слова. Хотелось просто слушать биение его сердца – ровное, размеренное. Так я и уснула, слушая этот самый необходимый в мире звук, а проснулась, ожидаемо, одна. В вазе на столе стоял букет поздних хризантем, бледно-сиреневых, последних в этом сезоне. На губах сразу появилась улыбка.

– Люблю, – шепнула, зная, что меня не услышат, и все же душа запела от этого простого слова.

На завтрак мы пошли с ребятами вместе, а после всем разрешили присутствовать на внеурочном выпускном экзамене. Заодно сообщили, что занятий на следующий день не будет, так как состоится коронация. «Если Сокол успешно сдаст экзамены», – уточнил профессор Нокс. Можно подумать, если не сдаст, ему не разрешат стать императором!

И все же я волновалась за друга. Сам экзамен должен был проходить в большом зале – там было достаточно места, чтобы вместить всех желающих понаблюдать за испытаниями. Мы со Зноем, Инеем и Кленом постарались протиснуться к самому краю огороженного магией пространства. Напротив я заметила бледного Льда и сопровождавшую его Пушинку. Рядом с юношей нашелся и Мрак. Видимо, приглядывал за кузеном его высочества. Вскоре к Льду присоединились императрица Мария и Свет. Последними появились преподаватели, и вместе с ними – сам Сокол.

Он шел рядом с Дереком, спокойный, будто не ему сейчас предстоял выпускной экзамен. Хотя, может, для него это было лишь формальностью? Сокол замер в центре огороженного пространства, Дерек возглавил экзаменационную комиссию, восседавшую за длинным столом.

– Студенты, преподаватели и выпускники нашей академии, – обратился он к присутствующим, – сегодня мы собрались на внеурочном выпускном экзамене. Ни для кого не секрет, что принц Сокол прошел полный курс обучения в академии имен, прошел магическую инициацию и доказал право на имя. Ввиду сложившихся обстоятельств мы приняли решение удовлетворить его просьбу и позволить ему повторно сдать выпускной экзамен сейчас, а не в конце учебного года. Приступим. Первая часть – теоретическая.

В том, что Сокол спокойно справится с теорией, я не сомневалась. Принц взял билет и отчеканил верные ответы на три вопроса. А вот дальше следовала практика… И здесь могли скрываться неприятные сюрпризы.

– Практический тур состоит из двух этапов, – пояснил Дерек. – Первый этап – продемонстрировать заклинания, указанные в билете. Второй – магический поединок с наставником. По нему мы сможем судить, насколько высоки практические умения претендента на диплом. Наставник принца Сокола – профессор Шейд Нокс, он и станет его противником в поединке. Но сначала демонстрация заклинаний. Прошу, студент Сокол, возьмите билет.

Принц подошел к столу экзаменаторов и выбрал один из листов с указанными заклинаниями.

– Немота, – прочитал он. – Основа для заклинания немоты – чередование гласных и шипящих звуков. Аш-ши-а!

И вокруг него яркими искрами взметнулась магия.

– Все верно, – подтвердил Дерек. – И второе заклинание…

– Удар стихии, – прокомментировал Сокол. – Его звуковой состав зависит от стихии, к которой прибегает маг. Если это, допустим, ветер, используются протяжные гласные и свистящие. Ас-си-эсте!

И волна ветра пролетела по залу. Кто-то зааплодировал, я же в напряжении ждала поединка.

– Первый этап экзамена пройден, – подтвердил Дерек. – Остался второй. Профессор Нокс, я прошу вас выйти на поле для поединка.

Лорд Нокс поднялся из-за стола экзаменаторов, снял длинный профессорский плащ и подошел к Соколу.

– Удачи, – сказал он своему ученику.

– Благодарю, наставник, – склонил голову принц.

– Начинайте, – разрешил Дерек.

Теперь мы не видели всех заклинаний, которые использовал Сокол – он перешел на ментальную магию. Лишь иногда губы его шевелились, добавляя звук в особо заковыристые заклинания. Лорду Ноксу приходилось сложнее – он вынужден был проговаривать все звуковые формулы с такой скоростью, что они сливались в единый гул.

Я прижала руки к груди. Вот Сокол, щелкнув пальцами, направляет в лорда Нокса ряд огненных букв, как сделал однажды в столовой. Вот сверкает голубоватый щит, выставленный профессором. Буквы рассыпаются искрами, но принц не сдается. Удар, еще удар! Его губы беззвучно шевелятся, и все же рождается магия звука – невидимая, неслышимая, и от того куда более опасная.

Лорд Нокс предупредил атаку – он обрушил на Сокола заклинание оглушения, но тот отбил его и ушел в строну, закружил, чтобы противник не смог рассчитать, когда последует атака.

– Аш-те-ми-а-эй-де! – выкрикнул Сокол вслух.

Нокса ударило в грудь звуковой волной, протащило несколько шагов, он упал. К нему тут же кинулись другие преподаватели, но заместитель ректора махнул рукой, давая понять: все в порядке.

– Достаточно, – громко сказал Дерек. – Студент Сокол, вы доказали право считаться выпускником академии имен. Экзамен сдан, получите ваш диплом.

Шторм поднялся из-за стола экзаменаторов и подошел к принцу. Я ожидала увидеть настоящий диплом, но вместо этого ректор коснулся запястья Сокола и прошептал магическую форму. Вокруг запястья на миг вспыхнули алые буквы – и тут же погасли. Я выдохнула – магия подчинилась Дереку в эту минуту, пусть и показалось, что за окнами поднялся ветер.

– Ваше высочество Эден, – поклонился Дерек, давая понять, что перед ним уже не его студент, а наследный принц империи, которому больше не по чину детское прозвище, – поздравляю вас с завершением обучения. Академия имен гордится тем, что вы находитесь среди ее выпускников. Используйте полученные знания во благо Рендории и своего народа.

– Благодарю за науку, ректор Эвернер, – величественно ответил Эден. – Академия имен была и остается самым прославленным учебным учреждением Рендории. Уверен, так будет и впредь.

На этом принц развернулся и быстрым шагом покинул зал. Все это происходило в полнейшей тишине, но стоило ему уйти, зазвучали голоса – восторженные, любопытные… Разные! Все обсуждали только что увиденное. Я же протиснулась к Дереку. Мне хотелось в эту минуту быть рядом с ним, хотя бы на расстоянии руки. Шторм увидел меня и улыбнулся.

– Не о чем было беспокоиться, – шепнул он, а затем во главе профессорского состава покинул зал экзамена.

Сразу стало одиноко… Я обернулась в поисках друзей, но вместо них на меня налетел принц Свет, счастливый и оживленный.

– Магия имен не такая уж скучная, как я думал, – торопливо заявил он.

– Академия фамильяров отменяется? – улыбнулась в ответ.

– Ни в коем случае! – заверил меня младший брат Сокола. – Но попрошу брата показать мне несколько заклинаний.

– Уверена, он не откажет.

К сыну подошла императрица.

– Добрый день, ваше величество, – поздоровалась я.

– Лучик, верно? – кивнула она. – Свет рассказывал мне о вас, и я рада, что у Эдена есть такие друзья. Благодарю, что были рядом с моим сыном.

И раньше, чем я нашлась с ответом, Мария и Свет удалились. А мне хотелось сказать, что, скорее, это Сокол был рядом со мной. Уже завтра он станет императором, его учеба осталась в прошлом, как и детское прозвище. И каким бы невыносимым ни был принц Сокол, мне будет его не хватать.